Текст книги "Ученик гоблина. Дилогия (СИ)"

Автор книги: Марко Лис

сообщить о нарушении

Текущая страница: 31 (всего у книги 32 страниц)

    Глава 24

Зуг’Гал замер, задрав голову. Он не мог отвести взгляда от потолка, где после длительной спячки пробуждались огромные кристаллы. Их холодное голубое сияние постепенно разгоняло тьму.

Зал открылся во всей своей чудовищной, даже можно сказать, что давящей красоте. Колонны, уходящие ввысь, терялись в сиянии. Стены, покрытые резьбой и письменами, рассказывали историю, которую он никогда не сможет прочесть. Перед ними раскинулся неприступный бастион, последняя цитадель расы, чьи амбиции не знали границ.

Старик забыл, когда в последний раз чувствовал себя таким крошечным.

Это был благоговейный трепет перед мощью мастеров, чьи кости уже тысячи лет как обратились в прах, а творения продолжали жить.

Он уже открыл рот, чтобы выдохнуть что‑то едкое о гномьем гигантизме, как сзади донеслось сдавленное, испуганное «ай». Он бы не обратил внимание на короткий всхлип девчонки, если бы его чуткий нос не уловил металлический запах свежей крови.

Зуг’Гал резко обернулся.

Талли стояла в нескольких шагах, инстинктивно прижимая к груди окровавленную ладонь. В её глазах, расширенных от шока, дрожали слезы, но она упрямо сжимала губы. В другой руке, за загривок, она держала волчонка.

Зверька было не узнать.

Черная шерсть встала дыбом, верхняя губа вздернута в оскале, а из горла рвалось подобие рыка, будто в теле щенка вдруг оказался дух матёрого вожака.

– Я… я не понимаю, – голос Талли сорвался. Она машинально слизнула каплю крови с тыльной стороны ладони, не сводя взгляда со щенка. – Я просто хотела его погладить и успокоить. А он вдруг просто взбесился и вцепился в руку.

Зуг’Гал нахмурился, сделал шаг ближе и принюхался.

– Голова что‑то болит, нэк, – раздался слева ноющий голос Араха. Полуухий прижал ладонь к виску и скривился.

И в этот момент старик почувствовал это сам.

Давление навалилось на барабанные перепонки, заставляя челюсти непроизвольно сжаться.

– Ох, чтоб вас демоны сожрали… – выдохнул старик, когда его осенила догадка.

Он понял, что произошло.

Менос не просто запустил древний механизм. Он разбудил всю спящую экосистему бастиона. Кристаллы под потолком были не просто лампами, они выполняли роль сенсоров. Они излучали волны, сканируя каждый дюйм пространства, прощупывая органику, считывая сигнатуры чужаков.

Защитная система, беспристрастная и лишенная сострадания, приступила к работе.

– Это не просто зал, – глухо произнес старик, глядя, как кристаллы начинают пульсировать. – Это… Менос, немедленно спускайся!

Сверху донеслось то, чего шаман никак не ожидал услышать:

– Не могу. Я застрял.

Зуг’Гал дёрнул головой так, что хрустнули шейные позвонки. Он не ослышался?

– Менос, я не шучу, нэк! – рявкнул он. – Ты хочешь стать частью этой инсталляции и подохнуть в этом кресле?

– Нет, мастер. Но я тоже не шучу!

Старик замер. Он смотрел наверх, туда, где в кресле гигантской машины сидел его ученик, и пытался осознать услышанное.

– Что? – выдавил он наконец. – Как там можно застрять, нэк⁈

– Металлический ремень. Он… в общем, теперь я почти что прикован к проклятому креслу.

Зуг’Гал скрипнул зубами так, что даже Арах, забыв о головной боли, поднял голову. Мысли лихорадочно заметались. Металлический пояс? Фиксатор? Гномы, чтоб их…

Идиотизм. Или, наоборот… Гоблин мотнул головой. Сейчас это уже не имело никакого значения.

– Используй руну огня! – крикнул старик. – Попытайся их расплавить! Тебе нужно как можно скорее освободиться!

Сверху послышался сдавленный рык.

– Уже пробую, – отозвался спустя секунду Менос.

Зуг’Гал выдохнул. Плохо. Всё складывалось очень плохо.

– Ну что, долго ещё там будешь возиться? – у старика заканчивалось терпение.

– Учитель, это же руна только первой орбиты! Нужно время! – прокричал с возмущением Менос. – К тому же приходится действовать крайне осторожно, чтобы не облиться раскалённым металлом, когда он начнёт плавиться.

– Даю тебе минуту. После этого мы уходим.

– Вообще‑то я по вашей указке сюда залез, – напомнил ученик.

– Минута, Менос. У тебя всего одна минута, нэк.

Сверху послышался вздох и тихая ругань.

– Хотя бы расскажите, что случилось. К чему такая спешка?

– К тому, что совсем скоро здесь всё заполонят твари.

Словно в подтверждение слов старого гоблина, из‑за угла приземистой каменной постройки выскочила пара монстров. Они уже сталкивались с подобными на верхнем ярусе. Одного прибил каменным кулаком голем, второго разрубил Менос.

Зуг’Гал перехватил арбалет, привычным движением вскинул его к плечу и плавно нажал на спуск. Болт сорвался с тетивы.

Из‑за большого расстояния выстрел вышел не самым точным. Остриё угодило ведущей твари лишь в плечо. Впрочем, гоблин остался доволен – чудовище споткнулось и, впечатавшись мордой в пол, проскользило по инерции несколько метров.

– Арах, смотри в оба, нэк! – приказал старик, уже накладывая новый снаряд.

Он вновь прицелился, но теперь не спешил. Опытный охотник дождался, когда второй монстр окажется на дистанции броска, и всего за мгновение до прыжка всадил болт прямо в распахнутую пасть.

Тварь будто подавилась собственным рыком. Она захлебнулась, прошла ещё около пяти шагов нелепой пьяной походкой и рухнула на каменную плиту.

– Учитель! – Арах указывал пальцем на первого монстра, которого Зуг’Гал лишь ранил.

Вместо того чтобы воспользоваться заминкой и скрыться, тварь вновь нацелилась на гоблинов. Засевший в теле болт причинял ей мучения, она не могла бежать, но всё равно упрямо ползла к своей цели, оставляя за собой густой кровавый шлейф.

Доставая третий болт, Зуг’Гал мельком взглянул на девчонку.

Зверёныш в её руках продолжал бесноваться, извиваясь всем телом и стараясь вонзить зубы в её ладонь.

Гоблин лишь утвердился в своей догадке.

– Менос, время почти вышло! – старик добил раненого монстра прицельным выстрелом в голову. – Арах, собери болты.

– Но я ещё не смог… – Менос вдруг запнулся. – Да чтоб вас всех… похоже, что скобы ремня сделаны из мифрила. Он остался таким же холодным, как и был.

– Мы уходим, нэк!

Менос забарабанил кулаками по металлу, и звук отозвался в ушах Зуг’Гала болезненным эхом.

– Подождите! – взревел ученик. – Вы не можете просто так уйти! Раз уж решили меня здесь бросить, то хотя бы объясните, что меня ждёт!

Старый гоблин остановился. Он опустил арбалет и обернулся.

– Голем не просто так пленил тебя, Менос, – глухо произнёс старик. – Механизм заблокировал тебя, чтобы ты не сбежал в тот момент, когда увидишь первую волну чудовищ. Это предохранитель, нэк. Жестокий, но эффективный.

Наступила короткая пауза, прежде чем Менос выдохнул:

– Какую ещё волну? Почему вы думаете, что она вообще будет?

– Ту, что уже почти здесь, нэк! – рявкнул Зуг’Гал. – Арах, справа!

Последние несколько минут шаман оставался начеку, он отслеживал пространство поблизости руной поиска жизни.

Полуухий вскрикнул, вскидывая свой самострел. Щелчок и первая тварь, вылетевшая из тени колонны, перевернулась в воздухе с болтом в глазу. Гоблин перезарядился и сразу же произвёл новый выстрел. Второй снаряд ударил почти в упор, пробив грудную клетку прыгнувшего монстра. Ещё одна тварь рухнула в паре шагов от Талли, орошая плиты вонючей жижей.

Третью пристрелил шаман.

– Ты этого не слышишь, нэк, – выкрикнул старик, не сводя глаз с прохода. – Физиология людей и гномов во многом схожа, ваши уши не настолько чувствительны. Но прямо сейчас твой мех «кричит» на всю округу.

– В каком смысле «кричит»?

– Он излучает мощный звук, – пояснил гоблин, вновь косясь на беснующегося зверёныша в руках девчонки. – Звук такой силы, что он буквально сводит с ума и ввергает в неистовство любое существо звероподобного типа. Как, например, щенка сумрачного волка. Мех зовёт их, Менос. Он провоцирует так, что все, кто его услышал не могут не прийти.

Ученик замолчал.

– Но зачем? – наконец спросил он. – Какой в этом смысл?

– Охранные системы бастиона таким образом хотят очистить территорию от заразы. Твари сами спешат к единственному на всю округу действующему боевому меху. Машина – это приманка, Менос. Огромный, ревущий магнит для монстров, созданный, чтобы собрать их в одной точке и уничтожить. И прямо сейчас эта точка – ты.

– Ясно.

Старик на мгновение застыл, анализируя отклик от применения руны поиска жизни.

– Могу лишь посоветовать попытаться хоть немного разобраться в управлении, нэк.

– Чтобы подороже продать свою жизнь, – Менос закончил за учителя его мысль.

– Не хорони себя раньше времени, ученик. Если система так сработала, значит у тебя есть шанс выжить.

– Хорошая попытка, наставник, – хохотнул Менос.

– Я не пытаюсь тебя утешить, болван, – рыкнул Зуг’Гал. – Почему, по‑твоему, каменного голема не использовали для очистки?

– Он не может выйти за пределы своего сектора, чтобы начать охоту и выбивать тварей по одной.

– Именно! Но ведь могли заманить всех сюда, но почему‑то не стали. Зато, когда ты активировал мех всё произошло. Понимаешь, что это значит?

– Да, – откликнулся человек спустя несколько секунд тишины. – Что у гнома, потратившего десятки лет на оттачивание навыков управления этой громадиной был бы шанс пережить предстоящую бойню.

– Разберись с управлением, нэк! Или они выковыряют тебя из этого панциря по кусочкам!

Старик прищурился, ожидая, что парень сломается. Сейчас Менос начнёт ныть и будет молить их не уходить, не оставлять его одного. Зуг’Гал даже приготовил пару едких фраз, чтобы отрезвить глупого ученика и напомнить ему его место, но тот больше не проронил ни слова.

Несмотря на явный скепсис, который так и читался в его последних словах, парень внял совету гоблина и взялся за дело.

Громадный мех вздрогнул – многотонная конструкция медленно, неохотно начала движение.

Первый шаг едва не стал последним. Менос, не чувствуя габариты машины, зацепился одной бронированной ногой за другую. Мех опасно накренился, скрежеща металлом о каменные плиты, и едва не завалился на спину.

Раздался оглушительный лязг, от которого у Зуг’Гала заложило уши. Поняв, что ноги пока ему не подчиняются, Менос замер и, судя по резким движениям суставов, перешёл к освоению рук.

Манипуляторы дёргались, сжимая и разжимая огромные кулаки, словно мех пытался стряхнуть с себя невидимые оковы.

– Мы правда оставим его? – тихо спросила Талли. Её глаза блестели от подступающих слёз, отражая сияние кристаллов под потолком.

– Мы – да, а ты полезай к нему, – гоблин грубо подтолкнул девчонку в сторону меха. – Будешь его глазами. Предупредишь, если твари попытаются напасть со спины, нэк.

Талли замерла и перевела взгляд на мех.

– Нет, – выдохнула она и отступила на шаг. – Прошу вас… не заставляйте.

Зуг’Гал нахмурился.

– Ты можешь спасти ему жизнь, нэк.

– Я пойду с вами, – голос Талли дрогнул, но в нём прорезалась неожиданная твёрдость.

Гоблин несколько секунд смотрел на неё в упор. Девчонка, которую Менос вытащил с пира, которую кормил, защищал, тащил через лес и подземелья – сейчас просто разворачивалась и уходила, оставляя его одного в железной ловушке.

– Я не хочу за него умирать, – добавила она значительно тише, кутаясь в свои обноски и с опаской поглядывая на мех. – Пожалуйста.

Старик на это лишь усмехнулся, обнажив острые зубы. Менос сейчас всё равно не мог их услышать. Он был слишком занят борьбой с собственным страхом и непослушным железом, так что ему попросту было не до подслушивания чужих разговоров.

– Пошли, – в радиус магического зрения шамана попало сразу несколько крупных стай. Задерживаться дольше было нельзя.

* * * 

Когда старик надсадно закричал, требуя, чтобы я немедленно убирался из кабины, моё тело отреагировало быстрее разума. Я попытался рывком вскочить из кресла, но вместо того, чтобы броситься к скобам, ведущим вниз, лишь болезненно дёрнулся и повалился обратно.

Только в этот момент я с изумлением обнаружил, что намертво пристёгнут к пилотскому ложе. Широкий, многосоставный пояс из тускло поблёскивающего металла плотно перехватывал мою талию, прижимая к сиденью. Похоже, я настолько увлечённо разглядывал раскинувшийся внизу подземный город, залитый призрачным светом гигантских кристаллов, что совершенно упустил момент, когда механизмы голема сработали и зафиксировали пилота.

Проблема была даже не в моей невнимательности, а в том, что я совершенно не понимал, как работает этот замок. В том же, что мех нужно покинуть как можно скорее, сомнений не оставалось.

Гоблины трусливы по своей природе – это общеизвестный факт.

Но одно дело, когда панику поднимает какой‑нибудь Арах, готовый в ужасе бежать даже от собственной тени. И совсем другое, когда от страха срывается голос старика Зуг’Гала. За те полтора цикла, что я провёл среди них, я усвоил одно незыблемое правило: если шаман напуган, то для этого есть все основания.

Я яростно дёрнул ремень, но освободиться не получилось. Концы металлической ленты сидели в пазах так плотно, будто всегда были частью монолитного корпуса. Попытка использовать стихию теней тоже провалилась. Ни разорвать звенья, ни даже хоть сколько‑то согнуть их не удалось.

Тогда я схватился за цепочку жетона‑ключа. Если я смогу выдернуть его из панели, голем деактивируется, а вместе с ним, возможно, отключится и фиксирующий механизм. Я потянул изо всех сил, но жетон словно врос в гнездо. В итоге цепочка со звоном лопнула, а пластина так и осталась внутри панели.

– Проклятье! – прохрипел я, понимая, что время стремительно уходит.

Не желая сдаваться, я призвал сциллу и активировал руну стихии огня. Максимально втянув живот, чтобы не поджарить самого себя, я начал вливать пламя в металл. Пояс был шириной в три пальца и толщиной с монету, он не казался чем‑то непреодолимым для рунной магии. Я был уверен, что концентрированный жар превратит его в капли расплавленного металла довольно быстро.

Внизу старик уже несколько раз рявкнул, что моя минута уже почти закончилась.

– Да чтоб вас всех! – выругался я, осознав неладное.

Я не чувствовал ни капли жара, который должен был исходить от раскалённого металла. Более того, ремень даже не сменил цвет – ни покраснения, ни характерного свечения. Развеяв руну, я осторожно коснулся поверхности пальцами и скрипнул зубами.

Металл оставался таким же ледяным, как и весь корпус голема. Он не просто сопротивлялся огню, он его вообще словно игнорировал.

В этот момент старик «обрадовал» меня очередным выкриком. Он сообщил, что совсем скоро из всех щелей полезут твари, для которых этот заброшенный город гномов давно стал не только домом, но и охотничьими угодьями. И единственное, чего они будут жаждать – это разорвать меня на куски.

Кто‑то другой на моём месте, возможно, испытал бы к Зуг’Галу некое подобие благодарности за то, что он не сбежал сразу и до последнего оставался со своим учеником, поддерживая того и подробно описывая масштаб грядущей катастрофы. Но я слишком хорошо знал этого старого лиса. Зуг’Гал задержался вовсе не по доброте душевной.

Я видел, как он периодически замирает и прикрывает глаза, словно прислушиваясь к чему‑то невидимому. Старик поддерживал активной руну поиска жизни. Он ждал вовсе не меня, а подхода основной волны монстров, чтобы по их движению вычислить самый безопасный путь для себя и не столкнуться с ними лицом к лицу.

Несмотря на кажущуюся неотвратимость смерти, подыхать в этом проклятом подземелье в мои планы не входило. Страх, едва не парализовавший волю, сменился холодной, злой решимостью и я взялся за работу.

Пока твари появлялись лишь редкими парами, у меня был призрачный шанс освоить хотя бы базу управления этим железным гробом. Я поудобнее перехватил рычаги, вставил ботинки в массивные педали и попытался сделать первый осознанный шаг. В теории всё выглядело просто: вперёд, назад, влево, вправо.

Обычная координация простейших движений.

Однако реальность больно ударила по моим ожиданиям. Стоило мне попытаться шагнуть левой ногой, как правая педаль дёрнулась сама собой, словно пытаясь «догнать» ведущую ногу. Мех опасно накренился. Я едва не завалился на спину и только чудом, судорожно вцепившись в подлокотники, сумел сохранить равновесие.

Оказалось, что педали имеют крайне ограниченный свободный ход и жёстко связаны друг с другом сложной системой тяг. По сути, мне предстояло научиться не просто ходить, а бегать в кандалах, которые диктовали длину и ритм каждого шага. Учитывая, что каждое моё микродвижение дублировала многотонная махина, задача казалась невыполнимой.

Впрочем, решение нашлось быстро.

Если наплевать на эстетику движений, а сейчас мне было абсолютно всё равно, насколько нелепо я выгляжу со стороны, то голем становился вполне послушным, если передвигаться короткими, «семенящими» шажками. Этакая железная пародия на походку столетнего, немощного старика, зато устойчиво и предсказуемо.

Я настолько увлёкся борьбой с механизмами, что лишь в последний момент заметил краем глаза Талли. Она тенью проскользнула вслед за гоблинами в узкий проулок между печами.

– Хааа! – короткий, злой смешок вырвался из моей груди.

Девушка утащила с собой и мой баул со всеми припасами. Единственное, что они оставили, был мой двуручный меч. Тяжёлый клинок сиротливо стоял на прежнем месте, прислонённый к каменному выступу.

На мгновение меня захлестнул укол горькой обиды.

То, что меня бросили, я ещё мог понять. Но они забрали всё. Если вопрос с водой здесь ещё можно было решить, то где добывать пищу, я не имел ни малейшего представления. Этот поступок окончательно подтвердил мою догадку: шаман ни капли не верил в мои шансы. Для него я был уже мертвецом, которому вещи ни к чему.

Но я не стал тратить силы на злость против гоблина или глупой девчонки. Всю свою ярость я перенаправил на гномьих инженеров, создавших это чудо техники.

Пока монстров было мало, моя примитивная тактика работала безотказно: я их просто давил.

Подловить этих прыгучих тварей оказалось несложно. Главное было поймать момент, когда гадина отталкивалась от пола для прыжка, сделать короткий шаг назад и тут же навалиться всей массой вперёд. Гулкий удар подошвы о плиту и из‑под металла разлетаются кровавые брызги.

По‑своему это было даже весело.

Попутно я продолжал дёргать рычаги, торчащие из подлокотников, пытаясь разобраться с руками. Я прекрасно понимал, что когда тварей станет больше, «топтать» их станет невозможно. Они просто облепят корпус и начнут пробираться к пилоту.

И вот тут моё недоумение по поводу гномьей логики достигало апогея. По какой‑то совершенно безумной причине у меха напрочь отсутствовала защита импровизированной кабины. Пилот сидел фактически на виду, прикрытый лишь символическими поручнями.

– Если выживу, – прошипел я сквозь зубы, – первого же попавшегося гнома подвешу за бороду. И он будет висеть, пока не объяснит, почему эти умные идиоты оставили пилота беззащитным!

Зачем было тратить бесценный мифрил на пояс, который намертво приковал меня к креслу, если голову пилота может оторвать любая прыгучая тварь?

Почему нельзя было сделать хотя бы решётку?

И почему, демоны их раздери, рычаги управления руками разбросаны между подлокотниками так хаотично, будто их устанавливал пьяный механик?

Спустя четверть часа и полсотни раздавленных монстров я начал нащупывать свой стиль. Если какая‑то тварь на рефлексах уклонялась от многотонной подошвы, её тут же накрывала широкая железная ладонь, превращая в бесформенное месиво.

Это не только увеличило мой атакующий потенциал, но и добавило устойчивости.

Используя руки как дополнительные точки опоры при резких поворотах, я во многом начал копировать стиль движения песчаных троллей. Он оказался невероятно эффективный для такой громадины.

    Глава 25

Желая выслужиться и доказать свою полезность, девчонка, не спрашивая разрешения, метнулась в сторону и перед самым уходом прихватила вещи Меноса. Будь у неё достаточно сил, то утащила бы и его тяжёлый двуручник, но баул оказался пределом её возможностей.

Зуг’Гал не стал её останавливать. Мертвецу вещи ни к чему, а в случае, если Менос всё же выживет… Этот странный человек уже не раз доказывал, что способен выскользнуть из лап смерти даже там, где у других не оставалось ни единого шанса. Если он вернётся, гнев ученика будет направлен на девчонку, а не на наставника. Удобный громоотвод.

– Вы уверены, что мы правильно идём? – раздался робкий голос девушки.

– Заткнись! – Арах подзатыльником заставил её замолчать.

Зуг’Гал даже не обернулся. Он понимал её замешательство: для человеческой самки их путь действительно выглядел безумным лабиринтом. Уже добрых двадцать минут старик водил группу сквозь бесконечные ряды одинаковых печей, сворачивая то в одну, то в другую сторону. Со стороны могло показаться, что они бесцельно бродят кругами.

На самом деле гоблин ни на секунду не гасил руну поиска жизни. При малейшей угрозе, попадавшей в радиус действия, он мгновенно менял маршрут. Из‑за этого звуки боя то затихали, когда они отдалялись, то вновь нарастали неистовым лязгом, если Зуг’Гал уводил группу назад ближе Меносу, обходя очередную стаю тварей, спешащих на зов меха.

– Ещё раз без разрешения откроешь рот – разорву глотку, – Арах угрожающе поиграл когтями перед лицом девушки.

Шаман лишь хмыкнул и, обернувшись, добавил:

– Ты тоже не шуми, Арах.

Прошло ещё несколько минут блужданий, прежде чем они вышли к едва заметному подъёму. Небольшая лестница спряталась за одной из колонн.

Поднявшись, шаман затаился в тени обрушенной балюстрады. Вековая копоть въелась в камень, сделав его чернее ночи, что позволяло оставаться практически невидимыми.

С этой точки весь зал открывался как на ладони. Ряды гигантских печей, застывшие бронзовые желоба, а в центре древний голем, в чьём кресле, словно нелепая кукла, застрял его ученик.

В этот момент мех Меноса как раз прикончил пару тварей, впечатав их в каменные плиты тяжёлой ладонью.

Старик прикрыл глаза, в последний раз активируя руну поиска жизни на полную мощь. Бесплотная волна сорвалась от источника в груди гоблина, прошивая пространство. Высота давала неоспоримое преимущество, из‑за отсутствия преград в несколько раз увеличивалась область действия магии.

Шаман и сам удивился, когда осознал, что его восприятие достаёт даже до самых дальних туннелей. Там, во тьме, вспыхивали сотни багровых искр.

Твари слышали «крик» машины и сломя голову мчались к источнику звука. Они шли отовсюду. Даже сверху. Из‑под сводов по колоннам уже скользили шаргаты. Их суставчатые лапы со скрежетом вгрызались в барельефы гномов, высекая искры. Из технических резервуаров лениво выползали слизни, о которых рассказывал Менос.

– Мастер, а откуда вы узнали об этом месте? – Арах присел рядом, во все глаза наблюдая за залом.

Шаман тяжело вздохнул и, не отрывая взгляда от боя, ответил:

– Если я ещё хоть раз услышу, как ты умничаешь и насмехаешься над зрением Меноса, я выколю твои глаза и с удовольствием сожру их под соусом из личинок пятнистых жужжек.

– Простите, я не думал… – Арах мгновенно потупил взгляд.

– В том и беда, – прервал учитель. – Нужно хоть иногда думать, а не только полагаться на других или на руны. Шаман обязан использовать все возможности, которые дарованы ему.

Зуг’Гала взяла злость на ученика.

Что бы этот идиот делал, если бы старик первым делом, как только появилось освещение, не высмотрел несколько мест для безопасного отхода? А если бы учителя вообще не оказалось с ним рядом? Никакая, даже самая мощная руна не укажет тебе путь, если ты сам не знаешь, куда идти. И руна поиска жизни – не исключение.

– Подождите… неужели вы думаете, что Менос выживет? – только сейчас до Араха дошёл смысл сказанного.

– А по‑твоему, мне заняться больше нечем? Думаешь, я от скуки решил забраться повыше и посмотреть, как сожрут человека, нэк?

Зуг’Гал не стал говорить, что на самом деле не особо верит в Меноса в этой ситуации. Но даже если шанс – один на десять тысяч, старик обязан увидеть всё своими глазами. Чтобы точно знать, что на этот раз фортуна окончательно отвернулась от его ученика.

– Не представляю, что должно случиться, чтобы он справился, – хмыкнул Арах. – С каждой минутой тварей становится только больше. А вот и наги появились, нэк.

Молодой гоблин указал на провал в стене. Оттуда, плавно изгибаясь, выскользнула четвёрка наг. Их чешуя в свете кристаллов отливала ядовитым малахитом. Твари двигались пугающе синхронно. Шипя, они на ходу атаковали попадавшихся под руку крысоподобных существ, разрывая их туши мощными лапами.

– Тем не менее, пока что парень неплохо справляется, – Зуг’Гал качнул головой.

Голем внизу не останавливался ни на миг.

Стальной колосс продолжал движение, методично раздавливая всех, кто попадал под массивные подошвы. Механизм в очередной раз взмахнул огромной ладонью, и Зуг’Гал невольно оскалился в усмешке.

– Он движется как раненый песчаный тролль. Уродливо, но эффективно, нэк.

Менос использовал руки голема как дополнительные опоры, что позволило ему практически полностью уничтожить первую волну мелких крысоподобных прыгающих тварей. Он превратил их в кровавое месиво, хлюпающее при каждом шаге гиганта.

Несколько групп несытей держались на безопасном расстоянии, в отличие от прыгунов эти атаковали издалека. Они плевались кислотой, но та лишь бессильно стекала по мифриловым жилам меха.

Наги, вопреки ожиданиям, не спешили атаковать неуязвимого голема – они предпочли прореживать ряды других монстров.

Единственной и главной опасностью для Меноса сейчас были шаргаты.

Пауки прыгали на него с высоты, целясь в незащищённую кабину. Но в свете кристаллов их тени выдавали атаку заранее, и Менос уклонялся.

Когда парочке особенно цепких всё же удалось зацепиться за плечи меха, парень не растерялся. Он резко крутанулся вокруг оси, пытаясь их сбросить, а когда это не помогло, то просто рухнул всем весом голема на каменный пол, вмиг раздавив тварей.

Менос неплохо пока что справлялся. Старый гоблин даже порадовался, что не настоял и разрешил самке уйти с ними. Учитывая манеру боя парня, она бы ему только мешала и ограничивала. А скорее всего, вообще вывалилась бы ещё в самом начале боя, подохнув максимально бесполезно.

Внезапно гулкое эхо сражения, заполнившее зал Бастиона, оборвалось мгновенно. Наги, только что терзавшие плоть крысоподобных тварей, замерли, прижав чешуйчатые тела к плитам. Даже шаргаты, до этого дождём сыпавшиеся с потолка, застыли на колоннах, стараясь слиться с камнем.

Из темноты центрального пролёта, ведущего к главным плавильням, донёсся вибрирующий рокот, от которого задрожал сам фундамент крепости. В сиянии магических кристаллов появилась массивная фигура.

Это был ещё один голем – точная копия машины Меноса, но время и неведомая сила превратили гномье творение в кошмар. Броня гиганта была глубоко изъедена кавернами, по которым, словно живая переливалась иссиня‑чёрная скверна. Металл казался больным: он покрылся пятнами ржавчины и слоями липкой слизи.

Там, где у меха Меноса располагалось кресло пилота, теперь пульсировал огромный шар багровой плоти, сочащийся мутной сукровицей. Опухоль тяжело вздувалась, прорастая венами в рычаги и приборную панель. Паразит полностью поглотил механизмы управления, заменив разум машины своей волей. Из сочленений плечевых суставов, извиваясь, вырвались два толстых чёрных щупальца. Они хлестали по воздуху, с хрустом кроша каменные выступы и выбивая снопы искр из пола.

– Мастер… – голос Араха сорвался на писк. – Что это за тварь?

Зуг’Гал молчал, впившись когтями в край парапета. Его зрачки расширились, фиксируя каждое микродвижение существа. За свою долгую жизнь он видел Плеть в самых разных обличьях, но такое – впервые. Скверна не просто захватила неживой механизм, она сделала его частью своей биологии, заставив сталь и шестерни подчиняться пульсирующей плоти.

– Немыслимо, нэк… – выдохнул старик. – Я о подобном даже не слышал.

Заражённый мех не тратил времени на устрашение. Щупальца разом метнулись вперёд, впились в гранитные плиты, и мощный рывок бросил искажённую махину прямо на Меноса.

Столкновение двух титанов отозвалось в зале оглушительным звоном. Ударная волна была такой силы, что ближайших наг просто размазало по стенам. Гиганты сцепились в центре, превращая пространство вокруг в зону полного уничтожения.

Под их многотонными стопами шло непрерывное перемалывание: шаргаты и несыти, не успевшие убраться с пути, превращались в кашу. Колоссы не замечали их, втаптывая остатки монстров в крошево камня.

Менос, используя свою «троллью» манеру боя, упёрся руками в пол, пытаясь сдержать яростный напор. Но противник оказался тяжелее. Чёрные щупальца без устали хлестали по открытой кабине, высекая искры из бронированных плеч. Стальные кулаки сходились с грохотом, от которого стены начали осыпаться пластами.

– Смотри! – Зуг’Гал подался вперёд.

Менос, поймав момент, крутанул машину вокруг оси и мощным ударом предплечья снёс кусок изъеденной брони с плеча врага. Из пролома брызнула густая тёмная жижа. Она зашипела на камне, распространяя мерзкую, тошнотворную вонь разложения. Заражённый мех ответил мгновенно. Щупальце метнулось в узкий зазор, пытаясь достать пилота.

– Давайте уйдём, мастер… – прошептал Арах, глядя, как очередная колонна рушится под весом сцепившихся машин. – Менос долго его не сдержит, нэк.

– Вот именно, – пробормотал старик, не отводя взгляда. – Он уже должен был умереть. Я не понимаю, как…

Если в первые секунды схватки Зуг’Гал ещё сомневался, то последний выпад щупальца подтвердил его догадку. Менос находился под защитой рунного барьера. Тот вспыхнул на короткий миг, отбрасывая «хвост скверны» после удара.

* * * 

Я снова вцепился в рычаги, вдавил педали и повёл махину коротким, семенящим шагом, уходя от прыжка очередной твари. Металлическая подошва с чавкающим хрустом встретила монстра, размазывая плоть и слизь по каменным плитам. Вибрация от удара через корпус голема отозвалась в моих зубах мелкой дрожью.

Твою ж…

Я сбился со счёта. Сколько их уже осталось под ногами? Сотня? Две или три? Они лезли изо всех щелей, но пока мне удавалось удерживать этот шаткий баланс. Руки постепенно привыкали к тугим рычагам, я начал чувствовать инерцию многотонной туши.

Главная проблема, впрочем, была не внизу.

В какой‑то момент появились проклятые шаргаты.

Эти паучьи гадины сыпались с потолка, целясь точно в открытую кабину. Замечая стремительные тени, я уворачивался как мог. Отшагивал, приседал, заставлял голема делать резкие, пугающие меня самого рывки. Пару раз мне везло и я сбивал их ладонями прямо на лету, превращая в месиво ещё в воздухе.

Но один всё же почти меня достал.

Тварь зацепилась за наплечник, подтянулась и скользнула вниз, к самому креслу. Я увидел её слишком поздно, уже совсем рядом. Угольно‑чёрная, многоглазая гадина, с жвалами, уже раскрытыми для удара в лицо.