Текст книги "Мастер врат (СИ)"

Автор книги: Маркус Кас

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 17 страниц)

– Как постоянному клиенту, вам скидка! – ворвался в мои мысли возглас продавца. – Специальное предложение. Три по цене двух!

– Давайте, как постоянному клиенту, один по цене одного, – улыбнулся я. – И разойдёмся с миром.

Парень погрустнел, но сообразительно закончил с предложениями. Я вышел на улицу обладателем кулона с водным аквамарином, а продавец всё же сунул мне в руку какие-то листки.

Утро было таким свежим и солнечным, что я невольно замедлился, щурясь на блестящие после влажной уборки мостовые. Мимо спешили прохожие, а я просто наблюдал за городским ритмом, в который раз наслаждаясь душой столицы. Улыбки! Вот показатель хорошего города. Когда люди улыбаются в ответ. Пусть не останавливаются, но видя такого, как я, – стоящего посреди тротуара и радующегося не пойми чему, просто улыбаются.

Это же как цепная реакция. Из улыбок. Люди любят улыбаться, это приятно. Но нужен повод, хотя вот такой глуповатый вид случайного встречного. Который просто стоит и улыбается.

Магия. И физиология.

Лекарь, что был при царе, как-то раз мне рассказывал про этот удивительный эффект. Что, когда ты начинаешь улыбаться, то задействуется множество мышц и процессов в организме. Гормоны там, и прочие сложные штуки. Но главное – работает.

И оно работало.

Я стоял, меня огибали люди, я улыбался, и они улыбались в ответ. А в голове зрел новый план.

Лаборатория мала для экспериментов. Нужен полигон, достаточно большой и пригодный для стихии. Целый залив. Водный простор, наполненный силой, и безопасный. Если быть осторожным. А я всё же пообещал деду им быть.

Нужно выйти в море.

Мне пришло сообщение, и я прочитал его несколько раз, не сразу осознав. «Цель на месте». Только когда я сообразил, что телефон в руках не мой, то вспомнил. Сытный рынок, шпион при купленной мной лавке и Усач.

Что же, на час можно отложить морскую прогулку. Впереди весь день. Занятия у меня сегодня не было, так что времени полно. Я зевнул и потряс головой. Ладно, ещё дневной сон в расписание нужно добавить. Значит – на рынок, вздремнуть, пообедать и накачать аквамарин силой стихии. Отличный план на день.

Прежде я заехал домой и преобразился. Маскировка под портового щегла, иначе и не назовёшь, была несложной в повторении. На морок всё же полагаться нельзя, кто знает, какие вещицы будут при гостях. Силу лучше приберечь на тяжёлый случай.

То, что план немного усложняется, я понял загодя.

Звуки, которые я услышал, не оставляли сомнений – кого-то усердно дубасят. Сдавленный стон, ритмичные приглушённые удары, снова стон. Я и уже догадывался кого.

Жертвой, конечно же, стал Смазливый.

Бедолагу, лежавшего возле двери моей лавки, били ногами. Незлобно и несильно, но очень методично. Вокруг не было ни души, все попрятались, а посетители разворачивались, издалека видя потасовку.

Рыночная улочка словно вымерла.

Я остановился рядом, но на меня не сразу обратили внимание. Впрочем, специально. Смазливый весьма профессионально сгруппировался, а напавшие не лютовали, удары наносили болезненные, но не смертельные.

Мне, безусловно, хотелось переломать им руки.

Но тогда нападут на меня, и закончится всё быстро. Скорее всего, Усач ко мне сам не приблизится, подошлёт уже не подобных циркачей, а кого серьёзнее. И не выйдет у нас беседы вообще.

Снова подумав, что возможно стоит прийти к нему в тенях, я всё же повременил.

Мужчине я обеспечу лучшее лечение и компенсацию. Лёгкое касание магией жизни подтвердило – никаких серьёзных ран. Синяки, треснуло ребро. Он, кстати, почти не чувствовал боли. Опять пребывал в нетрезвом состоянии.

– Что происходит? – я перемешал в голосе напускную грозность и опаску.

Так, главное помнить – я молодой, дурной, но поддающийся влиянию «сильных мира сего». В масштабе рынка, но тем не менее очень-очень сильных. Страшно, короче говоря.

Как ни странно, избиение остановилось, но никаких насмешливых или угрожающих реплик в мою сторону не последовало. Зато откуда-то появился сам хозяин рынка. Уж не знаю, давно ли он стал поддерживать своё прозвище внешне, но усы у него и правда были внушительные. Я аж загляделся.

Густые, блестящие и начёсанные так, что вполне могли стать оружием.

Авдей Миронович Пискалёв глядел на меня как-то по-доброму, по-отечески. Цепко осмотрел одежду, чуть задержал взгляд на руках, оценив их ухоженность. То есть неспособность к драке. Сочувствующе вздохнул и очень проникновенно спросил:

– Вы и есть новый владелец «Царской дичи», юноша?

Хамство, но тоже проверка.

– Да, – уверенно заявил я и добавил уже тише: – А что происходит? Я честно…

– Не торопитесь, – мягко улыбнулся Усач, отчего его выдающаяся растительность приподнялась и ощетинилась. – Боюсь, вас не посвятили в некоторые детали при заключении сделки. Не обманули, не подумайте! Здесь все исключительно честные люди. Уж я за этим строго слежу. Хотя, увы, не все соблюдают правила досконально… Вот о них, о правилах то есть, нам и нужно поговорить. Согласны?

Он многозначительно посмотрел на Смазливого и вновь улыбнулся.

Я очень постарался проникнуться и испугаться. При Усаче действительно был мощный артефакт. Я ощутил, как меня обволакивает и прощупывает магия. Однозначно ментал и что-то ещё.

Любопытно.

Ладно, два часа. А потом спать.

Глава 13

В прошлой жизни, в одном из дальних походов был с нами опытный менталист.

Высокого ранга он не получил, но ему и не требовалось. Точнее, было не так интересно, как познавать всякие уловки и манипуляции вне магии. Он буквально мог ввести человека в транс, совершенно не прибегая к источнику силы.

Мастер магии разума занялся подобными изысканиями ради развлечения, достигнув определённого могущества с аспектом. Потом ему стало скучно, вот он и нашёл себе занятие по душе, как говорится.

Мне же, как человеку, который всегда был любознателен, рассказывал об этом с удовольствием. Что мне в будущем весьма помогло в самых разных ситуациях.

Как, например, и сейчас.

Авдей Миронович Пискалёв был чертовски хорош в сфере психологического давления. Уже не знаю, где он набрался таких знаний. Может, благодаря опыту управления рынком, а значит, и множеством людей. Или специально учился.

Но в арсенале Усача было немало приёмов.

Я в какой-то момент даже чуть не забылся от своего рода восхищения. Не тем, что он делал, а тем, сколько умел. Во благо бы это ещё, а не для запугивания…

Ну да ладно, мир идеален настолько, насколько этого хочется.

В ход пошло всё – от прощупывания, вызывания доверия, привязки до раскачивания, дезориентации, расщепления и прочих вещей, способных превратить рационального человека в марионетку.

Всё время, пока мы беседовали, я ощущал слабое воздействие артефакта. Но уже не на меня, а на хозяина. Вещица усиливала его умения.

И я понял, в чём причина его безнаказанности. Ловкое, я бы сказал профессиональное, манипулирование и усиливающий это артефакт. Моя прежняя теория о том, что устройство прогнозирует поведение, оказалась неверной.

Несмотря на то что на разговор он меня вынудил угрозой, дальше пошло по классической схеме. Вкрадчивый спокойный голос, считывание базовых ценностей и так далее. Даже моё любимое, с тремя «да» было в первом же акте этого представления.

Когда ты соглашаешься с чем-то очевидным, с чем не поспоришь, несколько раз подряд. А потом и со следующим утверждением, уже по привычке. Вроде «договариваться лучше, чем конфликтовать», «всем нужна уверенность в будущем и безопасность» и так далее.

И ты незаметно втягиваешься, меняя отношение к собеседнику. Разумные ведь вещи говорит.

Мило.

– Понимаете теперь, как я переживаю за своё дело? – вздыхал он, пока мы сидели в моей лавке, а снаружи стерегли вход его охранники. – Порой вынужден делать то, что может быть воспринято с неприятием. Исключительно ради общего блага.

К этом времени мы уже долго разговаривали. И большинство людей прониклось бы и сдалось.

Я тоже проникся, но идеей сдать его Баталову, где умения Пискалёва пригодятся. От первоначальной мысли размазать его я отказался. Да, подлец. Да, испортил жизнь многим хорошим людям. Но месть и возмездие – понятия разные. Растоптать или заставить расплачиваться – разница большая.

Однозначно Роман Степанович найдёт для него применение. Только возьму слово, что никаких поблажек в виде уютной камеры и подобного.

Ментальное воздействие такого рода каралось сурово, вплоть до казни. А вот психологическое… Мол, сам виноват, если купился. Несправедливо, как по мне. Без знаний механик противостоять практически невозможно.

В общем, слушал я его и усиленно делал вид, что поддаюсь.

При выбранной маскировке это было проще. Примерив на себя чужой образ, я и стал другим человеком, с определёнными слабостями и страстями. Отделять себя от них было несложно.

Для убедительности я посопротивлялся, взывая к логике и своим убеждением. Ну, убеждениям портового парнишки, считающего, что он познал жизнь.

– Как же я вас понимаю, Василий, – участливо сказал он, обращаясь ко мне выдуманным именем. – Сам раньше также заблуждался, слушая неопытных и безграмотных советчиков. И вы, смотрю, наслушались таких…

– И что же делать? – наконец я дал ему то, чего он добивался.

Растерянность даже играть не пришлось. Я никак не мог решить, в какой именно момент закончить эту игру и как сдать на руки главе тайной канцелярии. И возиться долго не хотелось, и интересно было понаблюдать за ним.

– Не волнуйтесь, я подскажу, научу, – тепло улыбнулся Усач. – Не бесплатно, но вы же сами знаете цену бесплатным наукам, да?

– Да, – заворожённо кивнул я.

Потрясающий экземпляр. Роман Степанович тоже будет в восторге.

В итоге я сам предложил отдавать половину выручки, а ещё и докладывать о тех, кто нелицеприятные вещи про Авдея Мироновича говорит. Самое сложное было не перестараться, всё же давно уж отвык изображать другого человека. Последний раз мне дался особенно тяжело, но там и цель была стоящая.

Способность к преображению у меня всегда вызывала уважение. Какую силу воли нужно иметь, чтобы сохранить себя, притворяясь совсем иным.

Один из лучших шпионов будущей империи, весельчак и балагур на публике, однажды мне поведал свой секрет. Самое натуральное раздвоение личности, тоже своего рода расщепление психики, но строго контролируемое. Там я один, тут – другой. Правда, он признался, что иногда сам не понимал уже, где настоящий…

– Вы мне сразу же звоните, если какие-то вопросы или проблемы, – Усач протянул мне карточку. – Не забывайте, вы теперь не один.

Радость его стала столь неприкрытой, что мне с трудом удалось его поблагодарить. К тому же я поделился частью жизненной силы, иначе бы он не поверил. Такие люди буквально питаются чужой энергией, на интуитивном уровне ощущая, когда что-то пошло не так.

Когда он ушёл, я подождал несколько минут, прежде чем выйти на улицу. Удостоверился при помощи магии, что никто за мной не следит, и махнул Смазливому рукой, чтобы он следовал за мной. Мужчина уже вполне уверенно стоял на ногах, почёсывая ушибы и дыша мощным перегаром.

К счастью, иных ароматов он не распространял, поэтому я усадил его в автомобиль и отправился в лечебницу, к мастеру Павлу Фёдоровичу, с которым я связался по пути. Лекарь, как всегда, принял без лишних вопросов. Только слегка удивлённо взглянул на мою маскировку. Но затем пожал плечами и пообещал позаботиться о пациенте.

Щедро оплатив его услуги, я поехал домой.

Но, прежде чем осуществить изначальный план отоспаться, я выпустил пар. Для этого идеально подошла колка дров. Пока не заныли мышцы – то, что нужно, чтобы расслабиться.

Не менее терапевтический эффект произвёл ароматный горячий чай, который принёс мне Прохор, когда я закончил расправляться с поленьями. После этого я прогнал из разума все эмоции и отправился в спальню.

* * *

Морской воздух окончательно сдул гадкое ощущение после общения с Усачом.

Водный простор, соль на губах и ветер, забирающийся в волосы. И невероятная мощь стихии. Это придавало сил, вдохновляло и стирало все тревоги. Море!

Мы вышли с адмиралом на его баркасе. Брать парусник было бы неразумно и слишком заметно. Да и пришлось бы немало внимания уделить его управлению. А старая лодка, болтающаяся на волнах, никого не интересовала.

Граф Волков тоже не спросил, зачем мы выходить в залив. Надо так надо. Золотой человек, как и многие, с кем мне повезло познакомиться.

В кармане лежал аквамарин, и я сжимал его, пока мы шли к горизонту.

Судно нещадно болтало, но я быстро подстроился под этот с виду хаотичный ритм, и словно подтанцовывал ему, передвигаясь по палубе. Брызги волн и крики чаек были единственными сопровождающими в нашей вылазке.

– Ваша светлость! – проорал адмирал, высовываясь из рубки. – Ежели вам без разницы, куда идти, то давайте возьмём правее?

– А что там?

– Сеть кину, – признался он. – Говорят, лосось пришёл сюда. Столько, что разрешение всем выдали, у кого оборудование есть.

– Конечно, – кивнул я, хватаясь за фальшборт, потому что Волков тут же круто изменил курс, чтобы не пробивать волну напрямую.

Мне было без разницы, где осуществлять задуманное. А так хоть граф заодно порыбачит. Я уже прислушивался к заливу, подключив источник. Море было неспокойным, но эта сила ощущалась приятно.

Судно замедлило ход, скрипнула траловая лебёдка.

Я сосредоточился на магии. Обманчивое впечатление создавала толща воды. Вроде столько вокруг силы – бери, сколько захочется. Заманчиво. Вот только искушение может привести к переполнению источника. Нужно действовать аккуратно – скользя по поверхности и собирая равномерно крупицы.

Приняв устойчивое положение, я достал камень и взялся за перекачку силы воды.

Сначала просто напитал источник под завязку. Выпустил наружу, чтобы утихомирить волны вокруг. Судно мгновенно перестало качать, отчего я чуть не потерял равновесие. С кормы донеслось ругательство.

Я оглянулся и помахал адмиралу. Тот усмехнулся и покачал головой.

Аквамарин был всё так же пуст.

Ладно, значит, дело не в количестве силы. Хотя…

– Нужно попробовать, – велел я себе и прикрыл глаза.

Следующий забор проходил дольше первого. Накачать себя магией можно несколькими способами. Взять быстро и много, но риски в этом случае велики. Либо взять ещё больше, но делать это медленно. Тут важно, чтобы ничто не отвлекало.

Никто, кстати, так и не знал, что лучше развивает источник. Всё зависело от того, справился ты или нет с таким количеством магии. А не справлялись одинаково в обоих случаях.

Как обычно, при изъятии приличного объёма силы, в один миг наступила тишина. Стих даже ветер, а птицы разлетелись подальше. С выдохом я отпустил стихию, успокаивая море далеко к горизонту.

В отсутствии других звуков скрип лебёдки прозвучал особенно громко.

Жалобный такой скрип, что я открыл глаза и посмотрел назад.

Металлическую конструкцию гнуло к поверхности воды. Словно что-то огромное тянуло судно ко дну. Но баркас был усилен магией как раз на случай затопления.

Я проследил поток к накопителю, находящемуся где-то в трюме, и удивлённо кашлянул. Магия уходила стремительно.

– Зацепились за что-то? – предположил адмирал, но по его тону было ясно – сам не верит.

Волков оценил сгиб лебёдки и метнулся в рубку, останавливая судно, а затем сдавая потихоньку назад. Я, взглянув на камень, который вновь не откликнулся на магию, тоже зашёл внутрь.

– Что за… – непечатно обозначил капитан возникшую проблему, постукивая по какому-то прибору. – Нет ни черта.

– В смысле? – я вгляделся в экран, но толку было немного – в этом я не разбирался.

– В смысле пусто. Ничего нет, за что зацепиться можно. Как и рыбы…

Корабль дёрнуло так, что мы дружно врезались в стену. Я успел выставить руки для упора, как и адмирал. Но удар всё равно вышел мощным. И мы, буквально прилипшие к окошку, увидели, как лебёдку вырывает и та скрывается за бортом.

– Нехорошо это, – очень спокойно отметил Волков.

– Насколько? – я пытался просканировать округу, но из-за недавнего выброса силы ощущал повсюду лишь шум.

– Ну как вам сказать, – адмирал закрутился на месте, что-то высматривая в море. – Похоже, кракен это.

– Что?

– Ну, спрут… – поморщился граф. – Гигантское чудище такое, осьминог здоровенный.

Кто такой кракен, я знал. Как и то, что существо это мифическое. Страшилка, не более того. Да, океаны были самыми неисследованными, но существа таких размеров не смогли бы укрыться от внимания магов. Насколько я знал, до сих на всех мало-мальски крупных суднах в команде были анималисты, помимо одарённых аспектами воды и воздуха. Больше для безопасности морских обитателей причём. Чтобы корабль ненароком не повредил кому.

– Кракенов не суще… – начал я, но тут баркас утащило под воду.

Не до научных фактов стало. Я мигом воздвиг воздушную оболочку, сразу же сократив её до рубки. Силу такое стало выкачивать быстро. Накопитель в трюме с хлопком опустошился.

– Не думал, что подлодкой «Маришка» станет, – хмыкнул Волков, присел и достал откуда-то гарпун.

Вокруг нас была муть и темнота. Вода здесь не была прозрачной, так что ни черта не было видно. Даже смутных силуэтов. Только синева глубины и тающий свет. Мы погружались очень быстро.

Заложило уши, и я машинально влил магию жизни в себя и капитана.

Так, нужно подумать.

Если снизу подтолкнуть воздухом…

Следующий рывок пробился через магическую защиту, и мы всё же рухнули на пол. Волков при этом оружие не опустил, а наоборот – воинственно направил на дверь.

– Было честью с вами, э-э-э, – адмирал, видимо, хотел сказать «служить», но мы вместе не служили, так что он закончил иначе: – Познакомиться.

– Вы куда это, Григорий Иванович, собрались? – улыбнулся я такой хладнокровной реакции.

– Не сомневайтесь, без боя не сдамся! Я этому кракену все щупальца оторву и засуну в…

– Если у вас неожиданно не отросли жабры, – я многозначительно указал на окно. – То подождите засовывать.

– Ну хорошо, – охотно согласился он. – Но смею заметить, мы идём на дно. И когда до него…

Добрались мы быстрее, чем думал Волков. Встряхнуло так, что мы спинами ударились в потолок и грохнулись вниз. Что-то хрустнуло.

– Ну чтоб его… – грустно сказал морской волк.

К счастью, пострадал лишь гарпун, преломившись.

Главное – не поддаваться паники. Когда инстинкты кричат о смертельной опасности, это сделать непросто. Тем более источник исчерпывался с такой скоростью, что я понял – использовать воздух уже не вариант.

И дело не в том, что я могу взять ранг стихии.

Я выжгу источник, получив истощение. И это в лучшем случае, если повезёт.

Нужно действовать иначе. Когда вокруг такое буйство чистой стихии, выбор очевиден. Вот только способ… Я оценил, сколько продержу воздушную защиту, прикинул размеры судна и вздохнул. Считать в такой ситуации – последнее, что хотелось.

Но это не проблема. Проблема была в том, что я не ощущал врага. Того или что, утянувшееся нас вниз. Корпус застонал. Звук этот под водой был оглушительным.

– Ваша светлость… – в голосе адмирала впервые появилась тревога.

– Секунду, – поднял я руку. – Держитесь.

И сам ухватился за какую-то трубу, идущую вдоль стены.

Избавился от невидимой угрозы я самым простым путём – отрезал её магией смерти. Не стал тратить много силы, просто сделал что-то вроде клинка, молниеносно очертившего контур корабля. Судно снова содрогнулось, и я сразу же приступил к его «выдавливанию».

Пропускал через себя водную стихию и направлял под нас, создавая избыток воды. Избыток образовался и на моём лице – пот потёк так, что защипало глаза.

Главное – сдержать форму, позволяющую нам подняться.

Вода, как бы это ни было забавно, – скользкая сила. Управлять ею, придавая определённый вид, было очень сложно. Она так и норовила утечь, соединиться с морем.

Снова ударило по ушам, но я уже почти не тратил магию жизни, только чтобы выдержать подъём. Оглохнуть на время – не такая уж высокая цена за спасение. Наверх нас поволокло ещё быстрее, чем до этого тащило на дно.

Стало светлее, затем мы выскочили из воды, как пробка игристого.

Я постарался нивелировать удар, но всё же тряхнуло. Тут же убаюкивающе закачало и матернулось. Граф подскочил, извинился и выскочил на палубу.

– Я же говорил! – торжествующе крикнул он оттуда.

Посмотрев немного в хмурое небо и летающих там ошалевших чаек, я тоже встал на ноги, поправил одежду и вышел из рубки.

Картина открылась сказочная. В том смысле, что капитан был прав. Борта обвивали гигантские щупальца, впившиеся так, что покорёжило. А на корме, будто такого улова не было достаточно, лежала груда лосося. Мы его, похоже, загребли, пока выскакивали на поверхность.

– Кракен, ваша светлость! – радостно орал морской волк, затаскивая одно из щупалец.

Волков пнул его, и добыча спружинила. В обхвате конечность была не меньше самого коренастого капитана.

Я ощутил холод в кармане. Достал аквамарин и усмехнулся. Камень был наполнен и переливался голубым светом. Судя по всему, спасение девиц и адмиралов поможет мне получить желаемое.

Неделька обещает быть весьма насыщенной…