Текст книги "Невеста-попаданка для двух драконов (СИ)"

Автор книги: Мила Дуглас

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 19 страниц)

Глава 9. Первое правило золотой клетки: не скучать

Осознание масштаба проблем пришло к Лие не в виде озарения, а постепенно, как насморк после хорошей прогулки под дождем. Только «насморк» этот угрожал перерасти в воспаление легких всей ее дальнейшей жизни.

Она стала призом. С большой буквы. Со всеми вытекающими, а именно: двумя крупными, красивыми и абсолютно несовместимыми претендентами, которые вдруг решили, что лучший способ её «обучать» – это ухаживать. Точнее, ухаживание напоминало территориальную войну двух котов за одну особенно аппетитную, но очень возмущенную сосиску.

Дэриан проявлял заботу так, как будто составлял стратегический план осады крепости. Он присылал в её покои древние, красиво иллюстрированные книги по истории драконьих родов (ужасно скучные), коробки с изысканными леденцами из горного меда (невкусные) и однажды – что было верхом романтики по-драконьи – прислал отборный кусок полированной горной породы для медитаций и укрепления духа (как написал в записке). Лия положила камень под одну ножку шатающегося столика. Идеально.

Ксев действовал иначе. Его ухаживания состояли из внезапного появления в самых неожиданных местах (один раз он вылез из камина, весь в саже, с букетиком белых цветов, которые уже не были белыми), дурацких шуток, плохо скрываемых намеков и приглашений сбежать куда-нибудь, где не пахнет его братцем. Это было весело, предсказуемо-непредсказуемо и отчаянно напоминало ей старую, нормальную жизнь, когда она была самой популярной девчонкой в школе. Что, конечно, делало Ксева опасным вдвойне.

Апогеем этого абсурда стала их первая совместная встреча в библиотеке. Огромный зал, пахнущий старым пергаментом и тайнами, должен был стать местом просвещения. Стал же ареной для немого, но выразительного противостояния.

Дэриан, стоя у глобуса размером с колесницу, пытался объяснить Лии тонкости политических союзов Дома Серебряного Пламени за последние триста лет. Ксев, развалившись в кресле напротив, в лучших традициях вредного одноклассника, строил рожицы, кидал в неё скрученными ниточками с камзола и комментировал речь брата фразами вроде:

– О, да, старина Горимир был тот ещё жулик, проиграл в кости половину восточных земель, а в летописи написали про стратегическое отступление.

– Ксев, если тебе здесь не интересно, то вперед, дверь там, – сквозь зубы процедил Дэриан, указывая на арочный выход.

– Нет уж нет, брат! А как же я? Я тоже часть обучающего процесса нашей конфетки, – ответил Ксев, широко улыбаясь. – Я обеспечиваю практический пример того, как не должен вести себя будущий правитель. Наглядное пособие.

– Ты вечная помеха и напоминание, что наш отец кое-что не умеет держать в штанах, – холодно заметил Дэриан. – Раньше таких, как ты, оставляли в горах.

Напряжение нарастало, как ветер в солнечный денек. Они не кричали. Даже не повышали голос. Просто стояли друг напротив друга – один выпрямившись, как копье, другой – расслабленно, но с готовностью к прыжку. Воздух между ними трещал от невысказанных оскорблений и давних обид.

И тут они двинулись навстречу друг другу. Не для драки, нет. Но для того, чтобы сцепиться, как бывает у двух крупных хищников, делящих добычу. Дэриан схватил Ксева за ворот камзола, Ксев вцепился ему в предплечье. Камни на их перстнях сверкнули. Библиотека замерла в ужасе и предвкушении.

– Оба! Остановитесь! – крикнула Лия, вскакивая с места.

Они не услышали. Вернее, услышали, но проигнорировали.

Тогда она встала между ними. Буквально. Подошла и втиснулась в это напряженное пространство, ощущая жар, исходящий от обоих.

– Я сказала, хватит!

Они замерли, не отпуская друг друга, но теперь их взгляды были прикованы к ней. Дэриан – холодный, негодующий. Ксев – насмешливый, но с искоркой интереса.

– Я не хочу ваших ссор, – сказала Лия, глядя то на одного, то на другого. Её голос дрожал от возмущения, а не от страха. – Я не трофей, который вы можете разорвать на части, меряясь… чем вы там меряетесь! Силами? Амбициями? Глупостью? Давайте как-то договариваться. Или я начну сама кидаться книжками в вас. Вот клянусь! Прям сразу в лоб – одному и второму!

Дэриан медленно, с явным нежеланием, разжал пальцы на камзоле брата. Ксев последовал его примеру. Они отступили на шаг, но напряжение никуда не делось.

Дэриан тяжко вздохнул, его взгляд скользнул по её разгневанному лицу, потом перешел на Ксева. В его глазах мелькнуло что-то усталое и циничное.

– Ну что ж, брат, – произнес он с ледяной, убийственной иронией. – Раз уж мы оказались в этой… нелепой ситуации. Может, и правда попробуем по-взрослому. Без драк в библиотеке. Раз уж она наша общая… проблема. Делим конфетку пополам?

Лия возмущенно фыркнула. Звук был настолько громким и выразительным в тишине библиотеки, что оба дракона вздрогнули.

– Конфетка? – повторила она, поднимая брови. – Милые вы мои, я вам не конфетка. Я – целый кондитерский завод, который вот-вот взорвется у вас под носом, если вы не перестанете нести этот бред. Договорились? Отлично. А теперь извините, у меня голова болит от вашей мужской… солидарности.

Она развернулась и вышла, оставив их стоять среди древних книг с глупыми выражениями на обычно таких умных лицах.

Вечером, однако, её ждал сюрприз. Не просто приглашение, а официальный, на пергаменте с печатью, вызов в малый тронный зал. От Дэриана. С пометкой «И брата Ксева».

Она пришла, ожидая очередного занятия. Но зал был пуст, если не считать их двоих. Ни свиты, ни придворных. Только они. Дэриан стоял у камина, Ксев сидел на подлокотнике кресла, вертя в пальцах бокал с вином.

– Роз Лия, – начал Дэриан без предисловий. – Мы… обсудили твои слова. И пришли к выводу, что часть обучения должна включать в себя и понимание твоей природы. Твоей… прежней жизни. Ты была певицей. Артисткой. Мы хотим это видеть.

Лия осторожно посмотрела на него.

– Вы хотите… концерт?

– Да, – коротко сказал Ксев, и в его голосе звучало неподдельное любопытство. – Спой. И… потанцуй. Если хочешь. Для нас.

Это было странно. Подозрительно. Но в то же время… заманчиво. Впервые за долгое время её просили не замолчать, а сделать что-то из её мира. Что-то, в чём она чувствовала себя уверенно. Более того, в её памяти всплыл тот самый, возбуждающий сон. Двое мужчин. Внимание, обращенное на нее. Жар.

Чувство мести и азарта зашевелилось в груди. «Хорошо, драконы мои прекрасные и невыносимые. Хотите шоу? Получите».

Она не пела балладу. Лия выбрала ритмичную песенку, с намёком, из своего старого репертуара. Без музыки, только голос и ритм, который она отбивала каблуком по каменному полу. А потом начала двигаться.

Это не был придворный танец. Это было что-то из её клипов, из ночных клубов, из той жизни, где тело было инструментом для выражения радости, тоски и силы. Плавные волны бедрами, игра плеч, взгляд, скользящий то по лицу Дэриана, застывшему в немом шоке, то по лицу Ксева, на котором появилось сосредоточенное, почти хищное выражение.

Она танцевала, вспоминая сон. Как они оба смотрели на неё. Как прикасались. Она вкладывала в движения всю накопившуюся печаль по своему миру, всю злость, все смутное желание, которое путало ей мысли. Лия танцевала не для того, чтобы понравиться. Она танцевала, чтобы заявить: вот она я. Не конфетка. Не сокровище. Женщина.

Закончила она, запыхавшись, с капелькой пота на виске. В зале стояла гробовая тишина.

Дэриан первым нарушил ее. Он медленно подошёл к столу, налил себе кубок вина. Выпил залпом. Потом ещё. Он пил молча, с каким-то отчаянным, мрачным сосредоточением. Его обычная ледяная выдержка дала трещину. В глазах читалась настоящая, неконтролируемая буря.

Ксев наблюдал за братом, потом за Лией. Его обычная ухмылка исчезла.

– Доволен, брат? – тихо спросил Ксев.

Дэриан опустошил еще один кубок и поставил его с глухим стуком. Он обернулся к ним. Его лицо было бледным, глаза горели.

– Нет, – хрипло сказал он. – Я, похоже, схожу с ума…От нее.

Он не стал ничего больше объяснять. Просто вышел, пошатываясь, – беспрецедентное зрелище для всегда идеально контролирующего себя наследника.

***

Той ночью Дэриану приснился сон. Еще более отчетливый, еще более неистовый, чем те, что снились раньше.

Они втроём. В его покоях. Лия между ними. И они оба, он и Ксев, касаются её. Не как соперники, а как… соучастники. Горячий спор, шепотом прямо у её лица:

– От кого из нас он будет сильнее? Кто доведет её до края быстрее?

Соревнование. Но не в силе, а в умении дарить наслаждение. Сон был настолько ярким, настолько реальным, что, проснувшись на рассвете с бешено бьющимся сердцем, Дэриан не чувствовал ни стыда, ни гнева. Только странную, холодную ясность.

Он сидел на краю кровати, глядя на свои руки. А почему бы и нет?

Если уж им суждено быть соперниками. Если уж магия так причудливо сплетает их судьбы. Почему бы не сделать это соревнование… честным. Измеримым. Там, где он был уверен в своих силах. Он – дисциплинированный, изучавший всё, в том числе и науку об удовольствии. Ксев – инстинктивный, спонтанный.

Почему бы не выяснить это в постели? Кто из них действительно сможет стать для нее тем, кого она выберет? Мысль была дикой, неприличной, абсолютно немыслимой. И оттого – невероятно логичной для его сейчас отчаянно ищущей выхода натуры.

На утро, за завтраком, Лию ждало ещё одно открытие. Её служанка, тихая девушка по имени Элвия, исчезла. Не просто проспала, а сбежала, бросив свои немногочисленные пожитки. Стражники обыскали ее каморку, нашли спрятанную сумку с золотыми монетами, явно не местные, и пустой флакон из-под чего-то, что пахло горьким миндалем.

Попытка подкупа. Попытка отравления. Кто-то вовсе не был в восторге от «двойного статуса» невесты и решил убрать ее старомодным, но эффективным способом.

Лия сидела в своих покоях после этого известия, чувствуя, как легкая, истерическая смесь страха и нервозности подкатывает к горлу. Социальных сетей нет, выплеснуть некуда. Подруги за тридевять миров. Остался только один выход.

Она раздобыла (с помощью Ксева, конечно) маленький, изящный блокнот в кожаном переплете и тонкое перо. И начала вести тайный дневник. Первая запись была короткой:

«День какой-то уже. Драконы дерутся в библиотеке, как школьники. Один напился после моего танца (горжусь, не скрою). Кто-то пытался меня отравить. Жизнь превратилась в плохой сериал, где я – главная героиня, которую все хотят то ли убить, то ли переспать с ней. А чаще и то, и другое одновременно. А это записи для будущих поколений, если выживу. Или для черного рынка сплетен. Главное правило этой золотой клетки, кажется, – не скучать. Скучать тут смертельно опасно. И ещё: Драконы, я же не виноватая! Вы все сами со своими конфетами, пальцами этими вашими игривыми! Все. Конец связи, дневник!»

Она закрыла его, спрятала под матрас и посмотрела на свои запястья. Огненный и ледяной дракончики будто подмигнули ей в ответ.

– Ну, Юлечка, – сказала она себе вслух. – Похоже, помимо уроков истории и магии, тебе предстоит курс выживания в условиях романтического триллера с элементами детектива и откровенного эротического фэнтези. Добро пожаловать в самый захватывающий сериал твоей жизни. Надеюсь, финал будет с хэппи-эндом, а не внезапной смертью от яда или от разрыва сердца между двумя принцами.

Снаружи послышались шаги – тяжелые, мерные. Дэриан. И следом – более лёгкие, пружинистые. Ксев. Похоже, обучение продолжалось. Никакого покоя!

Лия вздохнула и пошла открывать дверь. Правило «не скучать», черт побери, работало на все сто.

Глава 10. Урок верховой езды

Если бы Дэриан когда-нибудь решил сменить профессию, он бы стал блестящим инструктором по экстремальным видам спорта. Специализация: моральное и физическое унижение новичков с целью выявления скрытых резервов злости у испытуемого. А если серьезно, то его идея «обучения» включала в себя верховую езду на диких грифонах. Вернее, на одном конкретном молодом и строптивом черном грифоне по имени Искра, который, как выяснилось, относился к Лие с тем же энтузиазмом, с каким кот относится к внезапной перспективе помыться в ванной.

– Не сжимай бедра так, будто пытаешься раздавить ему ребра, – раздавался за её спиной сосредоточенный голос Дэриана. При этом он еще умудрялся шлепнуть ее пару раз по этим самым бедрам. Принц шел рядом, а его собственный огромный серебристый грифон следовал за ними, как тень, дыша в затылок Искре парами, от которых трава покрывалась инеем. – Ты направляешь его коленями, а не пытаешься с ним слиться в экстазе как с мужчиной.

– О, Боги! Дэриан, ну и сравнения! – прошипела Лия, цепляясь за шерсть на спине грифона, который в этот момент решил резко дернуться в сторону, чтобы поймать пролетающую мимо бабочку. – В смысле, хотела бы понять, что у него в голове! Может, у него там тоже сидит какой-нибудь мерзкий инструктор и шепчет: «Сбрось её, сбрось немедленно!»

Дэриан остановился. Искра, почуяв перерыв, тут же плюхнулся на землю, чуть не отправив Лию в кусты. Дэриан подошел вплотную. Он не помогал ей встать. Просто взял её за талию и практически стащил с грифона, поставив перед собой. Его руки не отпускали её.

– Проблема не в нем, – тихо сказал Дэриан. Его лицо было близко. Слишком близко. – Проблема в тебе. Ты сопротивляешься. Всему. Мне. Ему. Даже собственному телу, которое, между прочим, создано для этого.

– Создано для чего? Для того, чтобы меня швыряло по ухабам на спине мохнатого хулигана? – вырвалось у Лии. Она пыталась вырваться, но его хватка была железной.

– Для власти, – прошептал он, и в его глазах вспыхнул тот самый опасный, дикий огонь. – Для контроля. Над зверем. Над ситуацией. Над… собой. Но ты не хочешь контролировать. Ты хочешь… убежать.

И прежде чем она успела что-то ответить, его губы нашли её. Новая яростная, враждебная, почти болезненная попытка сломить её сопротивление, доказать превосходство. В поцелуе не было ни капли нежности, только чистый, концентрированный вызов. Его язык грубо вторгся в её рот, его зубы задели её губу. И самое чудовищное – ее тело снова отозвалось. Не ласковым теплом, а ответной волной такого же яростного, животного возмущения, которое мгновенно переплавилось в жар внизу живота. Лия вцепилась пальцами в его камзол не для того, чтобы оттолкнуть, а чтобы удержаться, потому что ноги подкосились. Глухой, подавленный стон вырвался у неё из груди и был тут же проглочен его губами.

Дэриан оторвался так же резко, как и начал. Дышал тяжело, его глаза пылали триумфальным, темным огнем.

– Вот видишь? – хрипло произнес он. – Даже в гневе ты горишь со мной. Перестань бороться с тем, кто ты есть. Прими свою судьбу.

Он отпустил её, развернулся и вскочил на своего грифона одним лёгким движением.

– Теперь сама. Или иди пешком. Урок окончен.

Лия стояла, прижимая пальцы к распухшим губам, наблюдая, как серебристая громада уносит его в небо. Сердце стучало как бешеное, а по всему телу пульсировало предательское, унизительное, живое тепло.

– Ненавижу, – прошептала она в пустоту. – Ненавижу, ненавижу, ненавижу…тебя, чертов принц!

Но «ненависть» эта была влажной, горячей и странно сладкой.

Кое-как с Искрой они дошли до места размещения двух наглых и очень прекрасных мужчин. Пикник был идеей Ксева, разумеется. Он заявил:

– Чтобы разрядить обстановку, милашка! Поедим, выпьем, посмотрим, как брат пытается быть человеком в непринужденной обстановке. Это должно быть смешно.

Место он выбрал живописное – цветущий луг на краю королевского леса. Дэриан явился, конечно, но выглядел так, будто присутствовал на скучнейшем совете по налогообложению поданных. Он сидел на расстеленном покрывале, прямой как прут, и ел виноград, будто разбирал стратегические документы.

Ксев же был в своей стихии. Он раскинулся, рассказывал похабные анекдоты, смеялся и то и дело случайно касался руки или плеча Лии. Его прикосновения были легкими, шутливыми, но с каждым разом задерживались на секунду дольше.

И вдруг, в середине какого-то рассказа, Дэриан протянул руку и убрал прядь волос с щеки Лии. Движение было неожиданным, почти нежным. Но его пальцы буквально обожгли ее кожу. Он не отвел свой взгляд, изучая её реакцию. Потом его рука медленно, с откровенным вызовом, скользнула по ее шее к ключице. Большой палец провел по выступающей косточке.

– Интересно, – тихо сказал он, глядя не на неё, а на Ксева. – Как далеко может зайти твое легкомыслие, брат, когда дело касается чего-то действительно ценного? Готов ли ты по-настоящему бороться? Или твоя игра заканчивается, когда появляется реальный соперник?

Ксев перестал улыбаться. Зеленые глаза сузились.

– О, я всегда готов играть, братец. Особенно если ставки высоки.

– Тогда, может, пари? – Дэриан наконец перевел взгляд на Лию, но слова адресовал брату. – Кто из нас сможет заставить конфетку… забыть о другом на целый вечер. Без принуждения. Без магии. Только мы и она.

Лия отшатнулась от них обоих.

– Вы с ума сошли? Я не приз в вашем дурацком пари! Я уже, кажется, вас обоих ненавижу!

Дэриан кивнул, как будто принял к сведению прогноз погоды.

– Да. Возможно. Но в итоге выберешь одного из нас. Такова наша реальность, Роз Лия. И наше пари… просто ускорит неизбежное. Поможет тебе понять, чего ты на самом деле хочешь. Или боишься.

В этот момент на горизонте сгустились тучи. Подул резкий, холодный ветер. Надвигалась гроза. Лия с облегчением подумала, что пикнику конец.

Но Дэриан просто поднял голову, его взгляд стал отстраненным, сосредоточенным. Он медленно поднял руку, раскрыл ладонь к небу, а потом – резко сжал её в кулак.

И тучи… рассеялись. Буквально. Разошлись в стороны, как по мановению руки невидимого гиганта. Ветер стих. Солнце снова заиграло, ярко освещая луг. Только легкая прохлада и запах озона напоминали о минувшей грозе.

Лия замерла с открытым ртом. Ксев присвистнул.

– Контроль над погодой, – с легкой усмешкой сказал Ксев. – Очень эффектно, брат. Очень по-королевски. Показать грубой силе природы, кто тут главный. Он щелкнул пальцами, и между ними вспыхнули три маленьких, переливающихся всеми цветами радуги дракончика из чистого света. Они протанцевали в воздухе и исчезли.

– А я… я могу сделать так, чтобы ты видела что угодно. Даже то, чего очень хочешь, но боишься себе признаться в этом.

Лия смотрела то на одного, то на другого. Ледяной контроль и ослепляющая иллюзия. Две формы силы. Две ловушки.

Обратный путь к замку был проделан в тяжелом, насыщенном молчании. Казалось, воздух между ними троими сгустился до состояния желе. Когда они подошли к дверям её покоев, оба остановились. Вопрос висел в воздухе, невысказанный, но предельно ясный.

– Ну что, Истинная, птенчик ты наш, – тихо начал Ксев, – приглашаешь нас на… продолжение обучения?

Дэриан не сказал ни слова, но его взгляд был красноречивее любых слов. Он уже мысленно здесь был. И, судя по его лицу, уже знал, чем всё закончится.

Лия посмотрела на них: на уставшее, напряженное лицо наследника и на хищную, ожидающую улыбку его брата. Внутри всё кричало от усталости, от переизбытка эмоций, от желания и от страха. Она глубоко вздохнула.

– Нет, – сказала она четко. – Сегодня – нет. Дайте мне… просто побыть одной. Я устала от вас. От этой игры. От всего. Просто оставьте меня в покое.

Она увидела, как в глазах Ксева мелькнуло разочарование, а затем – принятие. Дэриан же… его лицо осталось непроницаемым, но в уголках губ дрогнула какая-то тень. Не злости. Скорее, чего-то вроде удивления. Как будто ему впервые в жизни сказали «нет» в таком контексте.

Она вошла в комнату и закрыла дверь, прислонившись к ней спиной. Слышала, как их шаги, сначала нерешительные, потом твердые, затихли в коридоре.

Утром её разбудил стук. Ожидая служанку с завтраком, Лия открыла дверь – и замерла. На пороге стоял Дэриан. В руках у него был небольшой, изящный букет из полевых цветов (немного помятых, будто их рвали в спешке) и тонкая книга в кожаном переплете.

– Лия, – произнес он. Его голос был не таким, как обычно. Без привычной ледяной брони. В нём звучала… неуверенность. – Я… возможно, я начал не с того в наше первое знакомство.

Он протянул ей цветы и книгу.

– Это… стихи. Не наши. Старые, из мира людей. Я велел разыскать в архивах. И цветы… они не из оранжереи. Они настоящие, я с утра нарвал на лугу.

Лия молча взяла подарки. Цветы пахли природой и свободой. Книга была потрепана на уголках.

– У меня не было… много женщин, – сказал он, глядя куда-то мимо её плеча, словно признавался в самом постыдном. – И те, что были… это был скорее миг, проба пера. Или удобство. Я… привык, что если я чего-то хочу, мне это достается. Без вопросов. Без этого…

Он сделал жест, пытаясь поймать неуловимое слово.

– …Без этого сопротивления. Без необходимости что-то доказывать. Кроме своего статуса.

Дэриан наконец посмотрел ей в глаза. И в его ледяных, обычно таких нечитаемых глазах, было что-то новое. Раскаяние? Сомнение? Искреннее желание понять.

– Я ошибался. С тобой… это не работает. И я… не знаю, как работает.

Он замолчал, будто сказал слишком много. Потом, уже тише:

– Ты танцевала тогда. Для нас обоих. Но я… я не видел. Я только чувствовал. И это сводило меня с ума. Сейчас… я прошу. Пой и танцуй. Только для меня. Если захочешь.

Лия смотрела на него, сжимая в руках помятые цветы и старую книгу. Внутри всё перевернулось. Ненависть, злость, страх – всё это никуда не делось. Но к ним добавилось что-то ещё. Что-то опасное и щемящее. Жалость? Нет. Скорее… интерес. Интерес к этому новому, уязвимому, сбитому с толку Дэриану, который стоял перед ней не как принц, а как мужчина, впервые столкнувшийся с тем, что не может получить желаемое силой приказа.

– Я… подумаю, – сказала она наконец. Её собственный голос прозвучал хрипло. – Спасибо. За цветы. И за книгу.

Он кивнул, коротко, почти по-военному, и ушел.

Лия закрыла дверь, прижала цветы к лицу и глубоко вдохнула их аромат.

– Вот ведь! – прошептала она в лепестки. – Так даже хуже. Когда он такой… это в тысячу раз опаснее. Ладно, властный, холодный. А тут…такой классный.

Но ей, чёрт возьми, нравилось. Нравилось, что он сомневается. Нравилось, что Дэриан ищет новые пути, когда появились обе метки на ее теле. Нравилось это странное, щемящее чувство власти над тем, кто всегда властвовал сам.

Она открыла книгу. На первой странице было написано: «Тому, кто ищет ответы, когда их не хватает. Твой Дэриан». Лия медленно улыбнулась.