Текст книги "Коллекционер проклятий (СИ)"

Автор книги: Никита Клеванский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 15 страниц)

– Она вообще никого не отпугивает и не приманивает! – все еще злилась изобретательница. – Только сообщает, что… Погоди. Что значит «приманивать»?

– Это значит, что как я не пытался от вас уйти, все время возвращался назад. Может сбойнуло что-то?

– Может и сбойнуло. Но такой эффект случить физически не мог. Даже если…

– Что правда приманивает? – подскочил к нам Карл, оставив попытки пробиться к котлу. – Проверю!

Он пулей метнулся прочь со стоянки, проломился сквозь кусты и уже через несколько секунд появился с противоположного края.

– Ух ты! – восхитился белколюд. – Прямо как во сне! Я будто через зеркало прошел! Уи-и-и!

Он принялся хаотично метаться из стороны в сторону, то исчезая из вида, то вновь возвращаясь. Попробовали по разу и все остальные. Все с тем же результатом. Лиза сходила сняла свою сигнализацию, но и это на ситуацию не повлияло. Никто не мог пересечь незримую границу, очертившую вокруг нас некую территорию.

Подумав о незримом, я попытался отыскать выход с помощью очков Истинного Зрения, однако это тоже не помогло. Но зато я нашел потерянную кем-то медную звездочку. Три астрала в копилку. Мелочь, а приятно.

– Я понял. – вымолвил Гоиль, глядя как Карл пошел уже заход эдак на двадцатый. – Это Ведьмин Круг.

– Очередное проклятие? – вздохнул я.

– Пространственная аномалия третьей категории. – с важным видом мотнула головой Лиза. – Я про них слышала.

– Нет, не проклятие. – ответил мне охотник. – Хотя, может и да. Никто не знает.

– Допустим. А выбраться как?

– Никак.

– В смысле «никак»?

– Совсем никак. Из них никто никогда не выбирался.

– Я буду первы-ым! – крикнул пронесшийся мимо нас Карл и снова выпрыгнул с другой стороны.

Я вздохнул и скинул с плеч рюкзак. Кажется, мне не повезло угодить в новую западню Автора. Вернее, он сам меня в нее наглым образом и закинул.

Очередное наказание за своеволие? Или задуманный заранее сюжетный поворот? Ладно, в прошлый раз выкрутился, сдюжу и теперь. Ну-ка подержите мое пиво. За дело берется герой туманного инцидента. У меня даже медаль есть!

– Если из Ведьминого Круга никто никогда не выбирался, то откуда о нем тогда знают? – спросил я, отобрав у пробегавшего белколюда Мурзика. – Так не бывает.

– Совершенно верно! – подхватила Лиза. – Это же классический пример драконо-рыцарского противоречия. Если ни один рыцарь не сбегал от дракона, то откуда рыцари знают, что дракон сожрал всех рыцарей, которые к нему приходили?

– Значит, какой-то рыцарь оказался трусом.

– А то и не один. Ден, не хочешь со мной в Академию? Мне бы пригодился толковый ассистент. У тебя крысолюды в роду были?

– А без связей не берут?

– Что-нибудь придумаем.

– Ден идет со мной спасать мир! – встрял в разговор Святозар. – Это не обсуждается. Гоиль, что там с Ведьминым Кругом? Расскажи все, что знаешь.

Ну это мы еще посмотрим, кто, куда и с кем идет. Как бы не получилось, что кто-то вообще идет нафиг! И это точно не я.

– Из Ведьминого Круга спасения нет. – повторил охотник, поймав Карла за шкирку и усадив на чурбан. – Из него не выбраться самому, и никак не помочь снаружи. Но, если повезет, он рассосется по утру.

– А если не повезет? – поинтересовался я.

Гоиль пожал плечами.

– Скорее не рассосется, а уползет в другую область. – поправила его Лиза. – Но нас это тоже устраивает.

– Что ж, тогда ждем до утра. – принял решение Свят. – Давайте ужинать.

На мой взгляд ужинать было поздновато, да и я уже перекусил, но на свежем воздухе есть хочется всегда. Да и набегался я этим вечером знатно. Сперва от Святозара, затем в аномалии третьей категории. Глядишь, к моменту, как выберусь из книги, приобрету ровный загар и телосложение древнегреческого атлета. Все кошко-девочки мои будут.

Нет, стоп, в настоящем мире же их нет. Может тогда вообще не возвращаться? Буду жить в книге, как книжная вошь. Они же не жалуются, чем я хуже?

Рагу оказалось на удивление ароматным и вкусным, даже несмотря на наличие в нем орехов. Жуки, к счастью, мне тоже не попались, что не могло не радовать. Ингредиент все же сомнительный. Я лично съел две порции и снова начал клевать носом, перемещаясь все ближе и ближе к костру.

Такому теплому и уютному.

Не то что холодина вокруг.

Остальные, я заметил, двигались вместе со мной, а Карл так и вовсе начал уже немножко дымиться.

Автор, что за дела, у нас тут, вроде, еще лето. Почему у меня пар изо рта идет? Белый. Клубящийся. Как туман…

Туман!

Выстроившаяся в голове ассоциация подкинула неприятных воспоминаний, а заодно впрыснула в кровь порцию адреналина. Я немедленно нацепил на нос воображаемые очки и обернулся.

И то, что я увидел, мне категорически не понравилось…

Глава 20

В Истинном Зрении наша поляна почти не изменилась. Все та же трава, деревья, вытоптанная в попытках выбраться земля. Вот только теперь по земле струились белесая дымка, а чуть поодаль прямо в воздухе висела фигура. Не то мираж, не то дух, не то зацепившаяся за ветку мокрая простыня. Фигура не имела четких очертаний и будто расплывалась по краям, лицо же у нее и вовсе отсутствовало. Но я не сомневался – оно смотрело прямо на меня.

– Ты меня видишь? – пронесся над поляной глухой, похожий на вздох со дна бочки, голос.

– А что, не должен? – поинтересовался я.

– Меня никто не видит. И никто не понимает. Это так печально.

– Эм-м-м… Не грусти? – неуверенно предложил я, не зная, что ответить. Такой себе совет, конечно, но лучше я не придумал. – Это из-за тебя мы тут застряли? Давай мы тебя накормим, а ты нас отпустишь. У нас еще рагу осталось. Вкусное.

– С кем ты разговариваешь? – настороженно спросил Святозар.

– Да тут простыня какая-то в воздухе висит. – бросил я вполголоса. – Грустная.

Все резко принялись озираться, но, похоже, нашего гостя и правда никто кроме меня не видел. Меня же аж дрожь пробила. И вовсе не от холода. Ведь выходило, что, если бы не сила Ваэрона, мы бы все здесь погибли. А это уже не шутки!

– Где грустная простыня? Где? – вертелся во все стороны Карл. – Почему она грустная? Ее постирать забыли? Может дырка завелась? Уголок замялся? Я бы тоже грустил с замятым уголком. Давай я расправлю. Ден, покажи, где она.

– Ну это не столько простыня сколько скорее фантом… – протянул я. – Наверное. Или опять какое-то проклятие.

– Проклятий не бывает. – без тени сомнений заявила Лиза.

– Никто не может меня понять. – скорбно протянул дух. – Вы ничем не лучше других. Здесь вы найдете свою смерть!

– Не-не-не! Стой! Погоди! – я поторопился исправить ситуацию. – Не гони лошадей. Ты объясни нам в чем дело. Уверен, вместе мы решим твою проблему. Не хочу хвастаться, но одному призраку я уже помог. Он остался доволен. У меня, считай, пятизвездный рейтинг в таких вопросах. И сплошь положительные отзывы.

– Пятизвездный? – переспросил Карл. – Всего пятнадцать астралов? Не густо как-то, Ден. Я ожидал от тебя большего.

Святозар же тем временем уловил тревогу в моем голосе и вытащил меч, готовый встретить неприятности сталью. И очень вовремя, потому что фантом взмахнул рукой, породив волну белых всполохов. Та стремительно рванула в сторону воина, но, не дойдя до него буквально пару метров, приобрела облик рыцаря в старых потрепанных латах. В руках рыцарь держал меч из черного льда, а лицо его полностью скрывала чернильная тьма. Лишь два сияющих уголька зловеще светились на месте глаз, не предвещая нам ничего хорошего.

В свете костра рыцарь выглядел весьма и весьма внушительно. Тем более, что комплекцией он не уступал Святозару. Да и роста они были примерно одинакового.

– Наконец, нормальный противник! – выдохнул Свят, вставая в стойку. – Держитесь позади. Я с ним разберусь!

– То есть ты его видишь? – воскликнул я, не скрывая облегчения. – Мы будем за тебя болеть. Давай, ты справишься!

Фух. Вот это повезло. А то я уж было представил, что мне придется еще и с этой штукой разбираться. А я до этого только в драках участвовал. Да и то всего пару раз. А тут целая зараза с мечом, от которого, признаться честно, у меня мурашки размером с тараканов принялись играть на коже в салочки.

– Ух ты какой! – восхищенно воскликнул Карл, едва увидев нашего гостя. – А меч настоящий? Дашь подержать?

Белколюд без промедления рванул к рыцарю, словно тот объявил раздачу бесплатных безделушек. Он с легкостью прошмыгнул между ног у Гоиля, пытавшегося его остановить, в два прыжка обогнул Лизу и подобрался вплотную к своей цели. После чего постучал по броне костяшками пальцев. Раздался звонкий звук, будто внутри ничего не было.

– Надо же как интере… – начал Карл, но тут рыцарь замахнулся на него мечом, а когда казалось, что вот-вот брызнет кровь, Святозар шагнул вперед и заблокировал удар. При этом он умудрился ногой отшвырнуть белколюда в сторону Гоиля, а охотник его ловко поймал и зафиксировал.

– Не очень-то вежливо пинать друзей. – нахмурился Карл. Но его мордочка тут же разгладилась, и он добавил. – За это ты расскажешь, о чем шепчут звезды. Ну или хотя бы споешь песенку.

Святозару тем временем было явно не до фольклора. Из-за спасения Карла он чуть было не потерял равновесие, а потому едва сумел отбить следующую атаку рыцаря. Стальной и ледяной мечи сшиблись, высекая искры, но воин напряг мышцы и все же устоял. А затем уже и сам нанес удар, который противник с легкостью отбил. Схватка набирала обороты.

Признаться честно, я всегда питал слабость к рыцарским турнирам, поединкам лицом к лицу и прочей средневековой романтике. Не настолько, чтобы бегать по лесам с реконструкторами, но посмотреть вечерком видяшку-другую в интернете любил. Непременно с чаем, печеньками и завернувшись в уютный плед.

Но вживую…

Вживую такое сражение выглядело в тысячу раз эффектнее!

Никакого позерства, толкотни и дилетантских замашек. И никакой пощады. Противники бились насмерть, что чувствовалось в каждом ударе и в каждом движении. Я буквально собственной кожей ощущал напряжение, с которым Святозар блокировал выпады врага и пытался продавить его защиту. А ведь любая ошибка могла стоить ему жизни!

Да, вживую наблюдать подобное куда круче. Но в то же время я бы с радостью переместился сейчас в родное кресло, чтобы меня и этих громил разделял экран и тысячи километров расстояния. Ведь если Свят проиграет, то вряд ли кто-либо из нас сможет хоть что-то противопоставить его убийце. Тогда Ведьмин Круг заберет свои жертвы, а мы так и не узнаем, как из него выбраться.

И все же, даже на мой дилетантский взгляд, воин и рыцарь ничуть не уступали друг другу. Настолько, что они использовали один и те же приемы, а финты противников раскусывали на лету. Я бы на месте Святозара уже давно лежал на земле парящим фаршем, с торчащим из него ручками и ножками. Наш же герой уверенно продолжал сражаться, хоть и не мог пока одержать верх.

Логично было бы ему помочь, но что я мог сделать? Подкрасться сзади и всадить в спину нож? Во-первых, я даже доспехи не пробью, а во-вторых… Во-вторых, рыцарь пугал меня куда больше, чем встреченные в тумане тени. Все-таки те выглядели как-то не по-настоящему, да и сама атмосфера создавала ощущение игры. Даже несмотря на приобретенные мной раны. Наверное из-за того, что и сами раны были не особо настоящими.

Здесь же из полученных Святом повреждений сочилась самая что на есть натуральная кровь, стекавшая по рукавам рубашки и брызгами разлетавшаяся по траве. Пока ничего серьезного, но долго так продолжаться не могло. Тем более, что аналогичные выпады воина лишь оставляли на броне рыцаря ничего не значащие вмятины и царапины.

– Да пусти же ты меня! – верещал белколюд, пытаясь вырваться из хватки Гоиля. – Я Карл, Гроза Скорлупы! И не такие орешки раскалывал! Его панцирь мне на раз плюнуть!

– Хватит дергаться, мелочь! – негодовал охотник с противоестественной улыбкой на лице. – Ты только под ногами путаешься. Скажи спасибо, что тебя вообще спасли. А из-за тебя я и сам помочь не могу. И не кусайся, а то лично прихлопну!

Карл с Гоилем продолжали копошиться, я отчаянно жалел, что до сих пор так и не обзавелся огненным шаром, Мурзик яростно шипел, выгнув спину, и лишь одна Лиза возилась с чем-то, скрытым от моих глаз. Она активно шевелила руками, что-то куда-то запихивала, крутила, вертела, вытягивала и, кажется, даже бормотала себе под нос.

Точно! Девушка ведь из-за своего проклятия слышала механизмы. Наверняка и сейчас колдовала над какой-нибудь Рыцарской Мухобойкой или Универсальным Стреноживателем Враждебных Сущностей. Ай да умница! Так бы и расцеловал, если бы это ее не отвлекло.

Я оказался прав. Не прошло и нескольких минут, как в руках изобретательницы появилось нечто, похожее на миниатюрный уличный фонарь. Даже со свечой внутри. Только почему-то красной.

Лиза чиркнула уже знакомой мне зажигалкой, которую с прошлого раза умудрилась доработать до полноценного источника огня, запалила фитиль, что-то еще раз подкрутила и направила устройство на рыцаря. Прямо у меня на глазах стекла фонаря потемнели, его верхняя часть начала крутиться, а в тьму под капюшоном ударил яркий пучок красного света.

Лиза на коленке собрала лазер!

Не похоже, чтобы луч поджигал или наносил какой-то вред, что превращало устройство в простую лазерную указку, однако и этого хватило для отвлечения внимания. Рыцарь отпрянул, прикрыл лицо рукой, и Святозар тут же обернул заминку в свою пользу. Поднырнув под ледяным мечом, он резко сократил дистанцию и полоснул оружием по выставленной вперед руке, угодив точно в сочленение между элементами брони.

И сам, невольно вскрикнув, отскочил.

В том самом месте, куда он нанес удар, на его предплечье появилась открытая рана. Причем отнюдь не шуточная.

Рыцарь же пошатнулся, с его головы слетел капюшон, и мы увидели лицо. До боли знакомое. Массивный подбородок, неправильно сросшийся после перелома нос, льдистые глаза и соломенные волосы. Точная копия Святозара! Или, скорее, его зеркальное отражение. Только как будто еще более уверенное в своей правоте, чем оригинал.

– Ух ты! – воскликнул Карл, перестав вырываться. – Ты не говорил, что у тебя есть брат-близнец. Я со своим тоже всегда дрался. Ну не до крови, конечно, но у нас и мечей не было. Только шерсть друг другу выдергивали. Как его зовут?

Святозар сквозь зубы выругался.

– Такое себе имечко. – качнул головой белколюд. – Хотя что с вас, человеков, взять. Вы даже дома запираете зачем-то.

Я тоже разглядывал копию, пытаясь понять, чем же она является. Злым двойником? Святом из будущего или прошлого? Альтернативной версией из параллельной вселенной? Воплощением потайных желаний?

А что – может наш герой с детства мечтал облачиться в сталь, взять в руки волшебный меч и идти причинять добро. А заодно насаждать справедливость и приносить непоправимую пользу. С него станется.

Прийти к какому-либо окончательному выводу я не успел, потому что безликий фантом снова завыл о том, что его никто не понимает, а затем взмахнул руками и распался на несколько потоков рваных белых вспышек. Каждая из которых устремилась к остальным участникам нашей группы. И стала их пугающей копией.

*Голос*

Дух Без Лица не кричал, не грозил – он шептал. И шепот этот проникал прямо в кости, заставляя кровь стынуть и вскипать одновременно. А когда он распался на дубли, то все они заговорили одновременно.

– Ты боишься. – произнес двойник голосом Святозара, но с металлическим призвуком. – Боишься, что твоя правда никого не спасет.

Святозар рассмеялся – резко, почти истерично. Внутри него что‑то сжалось, но он не мог признать правду.

– Не смей говорить за меня! – его пальцы до боли сжали рукоять меча. – Я не боюсь. Я знаю: правда – это щит. Это все, что у меня есть!

Двойник шагнул вперед, и их мечи снова встретились. Святозар бил яростно, вкладывая в атаку всю злость. Но не на клона. А на себя. За то, что в глубине души слышал: «А если он прав?»

Каждый удар отзывался острой болью в груди воина – будто меч двойника бил не по стали, а по нервам. Святозар кричал, требовал, чтобы двойник исчез, но тот лишь усмехался, повторяя:

– Ты прячешь страх за словами о чести.

– Я не боюсь! – твердил Святозар, но голос его дрожал.

Внутри воина что‑то надломилось – тихо, незаметно. Святозар продолжал сражаться, но чувствовал: подделка всегда была рядом. В его голове.

Ден увидел своего двойника на расстоянии вытянутой руки. Сначала он подумал: «Это просто я». Но потом заметил – глаза те же, но взгляд… трусливый. Перед ним стоял тот, кого он прятал годами.

– Беги. – прошептал двойник, улыбаясь. – Ты же знаешь: если убежишь – выживешь. А если останешься – умрешь, как глупец.

Ден отпрянул, будто его ударили. В груди вспыхнула паника, но он тут же подавил ее – яростно, отчаянно.

– Нет! Это не я! – он оттолкнул копию, и та растаяла. – Я не бегу. Никогда не бежал. Я… я просто осторожничаю. Это другое!

Двойник возник снова – уже рядом, касаясь плеча. Его голос звучал мягко, почти сочувственно:

– Тогда почему ты всегда первый отходишь в тень? Почему не говоришь, когда нужно? Почему прячешься?

– ЗАМОЛЧИ! – крик Дена эхом разнесся по лесу.

Он бросился на подражателя, но тот лишь отскочил с дьявольским смехом на устах. Ден стоял, тяжело дыша и сжимая кулаки. Внутри него что‑то трескалось и шептало, но он отказывался слушать.

– Это не я. – повторял он упрямо. Однако ком в горле говорил об обратном.

Лиза столкнулась с двойником лицом к лицу. Она не увидела копию себя – пред ней предстал провал. Та Лиза, которой она всегда боялась стать: руки в масле, глаза красные от слез, а вокруг – сломанные механизмы.

– Ты ничего не можешь починить! – засмеялся клон. – Все, что ты создаешь, ломается. Все, кого ты любишь, уходят.

Лиза схватила один из сломанных механизмов, прижала к груди, будто это могло защитить ее.

– Замолчи! Я все исправлю. Я всегда исправляю. Я… я должна.

Она начала лихорадочно крутить винты, соединять детали, хотя знала – это бесполезно. Руки дрожали, а в глазах стояли слезы.

– Посмотри на себя. – шептал двойник. – Ты даже сейчас не можешь остановиться. Ты не создаешь – ты чинишь чужие ошибки. Ты боишься сделать что‑то свое, потому что тогда будет видно, насколько ты… несовершенна.

– Нет! – Лиза швырнула механизм в копию. Та рассмеялась, и не думая исчезать. – Ты не победишь меня. – сказала Лиза, но голос ее дрогнул. – Я все починю. Все…

Она опустилась на землю, обхватив колени. Внутри нее что‑то рушилось – тихое, болезненное. Изобретательница вытерла слезы и снова взялась за инструмент. Она должна была починить. Иначе кто она?

Карл поймал двойника, когда тот вытаскивал из сумки Гоиля сушеную рыбу. Он замер. Это был он – только без любопытства, без мечтательности, но зато с чем-то еще. С тем, что Карл не хотел в себе принимать.

– Ну и что? – ухмыльнулся двойник. – Все равно никто не заметит. А если заметят – скажешь, что это не ты.

Карл покраснел. В груди что‑то сжалось – не от стыда, а от страха, что двойник прав.

– Это… это не воровство. Я просто… беру то, что лежит без дела. Это же не… не важно.

– А если это твое лежит без дела? Ты тоже позволишь взять?

– Конечно! Но мое не лежит без дела. Оно всегда при мне.

– Значит, ты знаешь, что это воровство.

– Нет! – Карл отшатнулся. – Я… я просто…

Он сунул руку в карман и достал ракушку. Красивую. Самую главную. Ту, что хранил как зеницу ока. Карл сжал ее в кулаке так, что шерсть на костяшках встала дыбом.

– Это важно. Мое сокровище. – повторил он, но в голосе звучала неуверенность.

Двойник рассмеялся и продолжил нагло перекладывать чужие вещи в свои мешочки. А Карл стоял, сжимая сокровище, чувствуя, как внутри что‑то царапает – тихо, но настойчиво.

Гоиль увидел копию в отблеске наконечника своего копья. Та стояла к нему спиной – охотник, как и он. Но когда обернулась, Гоиль понял: это действительно он, но без тормозов. Без жалости. Без границ.

– Ты знаешь, что надо сделать. – сказал двойник. – Убей. Убей их всех. Они мешают.

Гоиль сжал древко копья так, что побелели костяшки пальцев. В груди закипала ярость – не на тень, а на себя за то, что где‑то глубоко внутри услышал отзвук согласия.

– Я все контролирую. – произнес он глухо. – Я решаю, кто враг. Я не убийца.

– А если я враг? – двойник сделал шаг вперед, и Гоиль почувствовал, как мышцы сами собой напрягаются, готовясь к броску.

Охотник перехватил копье поудобнее, выставил острие вперед. Лезвие тускло блестело в свете луны, будто манило нанести удар.

– Ты – не я. Ты – тень. – голос Гоиля звучал твердо, вот только в груди что‑то дрогнуло.

– Но мы одинаковы. – двойник улыбнулся. Холодно, хищно. – Посмотри на свои руки. Они уже дрожат. Ты боишься. Боишься, что когда-нибудь не остановишься. Что однажды захочешь убить.

Гоиль стиснул зубы. Перед глазами поплыли образы: кровь на лезвии, крики, звери, падающие под его ударом. Он вспомнил, как в последний раз не смог опустить оружие – когда бандит уже лежал на земле, моля о пощаде…

Мышцы напряглись, копье дрогнуло в руках. Гоиль сделал резкий выпад, и острие пронеслось в волоске от двойника, вонзившись в ствол березы за его спиной. Древесина глухо застонала, лезвие вошло глубоко.

Охотник отпустил древко, тяжело дыша. Ладони вспотели, в висках стучала кровь.

– Я контролирую. – повторил он, но голос звучал хрипло, неуверенно.

Двойник рассмеялся. Тихо, почти сочувственно.

– Правда?

* * *

Да, каждому из нас досталось по копии, бившей в самое больное место. В то, которое прячешь не только от остальных, но и скрываешь от самого себя. И в этот миг я понял: мы влипли. И влипли серьезно.

Глава 21

Я стоял, глядя в глаза своего двойника. Еще секунду назад трусливые, теперь они светились уверенностью и какой-то даже агрессией. Рука копии медленно потянулась к подаренному лощинцами ножу.

– Погоди-погоди. – я выставил вперед ладони в защитном жесте. – Давай договоримся. Мы же оба знаем, что мне нужно, а что нет. Мы можем объединиться! Вместе мы будем вдвое сильнее. Никакие фокусы Автора нас не возьмут!

– Беги! – коротко бросил мне клон, направив на меня острие. – Беги, как всегда убегаешь.

– Вовсе не всегда я убегаю. Я, вон, целую деревню от хищной кляксы спас. Ну ты сам в курсе.

– Беги!

Двойник взмахнул ножом, и мне пришлось отпрыгнуть. Затем еще. И снова. А потом я и правда побежал.

Нет, ну а что мне оставалось делать? Сражаться с ним, как Святозар? Спасибо увольте. Во-первых, я так не умел, а во-вторых, что толку, если нанесенные и тобой и врагом раны достаются только тебе. Это какая-то игра в одни ворота получается. Разве что с реальной болью и неиллюзорным шансом двинуть кони.

Я нарезал круги по поляне, убегая от себя самого. Причем как в прямом, так и в переносном смысле. В каком-нибудь дешевом фильме ужасов я бы непременно поскользнулся и упал, но, к счастью, попал я все-таки в книгу, а тут действуют немного другие законы. Если только Автор не захочет добавить фарсу и не подкинет мне под ноги вылезший из-под земли корень.

Кстати, на счет этого проклятущего графомана. Не услышь я его голос, рассказавший о мыслях моих спутников, я бы, наверное, полностью сосредоточился на своей личной проблеме. А так, я увидел картину в целом, и это натолкнуло меня на парочку весьма любопытных мыслей. Тем более что пробежка позволила собственными глазами оценить обстановку.

Святозар, стиснув зубы, продолжал сражаться. Капли пота и крови летели во все стороны, смешиваясь с искрами от сталкивающихся мечей. В дрожащем свете костра битва выглядела эпично, и я бы с удовольствием ею полюбовался, если бы не маячившая за спиной угроза.

Двойник Карла, инфернально хохоча, набивал карманы добром из чужих сумок. «Нет, пожалуйста, не надо!» – молил его белколюд, по щекам которого катились слезы, но в ответ слышал лишь «Все мое, до чего дотянусь! Все мое!».

Засранец запустил свои ручонки и в мой рюкзак, так что я прямо на ходу наподдал ему под зад, за что тут же поплатился и чуть в самом деле не упал. Моя нога легко прошла сквозь копию, как сквозь дым, не встретив сопротивления. А значит со своими дублями каждый должен разбираться самостоятельно.

Жаль, я наделся подвести лже-Дена к Святозару поближе. Зная меня, воину хватило бы одного точного удара.

Но, увы…

Сам. Опять все сам.

Ситуация с Гоилем немного изменилась. Возле двойника возникали образы деревенских, которых тот безжалостно насаживал на копье и смеялся, наслаждаясь их болью и потоками хлещущей во все стороны крови. Оригинальный же охотник стоял ни жив ни мертв и мелко дрожал. Не то от страха, не от возбуждения. При этом с лиц обоих не сходила застывшая улыбка проклятия, что делало картину особенно жуткой.

Лиза, рыдая, сидела на земле в окружении сломанных механизмов и хватала их один за другим, пытаясь починить. Но даже если ей это удавалось, изделие тут же исчезало, а двойник подбрасывал парочку новых. Еще более разбитых и искореженных. Как ни странно, ее ситуация показалась мне самой тяжелой.

Не пожалел фантом и Мурзика. Кот шипел, выгнув спину, а возле него стояла его полная копия. Причем стояла на задних лапах, облаченная в стильный смокинг и цилиндр, с тростью в одной руке и дымящейся трубкой в другой. Сюр какой-то. И, Автор, животинку-то за что? Совсем у тебя совести нет!

Глянув через плечо, я убедился, что двойник меня по-прежнему преследует. Не догоняет, не отстает, а бежит с той же скоростью, что и я, размахивая ножом крест-накрест. Я попробовал немного замедлиться, однако, чуть не получил сталью промеж лопаток и вернулся к прежнему темпу.

Не все так просто.

Но в чем же дело?

Любопытно, что все копии ведут себя по-разному. Убить пытаются только меня и Святозара, а остальные своих оригиналов вообще не трогают. Они делают больно по-другому.

Делают больно…

Черт, мне ведь и правда больно! В боку так и колет. Я столько даже на школьной физкультуре не бегал. А уж с тех пор прошло несколько лет. Сколько, кстати? Ну сколько-то точно!

А ведь мне и в Тумане пришлось носиться. Хорошо хоть сейчас на ногах обувь нормальная. И носки, спасибо Еве.

Нет, сейчас не об этом.

Благодаря речи Автора мне удалось сохранить ясность рассудка и посмотреть на ситуацию со стороны, но картинка по-прежнему не складывалась. Да и все-таки сложно думать, когда за спиной топает маньяк с твоим собственным лицом. Вот бы как-нибудь взять паузу…

Пробегая мимо Лизы, я проявил чудеса эквилибристики и подхватил с земли ее «лазерную указку». Раз сработала однажды, поможет и снова. Только теперь немного в другом ключе.

– Лиза, как настроить ширину пучка? – крикнул я, заходя на очередной круг. – Лиза! Да очнись же ты! Ты отличный ученый и изобретатель! Не слушай ее.

Но девушка отчаянно пыталась приладить ручку от мясорубки к молотку с кисточкой и словно вовсе меня не слышала.

Ладно. Как будто выходец из двадцать первого века не разберется в средневековом гаджете. Я какие только штуки в руках не держал. А губозакатывательные машинки даже лично собирал и дарил переевшим оборзина особям.

Так, это сюда, это туда, это вообще лишнее. Ага. Вот так. Теперь вот так. Ой, нет, это не то, обратно. Ну… и… оп-па!

Яркий свет ударил во все стороны, превратив обычную иллириумскую ночь в вампирскую вечеринку. Все вокруг залило красным, будто мы угодили в картину под названием «Апокалипсис по-весеннему». Ну или в тарелку борща. Так сразу и не поймешь. Но главное, что моя задумка сработала, и двойники застыли, прикрыв лица ладонями.

– Быстро! Слушайте все меня! – начал было я, но тут копии одновременно заговорили голосом безликого фантома.

– Вы думаете, что мы – ваши враги, но это не так. Вы сами себе враги. Вы отрицаете нас и не понимаете этого. Никто не понимает. Это так печально.

Раздался оглушительный свист, словно ветер застрял в щели забора, и устройство у меня в руках развалилось. Свет пропал, а клоны возобновили свою деструктивную деятельность.

Ну вот. Снова бежать. А я ведь даже дыхание перевести не успел.

Я не знал, начудил ли это опять Автор или проявил инициативу сам фантом, но план мой провалился. Что, в целом, не удивительно. Ведь взглянув на двойников Истинным Зрением, я увидел, что на самом деле они являлись лишь все теми же сполохами света, а вовсе не живыми существами. Значит им и в самом деле физически не навредить. Ну а магов в нашем отряде как-то не случилось.

Святозар, это, между прочим, в твой огород камень. Кто так группу собирает? Где танк, где лечилка с сиськами, где вор-альтруист с тяжелой судьбой? У нас же тут сплошные балласты. Включая меня. Да демоны слезы устанут вытирать от смеха, если мы такой компанией явимся к вратам Бездны. Вот серьезно – обнять и плакать.

Впрочем, последняя реплика фантома подарила мне новую пищу для размышлений. Что, вкупе с информацией от Автора, помогло лучше понять происходящее.

«Мы сами себе враги» – вот ключ к спасению из ловушки!

Естественно, кто-то с интеллектом аквариумной рыбки решил бы, что для победы нужно совершить сэппуку и демонстративно забросать двойников собственными кишками. К счастью, таких среди нас не нашлось. Чуть более умные попробовали бы одолеть копию силой. Этот путь избрал Святозар и не то чтобы особо преуспел. Я же, пусть и не считал себя гением, но все-таки что-то в этой жизни понимал.

Фантом породил не наших злых двойников, не будущее и не прошлое – он воплотил в реальность те черты характера, которые мы прятали не только от остальных, но и от самих себя. Воссоздал личности, что любой из нас боится увидеть в зеркале. И таким образом бил по самому больному.

В целом, я был почти на сто процентов уверен, что разгадал задумку Автора. Но перед тем, как встать лицом к лицу с собственным страхом, не мешало бы проверить теорию на чем-то более безопасном.

– Карл, отдай ракушку двойнику! – крикнул я, чувствуя, что на долго моего дыхания не хватит.

– Не могу! – хныкал белколюд. – Это мое сокровище. Я нашел ее возле старого храма, и с тех пор ни разу с ней не расставался.

– В Ланн-Эларе найдем тебе новую. Еще лучше! Там не так далеко до моря.

– Но эту подарил мне отец, когда вернулся из Великого Похода за Кладом!

Что, блин?

– Отдай ракушку, говорю тебе!

– Я выменял ее у злого колдуна на смех единорога и яблочный огрызок. Другой такой нет! Или то был добрый колдун?

– Карл, хватит жадничать!

Белколюд дернулся так, будто я отвесил ему оплеуху. В его глазах прояснилось, и в них даже мелькнуло некоторое подобие задорной злости.

– Я… я не жадный. – тихо произнес Карл. – Ну разве что иногда. Совсем капельку. Самую малость… Но разве это плохо?

– Конечно нет. – поспешил успокоить его я, делая очередной круг по поляне. Кажется, я даже уже тропу в траве протоптал. – Все иногда жадничают. В этом нет ничего страшного до тех пор, пока ты можешь себя контролировать.