Текст книги "Баронесса де Крейс (СИ)"
Автор книги: Марина Халкиди
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 25 страниц)
Глава 4
Я резко распрямилась. Слухи о моем незаконном рождении – плохо. Но вот документ, подтверждающий это – это катастрофа.
– Поэтому Уоррен и не навещал тебя, он боялся, что отец еще до своей смерти решит объявить правду о твоем рождении, – продолжила тем временем Лаура.
– И что теперь? – с вызовом спросила я, разглядывая ее с неприязнью. Не просто же так она завела этот разговор, она явно собиралась начать торговаться. А значит, нам с ней точно не быть сестрами, да и друзьями нам не быть. Попыталась успокоиться и взять себя в руки. – Это бумага у тебя? И чего ты хочешь? Замок? Но даже если я не получу его, когда правда всплывет наружу, но и ты не станешь здесь хозяйкой! – невольно вспылила я на последних словах. Да уж, попробуй тут взять себя в руки, когда какая-та бумажка, написанная тем, кого уже нет в живых и который и так стал причиной моего пребывания в обители дочерей Трех Отцов, могла превратить меня в изгоя.
– Я знаю. И я не претендую ни на твои земли, ни на твой замок. А завещания больше нет. Уоррен уничтожил его сразу же как у него появился шанс. Он не стал бы так поступать с тобой и не стал бы порочить имя матери. А так как старый жрец погиб, то никто не сможет свидетельствовать против тебя, – спокойно, сохраняя достоинство, пояснила Лаура, не отводя взгляда от моих глаз.
Я невольно выдохнула. Конечно, ее слова могли быть ложь, но вот какой ей прок от правды, если она станет известна всем в округе… Нет, она конечно могла шантажировать меня, потребовать вернуть ей ключи от замка, чтобы я была только номинально баронессой де Крейс. Но, повторюсь, и ей было не стать его законной хозяйкой. Оборвись род де Крейс и замок просто отошел бы королю. И тот уже сам решал бы, кто из его вассалов или рыцарей заслуживал его. Но вот новый хозяин нас обеих с Лаурой выгнал бы отсюда метлой.
– Я поклялась мужу, что никто не узнает от меня правду. И я держу свою клятву. Даже Мелани не знает об уничтоженном завещании.
– Два свидетеля должны были поставить свою подпись на бумагах, – напомнила я, и этот факт меня тоже порядком беспокоил. Уничтожена бумага или нет, кроме жреца были и другие свидетели.
– Старый барон не хотел, чтобы эта информация стала известна раньше времени. Подпись поставил Уоррен и старая Керана. Но она никогда не проболтается.
Служанка матери, преданная ей. Та, кто пытался и со мной по возвращению в замок месяц назад наладить связь, но я не желала слышать ни одного слова о том, как меня любили. Я не хотела верить в эту любовь. Не хотела верить, что я могла в течение первых десяти лет своей жизни быть настолько слепой, что не заметила ее.
Но если все, рассказанное Лаурой, правда, то я могла выдохнуть свободнее. Ведь если даже она со временем и разругается со мной и заговорит, то все равно ей мало кто поверит без доказательств.
– И все же ты солгала, – вновь нахмурилась я, – твоя Мелани заявила, что этот дом может стать и не моим.
– Поверь, она ничего не знает о завещании, – возразила Лаура и покачала головой. – Я всегда держу свои клятвы. И я никогда бы не подвела Уоррена – ни при его жизни, ни после его смерти. А слова Мелани, они касаются не старой правды, а… Феракса.
Нахмурилась, то есть Феракс не только мне угрожал, но он успел и с Лаурой поговорить? И чего он желает от нее, ведь она всего лишь вдова Уоррена? Усмехнулась собственным мыслям. Да, кажется, я все же догадалась и сама, чего желал молодой барон. Если он уже подростком был охоч до смазливых мордашек, то тут, перед настоящей красотой, которую восхваляли менестрели, он бы не устоял.
Лаура покраснела и опустила взгляд.
– Я не давала ему ни малейшего повода. Ни одного. При жизни Уоррена он не осмеливался даже подходить ко мне. А только смотрел так, что меня начинало трясти от его взгляда. Но я была защищена мужем, родом и этими стенами. Но теперь, когда Уоррена не стало, он несколько раз приходил ко мне. Первое его предложение было неуместно, и я отклонила его. Но после твоего приезда, он изменил свои планы. Он сказал, что женится на тебе, а после того, как ты родишь ему ребенка, то… он позаботится о том, чтобы ты не мешала нам… Я боюсь его. Слуги сказали, что его люди следят за вратами замка. Если бы не это, я отправила бы письмо родителям или же сама бежала бы от сюда. Но я боюсь, что мне не удаться отъехать и на несколько лье. И я не хочу бросать замок и… Уоррена. И простые люди, они ведь останутся совсем без защиты, если Феракс заполучит замок.
Лаура умолкла, с надеждой взирая на меня.
Что же, послание к королю и впрямь отменяется. Да и бежать теперь нет смысла. Даже если я принесу клятву Трем Отцам, отринув мирскую жизнь, сомневаюсь, что это удержит Феракса. А жреца и свидетелей можно и убить, а еще проще подкупить.
Но что я могла сделать? После смерти брата отряд наемников, который служил ему, рассчитали. Воинов в замке почти не осталось. А многие из них были уже слишком стары, чтобы дать достойный отпор противнику. Да и вокруг крепости несколько деревень. И даже если собрать всех жителей под защитой стен, Феракс мог уничтожить урожай, а амбары и так почти пусты. И сколько времени мы потом протянем запертые в этом замке? Недели? Месяц? А король и впрямь далеко, да и возможно вскоре в этом замке не останется никого, чтобы обратиться к нему за помощью.
Отличное наследство, ничего не скажешь. Надо было оставаться мне в обители. Ну нет, послушалась на свою голову советов. А теперь хоть самой бери в руки меч и иди защищай стены от врага. Вот только владению мечем я не была обучена. Да и ни к чему это искусство благородной даме. Впрочем, если я вооружу всех женщин и детей, то и тогда нам не совладать с этим Фераксом.
Подошла к камину. На улице было еще не холодно, и он не был растоплен. Однако меня бил озноб.
Лаура подошла ко мне.
– Он не отступит. И у него достаточно сил и власти, чтобы захватить нас.
Отличная перспектива. Я рожу ему ребенка и мне перережут горло, выдав это за самоубийство, или же обвинят неудачливого вора в моей смерти. А Лаура будет греть постель этому ублюдку. Простите Три Отца меня за сквернословие, но сейчас и меня переполняет гнев. Что же делать? Ведь выхода я не видела. Ни одного.
– Слуги донесли, что вчера около реки остановился отряд северян. Они возвращаются из южных земель к себе домой. У них документ, подписанный нашим королем о свободном проходе, власти не могут чинить им препятствий. Феракс правда пытался и с них взять мзду, но наемников слишком много, и барон отступил.
Значит, слуги доносили Лауре обо всем, что происходило в округе, разочарованно подумала я. А я-то возомнила себя настоящей хозяйкой и думала, что они мне рады. Но из нас двоих, если бы им позволили, они выбрали бы ее истинной хозяйкой земель, а не меня. Так что теперь они просто довольствовались малым. Выбирая из двух зол, между мной и Фераксом, меньшее. Я ощутила зависть к Лауре, но быстро подавила в себе это чувство. Да и чему мне завидовать. Она вдова, которая потеряла любимого, жена, которая не стала матерью, хозяйка замка, вынужденная уступить мне управление им.
Да и не красоте же мне ее завидовать. Боюсь, она принесет ей только горе, если она не выйдет замуж за могущественного лорда, который сможет защитить ее от всех посягательств. Ну или же ей стоит взять пример с моих сестер по вере и укутать лицо вуалью. И лучше практически непроницаемой, чтобы никто не боролся со своим искушением и похотью.
– Все деньги ушли на поход, так сказал мне смотритель. А вернулся с войны Уоррен без золота и трофеев. Так на что мне нанять наемников? Чем мы будем с ними расплачиваться? – горько спросила я, озвучив вслух то, что мучила и меня саму.
– Я отдам все свои украшения, если понадобится. И посмотри вокруг. Столовое серебро, картины, вазы. Тебе есть чем им заплатить. А затем мы соберем урожай. В этом году не было засухи и проливных дождей. Поля обеспечат нас едой, да еще останется что продать.
– Впустить в замок наемников, о которых мы ничего не знаем? – недоверчиво переспросила я . – Разумно ли это? А может, они воры и убийцы? Насильники и предатели?
Лаура побледнела, а затем кивнула.
– Все может быть, – согласилась она, – но разве есть у нас другой способ спастись?
Я едва не пошутила, что она может начать молиться. Впрочем, боги три года оставались глухи к ее молитвам, оставляя ее чрево пустым. А как говорила настоятельница «Молитва помогает лишь тем, кто прилагает усилия».
И как же мне связаться с наемниками, если люди барона рыскают по округе? Вздохнула.
– Хорошо, я подумаю, как все это провернуть.
Лаура подошла ближе и, прежде чем я успела уклониться, обняла меня.
– Я буду молиться за тебя.
Я обняла ее в ответ, едва удержавшись от смеха. Нет, я конечно тоже каждый день молилась, но все же я была солидарна с настоятельницей моей обители. Наша судьба зависела от наших поступков, да и не будут боги вмешиваться в нашу жизнь по каждой мелочи.
– Иди. Я должна подумать, как мне встретиться с наемниками.
Она еще раз крепко обняла меня, а затем покинула комнату. Чая, между прочим, мы с ней так и не дождались.
Я приказала служанке позвать мне смотрителя. Старик служил еще барону и вот мне он точно был не рад. Но сейчас речь шла и о его будущем, ведь Феркасу был не нужен старик на таком посту.
Подыскать мужской костюм оказалось легко. Одежду я позаимствовала у сына конюха, который едва был выше меня ростом. А вот пока стемнело, я так накрутила себя, что боялась уже собственной тени и любого шороха.
Сопровождать меня должен был сам конюх – громила Джон, который гнул железные подковы руками, старый смотритель Орлум и один из стражей – Джереми.
Благо хоть до реки рукой было подать, а люди Феракса если и продолжали караулить замок и ночью, могли и не заметить четыре тени в черных одеждах, покинувших замок.
Глава 5
Разговоры и смех северян я услышала еще за много шагов до того, как мы добрались до их стоянки. Была уже ночь, но они и не собирались спать.
Я то и дело сжимала кулаки, борясь с волнением и страхом. Я хоть и взяла троих сопровождающих с собой. Но вот наемников было так много, что я не обманывалась, пожелай они причинить мне вред, и старик смотритель со стражем и конюхом не спасут меня.
Сомнения тоже продолжали меня терзать – правильное ли решение я приняла? Или пока не поздно мне лучше было повернуть назад и вернуться в замок?
Стражник Джереми вскоре остановил меня, попросив меня не торопиться, напомнив о том, что наемники на чужих землях наверняка выставили часовых. Об этом я совсем не подумала, что только свидетельствовало о том, что я не продумала и о том, как начну разговор с вожаком наемников.
Я остановилась, выглядывая шатры в темноте. Умереть по глупости от шального кинжала или меча мне совсем не хотелось. Поэтому я сняла черный плащ, жестом попросив и своих сопровождающих обнажить головы и желательно руки, демонстрируя что мы пришли с миром и не желаем скрестить оружие с наемниками.
Вперед направился уже один Джереми. Но он успел сделал всего лишь несколько шагов, когда его остановил окрик. Часовой говорил с ужасным акцентом на нашем языке, но понять его все же было можно. Что заставило меня выдохнуть, я ведь подозревала, что эти варвары и не знают нормального языка и мне придется разговаривать с ним едва ли не на языке жестов.
Через пару минуту к нам подошли несколько мужчин. Да, не знаю, кого я ожидала увидеть, но не думала, что они настолько выше наших мужчин. Но северяне все были рослыми, не меньше метра восьмидесяти-девяносто. А самые высокие, наверно, превышали два метра. Впрочем, для женщины наших земель при своих метр семидесяти пяти я считалась довольно высокой. И мой рост не соответствовал стандартам женственности и красоты. В той же Лауре было не больше метра шестидесяти. И ее рост считался идеальным.
И хоть мне и приходилось смотреть на северян чуть снизу вверх, все же мне не пришлось задирать голову.
– Я хочу говорить с вашим вожаком.
Мой голос не дрогнул, когда я посмотрела в глаза мужчины, что возглавлял прибывших на зов часового. Воин в ответ молча окинул меня внимательным взглядом, хмыкнул на мой наряд мальчишки, после чего кивнул, даже не спросив, что мне потребовалось от их вожака, позволяя меня следовать за ним.
Я нахмурилась, что-то мне стало совсем не по себе. Сердце в груди вообще стучало как сумасшедшее, и мне только оставалось надеяться, что внешне я оставалась невозмутима. Хотя с каждым шагом я чувствовала себя все более неуверенно. В лагере северян было слишком много мужчин, и они отнюдь не спали и даже не готовились ко сну. Как будто поджидали кого-то. Может, пока не поздно отступить? Впрочем, теперь точно было поздно. Но оказаться под прицелом сотни мужских взглядом было страшно.
И я остановилась, не зная кто же из этих наемников главный.
– Госпожа, – насмешливо произнес тот воин, что встретил нас, – вы идете к нашему вожаку? Или желаете задержаться? – бросил он многозначительный взгляд на воинов, рассевшихся у костров.
Перевела испуганный взгляд на этого наемника. И напомнила себе о том, что Феракс обещал прийти завтра за ответом. И мой ответ нет его не устроит. Поэтому я молча последовала дальше, уже не глазея по сторонам.
Пару воинов прикрывали своими телами вход в шатер черного цвета, который сливался с ночью. Воины были одеты, как и другие северяне, в брюки и широкие рубашки. В их одежде было много кожаных и меховых вставок. Из украшений они предпочитали плетенные ремешки и шнурки. Все воины были светловолосые и светлоглазые. И их можно было назвать даже привлекательными, но они выглядели слишком уж дикими. Это были волки, а не прирученные домашние псы. И смотрели они так, будто были готовы в любую секунду вцепиться кому-то в горло. Поежилась, правда не от холода, а от липких взглядов. На меня еще никогда не смотрели как на кусок мяса.
– Госпожа войдет в шатер одна, – заявил все тот же воин, который продолжал не таясь разглядывать меня. У него тоже были светлые волосы, но такого белого цвета, что он выделялся даже среди своих сородичей. В шатре этот блондин провел меньше минуты, после чего и сообщил мне о решении своего господина принять меня, но только одну без моих сопровождающих.
– Это неуместно, – возмутился Орлум. – Наша госпожа леди, она не может оставаться с мужчиной наедине, если он не является ее родственником.
Едва ни застонала вслух.
Вот только заступничество старого смотрителя мне и не хватало. Да и к чему оно теперь? Мы ведь, скрытые покровом ночи, не на прием явились. И даже званными гостями мы не были, чтобы требовать соблюдения всех норм, принятых среди аристократов. К тому же, эти варвары ничего и не знали о том, как вести себя с леди и баронессой.
– Разве ваши леди носят брюки? – насмешливо заметил блондин, окинув мой наряд пристальным взглядом. И хотя я была одета, под этим взглядом я ощутила себя голой.
Отлично, едва не усмехнулась я, меня еще приняли не за леди, а за непонятно кого.
– Госпоже надо было незаметно встретиться с вашим господином, – вспылил старик, – поэтому ей и пришлось надеть мужской костюм.
– Если вашей госпоже так приспичило покувыркаться, то может, и я сгожусь со своими парнями? – ухмыльнулся блондин и подмигнул мне. – Поверь госпожа, мы с парнями не подведем. Мы приучены не только меч держать без устали.
Вот теперь я покраснела. И даже не нашлась что мне ответить на такое непристойное предложение. Ведь мои три защитника не выдержат и одной минуты против этих рослых воинов, которые веселились за наш счет. Особенно за мой счет, ведь они наверняка даже в тусклом свете заметили мое смущение и покрасневшие щеки. Да что там щеки, кажется, я до кончиков ушей покраснела. И разозлилась. Впрочем, злость и помогла мне взять себя в руки.
– Как вы смеете? – побагровел и смотритель. – Вы говорите с леди, с хозяйкой замка и баронессой, а не с дешевой девкой из борделя!
Успокаивающе положила руку на плечо старика. Его защита меня и впрямь удивила, но она была неуместна. Сейчас все зависело от моих переговоров с вожаком северян, так что я не торопилась покинуть их стоянку, демонстрируя оскорбленную добродетель. Хотя слова блондина и задели меня. Но я не могла позволить себе отреагировать на оскорбление так, как хотела. И тем более не могла развернуться и уйти, отказавшись от затеи с наймом северян.
– Я встречусь одна с вашим вожаком! – прервала я спор мужчин.
– Так не терпится… госпожа?
Внимательно взглянула на блондина, желая навсегда запомнить его лицо. И если однажды мне выпадет случай отомстить ему за его сегодняшние насмешки, что же, я припомню каждое его оскорбление. И пусть мстительность и злопамятность не были добродетелями, что воспевали жрецы и жрицы Трех Отцов, я за все десять лет, что провела в обители, так и не научилась прощать. Поэтому моя злость хоть и не могла выплеснуться сейчас, я надеялась, что мне предоставиться шанс оплатить блондину сегодняшний долг в будущем.
– Прошу вас, госпожа.
Блондин чуть издевательски мне поклонился, жестом указав на полог шатра.
– И если вам понадобится еще пару копий, то зовите.
В этот раз я даже не вспыхнула. Варвары, что с них взять.
Но вот после всех этих намеков и раздевающих взглядов я и сама не знала, чего мне ждать и кого, но все же с самым невозмутимым выражением на лице я вошла внутрь.
В шатре было довольно светло. На небольшом столе стояла обычная керосиновая лампада, которую можно было увидеть и в замке и в доме крестьянина.
Сам северянин сидел на циновке прямо на полу. Он был довольно молод. Едва ему было больше тридцати лет, а может, ему было и того меньше. Впрочем, на севере, как я слышала, рано становились мужчинами. Так что для вожака огромного отряда он не был уж так молод.
В отличие от своих людей он имел каштановые волосы, которые были коротко подстрижены. Синие глаза внимательно взглянули на меня. И я кожей ощутила, как его взгляд скользнул по моему телу. И если я подумала, что блондин вел себя нагло, делая мне столь неподобающие предложения, то взгляд этого вожака был более чем вопиющим нарушением всех правил приличия.
Раздевал ли он меня? Нет! Думаю, он красочно представлял что сделал бы со мной после того, как избавил бы от одежды.
Хм… а может, я все-таки сглупила, отправившись в лагерь к чужакам? А то так я и не дождусь нападения Феракса, раньше сгину в этом лагере, в котором я не заметила ни одной женщины, что должно было сразу меня насторожить.
Глава 6
Я не торопилась начать разговор, чувствуя себя совершенно неуверенно под взглядом синих глаз. Наверное, я ждала другой встречи. Тот же Феракс, несмотря на все свои угрозы, соблюдал хотя бы внешне правила приличия.
– Присаживайся, госпожа, – нарушил первым молчание северянин.
Я бросила беглый взгляд на полог шатра, успею я вдруг что убежать или нет. Впрочем, может я и успею выбежать из шатра, но вот попаду прямо в лапы того блондина и остальных воинов. А в шатре по крайней мере раздевал меня взглядом только один мужчина, а не целая толпа озабоченных мужланов.
Бросила беглый взгляд по сторонам. В шатре не было дивана, кресла или на худой конец стула или табурета. Наемники не использовали даже походные кровати, а спали на полу. Что не должно было удивлять меня. Судя по рассказам, они жили как дикари, поэтому их и считали варварами во всех королевствах. К их помощи конечно прибегали на войнах, так как они считались сильнейшими воинами, но вот за равных их никто не считал, о чем правда благоразумно никто не говорил им в лицо. Ведь сражаться они учились с рождения. И с легкостью за оскорбление могли снести голову, не затрудняясь вызвать противника даже на честный поединок.
И все же я была здесь, так как помощи мне было ждать неоткуда.
– Я постою, – наконец определилась я, понимая, что молчать дальше глупо. Тем более, что-то мне подсказывало, что этот северянин прекрасно понимал, что делал, когда рассматривал меня как девушку из борделя. И если он хотел смутить меня, то у него это прекрасно получалось. Впрочем, куда еще больше смущаться я уже не знала. И внутри прямо все клокотало от желания высказать ему, что я думаю на самом деле о нем самом, о блондине и всех остальных его воинах, которые совершенно не умели вести себя с женщинами. Но я умела молчать, когда надо. За первые десять лет своей жизни я научилась и молчать и превращаться в тень, чтобы не попасть на глаза барона де Крейса лишний раз. Эти навыки потребовались мне и в обители.
– Тогда и мне придется встать, – усмехнулся вожак, – а я устал после долгого перехода, так что повторю, присаживайся госпожа.
И пойди возрази ему. Вздохнула, я уж точно не за этим сюда явилась, и злить моего будущего союзника в противостоянии с Фераксом не стоило.
Я никогда ранее не сидела на полу, но выхода у меня, кажется, не было. Посмотрела на мужчину, но повторить его позу со скрещенными ногами не осмелилась. И подумав немного, я опустилась на колени, переместив вес тела на ноги. Мне приходилось молиться в таком положении не один раз. Но за мной в этом процессе никогда так пристально не наблюдали. Ну, если только Три Отца порой обращали на меня свой взгляд. Хотя теперь я сомневалась и в этом. Ведь они так и не исполнили моих просьб, что я обращала к ним в молитвах.
– Вина? – поинтересовался северянин.
У нас тут не светская беседа, едва не буркнула я. Но этот воин вел себя так, как будто он принимал меня во дворце. А ведь он никогда не видел ничего лучше этого шатра, да пыли дорог. Солдаты удачи. Впрочем, многие из них наживали состояние, участвуя в чужих войнах. И кто знает, я со своей пустой казной, возможно, сейчас была беднее этого северного дикаря. И пусть у меня был титул, замок и земли, но у меня не было людей и золота, чтобы отстоять все это от чужих посягательств.
– Нет, благодарю вас, – я поерзала на циновки, пытаясь устроиться более удобно. Все же при молитвах мы использовали наколенники или подушечки для ног. А от жесткой циновки через тонкие брюки у меня уже болели колени.
– За что вы благодарите меня, если отказались от вина? – насмешливо приподнял бровь наемник.
Э… я даже не нашлась что на это сказать. А этот тип продолжал ждать моего ответа, сверля меня взглядом своих синих глаз.
– Это требование этикета, – было начала я объяснение, но затем осеклась.
Я ведь пришла в этот шатер ночью, в мужской одежде, рискуя своей репутацией не для того, чтобы объяснять азы этикета этому варвару, вновь начала я закипать от злости. Но вот как приступить к тому, зачем я пришла, я не знала. Госпожой замка и баронессой я была только один месяц. И я не привыкла вести подобные разговоры. А злость в этом деле точно не лучший советчик. Мне даже настоятельница в обители всегда советовала усмирять свою злость и гордыню, бормоча себе под нос, что однажды они погубят меня. Но вот усмирить их было не так и просто. Они всегда были моими спутниками. И чем лучше внешне я держала себя в руках, тем сильнее мне казалось, что однажды что-то во мне перемкнет и все эти эмоции, что я сдерживала на протяжении двадцати лет, вырвутся наружу. И с одной стороны, это меня пугало, но вот с другой, мне хотелось однажды чтобы эту платину прорвало. Но лучше все же не сейчас и не в этом шатре.
– Хотите какой-нибудь другой напиток?
– Нет, сп… нет, я ничего не желаю выпить. И опережая ваш вопрос, я ничего не желаю и съесть! – все же чуть повысила я голос.
И опять его губы дрогнули в легкой понимающей улыбке. Он что издевается надо мной, предлагая эти напитки? Скорее так и было, но я решила игнорировать все эти взгляды и насмешки.
– Я баронесса де Крейс. Сразу за рекой находятся мои земли и замок на холме, который можно увидеть отсюда невооруженным взглядом. И я пришла сюда, чтобы сделать вам выгодное предложение, – вот так, сразу я вязла быка за рога, а то мы до утра будем раздавать реверансы, но так и не приступим к обсуждению сделки. А мне надо было еще вернуться в замок, чтобы меня не заметили люди Феракса. И если этот северянин откажется мне помочь, мне стоило было задуматься о том, а стоит ли мне вообще возвращаться в замок или же лучше сразу отсюда бежать. Кто знает, может мне повезет и я доберусь до столицы и добьюсь аудиенции у короля. И хотя я не стала говорить об этом смотрителю, я прихватила с собой и увесистый кошелек, пытаясь предугадать разные варианты окончания этой беседы.
– Торопитесь, госпожа? – вкрадчиво спросил он.
Так, не стоит мне обращать внимания на все эти намеки. Может, они тут все давно не видели женщин, а может там, откуда они, это в порядке вещей относится с таким пренебрежением к любой женщине. Меня это не касалось.
– Мне нужны наемники, – наконец-то я сообщила ту причину, что и привела меня к этому наглецу.
– Звучит соблазнительно. И сколько вам требуется наемников?
А может, мы все-таки не договоримся, разочарованно подумала я. Ведь меня всерьез не восприняли даже после того как я представилась. А ведь я с самого начала знала – не стоило мне было вообще сюда идти. После чего я резко распрямилась.
– Боюсь, я пришла сюда, чтобы предложить вам подзаработать, а не выслушивать ваши непристойности. Мне хватило подобного общения и с вашими людьми. Но, кажется, вы не заинтересованы в том, чтобы пополнить свои карманы золотом. Извините что побеспокоила вас. Ах да, эти слова тоже правила этикета, а на самом деле мне ничуть не жаль! – выпалила я, забыв на какое-то время о страхе.
– Сядьте! – в этот раз уже не пригласил, а приказал он. Причем таким тоном, будто отдавал приказ своему псу, а не леди.
Вспыхнула. Еще чего! Не собиралась я присесть обратно. И тем более не собиралась продолжать этот разговор. Пусть мне и страшно, но после общения в течение десяти лет с почившим бароном Крейсом, я могла переступить и через свой страх.
Поэтому вместо того чтобы выполнить приказ, я только еще сильнее выпрямилась. И не отвела взгляда, с вызовом посмотрев на северянина, забыв о том, что никто и не узнает, если я сгину в этом лагере. А также о своем решении молчать и терпеливо сносить все оскорбления.
Ну уж нет. Я леди, я баронесса! И этот чужак не имел право мне приказывать!
