Текст книги "Мажор и заноза. Нам нельзя (СИ)"

Автор книги: Ника Княжина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 19 страниц)

Глава 33. Не втюрься!

– Красивая… Какая же ты с утра обалденная, Тенёчек…

Я открываю глаза и попадаю под внимательный взгляд Тормасова. Лежит на боку, гипнотизирует своими тёмными омутами.

Он всё так же лежит в моей кровати в общежитии. Его рука по-хозяйски устроилась на моём обнажённом бедре. Рубашка, что на мне, вся скомкалась, так что ему открыт обзор… на очень многое.

Стыдно ли мне? Кажется, я забыла, что это такое. Просто молча смотрю на него в ответ. На его взъерошенные волосы. На серьгу, поблескивающую в свете утренних лучей. На его сильные плечи, на щетину…

Тянусь к нему и кладу ладонь на его щёку. Под нежной кожей слегка покалывает. Тёплый. Такое… приятное щекотание.

На миг он прикрывает глаза, а потом снова смотрит. Взгляд становится серьёзней.

– Не вздумай в меня втюриться, Тенёчек.

От его слов перехватывает дыхание. Хочется залепить пощёчину и сказать… что я никогда такого себе не позволю. И пусть катится уже куда подальше. Раз просто секс и ничего более, то какого чёрта мы проводим вторую ночь с ним в обнимку? Вот пусть и идёт лесом со своими ограничениями!

Но его рука уже скользит под рубашку вверх и сжимает мою грудь. Я слабо пытаюсь вывернуться из его объятий, пытаюсь отстраниться, упираясь ладонями в его плечи, но ничего не выходит. Он только сильнее прижимается ко мне, плотно, так, что между нами не остаётся пространства. В бедро упирается его стояк.

– Яр… Не надо. Нам же на учёбу… Опоздаем ещё…

– А мы быстро, – искушает гад.

Отворачивается от меня и шарит где-то рукой. Я наблюдаю за его профилем. За напряжённым торсом, пока он там что-то делает за пределами моей видимости. Через миг понимаю, в чём там дело.

Оказывается, секундная задержка связана с очередным пакетиком презерватива.

– И много у тебя их?

– Последний, – признаётся, откусывая край фольги зубами. – Но сегодня восполню. Не думал вообще, что задержусь тут.

Не знаю, что и думать. Этот парень мне все мозги запудрил. Между нами ничего, но при этом… иногда он ведёт себя странно. Хотя чего иногда? Он весь такой. Настоящий комок противоречий.

Наваливается на меня сверху. Раздвигает ноги шире и тут же приступает к реализации по-быстрому. Я вцепляюсь в его плечи. Стараюсь не закрывать глаза. Хочется увидеть его в момент разрядки.

При свете дня. Когда он весь передо мной, как на ладони. Красивый же, гад.

– Смотри, Тенёчек, – хмыкает он, поймав мой взгляд.

Наклоняется и целует. Раскрывает рот и толкается языком… И я сдаюсь. Эмоции бурлят, глаза сами собой погружают меня в темноту. Из груди рвутся стоны от приятных ощущений. Он движется всё быстрее и быстрее, сжимая мои бёдра до боли. Кровать скрипит, комнату заполняют влажные неприличные звуки.

А за пределами этого нашего безумия… я слышу, как ходят студенты в коридоре. Разговоры, хохот… там за дверью кипит жизнь, а здесь, в маленьком пространстве – наше очередное падение в бездну. Приятное, сладкое, но такое неправильное.

Ярослав приглушает мои стоны поцелуями. Кажется, мы решили поставить рекорд по скоростному сексу. Но я не возражаю… В какой-то момент просто теряю окончательно связь с реальностью. Я отрываюсь от его губ и вскрикиваю от блаженства. Он же закрывает мой рот ладонью, чтобы сильно не шумела. В два счёта догоняет меня.

Потные, разгорячённые, взбудораженные мы лежим, прилипнув друг к другу. Я открываю глаза и смотрю на его серьгу в ухе. Его лицо зарыто в мои волосы. Он тяжело дышит, обдавая меня своим дыханием.

Хочется провести пальцами по его прядям или по спине, описать рельефы мышц… но я себя одёргиваю. Не стоит проявлять свои чувства. Опять услышу в ответ что-то, что мне не понравится. Будет больно, неприятно…

Не втюривайся. Как можно быть таким нежным, заботливым, внимательным в постели и таким гадким во всём остальном? Будто в нём две сущности живут. Одна желает меня унижать, а вторая дарить удовольствие.

– Я в душ. Дай мне полотенце, – выдыхает он спустя время и поднимается с меня.

Меня будто ледяной водой окатывает. Я сажусь в кровати и поправляю съехавшую рубашку. Смотрю на него, но он выглядит спокойным, расслабленным.

– Что? Ты пойдёшь в… общий душ? Здесь? На этаже? – шокировано спрашиваю.

– Да, – проводит рукой по волосам. Обнажённый. Стоит посреди комнаты и светит… всем, чем только можно. Без всякого стеснения. – Проблемы какие-то? Если у тебя только одно полотенце, всё норм. Я не брезгливый.

– Зато я брезгливая, – ворчу я.

Мозг лихорадочно думает, как его выставить, чтобы никто не заметил. Чтобы моя репутация не пошатнулась ещё больше. Ну не в окно же его выгонять? Уже утро. Внизу студенты ходят, а то, может, и преподаватели. Заметят странную картину точно.

Капец, попала. Не Вика слухи начнёт распускать… Все увидят всё своими глазами! Тут даже догадываться не нужно будет, почему Тормасов выходит из моей комнаты с утра пораньше и лениво бредёт в душ.

Я краснею, понимая, что в ловушке. Что пришла расплата за моё удовольствие. Что нужно было думать головой. И, конечно, нельзя было позволять всё это. Выгнать. Ещё вчера вечером. Да я вообще не должна была с ним спать! Никогда!

Яр подходит ко мне, наклоняется. Его рука обхватывает мой подбородок и поднимает лицо вверх. Заставляет смотреть ему в глаза. И я смотрю. Смотрю и понимаю, что он ни черта не понимает.

– Я был в тебе. Только что. Уверена, что брезгуешь?

– Я… не хочу… чтобы тебя видели… – нехотя признаюсь.

Он на миг замирает, будто в его голову эта идея не приходила. И мне вот очень-очень хочется треснуть его куда-нибудь чем-нибудь. И посильнее. Настоящий эгоист! Думает только о своих желаниях. Плевать ему на меня. Лишь бы только ноги вовремя раздвигала.

И я сама виновата в этой ужасной ситуации. Я сама всё это позволила делать со мной…

– Понятно, – усмехается он. – Но уже поздно. Ты ведь моя, Тенёчек. И все об этом уже знают. А кто не знает… скоро поймут. Просто смирись. И не парься.

Он отпускает меня. Вопросительно смотрит. Намекая на то самое полотенце, конечно. Не мои же возражения он ждёт. Да и что я скажу? Что не его? Что пусть забудет сюда дорогу?

Увы… я знаю, что не могу отказаться от него. Как бы горько ни было, он мне нужен. Даже с таким ужасным отношением ко мне, даже со своими приказами, своим эгоизмом… Потому что поздно он попросил меня не влюбляться в него.

Я прячу свои эмоции под невозмутимую маску. Под его насмешливым взглядом поднимаюсь с постели. Достаю ему своё чистое полотенце из шкафа. Которое у меня, конечно же, не единственное.

Ярослав обматывает его вокруг бёдер. Выглядит, зараза, очень сексуально. Обнажённый торс, белое полотенце, обхватывающее упругую задницу… Он ловит мой взгляд и снова хмыкает.

– Я бы с радостью на второй раз, но защиты нет, – добивает меня своей фразой. – Не переживай, вечером повторим.

Отворачивается от пылающей меня и прямо в таком виде выбирается из моей комнаты в общий коридор общежития.

Боже… мне конец. Теперь на меня будут коситься все. Теперь я стану звездой номер один в студенческих сплетнях.

Глава 34. Собственность

– Ты специально это делаешь, Яр? – ворчу я, когда он сжимает мою руку.

Мы идём по общежитию на выход. Спускаемся с ним по лестнице. И это после того, как Тормасов принимал душ у меня на этаже, и все кругом поняли, от кого он выходил такой… удовлетворённый.

В одном, блин, полотенце. В моём полотенце! Из моей комнаты!

Мало было этого позора мне. Теперь очередная демонстрация того, что я его… Кто? Девушка? Ха, как бы не так. Скорее, игрушка. Девчонка, с которой он развлекается и хочет, чтобы все кругом знали, что я другим со мной играть нельзя. Что он сам, единолично, желает мной пользоваться.

А я… опять всё это позволяю.

– Что я делаю, Тенёчек? – невозмутимо уточняет.

– Показываешь всем… Что между нами…

Он бросает на меня насмешливый взгляд. Молчит. И я понимаю, что права. Конечно, я права. Скажите мне только, почему я ещё не ударила его и не заявила, что меня всё это не устраивает? Почему я разрешаю ему вести себя так со мной?

И я знаю ответ на этот вопрос. И он меня дико раздражает. Потому что я дурочка, раз допустила всё это. Нельзя было поддаваться своим чувствам. Нельзя было влюбляться в своего врага. А я взяла и позволила этому случиться.

На улице лучше не становится. На нас смотрят все, кому не лень. Мне кажется, будто только на нас и обращают внимание. Я перевожу взгляд себе под ноги. Мои кроссовки и его. Шаг за шагом мы приближаемся к универу.

И я не представляю, что принесёт сегодняшний день. Как он будет себя вести после того, как наши отношения вышли на новый уровень. После того, как мы стали так близки в интимном плане.

Первый день после выходных. Волнительно, блин.

– Посмотри на меня, – командует Тормасов, и я выполняю его приказ на автомате.

Он останавливается. Мне приходится тоже затормозить. Стоим теперь перед главным входом и смотрим друг на друга. Я вопросительно приподнимаю брови. Не понимаю, что ему нужно ещё от меня. Итак подчиняюсь всему.

– Что?

– Помнишь, Тенёчек, что я сказал, что ты – моя?

– Угу.

– Ну так вот…

Он не договаривает. Вместо этого он резко дёргает меня на себя. Я от неожиданности влетаю в его объятия и ударяюсь всем телом о его мощную грудь. Ничего не успеваю понять, а через миг его губы накрывают мои.

Никакой нежности. Без всяких переходов он врывается в рот и глубоко целует. Так, что я захлёбываюсь от его резкого напора.

Я вцепляюсь пальцами в его толстовку, чтобы не упасть. Меня штормит от неожиданности. От того, что моё тело мгновенно слабеет в его жёстком захвате. От того, как вкусно он меня целует.

Мимо кто-то проходит, а у меня весь мир будто на паузе стоит. Есть только его язык, который нагло хозяйничает у меня во рту, да пожар внизу живота.

Не знаю, сколько по времени длится этот поцелуй, но когда Яр отпускает мои припухшие губы, я судорожно вдыхаю воздух. Кажется, в лёгких его просто не осталось совсем. Мутным взглядом ловлю его карие глаза в свой фокус.

– Идём, – выдыхает он, будто ничего сейчас и не было.

Обхватывает снова мою руку и тянет за собой. Губы горят огнём. Я едва перемещаюсь в пространстве, совершенно не фиксируя это сознанием. В голове только эта картина. Как мы жарко целовались на виду у всех.

Вот блин. Несмотря на то, что мне понравилось, я вдруг чётко осознаю одну не очень приятную вещи. Это точно была демонстрация. Не зря он напомнил про то, что я – его.

Что же будет следующее на сегодня? Зажмёт меня где-то в углу и…

Щёки стыдливо краснеют. Страшно подумать до чего он докатиться может. А учитывая то, что рядом с ним я совершенно не соображаю, то боюсь, что могу опозориться ещё больше. Надо как-то… притормозить его порывы.

Мы с Ярославом останавливаемся перед нашей аудиторией. Даже не опоздали на лекцию, хотя, когда он начал приставать, я думала, что мы всё на свете пропустим... И вправду получилось всё по-быстрому. И мне всё равно было приятно. Очень.

С трудом выкидываю дурные мысли из головы. Заземляюсь. Возвращаюсь в реальность. И, кажется, что зря. Я снова вижу чужие взгляды.

Наши сокурсники с интересом смотрят на наши переплетённые пальцы. На моё румяное лицо, на довольного Тормасова. Часть подозревает, а другая, может быть, даже слышала, чем мы утром занимались.

Чёрт. Душно. Как же тут душно.

Мне надо на воздух. Надо прийти в себя.

Я скольжу взглядом по лицам, пытаясь отыскать Яну и Тихона, но они задерживаются где-то. Блин. Я ведь даже не узнала как у подруги дела после этих бешенных выходных. Как было неловко, когда мы обе вчера утром столкнулись в пределах одной квартиры. После того как я… отдалась Яру.

Чёрт. Чёрт… Хватит уже обо всём этом думать.

Стыд снова застилает всю меня. Надо выдохнуть. Мне нужен перерыв от Яра. Но он, блин, держит меня за руку. С таким видом невозмутимым стоит, будто так и нужно. И чую, ему не понравится, если я сейчас начну выкручиваться и пытаться сбежать от него.

Ведь от него… не убежать. Ничего не поделать. Он решает всё. Он делает только так, как ему удобно.

– Привет, Яр. Ну и выходные, – ворчит Коля, останавливаясь возле нас. Я бросаю на него настороженный взгляд. – После таких угарных вечеринок глаза слипаются. Не знаю, как до конца пар доживу. Лови, кстати, прихватил лишнюю.

Сидоров пробегается глазами по Тормасову, что-то заключает про себя, и отдаёт ему одну банку с энергетиком. Вторую тут же открывает и жадно пьёт.

Яр кивает, типа, спасибо. Его задумчивый взгляд скользит по банке. Потом он переводит насмешливый взгляд на меня.

Засовывает энергетик мне в руку.

– Держи, Тенина. Тебе полезнее. Выглядишь, будто ещё не проснулась. Не привыкла к таким бурным ночам, да, детка? – говорит он громко, так, что слышат наши сокурсники.

И все смеются. А я как дура стою и сжимаю холодный металл в ладони, и в душе начинает закручиваться новый вихрь эмоций. Унижение, боль, гнев. Он смеётся… надо мной. Они все смеются надо мной! Над тем, что я новая подстилка Тормасова.

И злюсь я не только на него. Потому что я сама виновата в этом.

Глава 35. Бунт

Никак не могу сосредоточиться на лекции. В голове до сих пор застрял чужой смех и снисходительные взгляды на меня. Глаза печёт от желания расплакаться. Но я сижу на чёртовой лекции и пытаюсь делать вид, что всё в порядке.

Рука Ярослава привычно лежит на спинке моего стула. Только если на прошлой неделе это нервировало, то на этой, после всего, что между нами было, это будоражит по-другому. И я злюсь на то, что несмотря на унизительное положение, в которое он меня поставил, я всё равно горю от его близости.

Чёртов придурок. Правильно я думала с самого начала. Нужно было держаться подальше от этих Тормасовых. Ничего ведь хорошего это не предвещало. Так всё и случилось. Обещали со мной играть… Что ж. Так всё и получилось.

Интересно, а если бы я не облила его кофе, если бы не пошли в мужскую раздевалку, если не окатила его душем… между нами ничего бы не завертелось? Не дошло бы всё до такой степени, что я оказалась в его постели?

– Думаешь обо мне?

Горячий шёпот касается моего уха, и я вздрагиваю. Ручка вылетает из моих рук и падает на тетрадь. Последнее слово смазано некрасивым штрихом. Так увлеклась своими думами, что не почувствовала опасности.

– Думаю, Яр, – шиплю в ответ. – Думаю, как бы от тебя избавиться.

– Ооо, звучит, интригующе, – охотно включается в разговор. – Расчленёнка – классика, отравление – для эстетов… Как насчёт самопроизвольного возгорания… например, во время секса?

Я закатываю глаза и толкаю его в бок, чтобы отодвинулся и не подавлял меня своим тестостероном, вкупе с этим потрясающим запахом. Он один так пахнет, так, что у меня мурашки бегают по телу от него. И я как идиотка ведусь на эту обонятельную атаку. Хочется прижаться и дышать им, а не убивать.

– Пожалуй, я воспользуюсь эффектом неожиданности. И вообще не мешай. Моя криминальная гениальность требует тишины, – ворчу я.

Беру ручку и пытаюсь снова включиться в образовательный процесс. Яр только тихо посмеивается. Я уже думаю, что отвязалась от него, но тут его рука опускается под парту и касается моего колена.

Скашиваю глаза на него.

Сидит себе с невозмутимым видом. И только его пальцы поглаживают меня по джинсам, медленно поднимаясь всё выше и выше. Моё тело податливо отвечает на его ласку дрожью. Чёрт.

Обхватываю его руку и пытаюсь отодрать от себя. И, кажется, только ещё больше внимания привлекаю к нашей парочке. Ловлю на себе несколько взглядов. Понимаю, что чем дальше буду отпираться, тем хуже всё выйдет. Там и преподаватель заметит.

Наклоняюсь к нему.

– Хватит! – шепчу в самое ухо.

– Нет, мне нравится.

– Ты, блин, никогда не думаешь о других?

Поворачивается ко мне. В тёмных глазах горит веселье. Ему и говорить ничего не надо. Он считает, что я пищу от восторга, что он меня лапает. Вспоминаются слова Яны о том, что Тихон её домогается на парах.

Кстати, а парочка-то так и не появилась сегодня. Куда делись?

Вздыхаю. Ладно. К чёрту всё. Убираю свою руку с его, смотрю в тетрадь, слушаю лекцию. Всеми силами пытаюсь абстрагироваться от того, как он ласково водит ладонью по внутренней стороне бедра… В какой-то момент кажется, что сейчас совсем нагло доберётся до интимного места, но он отступает.

Я уже не дышу. Сижу красная, как помидор, и мечтаю провалиться сквозь землю. И когда пара заканчивается, я тут же подскакиваю с места. Забрасываю учебники в рюкзак и вылетаю из аудитории быстрее Тормасова.

Всю перемену провожу в женском туалете, надеясь, что меня тут никто не достанет.

Возникает даже идея свалить с пар, закрыться в общаге… в которую Ярослав наверняка без проблем сможет попасть. Снова запрётся со мной в комнате… И дальнейшие мысли добавляют только ещё больше огней к моим щекам.

Я попала. От него нигде не скрыться. Он давно перешёл все мои личные границы. Он творит всё, что вздумается. А теперь ещё и все кругом думают, что я его игрушка. Сексуальная игрушка, блин.

С трудом заставляю себя пойти на пары. Яр больше меня не трогает и не разговаривает. Вообще сидит задумчивый. Может у брата проблемы? Я же до самой последней пары использую свою новую схему избегания.

Только наступает перемена, как я бегу в туалет. Даже вместо обеда в столовой, я зависаю в женской комнате. Раньше хоть Яна была, но она так и не приходит. А на мои сообщения не отвечает, а вскоре и телефон сдыхает. Совсем забыла вчера зарядить его.

Я уже всерьёз начинаю переживать о подруге. Решаю, зайти к ней после пар.

– Тебе плохо, Тенина? – спрашивает Яр на последней лекции.

– С чего ты решил? – удивлённо смотрю на него.

– В туалете постоянно торчишь. У тебя месячные начались? Я могу сходить в аптеку за прокладками. Только скажи.

Я несколько секунд сижу и изумлённо таращусь на него. А потом краснею. Стремительно. И кажется ещё ярче, чем вообще когда-либо. Обалдеть. Ну такое с мальчиками обсуждать… Что-то мне как-то не по себе.

И что это вообще… акт заботы от Тормасова Ярослава? Мне не чудится? Ущипните меня, пожалуйста.

– Нет. Ничего не надо, – лепечу я и отвожу взгляд в сторону.

До конца пары сижу как на иголках. Идея прятаться в туалете теперь не кажется такой гениальной. И вообще. Блин. Мне нужно… прекратить вести себя как жертва. Нужно просто поговорить с ним. Сказать, чтобы не шутил так при всех, что это неприемлемо.

Пара заканчивается. В этот раз он не даёт мне возможности уйти. Перехватывает за руку. Выходим из университета вместе и направляемся прямиком в сторону общежития. Он… ко мне, что ли, собрался?

– Ярослав, мы куда?

– Поедем ко мне домой. Сначала покушаем в кафе, а потом в квартиру.

– Это… зачем ещё? – настороженно уточняю.

Но вот опять. Ставит условия и даже не интересуется, а чего я хочу. Может мне это не надо. Может я планирую учёбой заняться, почитать, кино посмотреть, в конце концов. Да я одна хочу побыть вообще-то.

– Чтобы ты голодной не была. И я тоже. Калории нам понадобятся.

– Стоп. Я не хочу к тебе, – возмущаюсь я. – Я в общагу хочу.

– Понравилось, что все в курсе, чем мы занимаемся с тобой? – усмехается он, в глазах стоит веселье. – Мне нравится, как ты звучишь. А общага ограничивает твои способности. Но если ты сама не против…

Я в шоке смотрю на него. Пытаюсь вывернуть руку и освободиться.

– Я тебя не приглашала в гости, – выдыхаю.

– Мне не нужно приглашение. А вообще всё-таки настаиваю на своей хате.

– Не поеду я с тобой!

– Поедешь.

– Нет.

Ярослав тянет меня за собой за руку, больше не слушая. Я на грани того, чтобы начать громко вопить. Вспоминается утро. Его наглое поведение в общаге, потом этот проклятый энергетик, следом его поглаживания, хоть я и пыталась это остановить.

Как меня достало всё! Невероятно наглый, противный мажор со своими заскоками! Хватит с меня его приколов. Хватит ему всё решать за меня.

– Я не хочу с тобой, – возмущаюсь я громче.

– Я не спрашивал.

– Ты придурок! Пусти меня, Яр!

Но мы уже возле его машины. Прямо под окнами моей общаги. Этот гад смог как обычно сделать всё так, как хотел. Чёртов эгоист. Затолкает внутрь и увезёт.

– Хочу тебя, Тенёчек. Можно и без обеда обойтись, – заявляет нахал.

Ярослав впивается пальцами в мою талию и притягивает к себе. Его губы впиваются в мою шею. Он жёстко давит на меня, и я впечатываюсь телом в его машину. Поясница, спина, ягодицы касаются холодного металла.

– Нет, я не поеду никуда, – тяну я, и упираюсь ладонями в его плечи.

Помимо моей воли, чёртовой слабой воли, я всё равно начинаю тут же загораться рядом с ним. Волна возбуждения мигом накрывает каждую клеточку тела. Низ живота полыхает огнём. Неминуемым крахом моей выдержки.

Хочу его тоже. До безумия хочу. Это ведь невозможно контролировать, он… он полностью поработил меня. Все мысли, все чувства… только он. Только Тормасов. Ну чёрт. Почему так сложно с ним бороться?

Его губы отрываются от моей истерзанной шеи. Он смотрит мне в глаза всего мгновение. Он не спрашивает меня ни о чём, потому что видит в моём лице, в моём подрагивающем теле ответ.

Наклоняется и целует. Сразу глубоко, жёстко. И я безвольно подчиняюсь. Позволяю ему ласкать меня, голова уже не соображает. Секунду назад хотела его прибить, а сейчас хочу почувствовать его на себе, в себе…

Сознание мутится от возбуждения. Надо остановиться. Прекратить. Высказать ему всё. Я ведь должна быть сильной.

Чёрт возьми, Алёна, возьми себя в руки. Иначе дальше будет только хуже.

Упираюсь снова в его грудь и получается с трудом оторваться от его губ, чтобы набрать в лёгкие кислород. Дышу рвано, хватая ртом воздух. Сердце выскакивает из груди. Ноги едва держат.

– Яр… Хватит… – выдыхаю я и, противореча самой себе, впиваюсь пальцами в его волосы.

Притягиваю его к себе ближе. Зависаю в миллиметре от его губ.

– Ты – самое ужасное моё приключение, – жалуюсь ему.

– Взаимно, Тенёчек.

Яр усмехается. Его губы снова накрывают мои. Кажется, что его поцелуй – единственное правильное в этой жизни. Я отдаюсь ему полностью. Отвечаю на каждое движение его языка.

И даже не реагирую, когда его ладони перемещаются вниз и сжимают ягодицы. Точнее реагирую, но не так, как хотелось бы. Из груди рвётся протяжный, низкий стон прямо ему в рот.

И тут за пеленой страсти, дикого желания и сбившегося дыхания я слышу знакомый голос. Голос любимого брата.

– Пиздец.