Текст книги "Направо от Юпитера (СИ)"

Автор книги: Матвей Курилкин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 19 страниц)

Глава 8
Максим Ермаков, предатель

Обычно Макс так над собой не издевался. К тому времени, как они добрались до станции, поблекла даже улыбка Ивана. Ещё бы! Три дня при трёхкратном ускорении – это не шутки. Из противоперегрузочных кресел почти не вылазили, и всё равно к концу полёта все мышцы неприятно ныли, а каждое движение сопровождалось болью. Ничего, терпеть можно. Главное теперь взять новый заказ и свалить со станции до того, как долетит контейнер, и начнётся шухер. Это эпохальное событие ожидалось через пару дней, если Макс не промахнулся с направлением, когда этот контейнер запускал. Но он не промахнулся, в этом Ермаков был уверен.

Вообще-то, после такой мучительной спешки организму требуется отдых, Макс это прекрасно понимал. И по нормативам, и просто исходя из здравого смысла. Но он не придумал другого способа заставить Ивана молчать. Макс прекрасно знал порядок действий при обнаружении неопознанного трупа. Стандартная процедура. Как только жутковатая находка будет обнаружена, будет дано объявление, в котором всех, у кого есть какая-то информация о находке убедительно попросят сообщить о том органам. Он, конечно, тщательно объяснил нейроумку, почему им нужно молчать, но тут ведь будет прямое указание.

«Не удержится, как пить дать не удержится. Так что придётся сразу же валить на следующий заказ».

Обычно Макс предпочитал соблюдать режим труда и отдыха – после выполнения заказа нужно обязательно пару дней отдохнуть на станции. Минимум. На заре своей карьеры пустотника он пару раз игнорировал это правило, и каждый раз сиюминутная выгода в дальнейшем оборачивалась потерями. Организм не обманешь – если работать на износ, он быстро начинает путаться, совершать ошибки, и чтобы прийти в себя требуется ещё больше отдыха.

Они быстро сдали добычу – вдвоём с помощником это занимает даже меньше времени. Потом вернулись в док – на заправку. Пока готовился, горючее заливали, Макс шустро проводил инвентаризацию. И очень неприятно удивился, обнаружив, что бокс с рационами практически пуст.

– Офигеть… – Растерянно пробормотал он. – Куда всё делось-то?

Ещё перед первым рейсом с нейроумком он забил всё до отказа и рассчитывал, что уж на три рейса точно хватит. Когда возвращались с низкой земной орбиты обратил внимание, что как-то многовато припасов истратилось, но тогда это было не так заметно.

– Иван, куда у нас жратва вся девается⁈ – Возмутился он. Если прикинуть расход, выходило так, будто у него не один помощник прибавился, а сразу два. А то и два с половиной.

– Искусственнорождённым гражданам требуется гораздо больше питания, поскольку наш мозг работает иначе, чем у естественнорождённых. Нейросеть, которая помогает мне функционировать, не совсем рационально тратит ресурсы организма…

– Всё-всё, я понял, – отмахнулся Макс. – Тогда надо до чипка добежать. Пойдём вместе, быстрее получится. По дороге прошерстим доску заказов, может, что хорошее удастся ухватить.

– Максим, а куда мы так торопимся? Разве у нас сейчас не должно быть два-три дня отдыха? По трудовому законодательству…

– Всё компенсирую, не нуди, – отмахнулся Макс. – Оплата по повышенным нормам, всё такое. Нам нужно залечь на дно, пока всё не уляжется.

В глазах у нейроумка явственно проступило сомнение, но он послушно зашагал вслед за Максом.

Ермаков тяжко вздохнул – вот совершенно человек не понимает, когда можно артачиться, а когда это несвоевременно! У них тут, можно сказать, жизнь на волоске, а этот всё про трудовое законодательство забыть не может. Вообще Максу впервые было неуютно на станции. И одновременно – жутко не хотелось в новый рейс, потому что последние его изрядно утомили. Остро хотелось в «Зеленуху» и поесть чего-нибудь вкусного. И, может быть, даже выпить бутылочку настоящего пива. Пусть и втридорога.

– Мужики, вам ничо не надо? – Мелкий торговец появился как из-под земли, Макс его и не замечал до этого. – Рационы есть свежие, в полцены отдаю. Или опознаватели. Качественные, ни одна система не поймает. Не интересует? Или хоть кино?

– О, нам как раз нужны рационы… – Начал было Иван, но Макс отрицательно мотнул головой, перебил напарника и отрезал:

– Не интересует.

И, не останавливаясь, отправился дальше. Утягивая с собой за рукав растерявшегося Ивана.

– Но почему⁈ – Возмутился нейроумок.

– Потом объясню, мы торопимся, – напомнил Макс.

Вообще-то Макс ничего не имел против нелегальной торговли. Даже поддерживал её всеми фибрами души. Но такие сделки проводятся по знакомству, с надёжными поставщиками, а не с непонятным типом с улицы. Услугами таких типов пользуются только самые неопытные пустотники, и, естественно, контрабандисты этим пользуются. Рационы – китайского производства. И не те, что настоящие и вкусные, а самые дешёвые, которые в рот не вломишь и хорошо, если не траванёшься. Макс даже из экономии не собирался жрать кашу, приготовленную из мушек дрозофил, которых китайцы выращивают на своей станции. Про опознаватели и говорить нечего – это уже откровенный криминал, тут даже штрафом не отделаешься. Подменять автоматический ответ своего корабля, чтобы тырить добычу на чужих делянках – это откровенная хрень, Макс в таком даже в худшие времена не собирался замазываться. Да и плохо кончают такие деятели.

Вот кино можно было бы прикупить. Посмотреть, что там новенького голливуд и прочие наваяли за последнее время. Да и узнать, наконец-то, что за Мартина Лилли такая. Запрещёнка же – всё, произведённое на западных киностудиях нелегально. Но сейчас действительно некогда.

Иван всё продолжал растерянно оглядываться на торговца, а потом вовсе резко затормозил и решительно зашагал назад. Макс тоже оглянулся, и мысленно выругался. Барыгу щемили полицейские. То ли не заплатил вовремя, то ли и в самом деле новенький на станции, так что один из служителей правопорядка его в данный момент тщательно обыскивал, а второй – проверял документы. Но ровно до тех пор, пока к ним не подошёл Иван.

– Господа полицейские! Вы нарушаете процедуру досмотра! Я буду вынужден направить жалобу! Почему вы досматриваете гражданина без присутствия понятых⁈ Это совершенно…

– Это кто тут такой наглый⁈ – Сержант на секунду скосил взгляд на планшет, – Гражданин Иванов! У вас разве других дел нет! Проходите, не мешайте работе полиции!

– Я не с ним, господин сержант! – Тут же затараторил торговец. – А он – не со мной! Я его вообще не знаю!

– А вы почему такое позволяете⁈ – Иван и не думал успокаиваться, и теперь переключился на торговца. – Патрульные нарушают массу процессуальных норм, а вы это покорно сносите! Вы должны сразу сообщить им об этом и предостеречь от нарушений!

– Я его не знаю, господин сержант! Я вообще его впервые вижу! Это же псих какой-то!

– Это совершенно неприемлемо. Я буду вынужден сообщить о вашем поведении вашему руководству! Я собираюсь составить заявление и потребовать, чтобы к вам применили санкции. Ваше поведение абсолютно непрофессионально и порочит честь сотрудника полиции!

Сержант оставил в покое планшет, который повис на поясе, и молча заломил руку Ивану.

Макс к тому времени подошёл, так что сержанта узнал – тот самый, который его тогда в Зеленухе опрашивал.

– Это незаконное задержание! – Иван, несмотря на то что был скрючен, боевого духа не утратил. – Вы должны меня немедленно отпустить и принести извинения! Иначе получите строгое взыскание от командования, когда оно об этом узнает! А оно узнает, я обязательно в подробностях опишу всё, что вы здесь творите!

– Максим Сергеевич, ну я же просил присматривать за своим сотрудником! – Укоризненно посмотрел на него сержант – патрульный.

– Извините, пожалуйста! – Повинился Максим. – Не углядел. Понимаете, мы только что с рейса, и вот…

– А раз предупреждал, то сами виноваты! – Строго сказал сержант. – Мы его сейчас оформим на сутки за оказание препятствий сотрудникам при исполнении. А потом суд и штраф. Или восемь суток ареста, в зависимости от решения судьи. Или…

Договаривать фразу сержант не стал, но посмотрел очень красноречиво. Намекающе. Макс мысленно застонал – в этот раз контрабандным пивком точно не отделаешься. Придётся платить, и судя по суровому виду – стандартный тариф. Недёшево, между прочим!

«Стоп! – Поразился Макс. – Восемь суток!»

Он подхватил сержанта под локоток и отвёл его немного в сторону.

– Товарищ сержант, а вот чисто теоретически, его эти восемь суток будут где держать?

– В боксе, – удивлённо посмотрел на него полицейский, и пояснил. – В одиночной камере.

Макс нащупал в кармане чип с электронными рублями. У него всегда с собой, со стандартной суммой – как раз на подобный случай.

– Товарищ сержант, пусть его накажут по всей строгости! А то вот ещё, повадился, сотрудникам при исполнении препятствовать! Безобразие! – чип перекочевал из одной руки в другую, и, Макс, опять в полголоса, добавил: – Только вы уж поспособствуйте, чтобы не штраф, а именно восемь суток, хорошо?

Полицейский удивлённо посмотрел на Макса, потом удивление в его глазах сменилось на сочувственное понимание.

– Не переживайте, гражданин Ермаков. Восемь суток в одиночке – они кого угодно перевоспитают! Выйдет – будет как шёлковый!

Торговца так и отпустили – он тоже вовремя сообразил, что делать и говорить. Тем более, после задержания Ивана, стражи порядка не лютовали и много с торгаша не взяли. А вот Ивана увели. Макс не помахал ему вслед платочком только за отсутствием оного. Настроение было просто великолепным. Отпуск! Целых восемь дней отпуска! И за это время Иван точно не сможет никому ничего сообщить, доложить, или иным способом спалить их участие в неприятной находке. Заодно и отдохнёт! Максу самому в боксе сидеть не доводилось, а вот знакомые пустотники рассказывали, что ничего страшного там нет – одиноко только, и доступа в сеть нет, даже станционную. Ничего, информационный детокс тоже бывает полезен.

– Жди меня, «Зеленуха»! – Пробормотал Ермаков, и бодро направился в чипок – закупать припасы без него всё равно некому.

Это были прекрасные три дня. Нет, Макс не ушёл в загул, хотя были такие мысли. Просто отдыхал, понемногу проверял «Креветку», и дважды в день ходил в «Зеленуху» обедать и общаться с народом. Ещё всё-таки купил последние обновления западного кино – правда, результат его не слишком порадовал. Западное кино нынче в упадке – слишком много всевозможных меньшинств, которых никак нельзя обидеть, отчего фильмы получаются выхолощенные и пустые.

Немного портило удовольствие какое-то неприятное чувство. Макс даже не сразу понял, что его гложет, и только потом сообразил – да ведь это совесть! Проснулась, и потихоньку точит, зараза. Всё-таки напарника он сдал. Можно сказать – предал. Ещё и приплатил полиции, чтоб его в камере закрыли, а сам теперь развлекается. Каждый день ужинает в «Зеленухе», кино всякое смотрит, Мартину Лилли, наконец, посмотрел. Барышня выдающихся достоинств, да, но всё портит тот факт, что она действительно очень похожа лицом на Ивана. А подчинённый и верный напарник, между тем, томится в застенках кровавого режима.

– Да и хорошо! Вот прямо отлично! Туда ему и дорога, придурку, может, в следующий раз не будет лезть не в своё дело. А, главное, мне перестанет палки в колёса совать! – Вслух припечатал Макс совесть, и больше на этот счёт не переживал.

А потом нашли контейнер с нейроумками, и Максу стало не до развлечений. Как бы он себя ни уговаривал, что связать его с находкой не получится, всё равно было тревожно. Слишком большая буча поднялась. Ещё бы! Больше сотни неопознанных трупов нейроумков – это уже очень серьёзная проблема. А уж когда выяснилось, что этих несчастных ребят формально вообще никогда не существовало, и вовсе случился скандал.

Максу от этого было вообще нерадостно. Слишком яркая реакция, слишком широкая огласка. Не должно такой быть. Это ведь основа основ – если какое-то неприятное происшествие случилось, прежде всего нужно сделать так, чтобы о нём не говорили. Оно тогда как будто и неважным становится. Можно сказать, вообще не происходило.

Неприятности время от времени случаются. Это ведь космос – тут не может не быть несчастных случаев. Но Макс как-то привык, что всё проходит по одному сценарию. О происшествиях в новостях зачастую даже не сообщают, а если и говорят, то быстро заминают тему – зачем волновать народ? Здесь, на станции, обо всём узнают из слухов.

Вот и Ермаков ждал максимум короткой статьи в новостном портале, ориентированном на местных жителей. Куда там! О находке трубили все! Даже на Земле этот случай осветили! И это было очень подозрительно. Особенно, учитывая, что из этого летучего гроба за версту видно уши корпораций. Корпорации трогать нельзя, это ведь всем известно!

«Задница. С такими масштабами ведь реально будут рыть. По-настоящему. А в такой ситуации и нас могут найти, вот в чём дело-то. Я всё хорошо спрятал, это да. Но только если всерьёз искать не станут. Если бы всё замяли, как обычно, создали бы какую-нибудь рабочую группу, как всегда, которая изображала бы деятельность. Но если уж до Земли дошло, тут таким не обойдётся».

Макс остро пожалел, что засадил Ивана в бокс. В тот момент это казалось отличным решением, а теперь…

«Надо было в самом деле ему отпуск устроить. И себе заодно. Дорого, даже разорительно. Но жизнь – дороже. Нужно было ставить „Креветку“ на прикол, в доке, и валить на Землю. Пересидеть хотя бы две недели, или даже месяц… нет, месяц точно не потяну. Но всё равно…»

– Чего пригорюнился, Макс? – Хлопнул его по плечу Миша Бочонок. Он сегодня, в отличие от Ермакова, был счастлив и доволен – удачный рейс, хорошая добыча. – Неужто так скучаешь по своему нейроумку?

– Угу, – Буркнул Макс. – Все глаза проплакал.

Миша довольно захрюкал, но тему менять не захотел:

– Как он в целом-то? А то, может, и остальным к нейроумкам присмотреться? Твои-то товарищи по несчастью, кому одиночные выходы запретили, до сих пор маются без работы. Нету особо кандидатов. Всё ждут очередного выпуска, только хрен ли. Так можно до морковкина заговенья сидеть! Да и детным скоро запретят…

– Нормально, на самом деле, – вздохнул Макс. – Если подход найти. Наверное. Я-то пока не нашёл…

Так и обсуждали напарников, потом – знакомых. Потом и до новостей дошли, как Макс ни старался увести тему в сторону. Ну не хотелось ему обсуждать этот клятый контейнер – боялся себя выдать.

– Что-то сильно нечисто с этой коробочкой, – подтвердил его опасения Бочка. – Сдаётся мне, у нас в верхах чьи-то интересы столкнулись, и это просто удачный повод для того, чтобы переделом влияния заняться. Видать, очень вовремя она появилась. Может, эту хренову дуру специально и подкинули, вот что я тебе скажу.

– Угу. Ради удачного повода – сотню человек грохнули, так что ли?

– А как же! Люди – ресурс, а то ты не знаешь. Надо было бы – и тыщу бы угрохали. Тем более – нейроумков. Тут вообще даже говорить не о чем. Ты в курсе, что на них новые лекарства испытывают?

Макс только отмахнулся. Может, и испытывают – всякие ходили слухи.

Всю ночь он ворочался, корил себя за ошибку. Очень сильно хотелось свалить со станции. Не на Землю даже – это будет выглядеть подозрительно, могут и обратить внимание. В рейс. Там – космос, и никого вокруг. Там – хорошо.

Наутро не выдержал, принялся бродить по станции в поисках знакомого сержанта. Найти полицейского оказалось нетрудно – где ему ещё быть-то? Район фланирования у них фиксированный, и не такой уж большой, а станция – не Земля, в каком-нибудь переулке разойтись не получится при всём желании. Нет, есть всякие технические ходы, местные работники, может, и в состоянии провернуть трюк с неожиданным исчезновением, но не полиция же! Так что сержанта нашёл довольно скоро. А вот поговорить толком не получилось – тот был нервным, на вопросы отвечал неохотно, а уж когда Макс завёл разговор о том, чтобы выпустить Ивана раньше времени, и вовсе вызверился:

– Мы тебе чего, гостиница? Хочу посижу, хочу – нет? Я тебя сейчас самого за неуважение к полиции посажу!

Дурацкая, в общем, была идея, и Макс сам понимал, что напрасно завёл об этом разговор. Только зря отношения со стражем порядка подпортил. Ерунда, конечно, мелочь, но из таких мелочей складывается отношение.

А на следующий день появилась новость, что пропала команда Лёхи Беспалого. Их «Краб» так и не вернулся с заказа. Иногда такое бывает, команды задерживаются. Сроки на очистку ведь не обозначены жёстко, так что и беспокоиться, вроде бы не о чем. Бывает, чистильщик задерживается, если в процессе сбора случается какая-то поломка, или, наоборот, добычи оказывается слишком много. Вот только они не задержались в точке сбора. Кто-то из посетителей «Зеленухи» по секрету рассказал, что видел «Краба» беспалого. Они уже возвращались с заказа, приближались к станции, где движение довольно оживлённое. А потом к ним подошёл большой транспортник корпорации.

– А чо дальше, я не знаю. Лезть к корпоратам – это ж дебилизм, правильно. Так что мы мимо прошли. Но теперь вот думаю, не зря они задерживаются! Да и Тимур на своём «Крабе» через час после нас там проходили, уже не было никого.

У Макса в голове что-то щёлкнуло. Сразу, как только он услышал о корпоратах.

«Лёха Беспалый должен был заниматься сбором в точке Лагранжа. Запись в системе сохранилась, а о том, что он передал заказ, никаких записей нет. Если они просчитали траекторию контейнера…»

– Дим, а что за корпораты-то были? – Спросил Ермаков, надеясь, что в приглушённом свете бара не видно, как у него лоб покрылся потом.

– «Росперраз», – ответил пустотник. Российские перспективные разработки. – Вроде дочка кого-то крупного. Кстати, что думаешь, Макс, нафига им Лёхина команда-то понадобилась?

– Да кто их знает, – пожал плечами Макс. – Может, где-то почистить надо. Наняли в частном порядке… ладно, пойду я, засиделся.

«Мне срочно нужен левый опознаватель. Мать её, кто бы мог подумать, что понадобится. Зарраза…»

Того барыгу Макс искать даже не собирался. Были свои контакты, более надёжные. Вот только добраться до него он просто не успел. Планшет вдруг предупредительно завибрировал, а когда он поднёс экран к глазам – загорелся красным.

«Внимание! Уважаемый Максим Сергеевич. Вы обвиняетесь в нарушении общественного порядка. Убедительно просим вас оставаться на месте и ожидать появления патруля, который проводит вас в участок».

Глава 9
Максим Ермаков, нелегал

Даже если бы Макс не собирался выполнять требования полиции, он бы всё равно ничего не мог сделать, потому что замер в полном шоке. Какое нарушение общественного порядка⁈ Что за ересь вообще⁈

Впрочем, ждать долго не пришлось. Уже через десять минут из перпендикулярного коридора вывернула знакомая парочка – сержант со своим напарником. Макса быстро подхватили под локти. С двух сторон. Как будто правда боялись, что он сбежит.

– Гражданин Ермаков, пройдёмте, – скороговоркой сказал сержант, и, не дожидаясь, пока Макс отреагирует, потащил его в сторону полицейского участка. Макс, впрочем, отреагировал быстро, и зашагал следом – не вырываться же!

Однако на полпути, когда до участка оставалось ещё минут пять ходу, Сержант вдруг резко свернул, ткнул своей карточкой в неприметный электронный замок, а потом втолкнул в открывшуюся дверь.

Вот теперь Макс напрягся. Технический проход. Здесь камер почти нет, только в узловых точках.

«Будут бить», – понял Макс, и ошибся.

– Максим Сергеевич, слушай меня внимательно, – сказал полицейский, переключив что-то у себя на планшете. Да, впрочем, понятно, что. Подключил к камере на нагрудном значке другой видеопоток, чтобы гнала на сервер предыдущие несколько минут. Макс слышал про такие уловки.

– Я тебе один раз скажу, надеюсь, поймёшь. Ты мне раньше умным казался, хотя сейчас уже сомневаюсь. Умный бы в дела корпоратов не замешался. Так вот. Мне здесь, на моей территории корпораты не нужны. И трупы мусорщиков – тоже. А они определённо будут. Догадаешься, чьи? Поэтому я дам тебе ровно час, чтобы убраться со станции. Бери своего идиота – нейроумка и выметайтесь отсюда так далеко и так быстро, как только можете. Понятно?

Макс кивнул, хотя пока ничего толком не понимал. Ну, кроме того факта, что они с Иваном как-то спалились.

– Молодец, – кивнул сержант. – Куда бежать – дело твоё. Но постарайся сделать это так, чтобы тебя если и нашли, то подальше от станции. Ты, вроде опытный, про соседей должен знать, куда можно соваться, а куда не стоит. Искренне надеюсь, что ты, Максим Сергеевич, сможешь забиться в такую дыру, где тебя никто не найдёт хотя бы пару месяцев. А самое главное – убери ты этого тупицу, ради Христа. Сил нет.

– Сделаю, – кивнул Макс.

– У тебя будет ровно час, – напомнил полицейский. – Большего я для тебя сделать не смогу. Как только пройдёт информация, что Ивана Иванова отпустили, я получу по шапке от начальства. И указание его снова задержать. И скорее всего, тебя – тоже. Понимаешь, Максим Сергеевич?

– Я успею, – покивал Ермаков. – Как вы узнали-то? Точнее, что он там наговорил?

Дурацкий вопрос, на самом деле. Макс уже и сам догадывался, что это Ваня сдал всё и всех. Непонятно только, как он ухитрился это сделать, сидя в камере одиночке.

– Я тебе скину видео… уже скинул. Можешь посмотреть на досуге. Я тебе одно скажу, с такими друзьями никаких врагов не нужно. Зря ты с этим дебилом связался, Максим Сергеевич. Искренне тебе сочувствую.

На этом короткий разговор закончился, и они вернулись в общий коридор. Уже через пять минут Ивана Иванова, сияющего от счастья, вывели из участка.

– У тебя час, – напомнил Максу сержант, и уже в спину спросил: – Обманку найдёшь, где купить, или подсказать?

Найду, – кивнул Макс, про себя поражаясь, как прихотливо могут порой сложиться обстоятельства. Кто бы мог подумать, что полицейский будет советовать ему купить левый опознаватель!

Иван явно никуда не торопился и просто фонтанировал восторгом от освобождения. Сразу начал рассказывать, как ужасно было провести эти дни в одиночном боксе, и как он счастлив теперь оказаться на свободе.

– А куда мы идём, Максим? – Поинтересовался нейроумок.

– Надо кое-что прикупить, – коротко ответил Ермаков. Ему прямо не терпелось узнать, что произошло и каким образом нейроумок ухитрился сидя в одиночной камере всё-таки выдать их участие в находке, но сейчас нужно было торопиться. Если у них всего час – надо действовать быстрее. – И мы торопимся, Ваня. Так что давай все разговоры потом.

Уверенно так сказал, и при этом спокойно. Даже ласково немного. А хотелось совсем по-другому. Хотелось наорать, а ещё лучше – двинуть изо всех сил, чтобы мозги на место встали. Оно, конечно, и наоборот бывает, но Макс сейчас искренне, с чуть ли не религиозной уверенностью верил – в данном случае хуже быть уже не может. Куда тут хуже-то?

Запись на планшете, которую передал полицейский, прямо-таки жгла руки, требовала её посмотреть, чтобы оценить, насколько всё плохо. Но это потом, на такое сейчас нет времени. Сначала – опознаватель, потом – срочный отлёт.

Обманку Ермаков купил, это нетрудно. Причём, судя по тому, что продавец даже вопрос дослушивать не стал, слухи о передряге, в которую они попали, уже разошлись. Ну, этому Макс не удивлялся. Он уже подключил приборчик, дело нехитрое, вот только проверить пока было нельзя – не на станции же! Это его немного беспокоило. Продавец, в целом, надёжный, работают они с ним давно, но мало ли что тому в голову придёт? Вдруг решит, что покойник жаловаться не придёт?

Напоследок Ермаков торопливо провёл предполётную подготовку, молясь всем богам, чтобы ничего в самый подходящий момент не забарахлило. Обошлось. Разрешение на вылет ему тоже дали, хотя он до последнего боялся, что в последний момент побег сорвётся, и ему запретят.

Но нет. «Креветка» благополучно отцепилась от захватов и вышла в открытый космос.

– Ой, а мы что, даже не взяли заказ? – Растерянно спросил Иван, когда они немного удалились. – Куда же мы тогда летим?

– Нет, не взяли. У нас другие планы, – ответил Максим. «Креветка» понемногу разгонялась – возле станции запрещены резкие маневры. Ермакову казалось – мучительно медленно. Он каждую секунду ждал, что на планшет придёт уведомление о запрете полёта. До конца обещанного сержантом часа оставалось совсем недолго, а им нужно было убраться как можно дальше, чтобы выйти из зоны связи. Не хватало ещё получить предписание заглушить двигатель и патрульный корабль на хвосте. А нейроумок явно мучился восторженным, щенячьим любопытством. Судя по его физиономии, он абсолютно не осознавал, в какой заднице они оказались. Полная уверенность в том, что жизнь прекрасна и удивительна, и их ждёт только хорошее.

У Макса такой уверенности не было. С каждой минутой они всё сильнее удалялись от станции, но и точка назначения ему совсем не нравилась. Судя по слухам – паршивое место, и опасное.

– И всё-таки? – Нейроумок всё не желал сдаваться.

– Сейчас разгонимся – расскажу, – коротко пообещал Макс. Они уже вышли за пределы стокилометровой зоны от станции, теперь можно было добавить мощности, что Макс и сделал незамедлительно. Опять максимальное ускорение, четыре g. Но совсем ненадолго. Индикатор связи со станцией погас, и Ермаков тут же отключил маршевый. Пока можно больше не торопиться.

Он здорово опасался, что купленный второпях определитель окажется бракованным, но обошлось. Надёжный продавец не подвёл, хотя и не ожидал от знакомого мусорщика такой покупки. Нехорошая, вообще-то, покупка – честный пустотник не будет подменять опознавательный сигнал своего корабля. Макс быстро вскрыл панель и подключил устройство. Наживую, буквально скрутив провода – он ведь не собирался такой штуковиной пользоваться, потому и гнездо под неё не готовил. Тем не менее, определитель заработал. И, судя по всему, штатно. Теперь случайный встречный получит в ответ на запрос номер совсем другого корабля. Тоже креветки, но давно списанной.

– А что это ты делаешь⁈ – Макс даже позавидовал этому наивному любопытству. Хорошо быть идиотом! Всегда с оптимизмом смотришь в будущее.

– Сначала – посмотрим видео, – коротко бросил Максим, – А потом я тебе всё подробнейшим образом объясню, обещаю. Потерпи ещё немного.

Теперь, пока они в относительной безопасности, можно, наконец, расслабиться, и оценить, как глубока кроличья нора. В смысле понять, в насколько глубокой заднице они оказались.

Макс достал планшет и включил запись, сброшенную сержантом.

На видео был кабинет. Допросная, судя по стоявшему посредине столу. Камера висела где-то под потолком, охватывая всю комнату. Иван сидел на одном из двух стульев и оглядывался с видом глупым и любопытным. Как всегда, в общем. Потом открылась дверь и появился посетитель. Невысокий, лысоватый господин со старомодным портфелем из экокожи. Очень внушительный и серьёзный. Он отодвинул стул, удобно уселся, расположив перед собой папочку, и строго уставился на заключённого.

– Здравствуйте, – вежливо поздоровался Иван.

– Иван Иванов? – Не ответив на приветствие, спросил незнакомец. Даже не спросил, скорее, констатировал. Но Иван всё равно ответил утвердительно.

– Работаете вторым пилотом на «Креветке». Ваш начальник – Максим Ермаков.

– Всё верно, – Снова кивнул Иван.

– Где вы были в период с двенадцатого по семнадцатое ноября сего года?

– В рейсе, – ответил Иван. Видно было, что он чувствует себя очень неуютно. Как на экзамене.

– Где именно? – Уточнил мужчина.

– Мы чистили точку Лагранжа между Землёй и Луной. Точка L5 по международной классификации, – честно ответил Иван.

– Ничего необычного не заметили?

– Нет, – неуверенно ответил Иван.

– Вы уверены, Иван? – Вкрадчиво спросил мужчина. – Вполне осознаёте, что говорите?

– Д-да, – с запинкой пробормотал нейроумок. Собственно, с самого начала было понятно, что он посыплется. Но чтобы так быстро! Макс опять начал злиться.

Дядечка в пиджаке, между тем, не стал давить. Наоборот, смягчился.

– Скажите, Иванов, когда вы устроились на работу на «Краба»? – Зачем-то уточнил мужчина.

– Совсем недавно, около двух недель назад, – растерянно ответил нейроумок, и тут же обрадованно добавил: – Только не на «Краба», а на «Креветку»! Вы, должно быть, ошиблись! Для неспециалиста эти корабли похожи, но они значительно отличаются по грузоподъёмности и необходимому экипажу!

Вид у Вани был донельзя довольный – помог человеку, исправил ошибку. «Просто отличник, мать его!»

– Спасибо, я действительно перепутал. Вы большой молодец, что меня поправили! – скупо улыбнулся шпак. – Вам нравится работать на «Креветке»?

– Очень нравится! – Довольно улыбнулся Иван. – Это очень увлекательная работа! Столько всего происходит интересного! Столько общения!

– Вот как! Мне тоже очень интересно. Я, к сожалению, не являюсь пустотным работником, в космосе бывать не доводилось. Расскажите мне о вашем последнем рейсе. Должно быть, это было очень интересно. Тем более, он ведь должен был попасть не к вам, а к Алексею Беспалому, насколько я знаю. Мы с ним поговорили на эту тему, но мне не слишком понятно, как так получилось, что заказ попал к вам.

– О, это просто случайность! – Радостный, что может услужить собеседнику и развлечь его интересным разговором, вещал Иван. – Просто так сложилось, что команда Алексея взяла сразу два заказа на одно время…

Всё, в общем, выложил. И про полёт рассказывал во всех подробностях, и про сбор мусора – ни одного добытого обломка не забыл, демонстрируя, какая у него отличная память.

– А когда вы заметили тот контейнер? – Переспросил лысый с папочкой.

– На четвёртый день, во второй половине дня! – Сказал Иван. – Он шёл в сторону Солнца, немного не касаясь нашей зоны очистки, но Максим, мой начальник, решил, что это не слишком большое нарушение… ой!

Очень он расстроился, что проговорился. Но лысый его тут же успокоил. И расспрашивал дальше. Подробно. А Ваня уже и не пытался ничего скрывать – всё рассказывал в подробностях. На все уточняющие вопросы отвечал. И, кстати, судя по уточняющим вопросам, корпорат был уверен, что они не случайно нашли этот контейнер.

Макс остановил воспроизведение и с силой потёр лицо. Обвели вокруг пальца как ребёнка. Хуже, чем ребёнка. Даже пятилетний не купился бы на такое. Да что там! Даже виртуальный помощник на раз раскусывает такие уловки. Всё выложил, до последнего.

На Ивана Максим даже не злился. Глупо и бессмысленно. Сам виноват, что решил его засадить. Обезопасил, тоже мне. И оправдания в стиле «никто же не знал, что на находку отреагируют так резко» – это только оправдания.

«Ты просто повёлся на простое решение. Ещё и радовался – целых восемь дней отдохну от этой занозы в заднице. Ну как, отдохнул?» – Корил себя Макс.