Текст книги "Неприятности ждут! (СИ)"

Автор книги: Марина Милорадович

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 17 страниц)

– И ты попался. Странно... А страховки у тебя никакой не было?

Вспомнила пресловутого Дона Румату, который незаметно пользовался множеством чудес техники...

Трой поморщился.

– Не сработала. Иногда везде случаются сбои.

– А чей это дом? Хозяйка в порядке?

– Тётушка Минни? Наш агент-наблюдатель спокойно забрала кота, любимую азалию и всю свою коллекцию вязаных салфеточек и отбыла к родне. Ведь порядочная женщина и не знала, кого пустила на постой, – Трой улыбнулся. – Думаю, она уже раскладывает свои салфеточки по всем поверхностям новой квартиры в Тиаре. А спустя некоторое время тут появится её родственник, которому она по сходной цене продала домик. Регион становится неспокойным, надо убирать женщин отсюда.

– А мы что делать будем?

– Уходить. Часа через два. До ночи люди барона Шорра или его ручного градоправителя сюда не сунутся. Поэтому сейчас отдыхаем, собираемся и тихо-мирно уходим в закат. А пока, Алиса, принеси, пожалуйста, ту вещь, что ты забрала у покойного в склепе. Есть у меня кое-какие мысли....

Жетон с гербом в виде корабля с птицей над ним оказался особым знаком секретной службы королевства Даэррон.

– Без них никуда, – тяжело вздохнул Трой. – Даэррон – чертовски неприятное место. Сначала было вполне нормальное по здешним меркам прибрежное королевство. Рыбная ловля, жемчуг, торговля и мореплавание, развитие ремёсел и все дела. Корабли придумали быстроходные с косыми парусами. А потом они открыли...

– Новый континент, где начали геноцид с грабежом пополам?

– Нет, пока только острова, там течение такое неприятное и магическая аномалия, так что континент пока в безопасности. Но островитяне тоже добывали золото и кое-какие драгоценные камни. Вот и теперь добывают, только в рабских ошейниках и на благо метрополии.

– А после Даэррон обеспечил себе волну инфляции и революцию цен. Не пошло в прок дармовое золото? – усмехнулась я. Вот же, повторяется история!

Трой помолчал, осмысливая мою земную терминологию.

– Именно. А потом они решили начать войну с соседями за наследство одного покойного князька. Наследство было так себе – болото в предгорье. Но конфликт затянулся на пять лет. Потом в Даэрроне подняли голову культисты. Они проповедовали отказ от дворянских привилегий, отмену сословий и введение всенародных собраний, а ещё признание магов, которые после окончания учёбы как раз получали личное дворянство, слугами народа. Официально – бесплатная помощь целителей, зельеваров и прочих всем нуждающимся. Реально – рабство на благо сектантов. Несогласным – блокировка. Активно несогласным – ссылка в колонии. Оттуда никто не вернулся. Затем стали забирать одарённых детей из семей, чтобы «правильно воспитывать». Король сначала поддерживал это всё... Как ни крути, а на его власть эти сектанты не претендовали, даи народ сплотился, уровень бандитизма снизился. Потом одумался. Когда королеву, которая как раз была одарённой, повесили в каком-то приграничном селе за попытку сбежать к отцу в Грейтон. Король пытался взять дела в свои руки, но умер...

– Убийство свалили на очень нехороших магов или объявили несчастным случаем?

– Второе. После этого власть взял его единокровный брат-бастард.

– После скольких лет гражданской войны?

– Не помню... Года три минимум... – пожал Трой плечами.

– И по всем законам логики этот Даэррон должен был превратиться в периферию, чтоб не сказать, самую унылую дыру на континенте. Экономика в, хм, беде, людские потери, на колонии покушаются соседи, охлаждение в дипломатических отношениях и всё такое?

– Ну, король Виктор Первый оказался на удивление изворотливым политиком с нетривиальным мышлением. Даже недобитых культистов к делу приставил. Так что теперь Даэррон – государство со шпионской сетью по всему континенту, засекреченными магическими практиками и первым промышленным производством зелий и алхимических составов на континенте.

– Боюсь представить, какой ценой.

– Вот-вот. А Вельта – вольный город лишь на бумаге. Тебя здесь встретил агент Даэррона. Чтобы что?

– И думать не хочу!

– А надо.

– Я вообще домой хочу, знаешь и, а не вот это вот всё.

Голос позорно меня подвёл, уйдя почти в ультразвук. Я медленно задышала, считая про себя. Чёрт-те что, а не жизнь, даже в истерику впасть некогда.

Трой всыпал в мой остывающий чай сахара прямо через край банки.

– Пей.

Я подчинилась. Кривилась, конечно, и никакой радости не испытывала, но глюкоза – для мозгов штука полезная, говорят.

– Кстати... – вдруг вспомнила я и опять рванулась к своей сумке. – Вот!

Я вынула забытый в кармане непрошенный подарочек от странного парня Данила, с которого всё-то и началось.

Трой посмотрел на мою раскрытую ладонь, на которой лежал круглый медальон на цепочке, таким взглядом, будто я ему принесла сколопендру. Притом, реликтовую и представляющую особую научную ценность. Но все равно ядовитую и губоногую дрянь.

Глава 14

Через пару минут я была вынуждена признать, что мои новоприобретённые лингвистические способности далеки от совершенства. Из речи Троя я поняла лишь предлоги и пару матерных слов. Остальные словесные экзерсисы остались, увы, загадкой.

– Ты где это взяла? – переспросил он.

– Я же тебе говорила. Тот странный парень, с которым я пошла гулять, постарался впихнуть мне в руки какую-то вещь. Мы боролись, он говорил на непонятном языке, а потом я пришла в себя... Здесь.

– И ты не знаешь что это за штука и кто их делает?

– Нет, конечно. Я даже ещё не открывала этот медальон.

– Кстати, можешь и открыть.

– Точно? – острожно протянула я.

– Да, – улыбнулся он, подбадривая.

Внутри медальона оказался компас. Одинокая стрелка на исчёрканном непонятными стрелочками и закорючками циферблате. Чем дольше я всматривалась, тем больше в кажущемся хаосе рисунка я видела логики. Винтовая симметрия относительно невидимых воображаемых линий? По осям, которые неизвестный гравёр не удосужился провести, были разбросаны стрелочки, которые указывали в разные стороны, крестики, точки, восьмёрки и ещё прорва наползающих друг на друга и порой искажённых символов.

– Эй, Алиса! – Трой грубо тряхнул меня за плечо.

– Сдурел? Мне больно! – огрызнулась я.

– Извини, но я тебя уже минуты три зову и тормошу. Моя ошибка. Ты открыла крышку и впала в транс.

– Да не было никакого транса, я просто рисуночки разглядывала. Там столько мелких символов. И симметрия интересная. Вроде и хаотично, но на самом деле есть какая-то логика. Прикольно, в общем.

– Вот как, – протянул Трой.

– И символы такие разные... И стрелки, и восьмерка, и всякие кружочки-треугольнички...

Я осеклась. Уж больно у собеседника округлились глаза.

– Трой, что не так?

– Понимаешь, я вижу стрелку на сером фоне. Таком перламутрово-сером, как будто на скорлупке или ракушке с несколькими золотистыми трещинками. Всё. А ты мне про симметрию и узор рассказываешь.

– Я не сумасшедшая.

– Верю. Вот мне и интересно, почему этого всего не вижу я.

– Может, только на женщин настроено? – предположила я.

– Возможно, – пожал плечами Трой.

И тут-то индеец Зоркий Глаз, то есть очень внимательная Алиса, заметил ещё одну странность.

– Трой? А это нормально, что компас не показывает на север?

–Для обычного компаса ненормально. Но для этого – естественно.

– Трой, давай в другой раз поиграем в загадки? – раздражённо попросила я.

– Понимаешь, это межмировой компас, который указывает путь к ближайшему тонкому месту границы, откуда можно совершить переход в другой мир. Чем ближе ты к грани, тем больше он жжётся. Ну, в данном случае. Некоторые другие артефакты подобного рода, наоборот, холодят руки. Или вибрируют. Есть звуковые ещё и меняющие цвет. Может, и ещё какие-то.

– Интересно. И чем тебе эта штука не понравилась? Кажется, это удобное приспособление для ваших реалий.

– Как тебе сказать... Их изготавливают демоны.

– И что?

– Алиса...

– Прости. Но для меня демоны – это некие абстрактные мифологические сущности. Рога, крылья, копыта, кровожадность, языки пламени и страшенные ритуалы призыва. В общем, набор клише из фильмов ужасов. Ты знаешь, что такое фильмы, кстати?

– Да. Но страшилки в кино у нас непопулярны.

– Ага, у вас и так не жизнь, а сказка.

И почему меня тянет на подколки? Тон у него назидательный, что ли? Или так усталость прорывается раздражением? Нет. Надо быть честной. Достала меня эта чужая реальность, где не работают привычные законы природы, эта неопределённость и неустроенность. Ну их, этих демонов, к чёртовой матери! И все эти параллельные и перпендикулярные миры! Хочу домой. К дивану, печенькам, чаю, автобусам и офисным дрязгам. В привычную жизнь.

Я вдохнула и выдохнула. Кажется, Трой мою пассивную агрессию не считал. Ну и хорошо. Как ни крути, а я от него завишу. Не стоит портить отношения.

– Трой, я профан в ваших магических делах, – постаралась я объяснить, стараясь, чтобы мой тон звучал миролюбиво. – Для меня что демоны, что маленькие зелёненькие человечки, что любые другие персонажи – ожившая сказка. Я не знаю, чего стоит бояться, а чего – нет. И нового вокруг столько, что мой разум спасают только ирония и пофигизм. Объясни, что плохого в демонах, пожалуйста.

– В демонах, Алиса, плохо всё. Мы не знаем, на какой Нити они живут. Потому что они появляются на любой. И в любом мире. И где бы они ни объявились – всюду льётся кровь и происходят катастрофы. Демоны сильнее всех известных нам разумных в плане магии, да и физически им мало равных. И мы для них – материал, ресурс, который можно взять и использовать. Или помеха, которую не возбраняется устранить, если что. К счастью, они не стремятся к гегемонии и редко обращают внимание на другие расы. У демонов чуждая нам система ценностей и психология, их магия часто требует крови, а те, кто связался с этими тварями, в итоге и сами частенько гибнут. Демоны берут очень высокую плату за свою помощь.

– В общем, похоже на наши рассказы, – кивнула я.

– Знаешь, как они делают эти компасы? Сначала они берут человека или другого разумного, выгуливают его по множеству миров на разных Нитях, а после чертят по циферблату знаки его кровью.

Я захотела отбросить и расколотить об пол страшную вещицу. Но сдержалась. Аккуратно отложила компас на стол. Трой же сказал, что чертят кровью, но не сказал, что убивают ради этого. А если даже убивают... Надо иметь уважение к покойному. Добровольно или нет, но кто-то отдал жизнь, чтобы эта вещь появилась. Похоронить её будет как-то порядочнее, ну, или там сжечь. Или утопить. Как-то порядочнее, чем разбить этот компас об кухонный пол.

– А теперь вопрос. Откуда эта гадость у парня из твоего технического мира? Как и с какой целью он связался с демонами? И ещё. От чего умер тот тип в склепе? И третий. Что было во флаконе в его кошельке?

– Ответ «не знаю» по всем пунктам, – буркнула я, понимая к чему Трой клонит.

Я встала и принялась убирать со стола. Нехорошо будет, если следующий агент-наблюдатель получит намертво въевшуюся в посуду грязь.

Трой вышел, и как я увидела, растянулся на диване в гостиной.

– Спасибо, всё было очень вкусно, – тихонечко прошипела я.

Не услышал. Ну, и ладно.

Вымыла тарелки и кружки, вылила воду из чайника, проверила импровизированную ванную за шторкой, где нашла такой же кран с холодной водой, бадейку для воды и ковшик под этим краном, квадратную «сидячую» ванну со сливом рядом и кристалл для нагрева на цепочке. Влажные полотенца на крючках, грязная одежда в корзинке под крышкой, чистое зеркало с пустой полкой над рукомойником. Ну, мой внезапный муж хотя бы в быту не свинтус, уже плюс.

– Трой, если мы будем уходить, то во что мне лучше одеться?

– А какие варианты? – сонно спросил он.

– Ну, джинсы есть, свитер и кожаная куртка. Джинсы – это штаны такие.

– Свитер и штаны надень, а поверх местную юбку с жакетом. Мало ли... Но это так, перестраховка. И платок на голову повяжи как-нибудь, хоть символически. Тут так принято.

Через полчаса мы шагали по улице. Трой вскрыл тайник в полу под прикроватной тумбочкой, сделал себе подкожную инъекцию какой-то ультрамариново-синей жидкости и перестал хромать.

– Стимулятор с обезболивающим. Потом всё равно придётся лечиться. Но часов на шестнадцать я герой, – пояснил он с широкой улыбкой.

Я кивнула.

– Правда, иногда может накрывать лёгкой эйфорией, – добавил Трой тут же.

Мы шли под ручку, супруг изображал хромоту, как мог, я специально встала справа, чтоб он не забывал, какую ногу подволакивать.

Трой повесил мою торбу себе на плечо. Жест был джентльменский и правильный, но мне стало тревожно. А вдруг он куда-нибудь денется со всеми моими пожитками, а я останусь только с содержимым собственных карманов?

Но я затолкала панику поглубже и продолжила шагать рядом.

Трой окольными путями добрался до кладбища, мы прошли по ряду, параллельному кипарисовой аллее со склепами, и я указала пальцем на тот самый.

Вроде бы никаких следов присутствия местных органов правопорядка не наблюдалось.

Интересно, как выглядит труп примерно сорокачасовой давности... На самом деле – нет.

– Трой, а я там, – кивнула в сторону мраморного куба места захоронения, – сильно нужна?

– Не хочешь заходить?

– Да. Не подумай, что я трусиха...

– Ты имеешь право просто не хотеть.

Трой отвёл меня к зарослям каких-то кустарников, в тени которых притаилась скамейка.

– Жди здесь. Если что – по обстоятельствам. Увидишь кого-то издали – беги ко мне, если кто-то внезапно появится слишком близко, будет пытаться заговорить или схватить – ори. Поняла?

– Да.

О том факте, что орать в случае опасности я не умею с детства, я умолчала. Ну, какова, право слово, вероятность...

Глава 15

Трой вышел из склепа через десять минут. Он опять повесил мою торбу на плечо и деловито куда-то зашагал.

– Трой? А труп – он на месте?

– Конечно. В этом мире зомби нет.

– А что, где-то есть?

– Конечно. Но не в Эррисе, не волнуйся.

– Куда мы идём?

– Хочу проверить одну гипотезу.

Мы ещё немного поплутали и выбрались к придорожному трактиру. Стоял он на окраине села, и, видимо, вторым источником дохода местных обитателей после урожая с огромных пока ещё нежно-изумрудных от молодых всходов полей была прибыль от здешней станции дилижансов. Пассажиры как раз прогуливались около большой повозки, запряжённой тройкой лошадей. Видимо, копытных здесь заменили на свежих и неуставших, а народ подкрепился и размял ноги.

– Трой, а почему мы так быстро попали в сельскую местность?

– Понимаешь, кладбище – это окраина. Сёл, которые кормят вольную Вельту, немного, и границы между ними и городом весьма размыты. Я думаю, что когда-нибудь лет через пятьсот все они станут районами огромного мегаполиса. Нам тут проехать-то всего ничего, дилижанс, конечно, не образец комфорта, но потерпи ещё немного.

– Хорошо. Я не настолько неженка.

Трой переговорил с возницей, отсчитал ему денег из своего кошелька на поясе и поманил меня. Помог влезть в экипаж, сел рядом на откидной лавочке сбоку от двери.

– Нам скоро выходить, – ещё раз повторил Трой.

Деревянная снаружи и обитая изнутри тёмно-коричневой кожей повозка была тесной. Окошки имелись только под потолком, даже видами в пути было не полюбоваться. Вот же тоска смертная в этой Вельте в долгих поездках! Солнечных лучей эти окошки тоже пропускали немного, поэтому с потолка свисал пучок кулончиков и кристалликов, которые испускали лёгкое свечение, но раздражающе позвякивали при движении.

Мы заняли дощатые откидные сидушки у двери. Трой расположился ближе ко входу, пристроив торбу на коленях и заранее одной рукой взявшись за поручень, я сидела рядом, держа его под руку и сцепив пальцы в замок. В торце повозки была лавочка на двоих с кожаным сидением и мягкой спинкой, напротив – трёхместный диванчик, ещё имелось одно откидное сидение спиной по ходу движения, возле него и около наших мест приделали хотя бы деревянные дужки, за которые можно держаться. На более удобных местах предполагалось, наверное, цепляться за сидение. Или за соседа.

Маршрутка на конной тяге вмещала восьмерых пассажиров, на запятках и крыше были прикреплены ремнями сундуки, под диванчиками стояли корзинки и саквояжи, и развивало это чудо общественного транспорта скорость в примерно семь-восемь километров в час.

Компанию в поездке нам составляли два пожилых господина в не новых, но добротных сюртуках, занявшие места в торце, дама с двумя детьми напротив и угловатая девчонка лет тринадцати на самом неудобном месте. Девчонка поставила под ноги две корзинки, села, как-то раскорячившись для устойчивости, сразу ухватилась за поручень одной рукой, а другой таскала из кармана передника крупные белые семечки. Шелуху она сплёвывала в кулак и отправляла в другой карман. Старики вспоминали каких-то сослуживцев. Тот помер ещё молодым от пьянки, другой – в старости от лёгочной болезни, этого хватил удар – и тоже помер... Девчонка слушала и грызла семечки, эти воспоминания неизбалованной развлечениями особе сошли за радиопередачу. Женщина вязала что-то крючком, иногда упуская петли и тихо ругалась себе под нос. Вроде даже цензурно. Старший из её мальчиков, на вид примерно десятилетний, ныл. Младший, лет четырёх, хныкал.

И только Трой молчал, всем видом олицетворяя спокойствие. Мне тоже хотелось ныть, хныкать, может, даже потопать ногами и закатить уже истерику. Но я старалась дышать размеренно и считала про себя. Потом вспоминала по пять английских слов на каждую букву алфавита. Где-то на «Q» старый детский способ сработал, и я задремала. Проснулась у Троя на плече, немного более отдохнувшая и ощутимо менее сердитая на весь белый свет. Правда, шея у меня слегка затекла.

– Алиса, мы приехали.

Возница открыл двери и спустил ступеньку-подножку. Детишки юркнули на свежий воздух первыми. Затем, кряхтя и потирая поясницу, выбралась девчонка, которая поволокла свои корзины к обочине, где её ждала такая же худая и угловатая тётка. Следом выбрались и мы.

Потолкались вместе со всеми, а потом Трой завёл меня за какой-то сарай, а дальше мы направились за околицу очередной деревеньки к лесочку.

– А теперь доставай компас, – сказал он.

– После твоих рассказов о демонах не очень-то хочется.

– Надо. Считай это следственным экспериментом.

– Ладно, – вздохнула я.

Я обхватила пальцами металлический кругляш. Надо же – тёплый.

– Открывай.

Отщелкнула крышечку. На моей ладони засиял мягкими бликами циферблат. Изящная обсидиановая стрелка крутанулась, указывая мне в грудь. Я развернулась на сто восемьдесят градусов, теперь компас указывал вперёд, к лесу, над кронами которого алели блики заката. Что за?..

Трой сцепил обе руки на моём свободном запястье.

– А теперь считаем шаги. Раз, два, три!

Третий шаг получился не в заросли крапивы, а в бархатную тьму.

Часть 2. Око бури. Глава 16

Я даже не успела испугаться, потому что мои ноги коснулись ровной твёрдой поверхности плитки. Открыла глаза. И когда успела зажмуриться?

Мы стояли посреди полутёмного зала. На стенах зеленели фосфорным светом каплевидные лампы, стены, пол и потолок были из одинаково серого бетона.

– Это мы где? – спросила я хриплым шёпотом.

– Добро пожаловать на Эррис, в королевство Тиар! – ответил Трой негромко и даже чуть-чуть торжественно.

– И как мы это сделали? – спросила я.

–Действительно, капитан Каррер, как вы умудрились притащить гражданское лицо с задания? И как вы прошли по Нити без стандартного ритуала? – раздался откуда-то из темноты ворчливый старческий голос.

– О, доктор Виан! Здравствуйте, я тоже рад вас видеть! – широко улыбнулся Трой.

– В общем, я тоже рад видеть тебя, как и любого другого офицера. Но вот за девушку напишешь рапорт. Куда её? В камеру или в лазарет?

Трой на секунду опешил от такой прямоты. Он приподнял свой правый рукав, а после и мой.

– Док, этой моя супруга. Госпожа Алиса Каррер. Её и меня надо посадить в служебное авто и довезти до дома. Распорядитесь, пожалуйста, если есть свободный шофёр. Или пусть Бэлла вызовет нам такси.

– Ох ты ж... – конец фразы потонул в искусственном приступе кашля.

– Очень приятно, доктор Виан! – не удержалась я.

Кажется, кашель стал настоящим. Поперхнулся он там, что ли? Не ожидал, что жена капитана Каррера ещё и говорящая?

– Проходите в шлюз.

В сером бетоне появилась щель, подъёмная дверь медленно поползла наверх.

Трой, не отпуская моей руки, направился к проходу. Поднырнул под тяжёлый металлический щит, который был в тот момент только на уровне моей груди, и потянул меня следом.

– Техника безопасности! – пробурчали откуда-то.

В шлюзе все поверхности были словно из хромированной стали, а из мебели имелись лишь столы и лавки, а также несколько ширм, тоже из металла.

Понятно, дезинфекция.

Трой завёл меня за один железный щит, сам расположился за соседним.

– Выложи все вещи по одному предмету из сумки на стол. Потом разденься. Полностью. Вещи положи там же. Обувь можно оставить на полу. Волосы распусти и не забудь снять серьги, – велел он.

Я подчинилась. Не знаю, видит нас тот дежурный доктор или нет, но мне в целом было всё равно. Работа у человека такая, ничего экстраординарного я ему продемонстрировать не смогу. Аномалиями анатомии не обладаю.

– Перед тобой будет дверь, она сдвигается влево. За ней душ, время стандартное – три минуты, система всё сделает сама. Потом выходи обратно.

Повинуясь касанию моей ладони, чуть выступающая часть стенки отъехала в сторону. Я шагнула на тёплую нескользящую плитку душевой. Покрытие в кабине было перламутрово-белым, будто я внутри ракушки. Дверь за мной задвинулась сама собой, с тем приятным звуком, с которым закрываются багажники по-настоящему хороших автомобилей. Я встала по центру кабинки. Ни лейки на гибком шланге, ни баночек с гелем и шампунями не наблюдалось. И что же система сделает сама?

Сначала с потолка полилась тёплая водичка. Эффект тропического дождя? Поток менял интенсивность, струи легко массировали кожу головы и тело. Я запустила руки в волосы, чтобы вода промыла их получше, прошлась ладонями по бокам. Температура росла, но не до кипятка, тем временем пар начал выступать из каких-то отверстий в стенах. Он не пах ничем, кроме летнего дождя, тумана над чистой рекой и росы на листьях. Аромат чистоты без примесей цветов, фруктов или чего-то ещё – я им дышала и не могла надышаться. Оказалось, что в стенах кабины есть ещё и другие приборы. После стало менять освещение – оранжевый, розовый, голубой, зелёный, фиолетовый и просто холодный белый свет сменяли друг друга. По глазам это моргание не било. Наоборот, бодрило.

Вода исчезла вся и вдруг, и подул лёгкий ветерок. Он играл с моими волосами, ласкал кожу и на удивление быстро высушил их. Я провела пальцами по бедру. По ощущениям я словно сделала лёгкую растяжку и зарядку на всё тело, сходила в душ, на массаж и в спа-салон на скрабирование, обёртывание и прочие процедуры для каждого миллиметра моей кожи и волос. Шрамики на коленях от падений с велосипеда и маленькая татуировка чуть ниже локтевого сгиба, как и брачный браслет, остались на месте. Но вот гель-лак с ногтей куда-то делся, как и потёртость от жёсткого задника правого кеда. Кажется, даже зубы у меня как-то сами почистились. Чудеса!

Нравится мне этот чудо-душ, я бы с радостью его посещала почаще. Интересно, в домах такие же или это секретная разработка?

Мысленно поставив себе галочку, что надо будет выяснить у Троя, я взмахом ладони отправила дверь в сторону.

Вернулась в металлический шлюз. Оставленные вещи кто-то словно бережно почистил или постирал и высушил. Они ничем не пахли и были мягкими на ощупь.

– Трой? – позвала я.

– Да?

– Что мне надеть? Юбку с кофтой или вещи из моего мира?

– Что хочешь. И то, и другое, не обижайся, но не по нашей моде.

Я с удовольствием влезла в свои привычные свитерок и джинсы. И только кожаную куртку заменила на трофейный кардиган. Если мода тут другая, то демонстрировать мои вторые девяносто (точнее девяносто шесть) в облегающих штанах не стоило, а кофта как раз удлиненная. Волосы после чудесной процедуры были ни капельки не спутанные, я даже расчёсываться не стала. Зеркала не имелось, стены давали искажённые отражения, и я не пыталась в них что-то разглядеть. Быстро упаковала свои пожитки обратно.

– Готова? – спросил Трой.

– Да.

Он заглянул в мой отсек помещения, снова взял меня за руку и повёл дальше.

Я старалась не пялится. Мужчина сменил наряд на нечто довольно обыденное: коричневая куртка вроде лётной, бежевая рубашка, тёмные штаны и грубые ботинки. Ссадины и синяки с его лица исчезли, чистые волосы чуть спадали на лоб. А симпатичный у меня внезапный муж.

Очередная дверь отъехала вбок.

Доктор Виан оказался таким, как я его себе и представляла. Худощавый, чуть повыше меня, на вид лет шестидесяти мужчина с умным лицом. Острый нос, взгляд с прищуром, волосы цвета соли с перцем. Он был похож на нашего институтского препода по экономической теории, который любил задавать каверзные вопросы тем, кто слишком демонстративно скучал на лекциях, но под настроение мог и рассказать какой-нибудь интересный анекдот.

– Трой, заполни эти формы, – деловито велел он.

Муженёк со стоном мученика принял от дока стопку из примерно десятка листов.

– А вы, госпожа, вот эту.

Один лист, размером и цветом похожий на перфокарту.

И опять я ни бельмеса не поняла в этих угловатых буковках.

Да что ж такое...

– Трой? А это нормально, что я не могу читать на вашем языке?

– Нормально. Ты просто иначе посмотри на бланк, – не отрываясь от бумагомарания, ответил он.

Доктор наблюдал с ехидной усмешечкой.

Я поднесла картинку к кончику носа и отодвинула, посмотрела левым и правым глазом по очереди, а потом на просвет. Вспомнила басню «Мартышка и очки».

Отбросила листок на стол.

Забавляются, паразиты, над несчастной попаданкой.

И тут я поняла, чего от меня хотят. Полиграфический пазл сложился.

Провела среди множества закорючек длинную кривую. Потом короткими штрихами прорисовала короткие линии. Винтовая симметрия. Рисунок походил на какую-то очень нетипичную молекулу РНК.

Вот зачем я помню столько несущественных фактов? Всегда у меня голова работала не так, как у других. Марку авто по эмблеме на капоте не факт, что узнаю, французского бульдога соседки я не раз называла очаровательным мопсиком, а тут в какой-то загогулине разглядела молекулу РНК, которую последний раз видела десять лет назад в учебнике биологии.

– Интересно, – протянул док.

– Но непонятно, – улыбнулась я.

– Трой, завтра приведи девушку к нам часиков в десять.

– А отсыпной?

– А Бриана Дион? – пресёк торги док.

Трой справился с бумажками, привычно закинул на плечо мою торбу, опять взял меня за руку и направился на выход.

– До свидания! – вежливо попрощалась я за себя и за мужа.

– Алиса, – уже за дверью негромко пояснил он. – У нас не прощаются ни с теми, кто идёт на задание, ни с теми, кто остался на дежурстве. Примета плохая.

– Спасибо, буду знать, – кивнула я.

Коридор с плиточными полами и крашеными стенками после подъема на четыре лестничных марша сменился более цивильным. Паркет на полу, потёртая ковровая дорожка винного цвета, деревянные панели чуть выше моего плеча и светлые обои над ними, рожки светильников через каждые три метра и закрытые двери. Нормальная такая советская контора. Поворот, выход в холл. За стойкой сидела пухленькая блондинка с густыми локонами явно искусственного происхождения. Не знаю, как барышня работала, но боевой дух сотрудников такая улыбчивая милашка с аппетитными формами должна была поднимать на раз-два.

– Привет, Трой! – тёмные дуги бровей приподнялись, на щеках появились милейшие ямочки, а коралловые губки бантиком изогнулись в милой улыбке.

– Привет, Бэлла! Что у нас там с транспортом?

– Люк на вызове, Дэнни на больничном. Я заказала тебе такси. А вот и оно!

Она вытянула изящную шею, чтобы посмотреть в окно, не вставая в высокого стула за конторкой. Интересно, сколько труда вложила эта очаровательная пышка в свои мимику, голос и жесты? Таких женщин в моём мире принято называть манкими. И я сама довольно в студенчестве простояла и просидела за такими стойками, чтобы понимать, как непросто быть милой, дружелюбной и обольстительной посреди ночной смены.

– Спасибо! – сказал Трой, я просто кивнула.

– Напомни, пожалуйста, Кэсси, что она мне должна второй том «Бродяги для истинной леди»! – в спину крикнула Бэлла, когда за нами почти захлопнулась тяжелая деревянная дверь с резьбой в виде кос.

Кажется, я не знаю о своём новом муже много важных вещей. Хотя... Почему – «кажется»?

Глава 17

В автомобилях я не разбиралась. Машина показалась мне чуть старомодной. Покатый короткий кузов, длинный капот с боковыми выступами и фарами в форме кошачьего глаза, хромированные решётки, шильдик со стилизованной рептилией. Салон был отделан деревом и плотной тканью со вставками кожи. На задних сидениях ремней безопасности не нашлось. Трой сел рядом, он отпустил мою ладонь, и без этого прикосновения стало как-то неуютно.

Я смотрела сквозь стекло на спящий город. Дома в четыре-пять этажей, а некоторые и ниже, клумбы, на которых невесть что цвело, редкие сверкающие вывески, фонари, льющие на дорогу и тротуар лимонный свет.

Прохожих я не заметила. Впрочем, время глубоко ночное.

– Трой, а который час?

Он взглянул на откуда-то взявшиеся часы на кожаном потёртом ремешке.

– Половина третьего ночи.

По ощущениям и на Томере очнулась примерно в такое же время. За двое суток я посещаю уже второй параллельный мир.

С лёгким сожалением подумала об оставленной Вельте. Красивый чистый город с самобытной архитектурой, мода у местных опять же приятная, еда вкусная, да и нравы не совсем, чтобы жестоки. Но я была слишком испугана и растеряна, чтобы получить от пребывания там какое-то удовольствие. И вообще, есть ли разница – в Париж вас завезли похитители или в деревню Гадюкино, ну, кроме климата и языкового барьера?

Тем временем мы добрались до места назначения. Трой вышел из машины первым и распахнул для меня дверь. Молчаливый водитель, мягкий ход машины, автомагнитола, отсутствующая как объект – красота. Где тут пятёрку поставить? Я поблагодарила таксиста на словах, а Трой выдал ему чаевые.

Мы стояли на вымощенном брусчаткой тротуаре возле четырехэтажного дома. Три широких крыльца с мраморными перилами – три подъезда. Мы как раз стояли напротив среднего. Семь ступеней до массивной двойной двери, по обе стороны которой светили фонари в кованых оплётках. Размеры тёмных окон указывали на немалую высоту потолков. Да тут четвертый этаж – как в моей панельке шестой! Если лифта нет, то жить наверху в таком доме можно, не тратясь на фитнес-клуб.

– Здесь мы и живём. Кленовая улица, дом семь. Запомни на всякий случай.