Текст книги "Мажор и заноза. Нам нельзя (СИ)"

Автор книги: Ника Княжина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 19 страниц)

Глава 48. А ты?

Мне очень-очень хочется прямо в данную же секунду придушить Тормасова. Или прикопать где-нибудь. Или хотя бы побить.

Как он мог так поступить? Зачем? Зачем, чёрт побери, он привёз меня сюда?!

Но на нас уже смотрят его родители сквозь лобовое стекло автомобиля, и я просто тупо сижу на месте, боясь пошевелиться. Я даже дышу через раз, а по щекам разливается предательский румянец. Особенно когда я вспоминаю, чем мы с Яром занимались буквально минут десять назад в этой машине.

– Я тебя прибью, – шепчу ему одними губами.

– Я не прочь добавить садо-мазо в наши отношения. Правда, кажется, с этим уже перебор, как думаешь? – хмыкает Яр и поворачивает ко мне своё наглое лицо.

– Я тебя ненавижу. И я сейчас серьёзно.

– Думаю, ты изменишь своё мнение. И очень скоро. Идём.

Он уже открывает дверь, и мне ничего не остаётся, как выбраться следом за ним. Потому что воспитание моё шепчет о том, что некрасиво заставлять ждать взрослых людей. Правда если они в меня плюнут, я не удивлюсь, пожалуй.

– Здравствуйте, – выдыхаю я и гипнотизирую уличную плитку под ногами.

– Мам, пап, привет! Это моя очень хорошая подруга. Алёна.

Яр кладёт руку мне на поясницу и подталкивает вперёд. Его прикосновение как обычно обжигает, вызывает приятные мурашки, но желание прибить его меньше не становится. Невыносимый просто.

И что за «очень хорошая подруга»? Хотя как ему нужно было меня представить? Я ведь не его девушка, сама об этом твержу уже который раз. Но всё-таки. Слова неприятно задевают. И я знаю, что под ними скрывается «мы просто спим друг с другом».

Чёрт. Не думай, Алёна, об этом в присутствии взрослых.

– Мы рады, что ты наконец-то привёз к нам свою… подругу, – говорит мама Тормасова, и её голос звучит вполне дружелюбно.

– Здравствуй, Алёна, – следом выдаёт и папа.

– Алёна, это мои родители. Алеся Викторовна и Максим Геннадьевич.

– Приятно познакомиться, – выдыхаю я.

Хотя мы и знакомы уже. Пересекались. В суде. И не только. Их лица, моё лицо… всё мелькало в прессе. Уверена, что они прекрасно понимают, кто перед ними стоит. И, тем не менее… не показывают своим видом, что их хоть что-то не устраивает.

Странно.

– Настроены на обед? Или сначала отдохнёте с дороги? В твоей комнате полный порядок, поднимайтесь, располагайтесь, не торопитесь, – улыбается Алеся Викторовна.

Стоп. Что? Зачем нам комната? Я… я совсем не понимаю, что происходит. Мы тут не на пару часов? Мы тут проведём больше времени? Что Яр задумал, блин?!

– Конечно. Мы пока поднимемся к себе. Вернёмся к вам через полчасика, – отвечает Яр и перехватывает мою руку.

А дальнейшее происходит, как во сне. Мы входим в дом, поднимаемся по лестнице. Я едва успеваю осмотреться кругом. Значит, это и есть дом, где проходило детство Ярослава и Тихона? И их брата Вадима. На стенах есть фотографии, но рассмотреть ничего не получается.

Яр уверенно тащит меня за собой, а через пару мгновений мы уже стоим в его комнате. Он захлопывает дверь, вжимает меня в себя и яростно целует. Вот так с наскока. Я сначала отвечаю. По инерции, наверное, или от неожиданности, но потом вспыхиваю и пытаюсь его укусить.

Он вовремя успевает разорвать поцелуй. Но во мне бурлит уже жажда крови. Я бью его по плечам со всей своей дури. Ещё бы и кричала, если бы уверена была, что нас никто не услышит.

Так что просто шиплю:

– Ты гад! Ты самый ужасный, гадкий парень на всей планете! Как ты мог меня без спросу привезти сюда?! Как тебе вообще это в голову взбрело?! Ненормальный! Совсем слетел с катушек!

– А вот и садизм в чистом виде, – хмыкает наглец, позволяя мне колотить его и дальше.

Даже не отпирается. Терпеливо ждёт, пока закончится моя истерика. И она заканчивается спустя несколько ударов. Я повисаю на его плечах и всхлипываю. Вжимаюсь в его тело и рыдаю. А гад Тормасов просто гладит меня по спине, по волосам, целует в макушку, будто всё происходящее в порядке вещей.

Как же я злюсь на него! Ненавижу!

– Прости. Я знал, что ты откажешь, но для меня это было важно. Я хочу, чтобы ты понимала… тебя в моей семье все принимают. Никто не против наших отношений. Мы можем быть вместе без оглядки на наши семьи.

– Ты… зачем это? Зачем тебе это?! – всхлипываю я.

Что он пытается мне доказать? Зачем? Тем более, не факт, что моя семья окажется настолько лояльной, как его. Брат до сих пор звонит каждый день и настойчиво интересуется, как у меня дела. Приходится заговаривать ему зубы, рассказывая про учёбу. Ему не нравится, но пока он не бесится и на том спасибо.

А я никак не могу успокоиться. Потоки слёз льются из глаз только сильнее. Мне хочется и оттолкнуть Ярослава от себя, убежать отсюда, и не отпускать его...

Блин. Какая же я размазня. Нужно было вообще не связываться с Тормасовым. Никогда. Бежать от него со всех ног. От него и от своих чувств. Не ввязываться в эти странные отношения.

Но он так манил меня. И я не устояла. Сама виновата….

– Всё просто, Тенёчек…

Яр отодвигает меня немножко от себя. Кладёт одну руку на подбородок и поднимает лицо вверх, чтобы я заглянула ему в глаза. И я смотрю. Сквозь пелену слёз. В его наглые тёмные омуты, в которых уже столько раз тонула.

Ярослав несколько мгновений молчит и смотрит на меня. Кажется, он хочет что-то сказать, но никак не решается. А я… я хочу что-то услышать, но не знаю, что. И весь этот момент будто пропитан чем-то важным.

– Я люблю тебя, – выдыхает наконец-то он.

Сердце подпрыгивает в груди. Я ошеломлённо каменею в его руках. И никак не могу оторвать взгляд от его лица. Шутка? Издевается надо мной? Но… в его глазах я не вижу обмана, не вижу насмешки. Он будто говорит это всерьёз.

– Ты…

– Люблю тебя. Тенёчек. Люблю.

Он наклоняется и целует. Нежно касается губ, обхватывает нижнюю и тянет на себя. Потом аккуратно раздвигает их и проникает внутрь языком, находя мой, дожидаясь отклика. И я отвечаю.

В груди всё теплеет. Так сильно, что, кажется, я загорюсь сейчас.

Его слова отдаются в голове эхом. И я верю. Прямо сейчас я почему-то верю, что он говорит правду. Может быть, обстановка располагает. Может быть, его голос звучит искренне. А может быть, я просто хочу верить в то, что моё чувство взаимное…

Я впиваюсь пальцами в его волосы, вжимаюсь в него сильнее. Слёзы уже не бегут по щекам, во всём теле вихрем закручиваются новые эмоции и желания. Яр притягивает меня к себе. Между нами снова разгорается дикая, необузданная жажда.

Мои руки забираются к нему под футболку, касаются пресса, я жадно скольжу по его телу, а потом опускаюсь ниже на его пах. Несколько раз провожу по твёрдости, а следом лезу к пуговице на джинсах.

Машина. Мы ехали, и он меня довёл до пика блаженства. А сам вообще-то разрядку не получил. Уверена, что он хочет. Но стоит мне расстегнуть пуговицу, как Яр отстраняется. Тяжело дышит, но качает головой.

– Не сейчас. Постой.

Я непонимающе смотрю на него.

– Скажи… Тенёчек, скажи. А ты… что ты чувствуешь ко мне?

Пару мгновений раздумываю, но понимаю, что не могу признаться. Я сейчас возбуждена, взбудоражена его признанием и… всё ещё боюсь, что у нас с ним ничего не получится. Страшно мне признаваться в чувствах к нему.

– Молчишь, – спустя несколько мгновений вздыхает Яр. – А что насчёт моего предложения? Ты будешь моей девушкой, Алёна?

Чёрт. Я опускаю глаза вниз. Застываю на его шее взглядом. На его ключице. И понимаю, что об этом я тоже пока не готова говорить. Он меня шокировал своим признанием, но я не могу открыться ему в ответ. Не могу согласиться на его условия. Пока не могу.

– Ярослав… не сейчас.

Мне чудится, будто между нами растёт снова баррикада. Стена, которую Яр разломал кувалдой, пробился ко мне, протянул руку… а я так и не могу взяться за его ладонь и довериться окончательно. Потому что в голове ещё слишком живы воспоминания о том, как всё начиналось.

И очень боязно… А вдруг, как только я сделаю шаг ему навстречу, всё разрушится до основания? Вот только вместо любви и счастья, мы окажемся под обломками выстроенной стены и той самой ненависти, что была между нами вначале? Что если ничего не получится? Как я выдержу это очередное падение в бездну?

– Не сейчас, – повторяет он горько. – Ясно. Просто секс и ничего более.

И прежде чем я что-то говорю ещё, он отступает от меня. А у меня нет даже сил, чтобы посмотреть ему в глаза. Блин. Вот и что я творю? Зачем… зачем продолжаю отталкивать? Может стоит… рискнуть?

– Пошли вниз. Мама приготовила для нас обед. Некрасиво заставлять ждать, – сухо произносит Яр и направляется на выход.

Обед. Для нас. Ну и какого чёрта я сомневаюсь? Он ведь не обманывает…

Глава 49. Дай мне время

Внутри всё сжимается от неловкости, хотя обед проходит настолько замечательно, что в реальность происходящего верится с трудом. Ни косых взглядов, ни попыток устроить мне допрос – родители Яра ведут себя на удивление спокойно.

Наблюдая за ними, я то и дело ловлю себя на легком ступоре. Их беззвучные диалоги, мимолетные касания и добрые подколки... От них веет той самой искренней любовью, которую я никогда не видела между своими родителями.

А вот Ярослав после нашего разговора в спальне будто ушел в глухую оборону. Он почти не участвует в беседе, лишь безучастно ковыряет вилкой в салате. Заставляет меня отдуваться за двоих. Это ужасно неудобно, даже с учетом того, что вопросы мне задают самые нейтральные: про учебу, про планы на жизнь. Тему наших отношений они деликатно обходят стороной – уж не знаю, из такта или по просьбе сына.

В какой-то момент я не выдерживаю, и под столом накрываю ладонью его колено. Тормасов даже не шевелится. Никакой реакции, словно меня здесь и нет.

Сердце пропускает удар. Чёрт. Неужели его так задело, что я не ответила взаимностью? Может быть, он действительно влюбился в меня? А вдруг это так? Стал бы он знакомить меня с родителями, если бы не желал впускать меня в свою жизнь?

– Алёна, поможешь мне убрать со стола? – с улыбкой спрашивает его мама.

Я, естественно, соглашаюсь. Внутри ожидаю какого-то подвоха. И это случается. Стоит только нам остаться наедине, как Алеся Викторовна поворачивается ко мне. Я всеми силами стараюсь держать нейтральное выражение лица.

– Ярослав очень переживал, что я буду против ваших отношений, – тут же выдаёт она, отчего у меня перехватывает дыхание. Ладно, я вроде ожидала, но это оказалось сложнее, чем я думала. – Но я его успокоила. Я совершенно не против. На самом деле, я рада, что вы с ним вместе.

Что? Я смотрю на маму Тормасова и не нахожусь, что сказать. Просто растерянно хлопаю ресницами и молчу.

– Что бы там ни было между нами взрослыми, это вас не касается. У вас своя жизнь. Дети не должны страдать из-за ошибок родителей.

Она ободряюще улыбается мне и накрывает моё плечо рукой. Я так и стою, как вкопанная. Не могу ни пошевелиться, ни сказать ничего ей.

Ярослав признался в любви, а его мама и папа приняли меня без каких-либо вопросов. Что происходит? Почему? Неужели мы с ним действительно можем выдохнуть и позволить себе просто быть вместе?

Правда… остаётся ещё моя семья. Лёша никогда не даст добро. Он слишком ненавидит семью Тормасовых, чтобы позволить мне встречаться с Яром. Любое их столкновение будет заканчиваться неминуемым крахом.

Точнее дракой.

– Спасибо, – выдавливаю я из себя.

– Просто знай, Алёна, что здесь тебе всегда рады.

Мама Ярослава отворачивается и начинает складывать тарелки в посудомойку. Я помогаю убрать остатки со стола, а потом неловко переминаюсь с ноги на ногу. Не знаю, о чём говорить и что делать дальше.

Она усмехается и отправляет меня назад к Яру. Я на мгновение замираю на пороге, рассматривая как отец и сын общаются. Слишком у них всё гладко. Я никогда не видела ничего подобного.

Мы с папой были близки, больше даже, чем с мамой, но я никогда не могла так спокойно сидеть с кем-то из родителей на диване и просто общаться. Они… они просто не интересовались мной. Только брат. Поэтому его расстраивать так не хочется. Ведь он единственный всегда обо мне заботился.

Яр замечает мой взгляд и поднимается с места.

– Ладно. Мы пойдём к себе, – говорит он отцу и тот только кивает в ответ.

– Ужин будем делать на улице. Шашлыки. Погода располагает, – говорит Максим Геннадьевич.

Ужин? Интересно, надолго мы здесь? Ярослав ведь мне не озвучил никаких планов. Но я пока не спрашиваю. Раз у нас есть шанс снова побыть наедине, там и поговорим с ним. Нормально. Без лишних эмоций.

Мы поднимаемся наверх. В комнате Яр заваливается на кровать и достаёт телефон. Что-то там печатает, снова игнорируя меня. Я присаживаюсь рядом с ним.

– Яр…

– Родители хотят, чтобы мы остались с ночёвкой до завтра. Если не хочешь, можем уехать хоть сейчас. Отвезу тебя в общагу, – произносит он безразличным тоном.

Я смотрю на него в небольшом шоке. Во-первых, остаться тут с ночёвкой… Во-вторых, его поведение. Ну нет. Это совсем на него не похоже. Он даже не пристаёт ко мне. И не планирует будто бы. И это его дистанция… просто невыносимая.

Я придвигаюсь ещё ближе и ещё. Потом плюю на всё, и забираюсь на кровать, а следом – на него. Он поднимает на меня взгляд, отрываясь наконец-то от телефона. Вопросительно приподнимает брови.

– Остаёмся, – говорю я и наклоняюсь к нему ближе. – Думаешь, я мечтаю о том, чтобы провести ночь в одиночестве?

– Я понятия не имею, о чём ты мечтаешь, Алёна.

Вот так. По имени. Никакого «Тенёчка». Отчего-то это меня задевает. Хотя раньше меня раздражало, как он ко мне обращается. Внутри меня буря противоречий, которую он даже не пытается унять. Напротив, только вгоняет в ещё больший ступор.

– Ярослав…

– Что?

– Я… я хочу, чтобы ты не закрывался от меня.

Он медленно откладывает телефон в сторону на прикроватную тумбочку. Смотрит на меня вопросительно.

– А что я такого сделал? Вот я перед тобой. Совершенно открытый. Кажется, даже более чем нужно. Сказал тебе то, что никому никогда не говорил.

Это он про любовь. И его слова только острее меня жалят. Я ложусь на него сверху, оказываясь рядом с его лицом. Чувствую его аромат, его тепло, его дыхание. Устраиваю руки на его плечах, но он меня не касается в ответ. Просто смотрит.

– Не торопи меня, пожалуйста, – прошу я. – Мне нужно время. Чтобы подумать.

Он молчит. Я уже думаю, что не услышу ничего в ответ, но наконец-то он кивает.

– Ладно.

– Спасибо. Я обязательно дам тебе ответ… Позже.

– Ладно, – снова повторяет.

Голос у него такой спокойный, будто ему вообще на всё параллельно. Но уверена, что это не так. Скорее всего, внутри него бушуют настоящие эмоции. Буря. Такая же, что и у меня внутри.

И я знаю, как эту бурю немного успокоить. Нужно просто… перенаправить его чувства в другое русло.

Я наклоняюсь к нему ближе, но не целую в губы. Вместо этого я впиваюсь в его шею. А потом медленно прохожусь губами вверх до его уха.

– Хочу тебя, Яр, – выдыхаю и прихватываю мочку.

Чувствую, как его тело напрягается подо мной. Он так и не шевелится, но реакция есть. Есть у него реакция на меня. Я начинаю целовать его активнее, прикусываю его кожу. А бёдрами плавно раскачиваюсь на нём, вызывая ответ с его стороны.

– Чёрт побери, Алёна…

Но я не прекращаю. Напротив. Становлюсь ещё более активной. Мои пальцы зарываются ему в волосы, скольжу грудью по его груди. И он срывается. Поднимает руки и укладывает на мои бёдра. Стискивает до боли.

Я не сдерживаюсь. Из груди вырывается хриплый стон.

Ярослав обхватывает одной рукой меня за шею, вжимая в себя. Впивается губами в мои губы и яростно целует. Так сильно, что я мгновенно задыхаюсь. Второй рукой он быстро расстёгивает джинсы освобождая себя. Задирает моё платье, стягивает трусики в сторону и входит. Одним движением заполняет меня собой.

Я схожу с ума от ярких ощущений. Голова кругом идёт. Я сверху, но весь процесс контролирует он. Он помогает мне подниматься, помогает регулировать темп. Я забираюсь под его футболку руками, царапаю его торс. Он сдирает платье вниз, обнажая мою грудь.

Приподнимается и впивается губами в соски, ласкает, будто вмиг теряя всё своё напускное безразличие. А через секунду переворачивает меня, нависая сверху. Его толчки становятся яростней, твёрже. Я вцепляюсь пальцами в покрывало. Кажется, с таким усердием он меня просто с постели снесёт сейчас.

Обвиваю его бёдра ногами, не выдерживаю и срываюсь в пропасть удовольствий. Я стараюсь приглушить стон, кусая его в шею, но он довольно быстро отстраняется.

Вытягивается на руках, делает ещё пару твёрдых, глубоких толчков и выходит. И… заливает меня. Все мои бёдра и, кажется, платье… Я открываю глаза с удивлением отмечая… что мы были без защиты. Я даже и не подумала. Так хотелось растормошить его, что сознание совершенно отказало.

– Душ… в конце коридора. Пойдёшь первая или вместе? – интересуется Яр, без всякого стеснения рассматривая меня… заляпанную и распластанную под ним.

– Ты иди, я потом, – выдыхаю я, пытаясь кое-как прикрыться.

Он не возражает. Без лишних диалогов уходит, прихватив с собой полотенце. А я надеюсь, что моя жажда его привести в чувства, не аукнется мне в будущем чем-нибудь... неожиданным.

Глава 50. Откровения

– Вечеринка будет в доме Коли Сидорова. Тихон уже сказал мне, что без вариантов, я от него не отделаюсь. Так что мы идём. А вы как?

Яна толкает меня в бок, привлекая внимание к своим словам, а я просто пожимаю плечами. Ничего не знаю. Меня Ярослав ни о чём не спрашивал. После этих выходных, которые вроде бы прошли довольно мило в компании его родителей… между нами на самом деле появилось какое-то напряжение.

Он ничего не говорит. У нас вроде всё по-прежнему, но я же чувствую…

И понимаю. Это всё из-за того, что я не ответила на его слова взаимностью. Скорее всего так. Других причин я не вижу. Вроде разговариваем, общаемся и секса меньше не стало, но всё равно он какой-то не такой.

И я не могу пересилить себя и начать этот разговор снова. Не могу открыто признаться в том, что я тоже его люблю. Пока просто не готова. А он не очень-то настроен ждать. Делает вид, будто забил, но я вижу, что внутри него бушует буря.

– Надеюсь, что вы всё-таки пойдёте. Не хочу быть там единственной адекватной девушкой, – вздыхает Яна.

Я смеюсь.

– Ну это ты не по адресу. Мне до адекватности далеко.

Яна прыскает, но парировать не успевает. В поле нашего зрения появляются братья-близнецы Тормасовы. Уверенной походкой пересекают столовую, приближаясь к нашему столику. Взгляды многих прикованы к ним.

До сих пор женская половина университета пускает на них слюни. И с этим, увы, ничего не поделать. Наверное, каждая девчонка сейчас сидит и думает: «какого чёрта они выбрали этих двух невзрачных клуш?». Да-да, проклинают нас и ненавидят.

И мне бы забить на это, но периодически неприятно колет. Со сколькими из них Яр мутил? С кем встречался до меня? Точнее не так. С кем спал до меня? Потому что серьёзных отношений у него ведь не было… А я очередная? Смогу ли надолго задержаться рядом с ним? Или я просто мимолётное его увлечение?

Братья двигают стулья и устраиваются рядом с нами. Тихон тут же забрасывает руку за спину Яне, подтягивая её ближе к себе и целуя в губы. Яр же забирает мою вилку и без всякого стеснения ест мой салат.

Прекрасно. Сколько мы вместе, а манеры у него остались такие же. Помнится, как-то не так давно он уже отжимал у меня еду и кофе. Будто не может сам себе взять. В голове вспыхивают наши перепалки, его слова про моего отца, слова о том, что я теперь не могу себе ничего позволить…

Невольно морщусь и отворачиваюсь.

– Что? – спрашивает он тихо.

– Всё в порядке.

– Но тебя будто… я раздражаю?

Я поворачиваюсь к Ярославу. Дурной. Мне просто неприятно вспоминать то, с чего начинались наши ненормальные отношения. Но говорить об этом не хочется.

– Нет, конечно, – заверяю я его. – Просто вспомнила, что Яна сказала, что у Сидорова будет вечеринка. Мы… идём?

– А ты хочешь?

Хм. Даже не знаю. Может нам и стоило бы отвлечься от всей этой ситуации? Немножко переключиться. Тем более, Яна смотрит на меня с мольбой. Будто действительно ей нужна группа поддержки на этом мероприятии.

– Да, – киваю я.

Яна мне одобрительно улыбается. Хоть кого-то радует предстоящая тусовка. И Тихона, наверное. А вот Яр вдруг хмурится. Я успеваю это заметить, прежде чем на его лице опять появляется маска безразличия.

– Ну тогда пойдём, – спокойно говорит он и накалывает ещё один помидор на вилку.

Забрасывает овощ себе в рот и переключается с меня на салат.

Странная реакция. Может он не планировал туда идти? А вдруг он не хочет там с кем-то пересекаться? Например, с какой-нибудь своей бывшей? Вполне ведь возможно, что на вечеринке появится кто-то из его девчонок.

Внутри всё скручивается в неприятном предчувствии, но я гоню эти мысли прочь. Не надо накручивать себя. Ни к чему хорошему это не приведёт. Я ведь знаю, что только ещё больше буду нервничать.

– Прогуляемся? – вдруг спрашивает Яр.

Обычно после пар мы едем к нему. Иногда он забирает меня ближе к вечеру, но сегодня у нас нет последних двух занятий, так что время ещё раннее.

И что бы это значило? Свидание?

– Давай, – соглашаюсь настороженно.

Такого в наших отношениях ещё не было. Мы прощаемся с Тихоном и Яной и идём на выход. Просто рядом. Он даже за руку меня не берёт. Ага. Дарит надежду всем тем девчонкам, что сейчас косятся на нас.

Блин. Да почему во мне начала играть эта безумная ревность?

Он ведь сам сказал, что любит меня. А я будто бы не верю. Или просто думаю, что раз не призналась в ответ, он быстро охладеет ко мне. Что вообще-то уже медленно, но верно происходит.

Вот тебе и проверка чувств…

Мы выходим во двор универа, и Яр направляется не к главным воротам, а наоборот… назад. В сторону стадиона. Я плетусь рядом и не решаюсь спросить о цели прогулки. И о том, где она будет проходить.

Но когда мы поднимаемся по ступеням на верхние ряды стадиона, понимаю. Свидание будет вот здесь. В тишине. Там, где обычно проводятся открытые футбольные матчи. Но сейчас здесь нет ни души.

Яр садится. Я рядом.

– И что мы тут делаем? – не выдерживаю всё-таки я.

– Сидим, – усмехается он. – Просто… вместе.

Он ничего не говорит, ничего не объясняет. Реально просто сидит и смотрит в точку куда-то перед собой. Ладно. Некоторые его причуды мне не понять. Как и те моменты, когда он заставлял меня наряжаться в его рубашку, забирал мою резинку для волос, ложился в мою постель без спроса, обливал меня водой…

Боже… Он такой псих. И как же сильно я люблю его, несмотря ни на что. Или вопреки всему. Вопреки здравому смыслу. И когда он начинает вести себя нормально, как обычный парень, я всё время ищу в этом подвох.

Я прижимаюсь к нему и кладу голову ему на плечо. Он не отстраняется и не привлекает меня к себе. Будто ему всё равно. Нет этой обычной химии между нами, когда от одного прикосновения хочется сгореть и превратиться в пепел.

Сейчас спокойно. Уютно. Легко. Даже тишина между нами меня не напрягает.

– Однажды я сбежала из дома, – вырывается у меня, и я чувствую, как тело Яра каменеет. Но отчего-то мне впервые в жизни хочется поделиться этим. – У мамы появился мужчина, и она привела его в дом. Мне было десять лет…

Я замолкаю и чувствую, как Яр переводит на меня взгляд. Его рука накрывает мою спину и притягивает к себе ближе.

– И… что он сделал? – хрипло спрашивает.

– Да ничего. Просто я была мелкая, а он огромный и пугающий. Я… боялась его с первой минуты. Сказала маме, а она от меня отмахнулась. А ещё я понять не могла, почему он вообще у нас. А как же папа? Родители не жили вместе, но я думала, что это… ну знаешь… в порядке вещей. Они ведь когда пересекались вели себя как обычная семья…

Ярослав слушает молча. Но я всё ещё ощущаю, что он весь напряжён. Может быть зря я ему выкладываю? Но меня уже несёт. Хочется, хоть кому-то рассказать о том, что случилось в тот день. Никто ведь не знает.

– И в общем, – я вздыхаю. – В общем, я просто вышла утром из своей комнаты и случайно влетела в этого мужика. А он был… ну в одном полотенце. Обхватил меня за плечи… Наверное, ничего плохого он и не думал, но я знатно перепугалась. Убежала к себе в комнату и закрылась на замок. А потом тайком собрала рюкзак и вместо того, чтобы идти в школу, набрала Лёшу. И брат… он разрешил вопрос. Отвёз меня к отцу.

Я отрываюсь от Яра и заглядываю ему в глаза. Он выглядит мрачно. Наверное, пытается понять, к чему эти откровения.

– Я не знаю, зачем я тебе это выложила. Наверное… я просто хочу сказать, что у меня в жизни было несколько моментов… когда я разочаровывалась в окружающих меня людях. Мама… которой, как оказалось, плевать на мои чувства… Папа, сделавший неправильный выбор… И я очень боюсь, – прикрываю на миг глаза, понимая, что в них скапливается влага. Продолжаю шёпотом: – Я боюсь снова оказаться в этой ситуации.

Открываю глаза и смотрю на Яра. Поднимаю руку и провожу по его щеке.

– Боюсь открыться и получить плевок в душу.

Он медленно кивает. Проводит пальцами по моей щеке. И я вдруг понимаю, что плачу. Беззвучно. Даже не заметила, как начала. А он смахивает мои слёзы. Нежно и аккуратно. А следом наклоняется и касается моих губ в лёгком поцелуе.

– Никогда, – шепчет он. – Я никогда тебя больше не обижу, Тенёчек. Ты можешь мне довериться.

Он обнимает меня, а я плачу у него на плече.

Может пора оставить прошлое там, где ему и место? И позволить себе… просто снова начать доверять этому миру и окружающим меня людям?

Например… Яру Тормасову.