Текст книги "Вечно голодный студент 4 (СИ)"

Автор книги: Нариман Ибрагим

сообщить о нарушении

Текущая страница: 20 (всего у книги 21 страниц)

– Да, понятно, – кивнул Майонез, щёлкающий полосатые семечки.

Это явный просрок, которым легко можно травануться, но лучше всё равно ничего нет – человечество утратило технологию выращивания и обработки семечек…

– Вы поедете на Газели с ретранслятором, а также четырьмя дронами-камикадзе, – продолжил Проф. – Как только достигнете места, развернёте ретранслятор, после чего Нарк и его ребята подключатся к дронам и помогут вам атаковать колонну. После того, как колонна остановится, вы должны будете обстрелять её и уничтожить. Понятно?

– Так точно, – кивнул Повар.

Ему всего двадцать лет – на момент зоошизы он учился в профтехучилище на кондитера, поэтому логично, что его отправили в ресторан, в подчинение Клавдии Вячеславовны. Она, кстати, не хотела отдавать Владислава, но КД – это, своего рода, приговор.

Внешность у него такая, что сразу видно, что работает на кухне – упитанный, розовощёкий, с не сползающей с лица добродушной полуулыбкой. Русые волосы острижены до состояния очень короткого ёжика, на мир смотрит с какой-то наивностью – он ещё не до конца понимает, в какой переплёт попал.

Его форсированная подготовка только закончилась, поэтому сегодня мы обсуждаем его первый серьёзный рейд. До этого были животные, поэтому ему придётся впервые убивать людей.

– В селе Петровском расположен промежуточный опорник тамбовцев, – сказал Проф. – Это очень близко к вашей зоне ответственности, но не нужно переживать – они будут сильно заняты.

– А чем они будут заняты? – поинтересовался Майонез.

– И тут мы переходим к боевой задаче Студика и Щеки… – заулыбавшись, произнёс Проф.

– Так-так-так, – подобрался Щека.

– Вам нужно будет скрытно прибыть к Петровскому, занять позицию и ждать сигнала от Майонеза и Повара, – начал объяснять Проф, взяв со стола кружку с чаем. – Разведка дронами ограничена, поэтому мы можем лишь предполагать, сколько там сидят КДшников и боевиков. Нарк оценивает их численность до пяти-шести КДшников и шестидесяти-семидесяти боевиков из обычных людей. Вы двое вполне способны справиться с таким количеством.

– Ещё как, нахуй! – воскликнул Щека, ожесточённо закивав. – Значит, мы будем прикрывать Мазика и Повара?

Майонезу, судя по его лицу, не понравилось такое искажение прозвища, которое ему и так не особо нравится…

– Да, – согласно кивнул Проф. – Вы будете ждать, пока Майонез и Повар не начнут атаку на колонну, а затем, когда атака начнётся, вы должны будете ударить по Петровскому, чтобы тамбовцы не смогли отправить колонне подмогу. Карту местности с ориентирами и свежими маркерами получите в течение часа. Необходимо будет скачать и изучить. Вопросы?

– А если там окажется больше КДшников? – спросил я.

– В таком случае, вам нужно будет быстро нанести максимум урона и сразу же отходить, – ответил Проф.

– А если в колонне будет много КДшников? – сразу же спросил Майонез.

– Не должно быть, – ответил на это Проф. – Это маловажный канал снабжения, ведущий к маловажному опорнику. Такие малозначительные конвои мы ещё не атаковали, поэтому тамбовцам просто нет смысла сопровождать их с большим количеством КДшников. Но эта операция должна всё изменить.

– Хорошо, – сказал я. – А это согласовано с Майором и Ронином?

– Это они спланировали, – заверил нас Проф. – Не переживайте – всё продумано.

Логика мне понятна – это нужно, чтобы снова замедлить тамбовцев, которые закусили удила и наращивают своё присутствие на приграничных территориях.

В конце концов, они сумеют наладить логистику, за счёт того, что их тупо больше и они могут быть, буквально, везде, и это приведёт к очень хреновым временам…

Но других вариантов у нас нет – надо замедлять их при любом удобном и неудобном случае.

– Майор советует убивать как можно больше боевиков, – сказал Проф. – Чем меньше у них будет живой силы, тем лучше наше положение. Студик, Щека – вы меня поняли?

– Да уж поняли, босс, – с усмешкой ответил Щека. – За мной не заржавеет – я могу заниматься этим днями и ночами.

– Студик? – посмотрел на меня Проф.

– Окей, – ответил я и пожал плечами. – Если очень надо – я буду.

Мне по барабану на этичность. Да, это нормальные люди, но они вооружены и идут на наши земли. Тут, как бы, без вариантов – нормально и закономерно, что они будут умирать от наших рук.

– Есть ещё вопросы? – спросил Проф.

– Не, у меня никаких вопросов, – ответил на это Щека.

– Аналогично, – ответил Майонез.

– Нет вопросов, – ответил Повар.

– Та же фигня, – ответил я.

– Ну, тогда расходимся, – произнёс Проф.

– Небольшой расход, пацаны… – сказал Щека.

*Российская Федерация, Тамбовская область, село Петровское, опорный пункт, 30 августа 2027 года*

– Легоглаз, что видит твой орлиный взор?.. – тихо спросил Щека, лежащий рядом.

А я лежу под кустом и внимательно рассматриваю село в поисках опорника.

Опорник нашёлся очень быстро – эти уроды заселились в сельской церкви.

Логика тут железобетонная: она стоит в центре, её колокольня – это высшая точка в селе, вокруг неё открытое пространство, ну и стены церкви кирпичные, а ещё прямо рядом расположена антенна сотовой связи.

То есть, тут и оборона, и контроль прилегающей территории, и устойчивая связь с центром.

– Их тут, похоже, гораздо больше, чем нам говорили, – сообщил я Щеке. – Считаю…

Антенна, кстати, работает и излучает мощное ЭМ-излучение, перекрывающее мне обзор на часть села за ней. Но главное я вижу – в церкви находится не меньше полусотни человек, хотя это не точно, потому что некоторые источники ЭМ могут наводиться всякой слаботочной аппаратурой.

– В церкви где-то шестьдесят человек, плюс-минус десяток, – сообщил я Щеке. – В здании под антенной – хрен знает. Кто-то точно есть, потому что антенна работает и что-то пересылает. В пристройке находятся около двух десятков человек. Среди этих точно есть двое КДшников. Где остальные – хрен знает.

– Может, их всего двое тут? – предположил Щека.

– Надейся на лучшее, но готовься к худшему, – ответил я на это. – В любом случае, ждём сигнала и отрабатываем максимально жёстко. Готовь агрегат. Но тихо.

У нас с собой есть старенький ДШКМ с почти израсходованным ресурсом ствола. Нам выдали к нему четыре короба с лентами по 50 патронов. На такую «сумму» особо не разгуляешься, но только в случае, если за пулемётом не Щека.

– Бля, поскорее бы пострелять… – с нетерпением сказал тот, начав раскладывать крупнокалиберный пулемёт.

Мы тащили его на горбу – я тащил станок и два короба, а Щека сам пулемёт и оставшиеся два короба.

После того, как начнётся и закончится кровавое шоу, я произведу неполную разборку пулемёта и вытащу все ключевые детали из ствольной коробки. После этого, от пулемёта останется только малоценный металлолом, так как стволу скоро настанет конец. Возможно, на этих самых двухстах выстрелах…

Чтобы как-то убить время, занимаюсь чисткой своего «Печенега».

Боевики и КДшники на опорнике не знают о нашем существовании, поэтому ждать мы можем очень долго, но долго не нужно – разведывательный дрон, ненадолго заскочивший в воздушное пространство Тамбова, увидел, что готовится колонна.

А раз готовится колонна, то обязательно к передовому опорнику в Борисоглебске. Уже оттуда все эти боевики, оснащённые тяжёлым вооружением, двинутся по зелёнке в сторону Волгограда.

Там их уже ожидает почти готовый сюрприз от Лапши, которая превращает эти лесопосадки в непригодные даже не для обитания, а даже просто безопасного пересечения.

Тщательно чищу пулемёт, а Щека сидит у ДШКМ и играет в какую-то дрочь на мобиле.

Время идёт, но нихрена не происходит.

«И сколько они будут возиться?» – подумал я. – «Поскорее бы отправили колонну…»

Пулемёт вычищен и сверкает оружейным маслом. Берусь за свой СР-3М, который я, конечно, чистил перед выходом, но лучше перебдеть, а то мы шастали по дичи и, в случае с чисткой оружия, лишний раз не лишний.

После того, как с автоматом было покончено, проверяю гранаты, которые у меня имеются в количестве аж двенадцати штук: шесть РГД-5 и шесть РГО. Гранат никогда не бывает много, поэтому надо брать их с собой как можно больше. Я ещё ни разу не жаловался на то, что взял слишком много гранат – мне кажется, никто не жаловался.

Рация молчит, ничего не происходит, Щека увлечённо строит комбинации из кристаллов, а я начинаю нервничать.

Майонез, несмотря на то, что не любит ходить в рейды, представляет собой крепкого КДшника, способного выполнять сложные задачи, а вот Повар – это, пока что, тёмная лошадка. Неизвестно, на что он способен в реальном бою против живых людей, поэтому риск сегодняшнего мероприятия я оцениваю, как повышенный…

– «Гранат-2», вызывает «Кукушка-1», – раздалось из «Азарта».

– «Кукушка-1», «Гранат-2» на связи, – сразу ответил я.

– Начинайте, – приказал Проф.

– Щека, – посмотрел я на напарника.

– Хе-хе… – довольно хохотнул тот и взвёл затвор ДШКМ. – Наводи меня…

– Огонь по церкви, – сказал я. – В центре здания наибольшее скопление живой силы.

– А ничего, что это, ну… – вдруг замялся Щека. – Ну, типа, это церковь же…

– Как говорила моя бабушка: «Церковь без веры – это просто здание», – ответил я ему. – Бог оставил эти края, Щека – ебашь из ДШК!

Щека кивнул с серьёзным видом и зажал гашетку.

В отличие от прошлого раза, теперь в ленте нет бронебойно-трассирующих патронов, чтобы не демаскировать нашу позицию.

Во всех четырёх коробах ленты с бронебойно-зажигательными Б-32, старыми, советскими и невидимыми невооружённым глазом…

Щеке-то не нужны трассеры, чтобы корректировать огонь, у него в башке встроенный вычислитель, поэтому в прошлые разы, когда ему давали стандартные ленты, это были непростительные факапы от наших интендантов.

ДШКМ гулко загрохотал, и стены церкви начали пробиваться бронебойными пулями. Кирпич крошился, стёкла выбивались, а люди внутри умирали.

– Левее! Сильно левее! – начал я давать указания. – Теперь вправо! Выше! Вот! Ещё правее!

+4823 очка опыта

+7214 очков опыта

+5765 очков опыта

+8692 очка опыта

+4589 очков опыта

+9127 очков опыта

+6764 очка опыта

– В правую часть – они туда кинулись! – скорректировал я огонь.

Щека плавно перевёл прицел на правую часть церкви и исполосовал её очередями на уровне человеческой груди.

– Правее дай! – дал я указание. – Ниже! Вот, заебись! Теперь плавно веди влево!

+7633 очка опыта

+5728 очков опыта

+8257 очков опыта

+4925 очков опыта

+9231 очко опыта

Это «комиссия» за наведение Щеки – основную массу опыта получает он. Но там дохрена нюансов, которые мы не до конца понимаем. Неизвестно, по какому курсу идёт обмен очков опыта по системе Щеки – бывает, что он вообще нихрена не имеет с того, что убивает кого-либо.

– Заряжай! – выкрикнул я и передал Щеке короб с новой лентой.

На фоне, в селе Петровское, происходит капец: выжившие покинули церковь и начали прятаться, где могут, а находившиеся в других зданиях боевики открыли огонь из окон. Они стреляют куда-то в нашу сторону, ну, получается, на звук.

Только вот мы с Щекой слишком давно в этом «бизнесе», чтобы паниковать просто от самого факта, что по нам стреляют. ДШКМ, после недолгой задержки, продолжил стрельбу, но теперь уже по видимым целям.

Щека выщёлкивал каждого стрелка, посмевшего открыть огонь в нашу сторону, обходясь короткими очередями. Будь у ДШКМ режим одиночного огня, он бы им и ограничился, потому что человеку достаточно одной пули калибра 12,7×108 миллиметров, чтобы либо сразу отъехать к праотцам, либо надолго выбыть из боя.

Во всесокрушающей мощи ДШК и ему подобных пулемётов я уверен не так, как раньше – были проведены эксперименты, которые показали, что керамическая плита класса Бр5 способна удержать пулю Б-32 с дистанции 100 метров.

То есть, современные бронежилеты что-то могут против крупных калибров, хотя, я думаю, человек, переживший такое попадание, сразу же захочет умереть, потому что переданная кинетическая энергия превратит его требуху в нечто, напоминающее фарш…

– Залп! Залп! Залп! – выкрикнул Щека. – Перезарядка!

– Нахуя ты им об этом говоришь⁈ – выпучив глаза, спросил я.

– Ха-ха-ха!!! – заржал Щека. – Да они нихуя не слышат!!!

Подаю предпоследний короб, Щека перезаряжает пулемёт и вновь открывает огонь.

– Залп! Залп! Залп! – орал Щека, паля из ДШКМ. – И снова в бо-о-о-ой! Мой патрон с твоей губой!!! Мальчишка! Не шути со мной!

Так как он наводится сам, моё участие сочтено интерфейсом незначительным, поэтому мне не поступает «кэшбек».

Лента, неизбежно, подошла к концу, поэтому я подал следующий короб, но затем заметил, что несколько источников ЭМ-полей движутся к нам глубоко с левого фланга.

Вглядываюсь в этих двоих и понимаю, что это КДшники.

– Щека, дай мне пулемёт! – скомандовал я. – Два КД!

– Понял тебя, родной! – легко согласился уступить орудие Щека.

Встаю за ДШКМ и навожу его в сторону стремительно приближающихся КДшников, укрывающихся от нас за кустарником, растущим вокруг местной речки-вонючки.

Эти двое мчат к нам, как Наруто и Саске, делая прыжки длиной по 5–10 метров.

Тщательно прицеливаюсь и даю первую очередь по самому шустрому. Сразу удачно, но не совсем – что-то в него попало, но я не получил заслуженный опыт, а это значит, что сучонок выжил и сейчас лежит в кустах, истекая кровью.

Второй КДшник понял, что по ним ведут прицельный огонь и решил залечь. Смертельная ошибка.

Я вижу его отчётливо, он прилёг рядом с выбитым товарищем и, похоже, пытается оказать ему первую помощь. Корректирую прицел и даю длинную очередь.

+407 543 очка опыта

Следующей очередью пытаюсь достать недобитка, но терплю неудачу – он укрылся за чем-то вроде камня, что я понял по пуле, с искрами отрикошетившей в небо.

– Есть? – спросил Щека, когда я передал ему «штурвал».

– Одного достал наглухо, – ответил я. – Второй жив, но ему нехорошо.

– Добей сходи, а я этими уёбками займусь, – предложил Щека.

– Рискованно, – не согласился я.

– Это КДшник, ты сам сказал, – возразил Щека. – Надо добить. Случай есть, бро – делай.

Логика в этом имеется. Гораздо ценнее десятков выбитых боевиков – убитый КДшник.

– Ладно, – принимаю я решение и срываюсь с места. – Не сдохни!

– Не дождёшься! – ответил Щека мне вслед и продолжил стрелять.

Диспозиция в селе сложилась критически, для противника: живая сила парализована интенсивным обстрелом, прячется в укрытиях и не подаёт признаков жизни, а оба КДшника выведены из строя. У них всё плохо, а это значит, что мы близки к успеху.

Только вот почему КДшников всего двое?

Преодолеваю расстояние до недобитого КДшника меньше чем за минуту, а затем резко залегаю, когда он открывает огонь по кустам.

«Значит, задет серьёзно, но недостаточно серьёзно», – пришёл я к выводу, вытаскивая из подсумка РГД-5.

РГО применять бессмысленно, потому что он маломобилен и не сможет отбежать или отпрыгнуть.

Хлопает гранатный запал, а затем граната летит к конечному получателю.

Вспыхивает облако пламени и граната взрывается в воздухе.

«Нихуя себе…» – выпучил я глаза в изумлении.

– А-а-а, блядь… – услышал я хриплый возглас.

Похоже, что граната зацепила КДшника осколками.

«Это что-то вроде огнеметания?» – предположил я, готовя вторую гранату. – «Наверное, сильная способность, раз взрывает гранаты».

Бросаю вторую гранату и начинаю смещаться по дуге, чтобы изменить направление атаки.

Вновь полыхнуло пламя, но граната пережила обжиг и взорвалась так, как я и планировал.

Вражеский КДшник заорал от неописуемой боли, что послужило для меня сигналом.

Поднимаюсь на ноги, совершаю рывок и начинаю палить по лежащему врагу из «Печенега».

+97 324 очков опыта

Новый уровень

– А какого хрена⁈ – рассмотрел я количество опыта, выданное за целого КДшника.

Подхожу к телам убитых и изучаю их экипировку.

Патчи Брома на месте, а это значит, что мы зашли по адресу и это не какие-то залётные КДшники. Первый убитый мной сжимает в руках переломленную пополам СВД без оптического прицела, а второй был вооружён дробовиком МЦ255, оснащённым тактикульным коллиматорным прицелом.

СВДшку сломало прямое попадание пули из ДШКМ, поэтому ей крышка – ствольная коробка пробита навылет, с превращением всего, что было внутри, в металлическое месиво. Жаль – СВД очень ценится в нынешние времена…

Снимаю рюкзак с плеч и начинаю ограбление мертвецов. Магазины к СВД, пачки патронов 7,62×54 миллиметра, пистолет «Грач» с кобурой и четырьмя дополнительными магазинами, четыре гранаты Ф-1, пачки патронов 12 калибра, картечные, пулевые и даже антидроновые, а также пистолет Макарова с тремя магазинами и четырьмя пачками патронов.

Улов маленький, но хоть что-то за наши труды…

Креплю к рюкзаку револьверное ружьё и возвращаю его на спину.

– Чё каво? – спросил Щека по рации.

– Возвращаюсь, – ответил я. – Как всё проходит?

– Сидят, суки, в селе, – сообщил мне Щека. – Нужен ассист с наведением.

– Окей, – ответил я. – Буду через полторы-две минуты.

Открываю интерфейс и сразу же вкладываю полученное очко характеристик в «Силу», после чего мне открывается возможность выбрать одну из трёх пассивных способностей.

– «Сухожильная Биомеханическая Оптимизация»

Описание: пассивная мутация, уплотняющая сухожилия и связки с интеграцией эластичных биополимеров для повышенной прочности и амортизации. Активированы механизмы коллагенового синтеза для постоянного укрепления соединительных тканей, обеспечивающие устойчивость к разрывам и перегрузкам без внешнего вмешательства.

Эффект:

+4 к «Ловкости» и +3 к «Силе»

Прочность сухожилий: Связки выдерживают значительно большие нагрузки, снижая риск разрывов при резких движениях или подъёме тяжестей.

Амортизация ударов: Усиленные ткани поглощают вибрации и удары, позволяя сохранять стабильность в бою и при падениях.

Биомеханическая эффективность: Движения становятся плавнее, с лучшей передачей силы от мышц к костям, повышая общую мощь и точность действий.

Расход: Нет.

– «Капиллярная Гиперваскуляризация»

Описание: пассивная мутация, расширяющая и уплотняющая сеть капилляров в мышечных тканях и органах, с усилением эндотелиальных клеток для повышенной проницаемости и транспорта кислорода и питательных веществ. Активированы механизмы ангиогенеза для постоянного роста сосудов, обеспечивающие оптимальное кровоснабжение без внешнего вмешательства, с адаптацией под нагрузки.

Эффект:

+4 к «Выносливости» и +3 к «Экстракции энергии»

Улучшенное кровоснабжение: Капиллярная сеть расширяется, позволяя мышцам работать дольше без накопления лактата и быстрее восстанавливать запасы энергии после нагрузок.

Кислородная эффективность: Организм лучше использует кислород, снижая усталость при интенсивных нагрузках и позволяя сохранять производительность в условиях низкого содержания кислорода в воздухе.

Адаптация к нагрузкам: При повторных усилиях капилляры уплотняются, повышая общую выносливость и ускоряя доставку питательных веществ к тканям.

Расход: Нет.

– «Лимфатическая Детоксикационная Сеть»

Описание: пассивная мутация, усиливающая лимфатическую систему с формированием дополнительных лимфатических узлов и сосудов для ускоренного дренажа токсинов и метаболитов. Активированы макрофаги и ферменты для нейтрализации вредных веществ, обеспечивающие постоянную очистку тканей без внешнего вмешательства.

Эффект:

+6 к «Выносливости» и +1 к «Термоконтролю»

Детоксикация: Лимфа быстрее выводит токсины и продукты распада, снижая риск отравления и воспалений от биотоксинов или химических веществ.

Ускоренное удаление метаболитов: Лимфатическая сеть эффективнее очищает мышцы от лактата и других продуктов распада, позволяя дольше поддерживать высокую интенсивность нагрузок и снижая накопление мышечной усталости.

Восстановление после нагрузок: Ускоренный дренаж уменьшает отёки и воспаления, позволяя быстрее возвращаться к пиковой форме после травм или усилий.

Расход: Нет.

Выбирать я ничего, конечно же, не буду, потому что сейчас не время, это во-первых, а во-вторых, я не хочу ждать 150-го уровня, чтобы усилить одну из пассивных способностей, поэтому лучше усилю предыдущую. Щека, вон, усилил свою и до сих пор наслаждается приятными эффектами.

Возвращаюсь к пулемёту и вижу, что Щека успел положить четверых, пытавшихся добраться до БМП-1, стоящей в сарае во дворе дома недалеко церкви. Один из них даже успел открыть ворота сарая, но внутрь зайти уже не смог.

БМП-1, даже если бы они сумели завести её и приготовить к бою, малоэффективна против развёрнутого и боеготового ДШКМ – на такой дистанции её броня отлично прошивается его пулями.

– Видишь кого-нибудь? – спросил Щека.

– В церкви осталось семеро, – сразу же ответил я. – В будке радиостанции ещё двое. Также ещё минимум тринадцать человек сидят по домам.

– КДшники среди них есть? – уточнил Щека, нежно погладив ствольную коробку пулемёта.

– Нет, – с уверенностью ответил я. – Те двое, которых положил я, это были единственные тут КДшники, помимо нас с тобой.

– Странно всё это, бро, – произнёс Щека. – Проф говорил, что здесь будет гей-бар, полный вражеских КДшников, но здесь было всего два пидора. Это значит, что произошёл скам.

– Значит ли это, что Майонез и Повар пошли в ловушку? – предположил я.

Щека задумался над этим, впрочем, как и я.

– Не, хуйня какая-то… – пришёл я к выводу. – То, что здесь мало КДшников, не значит, что они именно в колонне.

– В любом разе, надо доложить Профу, – сказал на это Щека.

– Это верно, – согласился я и вытащил из подсумка «Азарт». – «Кукушка-1», вызывает «Гранат-2». Приём.

– «Гранат-2», «Кукушка-1» на связи, – почти сразу же ответил Проф. – Приём.

– Выполняем задание, близки к успеху, – сообщил я. – Но есть проблема.

– Говори, – потребовал Проф.

– Двое додиков, вместо обещанного, – сказал я ему. – Что это может значить?

– Это проблема, – ответил Проф. – Как всё продвигается? Сколько положили?

– Да почти всех, – произнёс я. – Остались жалкие недобитки – можем прессануть их, если будет приказ.

– Прессуйте, если уверены, что справитесь, – сказал Проф. – В окрестностях не наблюдаются додики?

– Я бы сказал о таком, – с возмущением ответил я. – Нет, не наблюдается.

– Продолжайте отрабатывать, – приказал Проф. – У «Граната-1» всё штатно. Конец связи.

Это значит, что Майонез и Повар работают по плану и у них всё идёт по плану.

– Проф разрешил прессануть, – сообщил я Щеке.

– Йе-е-е! – обрадованно воскликнул он. – Достреляешь остаток ленты? А то жалко выбрасывать.

– Не, лучше заберём, – сказал я, покачав головой. – С недобитками справимся своими силами, а 12,7 прибережём…

Снимаю короб с недобитой лентой с пулемёта и помогаю Щеке закрепить короб на рюкзаке, после чего берусь за разбор ДШКМ.

Вытаскиваю из ствольной коробки всё, что можно вытащить и утащить, после чего прячу в рюкзак и начинаю готовиться к «прессингу».

Боевики противника всё так же сидят, боясь пошевелиться – Щека отучил их покидать занятые укрытия.

– Где кто? – достал он карту села.

Достаю из кармана красный карандаш и, с оглядкой на село, помечаю примерное расположение боевиков.

– Мхм-мхм… – внимательно изучил Щека диспозицию. – Как будем заходить?

– Думаю, лучше обойти село вдоль берега речки-вонючки, после чего заходить с тыла, – предложил я. – Они этого не ждут.

– Может, я зайду с тыла, а ты подержишь их тут? – сделал Щека контрпредложение.

– Лишний риск, – не согласился я. – Пусть это нормальные люди, но у них огнестрел – никогда не забывай, блин!

– Да я помню это всегда, – ответил Щека. – Но так будут эффект внезапности и тотальная дизмораль.

Я обдумал это. С одной стороны, разделяться – это плохой ход, но с другой – внезапность и дизмораль тоже хочется организовать…

– Ладно, – кивнул я. – Но обходить буду я, а ты останешься здесь.

– Окей, – согласился Щека. – Тоже вариант. Так даже будто логичнее.

– Всё, поехали… – сказал я и направился к густому кустарнику на берегу речки.

Щека открыл огонь по координатам, соблюдая временные интервалы между очередями, чтобы не дать никому расслабиться, а я спустился к самому берегу и побежал вдоль него.

В речке, судя по всему, уже никто не обитает – всё крупное уже свалило на сушу, в поисках лучшей жизни, но не исключено, что здесь сформировалась маленькая экосистема, в которой существуют рыбы, которым и так ништяк.

Примерно три километра спустя я оказался на противоположной стороне села, после чего быстро и максимально скрытно перебежал к заросшему кустарником ограждению сельского кладбища.

Кладбище небольшое и, к счастью, не разграбленное зверями. Видывал я разрытые могилы на кладбищах – кости, обрывки похоронных костюмов и платьев…

Проникаю на территорию конечной станции в жизни почти любого человека до зоошизы, пересекаю её и сталкиваюсь с проблемой.

Впереди чистое поле, примерно метров четыреста – мне нужно пересечь его, потенциально, под огнём из автоматического оружия, возможно, пулемётов.

«Пять рывков и дело в шляпе», – прикинул я. – «Надо делать, а то Щека скоро зайдёт в село».

Перемахиваю через ограду и бегу к ближайшему дому.

Стрелять по мне начали где-то на середине пути. Эффекта неожиданности добиться не удалось, но даже так, им надо вести бой на два фронта, а это хорошо.

Применяю рывки по кулдауну, а на последнем прыгаю и оказываюсь на крыше дома. Но он не выдерживает такой внезапной нагрузки и я проваливаюсь.

– Ох, блядь! – упал я на пол комнаты, вместе с грудой обломков. – Блядь!

По дому открыли огонь, поэтому обстановка сразу же накалилась. Я поднялся на колени и вскинул «Печенег».

Щека уже в селе – он идёт вдоль кустарника на берегу местного водоёма и соревнуется с боевиками в скорости реакции и меткости. Боевики проигрывают.

Оцениваю обстановку и определяю положение ближайших боевиков. Они, как я понял, уже не склонны продолжать бой и собираются слинять, для чего прикрывают друг друга огнём и быстро перебегают от укрытия к укрытию.

«Проф дал однозначный приказ…» – вспомнил я.

Вообще, я не всегда преследую противника, чтобы добить его – это не особо нужно, потому что шанс встретиться дважды, в этом безумном и быстро меняющемся мире, почти равен нулю.

Но теперь есть задача – добивать выживших.

Приближаюсь к окну и навожу «Печенег» на боевика, садящего из АКМ куда-то в сторону Щеки. Даю короткую очередь.

Я увидел, что он убит наповал, но очков опыта за это не дало.

Но теперь я не уверен, что убил его. Это вызывает тревогу – подсознание считает, что я лишь ранил его и нужно добить…

Нужно будет адаптироваться к этому, потому что впредь опыт будут давать далеко не за каждого убитого.

«Щеку это тоже гнёт», – подумал я. – «Как он обижался, что ему дают слишком мало опыта за больший объём убитых…»

Выношу ещё двоих боевиков, которые попытались вырваться из села на квадроцикле, который никак не желал заводиться, а затем боевики кончились.

– Всё⁈ – спросил Щека по рации.

Осматриваюсь и удостоверяюсь, что село зачищено и из живых тут только тараканы и кузнечики. Нам всем страшно повезло, что мутации коснулись только позвоночных – я воздаю хвалу интерфейсу за эту благодать.

– Все готовы! – ответил я ему.

– Охуенчик! – воскликнул он. – Го лутаться!

Захожу в дом, по которому только что стрелял и начинаю сбор трофеев. Больше всего нас интересуют оружие и боеприпасы, коих тут прямо дохрена – мы положили десятки вооружённых людей.

Собираю автоматы, винтовки, дробовики и пулемёты, для чего у меня есть клетчатая сумка, которую я вытащил из рюкзака и развернул. Фазан называет их челночными сумками или мечтой оккупанта, но я без понятия, почему.

Тут в основном старинные АКМ, актуальные против зверей, а также чуть менее актуальные против них АК-74 и АК-74М. Сравнительно новых АК-12 всего пара штук – видимо, Бром нашёл хранилище олдскульного оружия, типа, резерв с советских времён.

– Зацени, Студик! – крикнул мне Щека и показал автомат. – Это же Папаша!

В его руках ППШ-41 с барабанным магазином, весь истёртый и в царапинах – видно, что его прямо обдержали, возможно, ещё во времена Великой Отечественной…

– Возьму его себе! – сообщил Щека. – Повешу в номере, над кроватью!

– Окей! – ответил я ему.

У одного из покойников обнаружилась винтовка системы Мосина, причём не карабин, а именно старинная винтовка, возможно, царских времён. Смотрю на ствольную коробку и вижу надпись «Императорский тульский оружейный завод, 1913 год» – это прямо раритет. Возьму её себе и тоже повешу над кроватью.

«Блин, это же при императоре ещё произвели», – осознал я. – «Первая мировая была… в 1914 году, да. Значит, эту винтовку произвели за год до той войны и она пережила всё, чтобы продолжить убивать людей в 2027-м году».

Аккуратно укладываю её в клетчатую сумку и продолжаю сбор трофеев.

Патроны разных калибров, автоматные магазины, коробы с пулемётными лентами, гранаты, тротиловые шашки – эти боевики были оснащены не хуже, чем наши ополченцы…

Бронежилеты собирать бессмысленно, потому что они, большей частью, разбитые, а вот каски собрать нужно, потому что лишними точно не будут. Достаю из рюкзака вторую клетчатую сумку.

Чтобы не кормить зверьё, стаскиваем трупы в античного вида бревенчатый дом, перекладываем их дровами из поленницы, обливаем бензином и поджигаем.

– Я – всё! – сообщил Щека и показал мне две полные клетчатые сумки. – Уходим⁈

– Проверь «бэху», – сказал я ему. – Умчим отсюда с ветерком, если нам повезёт…

Щека зашёл в сарай, в котором боевики спрятали БМП-1. Он забрался в бронемашину. Через несколько минут движок зарычал и заполнил сарай сизым дизельным дымом.

БМП-1 выехала из сарая и остановилась прямо передо мной.

Пусковая установка ПТУР демонтирована, поэтому надеяться можно только на 73-миллиметрового калибра пушку «Гром» и спаренный пулемёт. Но зато есть модуль с дымовыми шашками, присобаченный сюда кустарно, с какой-то другой техники.

– Всё, грузи поклажу! – высунулся Щека из люка механика-водителя.

Обхожу бронемашину, открываю заднюю дверь и начинаю погрузку клетчатых сумок с трофеями.

Заканчиваю погрузку и осматриваюсь по сторонам.

– Щека, контакт! – выкрикнул я, увидев, что мы тут больше не одни. – Колонна бронетехники, меньше километра!

– Ёбаный рот этой богадельни, блядь! – отреагировал Щека. – Танки есть⁈

Внимательно рассматриваю ЭМ-силуэты машин и понимаю, что к нам едут два «Тигра» и одна БМП-2.

– Танков нет! – ответил я, забираясь на крышу «бэхи».

– Садись на место мехвода! – сказал Щека, выбираясь из люка. – Постреляемся, нахуй!

– Надо давать по съёбам! – не согласился я. – На «Тиграх» КПВ, а БМПшка с «Бережком»!

Модуль «Бережок» – это свидетельство того, что против нас выступает БМП-2М, оснащённая продвинутой системой управления огнём, которая не оставляет нам и шанса, потому что не надо быть гением с оксфордским образованием, чтобы срезать нас на ходу. Эта система позволяет не только прицельно стрелять на ходу из пушки, но и пускать ПТУРы, не делая никому не нужных остановок.