Текст книги "Отшельница. Искра короля (СИ)"

Автор книги: Марина Индиви

Соавторы: Ксения Лита
сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 29 страниц)

2.13

Я опешила, потому что такого развития событий даже не могла представить. Мне казалось, что бывший Оливии ее ненавидит, брезгует к ней прикасаться, а тут… Все мужики одинаковы, что с них взять, кроме анализов?

– Прямо здесь? – уточнила я, и даже голос не дрогнул. Нет, заниматься сексом с малознакомым мужчиной в грязном и темном подвале не было пределом моих мечтаний. Но падать в обморок или кричать: «Помогите, насилуют!» – я тоже не собиралась. Я вообще от своих слов не отказывалась. Ради Лазара я готова была поиметь даже дракона, не говоря уже о короле Рована! Мы с Оливией давно не девицы, чтобы держаться за свою честь. – Тут все-таки антисанитария, или драконы циститом не болеют? Никогда не уточняла этот момент.

Во взгляде Стефана разверзлись океанские глубины, а в меня плеснуло магией с такой силой, что толкнуло к стене и впечатало в камень.

– Раньше тебя никогда это не смущало: где и с кем, – прорычал Стефан, оказываясь так близко, что, когда я вдохнула ставший горячим от драконьей магии воздух, то коснулась грудью его груди.

– Сам свечку держал, или тебя кто-то на это надоумил? – ответила я ему в тон. Я по-прежнему ничего не знала об их отношениях с Оливией, но за наше короткое знакомство с королем успела понять, что ему судить других, как летать над собственным замком. Легко, и ветер в попу дует!

– Пытаешься выставить себя жертвой? – прищурился Стефан. – Уже передумала делать все?

– Не передумала. Но если ты не отлипнешь от меня, то мне будет сложно раздеться. Или желаешь помочь? Расстегнешь крючочки?

Это была бравада, потому что мне не хотелось, чтобы он ко мне лишний раз прикасался. Тело как-то странно на него реагировало, словно с затаенной ностальгией по прошлым отношениям, а вот я злилась. Но это было даже хорошо, потому что ярость придавала мне сил и решимости.

Тюремная камера не сказать чтобы была большой, но Стефан после моего предложения отошел в другой ее конец. Я же потерла руку, стирая след его грубости, и завела ладони за спину, расстегивая те самые крючочки. Делала я это безыскусно, не для того, чтобы соблазнить дракона, скорее, буднично, как если бы я была здесь одна и собиралась принять ванну. Или готовилась ко сну. Но проблема была в том, что одна я не была, и взгляд Стефана скользил по моей фигуре, оставляя на коже фантомные отпечатки пламени.

Я никогда не стеснялась своего тела. Тело как тело, две руки, две ноги, все как у миллиардов других женщин. Главное, не тело, а разум, сознание в нем. И мое «переселение» в другой мир в очередной раз это доказывало. Я раздевалась перед бывшим мужем множество раз, любила даже ходить обнаженной, пока не родила Наташу. Но бывший никогда так на меня не смотрел. В молодости он меня хотел, сходил по мне с ума, раздевал взглядом, но не так, чтобы этим взглядом хотеть сжечь. Уничтожить в один момент.

Когда на пол упало нижнее платье, и я осталась в корсете и панталонах, чешуйки на драконьих скулах проявились еще сильнее, а во взгляде я ясно увидела девятый вал. Хорошо, что я сегодня собиралась сама, и затянула корсет спереди, иначе бы без помощи Стефана раздеться бы не удалось. Когда со шнуровкой было покончено, я стянула панталоны, и выпрямилась перед королем, едва подавив желание прикрыться. Настолько пронизывающим, жадным и в то же время злым был его взгляд.

Мысленно улыбнулась этой злости: вот вроде и королевское эго почесала, разделась, а все равно осталась при своем. Нельзя унизить того, кто не собирается унижаться.

– И? – поинтересовалась я. – Что дальше?

– К стене, – прорычал Стефан.

Я успела сделать шаг назад, чувствуя спиной холодный камень, как дракон меня настиг. Я даже не успела уловить движение, с которым он вновь оказался рядом, а затем резко подхватил меня под бедра. Инстинктивно свела колени и ухватилась за широкие плечи, чтобы не упасть, но, кажется, Стефан не собирался меня ронять. Он собирался… Понятно, что делать. Потому что нечто внушительное уперлось мне в бедро. Внушительное и каменное.

Я все-таки нервно сглотнула: Оливия, конечно, не девица, а я отлично знала анатомию и физиологию мужчины, но дракону удалось пошатнуть мою уверенность в собственном «я все смогу». Слишком он был большим. Но Оливия уже делала это с ним, она от него даже ребенка родила…

– Ты еще можешь передумать, Оливия, – прорычал дракон, с нажимом проводя ладонью по моей шее и спускаясь на грудь. Боль от щипка пронзила меня всю. Отрезвила. Встряхнула.

– Ты еще не понял? – прошипела в тонкие мужские губы. – Я ради Лазара сделаю все. Даже сделаю это с тобой.

Во взгляде дракона сверкнуло бешенство, а в следующий миг он расстегнул брюки и с силой волны врезался в меня.

У Оливии давно никого не было, сразу поняла я. Потому что от подобного вторжения в глубины моего тела я вскрикнула от боли. А Стефан, морской гад, еще и не позволил мне привыкнуть, сразу наращивая темп. И при этом он не отпускал моего взгляда, врезаясь в мои бедра.

Это было не про любовь. Это было даже не про страсть. Но и равнодушием здесь не пахло. Чтобы не осталось в прошлом Оливии и Стефана, король это не забыл и не отпустил, и сейчас наказывал ее-меня. Используя, как ему хочется.

Было в этом что-то ненормальное, в этом акте. Потому что, как бы мне ни хотелось остаться равнодушной, в какой-то момент я привыкла, заставила тело расслабиться, чтобы было проще принимать его, и почувствовала, что волны магии потекли в меня, разжигая внутри пожары.

Словно увидев это или почувствовав, Стефан изменил положение, и следующий толчок ударил по моим рецепторам теплом, растекся приятным наслаждением внизу живота. У меня непроизвольно вырвался такой грудной протяжный стон, что я от удивления широко распахнула глаза. А вот короля это привело в еще большую ярость: он задвигался быстрее, резче, и с хриплым выдохом излился в меня.

То, что объятий после не будет, стало понятно, когда Стефан освободил меня и оттолкнул. После такого я не удержалась на ногах и сползла на пол, а король привел одежду в порядок с помощью магии и развернулся, явно намереваясь уйти.

– Ты обещал освободить Лазара, – напомнила я, и на этот раз в голос просочилось проклятое отчаянье.

– Я держу свое слово, – бросил он через плечо. – Но я ничего не говорил про тебя. Учти, отсюда выйдет только один. Кого ты выберешь?

– Мать всегда выберет сына, – прорычала я.

Взгляд у Стефана стал настолько злющим, что я в первый момент решила, что он сейчас меня убьет. На месте. Но он развернулся и вышел, а я устало прислонилась к стене и закрыла глаза.

2.14

Стефан

Иномирянка? Дракона лысого она иномирянка! Все та же лицемерная, фальшивая дрянь! Изгнание ее совершенно не изменило, и на Тимоти ей наплевать. Все, что ее волнует – этот малолетний ублюдок, из которого вырастет такой же урод, как и его отец. Готовый всегда ударить в спину.

«Мать всегда выберет сына».

Лицемерка! Не сына она любила, а раздвигать ноги.

Стефан не собирался ее трахать, он вообще не собирался смотреть на нее обнаженную – просто хотел посмотреть, как Оливия сдаст назад. Но она, вопреки логике, не сдала. А он не сумел вовремя остановиться: надо было просто забрать одежду и уйти, оставив ее там голой на всю ночь. Но вид ее прелестей, которые сейчас могли дать фору даже формам молодой Оливии, а еще эта дерзость и бравада окончательно лишили его желания с ней церемониться.

Правда, в процессе он несколько увлекся и упустил момент – ее наслаждение Стефан почувствовал и телом, и отголосками их связи через искру. Оливия умудрилась получить удовольствие от того, что должно было стать наказанием, и по этому поводу его накрывало все большей яростью.

Когда он вспоминал ее глаза, в которых сверкало пламя – уже не драконьей магии, но, если не знать фальшивую суть этой женщины, можно было подумать, что это был искренний ответ на то, что между ними происходило.

Страсть-противостояние, страсть-война, страсть-битва.

Яростная и неукротимая, как штормовые волны, способные уничтожить любого, кто окажется в эпицентре. Закручивающиеся от них и расходящиеся от подземелья по всему дворцу и далее, по столице, по землям Рована, по всему миру. Не исключено, что где-то в глубинах океана взорвалась парочка подводных вулканов или что-то вроде того.

Потому что сам Стефан сейчас был готов взорваться. Самоконтроль рядом с этой женщиной разлетался осколками, но, если в прошлом ему удавалось держать себя в руках, то сейчас…

Он с трудом сдержался, чтобы не зарычать. Гвардейцы, видя его, вытягивались по струнке смирно. Корви, когда Стефан шагнул в приемную, поспешно поднялся из-за стола и склонил голову:

– Ваше величество, Дэмиан Ландар все еще дожидается вас в общем зале для посетителей.

– Вы передали ему, что я не готов его принять?

– Передал, ваше величество, но он не уходит. Кажется, он собрался сидеть здесь до завтрашнего утра.

Дракон. Знает. Что!

Мальчишка Ландара совсем обезумел? Или эта женщина на всех мужчин влияет таким образом? Что у них отлетают мозги?!

– Хорошо. Пригласи его, – процедил он и прошел в кабинет.

Закатное солнце расплескалось по нему, утепляя тяжесть темных тонов, но в сердце летнее солнце тепла не добавило. Сначала Тимоти притащил этого волчонка, точную копию своего отца. Потом на допросе выяснилось, что, минуя его приказ, из интерната его отправили на каторгу – хотя мальчишка должен был оставаться в интернате до особых распоряжений! Ректор, которого срочно выдернули для перекрестного допроса, что-то блеял, что это ложь, но что-что, а ложь Стефан чувствовал отлично. Поэтому ректор отправился в Овилид до суда, вслед за пацаном Вальдена. Убив стражника, Лазар Вальден стал государственным преступником, и никакого снисхождения к нему быть не могло.

Тимоти тоже что-то не договаривал, Стефан это ощущал всей чешуей, но что именно? На прямой вопрос тот пожимал плечами и говорил, что понятия не имеет, о чем речь. Если бы Стефан знал, о чем речь, он бы действовал по-другому, но…

В довершение всего, вчера вечером от Ландара прибежал слуга, чтобы сообщить, что в Варайе объявилась Оливия! Неслыханная наглость! Никто не имел права покидать места ссылки, но для нее закон был не писан. Стефан терялся в догадках, что же заставило ее бросить ему вызов настолько в открытую, и вот, пожалуйста.

Лазар Вальден.

Бред? Но факт оставался фактом. Она просила за него.

Сейчас, когда первая волна ярости уже схлынула, а вторая еще не накатила, Стефан снова задумался о том, что Оливия, которую он отправил из Варайи, вряд ли стала бы так рисковать. Если, конечно, это не была игра в долгую. Как тогда. В прошлом.

– Дэмиан Ландар, ваше величество, – перебил его мысли Корви и отступил, пропуская внутрь целителя.

Тот выглядел осунувшимся, очевидно, тоже не ел весь день. При мысли об этом Стефана кольнула совесть, но он задавил этот порыв в зародыше. Оливия заслужила гораздо более ужасное отношение.

– Ваше величество, – поклонившись, Дэмиан шагнул в кабинет. – Благодарю за то, что согласились принять…

– Обойдемся без церемоний, – Стефан не предложил ему сесть, шагнул к нему.

Сын Ландара отличался высоким ростом, но шириной плеч ему было с ним не сравниться, из-за чего Дэмиан на его фоне смотрелся как студент перед преподавателем.

– Вы не просто привезли сюда ссыльную Оливию Веттивер, не просто сопровождали ее, но еще и имели наглость явиться ко мне и требовать аудиенции, – холодно произнес дракон, – вам что, очень хочется поскорее расстаться с жизнью?

– Я сопровождал бывшую королеву, потому что опасался за ее состояние. Как вы сами знаете, не так давно ее здоровье оставляло желать лучшего. Кроме того, какой мужчина отпустил бы женщину в такое путешествие одну?

Дэмиан не спасовал, чем вызвал у Стефана два совершенно равнозначных порыва: придушить его и восхититься. Одновременно. Можно сначала придушить, потом восхититься.

– У этого благородного мужчины не возникло вопроса, чем может закончиться для этой женщины подобная поездка? – жестко спросил Стефан. – На что вы вообще рассчитывали, Ландар?

– На то, что мне удастся добиться вашей аудиенции, переговорить с вами, попросить вас выслушать вашу жену. Но мой отец решил за меня и меня предал. Вам знакомо предательство по крови, ваше величество, не так ли?

И вот опять. Та же самая двойственность.

– Не стоит играть со мной в игры, – произнес он, чувствуя, как внутри закручивается новая спираль ярости.

– Никаких игр, – Дэмиан кивнул. – Только правда. Которую я вам говорю сейчас. Госпожа Веттивер не планировала здесь задерживаться, она хотела просить всего об одном разговоре с вами…

– Откуда ей стало известно про Лазара Вальдена? – перебил Стефан.

– Это мне не известно, ваше величество.

А вот эта была та самая ложь. Точнее, недоговорки. Едва уловимая смена интонаций, незаметная для человека, но различимая для слуха дракона. Участившееся сердцебиение, на один краткий миг, но все же. И адреналин, бегущий по венам,

– Вы лжете, – произнес он.

– Я не…

– И пока ваша память не озарится светом правды, – Стефан посмотрел на него в упор, – наш дальнейший разговор бессмысленен. Вам повезло, Ландар, что ваш отец не стал вас прикрывать, в противном случае вы бы отправились в Оливид. Если вам больше нечего добавить, покиньте мой дворец немедленно.

– Я не уйду отсюда без Оливии, – произнес Дэмиан. – Ваша супруга нуждается в отдыхе и в полноценном уходе. Она считает, что полностью восстановилась после извлечения искры, но мы с вами оба знаем, что это не так. После того, что она пережила, процесс полного восстановления – даже на невидимом целителю уровне – будет идти гораздо дольше.

– Вы ставите мне условия?

– Я вас информирую о причинах своей настойчивости.

Стефан не успел ничего сказать, не успел даже позвать гвардейцев. Потому что Корви ворвался к нему без стука и произнес:

– Караульный снизу сообщил, что ваша жена потеряла сознание.

2.15

Ольга

Наволочка под щекой была настолько прохладной и приятной на ощупь, что я сразу опознала в ней шелк. У меня была одна такая на Земле, пока Наташа не «убила» ее отжимом в тысячу оборотов, постирав вместе со своими джинсами и толстовкой. Больше я таким не баловалась, то есть, не покупала настолько дорогих и эксклюзивных вещей. По той же причине у меня не было кружевного красивого белья, которое так любят мужчины. Бывший муж мне так и сказал, когда я попросила объяснить, почему он уходит из нашей семейной жизни:

– Оль, у тебя же даже трусы обычные! Ты не стараешься меня соблазнить, как-то завлечь!

Интересно, что бы он сказал, когда узнал, что я соблазнила короля Рована даже без трусов?

Воспоминания о произошедшем накрыли меня волной, и я распахнула глаза. А затем и вовсе села на незнакомой кровати в незнакомой комнате. Что я там говорила про отель пять звезд про свою гостевую спальню в доме Ландаров? Здесь я почувствовала себя принцессой, которая проснулась во дворце. Стены обиты молочной тканью с золотыми узорами, изящная лепнина на потолке, помпезная многоярусная люстра, белый, с изображенными на нем нежными полевыми цветами ковер, тяжелые портьеры из органзы, которые не пропускали яркий солнечный свет на часть спальни с кроватью. Сама я сидела на большой кровати с кремовым балдахином и непонимающе моргала на весь этот VIP. Пытаясь вспомнить, что было между соблазнением и моим пробуждением в Раю.

Вот я помню мрачное подземелье, где свет льется только из малюсенького окошечка тюремного коридора, я натягиваю на себя одежду, затягиваю корсет и… оп! Я здесь. Только не говорите, пожалуйста, что я снова того! В смысле, умерла и переродилась заново.

Я в ужасе посмотрела на свои руки, но это по-прежнему были руки Оливии. Этого было мало, поэтому я выскользнула из-под одеяла и мигом оказалась возле зеркала на стене. Только убедившись, что я все еще я, по крайней мере, та я, к которой я уже успела привыкнуть, наконец-то смогла расслабиться. Относительно, конечно, потому что я ничего не понимала. Вот совсем ничего не понимала!

Пока не дошла до двери. Дернула ее, но она оказалась заперта. Тогда я пересекла комнату и выглянула в окно: спальня находилась на третьем этаже, но, судя по высоте потолков, словно на пятом и выходила на дворцовый парк. Понятно, я по-прежнему в тюрьме, меня просто перевели в более комфортабельную камеру. Другой вопрос – зачем?

Разве что Стефану не понравилось делать это в темнице сырой, захотелось привычного, на шелках! Дракозел, как он есть! Главное, чтобы обещание свое выполнил и отпустил моего мальчика. Где он вообще? Как себя чувствует? Страшно ли ему? Вспоминает ли меня? Мой храбрый драконенок!

Мои глаза наполнились слезами, и одна заскользила по щеке. Я стерла ее тыльной стороной ладони и чуть не подпрыгнула, когда за спиной раздалось знакомое драконье рычание:

– Никто не позволял тебе вставать с постели.

Я резко обернулась и увидела в дверях Стефана в традиционно черном. На мне было кружевное нечто, именуемое в этом мире ночной сорочкой, закрывающей все что можно от горла и до пят, но под темным королевским взглядом я почувствовала себя обнаженной, как если бы мы снова… Я даже руки на груди скрестила в неосознанном жесте защититься от ауры дракона. Или, вернее будет сказать – магии, которая «ходила» вместе с ним.

– Видимо, когда ты отдавал такой приказ, я была без сознания, – парировала я. – Где Лазар?

– Марш в кровать!

– Так не пойдет, – сообщила я Стефану. – Я должна знать, что с ним. Потом можно и в кровать. Хотя, если честно, я думала, тебе хватит одного раза…

У дракона сделался такой вид, словно он мысленно уже меня задушил, а затем с его ладоней сорвался водный вихрь, который закружил меня и дотащил до постели.

– Ты потеряла сознание, Оливия. Поэтому ты здесь, а не в темнице.

Стефан голос не повысил, но после трюка с магией я подчинилась. Решила, что не стану с ним спорить, пока не выясню, что с моим мальчиком! Легла поверх покрывала, хотя очень сильно хотелось закопаться под одеяло, но это выглядело бы так, что я его боюсь и прячусь, а я не боялась. По крайней мере, не за себя. Ни в подземелье, ни здесь, лежа на шелковых простынях.

Дракон принялся водить ладонями над моим телом, сканируя, и у меня вырвалось удивленное:

– Ты тоже целитель?

Стефан отвлекся и посмотрел мне прямо в глаза.

– Что значит – тоже?

– А что значит «поэтому ты здесь»? – быстро перевела я тему. – Хочешь меня вылечить, чтобы потом было проще мучить?

– Угадала, – прорычал дракон, и в меня хлынул поток магии, пригвоздив к постели. Лазар делился со мной магией, я исцеляла себя сама, но такого я еще не чувствовала. Королевская мощь прокатилась по мне от макушки до пят, заполняя меня целиком, выжигая слабость. Даже голова закружилась от магии. Когда Стефан закончил, у меня появилось чувство, что я парю под балдахином.

Он шагнул назад, намереваясь уйти, но, несмотря на легкое головокружение, я подалась вперед и вцепилась в королевское запястье. Руку обожгло, по коже будто побежало электричество, словно я схватилась не за водного дракона, а за огненного.

– Лазар! Что с ним? Ты обещал, Стефан!

Его лицо посуровело, а во взгляде разлилась тьма.

– Приговор мальчишки ограничится ссылкой.

– Куда?

Я не сильно рассчитывала на ответ, но Стефан снизошел до объяснения:

– В поместье, где ты жила последние годы, Оливия.

На глаза снова навернулись слезы, но на этот раз от облегчения. В груди мгновенно разлилось тепло радости. А еще благодарности.

– Спасибо, – прошептала я.

Стефан стряхнул мои пальцы.

– Сможешь поблагодарить меня позже, Оливия, – процедил он, а у меня вспыхнули щеки, когда я поняла о какой «благодарности» он говорит. – Ты здесь теперь надолго. Но лучше бы ты сидела в своей глуши.

Очень хотелось бросить в королевскую спину подушкой, когда он уходил, я едва сдержалась. Меня раздирали на части самые разные чувства: от радости за моего мальчика, за которым теперь присмотрят Жюли и Клара, до желания надавать этому самовлюбленному дракону по голове !

Нашел себе игрушку!

Не на ту напали, ваше величество. Я сделаю все, чтобы вы очень быстро пожалели о своем решении и отправили меня вслед за Лазаром. Туда, где я стану по-настоящему счастлива. Подальше от вас!

Часть 3. Королевская кобра. 1

Под домашним арестом я еще не сидела. До этого времени не доводилось как-то, поэтому даже в роскошных королевских покоях я не представляла, чем себя занять. Книги мне не разрешались, хотя я попыталась объяснить служанкам, которые мне помогали, что я учусь на целителя – бесполезно. Точнее, служанки-то тут были ни при чем, они просто твердили как заглючивший ИИ:

– Не положено, госпожа Оливия.

– Не положено.

– Не положено.

И такой ответ был аккурат на все, чем я хотела заняться. Почитать литературу по целительству – не положено, почитать местные художественные книги – не положено, принести бумагу и писчие принадлежности для заметок – не положено, погулять в саду – не положено, поработать в саду – кошмар какой, не положено. Когда я сказала, что хочу поухаживать за цветочками, служанки смотрели на меня так, будто я рассудком тронулась, а мне самой грозило им тронуться. От безделья.

К счастью, голову у меня Стефан не отвинтил и не забрал, поэтому я могла вспоминать то, что мы уже прошли с Дэмианом и выстраивать магические потоки, чтобы не забыть уже пройденное. Злиться на экс-мужа было бессмысленно: этот королевский индюк, ой, простите, дракон, считал себя в полном праве испортить мне жизнь по полной взамен на жизнь Лазара. Только это и утешало и грело сердце и душу, если честно. Что мальчик теперь официально свободен (ну, насколько может быть свободен отправленный в ссылку ребенок). С другой стороны, ссылка – не казнь, а Лазару искренне нравилось в нашей провинции. Я видела, что он был счастлив, а значит, со временем все наладится.

Одно только расстраивало, что я не могла его обнять, но тут уж, как говорится, грех жаловаться. После всего того страха, что я за него натерпелась, сейчас оставалось только расслабиться и уповать на то, что Стефан со временем про него забудет, потому что Лазар вызывал у короля какую-то совершенно непонятную реакцию. Дракон и так не отличался добрым нравом, но когда речь заходила о маленьком Вальдене, ему в кровь словно драконью дозу озверина впрыскивали.

Понятно, отец заговорщик, брат-бастард, предавший, чуть ли не подставивший под удар всю страну, но ребенок-то тут при чем? Я прекрасно видела, что при всей резкости и жестокости Стефан не был самодуром, поэтому этот вопрос пока оставался открытым. Как и его отношение к Оливии, а комбо Оливия плюс Лазар давало совершенно непредсказуемые результаты, как тогда, в подземелье. При всем при том, что вот уже неделю, что я сидела запертая в своей роскошной тюрьме, Стефан больше ни разу ко мне не явился, не говоря уже о чем-то большем.

Иными словами, в секс-рабыни меня записывать не торопились и заставлять отрабатывать долг не спешили. По этому поводу я тоже выдохнула. Потому что Оливия, светлых ей облаков, где бы она ни была, явно была к своему мужу очень неравнодушна, и тело это запомнило, записало на уровне биохимии мозга. Мне вот это вот все было не нужно, от слова совсем. Потому что король Стефан, хоть и мужчина «хоть куда», был совершенно не в моем вкусе. Все эти его абьюзивные замашки из разряда: «Я так сказал, а значит, так будет», – возможно, кому-то и нравились, но не мне. Я была из тех женщин, которая уважает своего мужчину и считается с его мнением, но и с другой стороны требует в точности такого же. Иными словами, мне подходили отношения-партнерство, а не махровый патриархат.

С чего я вообще задумалась об отношениях? Да наверное просто вся эта ситуация с Лазаром показала мне, что на самом деле я хоть и сильная и долбанутая, но мне бы очень хотелось встретить такого мужчину, за которым я буду если не как за каменной стеной, то очень близко. Чтобы можно было не тянуть все это на себе, прийти за советом, за поддержкой…

«Ага, и к Дэмиану ты пришла за советом, Оля», – ехидно подсказал внутренний голос.

Дэмиан пытался со мной увидеться, я это узнала от служанок, но… «Не положено». Поэтому мне оставалось только надеяться, что он вразумится (в отличие от меня) и не станет лезть на рожон, потому что Стефан может и его куда-нибудь в ссылку отправить. На противоположный конец Рована, где мы точно не сможем закончить мое обучение. На что я, признаться, очень и очень рассчитывала! В конце концов, рано или поздно Стефану надоест держать меня здесь. Лучше конечно рано, чем поздно – у меня там целая провинция, которая нуждается в нормальном целителе. И Теренс непуганый. В том, что это произойдет, я не сомневалась: разве нужна ему здесь жена, которая уже и не жена вовсе, тем более что у него вот-вот появится новая?

Служанки шептались, когда думали, что я их не слышу в ванной – о некоей Валери, которая готовится к подселению искры и замужеству. Якобы, даже свадьбу уже вовсю готовят, по осени вот должны сыграть. Ну что ж, совет им да любовь, а я искренне надеялась, что не стану сидеть тут до осени. Потому что, во-первых, это очень долго, а во-вторых, ну зачем ему старая бывшая при молодой-то? Мужчины очень падки на молодость, вот пусть и развлекается.

Чем больше я обо всем этом думала, тем больше склонялась к мысли, что для меня это было наказание за дерзость, за то, что посмела явиться во дворец вопреки его воле. А если так… значит, надо просто подождать, пока он остынет. И ничего лишнего на свою голову не навертеть, пока в драконе происходят противоположные закипанию процессы.

Так я себя успокаивала, хотя и злилась – день за днем, от бездействия. А в один прекрасный день я вообще была занята йогой: служанки должны были принести завтрак через час, они знали, что после пробуждения у меня час «для меня», когда в замке моей роскошной тюрьмы неожиданно повернулся ключ.

Я стояла в мосте, когда увидела, как в гостиную вплыла весьма привлекательная особа с весьма непривлекательным выражением лица. Хотя возможно, мне так показалось из-за перевернутой позы?

– Доброе утро, – сказала я, осторожно выходя из моста и усаживаясь. Платье и драгоценности особы намекали на то, что она благородных кровей, а выражение лица (нет, не показалось), что она очень этим гордится. В целом в ее возрасте я бы тоже таким гордилась, помимо выдающегося богатства, внешность у нее была тоже весьма выдающаяся. Пламенный шелк волос, ярко-синие, слегка раскосые глаза, пышная грудь.

– Значит, это правда, – глядя на меня сверху вниз, изрекла она.

С возрастом я поняла, что внешность и богатство – не главное, поэтому, возможно, ответила без лишнего пиетета, растирая сведенную внезапной судорогой ногу.

– Зависит от того, что вы имеете в виду.

– Что Стефан притащил тебя сюда, как блохастую шавку!

Вот и верь после этого аристократической внешности.

– А вы, простите, кто? – уточнила я.

– Валери Ольсон де Эри, – вздернув нос, заявила девица.

А, понятно. Новая жена. Будущая. Фу, Стефан, ну у тебя и вкус.

– Совершенно не рада знакомству, – поднявшись, я отряхнула руки, оказавшись лицом к лицу с ней.

Поскольку занималась я в панталонах и обернутой вокруг груди тряпке, вырезанной из нижнего платья, плотно обернутой вокруг груди и завязанной на спине узлом (к сожалению, форму для йоги тут еще не изобрели), выражение лица Валери стало таким, как будто она увидела нечто очень грязное и отвратительное.

– Какой ужас! – воскликнула она.

– Согласна, – ответила я. – Не боитесь заразиться?

– Чем?!

– Интимной вошью, конечно же, – ответила я. – Потом мужу моему передадите… простите, бывшему. Он вас за это казнит.

Ее глаза округлились: разговор явно пошел не по сценарию.

– Ты… ты… ты просто ужасна!

– Да, мы это уже обсудили, – сказала я. – Что-то еще будет? Какие-то конструктивные замечания?

– Стефан мой, – выдало это чудо в драгоценностях. – И если ты попытаешься его отнять, очень сильно об этом пожалеешь!

Она развернулась и вышла, ключ в замке повернулся снова. Я же осталась одна наедине с собственными мыслями. В частности, о том, какие у меня шансы на выживание в этом дворце рядом с местными королевскими кобрами.