Текст книги "Неприятности ждут! (СИ)"

Автор книги: Марина Милорадович

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 17 страниц)

Мы с мужем остались вдвоём. Но времени на разговоры опять не хватало. Собрала посуду по кухне и поставила в мойку. Заглянула в спальню. Высушенные подушка и сорочка валялись кучей посреди кровати. Кое-как заправила постель. Нет ничего хуже, чем вернуться после тяжёлого трудового дня к бардаку. Это убивает последние остатки нервов и настроения. Потому маленькое утреннее усилие по наведению порядка – инвестиция в спокойный вечерний отдых.

Я вытащила из торбы свою привычную сумку, капнула на шею и запястья чуточку духов, мазнула тушью по ресницам и бальзамом по губам. Решила надеть кожаную куртку, которая по цвету подходила к юбке Кэсси.

– Готова? – спросил меня Трой.

– Вроде, – кивнула я.

Мы вышли из квартиры, и муж вновь взял меня за руку. Чтобы что? Боится, что я опять во что-то вляпаюсь, или у него такое представление о романтике?

Тёмно-синий автомобиль был классом пониже, чем тот, который привёз нас сюда ночью.

Кэсси устроилась впереди, мы на заднем сидении.

– Сначала на Университетский бульвар, к корпусу лицея, – попросил Трой.

Я разглядывала город. Довольно широкие гладкие дороги, тротуары, выложенные брусчаткой, дома в два-пять этажей. Широкие лестницы, высокие окна, медальоны-барельефы на стенах. Добротно, красиво, но без излишеств. Ампир? Классицизм?

Лицей был построен в другой стилистике. Просто замок фей из сказки: скруглённые углы, арки, множество цветочных и растительных узоров.

– Какая интересная архитектура, – заметила я.

– Это современный проект, очень модный при дворе архитектор. Он вдохновляется объектами природы, – со знанием дела кивнула Кэсси.

– Как по мне, классический тиарский стиль самого здания университета – это на века. А эти новомодные закидоны быстро уйдут в прошлое, – заметил Трой.

– Ты скучный, – сморщила носик Кэсси.

– А я за разнообразие, – сказала я. – Пусть будут и новые мастера. Только такие причудливые объекты в большом количестве утомили бы людей. А вот как редкие вкрапления их можно красиво вписать в городскую архитектуру. Изюминки, понимаете? И вообще, надо же людям что-нибудь культурно поругать за чаем.

Кэсси хихикнула, тихонько фыркнул водитель.

Кузина моего мужа упорхнула на занятия, едва не забыв в такси сумку с учебниками.

Мы поехали в управление.

В дороге Трой едва ощутимо поглаживал кончиками пальцев тыльную сторону моей ладони. Я улыбалась, делая вид, что ничего не происходит.

Мы остановились перед тёмными дверями здания, где служил мой муж.

– Трой, а давай им не скажем, что я с Земли? – попросила я.

– Я думал умолчать про компас, – задумался Трой.

– Как будет разумнее?

– О жизни Вельты ты ничего не знаешь, проколешься на раз-два. А про компас не говори ни слова. Жила на Земле, обманом похитили, попала на Томер, увидела, что меня казнить собираются, пожалела.

– Короче, нам друг с другом повезло, – кивнула я.

– Да.

Подчиняясь внезапному порыву, я привстала на цыпочки и чмокнула Троя куда-то в подбородок, чуть ниже уголка рта. Собиралась в щёку, но он чуть наклонил голову. Что ж, хоть не в губы. А то было бы неловко.

Трой улыбнулся как-то очень светло, в его серых глазах блеснула шальная искорка. И мы, взявшись за руки, отправились врать на допросе.

Глава 21

Межмировое управление расследований встречало нас суетой в холле. За стойкой сидела уже другая девушка, брюнетка с пышным начёсом и кокетливым бантиком на ободке.

– Привет, Бэлла! – кивнул ей Трой.

– Доброе утро! Доктор Виан просил передать, что ждёт вас с супругой в лаборатории номер три. Кстати, поздравляю со свадьбой!

– Благодарю, – подала голос я.

Когда мы отошли, я шёпотом спросила:

– Трой, а как так вышло, что они обе Бэллы?

– Анабель и Изабелла.

– И кто есть кто?

– А ты угадай, – подмигнул мне Трой.

– Это Изабелла, – предположила я наобум.

– Верно! – кивнул Трой.

Мы опять шли вниз, в непарадную и обшарпанную часть здания.

Лаборатория номер три походила на кабинет психолога. Три мягких кресла вокруг стола, диван у стенки, вешалка, стеллажи с папками, какой-то цветок с разлапистыми листьями в высокой кадке. Обстановка в шоколадных тонах со вкраплениями молочно-белого и латуни.

В помещении немного пахло кофе и ванилью.

За столом устроился наш недавний знакомец доктор Виан.

Он сменил наряд. Бело-голубая рубашка в клетку с закатанными рукавами, простые серые брюки.

– Доброе утро, капитан Каррер, госпожа Каррер!

Он встал, протянул руку сначала мне. Обхватив мою ладонь, слегка её приподнял. Так, ну их, эти лобызания моих пальчиков! И я с энтузиазмом потрясла ладонь доктора.

– Добрый день, доктор Виан! Так рада вновь вас видеть! Ведь вы первый человек, который встретил нас в этом мире!

Трой поздоровался с коллегой куда сдержаннее.

Нам предложили располагаться поудобнее, и мы с Троем сели в кресла. Притом муж умудрился, помогая мне устроиться, сдвинуть наши сидения почти вплотную.

– Итак, Трой, Алиса...

Доктор зашуршал бумажками на столе. Намётанным взглядом документоведа я определила, что это не те формы, что ранее заполнял Трой, и не его личное дело. Просто потому что личные дела так не выглядят. Профессиональное чутьё.

На меня у них ничего не было, значит, так – просто какие-то циркуляры, которыми док обложился для солидности.

– Ситуация, в которой вы оказались, крайне нестандартная. Служба собственной безопасности всегда проверяет будущих жён и мужей сотрудников заранее. Поэтому сейчас вам, Алиса, предстоит ответить на несколько вопросов.

Или на несколько десятков.

– С удовольствием!

– Итак, расскажите, откуда вы, сколько вам лет, из какой вы семьи.

– Я родилась в России, жила в Москве, это наша столица. Мне двадцать восемь лет. Семья у меня самая обыкновенная. Мама, отчим, младший брат и бабушка. Мама работает врачом-хирургом в больнице нашего родного посёлка, бабушка на пенсии, брат школьник.

Я излучала дружелюбие и готовность к сотрудничеству, как Стронций-90 – радиоактивные частицы. Выдала подробный монолог с описанием мест работы, учёбы, повышения квалификации мамы, рассказы о трудовом стаже бабушки, авторемонтной мастерской отчима, тройках по математике у брата и его синем поясе по карате. И ни словом не соврала.

Только умолчала о своём первом отчиме и Катерине Львовне, это было личное.

Но доктор, кажется, ждал чего-то иного.

– Вы сказали об отчиме? А что же ваш родной отец? Он жив, простите? Чем занимается?

– Ну, он занимается изготовлением домашних вин и тому подобного и много общается с единомышленниками. Папа любит сельскую жизнь, природу, простой физический труд на свежем воздухе и всё такое. Мама рассталась с отцом, потому что не разделяет его увлечений. Очень давно, мне было тогда года три.

Своего родного отца я не помню трезвым. Он даже в первый раз в первый класс провожать меня явился пьяным. И получил за школой в ухо от бати Светки Кирсановой, который не оценил, что на его дочку кто-то дышит перегаром. Папаша перебивался случайными заработками, а однажды просто продал квартиру, купил домик с участком в деревне, завёл там огород, кур и самогонный аппарат. Нашёл друзей по интересам, с которыми они как раз созерцают пейзажи, сидя на завалинке и обсуждая, кто кого уважает больше. Кажется, у него даже жена есть, с такими же склонностями.

Док, кажется, не распознал сарказма в моём ответе и посчитал папашу почтенным сельским буржуа.

Трой тоже слушал меня с интересом. За сутки нашего брака мы как-то не успели пооткровенничать.

Потом обсуждали мою работу и образование. Я разливалась соловьем, так я не расписывала свои обязанности и компетенции со времён собеседования на первую приличную работу по специальности.

В общем, всячески намекала, что если у них в штате не хватает канцелярского работника, то вот же я. В глазах дока читалось: «Только не это».

Как и планировалось, своей болтовнёй я всех очень качественно утомила. Док поглядывал на Троя с сочувствием, но программу отрабатывал и перешёл к вопросам об увлечениях.

– Я просто обожаю читать! И смотреть сериалы. У вас есть сериалы?

– Не думаю. А что это?

Выяснилось, что телевизоры в этом мире как-то пока не додумались изобрести. Люди и без них развлекались. Кинотеатры – да, были, радио – тоже, газеты и журналы, пластинки, то есть, пардон, кубики с музыкальными записями.

Что ж, хотел он того или нет, но доктор Виан был ознакомлен с сюжетами «Отчаянных домохозяек» и «Дневников вампира». Выбор мой объяснялся просто: док настойчиво подводил меня к теме оккультного и магического в моей жизни. А я последовательно доказывала, что я распоследняя магла, ни одного тома «Гарри Поттера» в руках не державшая.

Трой, кажется, неспроста вцепился в подлокотники кресла. От интернационального жеста «рука-лицо» воздерживался, бедняга.

– А теперь перейдём к недавним событиям, – объявил доктор Виан раздражённо и со стуком водрузил на стол мутно-белый цилиндр чуть высотой чуть больше бутылки шампанского.

– Это определитель истины. Когда вы лжёте, он меняет цвет.

Описание работы прибора (или корректно это называется артефактом?) вышло максимально расплывчатым.

Муж нахмурился.

– Трой, где ты впервые встретил Алису?

– В мире Томер, в вольном городе Вельте.

– Вступал ли ты ранее с ней в переписку или иные переговоры, включая астральную связь?

– Нет.

Естественно, артефакт стоял всё такой же беленький. Но Трой очевидно злился. Задетые личные границы? Нарушение регламента общения со служащими? Что же его так зацепило?

– А что, у вас есть астральная связь? А это как?

– Вы когда-либо пользовались астральной связью, Алиса?

– Нет, конечно, – замотала головой я. – У нас есть только телефонная. Странные вопросы задаёте, всё равно, что я у вас спрошу, звонили ли вы когда-нибудь по мобильному? А в интернете сидели?

– Нет, конечно, – отмахнулся от меня док.

Белый прибор между нами мигнул розовым. Я тактично промолчала.

Но допрос вскоре свернулся.

Доктор выяснил, не общались ли мы с Троем через посредников, перепроверил, что я действительно недобровольно покинула Землю и задал последний вопрос.

– Алиса, если бы у вас была возможность расторгнуть брак, вы бы ею воспользовались?

Я даже опешила от такой бестактности.

Удар пришёлся не по больному, но рядом.

– Господин Виан, своё праздное любопытство удовлетворите в другой раз и не за наш счёт, – подвёл черту Трой. – В семейных отношениях разберёмся сами. Не смею больше отнимать ваше время. Спасибо за беседу. До свидания.

Муж встал и подал мне руку.

– Хорошего дня, доктор, – нейтрально-вежливо попрощалась я, и мы с супругом покинули эту лабораторию по выносу мозгов.

– Трой, – тяжко вздохнула я, оказавшись в коридоре, – скажи, в этом мире есть кофе?

Беседа с доком изрядно меня вымотала, хотелось просто обнять мужа, уткнуться лбом ему в плечо и закрыть глаза хоть на минуточку.

Но чужое личное пространство надлежит уважать, особенно, если пока не готова к симметричному ответу.

И мы с Троем за ручку, как школьники на первом свидании, отправились на выход из здания.

Глава 22

Отойдя от здания, я почему-то шёпотом сообщила мужу:

– Мне не нравится то, что вокруг нас происходит.

– И мне. Спорить готов, что определитель лжи работал с самого начала, и док на него потихоньку поглядывал.

– А как у этой штуки с умолчаниями и полуправдой?

–А ты?..

– Ну, как писалось в одной книжке, бескорыстное враньё – это не ложь, это поэзия*.

– И ты там насочиняла на роман в стихах?

– Нет, пока только на венок сонетов. Потом как-нибудь расскажу, – хихикнула я. – Но меня больше интересует другое. Как у вас дела обстоят с мобильниками и интернетом?

*Алиса цитирует «Компромисс» Сергея Довлатова.

– Да никак. В Эсплоре должны быть какие-то аналоги, но тут как посмотреть. Они всё же маги, хоть и называют себя псиониками.

– А где тогда ваш док такой опыт приобрёл?

– Понятия не имею. У меня немного другой круг общения в управлении, да и служит он лет тридцать, а я всего три года. Я знаю Виана как сугубо кабинетного умника, но он же не всегда был таким.

Я кивнула и вспомнила об одном важном моменте.

– А ещё ты мне купи, пожалуйста, букварь. А то я могу говорить, но не читаю по-вашему. Бесит!

– Кстати, уже удача, когда переселенец может изъясняться на местном языке. Примерно трое из пяти к этому не способны. Только маги с определённом направленностью дара. Из-за этой особенности я в своё время в управление и попал.

– А ты тоже не из Эрриса? – брякнула я.

Потом запоздало сообразила, что в годы студенчества у него могли быть какие угодно тесты. Но попала в точку.

– Да, – спокойно ответил Трой. – Я с Дэйра. Это третий из разведанных миров от отсюда вниз по Нити.

– Ого... А как здесь оказался?

– Немного похоже на то, как попала в Эррис ты. Встретил в нужное время в нужном месте оперативника на задании, помог ему по мере сил, и он взял нас с Кэсси с собой. Ей было четырнадцать, мне двадцать один. Два года учебки, сначала меня готовили для Дэйра, в наблюдатели. Но все эти сборы сплетен и подсчёты подвод зерна – не моё, а дрался я неплохо. Плюс, дар к языкам. В общем, выпустился я уже оперативником с допусками на Дэйр и Томер. Для Ли-ина я типажом не вышел. Они там субтильные, взрослый мужчина едва ли с тебя ростом. Со следующего года хочу пройти дополнительные курсы по работе в Аль-Минтакате. Интересное направление.

– Знаешь, я вот подумала... Нам надо взять бутылочку красного полусладкого и тарелку вкусностей, сесть спокойно в гостиной и познакомиться, как нормальным людям.

– Думаю, ты права.

– Твоя биография внушает надежду, что и я смогу адаптироваться...

– Я смог, Кэсси тоже, ещё полдюжины моих знакомых переселенцев смогли. Кейтлин вот, например, хозяйка кофейни. Она с Ли-ина, в её родном княжестве затяжная гражданская война.

Мы как раз пришли. Фасад заведения отличался от соседних домов. Отполированный розовый и белый камень, окно-витрина, кованая имитация балкона перед стеклом, за изящной металлической лозой вазоны с цветами. На фоне строгой и основательной архитектуры Тиара кофейня очень выделялась. «Словно домик феи,» – подумала я.

– «Камелия и ландыш» – лучшая кофейня в этом городе.

Белый с серыми прожилками мрамор пола, изящные стулья с лиловыми подушечками на сидениях, лиловые салфетки на белоснежных скатертях, букеты, состоящие пополам из розовых или белых цветов и зелёных листьев, прозрачное стекло, блестящие ткани, холодный свет.

Стильно, но немного чуждо.

Зал был заполнен где-то на две трети. Большую часть посетителей составляли дамы или парочки. Некоторые девицы выглядели так, словно специально для этой кофейни нарядились в розовый шифон или голубой шёлк. Я выбирала между местами у окна и в углу. В итоге тяга к конспирации победила любопытство. Точнее, выбор сделал не отпустивший моей ладони Трой.

За стойкой сбоку на барном стуле сидела миниатюрная блондинка. Она приветливо кивнула и сама направилась принять наш заказ.

– Привет, Трой, – задорно улыбнулась она. – О, ты сегодня с девушкой!

Определённо иномирянка и не человек. Невысокая, примерно около метра пятидесяти вместе с каблучками, худенькая блондинка с острыми чертами лица, в которых было что-то немного хищное. Но неприятное впечатление смягчалось из-за прямого взгляда небесно-голубых глаз и милых ямочек не щеках. Сколько ей лет, я определить затруднялась. Одета женщина была в двойное платье в пол из сиреневого кружева на белом чехле. Волосы носила собранными в изящный пучок. Причёска открывала изящные чуть заострённые ушки. Кейтлин не пыталась скрыть свою инаковость, и мочки ушей с острыми краями соединяли причудливые цепочки с подвесками.

– Привет, Кейтлин. Это моя жена, Алиса.

– Очень приятно!

– Очень интересно!

Выдали мы хором.

Я выразительно приподняла бровь. Долго в ранней юности репетировала это движение перед зеркалом, и за годы практики оно стало получаться просто изумительно ироничным.

– Итак, тебе как обычно? – деловито спросила хозяйка заведения у моего мужа.

– Да. А Алиса...

– Горячий бутерброд с ветчиной и сыром, зелёный салат, кофе со взбитым молоком и кусочек пирога с лимонным кремом? – прищурилась Кейтлин, глядя на меня.

– Да, латте очень хочется, – мечтательно улыбнулась я. – И сытно поесть. В таком интерьере, конечно, стоило бы вкушать только безе и «Креп Сюзетт», но я слишком приземлённая натура.

Да, местечко было из тех, где девушки моего мира с восторгом снимали бы для сторис свои тарелки и чашки, но я никогда не увлекалась ведением социальных сетей.

– Давай на ты. Что это за креп такой, расскажешь? У меня такого в меню нет, но раз говоришь, что к интерьеру подходит, то, значит, вот им, – кивок в сторону одетых в пастельные шелка барышень, – оно очень надо.

И Кейтлин удалилась в сторону кухни.

– Она бывает беспардонной, – с извиняющейся улыбкой сказал Трой.

– А мне нравится, – улыбнулась я. – Хотя это, наверное, вопрос дозировки.

– Кейтлин полуфейри, её мать была из людей, а отец – из местной высокомагической расы. У нее на родине шла гражданская война, очень долгая. Король и князья не могли поделить власть, а фейри ненавидели все. В общем, она выпала из ниоткуда в одной из аномальных зон. Благо, там как раз работала университетская экспедиция. Испугались наши за неё страшно. Она же мелкая, решили, что ребёнок, насчитали десяток колото-резаных ранений и каким-то чудом вытащили её почти с того света. Притом, что группа состояла пополам из археологов и магов-теоретиков. А Кейтлин оказалась не так проста. Уже потом в вещах нашли пару мешочков драгоценных камней. И наша милашка решила обживаться ни много ни мало в столице.

– В общем, Кейтлин крутая.

– Да. Я ещё в учебке приходил сюда, чтобы спокойно выпить кофе и подумать о своём. Как-то и начали приятельствовать.

– А вот и я, – возвестила Кейтлин, вернувшаяся с подносом, нагруженным вкусностями.

Для Троя она приготовила омлет с овощами, тосты и жареные колбаски, для меня – почти что привычный «Цезарь», обещанные пирог и бутерброд, а главное – латте.

Я сразу потянулась к чашке.

– М-м-м, восторг! Слушай, а где ты зёрна берёшь? – спросила я новую знакомую.

Для себя Кейтлин выставила чашку кофе по-венски (хотя тут нет Австрии и Вены) – значит, просто чашку кофе с шапкой из взбитых сливок.

Хозяйка села рядом с нами, а за стойку встал тонкий юноша чуть повыше меня ростом. Сын её, что ли?

– Я Трою потом адресок черкну, – с улыбкой кивнула она. – Ты же ещё пока читать не научилась?

– Э-э-э, нет. А как ты догадалась?

– Тебе по пунктам? Сумка с застёжкой нового типа, непривычная обувь, странное наименование для кофе. А я, поверь, знаю все заслуживающие внимания рецепты в этой стране. Что Трой недавно собирался в командировку, я слышала. До командировки я вас вместе не видела. Следовательно, где-то там он тебя и нашёл. Уверена, это была очень любопытная история.

Трой рассмеялся.

– Да, но пока это служебная тайна.

– Ладно, я подожду. Обожаю, как ты рассказываешь байки о службе, – ответила Кейтлин.

Всем сладостям она предпочла простую пшеничную лепешку вроде лаваша из тандыра, от бортика которой отщипывала по кусочку.

– Кейтлин, у меня к тебе вопрос. По службе, – приступая к десерту начал Трой.

– Да-а-а? – протянула она, рассеянно наблюдая за компашкой местных гламурных барышень и закидывая в рот кусочки хлеба.

–У тебя в «Камелии и ландыше» бывала Бриана Дион?

– Сбежавшая невеста?

– А её уже так прозвали?

– Да, газетчики из «Столичной штучки» предсказуемы. Бывала, конечно.

– А с кем?

– В компаниях чаще всего. Мне не показалось, что у неё там были настоящие подруги. Отец её плотно контролировал, и это было заметно. Девушки же хотели нормально развлекаться и не оглядываться на чьего-то папашу. Бриана всегда просила отдельный счёт, который оплачивала чеком, она отзванивалась из моего кабинета домой, а на улице её чаще всего ждал автомобиль с водителем. Никакой спонтанности, никакого внезапного забега по магазинам с подружками, да и компашка сплошь из одобренных правильных девочек. Иногда она приходила одна, просто сидела с книгой или блокнотом у окна, заказывала кофе с мороженым. Но один раз я видела её вдвоём с приятельницей. В обувной магазине «Серебряная шпилька».

– Дорогое местечко.

– Бриана в принципе не одевалась в дешёвых. И приятельница эта была странная. Я не могу тебе точно сказать, что с ней не так, но... Неправильность, непропорциональность во внешности. Замаскированное уродство или просто грим – не скажу.

Следующей точкой нашего маршрута стала как раз пафосная «Серебряная шпилька». Их самым знаменитым изделием стали туфли на металлическом каблуке запредельной по местным меркам семисантиметровой высоты.

Ну, я никогда фанаткой именно шпильки не была. Но, в целом, удобная модель. Во времена студенчества, когда подрабатывала хостесс в ресторане, не отказалась бы от таких.

Навешав продавщице лапши на уши о том, что мы с мужем после скромного обряда в храме планируем закатить шумное торжество для друзей, я попросила вспомнить, в каких туфлях гуляли на вечеринках в честь бракосочетания самые стильные девушки города.

– Понимаете, я хочу танцевать всю ночь. И непременно выглядеть модно. Но не слишком, как бы сказать, трендово. Чтобы спустя время не смеяться над нелепыми фото. И идеально должно быть всё, – протянула я чуть манерно.

Хотелось даже губы надуть и ресницами хлопнуть, но я удержалась, чтобы не переиграть.

Мне показали модель, которую заказывает в разных цветах великолепная Синтия, солистка оперетты. Затем любимые лодочки госпожи Мадлен. Я кивала, будто знаю кто все эти люди. Поток имён лился и лился.

И вскоре мне принесли из кладовки дожидающиеся госпожи Дион босоножки по индивидуальным меркам. Просто посмотреть.

Что ж, они отличались от всего, что я увидела в этом магазине. Но при этом имели вид возмутительно знакомый. Тонкая шпилька-стилет и узкие ремешки вокруг стопы и щиколотки, щедро покрытые стразами.

– Очень смелая модель, – с придыханием сообщила продавщица. – Полностью открытые ноги, никаких чулок не предполагается. Колодка удобная, но шпилька на дюйм выше нашего фирменного стандарта. Невероятно смело!

– А кто придумал эту чудесную модель? Сама госпожа Дион?

– Нет, с ней приходила дама. Она сказала, что является консультантом по стилю и ассистенткой по покупкам.

– Какая интересная профессия! Дорогой, – обратилась к Трою, – я хочу поработать с этим специалистом.

Трой страдальчески кивнул. Роль мужа болтливой дурочки ему давалась очень хорошо. Или я действительно умудрялась утомить бедолагу своим словесным потоком? Это он ещё в нашей бухгалтерии чай не пил.

– У вас не осталось визитки этой ассистентки? – это уже продавцу.

– К сожалению, нет. Но я иногда вижу её в торговой галерее на соседней улице.

Я сказала, что ещё подумаю насчёт туфель и обязательно вернусь, по возможности, с той самой специалисткой по покупкам за чужие деньги, и мы с Троем покинули магазин.

– Трой? А почему ты делаешь это только сейчас?

– Что именно?

– Проверяешь связи девушки и всё такое. Ведь с этого и надо начинать. Старые знакомые, новые, нетипичные расходы, потерянные вещи, странные разговоры, изучение социальных сетей – ладно, чего нет, того нет – переписки, дневника. А потом уже забег незнамо куда.

– Потому что по логике это должен был сделать кое-кто другой. Я оперативный сотрудник. Проследить, опросить на месте, обыскать – это ко мне. А вот версии выдвигать и на допросы вызывать должен следователь.

– И кто у нас следователь?

– Печально, но мой первый наставник. Человек, который привёл нас в Тиар, ходатайствовал за меня в учебке, пристроил Кэсси в школу, помог снять квартиру, дал денег в долг на первое время. Я не хочу верить, что Роб меня подставил.

– Я его не обвиняю. Я пока вообще никого не обвиняю. Просто мы пройдём весь путь заново и поищем пропущенные зацепки. Найдём того, кто подставил тебя. И кто похитил меня. Дадим знать моим, что я жива. Ведь если есть выход, есть и вход. Как-то же они связь держали.

– А дальше?

– По обстоятельствам. Знаешь, Трой, я теперь понимаю, почему тогда на площади вышла за тебя замуж.

Глава 23

– И почему же?

– Потому что вдвоём проще справляться с трудностями, чем одному. Без тебя мне бы оставалось только бродяжничать по Вельте. А теперь мы сможем помочь друг другу. А дальше по обстоятельствам.

Прогулка по торговой галерее ничего не дала.

Там спутницу госпожи Дион никто не вспомнил, а на такой рояль в кустах, как внезапная встреча в швейной лавке, судьба не расщедрилась.

Трой приобрёл газету, уселся на деревянную лавку фойе магазина и вытащил из кошелька несколько купюр.

– Тебе наверняка нужно купить всякие женские мелочи. Тут должно хватить на самое необходимое.

– Спасибо.

Это тоже было ново для меня. Только один мужчина в моей жизни давал мне деньги – отчим. А Трой... Так, Алиса, стой. Это и называется нормальные человеческие отношения. Семья. Ответственность. И нечего сейчас вспоминать своих прежних ухажёров, некоторые из которых и сами были непрочь стрельнуть пару сотен до зарплаты, которая в следующей жизни.

– Спасибо большое, Трой, я постараюсь недолго, – повторила я слова благодарности и направилась по лавкам.

Неизбалованная поселковая девочка внутри меня готова была растечься лужицей от умиления по поводу такой щедрости, а сильная и независимая офисная дамочка жаждала пообещать вернуть, когда заработает сама, можно даже с процентами. Тем временем, благоразумная Алиса просто шла за покупками.

Азбука и сборник рассказов для детей. Не лучшего качества бумага, но иллюстрации всё же в цвете. Сойдёт. Блокнот и ручка. Нормальная зубная щётка, твёрдый дезодорант, бельё. Колготки, пусть и хлопковые, с шёлковыми чулками пока решила повременить. Не знаю, какая в Тиаре погода осенью и куда мне носить такую роскошь.

В последние дни мой гардероб стремительно пополнялся одеждой непривычных фасонов. И здешняя мода оказалась неуловимо похожа на костюмы первой половины двадцатого века, хотя и нюансов и особенностей хватало с избытком.

Натуральные или почти натуральные ткани, но уже, простите, резинки в белье имеются. Дамские брюки – или узкие трикотажные для спорта, или дорожные, шириной с хорошую юбку. Подолы ещё не открывают колен, но уже и не по щиколотку, семисантиметровый каблук воспринимается как очень смелый. Рюши, банты, корсетные пояса, блузки с отложными воротниками, у отдельных модниц – аж во всё плечо. Забавно, мне такую блузку мама в первый класс покупала.

Мы с Троем по местным меркам прямо-таки пара стиляг. Кожаные куртки типа лётных у мужчин только-только стали входить в молодёжную моду. Дамы на такой брутальный материал для верхней одежды не решались, а уж тонкие металлические молнии и две серебристых пряжки на моей одежде вообще казались продавщицам чем-то довольно провокационным. У меня даже пару раз спросили шёпотом адресок мастера, который изготавливает такую прелесть. Но для многих местных милых дам моя немного поношенная коричневая курточка выглядела, как концертный костюм солиста хеви-метал группы. Непривычно им было и наблюдать просто распущенные волосы, не завитые в локоны и не обвешанные яркими заколками.

Я обзавелась тапочками для дома и выяснила, что грубые ботинки, любителем которых был Трой, здесь считались частью формы силовых структур или обувью для загородной жизни и экстремальных походов. Цивильные горожане носили нечто более классическое. А его серые «почти джинсы» продавались как рабочие штаны. То ли муж у меня модник и гуру стиля, то ли у него на родине порядки такие, то ли ему просто удобно. Надо будет спросить при случае.

Много чего надо будет спросить, и покрой его одежды это сто пятый и не последний пункт моего длинного списка.

Купила почти такую же юбку, как та, что мне дала поносить Кэсси, только синюю в тонкую бело-зелёную клетку, и чёрную блузку с маленьким круглым воротничком, чтобы подо всё подходила, аккуратную заколку с перламутровыми цветочками и тёмно-изумрудный кашемировый шарф, просто потому что он был в корзинке с распродажными товарами. В той же лавке мне настоятельно порекомендовали приобрести тонкие перчатки на случай холодного ветра и явно сбыли неликвид. Хотя лично мне комбинированная модель с тканью на тыльной стороне и кожаным вышитым серебром верхом понравилась.

Ориентирование в магазинах без навыка чтения – тот ещё квест, но я искренне улыбалась каждой девушке за прилавком и выслушивала советы, отзывы и даже иногда сплетни о жизни пока неизвестных мне светских дам.

Уложилась в час с небольшим.

С тремя пакетами всякого-разного, усталая, но довольная, спустилась со второго этажа в фойе местного универмага и поискала взглядом Троя. Он всё так же сидел на скамейке, крутил в руках пустой картонный стаканчик из-под кофе, которым торговали в буфете неподалёку, а на другом краю сидения устроилась девушка. Вот она бы идеально вписалась в интерьер «Камелии и ландыша». Золотисто-русые волосы уложены на косой пробор и идеальной волной спускаются до плеч, в правом ухе видно длинную петлевидную серьгу с крупной жемчужиной, подчёркивающую изящество линии шеи. Белый твидовый жакет, платье из атласа цвета пыльной розы, те самые смелые туфли цвета маренго, на коленях – расшитый жемчугом клатч в тон. И что такая особа делает в универмаге среднего класса?

Трой меня пока не заметил, и я решила сделать круг почёта вдоль витрин первого этажа. Аптека, ателье, стойка буфета, где под стеклом в многоярусных подставках и вазочках на витых ножках красовались эклеры, корзиночки, румяные пирожки и даже сэндвичи. Аппетитно, но пока не хочется.

А вот послушать этих двоих – да.

Я как раз заняла удобную позицию в паре метров за спиной Троя, изучая журналы на стенде с прессой.

– Трой, – сказала неизвестная. – Я просто хочу понять...

– А что тут понимать? Я теперь женат.

– А как же я? – в голосе девушки послышались слёзы.

– Виола...

Дальше неразборчиво. Я приблизилась ещё немного, и девушка заметила мой интерес. Сузила недовольно глаза, посмотрев мне прямо в лицо. Перемену мимики заметил и Трой. Обернулся.

– Алиса? Ты уже закончила с покупками? – сконфуженно спросил он.

– Да, – кивнула я.

Девушка рядом с ним фыркнула. Смерила меня взглядом. И я остро ощутила, что кеды с такой юбкой – это не уместно, куртка немножко затёрта на манжетах, а волосы растрепались и вообще... Может, для московского метро мой образ и сойдёт, а для столицы маго-технического королевства – нет.

– До свидания, Трой, – поднялась она грациозно со скамейки. – После поговорим.

И Виола, постукивая каблуками по плитке пола, удалилась. И её прямая спина, и упруго пружинящие при ходьбе локоны – всё выражало презрение и превосходство.

А мы остались стоять, как два идиота.