Текст книги "Дикая Тварь из Дикого Леса (СИ)"

Автор книги: Михаил Рагимов

Соавторы: Виктор Гвор
сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 17 страниц)

Глава 5

Заметки Артёма Сёмина.

Волколаки, баюны, завры и урсусы условно разумны.

Полностью, то есть на уровне со средним человеком, разумны только волколаки. У них есть имена, осознание родства, они умеют считать, да что там, я научил Уввау игре в шахматы. Вожак не только понял саму концепцию игры, но и сумел дорасти до уровня третьего разряда. Забавно смотреть, как антропоморфный волк задумчиво двигает фигурки по доске. Но самое удивительное, что он обучил игре детёнышей, и теперь стая регулярно проводит шахматные турниры.

Завры и урсусы откровенно туповаты, но значительно сильнее остальных. Они в состоянии усвоить некоторые правила, но если долго не будут пользоваться ими, могут и забыть. Но и этого не ожидаешь не только от странного гибрида разных динозавров, но и от гигантских медведей.

А баюны хитры и коварны. Единственные, кто используют магию, причем ментальную. Эти ходящие на задних лапах полутораметровые помеси кота, енота и шиншиллы способны в считанные секунды так заморочить голову жертве, что та сама придёт милому убийце в лапы.

Тем не менее, все они говорят на том же языке, что и мир за пределами лесов, способны общаться и соблюдать достигнутые договорённости. Хотя баюны, потерпев неудачу в охоте, не оставят желание скушать строптивую жертву несколько лет. Так и будут крутиться неподалёку, время от времени ментально поскуливая: «Приди ко мне. Это так хорошо. Я тебя не больно съем. Тебе будет приятно».

Остальная живность разумом не обладает, а потому является объектом охоты. Но следует заметить, что чисто травоядных животных в Лесу нет. Все эти недокролики, зубастые птицы, белкокуницы и прочее зверьё с большим удовольствием едят мясо. А потому к местам разборки с очередными вторженцами мелочь сбегается со всего леса. Зачастую попадая в пасть более удачливым. Многие предпочитают человечине грымчатину или птицу.

Сейла

Чудовища стремительно приближались. Оскаленные пасти, из уголков которых стекала слюна, горящие зловещим огнём глаза, когтистые лапы… Сейла сжимала шпагу, прекрасно понимая, что та не спасёт. Дикий Лес, этим всё сказано! Но первый удар будет за ней, если повезет, одно врага удастся задеть. Слабое утешение!

Неожиданно на пути двух чудовищ возникло третье. Всё какое-то лохматое, неопрятное… И малозаметное, взгляд стекал с фигуры, словно серебряная вода с гладкой поверхности. Только и понятно, что прилично меньше собакоголовых.

Вновь появившийся бесстрашно бросился им навстречу. Чудовища сошлись. Один зверь захрипел и повалился назад, второй взлетел в воздух, а когда приземлился, лохматый, взлетев ему на спину, одним движением выкрутил голову против солнечного хода. Громко хрустнуло, собакоголовый распластался на земле, царапнул её лапой и затих.

Лохматый встал с мёртвого чудовища, и Сейла обнаружила, что это человек. Обычный парень лет шестнадцати. Или восемнадцати. А может, двадцати. Как понять, если вся одежда разукрашена пришитыми ленточками и петелечками зеленовато-пятнистой расцветки, в части петелек вставлены пучки травы, а лицо раскрашено не то краской, не то просто грязью? Волосы скрыты под пятнистой косынкой, завязанной узлом на затылке. Через плечо перевязь с метательными ножами. На ногах не то высокие ботики, не то короткие сапоги. Странный гибрид, да ещё и на шнуровке.

– Человек, – прошептала княжна.

Парень встал, выдернул из груди зверя большой нож, закинул в висящие на боку ножны.

– Человек? – вскрикнула Анна, вставая с оружием в руках между Сейлой и незнакомцем. – Человек не может одним движением свернуть шею такому монстру! Вообще не может с ним справиться! Не подходи, чудовище!

Лохматый криво усмехнулся и рванул вперёд. Шпага Анны вывернулась из ладони девушки и влетела в ножны у неё на боку. Через долю мгновения то же самое произошло и с оружием Сейлы.

– Смелые, – хмыкнул парень. – Но медленные. Слушайте сюда! Если хотите жить, успокойтесь. Перестаньте трусить и избавьтесь от желания убить всех вокруг. Здесь агрессия и страх – признак еды.

– Что? – переспросила княжна. – А…

– Пока я рядом, вам ничто не угрожает, – ответил спаситель на незаданный вопрос.

– А когда ты уйдёшь? – прищурилась Анна.

– Может, заберу вас с собой, – незнакомец глянул ей в глаза, и девушка непроизвольно отшатнулась. – Если докажете, что за вас стоит бороться. Пока вы на весь Лес транслировали свой ужас, а ты, ещё и кровожадность. И продолжаете это делать. Вам мало семейства баюнов и пары тупых волколаков?

– Кого? – Сейла окончательно запуталась. – Каких лаков?

Человек сокрушённо покачал головой:

– Начнем сначала. Девочки, вы знаете, что такое медитация?

– Допустим, – Анна попыталась взять себя в руки. Получалось плохо – запах крови будоражил нос, заставлял дергаться то ли в страхе, то ли от азарта неслучившейся схватки.

– Тогда садитесь и медитируйте. А я договорюсь со всеми заинтересованными лицами, а когда вы очистите свои прелестные головки от эмоций, конкретно от страха и агрессии, я вам спокойно всё объясню. По крайней мере, – парень смерил обеих скептичным взглядом, – попробую.

– Делай, как он говорит, – шепнула Сейла служанке и села в нужную позу. Прямо на траву…

– А…

– Больше-то верить некому…

Анна кивнула и уселась напротив госпожи.

Человек повернулся к котику. Тот поморщился и пробурчал:

– Внук! Это моя добыча!

– Твоя, – согласился человек. – Но ты мог её потерять, если бы не я.

– И что? – мяукнул котик.

– Я заберу твою добычу. А взамен отдам тупого, уже убитого мною.

Кот прищурился:

– Двух!

– Жадный ты, Мурлыка, верно Мурка говорит, – вздохнул Внук. – Хорошо, двух. Но шкуры и черепа – мои. Отчистишь и принесёшь.

– Ну вот, – заныл Мурлыка, – чистить… нести…

– Тогда одного! Второго волколакам отдам.

– Как же с тобой трудно, Внук, – опечалился баюн. – Девочки, забираем мясо! И аккуратно, шкуры берегите! Нам их еще этому жадине возвращать!

Рядом появились две большие кошки, и вся троица споро потащила тела чудовищ в кусты.

Сейла, неожиданно легко провалилась в медитацию, сознание растворилось в бесконечности, и ей стало хорошо и спокойно. «Внук, – была последняя мысль. – Интересно, чей он внук?»

Очнувшись, по инерции задала этот вопрос.

– Деда, естественно, – ответил вместо человека медведь размером с избу. – Наверное, ты прав, Внук, разумные люди принесут Лесу пользу. Но сможешь ли ты сделать из этой еды полезных разумных?

– Я попытаюсь. Видишь, сейчас они не пахнут едой.

– Не пахнут, – согласился медведь. – Но стоит мне зарычать, запахнут.

– Мишаня, – прищурился человек, – мне кажется, что проще дойти до оврага и наесться до отвала.

– С тобой спорить труднее, чем с баюном. Но мне надо спешить, а то собаки прожорливее шмыглов! Так и без вкусненького можно остаться. Я же сейчас и за нас, и за чешуйчатых!

– Можно подумать, Наташка ещё не там!

– Там, конечно, но как можно доверить такое дело женщине!

– Это кто? – спросила Сейла слабым голосом.

– Урсус, – сообщил Внук. – Он вас сейчас интересовать не должен. Подруга твоя пришла в себя?

– Я здесь, – размеренно произнесла Анна, не открывая глаз. – Я всё слышала и спокойна как скала. Если человек сворачивает голову волколаку голыми руками, торгуется с легендарным котом Баюном и разговаривает с гигантским медведем, то я сошла с ума и нахожусь в доме призрения. А значит, бояться нечего, я тут и умру. В самом расцвете сил, не познав истинной любви и тому подобное!

– Это значит, что ты в Диком Лесу, детка! Причем, довольно давно, но всё ещё жива, что делает тебе честь. Кстати, баюн к кошачьим отношения не имеет, разве что пушистый. Но зато может заморочить мозги кому угодно. Любят кушать ещё живую пищу, а это без охмурения сложно.

– Да темные боги с этим баюном! Как ты отобрал у нас шпаги?! – продолжила Анна нормальным голосом.

– Молча, – откликнулся Внук. – Ещё вопросы есть?

– Мы сможем вернуться домой? – спросила княжна.

– От вас зависит, я за ноги никого не держу.

– Что надо сделать? В смысле, чтобы вернуться.

– Наконец-то правильный вопрос, – улыбнулся Внук. – Слушайте внимательно! Вы в Диком Лесу. Здесь свои законы и свои правила. Первый закон. Тот, кто агрессивен или сильно напуган – законная добыча для остальных. Потому ничего не бойтесь, ни на кого не злитесь, и всегда оставайтесь спокойными. Это не гарантия полной безопасности, но очень неплохой шанс не попасть кому-нибудь на обед. Сейчас я отведу вас в место, где можно отдохнуть и спокойно поговорить. Идти за мной след в след. Ничего не трогать. Ни на кого не нападать. Никого не бояться. Понятно?

– Как тебя зовут? – спросила Сейла. – А то всё внук, да внук.

– Внук. Это имя.

– А…

– Вы идёте? Или хотите посидеть здесь? Тогда я ухожу. У меня там варенье не доварено.

– За нами, наверняка, была погоня, – вскинулась Анна.

– Можешь не беспокоиться. Вашу погоню в овраге волколаки доедают. Если кто полез вас спасать, с ним тоже нехорошо получилось. Тут такое по умолчанию.

Внук, не дождавшись очередного вопроса, встал и неторопливо двинулся с полянки. Девушки тут же вскочили и бросились следом. Тут же завизжали, когда в хвост получившейся колонны пристроился молодой волколак.

– Я что, такой страшный? – обиженно спросил Ваввуа. – От вас так пахнуло едой…

Внук горестно вздохнул:

– Что, опять медитировать надо?

– Предупреждать надо! – взвыла Сейла. – Только что нас чуть не съели два таких же!

– Неправда! – возмутился волчонок. – Это были тупые. А я разумный! Внук, скажи им!

– Ладно, – ещё раз вздохнул Внук. – Действительно, надо было предупредить. Это мой друг. Его зовут Ваввуа. Он собирается вас не есть, а защищать.

– Очень приятно, я – Сейлатонара, – княжна глянула на вытянувшееся мордо-лицо волколака и улыбнулась. – Но ты можешь звать меня Сейла.

– Аня, – Анна не любила выговаривать не только чужие полные имена, но и своё.

Волчонок расплылся в улыбке, для непосвященного человека выглядящей злобным оскалом.

– Понятно, – пробормотала Анна. – Ещё дружит с волколаками… Мама, я в аду! Тут коровники…

– А вы в шахматы играете? – спросил Ваввуа.

– В шахматы? – удивилась Сейла. – Немножко. А что?

– Ваввуа большой поклонник шахмат, – пояснил Внук на ходу. – Только играть ему не с кем.

– Да! Внук меня всё время обыгрывает, – грустно произнёс волколак. – В книжке написано, что у меня лучше, а всё равно обыгрывает.

– Так не играй с ним, – мстительно произнесла Анна.

– А остальные всегда проигрывают, – пояснил Ваввуа. – Это ещё хуже! Не интересно. Такие глупые ходы делают…

Некоторое время шли молча. Сейла успокоилась и начала присматриваться к лесу, о котором много слышала, но никогда не видела ничего, дальше опушки. А слышала… Что могут рассказывать люди, о месте, откуда никто не возвращался. Деревья… Обычные деревья, хоть и не похожие на те, что растут в человеческих землях. А травка такая же. Только синеватого оттенка. Зверей не видно. А вот яблочки висят. Крупные, красные, сладкие, наверное. Княжна потянулась сорвать одно и получила ощутимый удар по руке.

– Не трожь! – прошипел Внук.

Затылком он видит, что ли?

– Я только хотела яблочко съесть… – пролепетала девушка.

– Скорее это яблочко тебя съест. Точнее, яблонька!

Сейла бросила взгляд на дерево. Как стояло, так и стоит. Только ветви сместились в её сторону. Или показалось?.. Перевела взгляд на парня:

– Как съест?

– Проткнёт веткой и сожрёт. Посмотри внимательнее. На корни посмотри.

Девушка присмотрелась и вздрогнула: земля вокруг ствола была усеяна костями мелких животных.

Внук вскинул руку и броском камня сбил какую-то живность, летящую навстречу им со скоростью стрелы. Или не камень кидал? Всё странно, непонятно, пугающе. Говорящие чудовища, хищные деревья, человек, которого все боятся…

– Ну вот, – тем временем довольный Внук прикрепил к поясу птицу, похожую на поджарую беговую курицу. Если в мире бывают куры с зубастыми клювами. – Ужин у нас есть. А теперь идём, молчим и стараемся не шуметь. Тут недалеко.

Зубастые птицы! На ужин! Сейла почувствовала, что снова теряет связь с реальностью.

Глава 6

Заметки Артёма Сёмина.

Причины, по которым Лес так резко реагирует на любое вторжение снаружи, непонятны. Ещё непонятнее, почему отдельным счастливчикам удаётся некоторое время беспрепятственно бродить по лесу. Правда, чаще это случается с коровами. Попавших со мной бандитов перебили в мгновение ока, даже калаши не помогли. А меня группа быстрого реагирования игнорировала даже тогда, когда я пластал их трофейной саблей. А после окончания пирушки местные пришли договариваться. Конечно, переговоры начались с фразы: «Мы пришли тебя съесть!», а один особо хитрый баюнчик попробовал залезть мне в голову. Но битвы не вышло.

За долгие годы наблюдений я смог придумать лишь одно объяснение этому феномену: Лес реагирует на излучаемую живым существом агрессию. Пока человек гуляет между деревьев, с любопытством рассматривая хищные и ядовитые достопримечательности, ему не грозит ничего. Но стоит разъяриться или испугаться, а страх всегда вызывает агрессию, и всё, ты жертва для каждого обитателя Леса.

Но кто, наевшись жуткими легендами, идёт в аномальную зону в состоянии полной нирваны? То-то и оно, что никто. Плохие люди с Земли этой агрессией фонили так, что чуть не спровоцировали волну. А я... Я служил в таких подразделениях, где нас учили не подавлять эмоции, а вовсе их не иметь. Как бык на пастбище. Он не ненавидит траву, не жалеет, не любит. Не воюет и не дружит. Он её просто ест. Вот и мы так же. Мы просто убиваем. Или милуем. Без эмоций. Как бык, жующий траву. И все местные – точно так же. Спокойно, без эмоций. Можно съесть – съедят. Нельзя, значит, нельзя.

Потому и не агрятся друг на друга. И на меня заодно.

Сейла

Дом Внука был обнесён впечатляющим забором. Обычный плетень, разве что из каких-то невероятно длинных колючих то ли веток, то ли стеблей, держащийся на врытых в землю столбах. Каждый столб высотой в полтора человеческих роста и сверху украшен черепом.

– Кто это? – испуганно пискнула княжна.

– Все, кто пытался попробовать нас с дедом на зуб, – пояснил Внук. – Урсус, – парень ткнул пальцем в череп, похожий на медвежий, но намного больше и с жутким набором клыков. – Завр, – а здесь зубов было аж три ряда, и всё – клыки. – Саблик, – верхние клыки на локоть торчали вниз. – Буйтур, – костяной гребень начинался от затылка, на темени раздваивался и заканчивался двумя острыми рогами на лбу. – Ну, волколаков ты знаешь. А это твоя не состоявшаяся любовь, баюн…

Черепов было с полсотни. Клыкастые, зубастые, рогатые. Большие и страшные!

– И зачем вы их на заборе развесили? – скривилась Аня. – Девушек пугать?

– Чего вас пугать, – пожал плечами Внук. – И так страхом разит, аж шмыглы чуют.

– И где же эти шмыглы?

– Спят. Их время ночью. Да, забор не трогайте, – предупредил Внук. – Лианы ядовитые. Маленькая царапинка, и вперед, на встречу с богами. Или во что там у вас верят?

Во дворе стоял впечатляющих размеров чан, на две трети заполненный темно-красным варевом. Над ним висел то ли бурдюк, то ли туша какого-то непонятного животного. На большом, сколоченном из плотно подогнанных досок, столе лежала горка тех самых яблок, которые Внук не дал попробовать Сейле. На столе поменьше, стояла шахматная доска с расставленными фигурами.

– А сам рвёшь! – не удержалась княжна, кивая на яблоки.

– Рву, – согласился Внук. – Я много чего делаю, еде противопоказанное.

– Что значит, «еде»? – вспылила Аня. – Ты нас есть собрался?

– Я человечину не ем, – хмыкнул парень. – Но если будешь настаивать, родичи Ваввуа прибегут.

– Я не…

– Настаиваешь! Эмоции пригаси!

– Ты специально меня злишь?

– Конечно! – осклабился Внук. – И пугаю специально. Чтобы учились.

– Чему учились? – девушка зарычала, прикрывая собой госпожу.

– Не психовать и не бояться!

– Мы не боимся!

– Боитесь, – вздохнул Внук. – Даже ты, хоть и очень храбрая. А крошка вообще истерит. Эй, мелкая, в котле не кровь, а ягоды! Очень сильно мятые. А выше подвешен бурдюк с мёдом. Это будет варенье. Очень вкусное. Пошли в дом, покажу, где что.

Дом был более-менее обычным. Сочетанием кирпича и дерева Сейлу удивить было трудно. Конструкция непривычная, но дом, он дом и есть. Ядом не плюется, костяные сомнительные украшения на стенах не висят, котлы с подозрительной субстанцией по комнатам не расставлены.

Не слишком большой. По мнению княжны, жить в таком даже одному тесновато. Но внутри две спальни, кухня, и две крохотные комнатки: туалет и помывочная. Внук без капли стеснения объяснил, как пользоваться кранами и педалями. У Ани ни один мускул на лице не дрогнул. Сейла, хотя и сгорала от стыда, слушала внимательно. Сама бы точно не разобралась!

– Если вода вдруг горячей станет, – инструктировал Внук. – Не надо визжать на весь Лес и скакать голыми по дому. Просто подкрутить регулировку. Понятно? Хотя по дому можете и поскакать, только осторожно, местами пол скользкий. Упадете, голову расшибете.

Девушки закивали. Анна что-то хотела сказать, но промолчала.

– Полотенца здесь, в шкафчике. Грязную одежду покидаете вот в эту корзину. Потом постираете. Этот брусок – мыло. Хотя у вас в замке что-то подобное должно быть. Вы, вроде, не совсем дикие. Всё, пошли дальше.

И повёл их в комнату:

– Это ваша спальня.

– Кровать одна, – Сейла не жаловалась, сил не было. Просто констатировала факт.

– Если кому-то нужна отдельная комната, вторая может перебраться ко мне, в смысле, в мою, – отрезал Внук. – Но кровать там тоже одна.

– Я могу и на полу поспать, – пожала плечами Аня. – Матрас лишний найдётся?

– Где ты матрасы увидела? – удивился парень. – Лишнюю шкуру урсуса найду, И мешок с шерстью баюна. А вот одеяла второго нет, сами сошьёте. Шкуры ваших любимых котиков дам. Иголки с нитками тоже выделю. Наперстков нет, но мозоли быстро набьете.

– Мы вместе поспим, – поторопилась ответить Сейла, пока Анна опять не вспылила.

– Тогда всё, наверное. Есть хотите?

Девчонки молчали, изо всех сил сдерживая урчание в животах. Внук хмыкнул.

– Что надо делать? – спросила Сейла.

Княжна уже поняла: просто так ничего не бывает! Дикий Лес, чтоб его!

Внук загадочно улыбнулся:

– За мной, во двор!

Парень дошёл до большого стола, сдвинул яблоки на край и водрузил подбитую по дороге птицу:

– Выпотрошить, разобрать. Кости отдельно, мясо отдельно. Мясо порезать на кусочки, с костями потом придумаю.

Достал что-то, отдалённо напоминающее луковицу и несколько незнакомых Сейле корнеплодов, выпачканных в бурой земле:

– Помыть, почистить, ещё раз помыть, порезать, беречь пальцы.

– А… – Сейла даже примерно не представляла, о чём речь.

– Сейчас сделаю, – выручила госпожу Анна, тяжело вздохнув.

На стол плюхнулся мешок с крупой:

– Промыть, а перед этим перебрать. Могут попасться камешки или нелущенное. Зубы выкрошить можно.

Внук посмотрел в расширившиеся глаза княжны:

– Что, и этого не умеешь?

– Да как ты смеешь так разговаривать с княжной Сторкской?! – вспылила Анна. – С дочкой самого могущественного князя империи?! Ты вредный, наглый простолюдин! Просто ты завидуешь тем, кто чего-то добился в жизни, ничтожество!

Внук пожал плечами:

– Могла просто сказать, что она ничего не умеет, а не собирать всех голодных с округи, – он повернулся к забору и закричал: – Уввау, угощения не будет!

Над забором появилась голова взрослого волколака:

– Почему?

– Внук нашёл себе двух самок и пытается сделать из них разумных, – урсус, несмотря на размеры, умел появляться совершенно бесшумно. – Подвиг, достойный Деда!

– Ничего не получится, – мяукнул с ветки баюн. – Зря ты отобрал у меня добычу, Внук! Их всё равно кто-нибудь съест, как только ты отойдёшь хотя бы на сто шагов. Кстати, что такое «княжна»? Новый вид человеков? Они пахнут немного по-разному. Вторая вкуснее.

Человек усмехнулся:

– Нет, Мурлыка, твоя логика мне нравится, но княжна – не новый вид человека. Аристократы – обычные люди, только пищу им готовит повар, полы в домах моет уборщица, их одежду стирает прачка, за лошадьми ухаживает конюх, и даже для мытья посуды есть специально нанятый человек. Но эти люди во внешнем мире считаются самыми умными, самыми сильными и всегда правыми. И требуют к себе уважения. Правда, за что, я так и не понял.

– Аристократы защищают страну от внешних врагов, – вскрикнула Анна.

– Прелесть, какая дурочка, – мяукнул баюн. – Внук, разреши откусить от неё маленький кусочек, а? Совсем-совсем маленький…

– Не разевай пасть на чужое, кошак драный! – взвыл Ваввуа, поддержанный из-за плетня воем родственников.

– Ах да, забыл, – Внук словно не заметил перебранки. – Воюют за них солдаты. В общем, княжна совершенно бесполезна, поскольку ничего не умеет. Может, и правда, её Мурлыке отдать?..

– Не надо Мурлыке, – не согласился Ваввуа.– Она умеет играть в шахматы.

– А и верно, – кивнул Внук. – Слышь, мелкая, пока твоя подруга готовит ужин, сыграй с Ваввуа пару партий. Вдруг, хоть на это сгодишься…

Это стало последней каплей. Сейла бросилась на хозяина. Напрочь забыв всё, чему учили её на занятиях по рукопашному бою, девушка махала руками, пытаясь хоть как-то дотянуться до этой наглой морды, оторвать уши, выцарапать глаза, откусить нос…

– Ты наглый хам! Бездарь! Идиот! Хамло! Подонок! Ещё и издевается! Бесполезна? Ничего не умею? Да ты сам даже с девушками обращаться не умеешь! Дикарь безграмотный! Птиц я потрошить не умею?! Да, не умею! Я не училась этому! Я математике училась! Истории! Географии! Ты хоть знаешь, что это такое?! Сидит в своём Лесу сыч сычём, и учит жизни! Мурлыке он меня отдаст! Да отдавай! Лучше меня твои чудища сожрут, чем выслушивать эти инсинуации! Не буду я ни с кем играть по твоей указке! Перебьёшься! Кто ты такой, чтобы мной командовать!

Сейла не замечала, что подхваченная за шиворот, висит в воздухе, впустую молотя руками. Второй рукой Внук скрутил бросившуюся в бой Анну, да так, что та не могла даже шевельнуться и сыпала ругательствами, вторя госпоже. Княжна даже не слишком понимала, что именно выкрикивает, перемежая вопли ругательствами из арсенала дружинников:

– Да что ты можешь, вообще! Не умею я! Так научи! А не издевайся! Ты же учить не умеешь! Выставил нас чудищам на посмешище, и доволен, урод грёбаный!

Истерика прекратилась так же внезапно, как и началась. Сейла висела на руке и всхлипывала. Аня, по-прежнему, не способная шевелиться, ругалась в одиночестве. Внук встряхнул княжну и поставил её на ноги:

– Выговорилась? Отвечу по порядку. География – система наук, изучающих функционирование географической оболочки и её структурных частей и их компонентов. История – наука, изучающая прошлое, развитие общества и деятельность людей во всём её многообразии. Могу дать полные определения. Математику изучала? Можешь определить расстояние вон до той сосны, не выходя за пределы двора?

Сейла с ужасом уставилась на дерево, указанное Внуком. Ничему подобному её на математике не учили.

– Хорошо, давай попроще. Две стороны треугольника семь и пятнадцать метров. Угол между ними – шестая часть окружности. Найди третью сторону.

– Надо строить, – пробормотала Сейла. – И мерять…

– Не надо ничего строить, – хмыкнул парень. – Надо знать теорему косинусов. Тринадцать метров получится. Квадратные уравнения спрашивать не буду, всё равно не знаешь, что это такое. А насчет научить… Можно и научить. Многому. Для начала – готовить себе еду. А то если потрошить птицу, как это делает твоя подруга, сопящая у меня подмышкой, есть будет нечего.

– Отпусти меня, – пропыхтела Анна. – Неудобно.

– Нормально, – не согласился Внук. – Ты мне совершенно не мешаешь. Даже приятно.

– Сволочь! – выругалась девушка.

– Ладно, – лесовик проигнорировал ругательство. – Чудища, у вас что, никаких дел нет?

– Нет! – донёсся из-за забора слаженный хор.

– Сейчас будут! Мурлыка, где мои шкуры и черепа?

– Ну… – мяукнул баюн – Уже несут.

– Уввау, тупых всех выловили? Шкуры и черепа мне!

– Почему?!

– Плата за представление! Ты ещё здесь?

Ответом было молчание.

– Мишаня…

– Извини, – донёсся удаляющийся голос, – Мне надо с чешуйчатым подраться. Мы сегодня на вечер договаривались.

– Вылезай, – Внук выпустил Анну. – А то пригрелась там, ещё заснёшь чего доброго. Заслюнявишь всего!

– Кто ты такой?! – прошипела девушка, поправляя перекрученную одежду. – Тебя слушаются чудовища! Ты не боишься и не уважаешь князей и, подозреваю, даже императора! Вообще никого не уважаешь и никого не слушаешь. Ты знаешь математику. Живёшь за ядовитым забором, убиваешь чудовищ, развесил черепа на столбы. У тебя в доме горячая вода течет с потолка, а говно само уносится неизвестно куда. А свет горит, когда ты нажимаешь на кнопочку. КТО ТЫ ТАКОЙ, и ЧТО ТЫ ТУТ ДЕЛАЕШЬ?!

– Живу я здесь! – радостно оскалился Внук. – Я дикая тварь из Дикого Леса. Хожу, где вздумается, гуляю сам по себе. Я выше всех ваших сословий и прочих условностей. Могу себе позволить всё, что угодно. Например, учить княжну потрошить птиц.

– Зачем?

– В жизни пригодится.

– Где мне пригодится умение потрошить зубастых птиц? – спросила Сейла.

– Чистка любых птиц одинакова независимо от количества зубов. Разве что с пингвином сложнее, но они тут не водятся. Ты здесь застряла надолго. Пока не научитесь не пахнуть едой, я вас отсюда вывести не смогу.

– Почему? – спросила Анна.

– На шум вся живность сбежится. Вы дожили до моего прихода только потому, что погоня шумела ещё громче, а ваши эмоции заглушил Мурлыка. Смотрите, как это делается!

Внук положил птицу на стол, одним движением ножа отрубил голову, потом вскрыл живот и рукой вырвал внутренности. Слизнул кровь с ножа:

– Посмотрите на меня!

Девушки едва успела перевести взгляд с птицы на повара, как у обеих на щеках появились мазки птичьей крови.

– Что ты делаешь, псих! – схватив какую-то тряпку, Анна тщетно пыталась вытереть щёки княжны.

Парень весело хмыкнул:

– Создаю вам иммунитет. Местные твари немного ядовиты. Ну как немного, если будешь жрать сырое мясо – помрёшь. Но если потихоньку приучаться, получишь устойчивость к очень многим ядам. В том числе и тем, от которых целители не помогают, и противоядия нет. По паре отметин пока хватит. Ладно, рассказывайте, кто так захотел княжеского тела, что не побоялся ворваться в Дикий Лес, как к себе на подворье!

– Если бы я знала! – вздохнула княжна.

– Я, тем более не знаю, поэтому и интересно.

Сейла снова вздохнула и начала рассказывать, одновременно наблюдая за действиями Внука. Тот выпотрошил и очистил добычу, растопил на сковороде куски жира, в котором покидал неизвестные Сейле овощи, а чуть позже и порезанное на куски мясо, добрый час всё это жарил, время от времени добавляя какие-то травки и порошки, потом насыпал сверху крупу и через пару минут залил её водой. Когда девушка закончила рассказ, криво усмехнулся:

– Интересно! Глупая маленькая девочка бросила родной замок, где она жила в полной безопасности под защитой отца, шести братьев и княжеской дружины, и отправилась в столицу, чтобы поступить в магическую академию. При этом способностей к магии у тебя нет. Отличный ход! План у тебя надежный, как шайтонские часы!

– Есть у меня способности! – воскликнула Сейла. – Просто не открылись пока. Поэтому я и поехала на три месяца раньше!

– Не открылись за четырнадцать лет, – хмыкнул Внук. – Но, конечно, откроются за три месяца занятий с каким-то левым учителем.

– Почему «левым»?

– А почему «правым»? Ни один человек во внешнем мире не знает, каким образом открываются способности к магии. Это безусловный факт! И любой человек, обещающий гарантированно открыть их – шарлатан.

– Учитель Васо не берёт денег, если способности не откроются! У него магический дар обучения!

Внук неприлично громко заржал:

– Молодец! Три месяца живет за ваш счёт, покупает кучу ингредиентов якобы для тебя, если способности открываются, получает кучу золота, а если нет – гордо уходит в туман без гонорара, но сытый, довольный и с деньгами, вырученными от продажи всякой дребедени, купленной за княжеский счёт! А поскольку клиентов он выбирает перспективных, слава о несравненном учителе бежит впереди него! И всё вроде бы честно! У волшебника Сулеймана все без обмана!

Сейла насупилась.

– А я предупреждала, – буркнула Анна.

– А скажи мне, глупая маленькая девочка, – продолжил Внук, – кто подал тебе идею ехать в столицу, нашёл этого чудодея-учителя и вообще спровоцировал твоё отправление?

– Какая разница? – буркнула Сейла.

– Жрец, – задумчиво произнесла служанка.

– Начинаешь понимать, – парень перевёл взгляд на Анну. – Степняки работают в связке с хорошо вооруженными разбойниками. В тысяче верст от кочевий? И где? Рядом с Кордно, где татей по определению быть не может. Разбойный приказ не зря своё пиво пьёт, да и дружина твоего папеньки ушами не хлопает. А потом эти тати бросаются в погоню по Дикому Лесу, куда никто из райндорцев не сунется ни за какие деньги, поскольку даже грудные младенцы знают, чем это кончается. Кто не отличит Дикий Лес от обычного? Только те, кто, спрятавшись за забором, никогда не видел, как выглядит воплощённая смерть!

– Ты хочешь сказать?..

– Хорошо спланированная операция, – буркнула Анна, – тут же все как на ладони.

– Точно! Кто-то очень хорошо потратился охоту за тобой. Нанял человека в вашем замке, чтобы тот втемяшил глупой маленькой девочке мысль ехать учиться в Кордно у Васо, а потом сообщил о времени её выезда. Тогда кукловод выпустил заранее привезённых степняков и западных наёмников, сработавших под татей. Но капризная девочка перелезла из кареты в седло, а потому засада маленько опоздала, и пришлось импровизировать.

– Перестань называть меня глупой и маленькой!

– А ты большая и умная? – парень встал, снял варево с плиты, перемешал и начал раскладывать по мискам. – Что-то как-то не убедительно. Наверное, поэтому и сидишь у меня в гостях.

– Если ты такой всезнающий, – выпалила Анна, – так скажи, кто этот кто-то?

Парень вздохнул:

– Я не всезнающий, просто стараюсь думать головой. И кто у вас такой предприимчивый – не знаю. Прости, я в ваших реалиях не слишком силен. Но пока этот кто-то не найден и не убит, ты не можешь быть спокойна. Давайте лучше есть, – он поставил перед девушками миски и положил по половинке зеленоватой лепёшки.

Сейла с подозрением посмотрела на свою порцию. Если судить по виду, это кто-то уже ел, только мясо плохо переварилось в желудке. Ни за что не притронулась бы к подобной субстанции, но от голода аж желудок сводило, да и Внук, а за ним и Анна наворачивали варево с большим аппетитом. Девушка зачерпнула немного с края миски и осторожно положила в рот. А через пару секунд вовсю ела, с огромным трудом заставляя себя не торопиться, как требовал этикет. Она, всё-таки княжна, а не какая-то дикая тварь! И продолжала разговор: