Текст книги "Мажор и заноза. Нам нельзя (СИ)"

Автор книги: Ника Княжина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 19 страниц)

Глава 24. Полёт

– Тенёчек…

Я с трудом поднимаю тяжёлые веки. В голове какая-то каша, тело будто бы не моё. А ещё жарко. Ужасно просто. И тут я понимаю. Жарко, потому что я в его объятиях. Ярослав плотно прижимает меня к себе.

Я лежу головой на сгибе одной его руки, а вторая устроилась на моём животе. На… обнажённом животе.

Кажется, пока спали, футболка задралась, и теперь я… блин… я голая. Почти. Но этого достаточно, чтобы прочувствовать всеми фибрами души, а точнее всеми изгибами своего тела, что он уже готов.

Не знаю, как давно он проснулся, но в штанах его мозг точно знает, чего хочет.

– Яр…

– Т-ш-ш. Не шевелись и не говори. Сейчас.

Он наклоняется ко мне поближе. Чувствую, как он вдыхает мой аромат, уткнувшись лицом в волосы. Дыхание перехватывает. От его горячей ладони на моём животе. От его близости. От того, что я прижимаюсь к нему кожей. Моя поясница вдавлена в его пресс. Чувствую каждый упругий кубик.

И всё это заставляет меня задыхаться.

– Это пытка, Тенёчек. А я чёртов мазохист, – тянет Тормасов.

И вдруг давит на меня бёдрами. Его твёрдость упирается в меня теперь ещё более отчётливо. Тянусь к простыни и впиваюсь в неё пальцами. Становится ещё жарче. Нестерпимо.

Как я вообще умудрилась уснуть вчера? Думала, что в его постели мне точно обеспечена бессонница. Рядом с ним. В его руках. После признания, что мы друг друга хотим. Но всё-таки удалось отключиться.

И, кажется, мы всю ночь так и проспали в обнимку.

Его рука скользит по животу, перебирается на бок. Поглаживает меня по бедру. Я дышу прерывисто, часто, будто сейчас у нас тут спортивные состязания проходят. Пульс зашкаливает.

Но до чего же приятно чувствовать его руки на себе.

– Я… я тоже мазохистка, Тормасов, – выдыхаю я отчаянно.

Всё тело просит, чтобы он не тормозил. Пусть трогает. Блин. Да пусть делает всё, что захочет. Только не останавливается. Я не понимаю, как же так… Но его прикосновения делают меня безвольной.

И мне хочется быть такой. Покорной, готовой на всё. Только с ним.

– Да ну ладно. К чёрту всё, – выдыхает он.

Отлепляется от меня, и по телу бежит дрожь от холода. Без него сразу становится одиноко и некомфортно. Я прикрываю глаза, сгорая от собственных противоречивых ощущений.

Пытка запретным закончилась. И я чувствую дикое разочарование. Ходить с ним по лезвию ножа… да мне всё равно, правда. Пусть я после этого потеряю всё, зато будут мгновения, которые будоражат кровь, заставляют чувствовать себя… настоящей. Без масок.

Но Ярослав… не уходит.

Он переворачивает меня на спину, и я чувствую, как его вес давит на меня, пригвождая к постели. Открываю глаза и попадаю на взгляд его тёмных глаз. На его губах застывает порочная ухмылка.

По телу бежит волна возбуждения.

– Полетишь со мной в бездну, Тенёчек?

Проклятье… Облизываю губы и киваю. И всё. Кажется, точка невозврата пройдена.

Его губы впиваются в мои. Он целует меня как оголодавший путник, нашедший неожиданно еду. Словно я самое вкусное, что он когда-либо пробовал. Прикусывает мою нижнюю губу, толкается языком с такой страстью, что я вся дрожу.

Мои пальцы впиваются в его волосы, я выгибаюсь ему навстречу. Его руки забираются под футболку и сжимают полушария. Ох ты ж… Пальцы сдавливают соски, и я отрываюсь от его губ, не в силах молчать.

Из груди рвётся стон. Я тяну его за волосы ближе к себе. Хочется ещё ближе. Совсем. Чтобы не оставалось между нами ничего.

– Охренеть просто. Ты просто… охренеть… – с каким-то безумным восторгом тянет Ярослав, и от его слов я вспыхиваю ещё больше.

Внизу живота всё застывает в предвкушении. Мозг отключается окончательно, давая путь эмоциям. А они бурлят. Они так бурлят, что вот-вот вырвутся наружу и сметут всё на своём пути.

Тормасов ныряет к моей шее. Он целует кожу, а потом кусает. И эта болезненность напоминает о том, что он уже делал это. И мне нравится. Пусть оставляет свои метки. Пусть я вся буду в его укусах…

Опускается ниже. Забирает футболку вверх и впивается в грудь. Чёрт… Как же… чувствительно. Намного чувствительней, чем было вчера через одеяло.

Его губы, его зубы, его язык… Он активно изучает меня, ловит мои реакции. И моё тело отзывается. На каждое его прикосновение, поглаживание, укус, поцелуй…

– Яр…

Он спускается ещё ниже и целует в живот. Я едва соображаю. Все чувства обострены до предела. Его пальцы впиваются в мои бёдра. Сильно, жёстко, до боли. И это откликается во мне очередным наслаждением.

А через секунду я чувствую его дыхание внизу. Прямо между ног.

Ошеломлённо открываю глаза. Стоп. Он там смотрит на меня, что ли? Я теряюсь, застываю на месте, растерянно моргаю. Что… он… творит? Не надо!

Волна стыда накрывает меня с головой. Я пытаюсь отползти, дёрнуться в сторону, спрятаться. Не знаю. Мне безумно неловко. И я вдруг понимаю, что надо всё это прекратить.

Не понимаю, о чём я вообще думала?

– Яр… Что ты…

– Не шуми, – отзывается хрипло. – Ни звука, Тенёчек.

Кусаю губу. Застываю. Блин. Зачем он? Щёки полыхают от ужаса.

И тут происходит ещё более неожиданное. Он касается меня там… языком.

Меня бьёт молния. Мгновенно. Разом. Всё тело сводит от необычного, странного и невероятного приятного ощущения. Я в шоке, понимаю, что всё это слишком порочно, неправильно, что надо остановиться…

Но моё тело со мной не согласно. Оно кричит, чтобы всё это безумие продолжалось. Громко стону, впиваясь пальцами снова в его волосы.

А он и дальше изучает меня. Теперь его губы и язык орудуют там, заставляя меня дрожать, извиваться, выгибаться, стремиться к какой-то вершине. Он подключает пальцы. Входит в меня и растягивает.

Я теряю связь с реальностью. Невозможно. Невероятно. Отдаюсь полностью его рукам, его губам, я вся в его власти. И когда он в очередной раз задевает языком чувствительную точку, я не выдерживаю.

Я взлетаю к этой вершине. Бьюсь в экстазе удовольствия. Кричу от наслаждения.

– Яр… Яр… – задыхаюсь я.

Ничего не соображаю. Но как же приятно. Внизу всё сжимается, пульсирует, и это самое потрясающее, что я когда-либо чувствовала.

Ярослав приподнимается, и я открываю глаза. Расфокусировано смотрю на него.

– Теперь я всю тебя попробовал, Тенёчек. Ты обалдеть… вкусная…

Я смущённо наблюдаю за ним из-под полуопущенных ресниц. Мне и стыдно, и волнительно, и очень-очень хорошо. И я вот вообще не хочу сейчас думать о последствиях этого падения в бездну.

Ярослав тянется к шкафчику у кровати. Выдвигает ящик и достаёт… презерватив? Точно.

Сглатываю и понимаю, что это был не конец. Это было только начало. Полёт не закончился. Мы только оторвались от земли.

Он разрывает пакетик зубами, выплёвывает фольгу в сторону. Я завороженно наблюдаю за его действиями, а через миг он уже накрывает меня собой. Его член упирается туда, где всё ещё сладко пульсирует.

Мы застываем друг на друге взглядами.

Его тёмные омуты захватывают меня в плен. И я невольно подчиняюсь ему, не в силах бороться с нашими общими тёмными желаниями. Просто раздвигаю ноги ещё шире в ожидании последнего падения.

Глава 25. Бездна

Ярослав подаётся бёдрами вперёд и входит. Медленно, неумолимо растягивает меня. Я ахаю, вцепляюсь в его плечи со всей силы, кажется, даже царапаю его. Но я уже ничего не контролирую.

Тело простреливает боль, такая неожиданная и сильная, что приходится прикусить губу, чтобы не расплакаться. Вот же чёрт. Я понимала, что это не принесёт наслаждения, но не думала, что будет настолько неприятно, болезненно.

– Открой глаза, – приказывает Тормасов.

И я мгновенно подчиняюсь. Как обычно. На любую его команду. Будто моё тело живёт отдельно от мозга. Будто слушается его, а не меня. Сразу. Беспрекословно.

Смотрю в его тёмные омуты, а он продолжает меня таранить. Пробирается дальше, глубже. Внизу всё полыхает от необычных ощущений. Ещё есть шанс остановить это безумие, правда же?

Но я… я молчу. Просто смотрю на него. Тону в его чёрных глазах. Тону в его желании довести начатое до конца. В его желании получить меня. Окончательно.

Он зависает надо мной на вытянутых руках. В его взгляде что-то лихорадочное, что-то безумное. Будто он празднует какую-то победу. Я не говорила, что я девственница, подозревая, что это итак заметно по мне.

Но только в этот миг до меня доходит. Он осознал это сейчас. Вот прямо в эту минуту. И его этот факт… кажется, только ещё больше раззадорил.

– Тише, Тенёчек, ещё немного, – обещает он успокаивающим тоном. – Мы почти у цели.

Но я вижу, как он весь напряжён. Каждый мускул будто стальной. Это прощупывается под ладонями, которые я прижимаю к его плечам, это заметно по тому, как по его лбу струится капелька пота.

Один резкий толчок, и я вскрикиваю. Он во мне. Весь.

Внизу всё распирает. Реагирую каждой клеточкой тела на чужеродное вторжение. Яр опускается на меня. Всем своим весом. И я невольно обхватываю его бёдра ногами и жмусь к нему сильнее.

Будто бы ищу защиту от этой боли. У него. У своего врага. У того, кто мне её и принёс. Как обычно. Все наши взаимодействия сопровождаются удовольствием и болью. Это что-то ненормальное, зависимое, но такое желанное.

Он целует меня в лоб, потом в щёку, в шею.

Его губы касаются уха.

– Всё позади. Всё. Теперь ты точно моя, Тенёчек. Полностью, – шепчет он, а у меня по телу бегут мурашки.

Я – его. Он присвоил меня. Он… Ярослав Тормасов... лишил меня девственности.

Это так неправильно… и так правильно одновременно.

– Я продолжу. А ты не напрягайся. Тебе понравится.

Он слегка выходит, и я поражаюсь новым ощущениям. Становится пусто. Дико пусто без него. Я жмусь к нему обратно, и он возвращается. И это почти успокоение. Будто правильнее вместе, а не порознь. Даже если больно.

Словно я должна расслабиться и позволить заполнить себя им до конца. И тогда, возможно, меня ждёт в конце нечто иное. То, что он обещал. «Тебе понравится». И я… пережидаю, максимально отдаюсь процессу, стараясь фокусироваться только на нём. На его сосредоточенном лице, на его горящих глазах.

Болезненные толчки довольно быстро наполняются чем-то новым. С каждым новым его движением, я чувствую нарастающую волну совершенно другого плана. Это удовольствие. Это приближение к тому же яркому финалу, который он мне недавно подарил.

Не сдерживаюсь, разрываю зрительный контакт и прикрываю глаза. Выгибаюсь ему навстречу, развожу ноги шире. Это… хорошо. Это, чёрт возьми, приятно.

Его член скользит во мне всё легче, всё смелее, наверное, из-за достаточного количества смазки. А она есть, много, неприлично много. Потому что моё тело жаждет этих толчков, этого веса надо мной, его тяжёлого дыхания.

– Тенёчек… Чёрт…

Он на миг застывает, и я удивлённо распахиваю глаза. Всё тело готово, всё тело просит. Ещё немного… ещё чуть-чуть, и я снова взлечу. Я постанываю и сама движусь ему на встречу. Наживаюсь на него.

Смотрю на него и вижу губы. Они растянуты в ухмылке. Дерзкой, довольной. Поднимаю глаза выше. Его взгляд. Он меня пожирает всю. С таким животным желанием, что становится даже не по себе.

– Пиздец, – выдыхает он. – Просто пиздец.

Он снова выпрямляется на руках и начинает движение. В этот раз уже быстрее. Его толчки становятся грубее, жёстче. Он становится на колени, пододвигает меня к себе за бёдра.

Жёсткий захват, очередные синяки. Но мне так всё равно. Я реагирую только на его движения внутри. На его ускоренный темп. И всё повторяется. Я достигаю высшей точки. Пик блаженства. Полёт в космос. Срываюсь с башни и лечу вниз.

Вскрикиваю от восторга.

– Ярослав… – вырывается из меня вместе с протяжным громким стоном.

– Да что ж ты такая охуенная-то… – рычит Яр и толкается ещё твёрже.

Так сильно, что я всем телом лечу вперёд к изголовью кровати. Ещё пара глубоких, невероятных движений, и с низким стоном Тормасов заваливается на меня. Замирает.

Я ошеломлённо обхватываю его и вплетаю пальцы в волосы. Тормошу его пряди, пока сердце выскакивает из груди, пока пытаюсь прийти в себя, пока сознание медленно возвращается на место.

Пытаюсь понять. Осознать масштаб произошедшего.

А он… он всё ещё во мне. Лежит и дышит мне в шею. Будто после спинта, будто он потратил на меня все силы, всю свою энергию.

За окном начинает брезжить рассвет. Первые лучи проникают сквозь неплотно задёрнутые шторы. Комната наполняется теплом, светом. А он всё ещё лежит на мне. Мои пальцы перебираются на его спину. Рисуют узоры.

Я… в шоке.

Я реально только сейчас начинаю приходить в себя и понимать…

Я переспала с парнем. И не просто с каким-то там гипотетическим парнем. Я переспала с Ярославом. С врагом. С тем, с кем ни в коем случае не должна была вступать ни в какие контакты. И уж тем более в такие… интимные.

Блин… Что же мы наделали? Что? Как из всего этого теперь выбираться? Как с этой бездны вылезать наружу? Здесь нет опоры, нет лестницы, только голые стены нашего обоюдного притяжения.

Здесь только чувства, которые пробрались каким-то образом через бетон ненависти вопреки всем законам вселенной. И что же теперь… что же будет? Мы ведь не можем с ним быть парой? Никто не поймёт. Никто.

И мы в первую очередь не поймём этого.

Но так хочется не думать. Отключить бы свой мозг. Позволить просто чувствовать. Так хочется просто наслаждаться тем, что есть. Если не знать, кто мы друг другу… Если отбросить вражду… Это ведь было так хорошо. С ним вот так.

Ярослав шевелится. Медленно приподнимается на локтях. Смотрит в мои глаза. И мне нестерпимо хочется, чтобы он поцеловал. Как делал уже несколько раз в порыве своей страсти.

Но он молча отодвигается и выбирается из меня. Внизу сразу становится пусто. Там, где я и не знала, что может быть так правильно и приятно наполнено.

Он поднимается с кровати, а я сжимаю ноги вместе. Но на большее меня не хватает. Просто лежу вся взъерошенная, потная, пропитанная им, и смотрю, как он выпрямляется и снимает презерватив.

Замечаю, что он немного в крови.

Лицо Яра в этот момент невозмутимо. Подтягивает штаны выше, на меня не смотрит.

– Схожу за водой, – лениво произносит и выходит из комнаты.

И я понимаю. Вот… вот его выход из положения. Из этого тупика. Сделать вид… что ничего не было. В груди всё болезненно сжимается. И это намного острее и хуже, чем физическая боль.

Глава 26. Это дно

Ярослав Тормасов

Скольжу взглядом по её обнажённому, притягательному телу и задыхаюсь. Импульс из башки отдаётся прямиком вниз. В штанах резко становится тесно. Хочу. Снова хочу её, несмотря на то, что только было.

Стискиваю челюсть. Усилием воли расслабляю лицо. Покер-фейс, вот что мне сейчас надо. Быть невозмутимым и спокойным.

И это охренеть как сложно, когда хочется просто расслабиться. Позволить себе творить херню и не думать о последствиях, просто отдаться во власть этой жажды, просто снова наброситься на неё…

– Схожу за водой, – выдавливаю из себя и иду на выход.

Скорее. Уйти от этого искушения. Свалить, чтобы она не видела, как сильно меня сейчас кроет. Как я желаю сжимать её в объятиях и целовать. Каждый миллиметр ей кожи покрыть своими губами. Укусить, оставить на ней свои следы…

Только за дверью позволяю себе выдохнуть. Провожу рукой по лицу. Грёбаная жажда, которую не смог проконтролировать. Грёбаные низменные желания, которые отключили сознание. Грёбаный я, который трахнул Тенину.

В висках бьёт пульс. Во рту пересохло так, что дышать сложно.

Направляюсь к кухне и всеми силами пытаюсь отогнать от себя ненужные мысли. Просто пока не думать. Просто не анализировать. Не загоняться. Потому что будет пиздец. Самый настоящий треш в мозгах.

Я сделал большую ошибку. Непозволительную.

Нельзя было спать с Тениной. Нельзя было срываться!

Я ведь обещал себе. Столько дней уговаривал себя не переходить за запретную черту. Переболеть. Перебеситься. Забыть, в конце концов, её и своё наваждение. Эту безумную тягу к этой девчонке.

А потом этот момент в клубе… Сначала нас с Тихоном задержали дела. Старший брат попросил поучаствовать в съёмках клипа*, а там нас режиссёр начал гонять. В итоге пока отсняли, пока разошлись, приехали на вечеринку поздно. Всё это время в голове у меня крутилась только Тенина. Как чувствовал, что она себе приключений на задницу найдёт.

Заметили первым делом Яну, а потом она указала на випку. И всё. Красная пелена перед глазами. У меня просто снесло нахрен тормоза. Как увидел лапу этого урода на её колене и всё. Прощай, мозг. Опомнился в тот момент, когда целовал её желанные губы, когда изучал её ротик.

Держаться стало ещё сложнее. Не знаю, как до утра не трахнул её. Как не сделал этого ещё вечером. В ванной или в кровати. Реально всю выдержку свою призвал на помощь. И теперь всё. Я только что лишил девственности заклятую врагиню.

Девушку, с которой нельзя было не просто спать, с ней даже разговаривать не стоило. Эмоциональная, мать её, зависимость. Я помешался на ней. И как теперь выбираться из этого ада, я не представляю.

Пью жадно воду, наливаю второй стакан. Слышу шаги за спиной. Медленно разворачиваюсь. Тихон. Взъерошивает и без того лохматые волосы, смотрит на меня, уголки губ растягиваются в улыбке.

Судя по его виду, сегодня ночью он не особо спал. Глаза красные, весь помятый, но настроение приподнятое. Явно с девчонкой кувыркался.

– Утро доброе, – хмыкает он и двигает меня в сторону от раковины.

Достаёт две кружки, идёт к кофемашине. В нос ударяет аромат сладких духов. Ну точно. Весь пропах сексом и девушкой.

– Ты не один? Или мне решил кофе приготовить? – усмехаюсь.

– Сам сделаешь. Я с леди.

– Кто счастливица?

– Ой, заебал. Не лезь в мою жизнь, – закатывает глаза брат и ждёт, пока кружка наполнится кофе.

Машинка шумит, выполняя свою работу. Может тоже Тенёчку кофе приготовить? Нормально будет, если я ей завтрак в постель притащу или слишком ванильно? Блядь. Ну вот и что мне теперь со всем этим делать, а?

И тут мимо кухни идёт… она. В моём футболке. Я застываю. Смотрю на её крадущуюся фигурку. Сексуальную, мать её, фигурку. Сглатываю.

Тихон замечает, как меняется моё лицо. Поворачивается к выходу.

– Привет, – тянет он, и я вижу, как его брови лезут вверх в удивлении.

– Привет, – шёпотом отзывается Тенёчек.

Её взгляд мечется с Тихона на меня. Краснеет. Выглядит так, будто её застукали на месте преступления. Явно не ожидала, что я с братом живу в одной квартире. Да мы как-то и не разговаривали особо. Не до этого было.

Мы боролись с собственными желаниями и демонами. Что ж. Успешно провалили свою миссию. Вкусное поражение. Такое сладкое, такое приятное… Хочется ещё повторить. И не один раз.

– Я в туалет, – ещё более смущённо выдаёт она и заправляет прядь за ухо.

– Ты ведь знаешь где ванная комната, – киваю ей.

Мы сталкиваемся взглядами. И я силой удерживаю себя на месте. Хочется подойти к ней и вжать в себя. Забраться руками под грёбанную футболку и смять её грудь…

Тенина опускает глаза в пол и мгновенно испаряется.

А я жду. Брат. Скажет ведь что-то. Тихон ведь с самого начала говорил, чтобы мы не жестили с Тениной. Припугнули и ладно. А потом он видел, как меня кроет. Понимал из-за чего. И вот итог.

Она в нашей квартире. В моей футболке, надетой на голое тело. И идёт из моей спальни. Думаю, что у него уже обрисовалась нужная картинка. Думаю, что тут вопросов не должно остаться.

Тихон смотрит на меня. Хмурится.

– Ты что, трахнул Тенину?

Ну пиздец. Отрицать, конечно, смысла уже нет.

– Да.

– Блядь, Яр!

– Всё по обоюдному согласию, – недовольно морщусь. Неужели решил, что я мог насильно её? Не думает же, что я её запугал так, что она поэтому под меня легла. Нет. Она текла, она желала так же сильно, как и я. – Она тоже этого хотела.

– Ты ведь не вывезешь этого. Ты хоть поговорил с ней, м?

– Иди в жопу, брат, а? Не лезь в мою жизнь, – парирую.

Не вывезу. Да, блядь, не вывезу. Но я уже не знаю, как бороться с этой одержимостью. А познав её… Теперь хочется ещё и ещё. Эта пытка не закончится никогда. Она только становится с каждым днём сильнее.

Так что пусть горит всё синим пламенем. И гореть в этом костре мы будем уже вдвоём. Я и Тенёчек. Сдыхать, но вместе.

Я наливаю ещё воды и иду на выход со стаканом. Не успеваю пересечь порог, как в меня чуть ли не врезается… Ветрова. Ойкает и отступает. Взглядом мечется за мою спину. Видит Тихона. Краснеет и вылетает обратно, так и не сказав ни слова.

Я медленно поворачиваюсь к брату. Тот невозмутимо гипнотизирует люстру. Будто это самое интересное зрелище сейчас. Взгляд эдакого пофигиста. Типа, Ветерок не с ним тут развлекается.

Пиздец. Замечательно просто. Как мне лекцию начинать читать, так это он готов. А сам-то… за собой следить видимо не обязательно…

– Серьёзно? – выгибаю бровь дугой.

– Это не то, что ты подумал, – жмёт плечами.

– Ага. Наверное, осталась с ночёвкой, чтобы сказку тебе рассказать или спинку почесать. Заботливая Яночка.

Усмехаюсь и иду в спальню.

Грехопадение только началось. И сейчас нас ждёт продолжение этого безумия.