Текст книги "Мастер врат (СИ)"

Автор книги: Маркус Кас

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 17 страниц)

– Делом мне нужен заняться, Саша. Реальным делом, а не выбором цвета салфеток и бумаги для приглашений! Сил моих нет больше.

– Ну так скажи Нине Фёдоровне.

– Ох, молодой же ты… – тяжело вздохнул он. – Я же вижу, как ей это важно. Она же светится вся от этих забот. Делится со мной от души же. Как я ей скажу, что ерунда это всё? Как обижу дорогого мне человека?

– Почему ерунда? Ты считаешь это ерундой?

– Нет, – нахмурился патриарх. – Просто мне это не… непонятно, вот и всё. Не разбираюсь я в этих делах, да и не надо мне в них разбираться. На кой мне в оттенках салфеток разбираться-то?

– Так, – я поднялся, держа в руках пачку листов.

Было протянул документы деду, но передумал. Опять разбросает. Аккуратно положил на стол и очень серьёзно попросил:

– Замени меня, пожалуйста, на занятиях, Лука Иванович. Ненадолго, на какое-то время. Хотя бы до свадьбы. Очень выручишь. А то действительно сейчас других дел полно, не справлюсь я без тебя.

И ничуть не лукавил, оттого и сработало. Ну и патриарх был рад подыграть такому откровенному выходу из ситуации. И без этого он уже тревожился о предстоящем много, чтобы быть без перерыва разумным. Пусть просто выдохнет немного и отвлечётся.

А то и студентов как увидит, так с радостью сбежит салфетки выбирать.

– Ну мы же семья, – с шутливым упрёком ответил дед.

А в глазах его скакали хитрые и очень весёлые искорки. Иногда не нужно делать «правильно». Иногда нужно просто поддержать.

Лука Иванович отправился спать, не забыв взять с собой план лекции. А я перекусил и обошёл территорию в поисках следов проникновения. Вдруг всё же что-то осталось.

Но увы, а скорее уж к счастью, защиту я сделал такую, что ничего не нашлось. Дух предка, безусловно, не сам извёл подчистую тёмных существ, а хорошо так подчерпнул силу из контура, к которому был привязан. Той силы хватило бы и на большее, сильно большее.

Поэтому узнать, что же подкинул мне князь Мейснер, не представлялось возможным.

Сомнений, что это он, у меня не было. Ну кому ещё нужно такое делать? Учитывая нашу скорую встречу, вполне логично проверить меня. Подслушать что полезное, узнать слабые места. Обычная разведка, не более того.

Но вот средства… Некротические создания, теперь я был уверен.

Это многое говорило о князе. И о его возможностях, что важнее. Вряд ли это был спецзаказ для меня. Некромантия, как ни странно, ценилась ещё больше, чем магия смерти. Просто потому, что эта сила быстрее убивала носителя, который развивается. Ну а если не развивается – кому он нужен? Таких специалистов почти невозможно было найти быстро, как и получить от них необходимое. Если он не некромант-универсал, конечно. Вероятность этого была такая же, как то, что передо мной объявится мой учитель во плоти и скажет, что я дурак. Давно бы уже объявился, будь такое возможно. Вот уж кто не упустил бы шанса.

Значит, в арсенале Мейснера были игрушки на любой вкус и цвет.

Я даже обрадовался, что он себя проявил. Помогло лучше оценить того, с кем придётся иметь дело. Даже если не касательно изумруда, но княжеский совет никуда уже не денется. Как и неприкасаемая дюжина. Умеет ли он пользоваться этими игрушками сам или кто помогает – эт уже другой вопрос. Посмотрим.

И подготовимся.

В итоге бодрствовал я до самого рассвета. Благо в академию было не надо, и времени вдумчиво заняться артефактами было достаточно.

– Не хотелось бы, но мне тоже есть чем вас удивить, ваша светлость, – улыбнулся я, когда первые лучи солнца проникли в лабораторию, а в моих руках был новый перстень.

Не самая изящная работа, зато полная сюрпризов.

Весьма простой и скромный опал, недорогой камень с нужным мне изъяном, смотрелся поделкой. Он переливался, меняя цвета, и был похож на детскую забаву – калейдоскоп стекляшек. Даже у Батиста не пришлось заказывать, нашёлся тут же, в лаборатории, среди материалов, собранных ещё патриархом.

Символ изменчивости иллюзий. Пара для ментала, которой предстояло заняться после. После спутника надежды, то есть отчаяния.

Но даже не в этом суть, больше подстраховка и отвлекающий манёвр. Опалами знать нередко украшала изделия, что носила при себе, ведь он служил неплохой защитой от мороков, работая как отражатель. Если работа хорошая, то и как поглотитель тоже.

Главное – подложка из слоя моего волшебного мрамора. С этим пришлось много повозиться, чтобы снять такой тончайший срез. Идеальный проводник, усилитель и источник редкой разновидности огненной стихии. Недаром стражи душ были столь сильны. Этот огонь не обжигает, он… иной.

Какой дар у Мейснера, я не знал. Не знал этого и Баталов. Ну или не хотел говорить.

Не редкость, что аристократы скрывали аспект магии, которым владели. Причём сразу после пробуждения. Это порой было очень выгодно. Ну либо секрет состоял в низком ранге силы, и такое бывало. В любом случае этот вопрос лежал в той области, что раскрыть его – навлечь на себя много бед. Даже злодеи до такого не опускались.

– Точно не некромант, – я любовался игрой света на гранях опала, гадая о силе князя. – Вряд ли вообще тёмный. Не самый приятный, но не значит же, что тёмный. Стихии… Возможно.

Что же, это будет интересно.

Глава 26

– Барин! Александр Лукич! Вашество, итить…

Открытие одного глаза показало, что солнце ещё не добралось до зенита. То есть после того, как я уснул, прошло не так много времени. Впрочем, желудок при этом подавал такие сигналы, словно не ел я пару дней. Нужно что-то придумать с восстановлением сил после магических всплесков. Ведь явно у меня они случаются частенько.

Прохор стоял в дверях спальни с растерянным видом.

– Что случилось? – не сдержав зевка, я прикрыл рот ладонью, но как-то неудачно клацнул зубами и прикусил руку.

Однозначно нужно поесть.

– Гость к вам, – перешёл на шёпот слуга и втянул голову в плечи. – Важный.

– Кто?

– Незнамо. Говорит, ожидаете вы его.

Вариантов было много, но к чему гадать. Хотя, пожалуй, такой загадочностью из мне знакомых никто не страдал. Мастер воров разве что. Но вряд ли он вырядился бы «важным». Да и не ожидал я никого…

– Сейчас спущусь, – неохотно сел я и потянулся до приятного хруста.

Прохор тут же скрылся, а за ним галопом умчались коты, традиционно стерегущие мой сон. Лишь тигр остался, поглядывая на меня своими удивительными глазами.

– Что, сегодня ты дежурный? – усмехнулся я, потрепав его по макушке.

Заметил, что так или иначе дома всегда был рядом кто-то из семейства кошачьих. Будто стерегли меня. Оберегали, скорее уж. Кутлу-кеди однозначно людям покровительствовали, и их забота была больше снисходительной. Куда, мол, этим глупым людишкам до великой истины. Видимо, заключающейся в том, что главное в жизни – хорошо спать, есть и иногда позволять почесать себя за ухом.

Я бы и не возражал, но меня же ждал важный гость.

Тигр фыркнул, будто прочитав мои мысли и не согласившись с ними.

– Ну а что поделать, не дошёл я пока до такого уровня просветления, – подмигнул я зверю и скрылся в ванной.

Когда я свежий, умытый и бодрый, спустился в малую гостиную, то сначала не узнал нежданного посетителя. Низкорослый, непропорционально широкий в талии и узкий в плечах, с огромными усами и не менее внушительным носом. Шнобелем, как бы выразился Прохор.

Настолько нелепая внешность, что я сразу проверил на морок.

И едва обнаружил слабый след магии иллюзий, настолько мощная игрушка была при себе у гостя. Первой мыслью было, что это Баталов. Ну а у кого ещё могут быть такие артефакты? Но принять такой вид…

– Не признал старого знакомца? – прохрипело это чудо, ухмыляясь.

Нет, глава тайной канцелярии не стал бы тратить время и ресурсы на такой фарс. Выбрал бы способ изящнее и хитрее.

Я ударил силой, сметающей не только иллюзию, но и в принципе всю защиту, что была на мужчине. Голод сказался, надо признать. Хотелось поскорее закончить с этим представлением и пойти завтракать.

– Ну Саша… – обиженно протянул Батист, оглядывая настоящего себя.

– Жаныч! – я чуть не сплюнул, но вместо этого расхохотался.

Невозможно было сердиться на купца. Вид у него стал настолько жалкий и так по-детски ущемлённый, что стало немного совестливо. Но немного.

– Ну вот зачем… – Батист смотрел на небольшой медальон, висящий у него на груди. – Сломал.

– Дай сюда, – я подошёл и получил артефакт.

Хорошая работа, очень хорошая. Старой школы, из тех времён, когда делали вещи, служащие веками. Такое непросто сломать, да и я не стремился это сделать. Лишь нейтрализовать. Для этого всего и нужно, что перегрузить контуры плетений. Сам восстановится и довольно быстро.

Но купец этого не знал, конечно же.

– Починю. Но только если ты пообещаешь никогда больше так не делать.

– Клянусь! Прошу, – взмолился он. – Я же целое состояние на это спустил. И мне сказали, что морок никто не распознает, – насупился Жаныч.

– Никто, кроме артефактора, – сказал я почти правду.

Артефактора, владеющего аспектом морока. Ну и ещё нескольких магов, имеющих нужный навык или устройство при себе. Не считая того, что кто угодно бы понял, что такая внешность настоящей быть не может…

– А вы что, вот прямо видите это всё? – неопределённо махнул купец рукой, вытаращив глаза.

– Вот это всё видим, – мне уже с трудом удавалось скрыть улыбку, поэтому я сменил тему: – Давай позавтракаем? Голоден?

– Обижаешь. Настоящий мужчина всегда голоден.

– И тебя, что ли, на диету посадили? – я вдруг понял, что Батист слегка потерял в габаритах.

– Никто меня никуда не сажал! Я сам… хотел. Короче, князь, давай уже пож… потрапезничаем по-человечески, а там и делами займёмся. Я же к тебе с хорошими вестями. Ой… – он ставился куда-то мне за спину, заморгал и потряс головой. – Показалось.

Ассасин. Отреагировал на выброс магии и пришёл, но благо спрятался в тенях. Видимо, всё не настолько быстро, чтобы никто не заметил. Я ощущал, что тот рядом, пусть из-за взволновавшегося магического фона не мог точно определить, где.

– Хаамисун, – позвал я.

Не к чему было его скрывать, мы и без того уже засветились вместе в городе. А Батист лишний раз подумает, прежде чем испытывать меня.

– Ну ничего себе! – ахнул купец, когда ассасин плавно вышел из теней и коротко поклонился. – Так это правда?

К чести Батиста, он отшатнулся буквально на пару сантиметров, но быстро взял себя в руки. Правда, глаза его при этом так алчно загорелись, что я уже пожалел о своём решении.

– А где ты его взял? – ожидаемо заинтересовался делец.

– Фёдор Жанович, – прохладно ответил я. – Прошу проявить уважение, Хаамисун не вещь, чтобы «взяться откуда-то». Он великодушно согласился меня сопровождать… какое-то время.

Мне показалось, что ассасин хмыкнул, но за платком, закрывающим лицо, этого было непонятно.

– Прощу прощения, – вполне искренне сказал Батист. – Не хотел оскорбить. Извини, ваша светлость, просто я столько уже наслышан о твоих… кхм, сопровождающих, что чуть… опешил.

Видя, насколько уже сложно купцу подбирать слова, я отмахнулся и знаком велел следовать за мной.

Тратить время, чтобы накрыть стол в столовой, не хотелось, поэтому расположились мы на кухне. Несмотря на горячий протест Прохора. Хаамисун ушёл, и без отдельной просьбы поняв по пристальному взгляду Батиста, что будет только отвлекать. Патриарх был в академии, приютские на учёбе, а призраки вообще не любили объявляться при чужих. Поэтому никто нам не мешал не очень воспитано уплетать щедрые угощения, которые появлялись на столе.

Аппетит купца не уступал моему. Но в этой битве я был готов проиграть, ведь на кону стояло очень многое. Для бедняги, который давно не видел сочный кусок мяса, судя по всему.

– А можно я у вас иногда столоваться буду? – спросил Батист, после того как уничтожил знатную часть припасов. – Я хорошо заплачу, не сомневайся.

– Ты лучше поговори со своим… диетологом, – рассмеялся я. – Такое не скрыть.

– Что? – непонимающе вздёрнул брови он, вытирая рот по-простецки, рукавом.

– Лицо твоё дюже счастливое, – вздохнул я. – Давай лучше к делам. Что за хорошие вести? Хотя нет. Что ты там наслышан о моих сопровождающих?

– Ну так слухи по столице поползли, – довольно улыбнулся Батист. – Что на службе у тебя тьма и огонь. Красиво, да? О, а правда и джинн есть? – оживился он.

Купец начал озираться, а я опять вздохнул. Всё же нас заметили тогда у автомобиля, когда ворота были открыты. Не то что бы я надеялся это скрыть, но хотелось, чтобы вскрылось попозже.

– Есть, – не стал отрицать я и предупредительно поднял руку: – Только не проси показывать. Уважение…

– Да я со всем уважением! Вознесенский, ну за кого ты меня принимаешь?

Я лишь молча вскинул одну бровь.

– Ну ладно, ты прав, – тут же сдался он. – Ну любопытно же. Как? Откуда? Почему? За что тебе-то…

– Фёдор…

– Жанович, я знаю. Хорошо, храни свои секреты, не очень и нужно было. Все о них уже знают. Я как друг, значит, пришёл и сообщил тебе, а ты…

– Держи, – не купился я, протягивая ему уже восстановившийся артефакт. – Как другу.

– Вот благодарствую! – обрадовался Батист, сразу позабыв о придуманной обиде. – И извини, не подумал. Ну а как мне ещё проверить было, что стоящая вещь?

– Стоящая, – улыбнулся я. – Но на будущее – выбирай неприметный образ. Простой, ну вроде рассыльного или рабочего. Меньше магии расходоваться будет. Тот, кто внимания не привлекает, и в магии особо не нуждается.

– Понял, – закивал он. – Спасибо.

– Так что за вести?

– Вот, – Жаныч залез во внутренний карман пиджака и бросил на стол небольшой холщовый мешочек. – Решил сам привезти заказ.

Я бегло заглянул внутрь – несколько камней.

– Я же просил их отправить к Хлебникову.

– Есть ещё один, – купец улыбнулся. – Велели лично передать.

– Велели?

– Ну то есть попросили, – смутился он. – Редкий экземпляр с изъяном, как ты и хотел. Но нюанс есть. Камушек привязку имеет, добрая воля и всё такое, ну сам знаешь. Еле уговорил стать посредником, поэтому времени мало. Пару часов, и всё. Пуф! – он театрально развёл руками.

– Вот уж не ожидал, что ради клиентов ты готов на такой риск, – усмехнулся я.

– Риск? – напрягся Батист. – В смысле риск?

– Пока ты не передал мне камень, ты его незаконный владелец. Правильно я понимаю, что должны прозвучать конкретные слова, чтобы сделка считалась завершённой?

– Ну да… – поёжился Жаныч. – Откуда… Так, в чём дело?

– Дело в том, что не ввязывайся больше в такое. Давай, – я вытянул руку. – И лучше поторопись.

Не самый обычный способ сделки, безусловно. Но и я немного перегнул, купец с его жаждой придать излишней значимости тоже ходил по грани, сам того не понимая. Магия доброй воли, как и слова, работала весьма жёстко. Возможность использовать посредника и правда была, да и времени давалось немало, ведь предмет мог быть передан на большое расстояние. Мало кто накладывал такие ограничения, что на артефакты, что на вещи, но тем не менее.

Шутить с подобным точно не стоило.

Батиста я напугал, а этого достаточно. Пусть уж лучше не связывается с ограничениями такого рода, с его-то характером.

Камень купец буквально бросил в меня, достав из какого-то тайника в одежде так быстро, что я не успел заметить откуда.

И уж тут я удивился.

– Александрит?

Вне сомнений, изучил я их достаточно, чтобы определить те, что мне нужны. Зелёный при дневном свете, бледный и невзрачный. Камень некромантии. Наливающийся красным в те часы, когда царит темнота. Символ перехода между жизнью и смертью. Но и не то, и не другое.

– Счёт тебе не понравится, – расслабился Батист. – Но да, слова, – он выпрямился, наморщил лоб и торжественно произнёс: – Сей сосуд передан тому, кто сумеет им воспользоваться во благо иль нет. Удачи.

– Удачи? – отвлёкся я от разглядывания александрита.

– Да, именно так звучит последнее слово.

То, что магия подействовала, я уже сам почувствовал. Как натянутая струна лопнула, только беззвучно, в мире силы. Я даже на миг уловил связь с предыдущим владельцем. Ощутил усталость и облегчение. Камень его тяготил.

– И сколько?

После тихого ответа я невольно взглянул в ту сторону, где Прохор прятал мутную большую бутыль. Впрочем, я ожидал более высокой цены.

– В чём подвох?

– Подвох? – округлил глаза купец. – Кроме того, что я рисковал своей жизнью, достав тебе необходимое?

– Да, кроме этого, – моя улыбка вернула его в деловое русло.

– Его нельзя огранить.

Теперь понятно, почему камень не был похож на те, что находились раньше в каких-либо ювелирных изделиях. Не совсем кусок минерала, но и не заготовка.

– Разберусь, – не сильно расстроился я.

Всё же стоимость ниже рынка. Да и понял я уже, что даже не в огранке дело для моей задачи. Будет проще, но это необязательное требование.

– Правда? – так шумно выдохнул Батист, что занавески на окнах затрепетали.

Я не ответил, внимательнее рассматривая остальные камни. Бороться с сутью Жаныча бесполезно. В конце концов, он добыл мне и правда редчайший экземпляр по приемлемой стоимости. Главное – результат. Кто знает, стань он немного честнее, смог бы выполнять такие заказы?

К чёрту совесть Батиста, у меня было почти всё нужное.

Не считая второго топаза, отправленного мастеру-ювелиру, и ещё парочки у него же в работе, прочие находились в моих руках. Остался изумруд. И нужный мне в столице был только у одного человека. Мейснера.

Взглянув на часы, я понял, что до званого вечера у князя полно времени. Раз уж день выдался таким, что состоятся неприятные встречи, то использовать это нужно максимально эффективно. То есть навестить и Клементьева, разрушившего жизнь Хлебникова. И разобраться с этим чёртовым жабьим камнем заодно.

– Торопишься? – понимающе кивнул Жаныч. – Вот я и засиделся что-то. Собственно, все обязательства я выполнил. И знаешь… Комиссию я возьму минимальную. По-дружески. Что-то мне подсказывает, заплатишь ты ещё с лихвой. Что бы ты там ни задумал. Надеюсь, что оно того стоит.

– Благодарю, – улыбнулся я. – Оно того стоит, Фёдор.

– Вот за это я тебя и не люблю, – проворчал он, поднимаясь. – С тобой хочется дела вести вообще без комиссии. Страшный ты человек, Александр. Хоть одна надежда – не забудешь ты доброту мою. Вот набрался же с тобой слов, надежда…

– Не забуду, – рассмеялся я. – Спасибо, правда спасибо, от души. Хороший ты человек.

– Ещё и обзывается… – совсем тихо сказал Батист и поспешил уйти, не забыв прихватить с собой пару пирожков.

Но я заметил, как он улыбается. Так не улыбаются просто от хорошей сделки. Когда-то давно один человек мне сказал, что живёт ради улыбок. Я тогда не понял, ведь жизнь казалась полной таких трудностей, ну какие улыбки? Жизнь осталась полной всяким, но теперь я понял про улыбки. И сам начал улыбаться. Вот так, как Жаныч сейчас. Хорошо, по-настоящему.

* * *

Дом Клементьева выделялся среди прочих.

Во-первых, на верхушке и без того надёжно высокого забора блестела на солнце колючая проволока. Это помимо охранных амулетов, след которых я ощущал.

Во-вторых, табличка у дверного звонка содержала не только предупреждения о злых собаках, наложенных проклятьях и защите, но и уйму условий, при которых гость вообще имел право нарушить покой хозяина.

Я даже зачитался, подумав о духе предка. Ему бы понравилось.

Не допускались торговцы всех видов, просители без записи после одобрения, дуэлянты, их представители и даже приставы по праздным делам. Проще было обозначить, что нельзя никому. Но Андрей Савельевич старательно перечислил всех возможных недругов. Это многое говорило о том, с кем предстояло побеседовать.

К счастью, князей в том списке не было.

Звонить я не стал, просто постучал набалдашником трости, вложив каплю силы. Чтобы точно услышали. Слегка перестарался, звук разнёсся по всей улице, а ворота содрогнулись.

Странно, но лая не было. Вообще, люди и правда собак боялись больше, чем магии. Особенно если то были химеры, ну это детали…

– Кто? – раздался робкий высокий голосок.

То ли ребёнок, то ли девушка, но совсем юная.

– Ал… Князь Вознесенский желает видеть господина Клементьева, – вовремя вспомнил я о своих совершенно законных привилегиях.

Нужно же ими всё же пользоваться, когда это необходимо.

– Ой, – приглушённо пискнуло по ту сторону. – Ваша светлость. Сейчас, обождите, сейчас открою.

Громыхало долго. Судя по всему, засовов там было не меньше, чем нежелательных гостей на табличке. Да и замков тоже, ключами скрежетало тоже с десяток раз в разных местах.

Дверь открылась бесшумно.

За ней стояло какое-то миниатюрное воздушное создание с невероятно огромными голубыми глазами. Кудряшки упрямо выбивались из-под чепчика девушки, и она старалась незаметно их сдуть с лица, но не получалось.

– Дядюшка вас ожидает, ваша светлость? – она быстро присела, покраснела, поклонилась и опять присела.

Ладно, сразу шею сворачивать ему не стану, такое создание жалко делать сиротой. Сначала переговорим…

– Не ожидает, сударыня, но мой визит вряд ли будет совсем неожиданным, – я тоже поклонился, улыбаясь.

Ведь рано или поздно к таким людям приходят.

– Ой, – мило хихикнула она на моё обращение и опять сделала книксен: – Прошу вас.