290 890 произведений, 24 000 авторов.

» » Янир (ЛП) » Текст книги (страница 2)
Янир (ЛП)
  • Текст добавлен: 6 декабря 2019, 19:00

Текст книги "Янир (ЛП)"


Автор книги: М. К. Айдем






сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 22 страниц)

– Я могу сказать, что у тебя будут проблемы, когда ты вырастешь, Зев, – Эбби обнаружила, что не может не улыбнуться молодому мужчине. Он очень напоминал ей младшего брата. Дэйви тоже смотрел на вещи по-другому и находил юмор там, где другие его не видели. Некоторых это раздражало. Эбби находила это поучительным.

– Я надеюсь, – сказал ей Зев и одарил ее широкой улыбкой, которая заставила Янира напрячься, когда Эбби в ответ так же широко и искренне улыбнулась.

– Это мой второй самец, Вали, – прервала напряженность Исида, которая вдруг начала расти между двумя братьями. – Он мой самый спокойный и серьезный потомок, он всегда больше смотрит и слушает, нежели говорит.

– Здравствуй Вали, – заговорила первой Эбби.

– Леди Эбби, – ответил Вали, слегка поклонившись.

– И мой первый отпрыск, Улл, – произнесла Исида с тревогой, заметив, что Улл с трудом сдерживал себя. Это было видно по его взгляду, которым он смотрел на окружающих. Так было всегда, когда он пытался скрыть свою боль или разочарование.

– Привет, – Эбби обнаружила, что хотела бы сказать больше, но взгляд Улла заставил ее замолчать.

Его глаза были такими темными и холодными, когда он посмотрел на нее.

– Как ты сумела узнать Янира, не видя его раньше? – требовательно произнес Улл.

Янир сделал шаг вперед, инстинктивно защищая Эбби от разъяренного взгляда брата. Он знал, что Улл был оскорблен и расстроен тем, что во время Церемонии Соединения выбрали не его, но он не ожидал, что тот направит свой гнев на Эбби.

– Следи за тем, как говоришь, обращаясь к моей леди! – зарычал на брата Янир.

– Я требую от нее ответа! – рявкнул в ответ Улл, сделав шаг в сторону Янира.

– Ты не можешь больше ничего требовать, воин Улл, – своей интонацией Янир не уступал своему старшему брату. – Я больше не твой младший брат, который должен исполнять указания своего будущего лорда. Теперь я – лорд, и ты не будешь мне приказывать.

– Может быть, ты и лорд, но если ты каким-то образом нарушил правила Церемонии Соединения, чтобы заполучить женщину, то я предъявлю обвинения.

– Оставайся на месте! – приказал Орион своему первому отпрыску, схватив того за плечо. – Я уверен, что твой брат ничего подобного не делал и объяснит, что имела в виду Исида, – Орион окинул жестким взглядом своего третьего потомка.

Раньше бы Янир съежился, если бы его манно обратил на него такой взгляд – взгляд, требующий ответа. Однако теперь Янир был лордом, а не третьим отпрыском, который должен был держать ответ перед манно и господином. И все же он не смог заставить себя проявить неуважение к нему, оставив вопрос без ответа.

– Как уже сказала мама, я никогда не видел Эбби до Церемонии Соединения.

– И все же она узнала тебя. Узнала ТЕБЯ. Выбрала ТЕБЯ! – выплюнул Улл.

– Да, – согласился Янир. – Потому что я разговаривал с ней. Но никогда не видел ее. Никогда не касался ее.

– Ты говорил с ней! – лицо Улла потемнело от гнева, и он проигнорировал предупреждающий жест своего манно, сделав еще один шаг к Яниру. – Ты нарушил правила Церемонии Соединения! Вы знаете, что он нарушил закон!

– Довольно!

Звук разбившегося хрустального бокала заставил всех в шоке повернуться и посмотреть на Эбби.

* * *

Эбби не могла поверить в то, что видела и слышала. Она уже прошла через многое за этот день. Да, слишком многое сегодня произошло буквально в один миг, и она знала, что они все еще приспосабливаются, но это было уже чересчур.

Если бы не Исида и Лиза, у нее никогда бы не хватило смелости приблизиться к Яниру. Они заставили ее понять, что если она хочет быть с ним, ей придется сделать первый шаг. И вот, она стояла на арене Ассамблеи, где происходило собрание лордов, выставляя напоказ свое самое сокровенное желание – принадлежать Яниру. Она хотела быть его женщиной, потому что он был единственным мужчиной, которого, казалось, действительно заботило то, что она чувствовала, и который пытался заставить ее почувствовать себя лучше и подготовить ее к тому, что должно было произойти. Он слушал ее, что, как она поняла, умели немногие торнианские мужчины.

И теперь, последствия его действий не заставили себя долго ждать – его собственный брат напал на него.

Эбби никогда не была так благодарна Вселенной, что не выбрала Улла во время Церемонии Соединения. Если он так обращался со своим братом, то тогда как бы он обращался с женщиной?

Но теперь она была леди Янира и никто – будь то брат, манно, мать или сам Император, не могли так с ним разговаривать, угрожать ему, не тогда, когда она была рядом.

– Довольно! – яростно произнесла она, разбив вдребезги бокал об пол, прежде чем встать между двумя огромными самцами. – Кем ты себя возомнил, черт возьми?! – она возмущенно ткнула пальцем в грудь Улла.

– Я воин… – начал было Улл, но Эбби прервала его.

– Я знаю, кто ты! – пренебрежительно проговорила она, ткнув в него еще сильнее, и от этого заставив его вздрогнуть. – Почему ты решил, что имеешь право задавать какие-то вопросы Яниру?

– Я… – вдруг замолчал ошеломленный Улл. Он не мог поверить, что эта маленькая женщина так с ним разговаривает. Он был первым самцом лорда Ориона.

– Ты хоть представляешь, через что мы прошли из-за вашей чертовой Церемонии Соединения?! – возмутилась она. – Ты хоть раз задумывался над тем, что мы чувствовали, стоя на той проклятой арене, когда все глядели на нас, как на стадо скота?! Тебе было все равно, кого из нас ты получишь, – продолжала обвинять его она. – Тебя волновало только то, что у тебя будет самка! – Эбби даже не осознавала, сколько ярости, гнева и страха накопилось в ней, пока не начала говорить. – Ты когда-нибудь задумывался о том, что нам могло быть просто страшно? – продолжила она – Нас украли, похитили и привезли в незнакомое место, чтобы вы могли «соединиться». Никто не спросил, хотим ли мы этого, нас просто забрали! Никто не хотел с нами разговаривать. Никто не пытался нам помочь. Даже вы, Исида… – взгляд Эбби устремился на мать Янира. – Вы просто сидели там со всеми остальными торнианскими женщинами и молча наблюдали, как Риса мучила нас, угрожала нам и говорила всякие ужасные вещи. Вы ни разу не попытались помочь, не попытались остановить это.

– Нет… – прошептала Исида со слезами на глазах.

– Янир, – пылающий негодованием взгляд Эбби вернулся к Уллу, – был единственным, кто пытался помочь. Он слышал, как я плакала в саду, и через изгородь отважился заговорить со мной. Он попытался убедить меня, что все будет хорошо, что избранные мужчины достойные и благородные. Он ни разу не назвал мне своего имени, а я не назвала своего. Какой в этом был смысл? Для вас, торнианцы, любая самка так же одинаково хороша, как и все остальные.

– Это не так, Эбби, – произнес Янир, робко проводя рукой по ее спине.

– Может быть для тебя, – сказала Эбби, поднимая глаза, чтобы встретиться с его взглядом. – Я знаю это, потому что ты похож на своих родителей, но и ты не пытался остановить Церемонию, – боль отразилась в ее глазах, и ей пришлось сморгнуть слезы. – Ты бы позволил другому, возможно, твоему собственному брату, потребовать меня, если бы Лиза не нашла способ остановить это. Чем тогда ты лучше них? – спросила она с горечью, а потом перевела взгляд на Ориона.

– Вы стояли на этом Собрании, и хотя вы голосовали против отправки «Искателя», вы все равно представили мужчину из своего дома, вашего первого потомка, который прибыл на Церемонию Соединения, – слезы Эбби высохли, когда она посмотрела на своего мужа. – Если бы вы действительно верили, что происходящее было настолько неправильным, тогда вы бы никогда не представили мужчину своего Дома.

Глаза Ориона расширились от услышанного обвинения, а его рот открылся, чтобы возразить, но он так ничего и не произнес, потому что она была права. Она произнесла вслух то, о чем он не хотел слышать, но что не мог опровергнуть.

– Вы не были защищены на своей Земле, – сказал ей Улл.

– Мне не нужна была защита, пока не появились вы! – парировала Эбби. – Я была в безопасности! Я училась на третьем курсе колледжа. Я готовилась стать учителем. Я хотела учить детей. Я хотела помогать им учиться и расти, и сыграть определенную роль в оказании им помощи в достижении их мечты. Вы отобрали это у меня! И это даже не беспокоит вас, Улл! – Эбби видела по его глазам, что это не так. – То, чего я хочу, то, что мне нужно, для тебя не имеет значения. Все дело только в тебе, в твоих желаниях и потребностях. Ты действительно думаешь, что это делает тебя достойным воином? Что это отличает тебя от Бертоса, который хотел быть Императором и не заботился о том, что должен был сделать, чтобы получить желаемое?

От ее обвинения Улл побледнел.

– Янир был единственным, кто, по крайней мере, пытался делать правильные вещи. Несмотря на то, что это, по-вашему, «нарушало» какой-то ваш закон, он поступил правильно. Он знал, что это никогда не пойдет ему на пользу, и ты хочешь наказать его за это? Как тебе не стыдно! Стыд и позор всем вам! – голос Эбби сорвался, когда она закончила.

Эбби никогда не любила привлекать к себе внимание. В юном возрасте она поняла, что если она так делала, случалось что-то плохое. Ее родители своей любовью и непоколебимой поддержкой пытались помочь ей преодолеть застенчивость и желание быть незаметной. И с их помощью в ней постепенно росла ее уверенность в себе, и она смогла преодолеть эту болезненную часть своей жизни, но были времена, как в данный момент, когда все, чего она хотела, – это исчезнуть.

Но вдруг она осознала, что сейчас была окружена теплом и защитой рук Янира. Повернувшись, она позволила себе спрятаться в его объятиях и заплакать.

* * *

Орион наблюдал, как храбрая маленькая самка, которая выбрала его третьего потомка, казалось, вот-вот рассыплется на мелкие кусочки, когда руки Янира обвились вокруг нее, а затем она исчезла в его объятиях. Она была такой храброй, для такой малышки. Она противостояла им всем и прямо заявила им, что они не правы.

Противостояла ему, лорду.

Уллу, его первого потомку и будущему лорду.

Она даже восстала против Янира, ее выбора и лорда.

Она даже противостояла Исиде, другой женщине. Она противостояла им всем и заставила их понять, что их решения, возможно, были неверными, заставила их задуматься о том, как это повлияло на других. Это было то, чего никто из них не делал. О, может они и были возмущены кое-чем из того, что произошло, но, по правде говоря, они все были так же виновны в произошедшем, как Бертос и Риса. Им потребуется время, чтобы принять это, но сейчас нужно позаботиться о чем-то более значимом, и это была Эбби.

– Янир, проводи свою леди в свои покои и успокой ее. Я разберусь с остальным.

Кивнув манно, Янир подхватил Эбби на руки и, в последний раз сердито взглянув на Улла, вынес ее и направился в свою комнату отдыха, которой он пользовался с тех пор, как прибыли его родители.

Орион подождал, пока Янир и Эбби покинут помещение, прежде чем накинуться на своего первого потомка.

– О чем ты вообще думал?! – зарычал он на Улла. – Обвинить собственного брата!

Улл весь напрягся от слов своего манно.

– Потому что это правда! – вскинулся Улл. – Он нарушил закон! Ни один мужчина не должен был разговаривать с женщинами! Если бы он не сделал это, то…

– Что он натворил, Улл? – мягкий вопрос Исиды заставил обоих мужчин замолчать. – Что ты посчитал неправильным? Что он смог успокоить женщину, которую никогда не видел и не трогал? А потом он отступил в сторону, позволив ей пройти через Церемонию Соединения, когда хотел бы забрать ее себе? Или что он хотел убедиться, что у тебя, его брата, есть шанс заполучить женщину? Расскажи мне, мой потомок, что он сделал не так?

Улл чувствовал всю тяжесть слов матери, видел в них истину, но все равно его гнев не утихал.

– Должно быть что-то еще. Она знала, кто он такой. Узнала его. Она выбрала именно его.

– И это был не ты, – Исида знала, что именно это его и беспокоит. – Ты. Первый потомок лорда Ориона. Ты. Кто более чем доказал свое право на самку не только перед своим манно и лордом, но и перед воинами, которыми ты однажды будешь править. Ты достойный мужчина, и однажды ты будешь править Домом Ригель и планетой Бетельгейзе. Ты упорно трудился, собирая необходимое богатство, чтобы привлечь женщину, но ни одна земная женщина не выбрала тебя. Эбби отказала тебе дважды, и это то, из-за чего ты так злишься.

– Нет… – начал было Улл, но следующие слова матери, заставили его остановиться

– Да, мой отпрыск, – возразила ему Исида. – Это твоя гордость заставляет тебя набрасываться на брата. Я видела тебя, когда Янир был избран лордом. Ты сел прямее, был полон гордости, которую может испытывать только брат. Ты знал, что Янир был более чем способен выполнить задачу, возложенную на него Императором, так же, как он всегда знал, что и ты сделаешь то же самое, когда придет твое время править Бетельгейзе. Вы все соревнуетесь друг с другом, – глаза Изиды пробежались по двум ее другим мужчинам, – но вы всегда поддерживали друг друга, держались вместе. А теперь, когда Янира выбрала женщина, где же твоя поддержка? Когда ты нужен ему больше всего.

– Она знала, кто он такой.

– Да, может это так. Ты хочешь сказать, что женщина не должна знать мужчину, с которым она соединяется?

– Нет, но они…

– Не должны были… правда, Улл? Это справедливо или честно, потому что так гласит закон? – когда Улл не ответил, Исида продолжила. – Я скажу тебе правду, Улл, но верить или нет, решать тебе. Я узнала о том, что произошло между Эбби и Яниром сегодня, и то, только когда мы с Лизой нашли Эбби плачущей в саду. Она увидела Янира в начале недели, когда он отправился на встречу с Королем Гримом. Она узнала его голос, но не знала его имени. Она планировала вернуться на Люду вместе с другими женщинами и надеялась, что сам он представит себя, чтобы они могли «официально» познакомиться. Она узнала его имя, только когда его избрали лордом.

– Так вот почему она выбрала его! – Улл знал, что был прав с самого начала.

– Нет! – моментально возразила Исида. Резкость тона матери потрясла Улла, она никогда раньше не говорила с ним так. – Вот почему она плакала! Она думала, что теперь никогда не сможет претендовать на него.

– Что? – Улл был не единственным, кто смотрел на нее в замешательстве.

– Эбби думала, что, поскольку Янира избрали лордом, у него не будет времени на женщину, по крайней мере, такую, как она. Она думала, что он будет искать для себя храбрую и сильную самку, такую, как Королева или Императрица.

– Эбби может и не хватало роста, но храбрости в ней хватало с лихвой. Она, только что не моргнув глазом, сумела противостоять пяти торнианскими воинам, – фыркнул Орион от этого заявления.

– Я полностью согласна, – произнесла Исида, прекрасно понимая ход мыслей своего мужчины. – Но сама Эбби не знала об этом, поэтому она так плакала, потому что думала, что потеряла Янира. Я убедила ее, что любой мужчина охотно примет ее. Только тогда она раскрыла его имя.

– Янир не знал? – задал вопрос Вали, внимательно выслушав все, что говорила его мать.

– Нет, – ответила ему Исида. – Я даже не рассказала об этом вашему манно. Просто не было времени.

Все глаза повернулись к Ориону.

– Твоя мать говорит правду. Я не знал ничего, пока не было подано прошение от дома Луанды.

– И все же он не должен был разговаривать с ней, – уже не так гневно произнес Улл.

– Как сказала Королева Лиза – «есть законы и есть справедливость», и иногда это две совершенно разные вещи. Ты хочешь наказать за это своего брата, Улл?

Улл перевел взгляд с матери на братьев и, наконец, на манно и понял, что все они были уверены, что Янир поступил правильно.

Повернувшись, он молча вышел из комнаты.

Глава 3

Янир пинком захлопнул за собой дверь, пока нес все еще плачущую Эбби через свою комнату, чтобы присесть вместе с ней на софу. Теперь он занимал эти покои, с тех пор как его родные прибыли на Церемонию Соединения. До этого он занимал комнаты вместе с Императорской гвардией в противоположном крыле Торино, как раз вблизи с садом женской половины дворца.

Его семья прибыла на следующий день после того, как он впервые заговорил с Эбби, как раз за день до первоначально назначенной даты Церемонии Соединения, если бы Королева Лиза прибыла вместе с остальной группой женщин. Они планировали прибыть раньше, но проблемы с их кораблем задержали их.

Если бы они прибыли на день раньше, Янир, может быть, никогда бы не прошел мимо той ограды. Он бы никогда не услышал, как плачет его Эбби. Эта небольшая проблема с «Искателем» изменила жизнь Янира, и он поблагодарил Богиню за это, потому что иначе бы он не держал бы сейчас в руках свою Эбби.

– Пожалуйста, успокойся, хунаджа. Клянусь, ты в безопасности. Здесь тебе не причинят вреда.

Эбби изо всех сил пыталась взять себя в руки. Она знала, что ее слезы ничего не решат. Глубоко вздохнув, она отодвинулась от груди Янира и посмотрела на него.

– Почему ты мне не сказал? – спросила она.

– Сказал тебе что? – переспросил он в замешательстве, глядя на ее заплаканные щеки.

– Что из-за общения со мной у тебя могут быть неприятности. Что будет, если Улл расскажет об этом Императору? Тебя накажут? – вопросы один за другим слетали с губ Эбби.

– Шшшш, Эбби, все будет хорошо, – произнес он.

– Откуда такая уверенность?

– Потому что это – всегда только выбор женщины, с кем она желает соединится, а ты выбрала меня, – во что Яниру до сих пор было трудно поверить. – Это было засвидетельствовано не только Императором, но и вашим покровителем, Королем Гримом, который дал свое согласие. И что бы кто ни говорил теперь, только в твоей власти изменить свершившееся.

– В моей? – спросила Эбби, смущенно глядя на него.

– Ты можешь попросить выбрать другого самца, у которого ты решишь попросить защиты, если предыдущий будет тебя не устраивать. Ты лишь просто должна заявить об этом, Эбби, – он очень переживал об этом. – Ни один мужчина не может претендовать на тебя.

– Но Лукен претендовал на Лизу.

– Потому что это было до Церемонии Соединения, – Янир видел, что она до сих пор не понимала всего до конца. – Все будет хорошо, Эбби, поверь мне.

– А Улл?

Янир тяжело вздохнул.

– Мой брат успокоится. Сейчас он просто…

– Уязвлен, – закончила Эбби за него.

– Да, – Янир кивнул в знак согласия. – Ты должна понять, Эбби. Улл – достойный и сильный воин. Храбрый. Верный. Такой, каким должен быть первый потомок, особенно первый потомок лорда. Однажды он будет править Домом Ригель и будет править достойно, потому что он действительно заботится о нашем народе. А твой выбор…

– Я не хотела причинить ему боль. Никто из нас не знал. Мы просто не хотели, чтобы нас заставляли соединяться с мужчинами, которых мы не знали.

– Я знаю это, хунаджа, и он поймет, что вел себя неподобающе. Но это займет какое-то время.

– Что это значит?

– Что?

– Хун… хуна…, ты уже во второй раз называешь меня так.

– Хунаджа? – Янир слегка нахмурился, пытаясь подобрать правильное слово. – Это очень редкое вещество на моей родной планете Бетельгейзе.

– Планета охотников, верно? – спросила Эбби.

– Да, – усмехнулся Янир. – Ты знаешь о ней?

– В программе Обучателя была информация об этом, когда они выдали ее после того, как нас опоили какими-то наркотиками, – ответила Эбби, и улыбка пропала с лица Янира.

Опоили…

Они накачали этих женщин наркотиками, сделав их невменяемыми. Что мог сделать с ними такой самец, как Лукен, когда они были в таком состоянии? В Янире еще больше возросло чувство стыда за свой народ.

– Почему оно такое редкое? – мягко напомнила Эбби, не зная, где были мыли Янира.

– Потому что, чтобы получить его, необходим труд многих меилайнен.

– Меилайнен?

– Да, – Янир замолчал на мгновение, пытаясь придумать, как все это объяснить, – Это маленькие летающие существа, которые живут только в самых отдаленных районах Бетельгейза. Они собирают нектар с цветущих растений и делают хунаджа, который они так яростно охраняют. Это густая, золотистая, липкая субстанция, очень сладкая и подается только для самых торжественных и значимых случаев. Он очень востребован… и это цвет твоих волос, – произнес он, благоговейно касаясь прядей ее волос, поражаясь тем, насколько они шелковистые.

– Мед? – спросила Эбби, нахмурившись. – Ты говоришь о меде?

– Я не знаю такого слова, – ответил Янир.

– На Земле такое делают пчелы, маленькие летающие существа, – Эбби показала размер, почти соединив большой и указательный пальцы, и Янир кивнул в знак понимания. – Оно тоже сладкое, и пчелы его защищают. Некоторые называют мои волосы «медовым блондом», я просто называю их светло-русыми.

Эбби указала ему на свои волосы, где все еще находилась его рука.

– Они прекрасны, – прошептал Янир, обласкав взглядом ее локоны, чтобы снова потом заглянуть в ее голубые глаза. – Это было то, что сразу привлекло мое внимание, когда вы вышли на арену Ассамблеи. Я не мог отвести от них глаз.

– Но ты не знал, что это я, – прошептала Эбби.

– Да, и мне было стыдно, что я смог обратить внимание на кого-то другого, когда все, чего я хотел, – это ту, с кем я говорил.

– Но той другой оказалась я…

– Теперь я это знаю, – он осторожно провел костяшками пальцев по ее щеке, ища в ее глазах малейший признак страха, но она в ответ прижалась к нему щекой. – Я искал тебя. Ты знала об этом? – прошептал он. – Я искал малейшую причину, чтобы попасть в покои Короля Грима и поговорить с ним, надеясь услышать твой сладкий голос.

– Я слышала тебя, – призналась Эбби. – Однажды, когда шла в сад, я услышала тебя. Ты разговаривал с Гримом. Я спряталась за кадкой с растением, – она робко посмотрела на него.

– Почему? – Янира пронзила боль от мысли, что она хотела спрятаться от него. – Почему ты спряталась, Эбби? Я тебя пугаю?

– Нет! – тут же возразила она.

– Тогда это было потому, что ты узнала, кто я… о моей семье… – Эбби не понимала печали, которая заполнила его глаза. – Что я – всего лишь третий отпрыск…

– Какое отношение к этому имеет твоя семья? Или что ты третий отпрыск? Ты всегда будешь третьим отпрыском…

– Но теперь я – тоже лорд.

– И ты думаешь, что это важно для меня? – Эбби не могла поверить в такое и поняла, что ее гнев вновь возвращается. Как он мог так подумать! Покинув его объятия, она встала лицом к нему, уперев руки в бедра, гневно сверкая глазами. – Ты думаешь, я выбрала тебя из-за твоего положения?

– Конечно. Это из-за отсутствия моего положения ты пряталась за растением, – прямо ответил он.

– Чушь собачья! Одно не имеет ничего общего с другим. Во-первых, я спряталась за этой кадкой, потому что хотела убедиться, что это действительно ты. Ты говорил не громко, и я собиралась уже подойти к вам, когда Грим увел тебя. В следующий раз, когда я тебя увидела, ты влюбленно смотрел на Ким и Лизу, что даже не заметил, что я вошла, поэтому я ушла.

– Я… – Янир не мог поверить, что он был так близко к ней и не знал этого. И что означало это слово?

– Что такое, эмм… влюбленно.

– Это значит очаровано, увлечено.

– Это не так!!! – Янир внезапно поднялся с кушетки, возвышаясь над ней, но Эбби не отступила. – Я только выказал им уважение, которого они заслуживают.

– Да. Я это видела. Ты проявил огромное уважение к ним, к их красоте и к тому, что они сделали. Как я могла бы конкурировать с ними?

– Конкурировать? – Янир был в полном недоумении.

– Да, конкурировать! Я совсем на них не похожа! Я – не высокая и не стройная. Я – не храбрая и не сильная. Я – просто я, Эбби Джеймисон с Земли.

Янир посмотрел на Эбби, не в силах поверить в то, что она говорила. Как она могла думать о себе ниже, чем как о прекрасном существе, которым была? Она думала, что он желал других женщин, что он найдет ее недостаточно приемлемой, если увидит. Невозможно. Казалось, Королева Лиза была права, недоразумения и в правду должны были возникнуть.

– Эбби…

– Я решила, что подожду, придет ли прошение от тебя о разрешении посетить Люду. Если бы ты это сделал, тогда у меня, возможно, все еще был бы шанс, но потом ты стал этим важным и могущественным лордом, а не просто обычным воином. Лорд, которому Император лично поручил сложнейшую задачу. Я знала тогда, что ты никогда не явишься на Люду и никогда не выберешь меня, даже если бы и выбирала я. Черт, я даже не знала твоего имени, пока Император не произнес его. Тебе нужен кто-то вроде Лизы или Ким рядом с тобой, женщина, которой мужчина может гордиться, которая будет ему парой, а не обычная Эбигейл Джеймисон.

– Ты не обычная! – Янир схватил ее за плечи, притянув в плотную к себе, когда он наклонился, сердито глядя на нее. – Никогда больше так не говори о себе! – он бы этого не потерпел. – Ты прекрасна, удивительна и храбра! Любой мужчина удостоился бы высокой чести, если бы ты выбрала его, но этому не бывать, – яростно произнес он, – потому что ты выбрала меня! Ты – моя!

Янир рывком поднял Эбби в воздух, крепко прижав ее к своей груди, в то время как им завладел инстинкт, старый как само время.

* * *

Эбби тихо вскрикнула, когда Янир поднял ее в воздух, но его губы быстро заставили ее замолчать. О Боже, он поцеловал ее. Янир…. целовался с ней. Ее пальцы инстинктивно впились в твердые мышцы его плеч, которые проступали сквозь черную форму, которую он носил. Сколько ночей она пролежала в постели, мечтая о том, как он поцелует ее, как он будет любить ее, еще до того, как узнала, как он выглядит. И как только она увидела его… она тут же подумала, каково это – ощутить его красивые полные губы на своих. Теперь она узнала, и это было великолепно.

Застонав от удовольствия, Эбби слегка поласкала языком эти губы. Когда они открылись, она проскользнула им внутрь, желая попробовать, каков он на вкус. И она получила ответ. Все ее тело задрожало от удовольствия, а вкусовые рецепторы словно сошли с ума. На вкус он был дерзким и крепким, но в то же время пряным, с оттенком сладости, как крепкий черный кофе, который она любила пить, особенно когда добавляла в него немного сливок и сахара. Боже, ей понравился этот вкус, ей понравился его вкус.

Она вдруг захотела большего. Рубашка Янира была мягкой и шелковистой, но ей хотелось почувствовать кожу, горячую… мужскую… кожу. Подняв руки вверх, она обхватила его за шею, намереваясь просунуть их под рубашку, когда ее отвлекла большая ладонь, которая прошлась по ее изгибам, прежде чем опустилась на ее зад.

Она собиралась было оторвать свои губы, чтобы сделать какой-нибудь умный комментарий, когда его пальцы погрузились в ее пышную плоть, и он поднял ее так, поместив свой член напротив развилки ее бедер. И она потеряла способность мыслить.

О Боже, как же она этого хотела. Она хотела, чтобы он был внутри нее. Хоть Эбби не была очень опытной, раньше только единожды она была с мужчиной, много лет назад, а Янир отнюдь не был тем мальчиком из далекого прошлого.

Когда Янир оторвал свой рот от ее губ, но она лишь крепче сжала его и захныкала в знак протеста.

* * *

Янир понял, что потерял себя, как только его губы коснулись губ Эбби. Богиня! Это было большее, о чем он когда-либо мечтал, а его мечты были безграничны. С тех пор как он увидел, как Грим целует Лизу на Собрании, он хотел сделать то же самое с женщиной, с которой разговаривал. Он задавался вопросом, как будут ощущаться ее губы, и теперь знал, каково это. Они были настолько мягкими и нежными, что был просто уверен, что это ощущение несравнимо ни с чем, а затем ее большая полная грудь прижалась к его твердому торсу, и он понял, что кое-что может с этим сравниться.

Богиня, как будто она была сделана только для него, как будто они были вырезаны из того же куска дерева, разделенные временем и расстоянием для того, чтобы только теперь воссоединиться. Ее мягкость окружала все его твердыни, приветствуя его. Он не смог подавить стон, когда ее язык смело коснулся его губ, а когда ее язык проскользнул внутрь, обвив его в чувственной ласке, он почувствовал, как дрожь пробегает по всему его крупному телу.

Когда Эбби немного отступила, он последовал за ней, не желая терять чувства, которые она рождала в нем. Ему было все равно, куда она ведет, пока он был с ней. И туда, куда она заведет, это место, которое он никогда не хотел покидать, потому что в этом удивительном месте он обнаружил, что она на вкус слаще, чем хунаджа, которую он так любил. Он, не торопясь, исследовал ее рот, убедившись, что не оставил ни одного дюйма нетронутым или недооцененным в своей потребности узнать ее, заявить о себе, сделать ее своей. Богиня, если бы ее рот был таким сладким, каково было бы ее сердце?

Эта мысль заставила его обнять ее за плечи одной рукой, удерживая на месте, чтобы его другая рука могла исследовать ее пышные изгибы, пока не достигла ее великолепной попки. Схватив ее, он приподнял девушку выше, прижимаясь к ней своим твердым членом.

Богиня, как он хотел найти свое освобождение внутри нее. Он хотел почувствовать ее мягкость вокруг той части себя, которая теперь была крепче любого торнианского меча. Он хотел знать, каково это, когда ее мягкие бедра обхватывают его вокруг талии, прижимая к себе его так же, как ее руки обвились вокруг его шеи.

Он хотел, чтобы она была под ним, над ним, вокруг него. Он хотел дать ей такое освобождение, чтобы она позабыла любого мужчину, который был до него, он хотел… оторвавшись от ее губ, он глубоко вздохнул, пытаясь взять себя в руки.

Услышав ее тихий стон, Янир внезапно осознал, что он сделал и как крепко сжимал ее своими руками. Богиня, он причинял ей боль!

Широко распахнутые голубые глаза растерянно смотрели на него, заставляя Янира почувствовать себя самым недостойным из мужчин. Никогда в жизни он не думал, что причинит боль женщине, особенно такой драгоценной, как его Эбби, но он причинил ей боль.

– Богиня, Эбби, прости меня!

Ошеломленная, Эбби смотрела на него. Почему он извинялся? Разве ему не нравилось целовать ее? Она была слишком смелой? Обычно она не была такой, но с ним… Эбби обнаружила, что в ней не было ни капли застенчивости, когда они были вдвоем. Не тогда, когда он был рядом с ней. Они разговаривали так много раз о стольких вещах, но теперь она поняла, что на самом деле не знает ничего о Янире… Что он действительно не знает ее и что они никогда не узнают, если не будут говорить друг с другом. Если они не будут задавать вопросы, то не смогут понять друг друга.

– За что ты извиняешься? – мягко спросила она, крепко сжимая его шею, когда он расслабился.

– Я говорил с тобой, находясь в гневе, – начал было он.

– Ну и что? Ты разозлился и говорил. Что в этом плохого?

Восторг наполнил Янира.

– Я… это тебя не расстроило? Не напугало?

– Я не боюсь тебя, Янир, – честно ответила она. – Что касается расстройства. Я тоже разозлилась. Ты на меня сердишься?


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю