Текст книги "Костоправ. Книга 1 (СИ)"

Автор книги: Максим Небокрад

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 16 страниц)

Глава 34

Письмо для Службы магического правопорядка я всё же написал. Кратко изложил информацию про Быка и Санда Версета, умолчав об убийстве – лишь указал, чем они промышляют и в чём могут быть замешаны. Рано или поздно агенты сами найдут труп, как выяснят адрес.

Пришлось немного заморочиться с почерком, качеством бумаги и текстом, чтобы ничто не указывало на дворянина. Отправкой для надёжности должен был заняться Сарзон.

– Через десять дней найди какого-нибудь мальчишку на улице, – велел я Сарзону, вручив письмо. – Пусть передаст посыльному и расплатится за отправку. За работу дай десять медяков. И проследи за всем со стороны.

Возможно, подобная конспирация была излишней, но так я чувствовал себя спокойней.

С наступлением выходного я дождался вечера и направился в кабинет на третьем этаже, где обычно занимался с Азарой. Сегодня она впервые опоздала.

– Пришлось задержаться, – первым делом сказала она, войдя в кабинет. – Грошик сбежал из клетки.

– Кто сбежал? – не понял я.

Вместо ответа Азара раскрыла ладонь и показала мышь.

– Где ты его взяла?

– В лесу.

– Околдовала, что ли?

– Ну а как ещё?

Она поставила Грошика на стол и бросила ему кусочек хлеба.

– Пришлось перебрать нескольких, пока на него не наткнулась, – сказала Азара. – Ему хвост кто-то отгрыз.

Только сейчас я заметил, что у Грошика и правда не было хвоста.

– Мне точно нужно практиковаться на нём? – спросил я. – Всё-таки организм мыши отличается от человеческого.

– Думаю, для Мрака нет разницы. Согласно трактатам, древние могли исцелять кого угодно.

Она взяла привычный табурет и со вздохом уселась за столом. Задержав взгляд на её лице, я отметил явные признаки усталости – тёмные круги под глазами.

– Выглядишь измотанной.

– Экзамены, – бросила она и вдруг пожаловалась: – Так много всего в голове надо держать, что ночами не могу уснуть от напряжения.

Неудивительно, ведь Азара была той редкой студенткой, которая посвятила себя сразу трём специальностям. Такая нагрузка кого угодно лишит сна и покоя.

– Могу сварить тебе особое зелье, – предложил я. – Будешь спать крепко и без снов.

– А проснуться-то утром смогу?

– Конечно, – не сдержал улыбки я. – Выспишься хорошенько.

– Было бы неплохо… – тихо вздохнула она и постаралась приободриться: – Ладно, давай займёмся Грошиком.

– С чего мне начать?

– Если честно, понятия не имею, ведь теории по этой теме нет, – призналась она. – Я долго размышляла, но так ничего и не придумала. Придётся действовать наугад.

Я озадаченно поднял бровь, ожидая пояснений. Азара поспешила добавить:

– В общем… Как ты знаешь, магия и Мрак изменяют именно энергетическое тело, а не физическое, хоть они и неразрывно связаны. Если магу пронзить грудь, то его ядро не разрушится.

– Мне кажется, если магу пронзить грудь, он просто умрёт, – улыбнулся я.

– Ты понял, о чём я говорю, – буркнула она. – И дай мне закончить! Я веду к тому, что энергетические каналы всегда при тебе. Даже при потере конечности они никуда не деваются. Когда ты исцелил свою руку, ты направил энергию по проторённой дорожке, понимаешь? Теперь же придётся направить энергию за пределы тела. Обычную магию можно преобразовать и выплеснуть, а тут же всё сложнее.

– Вот оно что… – задумчиво сказал я. – Погоди, а если я сумею направить Мрак в тело обычного человека, то смогу сделать из него мракотворца? Ну, со временем.

– С чего ты взял?

– Мрак ведь прокладывает в теле свои каналы. Постепенно, шаг за шагом.

– Ты путаешь причину и следствие, – покачала головой Азара. – Ты мракотворец не из-за того, что в тебя случайно попал Мрак, а потому, что именно ты притянул его в себя. Вы, мракотворцы, унаследовали от древних нечто особенное, что и притягивает эту энергию. В любом другом существе Мрак не построит свои пути.

– То есть с другим человеком ничего не случится? – уточнил я.

– Может, его наполнит сила на жалкий миг, не знаю, – сказала она, пожав плечами. – Поток ему всё равно недоступен.

– Тогда плохого исхода отрицать нельзя.

– Поэтому я и принесла Грошика.

– Успела дать имя подопытному, который, возможно, умрёт…

– Пробуй уже.

Несколько глубоких вздохов, и я погрузился в нужное состояние. Мрак, как обычно, бушевал, окутывая меня своей энергией. Я направил палец в зад Грошика и сосредоточился. Я чувствовал, как энергия бурлит во мне, но ничего не происходило.

– Ты пробуешь? – нетерпеливо спросила Азара.

– Разве не видно? – стараясь не отвлекаться, ответил я.

– Хотя бы коснись его.

– Он не испугается?

Она театрально закатила глаза, и я прижал палец прямо к тому месту, откуда должен был торчать хвост. Грошик дёрнулся, но не убежал, продолжая поедать свой хлеб.

Как я ни пытался, реакции не было. Отчаявшись, я даже надрезал палец и убедился, что по-прежнему могу исцелять себя.

– Не знаю, – развёл руками я после очередной неудачи. – Я направляю энергию, но будто в скалу упираюсь. Почему она не идёт дальше?

– Ты меня спрашиваешь?

– А кого ещё спрашивать? Ты же мой мастер, а не наоборот!

Азара смущённо почесала нос и отвела взгляд.

– Я могу написать брату, чтобы он расспросил опытных мракотворцев, – сказала она, глядя в окно. – Правда, не уверена, что это поможет. Вряд ли они знают больше моего.

– Не понимаю, – нахмурился я. – Я же чувствую Мрак, он повсюду, окутывает меня со всех сторон. Его здесь в избытке. Должен быть способ…

Я осёкся на полуслове, поражённый внезапной догадкой.

– Что? – встрепенулась Азара. – Ты что-то понял?

– А если древние направляли энергию не через себя, а напрямую? – медленно проговорил я, обдумывая эту мысль.

– То есть?

– Мрак не требует преобразования, – пояснил я. – Значит, достаточно указать ему путь и цель, используя волю мага.

– Управлять им вне тела?.. – В голосе Азары слышалось сомнение. – Думаешь, получится?

– Сейчас и узнаем.

Я закрыл глаза и сосредоточился, пытаясь направить энергию Мрака в маленького зверька напрямую. Однако обуздать эту мощную, хаотичную лавину оказалось непросто. Я чувствовал, как энергия обволакивает меня, но никак не мог подчинить её своей воле. Это напоминало отчаянную попытку голыми руками покорить горную реку, несущуюся вперёд с неудержимой силой… Невольно я вспомнил, как в детстве любил играть с водой на берегу ручья.

И тут меня осенило.

Вместо того, чтобы пытаться обуздать и направить всю мощь Мрака разом, я мысленно выделил из него маленький ручеёк. Это было похоже на то, как если бы я подставил ладонь под поток воды и аккуратно направил тонкую струйку в нужное место. Мрак, казалось, подчинился моей воле, когда я сфокусировался на этой малой толике его силы. Я начал осторожно направлять энергию Мрака туда, куда мне было нужно, словно художник, который не пытается закрасить весь холст одним мазком, а терпеливо и точно наносит мелкие штрихи.

Грошик перестал грызть хлебную корку и настороженно навострил уши, явно что-то почуяв. Понимая, что нужно делать дальше, я не просто указал энергии путь, но и вложил в неё своё намерение – исцелить утраченный хвост.

Поначалу казалось, что ничего не происходит, но затем на месте отсутствующего хвоста начал проступать едва заметный бугорок. Миллиметр за миллиметром формировалась новая плоть, а Грошик, словно не замечая чудесной метаморфозы, невозмутимо вернулся к своему кусочку хлеба. Наконец, хвост полностью отрос, став таким, каким и должен быть.

Азара, всё это время безмолвно наблюдавшая за процессом, восторженно охнула и, к моему удивлению, звонко рассмеялась. Впервые за всё время нашего знакомства я услышал её искренний, радостный смех. Бережно взяв Грошика на руки, она внимательно осмотрела его со всех сторон и легонько потеребила за новенький хвост.

Её глаза сияли неподдельным восхищением, когда она посмотрела на меня:

– У тебя получилось!

Я рассеянно кивнул, задумчиво глядя на свои ладони. Конечно, я знал, что рано или поздно научусь исцелять других, но даже представить не мог, какое ликующее чувство триумфа наполнит моё сердце в миг первого успеха. Я словно заново родился.

– Его следовало бы назвать Светом, а не Мраком, – невольно сказал я.

– Это название дали вы, оикхелдцы, – с грустной улыбкой заметила Азара. – На вотрийском он звучит иначе.

– Как же? – с неподдельным интересом спросил я.

– «Нэйтаар», – произнесла она с особым, мягким акцентом. – Что означает «объемлющий суть». Наши предки верили, что Мрак – это первородная энергия, из которой на Антумне возникла сама жизнь.

– Я запомню это.

Глава 35

Весна подходила к концу, а вместе с ней наступала горячая пора экзаменов. В коридорах царила атмосфера лёгкого хаоса и волнения. Первокурсники судорожно повторяли пройденный материал, пытаясь запихнуть в головы как можно больше информации. Старшекурсники, уже привыкшие к этой суматохе, подшучивали над ними и делились историями своих провалов и триумфов.

Сегодня нам предстояло сдавать экзамен по основам магии. Нас пускали в аудиторию группами по пять человек. На письменную часть отводилось полчаса, а на устную защиту – около десяти минут. Как всегда, кто-то засиживался дольше положенного, и оттого экзамен растягивался на целый день.

Я зашёл с третьей группой студентов и, недолго думая, вытянул первый попавшийся билет с преподавательского стола. Я много времени уделял теории, компенсируя этим свои слабые стороны в практической магии, поэтому почти не волновался.

Заняв свободное место, я пробежал глазами по вопросам и принялся строчить ответы. Когда дело дошло до последнего вопроса, стало ясно, что места на листе уже не хватает.

– Мастер Маера, можно взять второй лист?

– Ты исписал весь лист с обеих сторон?

– Да.

– Тогда выходи отвечать.

Не споря, я поднялся со своего места, подошёл к Маере и протянул ей свою работу. Она бегло начала смотреть ответы, и я решил сказать:

– Только для последнего вопроса не хватило места. Там нужно упомянуть, что магическое ядро не меняется в размере примерно после двенадцати лет, но до конца жизни продолжает увеличивать объём вмещаемой энергии. Если маг захочет измерить…

– Достаточно, – оборвала меня она, сделав какую-то пометку в журнале. – Можешь идти.

– Разве не нужно отвечать устно?

– Я знаю уровень твоих знаний, – произнесла она. – Ты успешно сдал экзамен.

– Благодарю, мастер Маера.

Невольно улыбнувшись, я обернулся и поймал взгляд шутливо нахмурившейся Шаян. Подмигнув ей, я подхватил со стола свои вещи, закинул на плечо сумку и вышел в коридор. Как только дверь открылась, сокурсники обратили на меня любопытные взгляды, но никто не решился задать вопрос.

Неподалёку я заметил Азару, которая стояла в одиночестве и сосредоточенно читала книгу, теребя свою рыжую косу.

– Хочешь зайти в конце? – отвлёк я её, подойдя ближе.

Она подняла на меня глаза:

– Ты сдал?

– Да.

– И как всё прошло?

– Нормально, – ответил я, пожав плечами. – Маера даже ничего не спрашивала.

– Дай угадаю, ты переписал там всю книгу?

– Ну не всю книгу, – улыбнулся я. – Просто вопросы попались лёгкие.

– Ага, как же, – вздохнула она. – А я и двух слов запомнить не могу.

– Ты точно справляешься? – участливо спросил я. – По-моему, ты взяла на себя непосильную ношу.

– На следующий год будет полегче, – сказала Азара. – Истории и основ магии уже не будет, а с тремя направлениями я справлюсь.

– Ты забыла про практику.

– Ты нарочно пытаешься меня расстроить? – надулась она.

– Всё, молчу, – примирительно произнёс я, подняв руки. – Если хочешь, могу напоследок тебя погонять по вопросам.

– Давай, – с готовностью согласилась Азара.

Я начал задавать ей самые сложные и каверзные вопросы, но вскоре убедился, что она с лёгкостью на них отвечает и точно сдаст экзамен. Внезапно дверь аудитории с шумом распахнулась и тут же захлопнулась. Я обернулся и увидел Ганнера. Сегодня он самоуверенно вошёл на экзамен одним из первых, но вышел только сейчас.

– Ну как? – поинтересовался Ставар.

– Сказала прийти пересдавать в другой день, – процедил сквозь зубы Ганнер, еле сдерживая раздражение.

– Ещё раз? – удивлённо воскликнула Ниппи, самая надоедливая девочка нашего курса. – Неужели ты не сдал?

– Да, представь себе, не сдал! – прошипел Ганнер. – Она меня завалила! Зачем вообще нормальному магу сдалась вся эта ерунда? С какой стати я должен забивать голову этим бесполезным хламом?

– Я бы не сказала, что это совсем бесполез… – начала было Ниппи, но Ганнер грубо оборвал её:

– Да наплевать! Учим какую-то…

Закончить свою гневную тираду Ганнер не успел, потому что массивная дверь аудитории снова распахнулась и ударила его по спине. Он застыл на мгновение, ошарашенный, а затем резко обернулся и яростно выпалил:

– Ты что, совсем дура?

– Следи за языком, Ганнер, – холодно произнесла Шаян, выйдя из аудитории.

– Вас в вашем Мюре не учат, что двери нужно открывать аккуратно?

– А тебя не учили, что не стоит торчать прямо перед дверью, как изваяние?

– Ты в своём уме, тёмная? Ты хоть понимаешь, с кем разговариваешь?

– Ганнер, – громко окликнул я, привлекая всеобщее внимание. – Конфликта ищешь?

– Не лезь не в своё дело, Кастволк, – огрызнулся он.

– Ты знаешь закон, – напомнил я. – Я имею полное право вступиться за честь оскорблённого друга. Не переходи черту.

Ганнер вызывающе вздёрнул подбородок, но промолчал. Смерив меня полным ненависти взглядом, он круто развернулся и зашагал прочь. Его уход тут же вызвал оживлённый шепоток среди студентов:

– Струсил, похоже.

– Ещё бы, Эйдан бы его в порошок стёр.

– Чего это он такой злющий в последнее время?

Шаян, присоединившаяся к нам с Азарой, лишь покачала головой:

– Вот же придурок. Бесит.

– Не обращай на него внимания, – утешила её Азара. – Этот напыщенный индюк никогда не отличался особым умом. Ты-то сама как, сдала?

– Сдала, – выдохнула Шаян и улыбнулась, переведя взгляд на меня: – Вообще-то я должна была выйти раньше тебя.

– Откуда ж я знал, что место на листе закончится так быстро?

– Как вообще можно столько написать?

– Что поделать, я просто прилежный ученик. Вам, госпожа Шаян, видимо, это понятие незнакомо?

– Впервые о таком слышу, господин Эйдан! – в притворном удивлении округлила глаза она.

– Ладно, мне пора уже заходить, – сказала Азара, заметив, что из аудитории вышло ещё несколько человек.

– Мы тебя подождём, а потом сразу пойдём обедать, – сказал Шаян.

– Я тогда загляну ненадолго к Ингвару, – вспомнил я.

– Зачем?

– У меня вообще-то завтра по расписанию экзамен по зельеварению, – пояснил я. – Формальность, конечно, но мало ли, вдруг отметиться нужно. Лучше сегодня схожу и всё узнаю.

– Если задержишься, мы будем в обеденном зале.

Я кивнул и ободряюще улыбнулся Азаре:

– Удачи.

– Спасибо, Эйдан, – сказала она и вскоре скрылась за дверью.

От меня не ушёл лукавый прищур Шаян.

– Что?

– Да нет, ничего, – хитро улыбалась она. – Совсем ничего. Ступайте, господин Эйдан, не смею вас задерживать.

Шутливо поклонившись на прощание, я проследовал к Ингвару. К счастью, он оказался на месте.

– Мастер Ингвар, добрый день, – поздоровался я, постучав и войдя.

– И тебе добрый, Эйдан, – отозвался он, не отрываясь от котла.

– Я насчёт завтрашнего экзамена хотел уточнить…

– Не беспокойся, я уже всё отметил. Ты сдал.

– Вот как? Ну тогда я пойду?

– Раз пришёл, задержись ненадолго, – сказал он, наконец-то посмотрев на меня. – Нужно кое-что обсудить.

По тону Ингвара невозможно было понять, о чём пойдёт речь: то ли о какой-нибудь мелочи, то ли о чём-то серьёзном. Я закрыл дверь, прошёл вглубь и опустился на свободный стул. Ингвар тщательно вымыл руки в тазу, вытер их и встал напротив меня:

– Письмо – твоих рук дело?

– Какое ещё письмо?

– Безымянное письмо в Службу магического правопорядка.

– Мастер, не понимаю, о чём вы.

– Эйдан, как твой учитель, я прошу быть со мной искренним.

– Я честен с вами, мастер Ингвар.

– Правда? – протянул он, а затем вдруг спросил: – По весне мы, зельевары, часто навещаем лес, верно?

– Для сбора трав, – кивнул я, гадая, к чему он клонит.

– Отправившись за травами в очередной раз, я так увлёкся, что сам не заметил, как очутился возле твоего крыла. Знаешь, какой любопытный аромат мне там почудился?

Я промолчал, прекрасно понимая, что сейчас услышу.

– Я учуял Гренетру, – сказал он. – Вообрази моё изумление, когда я осознал, что этот специфический запах доносится с верхнего этажа, где обитает мой единственный ученик.

– Мне приходится варить разные зелья, – максимально ровным тоном произнёс я. – Возможно, вам показалось, мастер.

– Эйдан, я столь часто имел дело с Гренетрой, что узнаю её запах даже находясь при смерти, – сказал он и, не дождавшись от меня никакой реакции, продолжил: – Итак, мой подопечный варит Гренетру, а вскоре до меня доходят вести, что городская стража схватила матёрого бандита, который на допросе как на духу выложил им все свои тайны. Однако, очнувшись через пару часов, он напрочь забыл свои признания. Тебе не кажется это странным? Почти как если бы кто-то опоил его твоим зельем.

Повисла тягостная пауза. Наконец, я произнёс:

– Чего вы от меня ждёте, мастер? Допустим, я к этому причастен. Неужели вы всерьёз полагаете, что я вот так запросто сознаюсь в преступлении?

– Я знаю, ты не из тех, кто стал бы использовать зелье из корысти. Меня интересует лишь правда, Эйдан.

– И какова цена этой правды? – осторожно поинтересовался я.

– Даю слово, я никому не выдам твою тайну. Всё сказанное останется строго между нами.

Я тяжело вздохнул и с досадой произнёс:

– Надо было варить Гренетру в городе.

– Вот этого как раз делать не стоит, – предостерёг Ингвар. – Право изготавливать Гренетру даётся далеко не каждому. Любой мало-мальски опытный агент мог бы случайно уловить характерный аромат, просто проходя мимо твоего жилища. Поверь, ничем хорошим это бы для тебя не кончилось.

– А вам можно?

– Разумеется. Я всё-таки преподаватель академии. Под моим присмотром Гренетру мог бы готовить и ты.

– Откуда вам вообще известно про письмо и допрос бандита? Неужели преподавателей посвящают в такие тонкости следствия?

– У меня остались старые друзья, – ответил Ингвар, и в его голосе послышалась ностальгия. – Я отдал четыре года Службе магического правопорядка и ещё три – Службе розыска.

– Правда? – во мне вспыхнул неподдельный интерес. – А почему вы ушли?

– По той же причине, по которой четыре дня назад закрыли дело о проклятом медальоне.

– Как закрыли?..

– Давай по порядку, Эйдан. Это ты влил Гренетру в Дувина?

– Да, – не стал отпираться я.

– Ты натоптал в доме Санда Версета? Там остались свежие следы.

– Мастер Ингвар…

– Ты или нет?

– Я.

– Кто с тобой был?

– А если я был там один?

– Не прикидывайся глупцом, тебе это не к лицу, – одёрнул меня Ингвар. – Следы оставили двое, поэтому говори конкретнее. Кто он? Слуга? Друг? Наставник?

– Что это изменит?

– Я хочу знать, можно ли ему доверять.

– Можно.

– Имя, Эйдан, – настаивал Ингвар.

– Цедас, – нехотя ответил я и поспешно добавил: – Он не хотел отпускать меня одного. Мы ничего не знали про труп.

– И вы решили вдвоём навестить опытного мага, который способен вас убить?

– Посмей он колдовать, мы бы заметили. Он ведь не стихийник, а ритуальщик.

– Ритуальщик, отлично управляющийся с артефактами. Вам не приходило в голову, что у него в арсенале может быть десяток артефактов? На двери элементарно могла стоять ловушка.

– Цедас тоже артефакторщик, – возразил я. – Он бы почувствовал.

– Во имя Безликих… – вздохнул Ингвар. – На что вы надеялись?

– Я хотел узнать имя нанимателя. Если бы Санд был жив, мы смогли бы договориться.

– Будь Санд жив, он ни при каких условиях не сделал бы этого.

– Почему вы так думаете?

– Потому что мы оба знаем, что в этом замешаны Бьерды.

Не считая друзей, родителей и Емриса, Ингвар был первым, кто так открыто разделил моё мнение. Его слова наполнили меня благодарностью.

– Спасибо мастер, – искренне сказал я. – Но я с вами не согласен. Если бы Санд не знал имя нанимателя или не захотел его называть, ему бы грозил Зал правды.

– Санд умер бы ещё в застенках темницы или даже во время задержания, доложи вы о нём.

– Всё настолько плохо? – уныло спросил я.

– Моё последнее дело было связано с убийством двух дворянок, не имевших покровительства Дома, – неспешно сказал он, сжав переносицу. – Когда улики привели меня к Йелнанам, начальство приказало прекратить расследование. Единственный очевидец был убит в своём доме на следующий день после допроса.

– Неужели купить можно любого? – с горечью пробормотал я.

– Великие Дома имеют великую власть, Эйдан. Не подкупят, так запугают или убьют. Многие из них благоразумны, а некоторые – нет. Они стараются не переходить черту, опасаясь мятежей. Однако совершая преступление, они знают, что всегда выйдут сухими из воды.

– Так значит нашлись улики и на Бьердов?

– Улика, – уточнил Ингвар. – Косвенная.

– Что именно?

– Агенты исследовали каждый клочок и нашли перчатку с гербом Бьердов, – ответил он. – По трупу было ясно, что убийство совершил маг и достаточно давно. Перчатка же выглядела так, словно её обронили в то же самое время.

Я знаю, что столичные благородные, имеющие родовые метки, частенько в зимнее время носили перчатки с гербом, чтобы подчеркнуть свой статус – это была дань моде.

– Интересно… – сказал я и решил добавить: – Но ведь это ничего не значит. Её мог подкинуть кто угодно.

– Как я и говорил, улика косвенная, однако она навела агентов на кое-какие мысли, – произнёс Ингвар. – Информация дошла до верхов, и этого хватило, чтобы закрыть дело.

– Даже не знаю, что сказать.

– Не лезь больше в подобные передряги, Эйдан, – мягко попросил Ингвар. – Есть вещи, которые ты не в силах изменить.

– Речь идёт не только о справедливости, речь идёт о моей жизни, мастер Ингвар!

– Верно, – кивнул он. – И в случае опасности используй любые доступные средства, чтобы защитить себя.

– Должна же быть на Бьердов хоть какая-то управа.

– Такая управа есть, – вдруг сказал он. – Убийство. Готов попробовать убить всех Бьердов до единого?

– Я не это имел в виду…

– Тогда будь разумнее. Всё гораздо сложнее, и ты должен это понимать.

– Ладно… Вы же ни с кем не будете это обсуждать?

– Я сказал: всё останется между нами. Я ценю доверие, которое ты мне оказал.

– И я ценю вашу поддержку, мастер Ингвар. Вы уж простите, что так вышло.

– Из тебя получился бы хороший сыскарь, – улыбнулся он. – Улик не оставил, письмо подготовил правильно, конспирации придерживался. Шальной из Ултои… Подумать только.

– Так вы и про прозвище знаете? – вскинул брови я.

– Разумеется, – сказал он и усмехнулся: – Студент академии сделал за агентов всю их работу. Как ты прознал про Быка и его людей?

– Через беспризорников.

– Грамотно, – одобрительно кивнул Ингвар. – Свой человек?

– Да.

– Хороший получился бы сыскарь… – повторился он. – Что ж, не буду тебя задерживать. И не забудь заглянуть перед каникулами.

– Конечно, мастер. Спасибо вам за всё.