Текст книги "Ты принадлежишь мне (ЛП)"
Автор книги: Ноэми Конте
сообщить о нарушении
Текущая страница: 18 (всего у книги 29 страниц)
Расставив ноги, я подбрасываю его в воздух, прежде чем поймать в полёте, после чего достаю сотовый из кармана, чтобы позвонить своему приспешнику. Не поздоровавшись, я приказываю ему немедленно прийти с целью сделать уборку вместо меня, на что он, как всегда, просто отвечает утвердительно, прежде чем повесить трубку.
Неторопливым шагом я подхожу к двери. Моя рука ложится на ручку, и я оборачиваюсь, прежде чем открыть створку. Я кидаю свой взгляд к неподвижному телу моего самого преданного, а теперь и бывшего-клиента:
– Увидимся в аду, мой дорогой Оливер.…
Удовлетворённый, я опускаю ручку, наконец-то готовый подняться наверх.
Я хочу есть. Надеюсь, блинчики остались…
ГЛАВА 33
РУБИ
(HATE ME – ELLIE GOULDING, JUICE WRLD)
Прислонившись к кухонному столу посреди ночи, я наслаждаюсь блинчиками, которые остались с завтрака, когда краем глаза замечаю силуэт.
Кейд. В любом случае, кто ещё? Он стоит там, в тени, как чёртов психопат, каким он и является. Однако, я не реагирую и продолжаю набивать рот тестом.
Справа от меня его высокий рост приближается к свету и облокачивается на дверной проём, но я делаю вид, что его не замечаю. И всё же мои щёки горят, как никогда.
Я борюсь с собой, чтобы снова не взглянуть на него, когда он медленными шагами входит в кухню. Сейчас я могу заметить кровь, которая запачкала его серую футболку. Я сглатываю, мои мысли по поводу его спуска в подвал подтверждаются. Я слышала, как он выходил из комнаты. Я слушала его шаги в тишине, чтобы понять, куда он на самом деле намеревался направиться, и когда по прошествии долгих минут я не услышала, как он поднимается назад из подвала, я поняла. Там кто-то находился. Кто-то, кто не я. Моя грудь вздымается, а голова трясётся. Я ничего не хочу знать.
Пока он направляется к холодильнику, я бросаю кусок блинчика на тарелку. Этот придурок только что лишил меня аппетита. Затем я встаю со своего места и начинаю уходить, когда позади меня раздаётся его голос:
– Даже простого «добрый вечер» не услышу, сокровище?
Мои шаги замирают, и дыхание замедляется. Не оборачиваясь, я даю ему то, чего он желает:
– Добрый вечер.
Я не поворачиваюсь и жду. Да, но чего именно?
Хлопает дверца холодильника, затем его шаги приближаются. Я его не вижу, но я знаю, что он собирается присоединиться ко мне. Моя кожа заранее дрожит от одной только мысли, что скоро я почувствую, как его пальцы касаются её. Когда его торс полностью прижимается к моей спине, я задерживаю дыхание. Кейд прижимается лицом к моей шее и обнимает меня, как свирепый зверь, которым он себя считает. Мои глаза закрываются, и я заставляю себя не смотреть ему в лицо.
– Чего ты хочешь... – бормочу я, притворно раздражённая.
Он снова впитывает мой запах, на этот раз сильнее, прежде чем вдохнуть:
– Тебя.
Я снова открываю глаза и смотрю в какую-то далёкую точку, пытаясь сосредоточить свои мысли на чём-то другом, кроме того, что я также хотела бы, чтобы он сделал со мной тут, прямо сейчас.
Медленно его рука поднимается и гладит мою руку, поднимаясь к плечу. Я бросаю на неё взгляд и обнаруживаю, что и здесь, на его фалангах, присутствует кровь. Тем не менее, мои побуждения всегда отказываются молчать. Когда его пальцы теперь касаются моей шеи, я приоткрываю рот.
– Я хочу трахнуть тебя, – шепчет он мне на ухо. – Чёрт возьми, вот уже три дня я дрочу как ненормальный, представляя, как твоя маленькая киска снова сжимается вокруг моего члена.
При этом признании моё дыхание учащается, когда я чувствую, как его рот касается моей кожи. Дерьмо… этот ублюдок заставляет меня течь, как никогда.
Более страстно он подносит вторую руку к моему горлу и сжимает её, прежде чем, наконец, захватить мою кожу зубами. Его губы прохладные и уже влажные, я догадываюсь, что он только что что-то выпил. Моя голова падает ему на плечо, и, боже мой, я бы хотела, чтобы он трахнул меня прямо сейчас. Да, но…
– Эм... – кашляет голос в полумраке.
Мои глаза снова открываются, и тепло Кейда покидает меня, он даже отталкивает меня, как будто внезапно испачкался. Этот жест, исходящий от него, приводит меня в ярость. Что за ублюдок…
Заметив Оли, стоящую всего в нескольких метрах от меня, я понимаю, что она только что была свидетелем этой сцены. Как давно она здесь? Блядь, я не знала, что она планировала вернуться сегодня. Она сказала, что дежурит.
Смущённая улыбка растягивает её губы, когда, приближаясь, она бормочет:
– Привет…
Безмолвно, её брат протягивает руку к тарелке, которую я оставила мгновением ранее, хватает блин и обходит её, не сводя с меня глаз, когда он начинает поглощать своё угощение, и облизывая пальцы, чтобы съесть всё до последней крошки. Затем он разворачивается и постепенно исчезает в темноте гостиной, и, несмотря на это, мои глаза не отрываются от его тени.
– Хм, – снова кашляет Оли.
Я сглатываю и снова смотрю на её лицо, которое даже не выглядит озадаченным. Тем не менее, мои щёки пылают, несомненно, приобретая красный оттенок. Да пошёл он на хрен! Я, в свою очередь, кашляю и отворачиваюсь от Оли, выглядя как ни в чём не бывало.
В поисках чего-нибудь, чем можно заняться, мои глаза бегают взад и вперёд по кухне, и я нервно тереблю свой браслет. На столешнице стоит почти пустая бутылка с водой, вероятно, причина того ледяного отпечатка, который змей оставил на моей коже.
Не задумываясь, я бросаюсь на неё и выпиваю одним махом, надеясь, что Оли не будет задавать вопросов. Затем я ставлю бутылку на стол, проглотив последнюю каплю того, что в ней было, но, несмотря ни на что, я всё ещё чувствую её присутствие за своей спиной.
Мои веки закрываются, и я вздыхаю, окончательно смирившись с тем, что буду иметь дело с Оли. Мои ноги подкашиваются, и наши глаза сталкиваются. Она прислонена к кухонному проёму, скрестив ноги и руки. В то время как я смущена больше, чем когда-либо, она, напротив, кажется довольно забавной. По какой-то причине, которую я не знаю, я пытаюсь оправдаться:
– Я, м-м-м.…
– Избавь меня от подробностей, – отрезает она, окончательно войдя в комнату, смеясь. – В конце концов, ты имеешь полное право получать удовольствие!
В этот момент моё лицо больше не просто обжигает меня. Нет, оно прямо в огне.
– О, но я... в общем, мы не... это смешно, – глупо хихикнула я. – Я думаю ты понимаешь.
Чёрт возьми, почему это звучит так фальшиво?
– Руби, – выдохнула Оли, в свою очередь хватая блинчик. – Перестань, я уже давно это знаю.
Медленно, она начинает жевать сладкое тесто. Её плечи вздрагивают, когда с озадачивающей отстранённостью она раскачивается с набитым ртом:
– Ты просто трахаешься с парнем, который держал тебя в плену, морил голодом и издевался в течение нескольких недель, никакой драмы!
Оли глотает свою еду и, не обращая внимания на моё неоспоримое раздражение, эта сучка разражается смехом. Пристыженная тем, что она так разыгрывает ситуацию, я опускаю глаза и чешу лоб.
И ей есть над чем посмеяться, потому что, блядь, я настоящая идиотка.
Наконец Оли перестаёт хихикать, как ребёнок. Постепенно она возвращается к своей серьёзности, чтобы сказать мне:
– Ты не против небольшой прогулки за пределами этого дома, завтра вечером?
Удивлённая этим предложением, я, тем не менее, задаюсь вопросом. Почему она предлагает мне это? Почти месяц я была заперта здесь. Разве что могла добраться до особняка, пострелять или помечтать под одеялом.
– Тебе это пойдёт на пользу, – возразила она. – Ты окончательно сойдёшь с ума, если будешь постоянно заперта в этом доме.
– Куда пойдём? – Спрашиваю я.
– В «Змею», – поспешила ответить она. – Речь идёт о клубе, которым руководят мои братья.…
– Я знаю, Гаррет уже говорил мне об этом, – оборвала я её, изогнув бровь. – И, кроме того, это ещё и стриптиз-бар, не так ли?
На этот вопрос, скорее направленный на то, чтобы показать ей, что я не так уж и не осведомлена, я скрещиваю руки под грудью. Её торс вздрагивает, усмешка искажает уголок её губ, затем она вздыхает.
– Верно, – согласилась Оли. – Но там также хорошая музыка и алкоголь... – добавляет она, пытаясь убедить меня. – Короче говоря, как раз то, что нужно, чтобы повеселиться, вот что!
Теперь это кажется мне ещё более сюрреалистичным. По правде говоря, несколько раз, когда я выходила потусоваться, я была со своей подругой и коллегой Энни.
– Эм...
– Руби... давай! – Настаивает она. – Вот увидишь, это будет очень весело.…
– Кейд никогда не согласится, – перебиваю я её.
– Я уже обсуждала это с ним – фыркнула Оли.
Поражённая, я поднимаю брови:
– В самом деле?
Её глаза прищуриваются, и она надувает губы, а затем…
– Нет, – равнодушно отмахивается она.
Я изображаю удивлённую улыбку, готовая определенно не соглашаться, когда она спешит опередить меня:
– Но я знаю, что у него уже есть планы, так что…
Осторожно кивая головой, я соглашаюсь, когда понимаю, к чему она на самом деле клонит. Он никогда ничего об этом не узнает. Я растягиваюсь в зловещей улыбке. Чёрт, да, я согласна. Господи, я уже чувствую себя подростком, готовым совершить глупость!
– Отлично, – говорю я. – Я в деле!
Хлопнув в обе руки, Оли запрыгала на месте, как ребёнок. Я смеюсь, в то время как примерно через десять секунд она успокаивается и вытаскивает что-то из своего бюстгальтера, прежде чем бросить это на центральный островок
– Вот, – заканчивает она, прежде чем скрестить руки.
Я подношу маленькую коробочку к свету, интересуясь её содержимым.
– Что это, чёрт возьми, такое?
– Таблетки, или причина моего столь позднего прихода, – уточняет она. – Я прихватила несколько коробок, уходя с работы пятнадцать минут назад.
– О, так ты не на дежурстве? – Переспросила я, снова вспомнив, что именно это она сказала мне сегодня днём.
– Если бы... – пробормотала она раздражённо. – Но у Кейли желудочно-кишечная инфекция, а у Мэтью фобия рвоты, так что... мой материнский долг зовёт меня.
Но она кажется не против.
– Ну... а мужчины, – добавляет она усталым тоном. – Настоящие цыпочки!
Я искренне смеюсь, эта девушка действительно очень забавная. Тем не менее, всё ещё заинтригованная по поводу пресловутой коробки с лекарствами, я прищуриваю глаза.
– Что за таблетки? Противозачаточные средства?
Она просто кивает в знак одобрения. Мой рот приоткрывается. Она не солгала: Оли давно про нас всё поняла.
– О, – отвечаю я, ещё больше смущаясь. – Но ты знаешь, мы... мы всегда с защитой...
Её губы поджимаются, бровь выгибается и она сдерживает приступ смеха.
– Я думаю, что у меня есть кое-какие идеи.
Какая же я идиотка. Смущённая улыбка растягивает её накрашенные блеском губы.
– Короче, – хмыкнула она. – Принимай их, каждый день в одно и то же время. Никогда не знаешь, чего ждать, – уточнила она. – Презерватива, иногда ... недостаточно.
Я чешу шею, чувствуя себя неловко:
– Ладно.
Тело Оли отрывается от прилавка, затем она проходит мимо меня, чтобы покинуть кухню.
– И если он будет вести себя как придурок, лиши его своей хорошенькой попки! – Завершает она, следуя по проходу.
Я снова смеюсь и наблюдаю, как она отворачивается, не убеждённая, что я способна на такое.
Хотя, чёрт возьми, этот ублюдок вполне заслуживает этого.
ГЛАВА 34
РУБИ
THE MACHINE – REED WONDER, AURORA OLIVAS (SPEED UP)
Когда я вошла в двери клуба, куда меня только что привела Оли, я почувствовала себя как никогда привлекательной и уверенной, и шла вперёд с гордо поднятой головой.
Оли помогла мне подготовиться. На этот раз мой наряд и макияж выглядели иначе, чем в тот вечер, когда мы с Гарретом отправились в «Роскошь».
Подруга провела для меня настоящий мастер-класс по макияжу, и когда всё было завершено, я с трудом узнала себя в зеркале.
Мои глаза глубокого янтарного оттенка стали ещё более выразительными благодаря насыщенной подводке, нанесённой широкими штрихами на внешние уголки век. Кожа покрыта слоем тонального крема, румян и других косметических средств. Единственное, что Оли оставила нетронутым, – это мои губы. Её неизменное правило гласило: если глаза перегружены макияжем, губы не должны блестеть.
Я была далека от всего этого, поэтому просто пожала плечами. Как бы там ни было, по крайней мере, я уверенна, что выгляжу чертовски сексуально.
Что касается моего наряда, Оли одолжила мне один из своих – чёрное платье, относительно короткое, идеально облегающее мои изгибы.
Мы направляемся к диванам из белой кожи, расположенные в центре огромной комнаты, в которой нас ослепляют игры стробоскопа. Полураздетые девушку бродят по переполненному залу, и я опускаюсь на своё место, чувствуя себя несколько неловко.
Все эти полуголые женщины приводят меня в замешательство. Серьёзно, я никогда не понимала этой концепции. Они здесь, чтобы продемонстрировать почти всю свою анатомию за несколько зелёных купюр, которые жирные извращенцы засовывают под их стринги… мне никогда этого не понять, и я некоторое время наблюдаю за ними, прежде чем Оли внезапно кричит симпатичной латиноамериканке, которая проходит мимо нас с пустым подносом в руках:
– Привет, Ники!
Девушка подходит, выглядя готовой выполнить любую просьбу моей подруги, о которой, я думаю, я уже догадываюсь. Музыка, звучащая в воздухе, заставляет её кричать ещё громче:
– Текилы, пожалуйста! Бутылку!
Мои глаза широко раскрываются. По правде говоря, это меня немного беспокоит. За всю свою жизнь мне пришлось выпить три раза, чтобы понять, что это не моё. Мой глоток шампанского с Эстебаном, определенно не в счёт. Мало того, что алкоголь вызывает у меня отвращение, в чём виноват придурок Чак, но, кроме того, по крайней мере на моей памяти, я никогда не пила текилу... чувствую – это может плохо закончиться.
Две минуты спустя знаменитая бутылка хлопает по маленькому столику, стоящему перед нашими глазами, в качестве бонуса с двумя рюмками и лаймом. В конце концов, только одна рюмка не причинит же мне вреда, верно? Стоп! Я же пришла сюда веселиться и танцевать, чёрт возьми! Без алкоголя я точно не смогу этого сделать.
– Держи!
Оли протягивает мне рюмку, наполненную прозрачной жидкостью, прежде чем наполнить свою. Не дожидаясь меня, она проглатывает всё это всего за полсекунды. Затем её дрожащая рука хватает дольку лайма, прежде чем зажать её между зубами.
Морщась, я стою с открытым ртом. Как она это сделала? Запах, исходящий от того, что я держу под носом, уже обжигает мне носовые пазухи, так что его прохождение через моё горло предвещает пожар!
– Просто расслабься! – Кричит она сквозь музыку.
Она снова хватает бутылку и тут же наливает, в то время как я остаюсь с открытым ртом. Чёрт возьми, за её деловой внешностью, скрывается абсолютная чертовка!
Я набираю воздух в грудь и, колеблясь, начинаю приближать рюмку к своим губам, и сразу же корчу гримасу отвращения. Эта штука серьёзно воняет!
– Да пошло оно всё, – проворчала я про себя.
Быстро вскидывая голову, одним махом я отправляю эту мерзость в рот. Ожог мгновенный и я восклицаю:
– Вот это да!
Оли смеётся и протягивает мне лайм. Затем я понимаю, что, как и она, я должна съесть его, вероятно, чтобы это сделало напиток более приятным. И это так. Жгучий жар, который беспокоит мои вкусовые рецепторы, быстро сменяется раздражающей кислотностью лайма, тем не менее, я приветствую это.
– Давай, ещё по одной! – Восклицает Оли, прежде чем налить мне вторую рюмку.
Я отказываюсь простым взмахом руки и она надувает губы.
– Ладно, ладно, ещё по одной. – Коротко рассмеявшись, говорю я.
Вторая обжигает всё моё нутро. Ух ты! Тем не менее, мне нравятся эффект, который усиливается и делает меня, скажем так... более непринуждённой. У меня даже возникает соблазн выпить третью, как сейчас делает Оли, но в этот момент я напоминаю себе, что рискую попасть в неприятное положение. В конце концов, мы пришли танцевать всю ночь напролёт, и это может сойти на нет, если я, к несчастью, буду слишком пьяна.
Резко поставив свою рюмку на стол, Оли покачивается на сиденье, уже готовая к вечеринке. Я смотрю на неё, улыбающуюся и непринуждённую, и мне хотелось бы чувствовать себя так же хорошо, и ценить себя так же сильно, как она, кажется, ценит себя.
Я вздыхаю, понимая, что это никогда не будет возможно.
Оли видит, как в моих глазах проскальзывает грусть, и пытается считать её. Я пытаюсь её успокоить, но она, не сдержавшись, берёт меня за руку и увлекает на танцпол, тот который, кажется, предназначен для тех, кто здесь не для того, чтобы набивать карманы...ну, стринги – стриптизёрш.
Сначала мне было неловко, но в конце концов я чувствую, как действие текилы разливается по моим венам, поэтому, расслабившись, я решаю поступить так же, как Оли – двигаться плавно. Однако моя грусть всё ещё кажется ей слишком очевидной, поэтому её пальцы сжимают мои, чтобы побудить меня раскрепоститься более сексуально.
Подойдя ко мне ближе, она почти прижимается ко мне и улыбается:
– Расслабься, красавица, – говорит она, её губы приближаются к моей мочке. – После всего, что ты пережила... это самое малое, чего ты заслуживаешь.
И я пытаюсь отпустить себя. Да, она совершенно права.
Мои глаза оглядывают всё вокруг, опасаясь, что другие пары глаз будут прикованы ко мне. Но это не так. По правде говоря, все эти люди в точности ведут себя как Оли. Захвачены музыкой, что выходит из больших динамиков, расположенных по всем углам комнаты.
Испытав небольшой прилив уверенности, я закрываю веки и выдыхаю, преисполненная решимости тоже отдаться музыке.
Чувственно, с всё ещё закрытыми глазами, я начинаю расслабляться совсем рядом со своей подругой, позволяя своим рукам мягко двигаться вверх по моему телу. Затем они взлетают над моей головой и медленно опускаются, чтобы спуститься по моим изгибам. В этот момент я чувствую себя совершенно комфортно. Эйфория полностью овладевает мной, и я чувствую себя лёгкой, как пёрышко. На моих губах появляется самодовольная улыбка, несмотря ни на что, мне нравится то, что я внезапно чувствую. Смелость.
Мои глаза снова открываются в поисках взгляда, который мог бы меня заинтересовать, доказательство того, насколько я права, что сейчас чувствую себя такой сексуальной.
Оли отступила, она танцует напевая мелодию, уставившись в какую-то далёкую точку. Озадаченная, я следую за её взглядом. Мои брови хмурятся, и со своего места я замечаю мужчину, который настойчиво её разглядывает, сидя на сиденье, которое мы занимали мгновение назад.
Как озорной ребёнок, она хватает меня за запястья, говоря:
– Давай, иди за мной!
В нетерпении Оли тянет меня за собой, и тогда я понимаю, что она пригласила его на нашу маленькую вечеринку «для девочек», говорила она. Ладно!
Когда мы садимся напротив парня, она наклоняется, чтобы поприветствовать его, прежде чем ... Боже мой, мне это снится, или она щупает его?! Она тут же садится на колени к мужчине с глазами зеленее двух изумрудных камней и кожей карамельного цвета. Именно когда я полностью рассматриваю его, я понимаю: неужели это тот самый муж, о котором она мне так много рассказывала?
Оли машет мне рукой, чтобы я присоединилась к ним. Сбитая с толку, я сажусь рядом с парой, ожидая, пока она представит меня, что она делает довольно быстро:
– Позволь представить тебе Мэтью, отца Кейли и, между прочим... моего мужа!
Ладно, это именно то, о чём я и подумала. С лучезарной улыбкой он кивает в ответ на моё внимание.
– Я уже говорила тебе, что мы познакомились в университете, верно?
Я киваю. Оли перевозбуждена, она почти похожа на подростка, у которого бурлят гормоны. Кстати, это напоминание вызывает у меня ностальгию. Как и папа с мамой, они познакомились во время учёбы в медицинском колледже…
Довольная, при мысли о встрече с тем, о ком она слишком часто мне рассказывает, я искренне улыбаюсь Мэтью. Боже правый, она долго не раздумывала, найдя его, потому что, чёрт возьми, он атомная бомба! Хм, я уже представляю себе их дочь: ей должно быть, нет равных по красоте…
Когда влюблённые возобновляют объятия, я поворачиваю голову в сторону толпы. Я хмурю брови и перевожу взгляд вправо, где вижу знакомое лицо. О, только не говорите мне, что… Не дожидаясь приглашения, Эстебан делает шаг к нашему дивану и, как только его рост в метр восемьдесят возвышается надо мной, спрашивает:
– Можно?
Указательным пальцем он указывает на свободное место рядом со мной, поэтому я не возражаю, очевидно, слишком комфортно чувствуя себя, благодаря нескольким недавно выпитым шотам текилы.
Справа от меня прижимается ко мне бедро Оли, эта сучка скачет верхом на своём муже, вызывая у меня зависть. Я гримасничаю и отворачиваюсь от этого зрелища снова глядя в глаза брюнету, который уже устроился рядом со мной.
Он тоже гримасничает, как и я, разглядывая сцену, разворачивающуюся на этом чёртовом диване. Обманчиво смущённая, я смеюсь, что в конечном итоге заставляет его улыбнуться. Немного взволнованная, а главное, слишком пьяная, я без смущения придвигаюсь к нему поближе, и он наклоняется:
– Привет, принцесса... – шепчет мне на ухо он нежным голосом.
Без смущения я бросаю на него томный взгляд, когда он отступает, оставляя, небольшую близость между нами.
– Привет... – отвечаю я в той же манере, заправляя прядь волос за ухо.
Эстебан проводит языком по губам, подробно разглядывая мой наряд, который, кажется, ему нравится.
– Ты божественна, девочка – делает он мне комплимент, заинтересованно разглядывая меня.
Улыбка растягивает мои губы, мне даже кажется, что я чувствую, как краснею. По правде говоря, и хотя Кейд всё ещё занимает мои мысли в этот момент, я бы солгала, если бы сказала, что в ауре этого парня нет ничего дестабилизирующего. Нет, Эстебан красив, полон обаяния и, чёрт возьми, он прямо излучает секс. В довершение всего, его представительность, его элегантность придают ему вид джентльмена. Ага… этот парень близок к совершенству.
Он угощает меня бокалом шампанского, и мы обмениваемся с ним несколькими минутами флирта, когда его рука в конце концов оказывается на подлокотнике за моей головой, вероятно, с целью быть услышанным. По какой-то неизвестной мне причине, о которой я не хочу задумываться, мне становится интересно, что бы сделал Кейд, если бы имел несчастье это увидеть. Но я быстро беру себя в руки, и внутренне даю себе пощёчину, предпочитая вместо этого сосредоточиться на словах красивого брюнета, дыхание которого отскакивает от моей шеи.
Уставившись в какую-то далёкую точку, с трудом глотая горькие пузырьки, я ежесекундно вздрагиваю от каждой маленькой шутки, которую он отпускает. Правда, я сейчас очень пьяна, и мне настолько хорошо, что у меня начинает слегка кружиться голова.
Несмотря на это, я чувствую себя ещё более комфортно, поскольку рука Эстебана, лежащая сейчас на моём бедре, совершенно не беспокоит меня. Хуже того, у меня приятные мурашки от этого. Моё дыхание учащается, но я пытаюсь сохранить контроль над своим либидо.
И снова я хихикаю, когда он делает мне комплимент по поводу запаха моих духов. Их тоже одолжила мне Оли... А потом внезапно я прищуриваю глаза, пытаясь убедиться, что то, что я вижу вдалеке, действительно реально. Несмотря на мой расфокусированный взгляд из-за алкоголя, я узнаю его. Да, Кейд только что вошёл в комнату.
Температура моего тела снова поднимается на ступеньку выше. Морщась, я поворачиваю голову в сторону его сестры, которая не обращает на меня никакого внимания, слишком занятая поцелуями с Мэтью. Вежливо я отсекаю того, кто не перестаёт со мной флиртовать уже около десяти минут:
– Извини меня, пожалуйста.
Моё тело поворачивается, и я ударяю в плечо подругу. Она мгновенно оборачивается, бросая на меня вопросительный взгляд. Музыка по-прежнему звучит так громко, что я придвигаюсь ближе и практически разрываю её барабанную перепонку:
– Ты что, издеваешься надо мной?!
Она отступает и хмурится, искренне озадаченная.
– Ты говорила мне, что твоего брата здесь не будет, что у него... что у него другие планы на вечер!
После этого объявления её голова поворачивается в поисках брата. Её глаза сканируют комнату, затем, наконец, падают на Кейда, прежде чем вернуться в мои.
По-детски усмехнувшись, она пожимает плечами и говорит:
– У него были другие планы, я тебе не лгала, – хихикает она, совершенно пьяная. – Только, может быть, я забыла тебе сказать, что я ничего не знаю о том месте, куда он действительно намеревался отправиться!
Я приоткрываю рот, шокированная мыслью, что она нанесла мне удар исподтишка. Сучка!
Когда я поворачиваю голову, чтобы найти Кейда, я вижу, что он смотрит на меня со своего места с бокалом в руке. Его взгляд убийственный. Не удивительно…да?
Однако ему не требуется много времени, чтобы лишить меня своего тёмного взгляда потому что, он мчится в направлении бара слева от него. Прищурившись, я наблюдаю за ним. Он наклоняется над барной стойкой и обменивается несколькими словами с мужчиной, стоящим прямо за ней. Появившись ниоткуда, неизвестная женщина прерывает их, чтобы сесть рядом с ним. Я делаю недовольный вид, замечая, что последняя слишком близко к нему. Она прижимается к нему, теребит ключ на цепочке кончиками своих ухоженных ногтей и хихикает. Шлюха.
– Кто она такая, чёрт возьми? – Спрашиваю я Оли жестом подбородка, направленным на то, чтобы указать на женщину, о которой идёт речь, но при этом не отрывая от них глаз.
– О, Ширли! – Говорит блондинка. – Просто сотрудница…
Я ещё больше прищуриваюсь, когда высокая брюнетка встаёт на цыпочки, чтобы прошептать татуированному мудаку, что-то на ухо. Несомненно, её тело, идеально сформированное под платьем с блёстками, ещё больше прилегает к нему. Нет, она определенно не просто «простая сотрудница».
– Забавная манера разговаривать со своим боссом ... – говорю я Оли, которая, я знаю, не услышала этого замечания.
С другой стороны, она могла видеть мой едкий взгляд, так как с улыбкой спрашивает меня:
– Ты ревнуешь, или мне это кажется?
Я на мгновение задумываюсь над этим вопросом. Ревную ли я? Чёрт возьми, нет, это не имеет ничего общего с чувством ревности. По правде говоря, я больше всего злюсь.
– Я в ярости, – горько бросаю я, прежде чем впиться своими глазами в его. – Черт возьми, да! Я схожу с ума от ярости при мысли о том, что твой брат позволяет себе думать, что может обладать мной, в то время как он ведёт себя как грёбанный придурок, жаждущий тощих задниц!
Серьёзно, что за придурок!
– Ну, в таком случае, чего ты ждёшь, чтобы доказать ему, что ты ему не принадлежишь? – Бросает мне вызов Оли, дьявольским свечением в её ярко-зелёных глазах.
Моя голова снова меняет траекторию. Я анализирую сцену, которая разворачивается у меня на глазах, и когда Кейд, не смущаясь, ещё немного уменьшает близость между ним и брюнеткой, пристально глядя на меня, я чувствую, что закипаю.
Его медленные пальцы спускаются по бёдрам шлюхи, прежде чем более резко сжать её правую ягодицу. Мой рот приоткрывается... на этот раз у меня отвисает челюсть. Он целует её! У меня галлюцинации. Нет, но без шуток, ему потребовалось некоторое время, прежде чем он позволил мне попробовать его губы на вкус, но тут... этот придурок целует её, не спуская с меня глаз!
Я делаю глубокий вдох и беру себя в руки. Преисполненная решимости отплатить ему тем же, я решаю воспользоваться советом моей подруги. Не дожидаясь, я допиваю шампанское одним глотком, ставлю свой бокал на маленький столик и снова поворачиваюсь к Эстебану, который уставился в свой телефон, но я мгновенно возвращаю его внимание к нашему разговору.
– Извини, – выдохнула я. – Что ты говорил?
На кончиках его губ появляется улыбка, когда он возобновляет с того места, на котором остановился минутой ранее.
– Я говорил: ты мне очень нравишься, Руби.
Довольная, что слышу такое, хотя и не по правильным причинам, я слегка отступаю, чтобы изобразить изумление.
– О, правда?
Не говоря ни слова, он подтверждает простым кивком. Я откидываю волосы назад и, не испытывая страха, приближаюсь к нему. Его рука покоится на моём бедре. Моё тело полностью прижимается к его, когда я сластолюбивым голосом отвечаю ему:
– Ты мне тоже, Эстебан…
Моя грудь снова отодвигается, чтобы я могла на него посмотреть. Кажется, он очень рад это услышать. И всё же это мерзкая ложь. Я имею в виду, что этот парень горячий, это нельзя отрицать, только… Блядь, только тот, кто мучает мой разгорячённый разум, находится там, флиртуя с другой.
Не задумываясь, я кладу свои пальцы на его, которые всё ещё лежат недалеко от моего колена, а затем медленно двигаю их вверх по внутренней стороне бедра. Его дыхание согревает кожу на моей шее, когда он бормочет мне на ухо:
– Черт возьми... ты собираешься сделать меня твёрдым.
Мой язык проходит сквозь барьер моих губ, чтобы увлажнить их, в то время как я всё ещё улыбаюсь, дразня.
– Это действительно проблема? – Спрашиваю я, как будто это действительно имеет для меня значение.
Он молчит, а затем, наконец, позволяет своей ладони снова скользнуть по моему бедру. Таким образом, я понимаю, что он готов узнать меня ещё ближе, поэтому, нескромно, я выпрямляюсь, чтобы оседлать его. Моя спина прижимается к его груди, моя задница к его промежности, что даёт мне прекрасный вид на девушек, которые, висят на пилоне покачиваясь.
Чёрт возьми, он не лгал. Его член каменный.
Я слегка двигаюсь в такт музыке. Его пальцы ощупывают кожу на моих рёбрах, прежде чем снова опуститься на мои бёдра. Одной рукой Эстебан сжимает их, что заставляет меня вздрогнуть. Второй покидает моё содрогающееся тело, чтобы подняться к моей щеке, после чего он притягивает меня ближе к себе.
– К счастью, мне нравится вкус риска, принцесса, – шепчет он мне в затылок. – Потому что, если он узнает об этом, он не обрадуется…
Я выпячиваю грудь, чувствуя, как его эрекция набирает обороты у моей ягодицы, полностью осознавая опасность, которой он подвергается в этот момент. Но от алкоголя мне становится всё равно, потому что, чёрт возьми, да, мне по-королевски всё равно! Очевидно, он не знает, что поблизости бродит змей, иначе, я готова поспорить, он никогда бы не перешёл эту грань.
Закрыв веки, я позволяю своей руке скользнуть за его голову, чтобы погладить его густые тёмные волосы. Мои пальцы играют с ним, затем я поворачиваю голову к нему, чтобы прошептать:
– Пошёл он на хрен.…
Гортанный смех брюнета опьяняет мои барабанные перепонки и вызывает во мне бурное возбуждение. На его месте, я думаю, его друг, не был бы таким нежным. И, чёрт возьми, его твёрдость – вот что мне больше всего нравится.
Я медленно открываю глаза, пытаясь найти Кейда, но его уже нет ни рядом с баром, ни возле брюнетки, которая всё так же сидит на месте с обиженным лицом.
Недовольная, я хмурюсь, когда в моём ухе звучат слова:
