Текст книги "Проклятие на наши головы (СИ)"

Автор книги: Мария Морозова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 22 страниц)

ГЛАВА 3

Пользуясь тем, что у меня выходной, я решила заглянуть к родителям. Домик семейства Сторна был небольшим, зато очень уютным. И я часто заходила в гости, потому что хоть и решила однажды съехать, но выбирала себе жилище поближе к родным.

– Мам, – позвала я, заходя в прихожую. – Кто дома?

– Привет. – Мама выглянула из кухни, махнув мне половником. – Ты как раз вовремя. Я уж думала, что буду ужинать одна.

– А где все?

– Папа в гимназии. У него там комиссия по ремонту сегодня. А бабуля с дедом отправились на день рождения к госпоже Горанской.

– Вот как.

На кухне пахло специями и жареным мясом. Мама помешивала рагу в сковородке. Стоило войти, откуда-то со шкафа на меня спрыгнула большая белка. Она уселась мне на плечо и радостно застрекотала на ухо.

– Привет, Вира. – Я почесала белку за ухом. – Соскучилась?

Вира была маминым кьюром. Мама обладала даром земли и заведовала службой городских озеленителей, которые наводили в Свишене красоту. Папа возглавлял самую лучшую в городе гимназию. А мой брат с огненным даром трудился пожарным. Недавно он женился и теперь жил с супругой в пригороде.

– Сырные шарики? – облизнулась я, высмотрев на столе тарелку с лакомством.

– Руки, – мама шутливо шлепнула меня по ладони, когда я протянула свою конечность к шарикам. – А то мало ли, где ты там сегодня ковырялась. Или в ком.

– Ни в ком не ковырялась, у меня выходной, – я хихикнула.

– И все равно.

– Ладно, уже иду мыть.

Справилась быстро, очень уж манили запахи. Мама была прекрасной хозяйкой и божественно готовила. В отличие от меня. Нет, я тоже умела, но часто питалась сухомяткой, не имея на готовку никаких сил.

– Помощь нужна? – спросила, стащив-таки один сырный шарик.

– Порежь сельдерей для салата.

Я отыскала нож, доску и пристроилась рядом с мамой.

– Старый Гетцель сегодня скончался, – огорошила вдруг она.

– О, правда? – удивилась я.

Не то чтобы это было слишком уж неожиданно. Старик Зигмунд, патриарх одного из самых влиятельных семейств Свишена, доскрипел аж до ста семнадцати лет и последние годы провел в совершенно безобидном маразме, мечтая только о том, как женит любимого правнука. Месяц назад оный правнук наконец женился. Мы с родителями тоже ходили на свадьбу и смогли убедиться, что господин Гетцель безгранично счастлив. Видимо, после этого он посчитал свою миссию в нашем мире законченной и отошел-таки в иной.

– Да, – подтвердила мама. – Мне час назад Алисия сообщила.

– Мира и покоя его душе, – вздохнула я. – Ох, наверняка захотят хоронить в семейном склепе. Будет мне работа.

– Как будто ты боишься работы, – хмыкнула мама.

– Этой – точно нет. Все лучше, чем мертвяков по ночам выслеживать.

– Был мертвяк? – Мама уже давно привыкла к специфике моей работы и не боялась задавать подобные вопросы.

– Был, – просто подтвердила, решив пока не говорить про призрака. – Ростовщик преставился и сразу в мертвяка, представляешь? Да еще такого шустрого.

– Ох уж эти ростовщики, – неодобрительно поморщилась мама. – Будь осторожна, дочка.

Я молча кивнула. Нет, про призрака точно не стоит говорить. Мама только разволнуется, станет переживать, а помочь мне все равно ничем не сможет. Лучше поберечь нервы близких.

– А ты в курсе, что большой особняк у озера купили? – спросила, когда мы уселись за стол.

– Нет, не в курсе, – покачала головой мама. – Кто купил?

– Наверное, какой-то богатый старик, который решил дожить свои дни красивом спокойном месте, – я пожала плечами. – Не знаю. Я видела только его помощника. Или поверенного. Просил меня посмотреть дом.

– Симпатичный? – поинтересовалась мама.

– Дом? – не сообразила сразу.

– Помощник.

– А… Ну да, вроде бы симпатичный.

Только подозрительный. Но маме об это знать точно не нужно. Благо, она не стала мне сватать Леона Ингера, и просто спросила:

– Кстати, ты чего без Микуши?

– Он дома дрыхнет. Устал.

– Бедняга.

– Что поделать, – я шутливо развела руками. – Тяжела доля кота некромага. Постоянно приходится вместе с хозяйкой где-то шляться по ночам.

Мама улыбнулась, подавая мне салат. Я наложила себе полную тарелку. Все эти овощи и зелень росли у нас в огороде и были гораздо вкуснее тех, что можно было купить.

– Так вот, дом, – продолжила я. – Ты случайно не знаешь, чей он теперь?

– Откуда? – пожала плечами мама.

– Ты по четвергам пьешь чай у тети Алисии. А к ней заходит госпожа Нодрак – первая городская сплетница.

– Увы, видимо, этого не знает даже госпожа Нодрак.

– А кому он вообще принадлежал раньше?

– Если правильно помню, какому-то барону, – ответила мама. – Он то ли проиграл дом, то ли заложил за долги. Я была ребенком, когда видела хозяина последний раз. Потом особняк долго пустовал, уж не представляю, почему его никому не продали. Кстати, вроде бы наш бургомистр доводится этому барону каким-то родственником. То ли троюродным внуком, то ли четворюродным племянником.

– Интересно, – пробормотала я.

– Теперь и мне интересно тоже. Там уже кто-то живет?

– Пока нет. Но мне сказали, что жилец должен появиться со дня на день.

– Хм… – мама хитро прищурилась. – Может, он будет молодым и симпатичным?

– Ма-а-ам! – я закатила глаза.

– Что «мам»? Микуша должен расти в полной семье!

Я рассмеялась. Мама попыталась построить нарочито строгое лицо, но прыснула следом за мной. Родители никогда не упрекали меня тем, что я до сих пор не замужем, но шутить об этом никто не мешал, в том числе и мне самой.

– Микуше нужен самый лучший отец, – заявила я чопорно. – Поэтому отбор мы будет вести тщательно и неспешно.

– А как же иначе? – хихикнула мама.

Теплый во всех отношениях домашний вечер привел меня в прекрасное расположение духа. Вернувшись к себе, я загладила Мика, устроила себе ванну с пеной, напилась любимого травяного чая. Мне было хорошо и спокойно. Но старый особняк не позволил забыть о себе так просто.

Все началось, когда я уже собралась спать. Неожиданное чувство настигло, стоило лечь в кровать и потянуться к лампе на тумбочке. Сначала где-то под сердцем поселилось не очень приятное саднящее ощущение. Потом кровать разом перестала быть удобной и уютной. Потом сонливость слетела, будто ее и не было. Обычно так бывает после того, как приснится кошмар. Вот только я еще даже не начала дремать, поэтому никак не могла видеть плохой сон. Да что за ерунда?

– Мик? – позвала я. – Ты ничего странного не чувствуешь?

– Мя? – Кот оторвал голову от любимой лежанки.

Весь его вид выражал недоумение. Кажется, неуютно сейчас было только мне.

Я поднялась и заходила по спальне, растирая грудь, хотя легче не стало. Наоборот, я вдруг поняла, что теперь меня еще и тянет куда-то. Тянет так сильно, что тяга причиняла почти реальную, физическую боль.

Не предполагая даже, что происходит, я схватила брюки. Мик с обеспокоенным мявом подскочил и выгнул спину, воинственно топорща усы.

– Да, мой хороший, – прошептала, торопливо одеваясь. – Кажется, нам нужно бежать.

Пришлось довериться чутью. Оно вывело меня из дома и погнало по уже знакомому пути. Переулок, рощица, лощина. Бледный свет посоха освещал заросли и отбрасывал нервные тени на тропинку под ногами. Я бежала, не забывая осматриваться по сторонам, и пыталась понять, куда именно нас с Миком несет. Неужели в особняк?

Так и вышло. Совсем скоро перед носом возникла кованная ограда и ворота. Сунув руку в карман куртки, я нашарила там ключ и воткнула его в замок. Ворота открылись, пуская нас во двор. И как только я шагнула туда, тяга стала быстро ослабевать

По инерции добежала до самого крыльца и остановилась у ступеней. Мик сел возле моих ног, вопросительно мяукнув.

– Согласна, я тоже ничего не понимаю, – пробормотала я.

Подняв посох повыше, осветила двор и фасад особняка. Со вчерашней ночи он никак не изменился. Вокруг было тихо и спокойно. Воздух пах розами и жасмином, где-то в зарослях стрекотали цикады. Дверь самого дома казалась закрытой, не было видно ни следов, ни мусора. За оконными стеклами царила непроглядная темнота. Кажется, хозяева сюда еще не явились.

Я немного подождала, но ничего так и не произошло. Ерунда какая-то. Неужели то, что звало меня сюда, исчезло?

Выдохнув с досадой, я развернулась и шагнула к воротам. И тут же ощутила, как с каждым шагом тяга снова нарастает.

– Что за бред! – прошипела рассерженно.

Остановилась. Сделала шаг к крыльцу. Потом обратно, к выходу. Притяжение работало, как упругий поводок. Меня что, не хотят отпускать?

Я выругалась себе под нос и взбежала по ступенькам. Решительно сунула ключ в замок и распахнула дверь. Холл был пуст.

– Мя? – спросил Мик.

– Пойдем-ка посмотрим на наши любимые подвалы, – угрожающе прищурилась я.

Вполне возможно, что мы все-таки не до конца упокоили призрака прошлой ночью. Поэтому теперь нужно довершить начатое, чтобы и мне спалось по ночам спокойно, и хозяевам никто не мешал тут жить.

Но вот же пакость какая! Мало того, что заманила меня в ловушку, напала, понаставив синяков, так еще и развоплощаться до конца не захотела. Ну ладно, второй раз я не облажаюсь. Таким созданиям среди живых не место.

Вниз спускалась с самыми нехорошими предчувствиями. Однако как ни странно, они не оправдались. Нежити в подвале не было. Тот угол, где случилась вчерашняя битва, оказался пуст и чист. Ни следа Потустороннего, ни малейшего намека на него. И даже попытка выманить кого-нибудь на кровь не увенчалась успехом.

Мик прошелся по подвалу, обнюхивая углы, и тоже ничего не нашел. Отчетливо ощутив растерянность кота, я погладила его по голове.

– Не понимаю, – прошептала я досадой. – Выходит, вчера мы сделали все, как надо. Что же сейчас не так?

Никто, естественно, не ответил. Пришлось возвращаться наверх. Но стоило направиться к выходу, под сердцем тут же засаднило.

– Да чтоб вас всех, – ругнулась в сердцах и обреченно вздохнула.

Решив, что призрак мог быть тут не один, я еще раз обошла дом сверху до низу. Пустила себе кровь и на первом этаже, и на заднем дворе, пытаясь выманить на нее кого-нибудь. Проверила фон на магические аномалии. Запустила Мика в сад, чтобы тот поискал следы, остатки эха и вообще все, что могло казаться подозрительным или странным. Но ничего. Все было спокойно. И только боль предупреждающе колола в груди, как только я двигалась в направлении ворот.

Смирившись с неизбежным, я отправилась в гостиную. Села на диван, устало вытягивая ноги, и уставилась в стену. В стене зияло нутро камина, в который можно было войти, не слишком сильно наклоняясь.

– Мя? – спросил Мик, забираясь на кресло.

– Хороший вопрос. Если бы я знала, что происходит, я бы попыталась проблему решить. А так… Посидим. Подождем. Может, тот, кто так звал нас сюда, соизволит появиться.

Кот свернулся клубком и прикрыл глаза, давая понять, что опасности не чувствует. Диван был мягким и удобным, а тишина вокруг убаюкивала. И хотя я собиралась держать ухо востро, сама не заметила, как умудрилась задремать.

Когда проснулась, гостиную уже заливал розоватый утренний свет. Спохватившись, я поднялась, но вокруг ровным счетом ничего не изменилось. Мик сонно потянулся, растопыривая когти, и зевнул.

– Боги, – я потерла лицо. – Который час вообще?

Судя по солнцу, было часов семь, не больше. Я вроде бы даже неплохо выспалась. Гостиная в солнечных лучах оказалась вполне уютной, несмотря на темную отделку. И в доме по-прежнему никого не было: ни живых, ни мертвых.

Подозрительно прищурившись, я медленно сделала шаг к выходу. Потом еще один и еще. Мик семенил следом. Мне удалось спокойно выбраться на крыльцо. Идти по аллее тоже ничего не мешало. И даже когда я вышла за ворота, странная тяга не дала о себе знать.

– Ладно. – Мы с Миком обменялись мрачными взглядами. – Пойдем домой. Нужно позавтракать, а потом уже думать.

Конечно же, кот возражать не стал.

За завтраком моему любимому крепкому кофе компанию составили книги и конспекты, которые остались еще со времен университета. Я бережно сохранила их все, потому что работа некромага была в чем-то непредсказуемой, и тем сильнее ценились любые знания, которые некромаг мог получить. Призраков мы изучали плотно. А тот факт, что ночные странности связаны именно с призраком, сомнению не подлежал. Не было в доме ничего такого, что могло бы повлиять на меня. Ни запрятанных артефактов, ни аномалий, ни другой нежити. На его территории не было даже фамильного склепа, как иногда бывало в старых поместьях. Нет, это призрак, готова поспорить на что угодно. Значит, нужно копать именно в эту сторону.

И почти через час упорных раскопок мне стало понятно: вляпалась я по самые уши. Ибо столкнулась кое с чем настолько редким, что по этой причине почти не изученным. Зато у меня хотя бы был вариант, хоть и не слишком обнадеживающий. Все конспекты и книги, где похожее явление вообще хоть как-то упоминалось, дружно сообщали: единственным вариантом, который мог бы объяснить мое состояние, было посмертное проклятие призрака.

Призраки у нас встречались самые разные. Опасные и безобидные, сильные и слабые, оформленные, разумные и бестелесные. Кто-то сохранял память и личность, кто-то терял все, превращаясь в пакостный сгусток энергии. Но всех их объединяло то, что они в разной степени могли влиять на живых. И если покойник когда-то был магом, часть его магии доставалась застрявшему в нашем мире духу, отчего тот иногда приобретал совершенно несвойственные другим способности.

Призраки магов могли стать как мудрыми наставниками и советчиками, так и опаснейшими тварями. Особенно, когда смерть была несправедливой и несвоевременной. А мой призрак был очень зол на жизнь. Тогда я не успела как следует об этом подумать, но его эмоции ощутились вполне отчетливо. Гнев, обида на предательство, жажда мести. Убойная смесь. Причем, убойная для нас обоих.

Раньше мне казалось, что призрака развоплотила неудачная атака. Но что, если она не была неудачной? Та женщина хотела проклясть меня, и она сделала это, растратив на проклятие остатки сил. Пожертвовала своим посмертием, чтобы… Чтобы что? А вот тут вопрос.

– Мик, ты чувствуешь во мне что-нибудь странное? – Я развернулась к коту вместе со стулом, на котором сидела.

Мик запрыгнул ко мне на колени. Как следует обнюхал лицо, забавно щекоча усами. Лизнул кончик носа. Фыркнул в ухо, заставив рассмеяться. И отстранился, недоуменно щурясь.

– Да, – вздохнула я. – Тяжелый случай.

История, кстати, подобные случаи знала. Самым известным был казус графа фон Доуэра, произошедший лет двести назад. Кутила и ловелас, он проматывал родительское состояние, пока его не проклял призрак родной тетки. Как говорили слухи, граф потерял свою мужскую силу и не смог вернуть ее до тех пор, пока не вырастил и не выпустил в жизнь оставшихся сиротами кузенов – детей этой самой тетки. Это помогло ему остепениться и взяться за ум. Но самым поганым лично для меня было то, что снять проклятие мужчине не помогли даже самые прославленные специалисты того времени. Конечно, за двести лет некромагическая и все прочие науки шагнули вперед. Вот только об удачных случаях избавления от такой гадости я не слышала.

Понять, права я или нет, поможет следующая ночь. Внутри еще теплилась надежда на то, что в особняк меня потянуло ну вот просто так, без всякой причины. Хотя рассудок подсказывал: надеяться глупо. И это очень-очень расстраивало.

Чтобы отвлечься, я решила заняться тем, чем и должна была, – работой. Несмотря на должность городского некромага, сидеть в ратуше по расписанию мне не приходилось. За мной был закреплен район, где я проводила осмотры и обходы, а горожане, которые хотели воспользоваться моими услугами, просто оставляли в ратуше заявку. Я разбирала их по очереди и срочности, писала отчеты и сдавала в канцелярию.

Сегодня заявка поступила всего одна. Как я и думала, представители славного Свишенского рода Гетцель желали узнать, можно ли в их семейном склепе произвести новое захоронение. А это значило, что мне снова предстоит посетить городское кладбище.

Просто так поместить своего патриарха в склеп Гетцелям мешал тот факт, что родовые усыпальницы накапливали к себе некроэнергию. Каждые новые похороны означали новый всплеск. Когда текущий уровень становился слишком высок для очередного покойника, хоронить там вообще запрещалось. Ведь безгрешных людей практически не бывает. И если негативная энергия мертвеца вступает в резонанс с фоновой, она легко может поднять из саркофагов всех его многочисленных предков. А то и соседей по склепам и могилам. Поэтому на появление в склепе очередного «жильца» всегда требуется мое разрешение. Если я понимаю, что он может создать некроаномалию, то должна почистить фон или самого недавно почившего. Но иногда могу и вовсе запретить похороны. У меня есть на это все полномочия.

Усыпальница Гетцелей была большой и солидной. Я обошла ее по периметру, делая замеры специальным артефактом, спустилась вниз, повторив там то же самое. Запустила внутрь пару заклинаний. Осмотрела каждую нишу где покоились славные предки рода. К счастью, много времени это не заняло. Все оказалось в пределах нормы, что подтвердил и Мик. Ну а старый Зигмунд, явно умерший вполне спокойным и счастливым, не должен был сильно повлиять на фон.

Вернувшись в ратушу, я отправила свое разрешение Гетцелям с курьером. А потом решила зайти в земельный отдел, где имела связи. Сидевшая там хохотушка Стефания разулыбалась, завидев меня. Мы хорошо общались, она знала мою маму, всегда умилялась Мику, поэтому я надеялась, что смогу хоть что-нибудь прояснить.

– Нужна информация, – заявила я, решив не тянуть кота за хвост.

Хотя коту в лице Мика все же пришлось поучаствовать. Я надеялась, что он настроит подругу на благодушный лад и сделает ее сговорчивой. Первое вышло идеально.

– А кто тут такой хорошенький? – засюсюкала Стефания, словно видела его в первый раз. – Кто такой сладенький?

Я не осуждала. Перед моим кьюром и правда было сложно устоять. Хотя абы кому в руки не шел. Не стеснялся демонстрировать свою неприязнь, если что казалось не так. А если человек был слишком уж непонятливый, мог и лапой наподдать. Я считала кота детектором хороших людей и часто полагалась на его мнение.

Ласку Стефании Мик принял вполне благосклонно, выгибая спину и довольно щурясь. Нагладившись, девушка все же обратила свое внимание на меня.

– Информация? – уже нормальным голосом переспросила она, стряхивая с юбки шерсть.

– Кто купил старый особняк у озера?

– Мы такое не разглашаем. Это же конфиденциальность.

– Я и не прошу нарушать конфиденциальность. Его владелец все равно скоро появится в Свишене.

– Ну вот когда появится, тогда и посмотрим, – пожала плечами Стефания.

– Мне очень надо, – сказала я тихо. – Считай, что это связано с моим профессиональными обязанностями.

– Да не знаю я, – она вздохнула. – Эта земля принадлежала королевству, а не городу. И сделка проводилась в столице. Когда хозяин явится, он принесет нам копии документов для заверения, и мы внесем его в наши списки.

– Вот и стоило так ломаться, – возмутилась я.

– Ну извини, – Стефания развела руками.

– Ладно, – я не торопилась сдаваться. – А кому дом принадлежал до этого?

– Ой, тоже не знаю. Вроде бы лет пятьдесят назад его хозяин проигрался то ли в карты, то ли на скачках. Взял ссуду в банке под залог особняка и, наверное, даже выплатил. Но помер, не оставив наследников. И землю вместе с домом забрало королевство.

– Мама вчера сказала, что наш бургомистр приходится этому барону дальним родственником, – не успокаивалась я. – Значит, и ты тоже. Ты же его сестра.

– Может, и приходится, – девушка спокойно пожала плечами. – Ни родители, ни Томас о таком не рассказывали.

– Совсем ничего?

– Совсем. У нас этой родни знаешь сколько? Что близкой, что дальней. У нас с Томасом четверо дедушек и восемь бабушек, включая двоюродных. Представляешь, восемь! Наверное, и барон где-то там мог отметиться.

– Ладно.

Впрочем, меня неудача не расстроила. Не думаю, что призрак как-то связан с прошлым особняка.

– Так а тебе это зачем, Ружена?

– Не бери в голову, – я махнула рукой и отделалась расплывчатым. – Говорю же, профессиональное. Старый дом, нежить, все такое…

– Ага, – растерянно кивнула Стефания. – Нет, если хочешь, я спрошу у своих…

Закончить ей не позволил громоздкий телефонный аппарат, затрезвонивший на весь отдел. Посчитав это отличным поводом, я помахала ей рукой, подхватила Мика и сбежала.

Времени до вечера еще было навалом. Зайдя пообедать в один из местных ресторанчиков, я заняла столик у окна и задумчиво уставилась на озеро. Что же мне со всем этим делать…

Специалистов по проклятиям у нас в Свишене нет. Обращаться в местную больницу бесполезно. Уж если Мик ничего не ощутил, целители вряд ли что-то найдут. Можно было бы отправиться в столицу и поискать кого-нибудь там. Но сначала стоит понять, проклятие ли это вообще. И если да, то как оно на меня влияет. Вдруг я теперь в принципе далеко от особняка отойти не смогу?

Чтобы это проверить, после обеда мы с Миком отправились гулять. Местный поезд отвез нас на противоположный конец Свишенского озера. Из-за того, что озеро было очень длинным, поездка заняла аж сорок пять минут, и я посчитала это расстояние вполне достаточным для первого эксперимента. Мы прошлись по берегу, заглянули в старую горную крепость, очень популярную среди туристов, перекусили в одной из местных кофеен. И все это время я внимательно прислушивалась к себе. Пыталась найти хоть малейшие признаки того, что на меня действует какая-нибудь гадость. Однако не находила. Значит, расстояние особой роли не играет? Или играет, но лишь ночью?

Вариантов можно было придумать очень много. Вот только с выводами я пока решила не торопиться. Хотя и очень надеялась на то, что ближайшие несколько дней помогут разобраться. А потом и решить проблему. Ведь мне нужна моя прежняя жизнь. Нормальная, устроенная и без всяких неожиданностей.