Текст книги "Изгнанная в Академии Стражей (СИ)"

Автор книги: Марина Нечаева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 17 страниц)

Глава 8. Авантюры

Глава 8. Авантюры

К ночной вылазке на тренировочный полигон решено было готовиться заранее. Я говорю именно «решено», потому что в мой план неожиданно вовлеклась Холли. Я не планировала посвящать подругу (а Холли за прошедшие месяцы стала мне именно подругой) в свои проблемы, но она сама в один из дней пришла, села на одно из кресел около окна, в которых мы так любили чаевничать по вечерам, и потребовала:

– Рассказывай!

На мой удивленный вид она не повелась и продолжила настаивать на своем:

– Лин! Рассказывай! Я же вижу, что у тебя что-то происходит. Ты сама не своя последние дни. Ходишь, опустив голову. Отвечаешь невпопад. Еще и эти странные истории с яблоками и встречи с Чарльзом Лероем. Что у тебя происходит?

Я прикрыла глаза руками и простонала:

–Богиня! Даже ты об этом знаешь... В этой Академии можно хотя бы что-то сделать скрытно?

Холли пожала плечами и продолжила на меня смотреть настолько выжидающим взглядом, что я в итоге все ей рассказала.

Не про нестабильную магию и фиктивную (или не очень) помолвку. Но про проблемы с образованием порталов, про страх вылететь из Академии, не завершив обучение, про брата, который ждет меня дома и ради которого я вообще согласилась сюда поехать, и про запрет Чарльза активно тренироваться в дневное время, и его совет перенести практические занятия на ночь.

Стоит отдать должное моей подруге: Холли не стала задавать лишних вопросов, хотя в моей истории и было слишком много белых пятен.

Вместо этого она задумалась, а потом решительно сказала:

– Я думаю, ты должна попробовать ночные тренировки!

И после этой фразы все завертелось.

Каждую ночь мы выходили из общежития и шли на разведку. Мы должны были удостовериться, что я смогу незамеченной и без препятствий добраться до тренировочного полигона.

В Академии Стражей не было комендантского часа, как такового. Учитывая, сколько преподавателей и студентов отлучались ночью на дежурства, он был бы просто невозможен. Но вот сторожа на территории присутствовали. Студентам можно было вполне спокойно выходить из общежития и гулять по парковой зоне. Но, чтобы выйти или войти в главные ворота, попасть в Центральный корпус или на тренировочные площадки, в оранжерею, библиотеку или лазарет, нужно было отметиться, указав имя, курс и цель визита.

Сперва Холли предложила мне поступить самым логичным образом – просто пойти ночью на полигон, отметиться, как и положено, и спокойно позаниматься. Я бы с радостью выбрала именно этот вариант, но требование о максимальной скрытности тренировок, выдвинутое моим «женихом», заставляло думать о возможных последствиях простого пути.

Скорее всего, как только я отмечусь в регистрационной книге сторожа, командор Вайс, как наставник группы, сразу же узнает о моем ночном визите на полигон. Даже, возможно, захочет присоединиться и помочь с тренировками. Я же даже близко не представляю, как поведет себя моя магия ночью. Если она будет в десятки раз сильнее, чем днем, это неизбежно вызовет вопросы у командора. И Сэмюэль Вайс – не Холли, он не будет тактично молчать. Он обязательно поинтересуется, как давно у меня эта особенность, как я с ней справляюсь, что за кулон у меня на шее, откуда он и кто его разработчик. Я была совершенно не готова выдавать командору даже часть моих секретов, поэтому от простого пути пришлось отказаться.

К тому же, мне не хотелось быть увиденной кем-то из одногруппников или какой-нибудь хищницей из числа фанаток Чарльза. Так что некоторое время мы с Холли потратили на поиск самого малолюдного пути до полигона. И вскоре нам попалась замечательная заброшенная тропка, ведущая к тренировочной площадке не прямиком через парк, а в обход, вокруг Целительского корпуса и оранжереи.

– Тут почти никто не ходит, – объясняла Холли, осматриваясь по сторонам и аккуратно обходя некоторые растения, – потому что в результате повышенного магического фона Академии некоторые растения стали немного агрессивнее, чем положено.

– А нам безопасно тут ходить? – поинтересовалась я, ступая за подругой след в след и внимательно глядя, каких именно кустов Холли старается не касаться.

– Безопасно, – уверенно ответила подруга. – Надо только смотреть по сторонам и запастить мазью от жгучек. Они самые непредсказуемые. Ай! – тихонько воскликнула она, потирая правое плечо. – А вот и они. Аккуратнее, Лин. Тут держись левой стороны.

Следуя указаниям подруги, я медленно пробиралась через заросли. Через минут десять дорожка и вправду вывела нас к обратной стороне полигона портальщиков. Мы пришли как раз вовремя, чтобы увидеть, как ночной сторож выходит из своей будки, осматривается, и потом заходит обратно.

– Ту-ту-ту, – протянула подруга. – А задачка-то не так проста, как нам казалось на первый взгляд, – и, сев прямо на траву, принялась рассуждать.

Мой план спрятаться на полигоне днем и дождаться там наступления темноты она отмела сразу:

– А чем ты объяснишь сторожу свое нахождение на полигоне после наступления темноты? Видишь же, он выходит раз в десять – пятнадцать минут. Он все равно тебя увидит и заставит отметится.

Мой план изначально основывался на том, что сторож в домике будет спать и не станет проверять, есть ли кто-то на тренировочной площадке, о чем я и рассказала Холли.

– Я могла бы тебе в этом помочь, – задумчиво протянула девушка. – Но ингредиенты для сонного зелья выдаются под отчет. Я бы могла, конечно, попробовать их одолжить...

Но от этой идеи я тут же потребовала отказаться. Помощь подруги, судя по обстоятельствам, была необходима, но заставлять ее идти на кражу я точно не хотела.

– Мне порой начинает казаться, что магия – это не мое, – поделилась я, откидываясь назад на мягкую траву и в очередной раз любуясь прекрасным ночным небом с сотнями ярких точек звезд. – Слишком уж сложный путь у меня к ней.

– Ерунда, – отозвалась подруга, укладываясь рядом. – Моя бабушка, когда ей пытались родственники деда пенять, что из-за ее якобы плохой крови у ее детей не просыпается магия, всегда отвечала, что не кровь привлекает магию, а сила духа. И, если магии нет, так надо не плохую кровь винить, а дух укреплять. И, похоже, бабушка была права. Как только мои родители смогли отказаться от привычной жизни в удобном особняке в городе и вернулись в леса, к истокам нашей целительской силы, как у них появилась я.

Холли немного помолчала и вздохнула:

– Я немного застала бабушку. Она ушла, когда мне еще и пяти лет не было, но я хорошо помню, как мы сидели вместе на кухне, лепили пирожки и вареники, как мы гуляли по небольшим улочкам того поселка. С ней было хорошо и спокойно. Мама с папой постоянно пропадали на работе, а бабушка сидела со мной, играла, чему-то учила.

Я повернулась к подруге и заметила в ее глазах слезы.

– Порой я очень по ней скучаю, – призналась Холли.

Я обняла подругу и рассказала ей нашу с братом историю. Как мы остались сиротами несколько лет назад, когда родители поехали в соседний город по делам и не вернулись домой, как я осталась с маленьким братом на руках и как мне пришлось поменять образ жизни.

– Ох, Лин. И все это время ты заботилась о брате совсем одна? – вытирая слезы, спросила Холли.

Я кивнула.

Подруга крепко обняла меня и сказала:

– Какая же ты сильная! Не переживай, мы обязательно найдем способ пробраться на полигон, ты освоишь свою магию и вернешься к братику!

Подруга крепко обняла меня и сказала:

– Какая же ты сильная! Не переживай, мы обязательно найдем способ пробраться на полигон, ты освоишь свою магию и вернешься к братику!

* * *

И моя подруга исполнила свое обещание.

Спустя несколько дней она радостно вбежала в мою комнату.

– Я придумала! – с порога объявила она.

Учебник по теории построения стабильного портала в условиях большого количества препятствий, с которым я коротала этот вечер, тут же был забыт, и я с возрастающим волнением смотрела, как Холли, сдувая с лица выбившиеся пряди и улыбаясь так, что на ее щеках появились ямочки, торжественно прошествовала к соседнему креслу и, присев на его край, словно на трон, достала из сумки небольшую потрепанную не то книжку, не то тетрадку.

– Вот! – гордо произнесла она. – Я знала, что прабабушкин дневник нам поможет.

Открыв книжицу посередине, отчего в комнате появился легкий запах полевых трав, она пролистала несколько страниц и развернула его ко мне.

– Пассифлора инкатернус, – продемонстрировала она рисунок небольшого фиолетового цветочка. – У нас в Академии растет как сорняк, собирай – не хочу. А между тем, обладает легким расслабляющим и снотворным эффектом.

– Холли, ты моя спасительница! – воскликнула я, обнимая подругу.

Она покраснела и, смущаясь, сказала:

– Это все прабабушка! Даже в справочниках библиотеки я не нашла упоминания об этом растении, а тут, в дневнике, и рецепт настойки есть!

– И ты сможешь ее приготовить?

– Конечно! – уверила меня подруга. – Эффекта хватит всего на один час, но это лучше, чем ничего, верно?

– Это не просто лучше, чем ничего, это замечательно! Я точно успею отработать нужные приемы и вернуться в общежитие, не вызывая подозрения у комендантши, что слишком поздно возвращаюсь.

– Мы и так с тобой постоянно по вечерам гуляем, – улыбнулась Холли. – Она уже привыкла.

И правда, последние несколько недель мы почти каждый вечер проводили вместе.

– Спасибо, Холли, – тепло поблагодарила я подругу, и смущенная улыбка озарила ее лицо. – Ты столько времени потратила, чтобы помочь мне попасть на полигон! Даже не представляю, как ты успеваешь все. Вам же тоже много задают на самостоятельное изучение, – и я кивнула на стопку учебников на моем подоконнике.

«Общая теория магии», «Теория построения портального перехода для небольших групп», «Особенности магии валданов», «Боевая магия для начинающих, или как победить оборотня не стихийному магу», «История Стражей» и еще с десяток томов, из которых я прочитала, дай Богиня, одну пятую. А в конце семестра придется сдавать экзамены по всему объему материала.

– О да, – рассмеялась Холли. – Я только и успеваю бегать в библиотеку. Но не переживай. Я только рада помочь тебе!

Тем же вечером мы отправились на поиски пассифлоры и обнаружили недалеко от той самой тайной тропки небольшую поляну, полностью покрытую этими маленькими цветочками. Холли унесла в свою комнату полный мешок цветков и пообещала сообщить, когда настойка будет готова.

* * *

Спустя полторы недели мы уже тестировали итоговый вариант настойки. Первые несколько образцов Холли отбраковала.

– Нужно специальным образом подготовить цветки, – объясняла она. – Несколько раз я то не досушивала, то пересушивала их, но теперь все получилось идеально. Будешь пробовать?

Конечно, я попробовала. Не то, чтобы я не доверяла Холли, наоборот, я была готова отправиться на тренировку в этот же вечер. Но подруга настояла на том, что мы должны все протестировать. Она хотела сама принять настойку, но я решила, раз я инициатор предстоящего нарушения (а подливать настойку сторожу – все же нарушение), то и пробовать, и непосредственно подливать настойку нужно мне.

– Достаточно того, что ты ее приготовила, – убеждала я подругу. – Если меня все-так застанут, и начнут разматывать, кто что делал, я скажу, что попросила настойку для себя, потому что не могла уснуть.

– Ох, Лин, давай лучше думать, что все пройдет спокойно и никто тебя не обнаружит, – вздохнула Холли. – Держи, пей.

Я приняла из рук подруги небольшой бутылек с легким, почти неуловимым цветочным запахом и выпила его до дна. Тело стало легким, руки потяжелели, глаза стали закрываться сами собой.

– Кажется, работает, – пробормотала я, зевая, ложась на кровать и медленно моргая.

Уже засыпая, я услышала радостный голос подруги:

– Однозначно работает!

* * *

Итак, все было готово.

Настойка работала именно так, как было нужно. Мы убедились в этом, когда спустя час я проснулась с ощущением, что просто на пару секунд прикрыла глаза от жары. Холли одобрила ее применение, и уже следующим вечером мы решили претворить в жизнь наш грандиозный план, которому было отдано столько усилий.

Я отправилась к полигону по обходной тропинке, а в поясной сумке у меня лежали маленький флакончик с настойкой, крепко закрученный крышкой, чтобы ни капли не пролилось, и копия кружки, из которой обычно пил свой вечерний чай наш сторож.

По плану я должна была прокрасться к окну сторожки, которое всегда было приоткрыто, и, пока Холли, которая подойдет к будке по основной дороге и будет отвлекать сторожа, обменять кружки. На это моих умений как раз должно было хватить.

К счастью, все произошло именно так, как мы и задумали.

Холли подошла к сторожке со стороны полигонов и, притворяясь, что ищет подругу, около минуты отвлекала сторожа, бурно жестикулируя и подробно описывая детали внешности выдуманной нами подруги. Сторож сразу ответил, что никого не видел, но Холли так самозабвенно описывала девушку, что он поневоле вовлекся в разговор и вскоре уже сам жаловался, что нынче студенты пошли какие-то безответственные. Мол, раньше от них по вечерам отбоя не было, все площадки тренировочные были заняты, а в этом году к нему никто ни разу не захаживал. Похоже, сторожу было отчаянно скучно, поэтому он так часто и ходил проверять полигоны, а вовсе не для того, чтобы поймать нарушителей.

Я в это время быстро перелила содержимое флакона в кружку и, открыв портал, отправила ее прямиком на то место, откуда несколькими секундами раньше забрала кружку сторожа. Подав знак подруге, что дело сделано, я спряталась в соседних кустах и стала ждать. Через пару минут меня окликнула подруга:

– Готово, Лин. Он уснул.

И я, еще раз поблагодарив Холли и пообещав завтра рассказать, как все прошло, поспешила на полигон.

* * *

Тренировочная площадка встретила меня приятной тишиной. Впервые за прошедшие месяцы я ступала по ней с удовольствием и предвкушением предстоящего занятия.

Сейчас, как и всегда по вечерам, я чувствовала магию. И, чем темнее становилось на улице, тем сильнее было это чувство. Мне даже не нужно было медитировать или как-то по-другому себя настраивать. И я решила не тратить драгоценное время на ненужные сейчас шаги.

Мне очень хотелось приступить сразу к сложным испытаниям. Но, во-первых, для отработки того, чем сейчас занимались мои одногруппники, нужен был партнер. А, во-вторых, изучая теорию магии, я поняла, что крайне важно осваивать свой дар пошагово, не бросаясь сразу в крайности. Тогда и дар будет развиваться гармонично, будет более стабильным, магия будет более послушна, и в конечном итоге, маг, потративший время за закрепление основ, добьется больших результатов, чем тот, кто решил освоить свой дар с наскока.

У меня даже появилась мысль, что этот факт может быть объяснением того, почему многие из вновь пробудившихся магов не могут взять свой дар под контроль, и он оказывается нестабильным – мы просто пропускали важный этап становления магии и сразу были вынуждены использовать дар на полную, не осознав его, не обретя чувство меры.

Я бы сравнила нестабильного мага с человеком, проигравшим в споре и вынужденном сесть за руль кэба, но никогда не управлявшего им раньше. Он, конечно, нажмет на педаль газа и поедет, но только далеко ли он сможет добраться? Если на его пути не будет поворотов и других машин, то, может быть, и далеко. А если будут?

Так что, подбадривая себя подобными рассуждениями, я все же начала с простых базовых упражнений, которые мои сокурсники освоили уже больше месяца назад, а я никак не могла выполнить.

Но сегодня они легко мне дались!

Я занималась уже чуть меньше часа, и была весьма довольна результатом тренировки. После серии небольших упражнений на перемещение предметов, и второй серии – на расширение контура портала, я решила перейти в задаче посложнее, и справилась и с ней. Мне удалось последовательно открыть три портала с одной нестабильной платформы на другую, и, шагая в них, пройти небольшую полосу препятствий.

Время подходило к концу, я собиралась покидать площадку, и стояла в размышлениях о том, возможно ли как-то в следующий раз активировать артефакт, приводящий часть платформ в движение и не будет ли это слишком громко, когда со стороны тропы, откуда мы пришли, донесся шум.

Первым делом я подумала, что это вернулась Холли, но подруга не выходила, и я начала паниковать. Ведь то, что мы ни разу за время подготовки не встретили ни одного человека в этой части парка, не означало, что сегодняшний день не станет исключением.

Шум приближался, и, мне показалось, что я даже услышала мужской голос. Я заметалась по площадке, не понимая, где мне укрыться от незваных гостей. Но вдруг все смолкло. Некоторое время я еще посидела за стеной, но было тихо. А, когда из каморки сторожа донеслось покашливание пробуждающегося мужчины, я уже выходила на основную дорогу.

Тропку я решила не использовать. Мало ли, вдруг тот, кто шумел, все еще оставался там.

На следующую тренировку я шла в волнении. Хотелось проверить скорее, смогу ли я повторить хотя бы часть ночного успеха, и в то же время страшно было не справиться и снова разочароваться.

Кроме того, я опасалась, что меня все же могли увидеть ночью на полигоне и рассказать об этом командору Вайсу. Заходя в небольшой проем в магической защите, выполняющий роль ворот, я старалась вести себя как обычно и не выдавать себя, но все равно то и дело бросала взгляды на наставника.

К счастью, командор обращал на меня не больше внимания, чем обычно, и я выдохнула. Как и всегда, мы начали тренировку с базовых упражнений для разогрева. Стоя напротив тренировочной стены с расчерченными квадратами мишеней, я сосредоточилась и попробовала открыть одновременно несколько порталов в местах, отмеченных на небольшой схеме передо мной. И если раньше у меня совершенно не получалось удерживать фокус внимания даже на двух порталах, то сейчас я, не теряя концентрации, открыла оба, присоединила к ним третий и была готова добавить еще несколько, но, помня слова Чарльза, остановилась.

Нельзя вызывать подозрений! Нельзя показывать, что мой уровень резко возрос! Нельзя показывать, что я справляюсь.

Так что третий портал я тоже свернула, сделав вид, что не смогла его удержать.

После разминки командор распределил моих одногруппников по парам и вновь отправил их проходить полосу препятствий. Только в этот раз они уже не проходили ее самостоятельно, а отрабатывали реальное взаимодействие один проходил полосу, не пользуясь магией, а второй наблюдал за ним с земли и вовремя открывал порталы в нужном направлении.

Я знала, что потом, когда они отработают и этот навык, студент на земле оденет на глаза повязку, и будет открывать порталы по командам, которые услышит от своего напарника. Да, это сложно и в учебном плане выделено на прохождение этого этапа около двух месяцев, но это критически важный навык для дальнейшей службы.

В условиях полевой работы ни один маг не видит глазами ни одну из точек, которые ему необходимо соединить порталом. Чаще всего портальщик находится в безопасном отдалении от остальной группы и держит с ними связь через менталиста.

Потому-то в нашей программе обучения и было отведено так много часов на медитацию, ориентацию на местности и изучение планов и схем основных крупных городов и в первую очередь – столицы. Конечно, к завершению обучения мы уже будем чувствовать, насколько безопасно место для открытия портала и сможем интуитивно выбирать подходящие точки, но на первом курсе до подобного навыка еще далеко, а через несколько месяцев нам уже придется выйти на реальную практику, так что мы просто заучивали стандартные места для открытия порталов, которыми обычно пользовались Стражи.

Я понимала, что меня могут просто не допустить до таких тренировок, ведь, даже если я и смогу поднять уровень владения магией, я уже пропустила важные этапы взаимодействия и у меня просто нет пары, а из сокурсников вряд ли кто-то захочет встать со мной в пару, пусть даже временную, и отстать от остальных. Между ребятами шла молчаливая, негласная борьба за лучшие результаты: прошел слух, что команде Мэтью Рейнса не хватает портальщика, и каждый из одногруппников, судя по всему, хотел попасть к легендарному Стражу.

Я прекрасно понимала свое положение, но все равно изучала схемы, рассматривала линии перемещений – они были проложены между местами, для соединения которых требовался минимальный расход магии. Линии складывались в причудливые узоры: где-то несколько десятков точек можно было соединить почти прямой линией, где-то линии перемещений будто расходились волнами от невидимого камушка, кинутого в реку.

Красота схем, изящество линий завораживали. Предмет, бывший нелюбимым для некоторых одногруппников, быстро стал моей страстью.

Может быть, оттого, что в гармонии линий мне чудилась некая магия, слово неразгаданная, несыгранная мелодия была написана точками порталов на нотных линиях перемещений.

А, может быть, оттого я любила все эти карты и схемы, что практика была мне недоступна. Я видела, как разгорались глаза одногруппников, когда, наконец, после бессчетных лекций начинались практические занятия, и даже Агнес, любимица преподавателей, явно предпочитала практику теории.

Поначалу мне казалось, что эта девушка станет лучшим магом нашей небольшой группы, но, к моему удивлению, Агнес блистала только на лекциях. На испытательной полосе же нельзя было выделить никого – у каждого, даже у не очень организованного не и не сильно расторопного Тома, как оказалось, есть свои преимущества, которых не было у других. Том, например, первым создал портал, способный пропустить двоих человек сразу. А надменная блондинка, которая так и не общалась со мной после той самой памятной первой лекции и которою, как я позже выяснила, звали Клара, была невероятно точна в открытии порталов в труднодоступных местах. Агнес же оказалась ровным, очень стабильным портальщиком. Она ничем особым не выделялась среди остальных, но зато скрупулезно и последовательно отрабатывала все задания командора, и все они в итоге ей давались. Может быть, не очень хорошо, но зато очень стабильно.

Я любила наблюдать за тренировками моих одногруппников. Для меня они были даже интереснее тренировок стихийных магов, проходящих на соседнем полигоне (хотя я видела, как за его стенами собиралась целая толпа желающих посмотреть на будущих охотников в действии). Вот и сейчас я некоторое время наблюдала за тем, как осторожно, подбадривая друг друга, ребята проходят полосу испытаний. И только через несколько минут смогла оторваться и пойти к своим горячо любимым чашам, шарам и прочим предметам для отработки простых перемещений.

Командор был занят на полосе испытаний: он приглядывал за студентами, раздавал указания и страховал, если что-то не получалось. Так что я спокойно обдумала, на чем проверить изменения своей силы и, выбрав злополучные чаши с водой, которые мне никак не давались, попробовала переместить их на противоположный край площадки. К моей радости они переместились, а, когда я подошла поближе, чтобы проверить, сколько в них осталось воды, еле удержалась от счастливого вскрика: уровень воды не изменился.

Воодушевленная успехом, я продолжила экспериментировать и большинство моих попыток меня радовали. Я решила, как и вчера, попробовать задание посложнее, и присматривала подходящее место для открытия большого портала, но тут почувствовала затылком чей-то пристальный взгляд.

Я медленно развернулась и встретилась глазами с наставником боевой группы. Сегодня им был Мэтью Рейнс. Мужчина стоял у мерцающего разделительного барьера и с холодным любопытством наблюдал за моими попытками взять под контроль непослушную днем магию.

Судя по всему, он стоял так уже некоторое время, и, наверняка видел мои последние не самые удачные попытки. Я смутилась и, отвернувшись, сделала несколько глубоких вдохов и выдохов. Вот, если бы он видел начало тренировки...

Но тут же пришла отрезвляющая мысль. Кого я обманываю? Даже если бы он и видел начало, что бы от этого изменилось? Я на порядок отстаю от других портальщиков, это абсолютно очевидно. Краем глаза я посмотрела в сторону командора Рейнса. Он по-прежнему стоял там, скрестив руки на груди, и будто препарировал меня взглядом. Заметив мой взгляд, он усмехнулся, и, выразительно обведя глазами площадку вокруг меня и предметы, с которыми я возилась, отвернулся и направился обратно к своим подопечным.

Настроение испортилось. До конца семестра осталось два с половиной месяца. Командор Рейнс не будет принимать экзамены непосредственно у меня, но он входит в состав квалификационной комиссии, которая принимает решение о допуске студентов к экзаменам и итоговое решение о переводе на следующую ступень обучения.

Насколько я слышала, его популярность среди студентов, не мешала ему быть строгим и требовательным и нескольких студентов по его настоянию отправляли на пересдачу и не допускали до обучения, пока они не выполняли все нормативы по своим профильным дисциплинам.

Учитывая взгляд, которым на меня смотрел командор, я опасалась представить, что ждет меня. Лерой-старший был абсолютно уверен, что моя помолвка с его сыном гарантирует мое обучение в Академии. Но вряд ли правило о совместном обучении подразумевает обучение студентов, которые даже не могут перейти на другой курс.

Я решила увеличить ночные тренировки до двух часов. Холли сомневалась, но готовила для меня двойную порцию настойки, и я занималась, занималась, занималась.