Текст книги "Костоправ. Книга 1 (СИ)"

Автор книги: Максим Небокрад

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 16 страниц)

Глава 14

Ладонь, сжимающая меч, горела огнём; грудь тяжело вздымалась, а пот струился по лицу, разъедая глаза, однако душу наполняло чувство глубокого удовлетворения и гордости за самого себя.

Внезапно тишину нарушили хлопки – Фридолин громко рукоплескал, не спуская с меня глаз. Вскоре к нему присоединились остальные благородные.

Возле Ганнера столпились люди, пытаясь привести его в чувство. К моему удивлению, Рогнер и пальцем не повёл.

– Эйдан Кастволк одержал победу в честном поединке! – провозгласил церемониймейстер. – Он доказал свою доблесть и отстоял честь! Бог Рондар тому свидетель!

– Великолепный бой! – восторженно произнёс Фридолин. – Великолепный!

Понимая, что надо оказать почтение королевской семье, я вернул меч Кьювену, позволил слугам снять артефакт с руки и направился прямиком к трону. Остановившись на почтительном расстоянии, я поклонился:

– Для меня честь присутствовать здесь, мой король.

Затем я отвесил полупоклон королеве, принцам и принцессе, отдавая дань уважения.

– Где ты этому научился? – полюбопытствовал Фридолин. – Кто тебя обучал?

– Рыцарь Емрис Вонгхар, мой король.

– Емрис… – задумчиво повторил он. – Почему же я не видел его ни на одном турнире?

– Полагаю, он не гонится за славой, мой король, – ответил я. – И не особо жалует дальние поездки.

– Ха! – развеселился Фридолин. – Какой любопытный рыцарь! О, Рогнер, как твой сын?

– В порядке, мой король, – раздался позади голос Рогнера. – Будет ему уроком.

Он поравнялся со мной, и Фридолин спросил:

– Надеюсь, между Эйданом и твоей семьёй больше не будет недопониманий?

– Никаких, мой король.

Напряжение после боя постепенно отпускало, уступая место усталости и опустошению. Ноги подрагивали от перенапряжения, а по спине стекали струйки пота, неприятно холодя кожу. Хотелось поскорее помыться, упасть на мягкую постель и забыться глубоким сном.

– Мой король, мне… мне нужно прийти в себя после боя, – сказал я. – Если позволите, я оставлю вас.

Он благосклонно кивнул, и я поспешил откланяться. Под пристальными взглядами благородных я пересёк весь зал, миновал холл и вышел во двор. Я вздохнул полной грудью вечерний прохладный воздух, и сразу стало легче.

– Эйдан!

Я обернулся и увидел взволнованную Таму. Вслед за ней на улицу вышли Шаян и Цедас.

– Ты забыл, – сказал Цедас, протянув мне мой дублет.

– Из головы вылетело, – произнёс я, забирая одежду. – Спасибо.

– Этот бой!.. – возбуждённо сказал он. – Ты мастерски владеешь мечом!

– Это мой первый… первый смертельный поединок. Повезло, наверное.

– Не принижай свои заслуги, – возразил Цедас. – Ты победил Ганнера, понимаешь? Бьерды и их люди считаются здесь лучшими мечниками!

– Всё это неважно, – вмешалась Тама. – Он нажил себе могущественных врагов.

– Не я это начал, – заметил я.

– Знаешь, что сказал мне отец перед отъездом из Баррукхасада? – спросила она. – Знаешь?

– Откуда мне знать, Тама? – вздохнул я.

– «Не переходи дорогу Бьердам». Это сказал вампир, который никогда не бывал в Оикхелде.

Я промолчал, понимая бессмысленность дальнейших споров.

– Господин Эйдан! – вдруг послышалось со стороны входа. – Господин Эйдан!

К нам торопливо шёл совсем молодой дворянин – лет пятнадцати на вид. На нём была надета типичная рыцарская форма.

– Господин Эйдан, вот… Хотел поговорить с вами!

– Что-то стряслось?

– Нет, что вы! – замахал он руками. – Хотел сказать, что мне понравился ваш бой!

– Благодарю.

– Господин Эйдан, вы же пришли сюда без своего меча? У вас нет грамоты? Я бы хотел пригласить вас в нашу оружейную гильдию! «Мечники Рассветных островов»! Её основали мои предки, а сейчас за всё отвечает мой отец! Вы же из Волноломных земель, верно? Мы ведь с вами почти соседи по морю, вы должны были слышать о…

– Господин, прошу прощения, – перебил я его. – А вы кто?

Паренёк растерянно умолкнул. На его лице, сменяя друг друга, отразились замешательство и стыд.

– Прошу меня простить, господин Эйдан. Я рыцарь Лампар Ульф.

– Рад знакомству, господин Лампар, – улыбнулся я. – Что ж, расскажите о своей гильдии.

Я снова стал объектом всеобщего обсуждения. Только в этот раз всё было иначе: никто не задал мне ни единого вопроса, никто не осмеливался подойти и просто заговорить. Студенты ограничивались лишь долгими взглядами и шёпотом за моей спиной. Ганнер же словно забыл о моём существовании – он не смотрел в мою сторону и больше не отпускал едких колкостей. Не знаю, что сказал ему Рогнер, но меня это молчание вполне устраивало.

Потихоньку подходил к концу третий месяц учёбы. За это время я смирился с мыслью, что стоит податься на факультет малых чар, поэтому решил обсудить всё с Ингваром напрямую. После очередного урока зельеварения я дождался, когда студенты покинут аудиторию, и обратился к нему:

– Мастер Ингвар, вы не сильно заняты?

– Хочешь поговорить о выборе направления? – сразу же догадался он, проверяя один из котлов.

– Да.

Он заглянул ещё в один котёл, затем выпрямился и посмотрел на меня:

– Значит, решил выбрать зельеварение?

– Вроде того.

– «Вроде того», – повторил он. – Не чувствую в твоих словах энтузиазма.

– У меня нет выбора, мастер Ингвар, – не стал лукавить я. – Мне не хватит сил на другие дисциплины.

– Мастер Алюра упоминала о твоей проблеме, – произнёс он. – Что ж, на твоём месте я поступил бы точно так же.

– Так вы не против, мастер?

– С чего бы мне быть против? – слабо улыбнулся он. – Выбор делает ученик, а не учитель. Наше дело – только указать путь.

– Тогда решено, – твёрдо кивнул я. – Подамся к вам.

– Тебе стоит кое-что знать, – сказал Ингвар, продолжив проверять котлы. – Ты будешь моим единственным учеником, и всё моё внимание будет сосредоточено на тебе.

– Что? – опешил я. – Больше никто не изучает зельеварение?

– Никто.

– Ни с одного курса?

– Ни с одного.

– А целительство?.. Кто-нибудь обучается целительству?

– Нет.

Я, конечно, знал, что зельеварение и целительство не пользуются популярностью, но чтобы настолько? Ни одного ученика на всю академию?

– Тебя это тревожит? – спросил Ингвар, вырвав меня из раздумий.

– Не особо, – сказал я. – Просто так странно…

– Мало кому интересен факультет малых чар. Любой маг, готовящий по рецепту, способен сварить сносное зелье. Так зачем тратить пять лет, верно?

– Почему же вы выбрали зельеварение, мастер Ингвар? – спросил я. – У вас тоже были проблемы с магией?

– Я никогда не испытывал подобных проблем, – ответил он. – В юные годы основным моим занятием были артефакторика и стихийная магия.

– Правда? – удивился я. – Тогда почему?

– В зельеварении есть своя особая притягательность. Я понял это лишь с годами.

Ингвар оставил в покое последний котёл, оглянул аудиторию и спросил:

– Ты никуда не торопишься?

– Нет, это последний урок.

– Вот и отлично. Помоги мне собрать инструменты.

С этого момента расписание изменилось: до конца учебного года мы всё так же должны были посещать основы и историю магии, однако всё остальное время посвящалось занятиям по избранным специальностям.

Зельеварение стало моим основным направлением, а целительство – дополнительным. Одновременно с этим я стал старостой сразу обеих специальностей как единственный кандидат.

Стилда очень обрадовалось, что у неё наконец-то появился воспитанник. Она сразу взяла меня в оборот и выдала внушительный список книг, которые я должен был получить в библиотеке.

– Шаг за шагом и гору одолеешь, – сказала Стилда, когда я пришёл к ней на второй индивидуальный урок. – Сегодня будешь ускорять заживление ран.

– Снова, мастер? – вздохнул я. – Вы же учите нас этому с первых дней.

– Пока не научишься делать это быстро, будешь повторять.

– С моим-то магическим ядром…

– Для этого много энергии не требуется.

– Мастер Стилда, а целители используют артефакты?

– К сожалению нет, мой дорогой. Тело живого существа не примет преобразованную магию артефакта.

– Жаль, – вздохнул я и спросил: – Какой палец порезать на этот раз?

– Начни с мизинца.

Глава 15

Под воздействием магии ранки и правда затягивались быстрее обычного. Не сказать, что это выглядело поразительно, но довольно интересно. А главное – у меня наконец-то начало получаться.

На зельеварении я всё схватывал на лету, поэтому Ингвар не стал придерживаться обычного плана обучения. Он показывал не только простейшие, но и по-настоящему многокомпонентные зелья, над которыми, порой, приходилось корпеть не один день.

– Вижу, ты увлёкся, – сказал Цедас, заставив меня оторваться от книги, которую я штудировал этим утром в гостиной.

– Аппетит приходит во время еды.

– Как там Ингвар? Не жалуется?

– С чего бы вдруг?

– Он же первокурсников всегда только три месяца обучал, а теперь ты… объявился.

– Ингвар никогда не сидел без дела, – сказал я. – Он же постоянно варит зелья. Тем более я ему помогаю. Кстати, ты куда приоделся?

– В город, – ответил Цедас. – Прикуплю кое-что для Тамы.

– Для Тамы?

– Она немного приболела.

– Что-то серьёзное?

– Не забивай голову.

– Может, стоит сходить к Стилде?

– А у неё найдётся бутылочка свежей крови?

Я удивлённо вскинул брови, и Цедас усмехнулся:

– Вот видишь.

– Чью кровь ты собрался покупать? – шёпотом спросил я. – И у кого?

– У мясников. Попрошу зарезать бычка и отлить кровушки… для магических нужд. А ты что подумал? Человеческую?

– Мало ли, – сказал я. – Если не путаю, за такое…

– Поверь, уж Тама-то точно знает про запреты. Ладно, увидимся вечером, Эйдан.

Цедас ушёл, оставив меня в одиночестве. Я никогда не задумывался над тем, что вампиры лечатся кровью. Интересно, как у них происходит регенерация тканей?

Я достал свою книжку, в которой делал заметки, и нашёл страницу, посвящённую регенерации. Здесь было не так много записей. Из интересного – заметка о том, что человек способен отрастить кончики пальцев благодаря стволовым клеткам, если всё сложится удачно.

Что происходит после ампутации кончика пальца? Если сохраняется часть ногтевой пластины, то активизируются белки, название которых я так и не удосужился запомнить в своё время. Эти белки привлекают нервные клетки, которые как раз и стимулируют рост стволовых клеток.

– И уже из них растут кости, сухожилия, мышцы… – тихо рассуждал я вслух. – И что это значит?

Напрашивался вывод: организм сам знает, где и какая часть тела должна быть – всё благодаря сигнальным молекулам. Клетки «понимают», где им положено быть и какие структуры строить.

«Только вот в других частях тела организм предпочтёт зарубцевать ткань, – подумал я. – Потеряешь ногу, и всё будет совсем иначе».

Я расковырял ранку на пальце и увидел кровь. Сосредоточившись, я направил в ранку магию, как и учила Стилда. Кровь, как и ожидалось, свернулась быстрее обычного.

Даже сумей я подавить иммунный ответ, всё равно неясно, что делать с остальным. Магия на текущем уровне не способна управлять столь тонкими процессами. Чтобы хоть сколько-нибудь продвинуться в этом вопросе, потребуются десятилетия исследований – да и то, если я поделюсь своими знаниями с другими.

– Нет, – вздохнул я. – Мечтать не вредно.

К вечеру Таме не полегчало, как и на следующее утро – даже кровь, принесённая Цедасом, не помогла. Все эти два дня она ни разу не покидала комнаты и отказывалась от еды. Обеспокоенная Шаян металась по гостиной, не находя себе места:

– Она очень плохо выглядит, очень.

– Такое уже случалось раньше? – спросил я.

– Два года назад, – сказал Цедас. – Но тогда хватило говяжьей крови.

– Тогда что не так?

– Похоже, накопительный эффект, – предположил он. – Она слишком долго обходится без крови ноктолиса.

– «Ноктолиса»… – тихо повторил я.

Многие века назад баррукхасадцы из-за длительного голода были вынуждены питаться странными мелкими животными – ноктолисами. Те придавали немало жизненных сил, однако изменили людей Баррукхасада, сделав их вампирами.

– В Гилиме можно раздобыть ноктолисов? – спросил я.

– Вряд ли, – ответил Цедас. – Их же запрещено разводить. Да и сами по себе они здесь не водятся.

– И какие есть альтернативы?

– Ну… – Цедас переглянулся с Шаян, и до меня дошло.

– Ясно…

– Может, всё-таки позвать Стилду? – спросила Шаян. – Как бы не случилось чего…

– Пойду сам проведаю её, – сказал я.

– Она просила не беспокоить, – произнёс Цедас. – Дай ей проспаться.

– Я ненадолго.

Выйдя из гостиной, я дошёл до комнаты Тамы и постучал в дверь:

– Тама, можно войти?

В ответ мне была тишина.

– Не молчи.

Она по-прежнему не отзывалась. Постучав ещё раз, я выждал пару секунд для приличия, а затем открыл дверь.

– Тама, – громко позвал я, шагнув внутрь. – Ты здесь?

– Эйдан, – чуть слышно донеслось от её кровати. – Ты не вовремя.

Я приблизился и вгляделся в её лицо – не просто бледное, а мёртвенно-бледное. Тени под глазами залегли настолько глубоко, что превратились в тёмные провалы. Она выглядела настолько хрупкой и беззащитной, словно от малейшего прикосновения могла рассыпаться на мелкие осколки, как тончайший фарфор.

Я присел на край кровати, окидывая Таму обеспокоенным взглядом. Её кожа, некогда сиявшая жемчужным светом, сейчас отливала пепельной серостью.

– Что это за болезнь? – мягко спросил я.

– Так плохо выгляжу? – слабо улыбнулась она.

– Тебе ведь поможет кровь?

– Как видишь, не помогло, – просипела Тама. – Цедас дал…

– Я не про говяжью, а про свою.

Она широко раскрыла глаза и неверяще уставилась на меня:

– Чт… что ты сказал?

– Тебе станет легче, если выпьешь мою кровь?

– Не искушай меня, Эйдан… Не надо.

– Я сам предлагаю тебе помощь. И никто об этом не узнает.

Тама с трудом села на кровати и жадно посмотрела на мою шею:

– Эйдан…

– Так «да» или…

– Да, – перебила она. – Да!

– У тебя есть какая-нибудь посуда?

– Посуда?

– Я надрежу ладонь и налью тебе крови.

– Лучше… – промолвила она, облизнув пересохшие губы. – Дай укусить… тебя.

– Зачем? – нахмурился я. – Какая разница?

– Кровь из живой плоти… кровь совсем другая.

Я молча обдумал это предложение, а затем сказал:

– Я знаю, что вампиром становятся по рождению или из-за ноктолиса, но всё же уточню: есть ли хоть малейший шанс, что я стану одним из вас из-за этого укуса?

– Нет. – Она помотала головой. – Невозможно.

– Какие-нибудь последствия?

– Никаких.

– Ты когда-нибудь кусала людей?

– Несколько… несколько раз, – ответила Тама. – Моряки из Юви сами приходили к нам.

– Сами? Ради денег?

– Да, – кивнула она. – Они получали достойную плату.

Я закатал рукав и протянул руку:

– Постарайся не задеть вену, чтобы я не слёг здесь вместе с тобой.

Тама нерешительно обхватила моё запястье, а затем резко впилась клыками в кожу. Я ойкнул от неожиданности, но не дрогнул. Её зрачки расширись, а хват стал жёстче. Она пила так, словно боялась, что драгоценная жидкость исчезнет в любой момент. Её дыхание постепенно выравнивалось, а напряжённые плечи расслаблялись с каждым новым глотком.

– Достаточно, – сказал я.

Тама словно не услышала моих слов и лишь прикрыла глаза, не желая останавливаться.

– Хватит! – гаркнул я.

Это привело её в чувство. Она сделала глубокий, прерывистый вздох, оторвалась от руки и уставилась на меня. На её лице отразилось выражение чистого блаженства и облегчения. Я сразу же направил магию в место укуса и, достав из кармана платок, прижал рану. Тама запрокинула голову и рассмеялась.

– Во имя бездны, – прошептала она. – Ты даже не представляешь, Эйдан…

– Что?

Она снова засмеялась и, вдруг обхватив моё лицо, поцеловала. Я почувствовал вкус крови и отстранился.

– Ты будто пьяна.

Она упала на кровать и прикрыла веки. Улыбка не сходила губ, а грудь высоко вздымалась.

– Тама?

– Спасибо, Эйдан, – отозвалась она, не открывая глаз. – Спасибо…

Она больше ничего не сказала, и я молча вышел из комнаты. У дверей меня встретил Цедас. Он глянул на мою руку, на окровавленный платок и коротко вздохнул:

– Ты кричал. Я хотел проверить.

– Всё в порядке, – сказал я и добавил: – Держи это в секрете.

– Разумеется.

Глава 16

Не прошло и получаса, как Тама объявилась в гостиной. Она выглядела совершенно здоровой и счастливой. Шаян удивилась такому резкому преображению, но, судя по выражению лица, быстро всё поняла.

Тама то и дело крутилась возле меня, отпуская неловкие шуточки и словно невзначай касаясь моих волос, ушей, шеи. Она никогда не выделялась скромностью, но сейчас её темперамент бил через край, и косые взгляды Цедаса лишь подтверждали это. Наверное, я бы спрятался в своей комнате, если бы слуга не принёс адресованное мне письмо.

– Интересно… – пробормотал я, прочитав имя отправителя.

– Что там? – полюбопытствовал Цедас.

– От помощника советника короля, – ответил я, сорвав сургуч и раскрыв пергамент.

' Уважаемый господин Эйдан Кастволк,

от имени короля Фридолина из славного Дома Альфенсен прошу Вас принять участие в предстоящем весеннем турнире. Король был впечатлён вашим искусным поединком с Ганнером Бьердом и желает вновь лицезреть ваше мастерство на ристалище.

Настоятельно прошу вас подать заявку на участие в турнире в самое ближайшее время'.

– Ну? – нетерпеливо спросил Цедас.

– Король хочет видеть меня на турнире, – ответил я. – Настоятельно просят подать заявку.

– Сам Фридолин? Да ладно!

Тама, воспользовавшись моментом, уселась рядом и фамильярно обняла меня за шею:

– Наш красавец приглянулся королю?

– Чтоб тебе жить вечно, Тама, – не выдержал Цедас. – Сколько можно мучить Эйдана?

В ответ она лишь шикнула, скорчив смешную рожицу.

– Мало было забот… – вздохнул я, откидываясь на спинку дивана.

– Королям не отказывают, – заметила Шаян. – Похоже, выбора у тебя нет.

– Будто я не понимаю.

– С другой стороны, почему бы не поучаствовать? – спросил Цедас.

– Может, тогда и ты со мной? – с сарказмом предложил я.

– А меня туда не пустят, – усмехнулся он, подняв ладони. – Да и не мечник я. Ты уж как-нибудь сам.

– Ладно… Отправлюсь в город, – решил я, поднимаясь.

– Зачем?

– Надо решить вопрос с оружейной грамотой.

– Так у тебя полно времени.

– Лучше покончить с этим делом сразу. Надо ещё написать родителям… Отец должен знать.

– Успеешь всё сделать? Если ты не забыл, завтра не выходной.

– Значит, для меня будет выходной.

Цедас недоумённо поднял брови, и я сказал:

– Завтра нет ни основ магии, ни истории магии, а со Стилдой и Ингваром у меня свободный график – сколько могу, столько и занимаюсь. Я же их единственный ученик, как никак.

Цедас цокнул языком, а после небольшой паузы сказал:

– Вот же счастливчик.

Гилим укутало тонким белоснежным покрывалом. Крыши домов покрылись пушистыми снежными шапками, а на улицах теперь слышался приглушенный хруст снега под ногами прохожих. Морозный воздух покалывал щёки, и в нём чувствовалась особая свежесть и чистота.

Я не долго думал над выбором гильдии – раз меня были рады видеть в «Мечниках Рассветных островов», то там и стоило получить грамоту. Посетив банк, я отправился в южную часть города.

Найдя невысокое здание с нужной вывеской, я открыл тяжёлую дверь и вошёл внутрь. Где-то за стенами сразу же раздался звон мечей и голоса. Я поймал взгляд старика, сидящего у столика подле высокого шкафа, заваленного бумагами.

– Вижу вы здесь впервые, господин, – произнёс он, окидывая меня внимательным взглядом.

– Впервые, – кивнул я.

– Меня зовут Шарк. Спрашивайте, чего желаете.

– Я здесь по приглашению Лампара Ульфа.

– Господин Лампар как раз здесь. – Старик поднялся с места и указал рукой в сторону коридора: – Прошу за мной.

Он привёл в меня в просторный светлый зал, где собралось шесть мужчин. В воздухе висел тяжёлый запах пота вперемешку с ароматоми металла и кожи. Вдоль стен располагались стойки с разнообразным тренировочным оружием: от деревянных мечей для новичков до внушительных двуручников.

– Господин Лампар, господин Лампар! – громко позвал Шарк. – К вам гость!

Лампар обернулся и, завидев меня, широко улыбнулся:

– Господин Эйдан!

– Рад вас видеть.

– Дядя, это Эйдан Кастволк! – представил он меня мужчине, стоящему рядом.

Мужчина был внушительной комплекции: широкие плечи и могучая грудь выдавали в нем бойца, привыкшего к тяжести доспехов и оружия.

– Рыцарь Брунас Ульф. – Он крепко пожал мою ладонь. – Наслышан о вашем бое.

– Вас не было на балу? – понял я.

– Не по мне эти танцы, – сказал Брунас. – Предпочитаю крепкий сон.

– И то верно.

– Мой племянник, поди, все уши о гильдии вам прожужжал?

– Самую малость.

– Хотите к нам присоединиться?

– Да, – кивнул я. – И хочу получить оружейную грамоту. Господин Лампар сказал, что мне здесь будут рады.

– Будут, – подтвердил Брунас и спросил: – Вы были в иных местах или сразу отправились к нам?

– Сразу к вам.

– Славно, – сказал он. – Вы избежали бессмысленных унижений.

– О чём вы? – нахмурился я.

– Вчера оружейным гильдиям… посоветовали не принимать вас в свои ряды.

Я недоумённо взглянул на него, а через миг осознал:

– Бьерды?

Брунас коротко кивнул.

– Ну конечно, – пробормотал я. – Хотят, чтобы я ходил и унижался, а потом пошёл жаловаться королю, как мальчишка… Они-то точно должны знать о приглашении.

– «Приглашении»?

– Сегодня мне пришло письмо, – произнёс я. – Король желает видеть меня на турнире.

– Так вот оно что, – понятливо закивал Брунас. – Вам повезло сыскать благосклонность короля, господин Эйдан. Большая часть знати настороженно относится к Кастволкам.

– А вы прямолинейны, – улыбнулся я.

– Жена говорит, что именно из-за этого «я всего лишь рыцарь, который служит своему брату», но по-другому не могу.

– У гильдии не будет из-за меня проблем, господин Брунас?

– В Гилиме мы постольку-постольку, – ответил он. – Да и с Бьердами дружбу не водим. Не беспокойтесь.

– Так вы участвуете в турнире? – с интересом спросил меня Лампар.

– Выбора нет.

– Отец, может быть, тоже приедет! – воодушевился Лампар. – Много наших там будет!

– А где сейчас ваш отец?

– На Рассветных островах, как и полагается.

– Брат редко бывает здесь, – добавил Брунас. – За столичное представительство отвечаю я, а он уже главенствует над всей гильдией.

– Так какие у вас условия, господин Брунас? – перешёл я к делу.

– Первичный взнос – десять золотых, затем – по четыре в год. Двери гильдии будут открыты для вас по всему Оикхелду.

– А оружейная грамота?

– Испытание на грамоту обойдётся в девять сребреников. Одна попытка – один взнос.

– Как выглядит испытание?

– Поединок, конечно.

– Отлично.

Я расплатился, и Брунас вручил мне нагрудную брошь в форме круглого щита с скрещёнными мечами. На фоне броши красовался большой диск, символизирующий восходящее солнце. По краю криво, но всё же различимо был выгравирован девиз гильдии: «Сила рассвета».

– На турниры надевать обязательно, – шутливо сказал он. – Так, бумаги о вступлении в гильдию будут готовы завтра, а мы сейчас приступим к испытанию.

Брунас выдал мне плотный гамбезон, которым я мог защитить тело от шеи до бёдер, и обычный затупленный меч.

– Продержитесь против меня, и испытание будет пройдено, – сказал Брунас.

– Как долго?

– В бою и выясним, господин Эйдан.

Я встал в стойку, крепко сжимая рукоять меча. Как и в прошлый раз, я решил действовать осторожно, изучая противника. Брунас сделал пробный выпад, который я легко отбил. Мы начали неспешно обмениваться ударами, присматриваясь друг к другу. Постепенно Брунас наращивал темп, его атаки становились всё стремительнее и хитрее. Я ушёл в защиту, стараясь поспевать за его движениями.

Улучив момент, я контратаковал серией ударов, но Брунас ловко парировал каждый из них. Его клинок будто успевал повсюду – то сверкнёт над головой, отражая мой замах, то метнётся вбок, прикрывая корпус. Не успел я опомниться, как Брунас вновь перешёл в наступление.

Я почувствовал, как учащается моё дыхание, а по вискам стекает пот. Однако я подхватил заданный Брунасом темп и вошёл во вкус поединка. Наши движения ускорились, клинки замелькали с невероятной скоростью. Удар, блок, выпад, снова удар. Всё слилось в сплошную круговерть.

Внезапно я заметил, как Брунас на долю секунды открылся, слегка сместившись. Не раздумывая, я воспользовался этой возможностью и обрушил на него град стремительных атак. Застигнутый врасплох, Брунас отступил на несколько шагов и перешёл в глухую оборону, едва поспевая отражать мои удары. Я безостановочно теснил его, чувствуя, как перевес переходит ко мне.

Брунас вдруг вскинул руку и крикнул:

– Достаточно!

Я спохватился в последний момент и вынырнул из боевого транса. Это чувство полного единения с мечом, когда тело двигается само, а разум холоден, словно клинок, было мне по душе.

– Господин Брунас… – одними губами произнёс я.

– Дост… достаточно, – пытаясь отдышаться, произнёс Брунас.

– Так я прошёл испытание?

– Прошли, господин Эйдан, – тяжело выдохнув, ответил он. – Вы не закрываете глаз и не страшитесь меча – мне это нравится.

Я благодарно кивнул и, переведя дыхание, спросил:

– Когда я смогу получить грамоту?

– Завтра всё будет готово.

– Отлично.

Брунас отложил меч и, сев на скамью, глянул на меня:

– Теперь я вижу, как вам удалось победить отпрыска Рогнера.

– Не примите за бахвальство, но почему всех удивляет моя победа над Ганнером, господин Брунас? Это могло быть случайностью.

– Бьердов нельзя победить случайно, господин Эйдан.

– Почему?

– Вы разве не знаете?

– Я правда не понимаю.

– Вы слышали о ритуалах, господин Эйдан?

– О магических ритуалах?

– Да, именно о них.

– Разумеется, господин Брунас. Я ведь ученик магической академии.

– Значит, вы должны знать, что ритуалы могут дать преимущество.

– Никто не колдовал во время нашего поединка, – возразил я. – На нас были Узы доблести, исключающие любое жульничество.

– Ганнер прошёл через ритуалы задолго до вашего боя.

– Как? – опешил я. – С чего вы взяли?

– Об этом не принято говорить, но правду не скроешь, – произнёс Брунас. – Бьерды могут позволить себе то, что недоступно многим благородным, господин Эйдан. Безумные деньги платятся опытным магам, которые проводят сложнейшие ритуалы. Эти ритуалы… они сделают тебя сильнее, быстрее, крепче. Каждый Бьерд проходит через это.

– Я никогда не слышал об этом… Подождите, так ритуалами занимаются и остальные?

– Кто-то меньше, кто-то больше, – пожал плечами Брунас. – Для этого надо иметь не только богатства, но и серьёзные связи среди магов. Как вы понимаете, господин Эйдан, такое удовольствие доступно далеко на каждому.

– Значит, таких людей не так много?

– Не так много, – кивнул он. – Но Бьерды, конечно, опередили всех. Мне кажется, по ритуалам они уже давно переплюнули и принцев, и самого короля.

– При этом им разрешено участвовать в поединках и турнирах? – возмутился я. – На таких условиях?

– Именно так, господин Эйдан, – сказал Брунас. – Впрочем, сами Бьерды в турнирах не участвуют – это делают рыцари, вхожие в их Дом. Один из них, Сьегар Скарк, очевидно тоже прошёл через ритуалы. Как вы понимаете, он никогда не проигрывает.

– Почему король закрывает на это глаза?

– Король на многое закрывает глаза.

– Дядя… – осторожно вмешался Лампар, бросив на меня предостерегающий взгляд. – Это не лучшая тема для разговора.

– Молчу, Лампар, молчу, – со смешком произнёс Брунас, примирительно подняв руки.

– В чём тогда смысл участия? – спросил я. – Король хочет видеть меня, зная, что я не стану победителем?

– Может, надеется, что вы станете первым, кто одолеет Скарка?

– Господин Брунас, я не уверен, что пройду и треть пути.

– Кто его знает… Ритуалы дают возможности, но не смогут слепить безупречного воина, потому что одной магии здесь недостаточно. А вы Кастволк, господин Эйдан. Кастволки всегда славились выдающимся талантом на поле боя. В вас течёт кровь прирождённых воителей.

Я не сдержал глупой улыбки и, прижав руку к груди, с благодарностью склонил голову:

– Спасибо за добрые слова.

– Да и второе место – не так уж и плохо, – вдруг добавил Лампар. – Пять тысяч золотых на дороге не валяются.

– Сколько⁈

Две тысячи за третье место, пять – за второе, пятнадцать – за первое. Вознаграждение действительно достойно самых знатных участников. Даже ста монет с лихвой хватило бы, чтобы целый год жить на широкую ногу. Для некоторых благородных сумма, конечно, скромная, но отказываться от такого куша точно никто бы не стал.

Я никогда не нуждался в деньгах, но это были не мои средства, а отцовские. За всю жизнь на Антумне я не заработал ни единой монеты ни своим трудом, ни своим делом. Если я займу хотя бы третье место… Да… Родители бы точно обрадовались.

– Приехали, господин! – раздался голос возницы, вырвав меня из раздумий. – Как вы и просили!

Я выбрался из кареты на улицу и оглядел добротный постоялый двор. Расплатившись за поездку, я вошёл внутрь и, обменявшись парой фраз со встретившим меня слугой, снял просторную комнату на втором этаже.

– Мне бы помыться.

– Желаете, чтобы я приготовил для вас ванну прямо в покоях или предпочтёте сходить в нашу баню, господин?

– Баня хорошо затоплена?

– Разумеется, господин. Как и всегда.

– Пусть будет баня.

После купаний меня охватила приятная истома. Я даже отказался от ужина, чувствуя, что мне нужен лишь сон. Едва приготовившись ко сну, я услышал стук.

– Кто там?

– Открывай, Эйдан, – вдруг раздался голос Тамы.

Я торопливо накинул на себя рубаху и отворил дверь. Она предстала в обычном платье – никакой верхней одежды. Это показалось мне странным.

– Что ты здесь делаешь?

– Решила составить тебе компанию, – как ни в чём не бывало сказала она и, переступив порог, захлопнула дверь. – Даже сняла комнатку по соседству. Ты ведь не против?

Я нахмурился и проследил взглядом, как она прошла в комнату и вольготно уселась на кровати.

– Как ты меня нашла?

– В ближайшие дни я всегда буду знать, где ты находишься.

– Что?.. – удивился я, а затем меня осенило: – Ох, вот оно что… Благодаря моей крови, да? Это одна из твоих вампирских способностей? Чего я ещё не знаю?

– Я могу ощущать твои эмоции, – ответила она, хитро улыбнувшись. – Не дуйся.

– Тама, не стоит играть со мной, как с ребёнком.

– А я не играю, Эйдан.

Сказав это, она стянула бретели своего платья и оголила грудь.

– И что ты этим хочешь сказать?

– Ах, мужчины, – протянула Тама. – Вечно вы не понимаете намёков.

– «Намёков», – повторил я. – Хочешь привязать меня к себе, чтобы всегда был доступ к свежей человеческой крови, не так ли?

– Меня раскусили. – Тама картинно закрыла глаза и вздохнула. – Значит, теперь ты не захочешь провести ночь со мной?.. Или всё-таки хочешь?