Текст книги "Иллюзия вины"

Автор книги: Ник Найт

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 43 страниц)

Глава 4

Новый день, а ничего не меняется. Опять, сломя голову, несусь на машине. Опять куда-то спешу и не знаю, что меня ждет в конце пути. Я не знаю даже своей цели. Опять жуткий ливень. Ливень. Сколько можно? Мы же не в Лондоне, черт возьми! Ничего не меняется.

Вообще-то, по воскресеньям ситуация на дорогах Нью-Йорка кардинально меняется в лучшую сторону и на улицах появляется масса свободного пространства. Но я всегда отличался одной особенностью – везением. Оказался «везуч» я и в этот раз, когда по указанию Джейкоба, свернув на очередную улицу, умудрился попасть в пробку.

– Джейкоб, а другого пути нет? Тут огромная пробка.

– Возможно, есть. Попробуйте свернуть на Франклин-стрит, затем через Уайт-стрит вернитесь на 6-ю Авеню. Может, быстрее настигнете его, – раздался голос Джейкоба у меня в ухе через гарнитуру.

– Ладно, давай попробуем… какого? – я уставился на свой навигатор.

– Что такое, сэр?

– У меня пропал сигнал Райана с монитора, я не вижу где он.

– Хм, у меня все в порядке, вижу его. Возможно, погодные условия влияют на сигнал.

– Тогда будешь направлять меня. Только не подпускай меня к нему слишком близко. Я не хочу, чтобы он меня заметил.

– Ну он пока еще достаточно далеко от вас. Думаете, он вас приведет к чему-то?

– К чему-то он меня приведет точно. Хочу только знать к чему именно.

Свернуть на Франклин-стрит, порекомендованную Джейкобом, оказалось хорошей идеей. Трафик тут не был перегружен и на какое-то мгновение я смог разогнаться до 100 км/ч. Затем, на перекрестке, я резко затормозил, чтобы свернуть на Уайт-стрит и вновь выжал педаль газа, стараясь как можно быстрее вернуться на 6-ю Авеню. Все эти манипуляции с объездом пробки, несомненно, удлиняли мой путь, но находиться в движении было куда приятнее, чем бездействовать в пробке.

– Где он сейчас? – спросил я, вдавив педаль газа в пол.

– Только что свернул на Лексингтон-авеню.

Я, наконец, добрался до 6-й авеню, не сбавляя скорости свернул направо и помчался по намеченному ранее пути, поглядывая в зеркало заднего вида на злополучную пробку, в которой я мог бы стоять до сих пор. Теперь уже мне приходилось лишь изредка отпускать педаль газа, объезжая одинокие машины на просторной дороге. Я довольно быстро преодолел значительную часть расстояния, но в какой-то момент, проносясь мимо Гринвич-авеню, сам того не замечая, начал постепенно снижать скорость с реактивных 110 км/ч до черепашьих 40 км/ч – очередная Нью-Йоркская дорожная пробка вновь поглотила мою машину.

– Черт.

– Что там, сэр? – послышался голос Броуди на том конце.

– Думаю, нам нужно содействие самого директора Миллера, – ответил я, полностью останавливаясь перед колонной застывших впереди машин.

– Эм, сэр, что вы обнаружили? – недоумевал Броуди.

– Что нашему Бюро катастрофически не хватает отдела по борьбе с дорожными пробками.

– Аа…

– Джейкоб, какой сегодня день недели?

– Воскресенье.

– Тогда какого черта на дорогах машин как в понедельник!? – гневно выпалил я, пялясь на бесконечную пробку.

– Нью-Йорк… Нью-Йорк, сэр…

– Ты мне еще Синатру спой, – процедил я сквозь зубы. – Есть предложения, как объехать все это?

– Мм… пока что нет, придется подождать.

– Где сейчас Райан?

– Да он недалеко продвинулся после того как свернул на Лексингтон-авеню, похоже тоже в пробке стоит. Два квартала проехал и очень медленно движется.

Что ж, по крайней мере, он еще не достиг своей цели. Надо признать, что сам я лично еще ни разу не видел, как Райан доводит какое-нибудь из своих дел до логического конца. Я читал его досье, его послужной список и видел массу успешно проведенных операций под его началом, но у меня никогда не было возможности лично удостовериться в том, как он самостоятельно выполняет свою работу. Конечно же, отчасти это была моя заслуга, потому что я всячески препятствовал его самодеятельности, но иначе я поступить не мог.

Любой адекватный человек назвал бы безумием ту ситуацию, которую он устроил с Купером два года назад и уж точно никто бы не стал доверять ему после этого. Я не знаю, может, его метод идти напролом и делать все скрытно от других и был эффективен. Я просто не мог это опровергнуть, так как в его досье было лишь одно провальное дело четырехлетней давности, после которого он плотно подсел на героин. Или во время которого он подсел на героин. К сожалению, подробностей я не знал, но у меня были подозрения, что как раз та давняя операция сильно повлияла на Райана. Возможно даже в большей степени, чем на меня повлияло убийство Альмы годом раннее провала Райана. Только вот в моем случае я не стал терять голову во время работы… это происходит со мной в свободное от работы время. Пока что происходит в свободное от работы время.

Так или иначе, Райану я никак не мог доверять и мне необходимо было его контролировать. Сегодняшние события показали, что я совершил ошибку, доверившись ему даже в такой незначительной степени. Судя по всему, он решился на то, чего от него и следовало ожидать в первую очередь – он бросился выслеживать Виктора Хауэра самостоятельно. Если какой-то Виктор Хауэр вообще существовал… На проверку этой информации у меня не было ни времени, ни желания, я доверился Райану. Мне очень хотелось верить, что я не сделал какой-то еще большей ошибки.

– Сэр, если все еще хотите нагнать Фокса, быстро разворачивайтесь и объезжайте этот затор по тринадцатой улице через 5-ю авеню, – послышался взволнованный голос Броуди в гарнитуре. Полностью доверяя Броуди, я машинально начал разворачиваться.

– Что случилось?

– Похоже, что Фокс только что каким-то чудом выбрался из пробки и уже буквально пролетает второй по счету квартал за последние двадцать секунд.

– Твою ж мать, – выругался я и, развернувшись, понесся по встречной полосе в обратном направлении.

– Эм, сэр, ваш трекер показывает, что вы едете по встречной полосе.

– Так и есть. Я почти выбрался на 5-ю. Куда дальше?

– Там всюду пробки, езжайте лучше по 5-й авеню до конца. Фокс сейчас приближается к Парк-авеню, он движется по направлению к Центральному парку. Мне кажется, что самый лучший вариант для вас – добраться до Центрального парка и уже через него ехать. Вы так срежете путь и у вас будет шанс догнать Фокса. Если, конечно, он не развернется и не поедет прочь от Центрального парка.

– Понял. Буду ехать так быстро, как смогу, – с этими словами я выжал педаль газа до предела.

На бешеной скорости я объезжал одну машину за другой, иногда делая это по встречной полосе. По дороге я не переставал проклинать десятки автомобилей, благодаря которым я все лучше и лучше оттачивал свою водительскую реакцию. На 5-й авеню была достаточно просторная дорога и пробок не наблюдалось, но движение все равно оставалось плотным и было нелегко поддерживать постоянную скорость в 90-100 км/ч. Спустя несколько минут бешеной езды по совету Джейкоба я достиг конца 5-й авеню и, ударив по тормозам, с заносом и с огромным усилием избежал столкновения с потоком автомобилей на перекрестке. С ревом шин я объехал их и въехал на территорию Центрального парка.

Теперь, можно сказать, передо мной была свобода. Автомобили, конечно, встречались на дорогах Центрального парка, но тут их было в десятки раз меньше, чем на той же 5-й авеню. Я с облегчением восстановил скорость, проносясь мимо изредка попадающихся красных светофоров.

– Выбрался в Центральный парк, – облегченно вздыхая, произнес я. – Как там Райан?

– Сбавил немного скорость… нет, сейчас вроде совсем останавливается на 88-й улице. Вам сейчас лучше забыть о штрафах за превышение скорости.

– Штрафы? Ты о чем? – ухмыльнулся я, выжимая из своей машины максимальную скорость. – Предупреди, если он вдруг сдвинется с места. Он же еще стоит?

– Стоит. Он остановился прямо возле музея Соломона Гугенхайма.

– О, так он всего лишь искусства захотел. А я-то тут разволновался, что он задумал.

Джейкоб на том конце только хмыкнул.

Я даже с каким-то удовольствием мчался по Центральному парку – последней надежде «зеленых» Нью-Йорка. Среди каменных джунглей мегаполиса Центральный парк выделялся как ледяное озеро посреди пустыни. Это было огромнейшее зеленое пространство площадью около трех квадратных километров прямо в центре Манхэттэна. Тут было свое большое озеро, тысячи деревьев, сотни лавочек для отдыха и толпы отдыхающих. Оказавшись в Центральном парке, любой человек забывал, что он находится в каменном Нью-Йорке и у него появлялось чувство, будто он попал в настоящий лес или на одну из живописных лужаек европейских стран. В последнее время репутация Центрального парка была несколько омрачена трупом Стивена Горэма и когда это убийство начали освещать в СМИ, посетителей в парке все же заметно поубавилось. Но и без последствий от недавних событий, это всегда было очень свободное и просторное место. Относилось это и к плотности движения на дорогах парка.

Я без каких-либо препятствий и происшествий проехал с максимальной скоростью два километра Центрального парка, вновь выехал на бесконечную 5-ю авеню и остановился в квартале от музея Гугенхайма, где должен был находиться Райан.

– Что видишь, Джейкоб?

– Его машина все еще стоит возле музея. Где он сам находится, сказать не могу.

– Понятно, дальше я пешком. Сообщай, если что-то изменится.

– Да, сэр.

Я выбрался из машины, инстинктивно проверил свой пистолет вместе с запасными обоймами и двинулся к месту, откуда исходил сигнал GPS-трекера машины Райана. К моему счастью, ливень на какое-то время прекратился и сейчас на улице было лишь пасмурно. Тротуар, как и автомобильная дорога, блестел от только что закончившегося ливня и на асфальте отражались огни фар изредка проезжающих машин. Людей было немного. Многие были закутаны в темные мокрые плащи, которые так и не смогли укрыть их от недавнего сильного ливня. В такую погоду даже зонты не помогали, вода будто лилась со всех сторон. Некоторые люди все еще мрачно брели по улице с открытыми зонтами, опасаясь нового цунами с неба, и с опаской поглядывали на темные тучи.

Я же насторожено шагал вдоль улицы, обращая внимание на все незначительные детали в округе, на каждого проходящего мимо меня человека, на каждый косой взгляд. Последнего было предостаточно. В отличие от большинства пешеходов я выделялся официальным костюмом с черным галстуком и отсутствием зонта. Такой внешний вид делал меня не то чтобы подозрительным в глазах окружающих, но уж точно непривычным. Убедившись, что мой пистолет надежно спрятан под пиджаком от посторонних глаз и не вызовет лишней заинтересованности, я более уверенным шагом пересек автомобильную дорогу вместе с мило беседующими парнем и девушкой, разделяющими один большой зонт на двоих.

Миновав супермаркет, располагавшийся на первом этаже одного из небоскребов, я свернул за угол и застыл на мгновение, обнаружив перед собой необычное здание. Я неплохо ориентировался в Нью-Йорке, прекрасно помня, что именно тут должно было находится, но в данный момент все мои мысли были сконцентрированы исключительно на выслеживании Райана и потому я не обращал внимания на окрестности. Совершенно случайно мой взгляд пал на черный джип у подножья этого необычного здания и за рулем джипа я увидел хорошо знакомое лицо. Я мигом нырнул обратно за угол.

– Черт!

– Сэр? – откликнулся на том конце Броуди.

– Вижу Райана, – то, что у меня в ухе все еще был на связи Джейкоб Броуди, я как-то забыл.

– Что он делает?

– Сидит в машине, – я осторожно выглянул из-за угла, и попытался лучше рассмотреть Райана, сидящего в машине через дорогу, – да, сидит, смотрит по сторонам и чего-то ждет. Прямо под зданием Соломона Гугенхайма.

Музей имени Соломона Гугенхайма заметно выделялся на фоне однотипных Нью-Йоркских небоскребов. Если сравнивать его с городскими небоскребами, то это, конечно, очень маленькое здание, которое попросту терялось на фоне громадных серых глыб Нью-Йорка. Тем не менее, назвать музей Гугенхайма миниатюрным язык у меня никак не поворачивался. Музей имел причудливую цилиндрическую форму и возвышался всего на шесть этажей ввысь, при этом каждый этаж здания был достаточно высоким и немного увеличивался в диаметре по сравнению с предыдущим. Таким образом, складывалось впечатление, будто здание имеет как минимум пятнадцать стандартных этажей и походит на гигантское многоуровневое ведро. Не уверен, что архитектор музея одобрил бы подобное сравнение, но гигантское ступенчатое ведро было первым, что всплывало в моих мыслях при виде этой креативной постройки.

– Джейкоб? – произнес я, выглядывая из-за угла в очередной раз.

– Да?

– Смартфон Райана выключен же?

– Да, сэр. Я уже пытался отследить его по номеру, но его смартфон не подает никаких сигналов.

– Я сейчас отчетливо наблюдаю, как он говорит по смартфону.

– Значит, у него есть запасной. Он явно не хотел, чтобы вы его нашли.

– Да… так, он выходит из машины… и направляется ко входу в музей. Я отключаюсь и иду за ним. Сообщай мне, если узнаешь что-то полезное.

– Хорошо, сэр.

Я оборвал связь, снял гарнитуру с уха и осторожно нырнул за угол. Райан в этот момент как раз входил в парадные двери музея. Я быстро перебежал улицу, прошел мимо угнанной Райаном машины, попутно заглядывая внутрь в надежде там что-то обнаружить. Ничего подозрительного в салоне я не увидел и, выждав еще пару секунд, отправился следом за Райном к парадному входу.

Как только я вошел внутрь в глаза сразу ударил ослепительный белоснежный цвет стен музея. Внутри здание было еще более чудным, чем снаружи. Моему взору открывалось огромное свободное пространство далеко уходящее вверх до самого последнего этажа, который заканчивался стеклянной крышей. Днем тут не было никакой необходимости в искусственном освещении, весь свет поступал через прозрачный стеклянный потолок и отражался от белых стен здания. Строение явно было спроектировано так, чтобы многие экспонаты имели свой естественный вид, какой они могут иметь только под дневным светом Солнца.

Музей был процентов на восемьдесят пустым в середине и только отдельно выступающие шесть этажей в форме колец занимали небольшое пространство его стен. Находясь на самом первом этаже и устремляя свой взор вверх, складывалось впечатление, что кольцо каждого последующего этажа сливается с предыдущим и тем самым все шесть этажей образуют спираль, упирающуюся в потолок.

Насколько я знал, в музее постоянно тем или иным образом сменялась внутренняя обстановка и сегодня здесь было нечто действительно оригинальное.

Почти от самого потолка со стеклянной крышей и до мраморного пола на первом этаже спиралью была натянута крепкая сетка, на которой спокойно лежали десятки посетителей музея. Сетка частично закреплялась возле перил каждого этажа и тем самым позволяла залазить на нее с любой высоты. Спиральная сетка служила чем-то вроде огромного гамака, где можно было прилечь и отдохнуть, любуясь внутренней архитектурной красотой музея Гугенхайма. Если бы кому-то взбрело в голову взобраться по этой сетке на самый верхний этаж вместо использования лестниц или лифтов, то это уже больше походило бы на альпинизм.

К счастью, альпинизмом в музее никто заниматься не желал, люди просто лежали, болтали друг с другом и смотрели на небо через стеклянный потолок. Со стороны все выглядели довольными и умиротворенными, но мне эта затея со спиралевидной сеткой все же казалась немного опасной. Мне казалось, что с нее достаточно легко скатиться в самый низ. Скатиться без болевых травм, сетка нигде не обрывалась и не давала ни единой возможности удариться обо что-то твердое, но все же перспектива прокувыркаться шесть этажей меня не воодушевляла.

Я оторвался от любования этим чудным местом и продолжительным взглядом оценил окружающую обстановку. В поле зрения попало около сотни посетителей, снующих по всему музею и десяток кураторов, проводящих экскурсии. Для здания таких размеров, тут все же было многолюдно и чтобы найти в толпе кого-то определенного приходилось как следует прищуриваться и концентрировать свое внимание. Что я и сделал.

Райан, как и я должен был выделяться из толпы своим официальным костюмом и пистолетом под пиджаком. Просканировав глазами местность в течение нескольких секунд, ничего и никого полезного я так и не обнаружил. Его явно не было в поле зрения. Я предположил, что Райан уже успел подняться на несколько этажей вверх на лифте и тем самым давно скрылся от меня. Искать его в толпе, распространяющейся на шесть этажей ввысь, было бы занятием неблагодарным и потому я решил просто ждать его возвращения. Музей Гугенхайма имел всего два входа-выхода и оба они находились на первом этаже, так что подождать пока Райан не сделает того, ради чего он тут оказался, казалось мне самой здравой мыслью на тот момент. Если только он не решит спрыгнуть с крыши. Последнее для меня шуткой не являлось, от него можно было ожидать чего угодно.

Я стал медленно передвигаться от одного выхода к другому, поглядывая по сторонам в надежде обнаружить желаемое, но вокруг была удивительно спокойная и непринужденная обстановка. Каждые несколько секунд я смотрел на часы, беспокоясь о том, сколько времени мне приходится бездействовать. Конечно, я бы мог рвануть вверх и бегать по этажам, надеясь, что мне повезет, но точно так же мне могло не повезти, я бы разминулся с Райаном и он бы опять от меня сбежал. Про то, чтобы воспользоваться лифтом я даже думать не хотел, в этом случае шанс разминуться с Райаном возрастал многократно. Нервно обдумывая, правильно ли я поступаю, прошатался я так на первом этаже музея около трех минут, когда произошло нечто, не сказать что совсем уж для меня неожиданное.

Выстрел. Сотрясающий воздух женский крик. Еще два быстрых выстрела. Затем после некоторой паузы четвертый выстрел. Звуки яростно палящего пистолета исходили прямо от стеклянного потолка и благодаря отличнейшей акустике музея Гугенхайма разносились по всему зданию.

Посетители себя ждать не заставили и сразу же после первого выстрела со всех сторон начали доноситься крики. Очередной женский визг послышался с самого верхнего этажа, затем еще один и тоже женский. В панике, подверженные стадному инстинкту, десятки людей ломанулись к выходу. Двое пробегавших мимо меня женщин чуть не сбили меня с ног и, ни на секунду не замедляясь, устремились к выходу.

Происходящее на спиральной сетке, натянутой до потолка, и вовсе не поддавалось описанию. Перепугавшись, многие посетители поспешили убраться с сетки, чтобы попасть на твердую поверхность, но, плохо соображая, начали в ней буквально запутываться и делать опасные резкие движения. Кому-то удалось с нее быстро и благополучно выбраться, но некоторые, потеряв равновесие, начали скатываться по ней с верхних этажей в самый низ. От хаоса, творившегося на сетке, последняя сильно закачалась и начала сбрасывать с себя даже тех, кто почти смог с нее выбраться.

Мой взгляд чуть ли не в последний момент остановился на молодом отце, неуклюже скатывающимся в районе второго этажа прямиком за своим ребенком, которому на вид было не более семи лет. Я находился метрах в пяти от места, где сетка соприкасалась с полом, и молниеносно ринулся к ребенку, рискующему с секунды на секунду разбить себе что-нибудь об мраморный пол. В последний миг я прыгнул вперед и, завалившись на пол, успел поймать маленького мальчика, подставив левую руку прямо под его летящую к мрамору голову. Второй же перебинтованной рукой, я попытался подстраховать себя, выставляя плечо вперед, но поскользнувшись, рухнул на свою правую руку, придавив все еще больную рану. Я застонал от боли, но сумел удержать внимание на ребенке и не дал ему ничего себе разбить. Следом скатился с сетки и его отец, хорошенько ударившись коленом об твердый пол.

Я попытался встать на ноги, попутно осматривая мальчика на предмет ранений:

– Ты в порядке, парень? – кряхтя от боли в руке, я помог ему подняться.

Тут уже, превозмогая боль от ушиба колена, подполз его отец:

– Джейк! Джейк, ты в порядке?! – взволновано смотрел он на мальчика.

Парень с виду был явно перепуган, но плакать точно не собирался. Он испугано смотрел то на меня, то на своего отца и, наконец, вымолвил:

– В п-порядке.

– Спасибо вам, – сказал отец, обнимая сына и переводя взгляд на меня.

– Не за что. Я из ФБР, быстро покиньте здание с сыном, – показывать удостоверение федерального агента у меня желания не было, молодой отец и так верил моим словам, обращая внимание на пистолет, выглядывающий из-под моего пиджака.

– Но моя жена… она была здесь… на первом этаже, – испуганно начал он.

– С ней должно быть все в порядке, сэр. На первом этаже опасности нет, быстро бегите к выходу! – спорить он не стал и, прихрамывая, с сыном на руках, направился к выходу.

На порезанную с утра правую руку я, судя по всему, приземлился совсем неудачно и обнаружил, что сквозь бинты начала сочиться кровь, подкрепляемая легкой болью. Я выругался и сконцентрировался на обстановке вокруг. Выстрелов уже слышно не было, но хаос все еще продолжался. Б ольшая часть посетителей к этому моменту успела выбежать из здания, но некоторые все еще бежали с верхних этажей вниз. Я заметил, что многие от испуга попригинались и попытались укрыться за экспонатами или лавочками на первом этаже.

– ФБР! – крикнул я что было сил и в доказательство вытянул свое удостоверение, показывая его всем, кто мог меня услышать или увидеть. – Всем немедленно покинуть здание!

Некоторые, будто ударенные током, мигом ринулись к выходу, но и оставались еще люди, замершие от страха на месте. Я достал пистолет и начал подбегать к ним поочередно, заставляя покинуть здание.

– Быстрее! Быстрее! Покиньте здание, тут небезопасно! – продолжал кричать я.

Теперь уже почти все направлялись к выходу, прислушиваясь к моим словам. Я заметил двоих работников музея, которые укрывшись за каким-то большим экспонатом, походившим на древний саркофаг, явно никуда не спешили. Я быстро подбежал к ним и слегка присев, спросил:

– Вы здесь работаете? – обратился я к женщине средних лет и мужчине лет тридцати, обращая внимание на их рабочие бейджи. – Я из ФБР, вы в порядке?

– Да в порядке, но выстрелы и крики сверху что-то не радуют, – отозвался мужчина.

– Послушайте, – я посмотрел на его бейдж, – Жамель, у вас есть ключи от дверей музея?

– Э… да, конечно.

– Жамель, мне нужно чтобы вы дождались, пока все посетители не покинут здание, а затем покинули здание сами и закрыли за собой обе двери. Сможете?

– Я… не знаю… наверно.

– Жамель, вам нечего опасаться, угроза исходит с верхних этажей и я собираюсь ее устранить, – я продемонстрировал свой пистолет для убедительности, – просто выведите всех и закройте двери.

– Хорошо-хорошо, сэр, сделаем.

– Здание как-то еще можно покинуть? Наверху есть выходы? Аварийные? Какие-то лестницы?

– Да, с крыши можно покинуть здание, там есть пара пожарных лестниц, но это будет нелегко сделать, – отозвалась женщина, когда сверху раздался еще один выстрел, а затем рев, мужской яростный рев.

– Так все, бегом, давайте! – крикнул я напоследок.

Работники музея направились к выходу, а я снял пистолет с предохранителя, достал смартфон и побежал в направлении лестницы, ведущей на этаж выше.

– Джейкоб, срочно нужно подкрепление в музей Гугенхайма, лучше всего отряд спецназа, – протараторил я в смартфон, не дав Джейкобу на том конце ни шанса произнести первым хотя бы звук.

– Э… да, сэр… что у вас происходит? – спросил ошарашенный Броуди.

– Понятия не имею, тут выстрелы и паника, – ответил я, подбегая к ступенькам, – сразу после выстрелов я слышал женские крики. Так что давай сюда и скорую помощь на всякий случай. Передай Дэвиду, пусть сам ведет сюда ребят, он разберется что делать. И быстрее, Джейкоб!

– Да-да, сэр, подкрепление уже почти в пути.

Я кинул смартфон обратно в карман пиджака. Со всех ног я пролетел первые два этажа, изредка сталкиваясь со все еще спускающимися посетителями. Я поглядывал на каждое незнакомое мне лицо и готовился в случае чего оказать людям всю возможную помощь, но, если не считать перепуганных лиц, все выглядели вполне дееспособными.

На тот момент планировка музея казалась мне ужасной. Мне приходилось преодолевать пару десятков ступенек, поднимаясь на этаж выше, а затем пробегать половину окружности этажа, чтобы добраться до следующей лестницы, ведущей на этаж выше. Преодолевая очередной круг и приближаясь к лестнице, ведущей на третий этаж, я не переставал поглядывать вверх в надежде увидеть хоть что-то из происходящего там и попутно стал беспокоиться о том, как мне было неудобно держать свой пистолет в левой руке.

Я всегда хорошо стрелял, но при этом держал пистолет в правой руке. Можно сказать, что в этом деле я был праворукий. Сейчас же все пальцы моей правой руки были максимально ограничены в движениях бинтами, да и к тому же вся область возле мизинца кровоточила и совсем неприятно побаливала. Так что, удерживать пистолет в правой руке было проблематично, а в левой неудобно и непривычно. Это меня нервировало больше всего, я боялся, что если мне придется использовать свой пистолет, то я допущу ошибку.

Взобравшись на третий этаж, я пробежал очередной полукруг впритык к перилам, продолжая посматривать вверх. Я все еще ничего там не видел, но начинал слышать какой-то шум. Мне показалось, что это был шум борьбы, я отчетливо услышал, как наверху разбилось что-то стеклянное. Там явно имела место драка.

Подбегая к лестнице, ведущей на четвертый этаж, я почувствовал вибрацию своего смартфона в пиджаке и тут же его вытянул. Номер моему смартфону был неизвестен.

– Да, кто это? – тяжело дыша на бегу ответил я.

– Агент Стиллер, это Дитер Штайблих, – первые два слова обычным голосом, а оставшиеся три предельно высоким. Да, это определенно был он, со своим жутким голосом.

– Господин Штайблих, вы несколько не вовремя, я тут малость занят, – все так же с трудом выговаривая слова на бегу, ответил я.

– Простите, что отвлекаю, – все равно продолжил он, – только хотел сообщить, что в желудке Стивена Горэмая не обнаружил никаких следов человеческихволос.

– Спасибо за информацию, господин Штайблих, как только я тут закончу, сразу же обдумаю вашу находку.

–  Удачнойпогони, – Штайблих оборвал связь.

Что? Удачной погони? Откуда он знает, что я куда-то бегу или за кем-то гонюсь? А, ну да, у меня же голос запыханный. Хотя… это же не дает повода дума… Так, все, хватит Нейтан, сконцентрируйся на текущей ситуации.

Я закинул смартфон обратно в карман и уже подбегал к лестнице, ведущей на пятый этаж. Я был почти у цели. Пробежав очередные несколько ступенек, я оказался на пятом этаже и услышал ЭТО. Нет, честное слово, это почти можно было принять за дикий рев медведя. Бешеный продолжительный вопль, а затем вылетающий этажом выше на спиральную сетку вперед спиной человек в официальном костюме. Это был Райан. В смысле, вылетал с балкона на сетку Райан, а не издавал вопль. Я поднял взгляд еще выше и увидел, ЧТО издавало этот жуткий звук. Это был огромный мужчина в таком же официальном костюме, как и Райан. У него было какое-то дикое выражение лица и звериный оскал. Он яростно смотрел вслед улетающему Райану, а потом заметил меня… и от того, как он на меня посмотрел мне стало не по себе.

Сам Райан, удачно приземлившись на сетку, стал совсем неудачно по ней скатываться вниз, отчаянно размахивая конечностями. Я совладел с собой, оторвавшись от яростных глаз, смотрящих на меня с верхнего этажа, и подбежал к перилам. В следующий миг я поймал Райана за шиворот и втащил со спиральной сетки на твердую поверхность.

Сказать, что Райан был потрепан – не сказать ничего. Его белая рубашка была разорвана и забрызгана красными каплями, его лицо было залито кровью, один глаз он вообще не мог открыть из-за гематомы, но даже среди такого месива я разглядел у него на лице не то что испуг, а шок.

– Нейтан, ты… ты тут. Нельзя дать ему уйти! – еле выговаривая слова, он отхаркивался кровью. – Там… там девушка, ранена.

– Райан, это он, Хауэр? – я все еще поддерживал его за плечи, так как он с трудом стоял на ногах.

– Да… он.

– Что случилось?

– Я… я… следил за ним, потом он меня обнаружил и очевидно узнал. Он сразу достал пистолет и начал палить в меня, а потом…

– Ясно, подробности позже. Будь здесь. Дэвид уже в пути с подкреплением, – я ринулся к последней лестнице, ведущей на самый верхний шестой этаж.

– Нет… постой, ты не справишься с ним сам, – превозмогая боль, Райан, прихрамывая, побрел за мной.

– Ты себя видел?! – обернулся я, находясь одной ногой на лестнице.

– Ты не представляешь, на что он способен, – продолжал Райан, – он как Халк, я не шучу. Стреляй в него при первой же возможности, мой пистолет где-то наверху валяется… Свой пистолет он выронил, но все равно может быть вооружен.

– Ладно.

Спорить у меня желания не было, да и то, что я успел увидеть собственными глазами, оптимизма мне совсем не добавляло. Я выставил пистолет перед собой и начал осторожно шагать по лестнице, Райан хромал следом. Мы тихо поднялись на шестой этаж и, пригнувшись, я осторожно выглянул из-за угла, находясь на последней ступеньке. Виктора Хауэра поблизости видно не было, повсюду были только осколки стекла от разбитых стендов и капли крови. Я прищурился и смог разглядеть вдали неподвижно лежащее тело девушки в зеленом платье о которой говорил Райан.

– Пошли, – сказал я шепотом Райану и двумя перебежками мы быстро добрались до девушки. – Глянь как она.

Девушке на вид было лет двадцать пять, она лежала, не издавая ни единого звука, а глаза ее были закрыты. Я обратил внимание на большое кровавое пятно в районе ее живота. Райан с трудом опустился на одно колено и приложил два пальца ей к шее.

– Кажется, есть слабый пульс, но она долго не продержится, – прошептал Райан. – Хауэр в нее попал случайно, когда в меня палил.

– Скорая помощь уже в пути, сделай что-нибудь с ее раной, – тихо ответил я, ни на секунду не отвлекаясь от прицела своего пистолета.

Райан кивнул, снял с себя пиджак и попытался им зажать рану истекающей кровью девушки.

– Будь лучше с ней, больше пользы будет, – я осторожно двинулся дальше в направлении последней лестницы, ведущей на крышу здания. У Хауэра был только один выход – попытаться выбраться через крышу.

– Нейтан, – окликнул меня Райан, все еще пытаясь помочь девушке, – сначала стреляй, потом задавай вопросы.

Я настороженно кивнул и двинулся дальше. На крышу вело две лестницы, каждая из которых располагалась в разных концах этажа. Я наугад выбрал ту, что находилась дальше от меня, подбежал к ней, поднялся по ступенькам до приоткрытой железной двери, пропускающей мрачный дневной свет, медленно просунул свой пистолет в щель и выглянул насколько смог. Видимость в дверной щели была почти нулевая, так что я просунул руку с пистолетом чуть дальше, одновременно подталкивая локтем дверь, и в туже секунду получил яростный удар дверью по руке. От удара я задел спусковой крючок, пистолет выстрелил в воздух, а затем вывалился из моей руки куда-то на крышу музея. Очевидно, Виктор Хауэр уже поджидал меня с той стороны и, увидев выглядывающий из-за двери ствол пистолета, тут же всем весом приложился к ней.