Текст книги "Попала! Ошибка истинного (СИ)"
Автор книги: Мария Минц
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 19 страниц)
Глава 25
Иштван
– АЛДЕРИАН, ТЕБЕ НУЖНА ПОМОЩЬ? – прогрохотал Призрак. Я только усмехнулся. Дракон впервые предлагал помочь в обход своей привычной ворчливости и вредности.
– Справлюсь, – хладнокровно сказал я, – но за предложение спасибо. Не забуду.
И тут же позвал:
– Василиса!
Она откликнулась тут же, словно в нетерпении ждала этого:
– Я здесь!
– Замри и не шевелись, – мягко сказал я, – думай о чём-то хорошем. Но не старайся отправиться узнавать, что тут творится, иначе тебя может зацепить.
– Ой… – похоже, мои слова не на шутку её напугали. Я тут же ощутил злость по отношению к себе.
Я слишком поторопился. Да. Нельзя было её так сразу пугать!
– Я не какая-нибудь там размазня, которая боится каждого шороха, – обиженно отозвалась Василиса, и я улыбнулся краешком рта. Похоже, мои мысли она действительно слышала так же хорошо, как и я – её, – я умею держать себя в руках! Хотите – проверьте.
– Обязательно, – заверил я её, – но это потом. А пока – просто не шевелись. Поняла?
Не знаю, как, но я почувствовал, как она кивнула.
– И повторяй за мной, – продолжил я, глядя прямо в огромные глаза змея, который уже пополз по направлению ко мне, – всё будет хорошо.
– Всё будет хорошо, – неуверенно протянула Василиса.
– Умница. Ещё раз.
Змей почувствовал мой взгляд и навис над головой. Я окинул его оценивающим взглядом. Это была явно боевая стойка. Демоны, а в Междумирье я даже не могу перекинуться драконом!
– Всё будет хорошо! – долетел до меня нежный голос Василисы. На этот раз – куда увереннее.
– Иначе и быть не может, – выдохнул я в ответ. Расставил руки в стороны. Над каждой моей ладонью вспыхнул ярко-синий магический пульсар.
Змей утробно зарычал и двинулся вперёд. Я немедленно последовал его примеру, с той поправкой, что двигался я молча.
– Всё… будет… – на этот раз голос Василисы доносился обрывочно, словно что-то глушило его. Демоны! Я даже знаю, что!
Я коротко выдохнул и двинулся вперёд, держа наготове пульсары. Они обжигали ладони.
– …Иштван! – вдруг донесся до меня голос Василисы, прорвавшийся сквозь помехи. Я замер. Это был первый раз, когда она назвала меня по имени!
И эта короткая фраза вдруг влила в меня мощный приток сил. Даже перед глазами замерцало.
– Я иду, Василиса, – ответил я, и тут змей кинулся на меня.
***
Василиса
Дура, вот я дура! Ну кто меня за язык тянул? Я бы его ещё “солнышком” или “котиком” назвала!
Его! Иштвана Алдериана! Который, на секундочку, дракон и могущественный колдун, а ты к нему вот так вот обратилась! Ой-ой-ой!
Я с упоением отдалась во власть самобичеванию, лишь бы не поддаться соблазну пошевелиться и дать отсюда дёру.
А удирать было, от чего. Сразу после нашего разговора с Иштваном тьма вокруг вдруг расцветилась и заполыхала целым калейдоскопом красок. Ярко-жёлтый перетекал в оранжевый и зелёный. Я вдруг почувствовала себя так, словно очутилась в парке в разгар новогодней ночи.
Вот только в парке нет этих леденящих кожу звуков!
Со всех сторон – по крайней мере, мне так показалось – на меня обрушилось гортанное рычание, клёкот, будто бы сюда прорвалась целая стая каких-то диковинных ворон.
К этим звукам примешивались глухие удары, почти каждый из которых попадал в цель. Сначала я попыталась вглядеться в разноцветную туманную завесу, но потом махнула на это рукой.
С меня хватило одного-единственного раза, когда в густом тумане я вдругу увидела резкое движение, и где-то в глубине заметалось огромное, как несколько брёвен, длинное тело!
Сердце гулко стучало, замирая на каждый звук удара. Тивадай хранил полное молчание. То ли отключился, то ли решил понаблюдать.
Звуки ударов участились. Теперь каждый был похож на раскат грома прямо над головой. Шипение, яростный рык, скрежет – всё смешалось воедино.
И вдруг – раз! И всё стихло. Словно кто-то накинул сверху огромное толстое звуконепроницаемое полотно.
Всполохи погасли не сразу. Они плавно затухали, один за другим, как огни на новогодней ёлке. И всё это – в полной тишине, которая после той вакханалии показалась звенящей.
Я напряжённо вслушивалась, а потом решилась:
– Иш… Иштван, – запнувшись, несмело позвала я. Его имя ложилось на язык и обволакивало горло, как тягучий мёд, – всё в порядке?..
Тишина была мне ответом.
Правда, недолгим. Не успело сердце рухнуть куда-то в район пяток, как во тьме снова померещилось движение. Что-то замерцало там, впереди, и я, приоткрыв от изумления рот, ощущая себя в бесконечном сне, наблюдала, как прямо из тьмы ко мне шагает широкоплечая фигура того, о ком я только и могла думать всё это время!
– Я нашёл тебя, Василиса, – улыбнулся мне Иштван Алдериан, и я чуть было не завизжала от радости, чуть было не кинулась к нему на шею.
Но сдержалась. Проклятая стеснительность помешала, разом сковав все движения. Я замерла, глядя на него во все глаза, а губы смогли произнести только одно слово:
– Иштван…
Он протянул руку, и я вытянула вперёд свою. Наши пальцы соприкоснулись, как вдруг…
Пронзительно завизжал Тивадай:
– Василиса, беги скорее! Алдериан, я знаю, ты уже тут и слышишь меня, хватай её и беги! Они уже здесь!
Мы с Иштваном замерли. Очень плохое предчувствие охватило меня.
– Тивадай, что случилось? – начала я, но вдруг…
Что-то упругое и тяжёлое обвило меня вокруг талии и сдавило так, что из лёгких вырвался беспомощный вскрик. Я не успела даже толком разглядеть, что это такое, потому что последовал такой мощный рывок, что меня буквально оторвало от Иштвана и потащило во тьму.
Сверху обрушился издевательский хохот Феликса и панический крик Тивадая:
– Они пришли за тобой, Василиса! Обряд решили провести сегодня!
Глава 26
Меня выдернули из Междумирья – грубо и резко, как пробку из бутылки. Я бы ни разу не удивилась, если бы услышала характерный звук.
Перед глазами пронеслись радужные пятна, а грудь сдавило от болезненной обиды. Пальцы до сих пор чувствовали прикосновение пальцев Иштвана…
Нет, ну что за хрень?! Почему всё так?! Почему это случилось именно в тот момент, когда Иштван наконец-то меня отыскал?
От бессилия и обиды хотелось выть, чем я успешно и занялась. А ещё принялась ожесточённо брыкаться, извиваться и пинать наугад ногами во все стороны, отчаянно надеясь попасть по кому-то.
У-у-у-у-у! Я покажу этим гадам! Они у меня сейчас узнают, что Василиса Громова не сдаётся так просто!
К моей бурной радости, пару раз мне всё-таки удалось попасть. Нога столкнулась с чем-то твёрдым, но упругим. По-ощущениям – словно кто-то старательно набивал своё пузо, а потом подставился под удар.
Плохо было то, что я нифига не видела. Даже когда открыла глаза – перед ними всё так же висела тёмно-серая пелена! Благо, хоть дышать стало легче.
И меня явно крепко держали, причём, на весу. Движения были скованы, в тело как будто бы плотно обвивала толстая верёвка.
Ответом мне послужили два глухих стона и совершенно бешеная площадная ругань, обрушившаяся на голову.
– Дай мне свернуть девчонке шею! – бесновался незнакомый мне басовитый голос, – Я ей отплачу!
– Заткнись, Корф! – прошипел второй, который я тоже не узнала, – Господин Феликс сказал доставить её в целости!
Ага, Феликс, значит! Ну, кто бы сомневался!
– Пустите, гады! – заорала я, что было мочи, – За мной уже идёт Иштван Алдериан, вы вообще в курсе, кто это?! Да он вам тут всем головы снесёт!
Это подействовало, пусть и всего лишь на пару минут. Хватка того, кто держал меня, немного ослабла.
– Бо-орг, – неуверенно протянул уже знакомый мне голос, – может, ну его тогда, а? Я про этого Алдериана слышал, он очень сильный. Вдобавок дракон.
– Да-да-да! – обрадовалась я, – Дракон! И вы, ребята, очень зря перешли ему дорогу.
О чудо! Кажется, хватка стала ещё слабее. Я собрала все свои силы и заизвивалась с утроенной решимостью. Сердце бешено колотилось, а в голове стучала отчаянная надежда: Иштван уже рядом! Он вот-вот вынырнет из Междумирья следом за мной, и уж тогда эти двое, Борг и Корф, меня точно отпустят!
Сердце сладко запело от такой перспективы… и совершенно напрасно.
– Хватит орать! – злобно прорычал над моим ухом Борг, обдав моё лицо мерзким запахом какой-то кислой дряни, – Никто за тобой не придёт, девчонка! Смирись и не дёргайся!
Ну уж нет! Не дождётся!
Я мстительно пнула воздух в ответ, к своему огромному сожалению ни по чему не попав, и параллельно принялась отчаянно взывать в своих мыслях:
“Тивадай! Тивадай! Ты куда делся? Ты же только что у меня в ушах орал! Тивада-а-а-ай!”
Но ответом мне была полная тишина. А из-за проклятой пелены на глазах я не видела ничего!
Внезапно откуда-то из недр подсознания вынырнуло видение: плюшевая крыса неподвижно лежит у стенки хижины. Бездыханная.
Что?!
Они что-то сделали с Тивадаем?! Вот уроды! Не прощу!
Я задрыгала ногами ещё активнее, как вдруг на голову мне упало что-то упругое и тяжёлое. В лёгких тут же закончился воздух, а нос залил едкий запах, как будто меня окунули головой в уксус. Я тут же закашлялась и в ужасе почувствовала, как тело обмякло, а сознание отключилось…
…– Очнись, сучка! – пронзительно взвизгнул кто-то прямо над моим ухом, и я поневоле пришла в себя. Резко открыла глаза и в панике заозиралась.
Сначала передо мной маячили только какие-то расплывчатые тёмные пятна. Но я быстро проморгалась, заставив их обрести очертания, и ахнула.
Передо мной стояла Ханна в каком-то бесформенном тёмно-зелёном балахоне с нашитыми сверху ветками и листьями. Волосы у неё были всклокочены и напоминали воронье гнездо, а лицо было искажено ненавистью.
– Хан-на? – просипела я и закашлялась вновь: горло царапало так, будто я проглотила моток колючей проволоки.
– Да, это я! – прошипела моя бывшая соседка по комнате и вдруг прицельно ткнула меня пальцем под рёбро. Тело тут же взорвалось острой болью. Я вскрикнула и инстинктивно выгнулась на месте… и только сейчас обнаружила, что лежу на какой-то большой каменной плите.
А мои руки и ноги накрепко примотаны к ней не то длинными ветками, не то очень жёсткими верёвками!
– За что?! – возмутилась я и принялась вырываться. Бесполезно, мои путы только натягивались, но не ослабевали. Наоборот, больно врезались в запястья и лодыжки, – Какого фига?! Ханна!
– Да, Ханна, будь так любезна, объясни, почему ты вдруг так возненавидела нашу гостью, – вдруг тягуче произнёс голос, обладателю которого я немедленно пожелала провалиться.
Ханна вздрогнула, но не отступила.
– Я ненавидела её давно, – процедила она, уничтожающе глядя на меня, – с того самого момента, как ректор Алдериан притащил эту оборванку в Академию!
Глава 27
Вот это поворот. Я даже вырываться перестала от изумления.
– Почему? – ошарашенно спросила я, – Что я тебе такого сделала? Когда я только появилась в Академии, мы друг друга с тобой даже не знали!
Пухленькое лицо Ханны перекосилось, и мне показалось, будто бы оно даже ссохлось от злости. По спине пробежали мурашки: такая метаморфоза выглядела очень пугающей!
– Потому, что я сразу поняла, к чему всё идёт, – процедила она, буравя меня пылающим от ярости взглядом. Мне стало очень не по себе. Сразу подумалось, что будь у Ханны возможность метать молнии из глаз, я бы тут же оказалась истыкана ими, как дикобраз.
– Я видела, каким взглядом ректор смотрел на тебя, – продолжила шипеть Ханна, надвинувшись и повиснув надо мной.
– Да каким?! – не выдержала я. То, что она несла, напоминало лютый бред. Поверить в то, что Иштван мог так быстро в меня влюбиться, я не могла даже при температуре сорок. Ну, не бывает такого!
Собственно, мне и сейчас в это слабо верилось…
Эта новая мысль пронзила меня, как вспышка молнии. Она была такой простой, но такой уничтожающе логичной, что я поразилась, как не додумалась до этого раньше.
А ведь он не говорил, что любит меня. Поддерживал – да. Кинулся спасать – да, причём, не один раз. Поцеловал – тоже да.
Но я ни разу не услышала от него признания в любви.
Тивадай говорил о метке истинности. Вот она – сияет на моей руке. А что, если всё поведение Иштвана продиктовано именно ей, а не его искренними ко мне чувствами.
Ханна бубнила что-то ещё, но я отрешилась от внешнего мира, полностью погрузившись в раздумья. Сердце гулко стучало, отдаваясь эхом в ушах.
Я почувствовала себя обманутой глупой девчонкой, поверивший в красивую сказку о любви. На глаза навернулись слёзы.
Это было ужасно! Ухватить за хвост красивую мечту, которая почти исполнилась, и камнем рухнуть вниз.
Как я теперь смогу доверять кому бы то ни было…
– …исполнит мою мечту! – ворвался в мои невесёлые мысли визгливый голос Ханны, и я сморгнула слёзы. Помотала головой.
– Ты про что? – непонимающе спросила я её.
Ханна вытаращилась на меня, набрала воздуха в грудь и рявкнула:
– Про то! Про то, что господин Гонож точно поможет мне заполучить ректора Алдериана! Всё, что нам сейчас будет нужно – убрать помеху в виде тебя.
– Погоди-погоди, – голова гудела от обилия мыслей и новой информации, – при чём тут вообще Гонож? Как ты с ним связалась-то?
Я спросила это не столько потому, что было интересно или потому, что хотела потянуть время. Мне очень хотелось отвлечься от неприятных и грустных мыслей.
Да, будучи прикованной к каменной плите, ну и что? Я не в ответе за свои мысли, они могут возникнуть в любой момент времени!
Ханна вздёрнула брови. Её глаза вдруг подёрнулись мечтательной дымкой.
– Это было на лекциях по Истории ведьмовства, – сказала она, – именно на них нам рассказали о культе Гоножа, которого почитает Дахемский ковен. И там упомянули, что Гонож может исполнять желания своих последователей. Я долго не думала, разыскала одного и вышла с ним на связь. И вот, теперь я тут! Я уверена, если лично, своими руками, задобрю Гоножа и он увидит мои усилия, то сделает так, чтобы ректор Алдериан стал моим!
Я молча слушала эту пламенную тираду. Интересно, Ханна себя слышит со стороны? Неужели не понимает, какой это лютый бред?
Например, то, что Иштван – дракон, а значит, вряд ли чары какого-то там Гоножа на него подействуют? Или то, что Феликс неоднократно заявлял, что хочет поквитаться с Иштваном? Ханну это не смутило? Или в её представлении “поквитаться” – это “попить чаю с пирогами”?
Вообще, похоже, Ханну неплохо обработали. Я когда-то читала книгу про секты и про то, как туда вербуют новых последователей, и мне теперь кажется, что с Ханной действовали похожим образом…
– Ты опять не слушаешь! – взвилась она.
– Да нет, слушаю, – пробормотала я, – всё настолько увлекательно, что я потеряла дар речи…
– Ханна, прекрати, – вдруг хлестнул по воздуху голос Феликса – резко и непререкаемо. Я вздрогнула, потому что уже успела забыть о его существовании. Выгнулась и попыталась взглянуть назад, чтобы определить, где сейчас Батори.
И вздрогнула всем телом от неприятного открытия. Воспользовавшись разговорчивостью Ханны, Феликс подошёл совсем близко к камню, на котором я лежала.
И теперь пристально наблюдал за мной, приоткрыв мелкие белые зубы в жёсткой усмешке.
Я похолодела, поймав его ледяной взгляд, обращённый на меня. По рукам побежали очень неприятные мурашки.
– Заканчивай трепаться, – велел он Ханне, – пришло время действовать. Сестра связалась со мной. Похоже, Алдериан совсем скоро будет здесь.
Лицо Ханны озарилось мечтательной улыбкой, так резко контрастирующей с тем, что она только что несла.
– Ректор Алдериан… – с придыханием произнесла она, – здесь…
– Заткнись! – отрывисто велел ей Батори, и она обиженно умолкла.
Феликс перевёл взгляд на меня, и мне тут же жутко захотелось отвязаться и дать дёру. Неважно, куда, лишь бы подальше отсюда!
– Мы всё успеем провернуть до его прихода, – злорадно сообщил он мне, – господин Гонож уже на подходе!
Глава 28
Как только он сказал это, воздух сразу же похолодел.
В нём появилась свежесть, какая бывает в лесу после дождя. Откуда-то донёсся скрип, похожий на тот, который издают высокие деревья, качающиеся на ветру. К нему присоединился шум не то воды, не то листвы…
В моём мире эти звуки считаются успокаивающими и медитативными. Я сама часто слушала подобное перед сном. Но почему тогда мне сейчас так не по себе?
Ощущение жути нарастало в груди, как снежный ком, мешая дышать. И только спустя пару секунд я поняла, откуда оно взялось!
Сквозь шелесты и скрипы пробивался ещё один звук. Глухое буханье, словно огромный великан продирался сквозь чащу.
И этот звук с каждым новым ударом становился всё громче.
Как будто… как будто великан направлялся сюда.
Осознав это, я в ужасе заёрзала и стала ожесточённо выдираться. Ну уж нет! Фигушки! Плевать на крепость верёвок, я не хочу, чтобы сюда сейчас ворвалось какое-то чудище, а я была беспомощной!
Краем глаза я заметила, что Баттори, прищурившись, наблюдает за моими тщетными попытками вырваться. Но ничего не делает! Только в открытую и издевательски ухмыляется.
Ну я тебе!
Его усмешечка так взбесила меня, что я даже позабыла про свой страх и удвоила усилия по выдиранию.
– У тебя всё равно ничего не выйдет, – почти ласково сообщил мне Феликс, а Ханна услужливо захихикала, – господин наш Гонож уже идёт сюда! Уверен, ты тоже его услышала. Так что будь хорошей девочкой и приготовься достойно встретить своего господина во всей красе.
Я промолчала, не прекращая извиваться. Пусть болтает, что хочет. Я не собираюсь просто покорно лежать и ждать, пока сюда припрётся какое-то там чучело!
Похоже, Феликсу совершенно не понравилась моя непокорность. Его лицо перекосило от ярости; пальцы скрючились, как когти, будто он пытался процарапать воздух, и он рявкнул:
– Хватит сопротивляться, глупая девчонка! Господину Гоножу это не понравится!
Мне вдруг стало дико весело, наверное, от нервов. Я хотела было сообщить ему, где видала его господина Гоножа, но не успела. Взбесившись окончательно, Феликс зарычал и схватил меня за шею.
Его пальцы, которые вдруг оказались ледяными, сдавили её, перекрыв мне доступ воздуха. Я выгнулась, отчаянно пытаясь вздохнуть; руки инстинктивно заколотились по каменному ложу, больно отбивая ладони.
Повеяло какой-то затхлостью, будто бы из лесной пещеры. Буханье неумолимо нарастало, отдаваясь дрожью в каменном постаменте. На ум совсем не вовремя пришло воспоминание о старом фильме, где о приближении гигантского динозавра сигнализировала вздрагивающая вода в стакане…
Свет в глазах начал меркнуть, в ушах раздался странный звон, словно зазвонило множество серебряных колокольчиков. Краем ускользающего сознания я зацепила какую-то на редкость отстранённую мысль: “Похоже, это всё… прости меня, мама, что не нашла тебя…”
Вдруг раскатистый грохот разорвал прохладный воздух. Хватка Баттори на шее исчезла, и я, ловя момент, принялась отчаянно глотать воздух. Кашляла, но жадно вдыхала-вдыхала-вдыхала.
И тут Феликс завопил.
– Нет!! Как это возможно?!! Я же перекрыл все пути из Междумирья!!
– Ты решил, что меня это остановит? – ответил ему абсолютно спокойный, чуть насмешливый голос, при звуке которого по телу табуном прокатились восторженные мурашки, а сердце заныло в сладкой истоме.
– Иштван! – вскрикнула я, немедленно распахнув глаза.
И чуть было не завизжала от радости: чуть поодаль действительно стоял Иштван Алдериан. За его спиной быстро вращалось, сжимаясь, ослепительно-белое кольцо, разбрызгивающее вокруг себя такие же белые искры.
Плохо было то, что между нами маячил Феликс вместе с Ханной. И, судя по их напряжённым позам и бешеным взглядам, которые они кидали на меня, так просто отдавать меня они не собирались!
Услышав мой голос, Иштван резко перевёл на меня. На его лице немедленно проступила такая тревога, что я вдруг поняла: всё это насмешливое спокойствие было напускным.
И тут же отчётливо почувствовала с его стороны волну дикого беспокойства за меня.
“Василиса,” – прозвучал в ушах его голос. В нём было столько тревоги и искренней заботы, что я чуть не разрыдалась, – “с тобой всё в порядке?”
Я честно прислушалась к себе.
“Всё хорошо!” – заверила я его, – “Только лежать связанной неудобно…”
Лёгкая улыбка скользнула по губам Алдериана, и я невольно залюбовалась на него.
“Я здесь,” – долетело до меня его короткое послание, – “я пришёл за тобой. Всё будет хорошо!”
Не знаю, как Феликсу удалось уловить наше мысленное общение. А может, он понял что-то по взглядам, которые Иштван кидал на меня.
– Я знал, что ты явишься за ней, Алдериан! – прошипел он с ликующим торжеством. Похоже, уже пришёл в себя после первоначального шока, – Только ты её не получишь! Она предназначена господину Гоножу, а с тобой я поквитаюсь сам! Ты ещё ответишь за сестру!
Словно в подтверждение его слов до меня донеслось новое буханье – на этот раз, оно прозвучало совсем рядом.
По телу пробежал спазм от страха, и я впервые подумала об элементарной вещи: я же пока не видела этого самого Гоножа! С ним так носятся, словно это что-то огромное и жуткое, но… справится ли с ним Иштван?
– НЕ СОМНЕВАЙСЯ В АЛДЕРИАНЕ, – вдруг прогрохотал в ушах такой знакомый голос Призрака, – ОН УЖЕ ОДИН РАЗ ПОБЕДИЛ ЭТУ ТВАРЬ! ОСТАЛОСЬ ТОЛЬКО ДОБИТЬ!
Иштван вздёрнул бровь и вместо ответа закатал рукава рубашки.
– Ради Василисы, – коротко сказал он, – я разорву в клочья десяток твоих Гоножей, Баттори.
Оглянулся вокруг и с усмешкой добавил:
– Только он что-то не торопится на нашу встречу.
И будто сглазил.
