Текст книги "Жрец Хаоса. Книга VI (СИ)"

Автор книги: М. Борзых

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 16 страниц)

Глава 22

Августовское солнце нещадно палило, при этом Алиса старалась держаться с теневой стороны, отчасти прячась в моей тени. Хоть широкополая шляпа скрывала её лицо, мне казалось, будто девушка старается как можно реже оказываться на солнце любыми частями тела в принципе. После того как я видела резиденцию Тенишевых, меня не удивляла их нелюбовь, скажем так, противоположной первостихии. Но если мне не изменяет память, даже мурза чувствовал себя достаточно сносно на солнце, во всяком случае сейчас, после наших с ним лечебных процедур. Алиса же, насколько я мог помнить, скрывала даже ладони и стопы. И вот что удивительно, скрывала она их даже после захода солнца, когда мы купались в море. Возможно, просто плавательный костюм был сконструирован на все случаи жизни и времена суток. А возможно, я искал причину не там, где она была на самом деле.

– Алис, а где вы начали изучать языки? Это достаточно интересное занятие и быть специалистом в стольких направлениях – это почётно в любом возрасте, но, подозреваю, такая многогранная специализация требовало очень много времени для изучения материала.

– О, когда ты один из множества детей в семье, а в качестве приданного у тебя совершенно ничего нет, вся твоя ценность – в магических силах, которые у тебя, возможно, откроются, а возможно, и нет. Родителям приходится сильно извращаться для того, чтобы пристроить своих чад удачно замуж, и, хоть я имела титул принцессы как одна из дочерей герцога, по сути, за душой у меня не было ни гроша. Родители какое-то время занимались археологическими раскопками в Месопотамии для самых различных семейств Европы. Именно с ними пришлось на практике изучать языки древностей, тем более в детстве поглощение информации и её усвоение происходит гораздо легче. Изучение происходило в виде игры: перерисуй всевозможные картинку и вырезанные руны на камне, назови царя, которому поставили статую ан входе в город, чем иероглифы на въезде в город отличаются от иероглифов на выезде. Города, занесённые песком, вскрытые могильники, древние храмы и амфитеатры стали площадкой для детских игр. Я в детстве успела насмотреться достаточно для того, чтобы хоть и бегло, но разбираться в таких вопросах; у меня было почти двенадцать лет практики в том или ином роде. Когда же во мне проснулась магия несколько иного толка, моя беззаботная жизнь завершилась.

Что же, это многое объясняло, поскольку подобного рода занятия действительно в детстве усваивались лучше всего. Невозможно стать профессором-теоретиком в возрасте девятнадцати лет, но если вопрос касался практики, то здесь Алиса была более чем образована.

– Снимаю шляпу перед вами, сударыня! Вы – потрясающая женщина.

– Кукушка хвалит петуха за то, что хвалит он кукушку! – рассмеялась Тенишева. – А сами-то не хуже! Откуда у вас познания в самых разных областях? Судя по тому, что я от вас слышу, у вас образование тоже гораздо более разветвлённое, чем привыкли давать дворяне в местном обществе своим детям.

– О, вы знаете, со мной тоже не самая простая история вышла, – решил я отчасти использовать реальную историю Юрия Угарова, но в несколько приукрашенном варианте. – В детстве я настолько любил читать, что периодически сбегал из дома в ближайшую типографию и, представляясь ребёнком обедневшего торговца, предложил убираться у них за возможность читать книги, издаваемые ею. Ну и, собственно, в таком режиме я сбегал порядка десяти–двенадцати лет. А типография печатала самые разные вещи: как по спецзаказам, так и массовыми тиражами. Понятно, что далеко не всё я понимал либо усваивал, но очень многое задерживалось в пытливом детском разуме.

– Удивительно, неужели вас не баловали в детстве? – у Алисы моя история вызвала искреннее непонимание. Пришлось выкручиваться без откровенной лжи.

– У Угаровых нет привычки баловать своих детей. Скорее наоборот. Представляете, когда мы с сестрой проходили посвящение в род, бабушка предложила нам выбрать часть тела, которой мы пожертвуем ради того, чтобы обрести достойное единение с родом Угаровых.

У Алисы вытянулось лицо, а рот непроизвольно сложился в букву «О».

– И что вы выбрали?

– Ничего, я прекрасно понял, что это шутка. Наша бабушка достаточно эпатажная женщина, но другой она и быть не могла для того, чтобы выжить в серпентарии местного высшего света, да ещё и в своём статусе.

– Да уж, что ни говорите, а о вашей бабушке слышала даже я. Едва ли не единственная женщина-архимаг в Российской империи, ныне живущая, при этом получившая данный статус с пассивным навыком. Это же сколько труда было вложено, изысканий…

– О, да! Познакомившись поближе с некоторыми представителями высшего света, я тоже горжусь Елизаветой Ольгердовной. Это же какая выдержка спасать с поля боя этих засранцев, вместо того чтобы скормить их своему воинству.

Алиса рассмеялась.

– Вы знаете, она для меня пример не только в вопросах стойкости, но и в некоторых моральных ориентирах. Однажды, потеряв мужа, она так и не вышла замуж. Возможно, конечно, это было продиктовано тем, что вдова имеет несколько больший спектр возможностей, чем дама замужняя, подчиняемая мужу, однако же, когда я оказалась в подобном статусе, я решила, что её пример достаточно хорош и информативен, и решила поступить так же, не стремясь повторно выйти замуж. Тем более возраст у меня такой, что один раз ошибившись, можно всю жизнь промучиться.

Я не стала раскрывать девушке подробности о том, что знаю и про её статус, и про её исключительные магические способности. С другой стороны, я всё же решил уточнить:

– И что? Неужто мурза никаким образом не влияет на вас в вопросе выбора спутника? Ведь то представление, маленькое, которое вы разыграли для меня вместе с братом главы клана, было достаточно ярким. Мне показалось, что оно имело под собой минимальные основания.

– Простите, честно говоря, для меня это была исключительно работа по профилю. Нужно было сыграть правдоподобно – я это сделала. На кону стояла жизнь главы клана, и я не имела права ошибиться. Поверьте мне, с одной стороны, очень жаль, что наше знакомство началось с этого. А с другой стороны, я очень рада, что согласилась тогда на выполнение задания от эфенди и свела с вами и с вашей сестрой столь интересное знакомство. Друзей у меня за последние годы в империи не прибавилось. Именно поэтому я с головой ушла в работу, чтобы хотя бы так вернуться в те места, где когда-то была в детстве счастлива. Но, надеюсь, появится что-нибудь ещё, что, может, меня удержать в столице и слегка изменить вектор постоянного ветра странствий.

Вот за таким милым разговором мы добрались до окрестностей гробницы. Сейчас, при свете дня, она не выглядела угрожающе, но так было лишь если смотреть на неё обычным человеческим зрением. Если перейти на магическое, то гробница просто-таки клубилась тьмой, и тьма эта была совсем не такого толка, как у тех же Тенишевых. Это была какая-то другая тьма, отчасти хищная, злая, нервная. Не знаю почему, но клубящаяся внутри гробницы сила очень напоминала мне разбуженного посреди зимней спячки медведя, который ворочался, злился и пытался уснуть, но у него ничего не получалось. И сейчас эта сила точно так же ворчала, рычала, ворочалась и пыталась заново улечься удобней после тысячелетий сна, но у неё тоже ничего не выходило. Так себе перспективка, жить рядом с таким бурлением силы, если честно.

При этом из той же гробницы периодически выстреливали как будто бы усики-щупы, как язык змеи, которым она щупала воздух. Что-то подобное, только чёрными плетями, выстреливало из гробницы на расстоянии от трёх до пяти метров, как будто бы прощупывая, не появился ли кто-то в радиусе безопасного периметра вокруг гробницы.

Я осторожно выставил руку, останавливая Алису.

– Дальше нам хода нет, – предупредил я её.

Она замерла.

– Вы что-то почувствовали или увидели?

Я передал девушке свою ассоциацию обитателя гробницы с разбуженным медведем. Девушка понятливо кивнула.

– От чего-то я не удивлена после всего произошедшего. Удивительно, как это у него ещё не появилось желания всех нас извести на фарш.

Я попытался прислушаться, но всё же каких-либо ещё эмоций не ощутил.

– Можете посмотреть что-то с такого расстояния?

Расстояние в пять метров нельзя было назвать малым либо большим, но этого было достаточно, чтобы рассмотреть некоторые рисунки и резьбу на каменных ступенях пирамиды. Ведь пирамида эта, если присмотреться, имела не совсем египетский, так сказать, вариант. Откуда-то в памяти всплыло, что пирамиды в принципе делались несколькими вариантами укладки: либо из относительно малых блоков, как из кирпичей, выкладывались ярусы, оставляя места под камеры погребения и проходы, либо подобные ярусы выкладывались из огромных плит сразу ярусом как корж торта. Передо мной же был явно третий вариант: как будто бы существовавшую скалу преобразовали в пирамиду, выдолбив из скалы эту сложную стереометрическую фигуру. То есть это был один цельный кусок, не то камня, не то ещё чего-то, пропитанный магией настолько, что сам по себе уже давным-давно являлся артефактом.

Просто удивительно, как всех исследователей не убила сила, исходящая от гробницы. С другой стороны, гробнице, вероятно, несколько десятков тысяч лет или несколько тысяч лет. Если бы она убивала любого, кто к ней просто прикоснётся даже по незнанию, то здесь бы высота костей над пирамидой была гораздо выше, чем высота самой пирамиды. А потому, видимо, она, как артефакт, реагировала исключительно на попытки её разграбить либо разрушить.

Я рассказал свои наблюдения Алисе про цельный камень и выдолбленную пирамиду из него. Девушка наморщила носик, пытаясь сообразить что-то.

– Вы знаете, отчасти что-то похожее я видела как в Месопотамии, так и в Индии. Они там тоже любители создавать храмы из цельного массива скалы. Понятно, что маги земли могут многое, а если у них есть ещё и художественный вкус, то они просто сотворят чудеса. Близ города Петры в красных песчаниках вытёсывались храмы с огромными статуями, а в Индии и вовсе почти три десятка пещер превратили в храмы в Эллоре. И там камень гораздо сложнее обрабатывается, чем песчаник. Но всё это совершенно никак не вяжется с нашим Причерноморьем. В конце концов, максимум, что здесь можно было найти, это следы греков, римлян, ну, возможно, ещё кочевых племён, которые к нам приходили из-за Урала или Азии: скифы, сарматы, печенеги, половцы. По большому счёту, чуть древнее оных, возможно, были киммерийцы, но и то их практически все считают полумифическими, даже те же римляне. И это в наше-то время, когда существование большинства из народностей было доказано! Я не представляю, кто здесь может лежать.

Я же напряг зрение и принялся всматриваться в ярусы пирамиды, на которых были изображены всевозможные значки, завитушки, точечки, чёрточки. Бесспорно, часть из них имела мягкие изгибы, а часть и вовсе казалась как раз-таки рисунками уровня «палка, палка, огуречик». Более того, некоторые из отметин, я бы сказал, что оставлялись явно не человеческой рукой, а когтями неких существ. Последние больше всего меня заинтересовали.

– Алиса, у вас нет с собой какого-нибудь блокнота и грифеля либо артефакторного пера? – поинтересовался я.

– Конечно, есть, – кивнула девушка и вынула откуда-то из кармана брюк небольшой ежедневник и карандаш.

– Я вам сейчас попробую зарисовать то, что вижу на ярусах пирамиды, а вы потом в спокойной обстановке изучите и сравните с тем, что вам показали научники нашего Костомарова. Вот только, честно, пишу и рисую я как курица лапой по некоторым причинам, хоть и искренне стараюсь устранить сию оплошность.

Объяснять причину отсутствия каллиграфического почерка, который с детства ставят всем дворянам, я не стал. Для меня благо, что рука хотя бы приобрела нормальный вид, а письмо – дело десятое.

– Сделаю всё, что в моих силах дабы предоставить вам как можно более точный образец для сравнения.

Алиса протянула мне блокнот, но в тот момент, когда моих пальцев коснулся брусок карандаша, из него разом выскочило множество игл, как у ёжика, поранив мне руку, а местами и проткнув пальцы насквозь. Ладонь заполнилась кровью и несколько капель успели пролиться на песок.

– Чёрт! Забыла деактивировать! Простите! – подняв на меня испуганный взгляд Тенишева.

Регенерация уже взялась за дело. Раны затягивались на глазах, и в этот момент из пирамиды выстрелил сразу пучок щупалец в нашу сторону. Всё что я успел до того, как меня спеленало в кокон тьмы, это оттолкнуть Алису с траектории удара.

ОТ АВТОРА:

На этом шестой том истории Юрия Угарова завершается, но сама история продолжается! Не забываем ткнуть сердечко или лайкос книге, если не успели до того. Вам несложно, а мне приятно!

А теперь добро пожаловать в седьмой том. Впереди познание собственных сил, новые знакомства и испытания! /work/506012