Текст книги "Не мой выбор. Плен твоих глаз. (CИ)"

Автор книги: Ника Летта

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 16 страниц)

Оглядел меня с ног до головы и протянул какую-то ткань неизвестной текстуры.

– Через десять минут мы совершим посадку на Аттере. Я хотел бы услышать ответ на своё предложение.

Я посмотрела на него, потом на ткань. Вот так, значит. С корабля – и сразу в судьбоносные решения.

– Извините, – сказала я осторожно, – вынуждена отклонить ваше покровительство. Я ещё не знаю реалий вашей жизни и пока остерегаюсь принимать какие-либо решения.

Сначала я не знала, как отказать, чтобы не обидеть и не задеть. Но, пользуясь его прямолинейностью, решила сказать как есть.

Доусет кивнул.

– Что ж. Моё предложение остаётся в силе. Если надумаете – сообщите через Драста.

И вот тут я слегка запаниковала. Совершенно одна. В незнакомом мире. Среди существ, для которых я в лучшем случае гостья, а в худшем – экзотическая самочка с коротким сроком годности.

– Вы что, так и оставите меня?

Да, он стал своеобразным якорем. Знакомым злом. А знакомое зло, как ни крути, пугает меньше неизвестного.

– Естественно, – ответил Доусет. – Вы являетесь гостьей астниеры капитана и его семьи. Посторонних в бростах не жалуют. Я провожу вас и отдам его семье на попечение.

Тут он сверкнул всё понимающей улыбкой.

– Но вы ещё можете изменить решение. Тогда вам не придётся переживать столь волнительные моменты.

Страх остаться одной исчез мгновенно. Его место заняла злость. Здоровая такая, бодрая злость на низкую манипуляцию чувствами маленькой бедненькой меня.

Стратег. [Ненормативная лексикa ]Не дождётся.

– Ничего страшного, потерплю, – сладко улыбнулась я.

Если бы до этого момента я ещё держала его где-то на шатком пьедестале вероятного возлюбленного, то сейчас сама бы этот пьедестал подпилила. Не люблю, когда мной играют.

Доусет моего выступления “на бис” не оценил. Просто кивнул и покинул помещение.

Я перевела взгляд на то, что держала в руках. Кусок ткани оказался чёрным плащом или накидкой – таким, какие, кажется, были в моде где-то в восемнадцатом веке. С глубоким капюшоном и плотными складками. Стоило только завязать тесёмки под горлом, как он полностью скрывал силуэт.

Навевало определённые ассоциации с Дальним Востоком. А когда я покрыла голову капюшоном, окончательно уверилась в существовании гаремов. Своеобразная паранджа европейской интерпретации.

Прелестно. Новая галактика встретит меня в образе “невесть кто, но приличная”.

Строго в оговорённое время ицтек вернулся, чтобы сопровождать меня в новое светлое будущее. Надеюсь, светлое.

Надлежало мне, видимо, скромно идти рядом с ним и не поднимать глаз от пола. Я, как послушная девочка, следовала почти по пятам, одновременно рассматривая серый пол, который слегка пружинил под ногами.

Правда, моего смирения хватило ненадолго. Краем глаза я заметила проходившего мимо инопланетника. Любопытство, как всегда, высунуло свой курносый носик наружу. Кроме Сета, демона и чужого хвоста я никого толком не видела, поэтому решила рассмотреть нового представителя местной фауны.

Не вовремя. В тот момент, когда мой взгляд упёрся в широченную спину, запакованную в нечто подозрительно похожее на водолазный костюм, мы как раз выходили на трап.

И тут я услышала рёв. Оглушающий. Мощный. Такой, что едва не заложило уши и не разорвало барабанные перепонки. А обзор открылся замечательный: заинтересовавшая меня спина мигом исчезла с поля зрения.

Я округлившимися глазами наблюдала, как тот самый двухметровый демон, которого раньше списала на галлюцинации, рвёт и мечет перед встречающей делегацией.

Святые угодники. Мне даже почти стало их жаль. Почти.

Фантазия услужливо подбрасывала картинки: из этого монумента ярости вырываются столбы пламени, фаерболы летят в головы неугодных, массовка красиво падает врассыпную.

Поначалу я даже немного разочаровалась, не увидев огня. Потом одёрнула себя. Маша, это не фильм 5D. Ты не в зале с попкорном и не в безопасности. Это твоя новая реальность.

– Это к-к-капитан? – спросила я, дёрнув желтоглазого за рукав.

Жутковато было, чего уж там.

– Да.

Лицо Доусета было хмурым. Очевидно, он услышал куда больше меня и услышанное заставило его задуматься. Но ответить всё же соизволил.

И это в гостях у этого мне жить придётся? Да у моей землячки явно не всё в порядке с головой, если она согласилась жить с ожившим вулканом. Неудивительно, что у неё сердце отказывать начало. Оно, бедное, просто не выдержало постоянной перекачки адреналина.

Ладно. Нечего запугивать себя раньше времени. Злится он не на меня – и то хлеб.

Чувство страха стало уменьшаться, когда гора чистой ярости решила нас покинуть. За капитаном последовали двое таких же демонов, пара демониц и эльфо-тролль. Женщина трогательно всхлипывала в беленький ажурный платочек.

Доусет подхватил меня под локоть и повёл вниз по трапу, решив присоединиться к процессии.

Под гнётом мрачных перспектив у меня даже желания не было осматривать космопорт. Единственное, что успела отметить: он был гигантским. Едва ли не величиной с футбольное поле, если не больше. Тут и там мелькал транспорт, двигались толпы существ, шум стоял плотный и чужой.

А в голове крутилась одна мысль. Что могло случиться, чтобы капитан так взбесился?

Если верить словам Сета, между демоном и его астниерой любовь и всё такое. Значит, ярость напрямую связана с моей землячкой.

А если она умерла? Преждевременно? Что тогда будет со мной? Накручивать себя ещё сильнее не было сил, поэтому я решила рискнуть.

– Что случилось?

Надежды получить ответ почти не было.

– Сию похитили, – резче, чем хотел, ответил ицтек.

И тут же уточнил:

– Астниера капитана была похищена прямо из-под крыши дома. С территории их броста.

Что на это скажешь? Правильно. Лучше промолчать. Вот я и молчала, тихо перебирая лапками и стараясь поспевать за широким шагом Доусета, путаясь в складках балахона. Через толстый слой ткани я почти физически ощущала взгляды проходящих мимо существ.

На них я не смотрела. Тут бы не споткнуться. Вокруг гудело, как в улье, и кто-то постоянно мельтешил на периферии зрения. Я так сильно задумалась, что не заметила, как мы подошли к круглой площадке.

Буквально через секунду мне сдавило горло. В глазах потемнело. Пропало чувство ориентации в пространстве. Я даже не успела понять, что происходит, как на меня обрушилась давящая тишина.

Колени ослабли.

– Сет! – раздался незнакомый гневный окрик. – Ты что, не помнишь, чем это закончилось в прошлый раз для Сии?

Ага. Телепортировались. Догадалась я, пока пыталась глотать воздух открытым ртом, как рыба, которую внезапно вытащили из аквариума и предложили жить дальше на энтузиазме.

Кто-то откинул мой капюшон. Кислород начал поступать в лёгкие чуть легче. Передо мной оказался тот самый эльфо-тролль, которого я видела у трапа. Только теперь намного ближе.

Была бы тут Анютка, она бы дышала этому переростку примерно в район пупка. Таким высоким он был.

– Дышите, тьера, – ласково сказал он, убирая с моего лица упавшие рыжие пряди. – Вот так. Вдох. Выдох. Дышите глубже.

– Чего стоишь? Воды лучше подай! – резко бросил он в сторону желтоглазого.

Контраст с нежным воркованием надо мной был такой сильный, что мой мозг даже в полуживом состоянии отметил: занятный экземпляр.

– А мы сейчас попробуем присесть, – снова мягко обратился он ко мне. – Правда? Это ведь не трудно?

– Мг… хр…

Ничего членораздельного моё пересушенное горло выдать не смогло. Оставалось только слабо кивнуть и на трясущихся ногах добраться до какого-то объекта горизонтального происхождения.

Кресло. Чудно подойдёт. Пока я трясущимися руками принимала странной формы стакан с желанной жидкостью и делала глоток за глотком, шок начал сходить на нет.

А вместе с ним пришло подозрение. С чего это такое трепетное отношение ко мне любимой? Нет, я себя, конечно, люблю. А что, не видно? Но эта мимимишность была полным сюром.

Ну сами представьте: заваливается к вам в дом какая-то мадам и едва не падает в обморок. Вы стали бы так над ней трястись? Да и за желтоглазым я подобного пиетета не наблюдала. Он даже не поддержал меня, когда я падала.

Складывалось ощущение, будто я самый желанный гость. Птица важного полёта. И не дай святые небеса со мной случится что-то плохое – им всем не сносить головы.

В голове это никак не укладывалось. Нереально.

– Выяснили, кто замешан в похищении? – не дожидаясь, пока я окончательно приду в себя, спросил Доусет.

Вот тебе манеры и галантность. Исчезли без следа.

– Не при тьере, – укоризненно проговорил мой новый воркователь. – Можешь узнать всё, что тебя интересует, в кабинете. Там все собрались.

Он покровительственно погладил меня по топорщащимся лохмам.

– Ей нужны тишина и покой, чтобы прийти в себя.

Я, как бы, уже вполне вменяема. Правда, показывать этого не стала. Мало ли, вдруг что-нибудь дельное услышу. Вы говорите, говорите, господа нелюди, а я пока лучше тебя разгляжу, недоэльф.

На него действительно стоило посмотреть. Длинные светлые волосы. Утончённые черты лица. Белая кожа. В нашем традиционном фантазийном понимании он и правда был похож на эльфа.

Что же делало его “недо” или “троллем”? Клыки, девочки. Я бы даже сказала – бивни. Они росли из мощной нижней челюсти и выступали над нижней губой.

Самое парадоксальное – это его совсем не портило. Даже наоборот, добавляло определённую изюминку в и без того экзотическую внешность.

– Забыл поздравить. Рад за тебя, друг, – сказал Доусет перед уходом.

Потом замысловато скрючил пальцы и, так и не попрощавшись со мной, ретировался. Ну и больно надо твоё прощание. Хотя немного обидно.

Как-никак роль любовницы предлагал, а теперь ушёл, будто я мебель с эмоциональными осложнениями. Да ну его. Я перевела взгляд на помещение.

Дверей тут, по-видимому, не было. Спину уходящего желтоглазика было отлично видно. В их мире явно процветал минимализм: никаких безделушек, завитушек, картин, статуэток и прочего пылесборника.

Единственное, что украшало помещение с громадными потолками, – панорамные окна во всю стену.

За ними виднелся двор. Или сад. Не знаю. Допив воду, я поставила стакан на стеклянный столик и попыталась встать без помощи неправдоподобно заботливого помощника.

Когда прошла мимо него, снова отметила рост. Я ему едва ли по грудь доставала. Со мной он больше не заговорил. Только внимательно следил за каждым движением.

Ну да. У меня ещё свежи впечатления от подобного “ознакомления” с желтоглазым. Надеюсь, этот хотя бы не будет предлагать своё покровительство.

Я молча обошла помещение. Он не препятствовал. Даже когда я подошла к заманчивым окнам.

Двери бесшумно открылись сами, и меня словно омыло тёплым потоком непривычного воздуха.

Так захотелось выйти. Просто выйти и вдохнуть полной грудью, не оглядываясь. Но я с трудом заставила себя не поддаться порыву. Повернула голову назад, как бы спрашивая разрешения.

А что вы хотели? Вдруг я у них только на словах гостья. Надо же проверить, что мне вообще дозволено. Лишь дождавшись одобрительного кивка, я стремительно вылетела наружу.

Видели бы вы меня со стороны.

Я едва ли не летала по воздуху, пытаясь охватить взглядом всё сразу: синие плакучие ивы с сиреневыми стволами, окружившие низкий фонтан; фиолетовые вьюнки, оплетавшие деревянные ажурные скамейки; мелких птичек, похожих на колибри, которые мелькали так быстро, что если не присматриваться, их вполне можно принять за фей.

Всё было настолько непривычным и волшебным, что я даже не обращала внимания на белобрысого, который шёл за мной по пятам.

Казалось, я попала в добрую сказку. Тут тебе и фантазийная флора. И эльф имеется. Полный набор. Ну да, конечно. Добрая сказка с ожидающим впереди хэппи-эндом.

Только в таких сказках не бывает высоченных заборов почти в шесть метров. Без конца и края. А сверху – полупрозрачного купола, накрывшего поместье, как стеклянный колпак.

Купол был явно материален. Солнечные лучи преломлялись о его края, и казалось, будто в этом раю на постоянное место жительства поселилась радуга.

Красиво. Очень красиво. А теперь заканчиваем с потехами для маленьких девочек, живущих внутри каждой из нас, и переходим к сырым будням взрослых тётенек.

Это был не сад. Это была красивая клетка. Пока я всё щупала, трогала и едва ли не нюхала, мой сопровождающий ближе не подходил. Благодаря этому я ощущала хоть какую-то долю свободы.

Единственный раз он позволил себе вмешаться, когда мы дошли до открытой площадки, покрытой тёмно-зелёным мхом. Такая обычно бывает на полях для гольфа.

Он резко приблизился, ощутимо схватил меня за руку и завёл за свою спину. Я хотела возмутиться. Но тут воздух вокруг завибрировал. Купол начал расходиться.

Ветер ударил так, что захотелось вжать голову в плечи, пригнуться к земле и зажмуриться. По телу побежали холодные мурашки.

Источником ужаса оказался каплевидный флаер. Где-то я такое название летательного транспорта вычитала. Не помню где, но сейчас оно очень подходило. Аппарат с лёгким грохотом опустился на площадку рядом с нами.

Любопытство снова высунуло свой нос. Я выглянула из-за широкой спины недоэльфа.

У дымящейся капли открылась створка. Сначала показалась голова очередного демона. Потом лицо. И глаза. Антрацитовые омуты с серповидным зрачком цвета ртути. Следом появилось тело.

Он был всего на полголовы ниже белобрысого, но вдвое шире изящного лекаря. Всё это великолепие, а под великолепием я имею в виду именно тело, оказалось буквально в паре шагов от нас.

Вид у демона был потрёпанный. Чистотой он тоже не отличался. Но что-то в нём зацепило мой взгляд.

Он мимолётно мазнул по нам глазами, кивнул только моему сопровождающему и почти на невозможной скорости направился к парадному входу.

А я, словно приворожённая, проследила за его уходом. И даже не сразу поняла, что задержала дыхание.

Глава 13. Добрая сказка с высоким забором

– Пройдёмте в дом, – спокойно произнёс блондинистый сопровождающий.

– Угу… – задумчиво промямлила я и на автопилоте поплелась следом.

А сама шла и размышляла: что же такого было в том демоне, что моё нутро словно прикрепилось к нему намертво?

Красотой он, скажем честно, не блистал. Его внешность по определению должна была меня отталкивать. Всё-таки я женщина, выросшая в относительно религиозной семье. Ну как религиозной… бабушка была глубоко верующей и старательно прививала внукам любовь к Богу, грозя адом за каждое “ой, да ладно”.

А тут передо мной живой представитель той самой визуальной категории, после которой бабушка бы перекрестилась, окропила дом святой водой и срочно заказала молебен.

Я всё это прекрасно понимала. Только понимание ничего не меняло. Меня всё равно тянуло обернуться. Посмотреть ещё раз. Полюбоваться. Хотя бы издали.

Раньше я только слышала слово “харизма” и никогда не придавала ему особого значения. Теперь же на собственной шкуре ощутила, что это не красивое словечко из мотивационных книжек, а вполне себе оружие массового поражения.

И, что хуже всего, оно уже попало в цель. На фоне того воина мне уже совсем не хотелось даже мысленно называть их расу “осетринами”. Глядя на него, в голове набатом звучало: истинный аситин.

Кажется, я правильно запомнила название расы. Аситин. Почти созвучно с “ассасин”. И, надо сказать, подходило гораздо лучше.

Когда я видела капитана в космопорту, от него исходили такие мощные эмоции, что хотелось отползти подальше, забиться в тёмный угол и притвориться невидимкой. А лучше сразу мёртвой.

От капитана веяло разрушением. А от этого воина – чем-то совсем другим. Опасным. Тяжёлым. Притягательным. И это пугало куда сильнее.

Мы вошли в дом. Я уже почти смирилась с тем, что демона больше не увижу, когда блондинистый сопровождающий сказал:

– Я буду вынужден оставить вас. Предлагаю проводить вас в ваши комнаты. Их к этому моменту должны были подготовить.

Он едва успел договорить, как на весь дом прогрохотало истерическое:

– Шинфар!

Блондинистый, и без того белый, побледнел ещё сильнее.

– Постойте здесь, – бросил он на ходу и стремительно рванул на второй этаж.

Ага. Постойте. Конечно. Сейчас только табличку “послушная мебель” на шею повешу. Этот вопль отлично проветрил мой бедный мозг. Любопытство подняло голову, встряхнулось и сказало: “Маша, там же местные женщины. Надо посмотреть”.

И я пошла следом. Кажется, зря. Потому что нарвалась на то, на что посторонним смотреть не следует.

– Почему так долго? – капризно спросила молоденькая аситинка, прижимая к почти плоской груди маленький свёрток. – Неужели уже нашли ту приблуду? Ты ради неё всегда бросал меня. А теперь и нашу дочь бросаешь, будто это она твоя половина.

– Марри, – мягко произнёс Шифаар.

Контраст его белых ладоней на её смуглой коже отчего-то завораживал.

– Не говори глупостей. Вы – моё сокровище.

Да. Определённо лучше было остаться внизу.

У барышни на лице было всё: усталость, истерика, послеродовое потрясение и острое желание кого-нибудь обвинить. Не хватало ещё, чтобы она заметила меня – чужую самку в балахоне, притащенную неизвестно откуда.

Но я всё равно застыла на пару секунд. Потому что Шифаар прижимал её к себе так нежно, будто держал хрустальную вазу, ребёнка и смысл жизни одновременно.

И вот тут кольнуло. Завистью. Глупой, горькой, непрошеной.

Мне тоже хотелось, чтобы кто-то любил меня вот так. Без оглядки. Несмотря на мой порой взбалмошный характер, острый язык и талант устраивать проблемы там, где нормальные люди просто пьют чай.

Хотелось, чтобы носились как с хрустальной вазой. А не как с чемоданом без ручки: бросить жалко, тащить неудобно. С этими печальными мыслями я тихо спустилась обратно. На улицу самовольно идти опасалась, поэтому вернулась в ту самую комнату, где оказалась в этом доме впервые, и присела на кресло, посматривая в сторону прохода.

Вдруг там совещание закончится раньше времени? Вдруг мне улыбнётся удача? Или хотя бы тот самый аситин. Да что со мной такое? Чувствую себя подростком, который впервые влюбился: мозг выключен напрочь, в голове одни занавески и розовые тюли.

Любовь с первого взгляда? Не смешно ли? Надо срочно избавиться от глупых мыслей. Мне ли себя не знать. Ещё воздвигну непреодолимый пьедестал этому образчику мужественности и начну чахнуть от неразделённой любви.

Тьфу. Мой внутренний спор прервал грохот. Я вздрогнула. Гости очередные, надо полагать? Ошибочка вышла. Грянули дверью на втором этаже. Судя по опущенным плечам Шифаара, благоверная выгнала его из спальни.

Передо мной, правда, слабость он демонстрировать не стал. Просто молча спустился и провёл меня к гостевым комнатам.

– Вам необходим отдых, – сказал он на пороге.

Я молча оглядела доставшийся мне номер люкс.

Комната была просторной, светлой и такой минималистичной, что моя земная душа невольно заскучала по пыльным безделушкам, вазочкам, книжным полкам и прочим признакам того, что здесь кто-то действительно живёт, а не просто красиво существует.

Несмотря на усталость, дневной сон не шёл. На корабле я и так выспалась – если можно назвать сном те провалы в полубред между приступами космической тошноты.

Увидев широкий подоконник, на котором умостили бежевый пуф и несколько подушек, я недолго думала. Забралась туда и устроилась поудобнее.

Других развлечений всё равно не было. Буду любоваться красотами за окном.

Существование рефлексирующей амёбой в какой-то мере даже заманчиво. Но продолжать так дальше невозможно. Моя деятельная натура кипела от нетерпения, требуя выплеснуть накопившуюся за время вынужденного бездействия энергию.

Минутный порыв маленькой Маши, заворожённой необычным пейзажем, прошёл довольно быстро. Очевидно, мой внутренний эмпат – ох-хо-хоюшки, звучит-то как! – решил оградить меня от лишних волнений и переключил внимание на того воина.

Судя по моему прошлому опыту попыток создать ячейку общества, его должно было хорошо потрепать по жизни.

А я, как уже выяснилось, на таких реагирую особенно глупо. Влюблённые, как известно, ничего не видят, кроме объекта поклонения. Я ненадолго задремала.

И очнулась резко, с неприятным ощущением надвигающейся беды. Будто подсознание толкнуло меня в бок и сказало: “Вставай, Машенька, сейчас опять будет весело. Не факт, что тебе”.

Я посмотрела в окно. И что я вижу? Очередной гость.

Правда, в отличие от зацепившего меня воина, этот высадился на площадку далеко не плавно. Его флаер двигался рвано, будто за рулём сидел водитель, который с алкоголем знаком не понаслышке, а в длительных романтических отношениях.

Посадка вышла жёсткой. Аппарат даже пузом проехался по мшистой площадке, оставляя за собой рваные борозды.

Ага. Большой такой тяпочкой по газону прошлись. Вспахали неплодородную почву. Поразило меня другое: несмотря на то, что горе-водитель едва не врезался в окно, за которым я расположилась, в комнате не было слышно ничего.

Вот это я понимаю звукоизоляция. Пока я диву давалась, события шли своим чередом. Из флаера вывалился водитель. Определённо навеселе.

Он был той же расы, что капитан и мой воин. Мой? Я уже успела присвоить себе того, с кем даже не разговаривала? Так. Отложим дискуссию разума и сердца, иначе самое интересное пропущу.

Что может быть увлекательного в пьяном субъекте? Ничего, согласна. Но я заметила бордовую кровь, сочившуюся из порезов на теле аситина. Несмотря на рваную одежду и замедленные движения, он не шатался. Скорее двигался сквозь толщу воды.

И всё же шёл. Определённо я должна была присутствовать при встрече хозяев дома с этим товарищем. Это куда лучше, чем сидеть в четырёх стенах и смотреть на потолок.

До холла я добралась буквально за пару минут. По пути успела разглядеть интересующего меня субъекта. Слегка прихрамывая, он дошёл до кабинета, резко распахнул двери и ввалился внутрь.

Как меня ещё не заметили, не знаю. Может, было не до меня. А события тем временем продолжали разворачиваться.

– Нашёл, – прохрипел раненый аситин, держась за дверной косяк.

И начал оседать на пол. Двое демонов тут же подорвались к нему и подхватили под руки. Капитан не растерялся. Схватил новоприбывшего за волосы и начал бить по щекам, приводя в чувство.

– Где?! – рявкнул он.

От таких ласковых пощёчин бесчувственным смогло бы остаться только бревно. А муж моей землячки тем временем бил наотмашь и под конец уже орал:

– Где она?!

Я стояла у косяка и круглыми глазами смотрела на эту сцену, поражаясь, как у несчастного голова ещё держится на плечах.

Если переводчик работает исправно, и капитан так бурно пытает бесчувственное тело товарища, значит, дело касается нашей пропажи. Оперативненько работают мальчики.

Не успела похититься – уже нашли.

– Тут… – прохрипел раненый, когда смог сфокусировать взгляд на капитане. – Они не покинули Итириду… катакомбы… утерянные карты… Лиодас… выведала местоположение… лаборатории Батуми…

Батуми. Не знаю как у вас, а у меня это название стойко ассоциировалось с Африкой. Хотя вряд ли местные похитители прячут астниеру капитана где-то на берегу Чёрного моря под вывеской “хинкали и лабораторные пытки”.

Отстранённо наблюдать за происходящим не получалось. Меня конкретно пробивало на “хи-хи”.

Капитан стрелой рванул мимо меня, а я едва не подавилась смехом. И тут на мне остановил взгляд тот самый воин. Не сказать, что он был рад меня увидеть. Его взгляд был сверлящим и недовольным. Голос – под стать.

– Это она? Что она здесь делает?

Вот умеют мужики всё впечатление о себе испортить. Инопланетные туда же. Между прочим, я перед тобой стою, ваше сиятельство. Если он удумал пристыдить меня – наивный.

Да, немного неловко. Самую малость. И только.

Сет вместе со златовласым Шифааром тем временем приводили в чувство несчастного, который снова провалился в беспамятство, стоило капитану отпустить его волосы.

– Маррия, подойди сюда, поможешь, – бросил Сет.

Неудавшийся покровитель вспомнил о маленькой бедненькой мне. А что я? Я ничего. Только рада. Лишь бы скрыться подальше от недовольного мной воина.

Подобное отношение, конечно, покоробило. Словно я букашка у него под ногами. Сет и Шифаар, видимо, плохо на меня влияли – успела привыкнуть к вниманию.

С другой стороны, ощущение сюрреализма наконец начало исчезать. Моё попадание становилось правдоподобнее. Меня, наконец, не обожают без причины.

Нормальная реакция. Парадокс, не находите? Вот и объясняйте потом женскую логику. Я сама иногда поражаюсь тем мысленным кульбитам, которые выдаёт мой мозг.

Дальше события развивались стремительно.

Меня подключили к действу “подними тело”. Белобрысый недоэльф оказался очень заботливым и попросил меня поддерживать голову страдальца, пока мы втроём несли его в домашнюю лабораторию или операционную.

Что-то среднее. Краем глаза я заметила, как единственный адекватный нелюдь в моём приключении ретировался вслед за капитаном.

Круто живут эти инопланетчики. Больничка прямо в доме.

А наличие лечебного саркофага меня вообще восхитило. Сначала я решила, что это их медицинская капсула. Правда, мои восторги слегка приуныли, когда мне сообщили, что это всего лишь аппарат наподобие нашего ЭКГ и МРТ вместе взятых.

Всего лишь. Ну конечно. Всё равно впечатляет. Компактненько так. Сет, справившись с заданием по укладыванию горе-водителя в навороченный диагност-анализатор, ушёл. Оставил страдальца нам со златовлаской на попечение.

Пока я ассистировала мечущемуся по лаборатории Шинфару, держа в руках то одну колбу, то другую, операция по спасению начала действовать.

Честно? Было ощущение, будто я попала не в сказку с фантастическим антуражем, а в блокбастер. Все же смотрели боевики, где герои и злодеи в полном обмундировании идут “на дело”?

Так вот. Сквозь открытый проём двери я воочию наблюдала картину маслом: “Рэмбо, вперёд”. Капитан, воин и ицтек, увешанные кучей непонятного мне оружия, шли в сторону телепорта. На ходу их инструктировал самый старший аситин – очевидно, отец капитана и хозяин дома.

Я едва не уронила лекарство, когда увидела, как после их исчезновения в мареве телепорта хозяин дома сделал жест, подозрительно похожий на крестное знамение.

Тьфу. Мерещится уже всякое.

Снова мелькнула мысль, что это качественный розыгрыш или реалити-шоу. Но я тут же её откинула. После всего увиденного, после технологий, корабля, телепорта и клыков – никаких денег не хватит на такие декорации.

Отвлекаться было некогда. Поить страдальца дурно пахнущей жижей приходилось мне. И это оказалось довольно затруднительно. Голова у товарища была тяжёлая, а острые зубы заставляли нервничать. Авось непроизвольно цапнет – и объясняй потом, что ты не еда, а временно полезный персонал.

Шифаар занимался глубокими порезами. Периодически поглядывал на меня, контролируя, правильно ли я всё делаю.

– Что это? – спросила я после второго маленького глотка, потрясая колбочкой перед его глазами.

Надо было хоть как-то снять напряжение.

– Тонизирующий тоник, – коротко ответил он.

По существу. Не зря я рискнула и спустилась вниз. Столько нового увидела. Наши пластические хирурги обзавидовались бы их технологиям. Где Шифаар проводил своим скоросшивателем, даже отметин от новой кожи не оставалось.

Может, попросить его и над моими шрамами где-нибудь поработать? Ну а чего вы хотели? Вполне нормальное желание для женщины. Сами бы о таком подумали, окажись на моём месте.

Когда я думала, что моё любопытство обойдётся только помощью, то глубоко заблуждалась. Если вообще думала в тот момент. Что сомнительно. Опять моя порывистость боком выходит. Когда уже поумнею? Стоило Шифаару закончить латать лежачего, он взялся за меня.

Не лечить, слава звёздам. Я была здорова. Даже об зубы, как опасалась, не поранилась. Пострадали разве что мои нервные клетки, но их тут, видимо, лечить не принято.

Меня измерили. Рост. Вес. Габариты. Давление каким-то навороченным аппаратом. Потом просканировали всю целиком, выводя изображение на экран. И вот экран действительно сумел привлечь моё внимание на несколько минут.

Лимфоузлы. Нервные окончания. Внутренние органы. Кровеносная система. Всё это словно возникало из воздуха. И всё это – моё. Подобные технологии пробирали до дрожи.

Потом у меня сделали забор крови. Шифаар закинул образец в мини-анализатор, немного похимичил с реактивами, удовлетворённо крякнул и заправил полученной дикой смесью нечто вроде пистолета.

Подозрительно похожего на шприц. Ох, не нравится мне всё это. Я напряглась Через секунд тридцать с облегчением выдохнула, когда он отложил подозрительный предмет в сторону.

После этого начал аккуратно расспрашивать меня о жизни. Заодно непрошено советовать: мол, сиди тихо как мышь – и всё у тебя будет хорошо. Как мило. Почти материнская забота, если бы не клыки и шприц-пистолет под рукой.

– Ай! Больно же!

Я обиженно зашипела, потирая шею. То самое место, куда он уколол меня без предупреждения, начало болезненно пощипывать. А следом за болью пришло очень острое опасение за собственную жизнь. Ещё немного – и начну паниковать.

– Что вы мне ввели?!

Он не полуэльф. Нет. Он недоэльф. Зубы умеет заговаривать не хуже предприимчивого маркетолога. Теперь буду величать его только так и никак иначе.

Парнокопытное двуногое. Да, я понимала причины вакцинации. Понимала, что не все прививки бывают безболезненными. Но одно дело понимать, а другое – когда тебя колют без предупреждения.

Иррациональная обида всё равно присутствовала.

– Лекарство, предупреждающее заражение некоторыми болезнями, – спокойно сказал он. – Не переживайте, Сия тоже подверглась этой процедуре и вполне сносно её перенесла.

– Вы уверены, что ваши лекарства мне подойдут?

А может, именно от них сердце моей землячки шалить начало? Этот вывод, правда, остался при мне.

– Не переживайте. Я уменьшил дозировку втрое.

Я проглотила ругательства, уже готовые сорваться с языка. Не то чтобы я хорошо владела искусством покерфейса или умела держать язык за зубами. Просто меня нагло прервали.

– Ну что там? – в лабораторию ввалился глава дома.

Гнев и обида – это, конечно, хорошо, но ушки навострить не помешает.

– Жить будет, – ответил Шифаар. – Очнётся часа через два. Маррьяла уже успокоилась?

– Что с ней будет, – отмахнулся хозяин дома. – Альера с ней рядом. Перебесится и успокоится. Ты главное подготовь всё к возвращению моих сыновей. Моей будущей дочери, скорее всего, понадобится всё твоё мастерство.

– Согласен, – с кривой усмешкой ответил златовласка. – Не позавидуешь тут никому. Ещё вопрос, кому тяжелее приходится.

– Единственная, кому сейчас тяжело, – это Сия. Сауер с Амаданом справятся.

Хозяин дома оборвал невесёлые размышления Шифаара. И наконец заметил, что некая землянка нагло и с интересом подслушивает. Он переключился на меня.

– Как устроились? Вас всё устраивает? И спасибо, ваша помощь была своевременна.