Текст книги "Дикая Тварь из Дикого Леса (СИ)"

Автор книги: Михаил Рагимов

Соавторы: Виктор Гвор
сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 17 страниц)

И не надо забывать, что такой врединой и задавакой, как расписывала княжна Сторская, Кима, конечно, не была, но стервой, безусловно, являлась первостатейной. Аристократке не быть стервой нельзя, сожрут товарищи по сословию. Тем более красивой и умной знатной девушке, попавшей в коллектив многочисленных посредственностей, совершенно необоснованно считающих себя альфа-самцами, которым крайне полезно ежесекундно ощущать, кто тут королева, а кто – пыль у её туфелек! Иначе замучают тупыми заигрываниями и брачными плясками! Сейла, если присмотреться, тоже не подарок, а его стараниями ещё и убивать научилась просто потому, что мешает. Человек – не руш, убивается без больших сложностей.

Так что боги с ней, с Кимбертиной, герцогессой больше, герцогессой меньше, но источник у неё интересный.

Год назад Внука поразил источник Сейлы. Чистый, многоцветный, яркий и насыщенный до непрозрачности. Впервые увидев у человека нормальный источник, он просто не мог допустить гибели девушки. А заодно и второй. У Анны уже начала зарождаться корка, но была ещё очень тонка, её удалось не только сломать, но и растворить в пране, хотя пришлось немало повозиться.

Источник Кимбертины был очень похож на Сейлин до попадания в Лес, несмотря на разницу в возрасте и открывшийся дар. Чуть менее яркий и бурный, с прорезавшимся лепестком, но чистый и не испорченный. Размерами лишь немного уступает нынешнему Сейлиному, превосходя и Анин, и аномально большие источники подобранных детей. Лепесток воды узкий, словно вчера открылся, напоминает по форме спицу. Сектора не деформированы. На грани открытия сила, ловкость, выносливость, скорость реакции, магическое видение, лечение, диагностика и дезинфекция. Могут даже сами прорваться, если стремление хозяйки усилить воду не убьет их на корню. Но внешнее открытие лепестков Внук отработал ещё на ученицах (иначе Аниной инициации пришлось бы ждать до мартышкиного заговенья), так что сделать Кимбертину универсалом легко и просто. Если захотеть. Вопрос, стоит ли? Герцогесс много, а Лес один!

С другой стороны, отрабатывать плетение на ком-то надо. Почему бы и не на герцогессе? Она хотя бы не дура.

Вытащить, пока не поздно, лепестки необходимых даров, после чего пытаться плести. Силу смешать с ловкостью, выносливостью и скоростью реакции. Если все правильно сделать, герцогесса почти догонит по физическим показателям Сейлу и Анну. Ровно до того момента, как Внук проделает с ними ту же операцию. Сочетание лечебных лепестков с добавлением воды должно открыть целительский дар. Может временно исчезнуть возможность оперировать водой. Но это временно. Если получится, дома же сотворить с Сейлой и Анной.

Правда, после всех этих преобразований открытие у Кимбертины магического зрения – вопрос нескольких дней. И есть опасность, что девчонка помчится консультироваться к «специалистам», которые перенаправят её на лечение, хорошо, если не в дурку. Но можно будет откатить всё назад. Хотя как-то нехорошо: девочка почувствует силу, перспективы, и каково ей будет, когда всё исчезнет? Вводить в круг посвященных? Вытащить в Дикий Лес, и там спокойно поговорить? Но тут надо посоветоваться с Сейлой. Всё-таки, её подружка, куда лучше предскажет чтто может произойти.

Внук усмехнулся. Куда торопиться? Подождём, посмотрим, послушаем. Заодно на учениц глянем, скажут чего или промолчат. А пока можно поэкспериментировать. Парень осторожно взялся за источник герцогессы. Пока вытащить. Мышцы девушки должны стать твёрже, но эластичнее; скорость прохождения импульсов между нейронами прилично повыситься. А когда сплетёт, всё усилится. В случае ошибки несложно переплести по-другому. Всё равно никто, включая саму Кимбертину, вмешательства не заметит.

Хотя нет. Сейла бросила на Внука недоумённый взгляд, глянула на знак «потом», пожала плечами и отвернулась.

Вот и отлично. А ещё можно… Внук легонько потянул целительские лепестки. Хуже не будет, полезные способности. Дня за два потянуть, а потом закрутить что-нибудь новое. Объединить медицинские дары с водой. Результат пока не просчитывается, но стоит посмотреть, что получится! Удачные результаты повторить у себя и учениц. Очень приятные перспективы.

А магическое зрение пока не трогать. Незачем герцогессе знать, что она работает собачкой Павлова. Тем более, Пайдену не знакомы ни доктор Павлов, ни его собачки.

Глава 20

Пострел.

Стайку мелких оборванцев Здорбонерал Петанок, он же Папаша Здорбо, заметил издалека. Уже больше месяца он ежедневно выдавал детишкам десяток булок, даже не думая нарушать данное слово. Ну их к темным богам, этих голодранцев! Ещё пожалуются Целителю, а что потом? От благородных надо подальше держаться! Вот зачесалась у него левая пятка, взял и вылечил пекаря. А если зачешется правая?.. Лучше о себе и не напоминать на всякий случай. Спокойнее будет!

Детей на этот раз привёл Пострел самолично. За весь месяц мальчишка себе не взял ни одной булочки: мол, попал в милость к хорошим людям, так что не нуждается, а голодные всегда найдутся. С этим подходом Здорбо мог только согласиться. С таким покровителем беспризорник мог и затребовать себе пару булок сверх оговорённого, не стал бы пекарь выкобениваться из-за пятака. Может, за этим и пришёл?

Но нет! Мальчишка настроен куда серьёзнее!

– Привет, Папаша! Не забыл ещё?

– Тебя забудешь, – буркнул булочник.

– Да, я такой! – гордо подбоченился мальчишка. – А помнишь, его Светлость сказал, чтобы ты работу пацанве давал?

– Было такое, – вздохнул Здорбо. – Только нет работы! Семьёй справляемся,

– Верно, – кивнул Пострел. – У тебя налажено всё. А чтобы работа была – расшириться надо!

– Ишь, хитрый какой, – буркнул пекарь. – Лишние булки не продашь! А вас отправить с булками бегать, так кто у оборванцев купит! Вы же моетесь раз в месяц, и то в луже, если упадете. В общем, убытки одни!

– Какой-то ты, папаша, унылый, – мальчишка улыбнулся. – Надо на жизнь смотреть опсими… осипи… короче, с надеждой и удовольствием. Знаешь, что это? – мальчишка извлёк из-за пазухи небольшой мешочек.

– И что? – Здорбо вытряхнул на ладонь несколько кофейных зёрен. – Кофей?

– Не просто кофей, а выросший в Диком лесу! Вкус спеси… сепис… короче, ты такого не пробовал!

– Я ещё не чокнулся, кофе в Диком Лесу собирать, – хмыкнул пекарь. – Да и не моё это. Я по выпечке…

– Ты попробуй! – возмутился Пострел. – Лень обжарить и помолоть?

– Больно ты грамотный стал! – скривился пекарь, но сковородку на огонь поставил. – Ладно, предположим, он вкусный. И что из этого?

– Давай кофейню откроем! – выпалил мальчишка. – Ты будешь кофей варить, а мы подавать!

– Ага, вот так взял и открыл? – в голосе пекаря сквозил яд. – Так просто? А место, работники, столы с прочей фигнёй. Всё это немалых денег стоит. Тоже мне, подавальщики в лохмотьях, от которых за версту Кондовкой разит…

– Видишь халупу, – обгрызенный, но чистый палец уткнулся в небольшое аккуратное здание на другой стороне улицы. – Там и сделаем!

– И? – хмыкнул Здорбо, засыпая обжаренные зёрна в мельничку. – Ты хоть знаешь, чей этот домик?

– Едальня там была, – сообщил Пострел. – Её Барон купил. Ну, за долги отдали. Готов нам уступить. За полцены и в рассрочку. Уберёмся, мебель поставим, и будем почтенных кофиём поить.

– И? – хмыкнул Здорбо. – Я здесь причём?

– А при том! С нас уборка и обслуживание. Ещё рецептов хитрых от Целителя подгоню. С тебя готовка. Чай, кофей, булочки твои, пирожные всякие. И если чего купить потребуется – посуду там, или ещё чего. И одежду для босяков поприличней. Но одежду – в долг. А прибыль пополам. Идёт? Тебе ж ещё с наваром!

– У тебя шуншиков в родне не было? – ехидно поинтересовался Здорбо.

– У меня никакой родни не было! Зато целитель княжны Сторской – лепший друг! – Пострел аж надулся для важности. – За защиту платить не будем: Крыс сдох, а Барон Внука уважает. Вот прямо очень! Кофейня «Дикий Лес»! Звучит?!

– Звучит! – буркнул Здорбо, разливая уже готовый напиток. – Интересный вкус. Необычный.

– А я что говорил?! – хмыкнул мальчишка, тоже прикладываясь к чашке. – А мы ещё вывеску повесим: «Здесь пьёт кофей целитель княжны Сторской»! Или: «Кофей от целителя княжны Сторской». Вообще от народа не протолкнуться будет!

– А княжна вот уже согласная?

– Так ей и знать необязательно! – мальчишка посмотрел на собеседника с пренебрежением.

– Тогда без меня! – рыкнул Здорбо. – Я с благородными втёмную не играю. Ни разу на дыбе не висел, и не собираюсь! Получишь добро от княжны, вот тогда…

– А и получу! – буркнул насупившийся мальчишка. – Для того ты и нужен, чтобы мы глупости не делали по незнанию! Будет тебе добро от княжны! Ещё на открытие уговорю её Светлость прийти!

– Вали, получай разрешение! Письменное! На бумаге! И с печатью! – Здорбо убрал чашки и выглянул из пекарни. – Эй, голодранцы, давай за булками! Забирайте быстрее, а то приличную публику распугиваете!

Обед

– Сей, предупреди своего парня, в столовой его будут проверять на прочность.

Вообще-то Кимбертина могла и промолчать. Какое герцогессе дело до глупых мальчишеских разборок? Даже на руку, если унизят человека из свиты княжны. Но предупредила, хоть и позиционировала Внука несколько двусмысленно. Сейла оценила.

– И что?

– Кузяк постарается спровоцировать на драку, – продолжала Кима. – Это опасно!

Княжна подняла брови, вопросительно глянув на подругу.

– Виконт хороший боец, – пояснила герцогесса. – Он твоего парня искалечит.

– Внука? – изумилась Сейла. – Вот этот петух?

– Он лучший на курсе и третий в академии. И обожает издеваться над простолюдинами.

– Это его проблемы, – пожала плечами княжна.

– Не скажи! Сколько Кузяк бьёт простолюдинов, ему всегда сходит с рук. Мол, просто мальчишки подрались.

– А если наоборот? В академии же все равны.

– Все, да не совсем, ты же понимаешь! Но пока не проверяли, никто не потянул.

– Всё когда-то случается в первый раз, – опять пожала плечами Сейла.

– Было бы здорово, – вздохнула Кимбертина, – но…

– Не любишь этого дундука?

– А за что его любить? – скривилась герцогесса. – Тупой, как дерево! Первые два курса достал клеиться.

– А потом?

– В прошлом году я на первую боёвку пришла совсем не в духе. И разделала этого козла, как бог черепаху.

– Он же непобедимый! – хмыкнула Сейла.

– Когда я расстроенная, мне на его непобедимость забить с приветом!

О том, что расстройство было вызвано Сейлиным исчезновением, Кимбертина предпочла промолчать.

– Фи, герцогесса, что за лексикон!

– Ага, ещё и добавила лексиконом! Зато он весь год ко мне подойти боялся. Как знаешь, моё дело предупредить.

В общем, предупредила. Проверка же оказалась задуманной с эпическим размахом.

Стоило тройке новичков и примкнувшей к ней герцогессе занять столик, прежде чем идти к раздаче, как рядышком крайне неудачно «споткнулся» однокурсник. Естественно, с полным подносом. И, естественно, падать собрался на Внука.

– Спасибо, сударь, – тот, улыбнувшись упавшему, перехватил поднос и поставил перед Сейлой. – Ваша Светлость, Вам принесли еду! – и тут же поставил перед Аней второй поднос. – Тебе тоже. И Вам, сударь, спасибо. Только падать было необязательно.

Падать было, действительно, необязательно. А не падать невозможно, слишком уж мешало такому развитие событий малозаметное движение руки Внука.

– Я не поняла, – холодно заявила Кимбертина, обводя зал взглядом прищуренных глазами. – Совсем нюх потеряли?

– Пожалуйста, Ваша светлость, – Внук взял очередной поднос из рук проходящего мимо парня. – Он не нарочно. На раздаче задержали. О! Это мне? Спасибо! Очень мило с Вашей стороны, виконт!

Подыграть-то Кима подыграла, но в целом не верила своим глазам: всё это было как-то чересчур. А то, что четвёртой порции лишился лично Кузяк, планировавший, видимо усесться на место Внука рядом с княжной, потому и обед принёс. Вот только еда оказалась на столе, Внук – на своём месте, а виконт… Столик на четверых, пятый лишний. Пусть он хоть целый герцог.

– Ты что себе позволяешь, смерд?! – вскипел Кузяк. – А ну быстро освободил место!

Рука здоровяка протянулась к плечу новичка, и в следующий миг виконт спиной налетел на стол для грязной посуды. А до него, между прочим, метров десять. И Кима точно знала, потому что видела своими глазами: Внук его не бил. Ни единого движения в сторону пострадавшего не сделал.

Поднялся Кузяк не сразу. Потому ничего и не успел. А может, для того, чтобы не успеть.

– Что здесь происходит?

Конечно же, преподавательский состав знал «традиции» своих подопечных, и Кожутарий Голард подошёл к началу обеда, чтобы не допустить «проверки» или пресечь в самом начале. Но развитие событий настолько ошеломило преподавателя, что вмешался он только сейчас.

– Ваше магичество, мы не ожидали, что в академии существует такая хорошая традиция, – Сейла подняла взор на преподавателя и, на всякий случай, похлопала глазами, – как обслуживание новичков во время первого обеда. Но честное слово, не стоило утруждать себя столь низкими поклонами!

– Да, – поддакнула Кимбертина. – Полы здесь скользкие, упасть очень легко. Надо было просто принести еду и получить заслуженное «спасибо».

– То есть, Вы хотите сказать, что эти студенты просто принесли Вам еду? – теперь Голард опешил от наглости объяснения. Впрочем, чего ждать от дочек Сторских и Натайнлайнов.

– Именно, – подтвердила Сейла. – Мальчик принёс обед, передал Внуку, чтобы не толпиться у стола, поклонился, поскользнулся и упал. И так четверо подряд. Такие милые мальчики, но такие неуклюжие! Виконт вообще вон куда улетел, пытаясь удержать равновесие.

– А мне нравится эта версия, – хмыкнул подошедший Закнерот и обвёл взглядом столовую. – А если у кого-то что-то чешется, так вас ежедневно ждёт полигон и учебные поединки.

– Я завтра буду драться с ним! – палец виконта указал на Внука.

Внук кивнул и поклонился преподавателям:

– Ваша милость, я поддерживаю просьбу виконта? Я слышал, он неплохой боец. Это может быть интересно.

– Да сколько угодно, – хмыкнул Сержант. – Эту неделю будете драться по желанию.

– Я тебе устрою интерес, коровий выкормыш, – прорычал Кузяк. – Ты у меня землю жрать будешь! Набрали всяких отбросов…

– Ты кого назвал отбросами, шмыгл драный? – Сейла тоже умела бить лексиконом. – Второй твой поединок – мой!

– Ваша Светлость, он же будет без сознания, – возразила Анна. – Вы бьёте его послезавтра. А я – послепослезавтра…

– А я своей очереди вообще не дождусь? – возмутилась герцогесса. – Анечка, пропусти меня вперёд? Пожалуйста!

– Как будет угодно Вашей Светлости, – Аннакуртана кивнула головой. – Тогда мой день – четвёртый.

– А виконт-то у девчонок нарасхват, – хмыкнул Таркс. – Прямо неотразим!

– Девушки, Вы уверены? – изумлённо прошептал Кожутарий.

– А в чем проблема? – пожала плечами княжна Сторская.

– Драться с мужчиной?! Виконт хороший боец!

Сейла окинула виконта взглядом:

– А по-моему, хороший мешок для отработки ударов. Давайте есть, остывает же. Ребята старались, несли!

Голард повернулся к Занкероту:

– Емери?

– Да пусть дерутся, – пожал плечами Сержант. – Поубивать друг друга я им не дам. Зато у виконта все поединки на неделе расписаны, кроме последнего дня.

– Ничего, – улыбнулась Сейла. – Для последнего дня мы придумаем что-нибудь особенное!

Математика

Вторая пара – математика. Точнее, третья, но двухчасовая речь ректора не считалась. Математический кабинет размерами заметно уступал роскошной аудитории организационного собрания, и парты в нем стояли на двоих. Преподаватель был молод, красив и импозантен. Элегантный костюм, холёное лицо, аккуратно подстриженная бородка. Хорошо поставленный приятный баритон. И бесполезная пафосная речь о великой науке математике. Нахарепетон Симор, не профессор и не доцент. Аспирант. Впрочем, тоже неплохо для большинства. Внука не удивит, но Внука вообще трудно удивить.

Сейла с Кимой захватили первую парту напротив учительского стола. Когда надо, ученица могла быть очень быстрой. Претендовавший на это место Баар Сик, ничем не выдав своего расстройства, сел за спиной княжны, оказавшись за одним столом с Внуком. Средний ряд чуть выдвигался вперёд, и устроившаяся через проход Анна одновременно страховала сбоку княжну и перекрывала путь отхода шуншику.

Баар почти сразу вытащил тетрадь и, ни на что не обращая внимания, принялся рисовать какие-то сложные фигуры. Внук некоторое время понаблюдал за его действиями, после чего негромко спросил:

– Не лучше сделать эллипсоид?

– Что? – удивлённо уставился на него Баар.

Внук в своей тетради нарисовал фигуру, схожую с изображенной шуншиком, но более сглаженную:

– Если основной фигурой сделать эллипсоид вращения, получится эффективнее. Процентов на десять.

– Верно, – снисходительно улыбнулся Баар. – Но камни редко имеют две оси симметрии. А на наиболее частую форму лучше подходит вот такая фигура.

– Овоид, – кивнул Внук. – При подведении каналов вплотную к поверхности кристалла можно добиться большего, нежели в эллипсоиде, но только при сохранении оптимального угла кривизны по всей длине линий.

– В этом и проблема! – уже серьёзно ответил шуншик. – Слишком сложные расчёты.

– Можно упростить, – хмыкнул Внук. – В любом случае должна применяться фигура вращения. Надо задать формулу определяющей кривой, а это половина плоского овоида, и проинтегрировать по поверхности! Полученный результат исследовать на экстремум…

Шуншик уставился на собеседника, словно увидел перед собой кого-то из светлых богов:

– Как это «по поверхности»?

– Ты не применяешь поверхностные интегралы? – Внук задумался. – Тогда можно определить длину линии спрямлением, и интегрировать произведение координаты на радиус окружности… Но это сложнее. А поскольку все овоиды имеют единую формулу, только параметры разные… Лучше рассказать тебе про поверхностные интегралы. А заодно про объемные, они тоже пригодятся!

Следующие десять минут они активно чиркали в тетрадях, и сыпали математическими терминами. Увлечённый собственной речью преподаватель не обращал вторую парту внимания, пока собеседники не заговорили в полный голос.

– Молодые люди, я вам не мешаю? – поинтересовался педагог.

– Нет-нет, – откликнулся Баар, не поднимая головы от исписанного листа. – Вы занимайтесь с ребятами, занимайтесь.

– Мы сейчас досчитаем, – добавил Внук, исправляя какую-то закорючку, – и присоединимся. Мы почти закончили.

– Что вы вообще делаете? – растерянно спросил аспирант. – Лекция же идет!

– Высчитываем идеальную форму овоида вращения, вписанного в кристаллическую решётку общего вида, – сообщил Внук и бросил Баару. – Нет, это нельзя считать константой! Тут явная зависимость от основной переменной. Придётся высчитывать её функцию и вставлять в исходное уравнение!

– Боги! – взвыл Баар. – Это же всё сначала! И на порядок сложнее!

– А ты хотел решить такую задачу за одну пару?!

– Ну да, а что? – шуншик вновь упер взгляд в расчёты.

Сейла развернулась со своего места и заглянула в тетрадь Баара:

– Интегрируют, – сообщила она преподавателю. – Что-то стереометрическое, из фигур вращения.

– Похоже на эллипсоид, только сложнее, – добавила тут же оказавшаяся рядом Анна.

– Вообще ничего не понимаю! – герцогесса смотрела в тетрадь Внука круглыми глазами, потом перевела взгляд на Сейлу: – Где Вы такого нахватались?

– А вы умеете интегрировать? – педагог посмотрел на девушек.

– Я и слова такого не знаю, – вздохнула Кимбертина.

– Мы немного умеем, – ответила за двоих Сейла. – Но не на таком уровне.

– И где же вы обучались?

– В Диком Лесу, – честно призналась княжна. – За год, конечно, всё не изучишь. Но мы наверстаем.

Шуншик поднял голову:

– Хочу в Дикий Лес!

И вновь углубился в расчеты.

– Хорошо, – решил преподаватель. – Пусть Сик и Дикая Тварь занимаются эллипсоидом, а для остальных тема занятия – дробные степени.

– Я тоже хочу в Дикий Лес, – прошептала Кима Натайнлайн. Но тихонько, чтобы никто не услышал.

Глава 21

Кима

Первая неделя учёбы для герцогессы Натайнлайн оказалась полна неожиданностей. Сначала вернулась княжна Сторская. Кима с детства относилась к Сейле, как к младшей сестрёнке, которую надо воспитывать, учить и защищать от всяческих посягательств, и предполагаемая гибель подруги оказалась тяжелейшим ударом. Трудно сосчитать, сколько ночей девушка проплакала в своей спальне!

Когда стало известно о пропаже, когда всколыхнулась надежда из-за непонятного поведения Сторских, когда сыскари отца подтвердили: подружка сгинула там, откуда нет выхода. Это был очень тяжёлый год. Конечно, прилюдно Кимбертина никогда ничего не показывала. Но… Невезучий Кузяк, попав на учебном поединке под похоронное настроение герцогессы, покинул группу её партнёров по полигону, а заодно и поклонников. Не привык виконт, что его бьют. Особенно девушки. И по таким-то местам…

И вот Сейла вернулась. Вернулась, изменившись до невозможности. И дело не в нарядах из шкур неизвестных зверей, не в неожиданном уровне знаний, не в потрясающей гибкости, и не в способности подтянуться полтора десятка раз на одной руке. Княжна стала намного взрослее, мудрее и опытнее. Младшая сестрёнка выросла, обогнав старшую по всем статьям. И к восторгу, вызванному воскрешением подруги, примешивалась зависть к новой Сейле. Задавить в себе это чувство не получалось. При всём своём отлично развитом самомнении Кимбертина Натайнлайн всегда видела реальную картину и не давала глупым фантазиям обмануть разум. Ей предстоит много работать, чтобы если не догнать княжну, то хотя бы приблизиться.

Для начала Кимбертина записалась на те же факультативы, что и Сейла с конфидентами, и, что удивительно, Баар Сик. Шуншик вообще использовал любую возможность для общения с Внуком. Даже в столовой притащил к их столику пятый стул, нарушив мимоходом несколько традиций.

Герцогесса в эти обсуждения не вступала, лишь пытаясь понять, о чём вообще идёт речь. Наверное, это было бессмысленное занятие. Но время от времени Внук что-то разъяснял кому-либо из девушек или даже шуншику, и через какое-то время Кима с удивлением обнаружила, что отдельные слова, такие как «функция», «непрерывность» и «дискретность», превратились из таинственных заклинаний во вполне понятные математические термины, которыми она и сама может оперировать. Теперь уже можно было самой задавать осмысленные вопросы и получать ответы. Нет, Киме и раньше неплохо давалась математика, но она даже представить не могла, насколько эта наука глубока и разнообразна. Про натурфилософию и говорить не приходилось!

За два дня Кимбертина настолько привыкла находиться в тройке целителей, что на устроенном Сержантом пятикилометровом кроссе помчалась рядом с Сейлой, не сразу заметив, что темп бега троицы прилично выше привычного. И, что удивительно, выдержала до конца, оставив далеко позади всех однокурсников. Время же бега её шокировало. Это повторилось и с остальными упражнениями: девушка в полтора-два превзошла собственные результаты, показанные на тренировках буквально вчера.

В тренировочных поединках Кимбертина на удивление лёгко побеждала тех мальчишек, что три месяца назад оказывали ей достойное сопротивление. А бедный Кузяк, считавшийся лучшим бойцом курса, не продержался и минуты!

– Вы охренели, милая герцогесса, – простонал баронет Таркс, пытаясь продышаться после пропущенного удара в солнечное сплетение. – Ты что круглые сутки тренируешься? Откуда эти сверхчеловеческие способности?

– У меня сверхчеловеческие? – хмыкнула Кимбертина. – На них посмотри!

Она кивнула в сторону Сейлы и Анны, в паре наседающих на Внука. Движения бойцов были столь стремительны, что человеческий глаз не успевал их отслеживать.

– О чем ты, Кима! – слегка отдышавшись, Таркс вернулся к обычной манере общения. – У них за спиной Дикий Лес! Они Дикие Твари, а не люди! А ты-то с какой радости?

Кима и сама хотела бы понять, с какой радости. А ещё узнать, где так здорово обучили Сейлу и Анну, как попасть туда же и добиться, чтобы с ней, герцогессой Натайнлайн, проделали всё то же самое. Девушка готова была идти хоть в Дикий Лес, хоть в пасть дракона, хоть в обитель Тёмных богов. Если всё это выдержала Сейла, выдержит и она!

После Кузяка Сержант ставил ей в напарники либо Сейлу, либо Анну. Или выставлял всех троих против Внука. И Киме, после очередного пропущенного удара, оставалось только шептать: «Хочу в Дикий Лес»!

На пятый же день Закнерот построил студентов четвёртого и пятого курсов и с крайне нехорошей улыбкой на устах произнёс:

– Я тут слышал, что кое-кто из вас считает себя хорошими бойцами только потому, что ими были его предки. Это очень серьёзное заблуждение! Но сейчас вы в этом убедитесь. Сейчас будет групповой поединок. Командир первой команды – виконт Кузяк. Командир второй – шуншик Баар Сик. Как и все шуншики – простолюдин и бойцом себя не считает! Каждый из вас сам выберет за какую команду драться. Упавший выбывает из боя. Виконт, ваш столб правый. Баар, ваш столб левый. Командам собраться возле своих столбов.

Кимбертина застыла столбом, наблюдая, как собираются у правого столба студенты двух лет обучения. Это что? Кузяку дают возможность реабилитироваться за предыдущие поражения? Понятно, что ни один дворянин не станет подчиняться простолюдину. Если бы командиром второй команды была бы она или Сейла, силы могли оказаться равны! Но даже к Внуку пошли бы немногие. А уж к шуншику… И ни у кого никаких сомнений! Избить толпой слабого, как благородно! Герцогесса Натайнлайн сделала шаг вперёд и влево.

– Не торопись, – удержала подругу Сейла. – Пусть все определяться.

– В чём? – ошарашено спросила Кимбертина. – Его же убьют.

– Это вряд ли, – хмыкнул Внук, глядя, как к огневикам присоединяются гурулы.

Несколько человек во главе с Тарксом что-то втолковывали преподавателю. Потом баронет взмахнул рукой:

– Да ставьте двойки, если хотите. Мы в этом цирке участвовать не будем!

Группа отправилась к скамейкам для отдыха. За ними потянулась половина пятикурсников.

– Ну всё, вроде, – хмыкнул Внук. – Пошли. Герцогесса, вы с нами?

И двинулся налево, на ходу раздавая приказания:

– Я по центру. Сейла – левый фланг. Аня – правый. Кима – держишь тыл, ликвидируешь прорывы и прикрываешь Барсика. Девочки, при больших прорывах отходить назад. Без геройства. Спокойно бьем морды.

Кимбертина покачала головой. Нет, всё правильно, в бою на «ты» и по имени. Но ведь даже не спросил! Хам и дикарь! Дикая Тварь из Дикого Леса. Впрочем, сейчас не до этого. Такой компанией защищать несчастного шуншика будет гораздо легче, но вчетвером против… Девушка попробовала сосчитать противников, но сбилась. А после Сержант подал сигнал начала боя, и команды бросились навстречу друг другу.

Были ли у виконта с компанией какие-то задумки на поединок, осталось неизвестным. Целители ураганом рванулись в атаку, оставляя за собой только стонущие тела. Герцогессе достались лишь три противника, уже помятые и полностью дезориентированные. У Кимы сложилось впечатление, что все трое просто не успели упасть, когда сбивший их ураган помчался дальше. Баар и вовсе те несколько секунд, что длился бой, простоял, размышляя, что ему надо делать. А может, решал в уме какую-нибудь задачу по артефакторике. Шуншик же!

– Все в порядке? – этот невозможный дикарь даже не запыхался! – Баар?

– А чего я? – откликнулся шуншик. – Я тут стоял.

– Кима?

– Норма, – откликнулась герцогесса, – костяшки сбила немного.

– Сейчас залечим, – Сейла хотя бы выглядела слегка взъерошенной. – Обмой только.

Кимбертина привычно вызвала струйку воды. Вода не появилась. Совсем. Ни капли.

– Э…– девушка обалдело уставилась на руки. – У меня дар пропал!

– Так не бывает, – не поверила Сейла.

Герцогесса попробовала создать крохотную каплю на ладони. Самое простое упражнение, которое она выполняла уже два года. Ничего!

– Не бывает… – Кимбертина села прямо на землю. – Но есть!

– Бывает, – хмыкнул Внук. – У нас всё бывает. Но если один дар ушёл, должен был появиться другой. Попробуй залечить свои костяшки.

– Издеваешься? – вскинулась девушка.

– Не так, чтобы очень… – протянул Внук. – Но полечить попробуй. А вдруг!

– Внук! Прекрати! – возмутилась Сейла. – Киме и так плохо!

А Кимбертина с ужасом смотрела, как на сбитых суставах нарастает новая кожа.

Родительское собрание

– Ваша Светлость! – приветственный поклон сопровождался ослепительной улыбкой.

– Герцог! – Артор Сторский не остался в долгу. – Вы не в курсе, по какому поводу нас столь срочно собрали? Да ещё в выходной!

Лекционная аудитория была полна. Кого-то из присутствующих Артор знал, с кем-то не пересекался. Все поголовно дворяне, но титулованных, хотя бы баронов – немного. Нетрудно догадаться: родители студиозиусов. Все на удивление хмурые, большинство возмущённые. На общем фоне герцог Натайнлан выделялся не только знатностью, но и невероятно довольным выражением лица:

– В курсе, дорогой Артор, в курсе! Наши девочки набили морды всему четвёртому курсу. Впечатляет!

– Это как?! – опешил княжич. – Вдвоём?

– Нет! Участвовали конфиденты Вашей сестры и шуншик! Но не думаю, что вклад последнего был весом. А всё, что делают вассалы, засчитывается в актив сюзерену.

Вот в этом весь Реверданс! «Засчитывается в актив» и «набили морды». А может и столь высоким стилем завернуть, что и не сразу поймёшь, о чём речь. Или послать куда подальше так, что пиратский боцман позавидует.

– Но противников-то было… – продолжал герцог. – Вот эти вот все и те, чьи родители не пришли!

– Что ж, – Артор взял себя в руки. – Поздравляю герцог! Кимбертина стала совсем взрослой!

– Меня же поражает Сейлатонара! – тут же отозвался Натайнлайн. – Ей ведь только пятнадцать!

– Путешествие пошло сестрёнке на пользу, – улыбнулся Артор.

– Это точно! Со вчерашнего дня два курса ходят как в воду опущенная! А свет кипит, словно забытый на печи котёл, – хищно улыбнулся герцог. – Готовимся защищать наших крошек! Без дуэлей не обойдёмся!

– Дуэли, так дуэли, – пожал плечами Сторский. – Девчонки всех перебили, и мы всех перебьём. Ага, а вот и Деранитон. Сейчас нам сообщат точку зрения академии.

Ректор в сопровождении в сопровождении деканов целительского и боевого факультетов и Горалда поднялся на кафедру.

– Уважаемые господа и дамы! – расплылся в улыбке Кварит. – Я хотел бы рассказать вам о том, что ожидает ваших детей в ближайшее время…

– Вы лучше расскажите, что происходило на этой неделе?! – выкрикнул граф Кузяк. – Почему моего сына всю неделю избивают какие-то пришлые хулиганы?

– Граф, ты кого хулиганом назвал? – взревел Натайндайн. – Мою дочку?! Или княжну Сторскую? Войны захотел? Или ограничимся дуэлью?!

– Ваша дочь, герцог, никогда бы не справилась с лучшим бойцом курса, – скривился граф. – Не в обиду ей сказано, но она всё-таки, девушка. Про пятнадцатилетнюю княжну и речи нет!