Текст книги "Направо от Юпитера (СИ)"

Автор книги: Матвей Курилкин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 19 страниц)

Глава 12
Максим Ермаков, некондиция

Сектор обучения тоже был полностью изолирован. Все входы и выходы перекрыты, причём не только для Макса с Иваном, но и для обучающихся – это Иван выяснил, просто спросив у ребят. Собственно, они за всю жизнь вообще ни разу не покидали этих двух помещений.

Сейчас молодые нейроумки разошлись по классам и тренажёрам – где-то по десять человек на класс. Макс приготовился наблюдать – особенно сильно его заинтересовал класс с истребителями. Десять тренажёров, похожих на кусок кабины космического корабля выглядели очень завлекательно – Ермаков даже начал прикидывать, не получится ли самому в одну из таких залезть, чтобы попробовать. Но даже попытаться не успел, потому что по сектору разнёсся знакомый сигнал «общая тревога». Такая сирена обычно звучит, если на станции авария. При разгерметизации, например, или при отказе системы вентиляции. Но Макс, конечно, даже не подумал, что это из-за аварии.

– Ну вот. Нас заметили, и сейчас накажут. – Расстроился Иван.

– Хана нам, – согласился Макс.

Они с напарником невольно заметались в поисках укрытия. Нейроумок привычно рванул под парту.

– Да твою ж мать, Ваня! Что ты как страус? У тебя задницу видно! – Рявкнул Максим. Он тоже пытался найти хоть какое-нибудь укрытие. – Кто так строит, блин? Кто так строит⁈ Хоть бы кладовку завалящую, хоть бы шкафчик!

– Что же делать? – Иван всё-таки вылез из-под парты.

– Да уже ничего. Будем защищаться. Словесно, понятное дело, физически-то точно не получится.

Нейроумки без суеты, но быстро выбегали из классов и выстраивались в привычную шеренгу. Видно, что отработанное упражнение – и минуты не прошло, а уже все стояли в строю. Одинаковые ростом, и лица похожи. Не только чертами, но и выражениями – воодушевление, нетерпение, лёгкая примесь тревоги. Макс с Иваном в строй вставать не стали, остались в сторонке. Хотя Иван явно дёрнулся последовать вместе со всеми, да и Максим себя поймал на мысли, что не против оказаться среди коллектива. Просто чтобы не выделяться, мимикрировать. Удержался – решил, что эта попытка будет смотреться жалко, и всё равно ничего не изменит.

В секторе появились сотрудники корпорации. Нейроумки, и без того стоявшие по стойке смирно, постарались вытянуться ещё выше, принять ещё более бравый вид. Макс с Иваном тоже встали в строй. Не потому, что вдруг перевесило желание слиться с коллективом. Это кто-то из безопасников заметил непорядок, подошёл, злобно вытаращил глаза и очень красноречиво погладил висящий на поясе шокер. Аргумент был убедительный, Макс счёл за лучшее послушаться.

«Кто-то важный», – сообразил Ермаков, рассматривая новоприбывших. Не всех, понятно. Двое – обычные сотрудники службы безопасности, так что смотреть на них было неинтересно. А вот последний выделялся. Какая-то шишка. Костюм дорогой. Из той же ткани, что и одежда курсантов, но не форма, а именно костюм. С галстуком, платиновыми запонками, поблёскивающими мелкими бриллиантами. Из-под рукава пиджака выглядывали иностранные часы Ролекс, золотые, конечно же. Пафосно до невозможности, сразу видно – господин и хозяин жизни. И взгляд такой… неприятный.

На нейроумков он смотрел как обычно смотрят граждане с высокими доходами и недостижимым социальным рейтингом на рядовых граждан. То есть, как на ресурс средней паршивости. Зато сами нейроумки явно пребывали в восторге. Пытались ловить взгляд господинчика, выпячивали грудь, показывая, какие они бравые и готовые исполнить всё, что повелят, без сомнений и раздумий.

Если на нейроумков господин большой босс смотрел лишь с лёгким раздражением, то Макс с Иваном и вовсе вызывали у него изжогу. Это если судить по выражению лица, так-то он ничего не сказал. Вместо этого слегка приосанился, придал лицу выражение возвышенное и пафосное, и сказал:

– Курсанты! Сегодня – знаменательный для вас день. – Даже голос изобразил торжественный. – Ваше обучение закончено. Вас всех сочли готовыми к исполнению вашей миссии! Сегодня вы отправитесь на место службы. Я надеюсь, вы не посрамите родную корпорацию, которая дала вам всё.

– Вы будете гордиться нами, господин глава! – Рявкнули курсанты. Совсем не так, как в армии – с настоящим энтузиазмом и восторгом.

– Я верю вам, курсанты. И надеюсь, вы не подведёте моего доверия. Сейчас у вас свободное время, а потом – праздничный обед. После этого вы должны быть готовы к торжественному смотру перед лицом заказчика. Вашей группе повезло, курсанты – он лично прибыл, чтобы посмотреть на таких бравых ребят. Я рассчитываю, что вы произведёте на него благоприятное впечатление. Надеюсь на вас. А сейчас – свободны.

По строю нейроумков прокатился восторженный вздох – другим способом выказывать свою радость они не решились.

– Господин глава! Старший курсант Марков! – Выступил вперёд знакомый нейроумок. – Разрешите обратиться!

– Что ещё, старший курсант? – Поморщился глава. Он определённо не стремился отвечать на вопросы. Торопился, судя по краткости речи.

– А как же выпускные испытания, господин глава? Мы ведь занимались по сокращённой программе причём сократили её нам всего несколько недель назад! Группа двадцать почти завершила обучение, однако на завтра и послезавтра у нас были назначены экзамены. Нам говорили, что до их успешного прохождения мы не можем считаться полноценными служащими корпорации!

– Я уже выяснил ваши текущие результаты, и считаю, что в экзаменах нет необходимости, – господин глава выглядел недовольным. – Это лишь формальность, которая подтвердит уже и без того известное – вы все прекрасно прошли обучение, и полностью готовы представлять корпорацию на территории заказчика. Больше нет вопросов? Свободны!

Курсанты разошлись только после того, как руководство ушло, и только потом отправились в жилой сектор. Макс с Иваном – вместе с ними.

– Интересно, куда их отправят? Я что-то вообще теряюсь, – признался Макс. – Он сказал «представлять корпорацию на территории заказчика». То есть ещё и заказчик какой-то есть? У вас обучение так же заканчивалось?

– Нет, – покачал головой Иван. – Очень много различий. Нас учили другому. А ты заметил, что у них даже нет курсов социальной адаптации? Искусственнорождённые нуждаются в дополнительном обучении. Нас сначала в совсем юном возрасте учили человеческим привычкам и повадкам, а потом ещё после основного обучения целый год мы изучали человеческое общество. А они ещё совсем юные. Очень странно.

– И опять на нас внимания не обратили, – добавил Макс. – То есть я не против – всё лучше, чем допрос. Не пойми неправильно, мне не нравится, когда меня бьют. Но это как-то даже обидно!

В столовой уже всё было готово для праздничного обеда. Который, если честно, очень мало отличался от обычного – те же рационы, только на десерт каждому досталось по крохотному пирожному. Безе. Максу такие не нравились, а вот нейроумки смаковали их, как величайший деликатес. И они уже не особенно стеснялись чужаков, так что между собой разговаривали вполне открыто. Обсуждали отсутствие выпускных экзаменов. Кстати, далеко не все этому радовались. Кто-то даже высказался, что без них он не чувствует себя настоящим сотрудником корпорации. Другие возражали, что это уже недоверие к главе, а значит, недопустимо. Если глава сказал, что они достойны, значит, они достойны.

Старший курсант решился обратиться к Ивану:

– Господин лейтенант, а вы отправитесь с нами к заказчику? Я ведь правильно догадался, что вы прибыли к нам не просто с инспекцией, а чтобы присмотреться к будущим подчинённым? Я думаю, вы с господином капитаном захотели оценить наш потенциал лично, раз уж мы не сдаём выпускные испытания!

И улыбнулся, довольный своей проницательностью.

– Это пока неизвестно достоверно, старший курсант, – дипломатично ответил Иван. – Как руководство решит.

После обеда, радостные и воодушевлённые курсанты поспешили построиться перед выходом из жилого сектора. Судя по физиономиям – каждый был в предвкушении. Некоторые даже делились предположениями, что увидят там, за пределами их жилища. Это ведь большой мир! Общая зона станции!

Двери мигнули зелёным, и открылись. Курсанты строем зашагали из жилой зоны. Некоторые оробели – страшно покидать место, в котором прожил всю жизнь.

Макс с Иваном опять не знали, что им делать. Но и сейчас за них всё решили. В опустевший жилой корпус заглянул кто-то из безопасников и обнаружил пленников.

– А вы чего? Ну-ка на выход, за остальными! Давно шокером не получали, дебилы? На смотр, живо!

– Но мы же не проходили обучения! – Изумлённо сообщил Иван.

– Да мы вообще не нейроумки! – Возмутился Макс. – В смысле не здешние нейроумки! Это вы, дебилы, нас сюда засадили два дня назад! Что, вообще, происходит-то? Нас допрашивать собираются или нет?

– Да, точно, чтоб вас… – Поморщился безопасник, и потянулся к коммуникатору:

– Командир, с двумя гостями что делать? Которых вчера притащили. Жилой корпус на консервацию до новой партии ставят, а этих-то куда девать? Их же там, вроде, допрашивать должны были?

– Да я в душе не знаю, зачем нам Шурик их прислал! Это те, которые девятнадцатую партию обнаружили. Думали, шпиёны, а они лохи случайные. Там просто замок у китайского контейнера заглючил, когда перед таможней его сбрасывали. Ещё и контейнер своим ходом на солнце отправили, думали, прокатит. Сто раз говорили им – не заказывайте китайское говно! Нет, сэкономили блин. Рушников, куркуль, доэкономился. Глава был в такой ярости, что велел в расход пустить. Только пользы-то с того? Теперь всё равно разбирайся с недостачей.

– Так этих-то куда?

– Да тоже в расход, нахрен они нужные… хотя стой. Запиши их в общий списочный состав группы, и пускай катятся. Хоть немного недостачу уменьшим.

– Лады, – буркнул безопасник, и повелительно махнул рукой пленникам.

– Сами слышали, какой у вас выбор. Будете качать права – никуда не полетите. И здесь вы тоже не нужны, ясно? Так что шагайте, не капризничайте… хотя стоп. Надо вас к общему виду привести. За мной, быстро, а то опоздаем.

«К общему виду» – это он стрижку имел ввиду. Никакой отдельной парикмахерской на станции не было, безопасник просто затащил их в комнату охраны, нашёл у кого-то в столе триммер, и шустро, в несколько движений, подстриг, оставив стандартный ёжик на голове.

– Во, теперь вообще не отличишь. Для заказчика-то вы точно на одно лицо с курсантами будете. Нормально.

Макс глянул в зеркало над умывальником и вынужден был согласиться. В стандартной форме он теперь был похож и на Ивана, и на других нейроумков. Постарше немного, но в целом различия не критичные.

Времени, судя по всему, оставалось совсем немного, так что им с Иваном даже толком умыться не дали. По коридору бежали бегом, подгоняевые нервничающим безопасником. Макс с тоской выхватил взглядом табличку «Пункт дальней связи».

Уже через пару минут они стояли в шеренге восторженных юных нейроумков, готовые к смотру. За отсутствием на станции плаца, они стояли прямо в доках – там больше всего свободного пространства.

А потом появился заказчик. Вышел из шлюза – видно, только что прибыл. И встречал его сам глава.

Что-то было не так. Макс не сразу сообразил, что именно, но глаз всё время цеплялся за мелкие несоответствия.

Мужчина. Высокий – аж на голову выше не самого маленького главы. Смуглый. Даже не так. Оттенок кожи как будто красноватый, как у индейцев. Тёмный, кирпично-красный цвет. Макс поначалу решил, что этот мужик ухитрился получить космический загар, оказавшись на солнце в скафандре без специальных фильтров. И волосы у него какого-то странного оттенка. Будто бы слегка голубовато-зелёные, цвета морской волны.

«Красится, что ли?» – Мозг автоматически искал объяснения для всех несоответствий. Однако, чем ближе к шеренге нейроумков подходил заказчик, тем сильнее Ермаков убеждался – что-то не так.

Черты лица неправильные. Слишком идеальные, слишком симметричные. Настолько, что вместо восхищения вызывают лёгкое отторжение. Как будто он неживой.

«Может, робот? – Думал Максим. – У нас раньше делали таких, а в некоторых странах и до сих пор… как вон у корейцев. Нет. Слишком живая мимика. Никто не станет конструировать роботу все мимические мышцы! Если это не секс-робот, конечно».

Макс обратил внимание на одежду. Тоже странная и непривычная. Похоже на пустотный скафандр – такой, каким его рисовали некоторые фантасты. Совершенно нефункциональный – слишком плотно облегает тело чёрная ткань, шлем с откинутым ныне забралом тоже слишком маленький. И полностью отсутствуют ёмкости с дыхательной смесью. В земных скафандрах они распределены внутри оболочки, позволяя избавиться от слишком громоздких баллонов за спиной, но тут и распределить негде. Теоретически, вроде бы, можно, но… нет, слишком мало места. Таких материалов просто не существует.

Ещё заказчик слишком хорошо двигался. Плавно. Стремительно. Без единого лишнего движения.

«Может, боец хороший? Какой-то китаец… хотя какой, нахрен, китаец с таким разрезом глаз⁈ Черты лица какие-то странные. Правда, что ли, индеец? Или, может, индус?»

Нет, он не был похож ни на индуса, ни на индейца. Вообще ни на кого не был похож. Разве что на картинку из японских мультиков, по крайней мере, разрезом глаз и размером. Этакий прекрасный демон из какой-нибудь анимешной фантастики.

Несмотря на идеальную внешность заказчик вызывал какую-то подспудную настороженность. Макс почувствовал, что ему страшно смотреть на этого типа. Как будто перед ним сейчас ходит что-то чужое. Чуждое.

Глава что-то сказал на языке, которого Максим не узнал. Он, конечно, тот ещё полиглот, но хотя бы примерно из какой части света это наречие должен был догадаться. Но здесь ничего знакомого. Странный язык. Он скосил глаза на Ивана – то же недоумение, что и у него самого. В глазах ноль понимания.

– У тебя омерзительный акцент, – заказчик скривился презрительно и ответил на русском. – Когда я тебя слушаю, мне начинает казаться, что ты недоразвит ментально. Лучше говори со мной на вашем языке.

Голос у него был бархатный, как у профессионального певца, но в нём проскальзывали жёсткие, металлические нотки. И интонации неправильные.

Несоответствия, наконец, сложились в одну, общую картину, и у Макса в голове вспыхнуло озарение. Не человек. Сейчас он готов был поставить свою «Креветку» против ржавого гвоздя, что перед ним не человек. Неизвестно, кто это, но он совершенно точно не с Земли. Похож на человека, даже очень.

«Баста карапузики. Ну всё, хана нам. Хтоническая жопа, и мы в самом средоточии. Это ж чужой! Нас пытаются продать инопланетянину! Впарить некондицию, в довесок, чтобы немного уменьшить недостачу! Во что мы, нахрен, вляпались?»

По спине скатилась струйка пота. Байки об инопланетянах ходили всегда. Даже когда человечество ещё и не думало выбираться в космос, уже тогда ходили истории о зелёных человечках на летающих тарелках. После того, как земляне смогли покинуть свой шарик, ничего не изменилось. Наоборот, подобных историй стало даже больше. Где-то кто-то что-то видел, да только регистрирующая аппаратура ничего не записала. Или записала, но там всё равно ничего непонятно. Одно время среди пустотников даже ходили почти анекдотичные истории про каких-то мелких гуманоидов с хоботками, которые похищали людей и что-то пытались у них добиться. Но, дескать, языковой барьер не позволил пообщаться, и те отстали и исчезли.

До сего момента Макс был уверен – всё это байки. Слишком ненадёжные свидетельства. Нет, может, и есть где-то какая-то разумная жизнь, но в Солнечную систему никто не прилетал. Иначе уж точно бы заметили – если не самих инопланетян, то последствия их прилёта.

«Ну вот, прекрасное подтверждение, что ты идиот, дорогой скептик, – констатировал Максим. – И что ты собираешься делать с этой информацией? Особенно, учитывая, что в ближайшее время ты рискуешь познакомиться с этими самыми инопланетянами очень близко. Интересно, почему он так на человека-то похож? Неужто конвергентная эволюция? Или байки про внеземное происхождение человечества – правда?»

– Ты задержал обещанную партию, и теперь предлагаешь это, – заказчик скривился, и махнул рукой на шеренгу гордых нейроумков. – По-твоему я не вижу, что это дети? Что я должен с ними делать? Вытирать сопли? Мне нужны работники и воины, человек. Кого ты пытаешься мне продать?

– Уважаемый Элрик ю Солас! По нашим расчётам эта партия будет вам даже более полезна, чем предыдущие. Молодость позволяет им быть более гибкими, повышает адаптивность. Вы утверждали, что прежние партии слишком закостенелые, и слишком сильно полагаются на инструкции. Мы использовали экспериментальную методику при обучении новой партии служащих, и уверены, что теперь эти недостатки будут нивелированы! К тому же в комплекте с этими служащими идут два опытных командира старшего возраста. Они будут помогать в адаптации, и улучшат взаимодействие между вами и служащими! Уверен, вы будете довольны! В то же время, если вам покажется, что наша новая методика даёт худший результат, мы всегда можем вернуться к прежней! Господин ю Солас, к сожалению, у нас не хватило времени, чтобы протестировать всесторонне новую партию, но это не наша вина! Вы сами поставили жёсткие сроки. Именно поэтому чуть не произошла эта досадная задержка – мы едва успели!

Макс слушал, и с трудом держался, чтобы не заржать.

«Во заливает! Вроде, глава корпорации, а ведёт себя как торгаш, который пытается впарить покупателю бракованный товар! А какой гордый и аристократичный был, когда на нейроумков смотрел! И не поверишь, что такой спесивый мужик может так тщательно вылизывать чью-то задницу! А с той партией, которая должна была отправиться заказчику, мы с Ваней совсем недавно познакомились. Со всеми ста двадцатью. Зараза, мне уже тоже хочется убить того идиота, который заказал китайские замки на контейнер. И теперь этот лоснящийся урод пытается отправить ему недопрошедших обучение нейроумков! И нас заодно. Да он осатанел, что ли? Какие, нахрен, командиры⁈ Может, сказать всё как есть инопланетянину?»

Макс вдруг заметил одного из безопасников. Тот стоял за спинами у чужака и главы. В руках у него был ствол. Какое-то незнакомое оружие, Макс даже предположить не мог, что это. Мог только с уверенностью сказать – этот ствол направлен прямо ему в лицо. И безопасник на него смотрит очень внимательно.

«Ладно, намёк понял. Резать правду матку не будем. Надеюсь, Ваня тоже промолчит».

Дослушав главу, инопланетянин на секунду остановил взгляд на Максе и Иване. Поморщился недовольно.

– Вы задержали очередную поставку. Оплату получите тоже с задержкой. Только после того, как мы убедимся, что ваш эксперимент удался.

– Но как же, господин ю Солас⁈ – Мы ведь честно выполняем условия сделки, и даже стараемся улучшить результат! Это не наша вина…

– Я ведь могу обратиться и к другим, – остро взглянул на главу инопланетянин. – Может быть, они не станут юлить и изворачиваться, как ты? Будут больше благодарны за то, что высший разум обратил на них свой взгляд?

– Господин ю Солас, в этом нет ровно никакой необходимости! – Тут же сдал назад глава. – Вы будете полностью удовлетворены работой этой партии слуг! Они не подведут, обещаю вам! Вы правы, мы действительно задержали поставку, так что будет справедливо, если оплата так же поступит с задержкой.

– В таком случае я улетаю. Очень надеюсь, что ваши слова окажутся правдой. Это ведь и в ваших интересах. И я рассчитываю уже завтра услышать, что новая партия отправлена.

Глава ещё раз расшаркался перед чужаком и заверил, что новая партия будет выслана без задержек, после чего инопланетянин ушёл обратно в тот шлюз, через который появился. Максу стало донельзя любопытно посмотреть на его корабль. Что-то ему подсказывало, что он увидит нечто совершенно незнакомое.

Как только двери шлюза закрылись за инопланетянином, глава «Росперраза» тоже ушёл, даже не попрощавшись с нейроумками. Должно быть, слишком вымотался после трудных переговоров.

«А ведь он его боится! – Сообразил Макс. – В смысле не деньги потерять, и не того, что перед ним чужак. Судя по всему, знакомы они давно, так что уже должен был привыкнуть к странной внешности и поведению. Глава боится его так, как младшеклассник боится злобного старшака. Такого, который и деньги может отобрать, и люлей навешать. Тьфу, о ерунде думаешь! Нам-то что делать⁈».

Один из безопасников скомандовал курсантам возвращаться обратно в жилую зону, и пошёл с ними. Макс с Иваном уныло побрели следом за курсантами, безопаснику даже не пришлось подгонять. Ермаков судорожно глядел по сторонам, пытаясь найти хоть какой-то выход. Отправляться в рабство к инопланетянам ему совершенно не хотелось.

«Это не правительство. Иначе им бы не пришлось сбрасывать контейнеры, чтобы обойти таможню, – рассуждал Макс. – И сейчас тоже не пришлось бы скрывать, что это их контейнер. Судя по всему, как-то ухитрились наладить частные контакты. Интересно, чем платят чужаки? Если верить истории, негры в своё время своих товарищей продавали за оружие и стеклянные бусы. Тут та же фигня? Скорее всего, технологии. Откуда-то появилась эта новая ткань. „Росперраз“ её и разработал, точно, как я мог забыть? Только, видимо, не совсем разработал, а просто освоил производство. Наверное, не только её. Наверное, государству нашему будет интересно узнать, что творит корпорация „Роснано“ и её дочка „Росперраз“ прямо у него под носом. Надо только передать сведения. Вот только как⁈ Нас сейчас опять закроют!»

Макс слегка притормозил, пропуская вперёд остальных. Иван недоумённо оглянулся, но Ермаков махнул рукой – иди, дескать.

– Командир, ты хоть расскажи, нас куда везут-то? – обратился он к безопаснику. – Понял уже, что к инопланетянам куда-то. В другую систему? Мы сколько лететь-то будем? Мы ж вообще тут не при делах, мужик, будь человеком!

– Ну, нам не докладывают! – Огрызнулся безопасник. – База у них где-то здесь, за поясом. Туда мы доставляем на своих кораблях. Сам понимаешь, за пределы системы мы пока не вылезем, слишком медленные. А куда вас оттуда потащат, я в душе не знаю. И сдаётся мне, у нас этого никто не знает. Так что радуйся, скоро ты будешь знать больше, чем даже глава корпорации!

– Угу, очень вдохновляет, – кисло улыбнулся Макс.

– Нечего было лезть, куда не просят, – пожал плечами безопасник. – Тебя кто заставлял контейнер с девятнадцатой партией перехватывать? Сам решил гражданскую сознательность проявить, ну вот и наслаждайся теперь.

«Ну да, ну да. Дурак, не спорю. Интересно, им всем нормально вот так, предателями быть? Они ж фактически в обход всей страны торгуют с чужаками. Людьми торгуют. Нейроумками, конечно, но всё равно – людьми. Землянами. Хотя о чём я, тех же негров вспомнить – ничего их совесть не грызла, когда соплеменников за океан отправляли».

Макс снова догнал напарника – тот уже и так начал притормаживать, не желая отрываться от товарища. Впереди показалась вывеска пункта связи. Как раз в этот момент дверь открылась, и в коридоре показалась средних лет тётенька, сжимающая электронный ключ, заспешила куда-то навстречу потоку. Только коридор слишком узкий, и далеко пройти она не сумела – нейроумки пёрли вперёд, и не собирались с ней расходиться. Только пялились на женщину, как будто впервые видели такое чудо.

– Ваня, у нас один шанс, – тихо, сквозь зубы процедил Ермаков. – В жилую зону нам возвращаться точно нельзя, ты ж понимаешь?

– Что мы будем делать? – Прошептал Иван.

– Давай, не тормози. Чуть ускоримся, – коротко велел Макс. Тётушка так и стояла, прижавшись к стене и пропуская мимо плотную гурьбу нейроумков. Отвечать ей никто не спешил. Они с Иваном обогнали идущую впереди пару курсантов. Точнее, протиснулись. – Я сейчас сам, ты только поддержи. Стой за спиной, чтобы не особо видно было…

Когда они поравнялись со связисткой, Макс чуть мотнулся в сторону и чувствительно толкнул женщину в плечо – так, что она чуть не упала.

– Ох! Глубочайше извиняюсь, мадам! – Ермаков постарался включить всё своё обаяние. Получилось! Тётка выронила ключ-карту! – Вы меня извините, ради бога, я вас просто не заметил!

– Да ничего страшного, – растерянно ответила женщина. – Совсем забыла, что у нас очередное корпоративное мероприятие. Вечно у нас, то перекрывают, то не перекрывают. Хоть бы расписание какое выложили, а то эти распоряжения вечно не вовремя приходят! У меня обед, вообще-то!

– И не говорите! Сплошной бардак! Идейный разброд и организационная неразбериха! – Посетовал Макс, аккуратно наступая на ключ-карту. – Ещё раз прошу прощения! Служба!

Он шаркнул ногой, отправляя ключ скользить дальше, потом наклонился и подхватил его пальцами. Ещё несколько шагов. Приложить ключ к замку. Дверь открылась, и они внутри!

– А нас не убьют? Вдруг заметят? – Обеспокоенно спросил Иван. – Они же говорили…

– Не должны. Мы быстро. Смотри, какая толпень. Да и хрена с два нас теперь убьют. Заказчику уже показали. Мы теперь нужные. У нас, считай, индульгенция. Короче, Вань, ты на шухере стоишь!

Пункты дальней связи – это особенность дальних станций. На околоземных такого не требуется, там с Землёй и так можно связаться. Но всё, что за орбитой Луны и, тем более, на гелиоцентрической, уже немного оторвано от мира. Но не совсем. Есть особенно мощные, направленные передатчики, так что позвонить можно даже на Землю. Задержка, конечно, неудобная, больше секунды, но говорить можно.

Макс бросился к терминалу. Никогда раньше такими не пользовался, но разобраться нетрудно. Он принялся шустро тыкать в кнопки. Так, 112. Есть.

– Вы дозвонились до единой службы спасения! Пожалуйста, оставайтесь на линии и дождитесь ответа оператора! Уведомляем вас об уголовной ответственности за ложные вызовы и хулиганство. Все разговоры записываются. – Ответ робота прозвучал музыкой.

– Жду, милая, очень жду! – Нетерпеливо поторопил Ермаков.

Несколько томительных секунд тишины, и вот, в динамике раздался усталый голос оператора

– Служба 112, что у вас случилось?

– Здравствуйте, девушка. – Скороговоркой, но чётко начал Макс. – Меня зовут Максим Сергеевич Ермаков, со мной Иван Иванов. Нас похитила корпорация «Российские перспективные разработки». Мы сейчас находимся на их станции. Нас собираются продать в рабство инопланетянам!

– Молодой человек, вас ведь предупреждали об уголовной ответственности за хулиганство? Ещё раз позвоните, будете отвечать перед законом! – Голос девушки на той стороне звучал возмущённо.

– Девушка, я не вру! Посмотрите, мы с Ивановым недавно в розыске были! Это не потому что…

– Проспитесь, и больше не злоупотребляйте! – Отрезала оператор, и связь прервалась.

– Знаешь, Максим, мне кажется, надо было как-то по-другому сформулировать нашу проблему, – Начал рассуждать Иван, но тут дверь открылась, и в комнату связи ворвался безопасник.