Текст книги "Неприятности ждут! (СИ)"

Автор книги: Марина Милорадович

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 17 страниц)

– Хорошо. Кленовая, семь.

Трой поднялся по ступеням, я за ним следом. Он открыл для меня дверь, и мы прошли в маленький холл. В большом потёртом кресле дремала старушка, ноги которой были укрыты шерстяным клетчатым пледом. На столике перед ней лежала открытая книга. Консьержка (а кто ещё это мог быть?) проснулась от звуков наших шагов.

– Доброй ночи, господин Каррер!

– Доброй, госпожа Антель!

– Как мне записать вашу спутницу? – консьержка вытащила из ящика стола пухлую тетрадь.

– Госпожа Алиса Каррер, моя супруга, – ответил Трой.

Брови госпожи Антель приподнялись, но она быстро вывела в тетради короткую строчку вложенной вместо закладки ручкой.

Лифт оказался в торце коридора. Старинный, с закрывающейся на засов ажурной дверью. Хотя это для меня старинный, а здесь, может, хай-тек.

Третий этаж.

– Двадцатая квартира, запомни.

Да уж, в этих завитушках на двери цифры два и ноль угадать сложно.

Трой открыл замок достаточно длинным ключом с каплевидным навершием и хитрой зубчатой бородкой.

Небольшая прихожая встретила нас приглушённым отсветом лампы из следующего помещения.

– Добро пожаловать! – тихо сказал Трой.

Хотелось из хулиганских побуждений ему рассказать, что у нас молодой муж переносит жену через порог, но я промолчала. Трой опустил мою торбу на банкетку, стоявшую около вешалки. Я скинула кеды и поставила их на нижний ярус кованой обувницы рядом с изящными лодочками на низком каблучке.

Трой просто оставил свои ботинки на придверном коврике, а куртку повесил на кованый крючок.

– Трой? – раздался нежный женский голос из глубины квартиры.

– Доброй ночи, Кэсси! Ты опять не выключила торшер в гостиной.

Я как раз подбирала слова, чтобы спросить, кто такая Кэсси и не показаться ревнивой дурой, как по глазам ударил свет.

Раздался звук шагов, и в арке, отделяющей прихожую от гостиной появилась миловидная барышня. Девушка была хороша даже сонная и немного растрёпанная, в длинной в пол ночной сорочке с кружевными рукавчиками-крылышками. Она бежала встречать Троя и вдруг остановилась, словно на стенку налетела. Всплеснув тонкими руками, она скрестила их, обняв себя за плечи. Кэсси исподлобья уставилась на меня и на Троя, закусив пухлую нижнюю губу.

– Кэсси, доброй ночи! – ещё раз произнёс Трой. – Алиса, знакомься, это моя младшая сестра Кассандра.

– Кузина, – хмуро поправила девушка.

– Кэсси, это Алиса, моя жена.

– Что? Как? – девушка даже глаза протёрла с таким выражением лица, будто развидеть меня хочет.

А ведь ей лет восемнадцать-девятнадцать, не больше. И где родители этого милого создания? Я уж молчу о том, что мне ещё предстоит сцена встречи со свекровью.

– Вот так, – Трой приподнял руку и покрутил запястьем с татуировкой.

– С ума сойти... – протянула моя золовка или как там эта свойственница называется. – А кто мне говорил про обычную командировку? Впрочем, ладно. Сейчас халат накину, и сделаю чаю.

Я проследовала за Троем в кухню. Небольшое помещение было скорее рассчитано на готовку, чем на приём пищи, однако крохотный угловой диван, столик на одной резной ножке и два стула имелись. Плита, вроде не дровяная, тумбочки с ящиками разных размеров, банки на открытых полках и железный двухстворчатый шкаф чуть ниже моего роста – видимо, местный холодильник. Вся мебель была добротной, из тёмного дерева, стены покрашены в цвет топлёного молока, на подоконнике стояли горшки, по виду с базикиком и ещё какими-то травами. Уютно.

Халат Кэсси оказался сплошь кружевным, длиной тоже до пола, да ещё и с широкими рукавами до костяшек кисти. Что девушка собиралась в этом одеянии делать на кухне, я не поняла. Она крутанула ручку трехконфорочной плитки, и по чёрному матовому кругу поползли оранжевые блики. Потом это чудо грохнуло на плитку чайник.

Кэсси вытащила из хлебницы большую белую булку и криво нарезала её на большие, но не равные куски. Чайник на плите выпустил из носика струйку пара. Так быстро закипел? Чудеса.

– Ой... – протянула юная хозяйка. – Я воды не долила.

– Я понимаю, вы волнуетесь, – миролюбиво сказала я. – Не каждый же день ваш брат сообщает такие новости.

– И не каждую ночь, – фыркнула Кэсси.

Я не выдержала, встала и убрала чайник к горячей конфорки.

Кэсси смотрела на нож в своих руках, будто он был невиданным чудом техники.

Нет, ну не может девушка её лет быть настолько неприспособленной к быту.

– У вас такой красивый халат, жалко будет испачкать при готовке, – мягко заметила я и забрала у неё нож.

Всё же хотелось поесть нормально, пусть и на ночь. Разрезала куски хлеба вдоль ещё раз, открыла холодильник, нашла сыр, ветчину, масло, выбрала из трёх огурчиков, завалявшихся на полке, самый свежий и собрала из всего имеющегося набора ингредиентов довольно приличные бутерброды.

Конечно, особенно ровными и красивыми они не вышли, но хотя бы не разваливались и не грозили вывихом челюсти незадачливому едоку.

Я долила воды в подостывший чайник и вновь поставила его кипятиться.

Хотела спросить, нет ли чего сладкого к чаю, но сдержалась.

Я здесь без году неделя, заявилась в ночи, жена я Трою случайная и статус мой не определёнен. Сама даже, если честно, не понимаю, что с этим браком делать. Как тут разводятся-то? И как свести татушку? Хотя милый браслет, можно и оставить.

Кэсси наблюдала за моей суетой без особой приязни. Но всё же она расставила по столу тарелки и чашки и заварила какую-то смесь листьев и ягод в чайнике.

Она заняла место так, чтобы сидеть лицом к двери и боком к Трою. Я оказалась чётко напротив сестры мужа, спиной к дверному проёму. Кэсси посмотрела на меня очень тяжёлым взглядом. На Троя она не глядела вовсе.

– Итак, я хочу знать правду.

Я с подчёркнуто безмятежным видом отпила чаю и малодушно перевела стрелки на супруга.

– О, это была увлекательная история. Думаю, Трой расскажет её лучше, чем я.

– Хм... Кэсс, меня крупно подставили.

Глава 18

Лица у нас Кэсси вытянулись, я полагаю, одинаково. Хорошо, что мы ничего не жевали и не пили в этот момент.

– В общем, задание. Стандартная командировка. Планировал внедриться в дом подозреваемого под видом лакея, но меня завернули на собеседовании. Тогда я пошёл туда ночью, чтобы проверить сейф в кабинете и кое-что ещё. И как нарочно, в соседней комнате дворецкий надумал на ночь глядя пересчитать столовое серебро в буфете, а секретарь подозреваемого дремал над романом в библиотеке. И сканер пространства не показал ни одного разумного существа на этаже. Свет из-под дверей тоже не пробивался. Меня поймали. Случилась безобразная драка. А аварийный телепорт не сработал, как и отвод глаз и блокатор боли.

– Ох... – Кэсси прижала ладошку к губам. – Защита тоже не помогла?

– Амулеты были при мне. Но ни один не подействовал. Меня скрутили, надели наручники-блокираторы, отвезли в местную тюрьму, там ещё раз набили морду, чтобы подписал признание. И я подписал, конечно, чтобы кости целыми остались. Из разговора с дознавателем я узнал, что женщина, у которой я «снял комнату», тихо выехала к родственникам, чтобы справиться с потрясением от такого позора, как квартирант-вор, и за неё не волновался. Агент-наблюдатель мне бы ничем не помог, тем более, старая дева с бегонией и котом. А наш человек в ратуше, мужик из местных, давно подкупленный, как он думает, разведкой соседней державы, просто прошёл мимо моей камеры, вместо того, чтобы организовать мне побег.

– Сволочи... – буркнула Кэсси. – Узнаю, кто постарался – прокляну.

И её обещание не прозвучало пустой фигурой речи.

– А потом мне повезло. В Вельте действует старинный обычай, по которому женщина может прямо под виселицей выйти замуж за приговорённого и спасти его от смерти. И Алиса решилась на этот шаг.

Кэсси как-то рвано выдохнула и посмотрела на меня нечитаемым взглядом. То ли как на безнадёжно больную, то ли как на гранату без чеки.

– Ну, вот и...

Трой показал Кэсси татуировку на запястье. Она рванула его руку к себе, едва не скинув со стола посуду. Долго пялилась на тонкую косичку из листиков и завитков, потом требовательно протянула ладонь в мою сторону. И я показала свой орнамент.

– И как вы теперь дальше? – растерянно спросила она.

– Как-то, – пожал плечами Трой. – Обыкновенно.

– Какой кошмар...

Нет, я догадывалась, что я не девушка мечты, но зачем так драматизировать-то.

– Брак можно аннулировать? Или оформить развод. Как будет быстрее? Я подпишу все документы. Единственное, о чём попрошу – помоги мне вернуться домой, пожалуйста. Или хотя бы весточку родным передать, – сразу обозначила я свои желания.

Трой потёр лоб, Кэсси хрипло хохотнула.

– Хорошая попытка прикинуться невинной мышкой, – прокурорским тоном произнесла она.

– Что, простите? – я холодно приподняла бровь.

– Этот брак не расторжим. Ты привязала моего брата к себе раз и навсегда. Даже после твоей смерти он не сможет жениться на другой.

Я припомнила свадебные клятвы.

– Это вообще-то обоюдные обязательства, – заметила я сухо. – И даны они были в другом мире. Почему бы не расторгнуть их здесь? У вас нет разводов?

– Есть, – повела плечиком Кэсси, – но этот обряд носит межмировой характер и не расторгается. Мало кто выбирает именно такую форму брака.

– Я все эти ритуалы с огнём и кровью впервые в жизни увидела. У меня на родине можно даже светский брак без храма заключить. И не возбраняется законом просто вместе жить без всяких бумажек и церемоний.

– Не после брака, скреплённого магией и связавшего ауры и судьбы. Ты просто не сможешь найти такого дурака, который захочет на тебе жениться.

– Очень лестно, – фыркнула я.

Трой поморщился, а Кэсси пояснила:

– Алиса, другой мужчина просто не сможет на тебе жениться по независящим от него причинам: заболеет, умрёт, получит в наследство поместье на дальнем острове и там встретит другую. Да он даже на первое свидание не придёт из-за болезни матушки или, скажем, внезапной простуды.

– И работает это в обе стороны, – добил меня Трой.

Я встала и прошлась по кухне.

– Извините, мне просто надо с этим свыкнуться.

А ещё раздобыть букварь, оперативно выучиться читать и проверить информацию в независимых источниках.

Трой невозмутимо жевал бутерброд, Кэсси пила чай, я мерила шагами пространство от окна до двери.

Вспомнила вечные бабушкины замечания о том, что мотаюсь, как маятник, и голова от меня кружится. Села. Откусила наконец-то от бутерброда. Вкусно получилось, только сыр у них слишком солёный, ну, да с маслом пойдёт.

– Кэсси, можно тебя на минуту?

Брат с сестрой вышли из комнаты. О чём они шушукались, я не услышала. Но, кажется, даже мебель двигали.

А я пыталась осмыслить, во что влипла.

Замуж я особенно и не стремилась. Хотя кавалеры были, хоть и своеобразные. А тут – внезапный муж, который никуда-то от меня не денется. Точнее, не сойдётся с другой женщиной. Что не отменяет того факта, что он может отселить меня куда подальше и жить в гордом одиночестве. Кстати, работает система в обе стороны. Оставим этот вариант про запас, кстати.

Но даже если мы останемся вместе, не обязательно, что воспылаем друг к другу нежными чувствами. Не исключено, что даже наоборот. Мало ли я видела пар, которые до серебряных и золотых свадеб доживают в ругани и скандалах? Этого я тоже не хочу. В голове шумело то ли от неприятных мыслей, то ли от усталости.

Тихонько я прошла из кухни в коридор. Трой расстилал на диване простыню, Кэсси стояла рядом с подушкой в руках.

– Я рада, что благодаря Алисе всё обошлось, – услышала я. – Но как же ты объяснишься с Виолой?

А это еще кто такая?

Глава 19

Трой постелил себе на диване, а мне уступил свою комнату. Кэсси тоже ушла досыпать.

Я не долго осматривала новое помещение. Чтобы сделать выводы, хватило одного взгляда. Светло-серые до белизны стены, темная мебель, сине-бежевый клетчатый плед, подушка уголком на кровати. Наволочка свежая и пахнет лавандой. Плед оказался таким мягким, что его хотелось трогать и трогать. И это была единственная дань роскоши в помещении, в остальном обстановка отличалась скромностью и лаконичностью. Книжный шкаф с открытыми полками, маленький письменный стол и кресло с высокой жёсткой спинкой, зеркало на внутренней стороне платяного шкафа. Ни цветов, ни фотографий, ни безделушек, ни ковра на полу. Шторы из ультрамаринового габардина едва доходили до подоконника, но вот сам он был вырезан из массива дерева с красивой текстурой. Аскетизм и практически казарменный порядок сочетался с очень дорогими на мой взгляд материалами.

Словно бы это жильё служебное или съёмное. Вот и мебель приличная, но чужая. А плед – единственная покупка для собственного удовольствия, если и вовсе не чей-нибудь подарок. Думается, Трой не считал двадцатую квартиру в доме семь по Кленовой улице своим домом.

Я вытащила из торбы «сувенирную» ночнушку, купленную в Вельте, и переоделась ко сну.

Легла на неширокую кровать Троя. В принципе, и вдвоём поместиться можно довольно комфортно, наверное. Эта постель может стать нашей супружеской. А может и не стать. Правду ли сказали Кэсси и Трой о нашем браке? Врать им выгоды не было, миллиардного приданого за мной нет. Бабушка всегда так про меня говорила: не девка, а сто рублей убытка и тридцать три несчастья. Да и Кэсси была не очень рада, а ещё где-то есть некто Виола, с которой Трою предстоит объясняться.

Я мысленно делила лист бумаги на две колоночки.

Трой всё же в плюсе: лучше быть женатым, пусть даже и на мне, чем гордым и холостым болтаться на виселице. Он, конечно, этого ещё не знает, но я не скандальная, неплохо готовлю, не изменяю и не умею сидеть у кого-то на шее. Из минусов у него реакция Виолы, кто бы это ни была. И сдержанное недовольство Кэсси.

А я, если бы не Трой, так и шаталась одна-одинёшенька по улицам Вельты, не зная, куда податься. И опять же статус госпожи Каррер, жены капитана управления расследований, предполагает какое-никакое уважение и защиту в обществе. Да и Трой, кажется, не собирается меня кошмарить, абьюзить и газлайтить. Крыша над головой есть, еда в холодильнике тоже, муж сию секунду супружеский долг не требует, да и вообще молодой, симпатичный парень с интересной профессией. Из минусов только недовольная сестрица. Ну, а кто бы возрадовался, разбуди его ночью приехавший из командировки брат, который откуда-то притащил к тебе в квартиру невестку?

Логика и расчёт говорили, что всё неплохо вышло. Win-win, оба в плюсе.

Но Трой не выбирал меня. А я... Да не знаю, что это было со мной на площади!

Меня вело сквозь толпу наитие, озарение. Неудержимый поток энергии вынес меня на дощатый помост для казни. И я была будто не я, когда говорила слова клятвы. Та Алиса была смелая и свободная, не сомневающаяся в своей правоте.

И тогда мои поступки казались единственно правильными.

Но как же теперь прожить жизнь с незнакомцем? Как строить отношения, из которых лишь два выхода – одиночество или смерть? Добровольно-принудительное «долго и счастливо» меня пугало. А что, если он... И дальше список из многих дурных вещей.

К горлу подступил комок, в глазах защипало, и я в очередной раз выдохнула на восемь счетов надвигающуюся истерику.

И опять мысленно вернулась к листу с двумя колонками доводов. Третий закон Ньютона никто не отменял: на всякое действие есть противодействие. Не опасается ли сейчас Трой, что я ему подолью аква-тофаны в чай, не думает ли о том, что придётся жить с авантюристкой лёгкого поведения – а за кого он может принять женщину, которая идёт на свидание с одним незнакомцем, а через сутки выскакивает замуж за другого?

Ну, и как доказать после этого бедолаге, что я не обезьяна с гранатой, а адекватная девушка. Просто вот не повезло мне...

Если мне будет суждено встретить Данила – набью ему морду. С седьмого, кажется, класса ни с кем не дралась, но недостаток практики компенсируется горячим желанием.

Повинуясь очередному странному порыву, я закрутила вокруг запястья цепочку злополучного компаса, повернулась на бок, машинально пробормотала: «На новом месте приснись, жених, невесте!» – и уснула.

Во сне я увидела отнюдь не жениха. И даже не новоиспечённого мужа.

Мне снилась женщина. Странная. Другая. Её черты были такими неуловимо чуждыми, что красота незнакомки стояла не в шаге, а во вздохе от эффекта зловещей долины.

Высокая, выше меня, и даже, наверное, Троя. Балетная фигура с длинными конечностями и шеей. Очень стройная, она не выглядела тощей или заморённой. Просто почти лишённая объема мускулатура и тонкая кость. Водопад пепельных волос спускался чуть ли не до колен, в этой гриве мелькали отдельные косички с подвесками, пёрышками и еще какими-то украшениями. Высокий лоб, брови вразлёт, вытянутые к вискам огромные бирюзовые глаза, выраженные скулы, маленький рот и острый упрямый подбородок. Одета красавица была не в фэнтезийные шелка, достойные киношной Галадриэль, а в короткую майку и шорты зеленовато-серебристого цвета.

– Привет, – она улыбнулась.

Туман вокруг странной собеседницы заклубился и стал плотнее. За её спиной сменялись декорации: спальня Троя, кухня дома агентессы в Вельте, канцелярия в нашем офисе, песчаный пляж с яркими зонтиками, моя единственная комната в квартире. От ускоренной перемотки рябило в глазах, а сердце на отдельных кадрах кололо ностальгией.

В итоге калейдоскоп сложился в склон оврага, поросший цикорием. Внизу яркую зелень напоённой водой травы прорезала змейка ручья, над которым склонялись ветки ракит.

Родной посёлок, самая окраина, за спиной одноэтажные деревянные домики, крытые шифером, и редкие серые панельки, а впереди – природа. Чистый уголок, не тронутый местными. Смотришь на него, и кажется, что посёлка с его сплетнями, дрязгами и вечной бедностью нет.

Мы сели прямо на траву на склоне, как когда-то делали мы с девчонками в моём детстве.

– Я Ива, – представилась моя ночная гостья.

– А я Алиса, – ответила я.

– У тебя мой компас.

– Прости, я не хотела его брать.

– Всё в порядке.

– А правда, что по циферблату рисуют кровью?

– Да.

– И ты?..

– Рисовала. Кровь можно брать любым способом, это не так уж и больно, ты же сама сто раз сдавала анализы.

– И умерла ты из-за этого компаса?

– Нет, конечно. Я умерла по собственной глупости. Даже обидно, – она фыркнула.

– Погоди, ничего не понимаю. Ты, Ива, кто? Ну, по расе или национальности?

– Я светлая эльфийка из клана Рассветных.

– И ты путешествовала между мирами? Добровольно?

– Да.

– А как же демоны?

– Мой народ зовёт их иначе, но можно и так. Да, я заключила сделку с демоном. В моём мире шла война. Давно. Наш клан теснили на север, к суровым болотам. А демоны... Они появлялись то тут, то там. Кто-то поддерживал одну сторону конфликта, кто-то другую. Мой демон... Прости, я не назову тебе его имени... Он был красивый, веселый и поставлял самое передовое оружие нашим врагам. А потом увидел меня. Едва вошедшую в возраст травницу, которая увлеклась, собирая для аптеки при госпитале ягоды. Раненых было много, не хватало кроветворных средств, и мы с наставницей собирались варить зелье. Я ему понравилась. Я даже не поняла сначала, чем привлекла внимание моего демона. Но он говорил с моим отцом, и я заключила сделку: теперь он поставлял оружие только моему клану, а мы поженились по известному тебе обряду и начали путешествовать.

– И это было добровольно?

– Да. А как же? По принуждению такой брак не заключить... Просто не сработает ритуал, божественной пламя не вспыхнет.

– Но ты его не любила?

– Нет, конечно. Но я понимала, что всё правильно делаю. А потом влюбилась. Наверное, это произошло в техногенном мире Гэрро. Впрочем, название неважно. Пожар в высотном здании, жители успели эвакуироваться, а на балконе предпоследнего этажа плакал забытый кем-то зверёныш. Мой демон его спас. И подарил мне. Мы поселили зверька у нас в резиденции, впрочем, мы нечасто там бывали, но он вольготно жил на попечении слуг.

– Интересно... Твой демон был хорошим...

Ива усмехнулась.

– Хороший демон – оксюморон. Он был просто собой. Демон. Порождение Хаоса. Море энергии. Демонам тяжело сдерживать себя, они не могут не проверять реальность и самих себя на прочность. И плохо уживаются друг с другом. Их родной мир давно бы разлетелся на мельчайшие частицы, если бы не межмировые путешествия. Мы, например, выбрали для жизни совсем другое место. Тоже высокоразвитую маго-техническую планету. Там моего супруга знали как эксцентричного ученого, успешного предпринимателя и слегка одиозного политика, пусть и не первого эшелона. Готова спорить, его имя осталось на страницах учебников истории. Когда мой муж входил в любой зал приёмов, все разговоры затихали, дамы начинали взбивать локоны, юнцы сворачивали шеи, чтобы разглядеть покрой его костюма или узор на жилете. Ему радовались за каждым столом. Промышленники и банкиры прислушивались к его суждениям, а учёные с интересом вступали в переписку... И я купалась в этом снимании вместе с ним.

– Демоническое обаяние?

– Не только. Его называли Стальной Барон. Оружие, броня для техники, защитная амуниция для солдат... Тот мир замер на пороге большой войны. Муж готовил усадьбу на отдалённых островах. А знаешь, что забавно? – смешок Ивы вышел горьким.

– Пока нет.

– Мы отправились в короткое путешествие по соседней Нити. Я хотела на какое-нибудь очень красивое море... Там, где мы жили, стояла на диво паршивая осень. И место, куда открылся путь, оказалось как по заказу. Лазурное море, голубое небо, золотисто-розовый песок пляжа, цветы, пальмы и лианы. Я побежала к воде с опушки тропического леса. И кто же знал, что это место обжитое. Даже слишком. Мина-растяжка. Вот такая ирония судьбы.

– И твой демон не смог тебя спасти?

– Нет, демоны не бывают целителями. Женщины их ещё могут что-то, а вот мужчины – нет. Остановить время для пострадавшего, метнуться в другой мир, украсть лекарство, похитить врача – да. Сами срастить разорванные артерии и мышцы – нет.

– Мне жаль, – выдавила я.

От шаблонности фразы свело скулы. И я продолжила:

– Ты красивая и, кажется, добрая. Была. И демон твой тебя, наверное, любил.

– Любил. Когда я родила ему сына, окончательно уверилась, что муж меня любит. Он не оставил мне ни единой возможности сомневаться.

Я вздохнула. Маленького демонёнка было даже больше жаль, чем его нелепо погибшую мать.

– Алиса, не грусти. Все слёзы уже давно пролились с дождём в океан, а от ран остались только шрамы, да и те стираются солнечными лучами и морской водой. Мой сын уже взрослый. Давно. И его сын тоже. А твой компас, то есть, мой компас... Я пришла из-за него.

– Хочешь, верну?

– Не надо. Ты вообще понимаешь, что это за артефакт?

– Он показывает, откуда можно шагнуть в другой мир.

– Отчасти. Ты с этим артефактом вообще можешь совершать переходы практически с места, где стоишь. Достаточно трёх шагов. И прибывать будешь туда, куда захочет твой демон или ты сама.

–Стоп, какой демон? Не знаю я никаких...

– Ой, прости, твой спутник. Пусть он и не демон, – отмахнулась Ива. – Так вот, если настроиться на рисунок в компасе, у тебя появится карта посещённых мною миров, и ты сможешь быстро выбрать, куда хочешь попасть. Со временем ты могла бы научиться и дополнять узор, но тут без помощи демонов никуда. Я долго учила их руны с мужем. Это же связка. Демон даёт энергию, чтобы проколоть ткань миров и выйти в нужном, Проводница выбирает путь. Иногда бывает, наоборот, демоница и Проводник.

– Получается, я Проводница?

– Да. Но твой супруг не демон. И это странно... Не имею представления, как вашей паре путешествовать, если он человек.

– Ну, сюда же мы как-то попали.

– Переход вверх-вниз по Нити – это посильно хорошему магу. А вот через пять Нитей и по диагонали? Не потянет. Проводница ищёт дороги и запоминает или записывает их, демон открывает проход. Без демона ты сможешь только прогуляться туда и обратно в пределах одной ветви, и то недалеко. На остаточной энергии, если вы до этого много путешествовали с компасом.

– Короче, мне не светит.

– Да. А теперь к главному. Проводницы рождаются очень редко, не каждому демону настолько везёт, чтобы встретить такую одарённую. Но нарисованные нами карты можно применять и без нашего участия. Поэтому компасы передают из поколения в поколение. Демоны их берегут больше иных сокровищ. Мой муж был младшим из троих детей, компас их прабабки достался старшему, поэтому мы делали новый. Для сына. Но он почему-то попал к тебе...

– И ты не знаешь как?

– Не имею понятия. Какая-то частичка души осталась вместе с кровью в созданном мною артефакте, и я долго будто спала. А потом компас оказался в твоих руках. И я смогла проснуться. Помогла остаточная магия. Немного, но чтобы пробиться через твою естественную ментальную защиту и поговорить, мне хватило.

А заодно Ива покопалась в моей памяти. Картинка места, где мы сидели, относилась ко временам детства. То есть, примерно двадцатилетней давности.

– И что мне теперь делать? – спросила я.

– С чем?

– Ну, со всем... С компасом, со способностями, с мужем.

– С компасом не расставайся. Носи на шее, желательно, чтобы он касался голой кожи. Так ни за что не потеряешь, даже если цепочка порвётся. Только имей в виду, мой потомок явится за своей вещью. Даже если выкинуть в самое глубокое болото, то найдёт, достанет, ототрёт компас от тины, а потом свернёт тебе шею за неуважение к фамильным ценностям. Демоны вспыльчивы. Будь осторожна. Не дай им начать бой с твоим супругом, хоть наземь между ними падай. А там уж поговорите, разберётесь, что делать дальше. Есть у меня...

– Алиса!

Кто-то грубо дёрнул меня за волосы. Щёку обожгло хлёстким ударом. И я проснулась.

Глава 20

Надо мной стояла Кэсси, она заносила руку для нового удара.

Трой маячил неподалёку с пустым графином, а перед моей рубашки был мокрым, как и лицо, и волосы.

– Охренели? – рявкнула я на этих двоих.

Хотела рявкнуть точнее, но прокаркала, как осипшая ворона имп

– Это ты, дорогуша, охренела! – огрызнулась в ответ Кэсси. – Мы стучали, ты не отзывалась. Я вошла, а ты лежишь плашмя, руки по швам и дышишь через раз. Поверь, я начинала по-хорошему: просто тебя потрясла за плечо. А ты – не проснулась. Потом я позвала Троя...

– Я тебя тоже не смог разбудить, даже плеснул водой. Ты ни на что не реагировала, лежала бледная, пульс еле-еле бьётся. Вот мы и решили действовать радикально.

– Я предлагала просто ткнуть тебя этим, – Кэсси продемонстрировала здоровенную цыганскую иглу.

– Спасибо, не надо.

Я привстала. Опустила ноги на холодный пол. Недосмотренного сна было жаль, Ива точно могла бы рассказать мне много полезного. Хотя не факт, что по окончании беседы я бы очнулась.

– А водички не осталось? – спросила я.

Трой протянул мне графин, и я выпила остатки прямо через край, едва не уронив тяжёлую стеклянную посудину. Кэсси закатила глаза.

– К десяти нам надо быть управлении. У тебя сорок минут на сборы.

Халата мне не выдали, и я, собрав в охапку одежду, пошлёпала босиком и в мокрой ночнушке в ванную комнату. Быстро привела себя в приемлемый вид. Влажные волосы оставила распушенными, заколов на виске пару прядей невидимками. Свитер, джинсы – и я готова. В дверь постучали.

– Да?

– Должно подойти. В таких брюках у нас просто так по улицам не ходят.

Кэсси впихнула мне в руки ком ткани.

Оказалось, что это юбка. Мягкая, ложащаяся складками, да еще и на резинке. Шоколадно-коричневая тонкая шерсть неплохо сочеталась с бежевым свитером. Я была немного полнее Кэсси, но и на мне вещь села комфортно.

Так и вышла в кухню.

– Спасибо, – кивнула я девушке.

Кэсси оценивающим взглядом окинула мою фигуру.

– Подожди!

Она убежала в свою комнату и вернулась с кожаным корсетным поясом. Перешнуровав его прямо на мне, девушка удовлетворённо кивнула.

– Вот, теперь законченный вид.

Лично я бы ещё добавила какое-нибудь украшение на шею, но чего нет, того нет.

Сама Кэсси была в чём-то явно форменном. Белая блузка, голубой жилет с эмблемой и темно-синяя плиссированная юбка до середины икры.

Трой выглядел также, как и вчера. Такие же простые штаны и рубашка. Он пил чай, заедая его кривым бутербродом из сыра и хлеба примерно в равных долях. Кэсси ограничилась чаем и конфеткой из сушёного абрикоса в глазури. Я позавтракала и тем, и другим.

– Кэсси, где можно просушить мокрую подушку и ночную рубашку? – спросила я.

Девушка в ответ махнула рукой:

– Не волнуйся, я уже всё сделала.

– Спасибо, – растерянно кивнула я.

– Алиса, – пояснил Трой, – наш мир маго-технический. И Кэсси неплохо владеет простыми бытовыми чарами. Она учится в лицее при Магическом университете.

– Целительский класс, последний год обучения. Мне следующим летом поступать, – гордо улыбнулась она.

– Круто! – искренне похвалила я. – На лечебное дело пойдёшь или на фармацевтику? Выбрала уже направление?

– Думаю о педиатрии. Люблю детей.

Последний класс? Это сколько же лет кузине моего мужа?

– А сейчас наша Кэсси прогуливает утренний урок физкультуры, – взглянул на часы Трой.

– У меня уважительная причина!

– Она у тебя каждую неделю.

– Я ещё в прошлом месяце составила список из сорока причин на весь год! – фыркнула Кэсси. – И спасибо твоей внезапной свадьбе, у меня даже осталась одна запасная.

– Кэсси...

– Да ты всё равно напишешь письмо наставнице о том, что я не вру! – рассмеялась девушка. – И вообще, я прогуливаю только утреннюю физкультуру, а ту, что после обеда, посещаю. И танцы тоже. Госпожа Реналь не сможет мне поставить незачёт, пропусков всего четверть и все по уважительной причине.

Да уж, я такой степени наглости только к третьему курсу достигла.

– Мы подвезём тебя до лицея. Собирай скорее свои тетрадки, а то знаю я тебя!

– Спасибо!

Кэсси оставила чашку на подоконнике и помчалась в свою комнату.

– Сколько ей лет? – спросила я у Троя.

– Девятнадцать.

– А тебе?

– Двадцать шесть.

– Мне двадцать восемь.

– Ты говорила.

– У вас здесь до скольких лет в школе учатся?

– В норме до семнадцати, в лицее – до восемнадцати. Кэсси исполнится двадцать как раз перед выдачей аттестатов. Она уже переросла эту школьную систему, но что поделать... Так сложились обстоятельства. Главное, учится достаточно хорошо и после уроков ходит помогать в одну клинику, а не шатается с подружками по Торговой улице.

Из коридора опять послышались шаги Кэсси.

– А какое сейчас время года? – запоздало спросила я.

– Самое начало осени. Учёба в городах начинается в последний месяц лета, в сёлах – с третьей недели осени. А заканчивается в начале мая.

– То есть, в сёлах урезанная программа?

– Ну... Я не в курсе, надо Кэсси спросить.

– А, что?

– Чем школьная программа в селе отличается от городской?

– В селе нет уроков физкультуры и домоводства. А так всё одинаково.

Ну, логично.

Телефона в квартире не было, и Кэсси спустилась на первый этаж к консьержке, чтобы заказать такси.