Текст книги "Жрец Хаоса. Книга VI (СИ)"

Автор книги: М. Борзых

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 16 страниц)

Жрец Хаоса. Книга VI

Глава 1

* * *

Глава Ордена Святой Длани в задумчивости взирал в окно, любуясь звёздами на небосводе и зажигающимися огоньками уличного освещения. Лето близилось к завершению, а потому темнеть начинало всё раньше; о белых ночах уже ничего не напоминало. С реки тянуло прохладой, заставляя иерарха ёжиться и плотнее закутываться в утеплённую накидку. В голове у главы Ордена лениво бродили мысли самого разного толка.

Тот же Угаров, которого он до того ставил целью для истребления, исчез с поля зрения дворца и вовсе из столицы, на какое-то время перестав яро вращаться возле принца и даже получив отставку из камер-юнкеров в связи с возглавлением рода. По столице бродили слухи, будто юноша умудрился унаследовать от своего предка способность к резонансу, разрушению магических конструктов или ослаблению их. Если так задуматься, то способности Юрия Угарова всё больше начинали импонировать главе Ордена: всё, что борется с магией, всё, что ей противостоит, было приемлемым для самого иерарха. Опять же, в этом глава просматривал некое высшее волеизъявление. Возможно ли, чтобы астральный брат исподволь, но менял способности князя, тем самым настраивая его на нужный ордену лад? Глава даже отдал приказ прекратить любые попытки гонений либо ущемлений рода Угаровых. Его, конечно, не все поняли после полувека налаженной работы. Игнат Сергеевич Светлов и вовсе изошёл ядом, узнав о подобном распоряжении, однако же глава Ордена не привык перед кем-либо отчитываться в своих действиях. Ему было плевать на мнение окружающих, главное, что он действовал в соответствии с собственным разумением. А если так пойдёт и дальше, то астральный брат Угарова наберёт силу, и, возможно, у них произойдёт некий симбиоз без полной утраты магических сил. Уж кто-кто, а глава знал, что подобное возможно. В редких исключительных случаях, но возможно.

Он сам был носителем подобного феномена, а также знал, что подобным феноменом обладает и глава Ордена в Австро-Венгрии. В Германской империи тоже имелся подобный уникум, он-то и смог подмять под себя в своё время Скандинавию. Когда подобная уникальность открылась и у брата Бризе, так когда-то звался глава Русского крыла Ордена Светлой Длани, ему пришлось покинуть пределы владений бывших уникумов. Им было бы слишком тесно на одной территории. Потому брат Бризе отправился окучивать для себя собственную вотчину. Что же касается Юрия, глава теперь видел в нём юное дарование, которое не обязательно убивать как конкурента. Можно попробовать воспитать молодого князя в традициях Ордена и после внедрить на ещё какой-нибудь территории. В крайнем случае, можно просто вырастить астрального брата внутри него, а после переселить в подходящий носитель.

Однако Юрий Угаров не был единственным, кто занимал мысли главы. Куда больше его сейчас занимал брат Астерий, прибывший из Австро-Венгерской империи. Уж насколько знал иерарх русского ответвления Ордена Длани, брат Астерий никогда не появляется просто так: хитрая, изворотливая, ядовитая змея, скрывающаяся под образом благостного старца. Брат Астерий слишком задержался в империи. По прикидкам Бризе старец на его территории ошивался уже больше месяца, периодически сопровождая кандидаток в невесты для принца: сперва княжон Эстерхази, после герцога Миланского с дочерями. Астерий всё не унимался, пытаясь подобрать ключик к сердцу наследного принца и к трону Российской империи. Однажды австро-венгерское крыло Ордена уже сделало иностранку российской императрицей, и теперь жаждало закрепить достигнутый успех. Однако и здесь Угаров смог вмешаться: в случае с сёстрами Эстерхази он оказал непосредственное влияние на расстройство матримониальных планов брата Астерия. И такому вмешательству глава Ордена впервые был искренне рад.

– Что же тебе всё-таки понадобилось здесь? Почему ты ошиваешься на моих землях? Уже и Миланских спровадили неделю как, а ты всё тут как тут.

Вопросы к невидимому собеседнику всплывали в голове сами по себе, но ответов на них не было. Глава расслабленно взирал на улицу и словил себя на мысли, что не слышит стройного хора голосов, которые должны были звучать на ночной литургии. Он даже резко обернулся и взглянул на настенные часы над холодным камином, летом огонь в очаге разжигали достаточно редко. Часы показывали приближающуюся полночь. Слишком тихо для подобного времени доносились песнопения из храма. Глава нахмурился и коснулся колокольчика, вызывая к себе секретаря. Тот появился тотчас.

– Чего изволите, ваше превосходство? – спросил он, не поднимая взгляда.

– Пойди, уточни, почему столь скромен хор голосов на всенощной литургии, – отдал распоряжение глава Ордена.

Но секретарь тут же склонился в поклоне и поспешил ответить:

– На всенощной сегодня не хватает одной трети братьев.

– Что⁈ – воскликнул глава. – Настоятеля храма ко мне! Быстро

* * *

К храму я прибыл под пологом отвода глаз; с ноги вваливаться и воровать кого-либо из иерархов не стал. Решил действовать хитростью: создав несколько своих излюбленных паучков и навесив на них отвод глаз, отправил их внутрь храма искать кого-нибудь из шишек Ордена для того, чтобы подслушать. В храме шла всенощная литургия, причём было на ней как-то малолюдно, я бы сказал, по сравнению с тем аншлагом, который в своё время устроили нам с бабушкой. То ли всё было устроено исключительно ради нас, а в обычное время молились сокращённым составом, то ли Орден уже не досчитался своих братьев. Именно этот вопрос интересовал меня больше всего.

Паучки отыскали настоятеля столичного храма, запомнившегося мне ещё по нашей совместной с бабушкой экзекуции, и именно ему на балахон умудрился зацепиться один из паучков. Настоятель столичного храма дирижировал при исполнении, когда его побеспокоил один из братьев Ордена, что-то прошептав на ухо. Настоятель кивнул и тут же знаком подозвал кого-то из братьев подменить себя, отправившись вслед за вестником. Паучок осторожно скрылся в складках балахона и старался никоим образом не отсвечивать и не потеряться во время перехода.

Наше терпение было вознаграждено спустя пять минут. Настоятель уже стоял перед высшим иерархом ордена, и тот обеспокоенно уточнял, почему литургия проводится не в полном составе. Пусть звуки слов доносились до меня через паучка с искажением, а видеть главу я и вовсе не мог из-за складок одежды, но общий смысл я понимал. Настоятель отчитался, что не хватает трети от численного состава братьев, и о причинах неявки никто из них не предупредил.

– Очень похоже на саботаж… Других предположений у меня нет, – резюмировал настоятель. – Если только они не выполняют какое-то ваше личное поручение.

Глава ордена выругался столь цветасто, что не осталось сомнений: никаких заданий высший иерарх не давал.

Если исходить из того, что два главных иерарха Ордена не в курсе происходящего, то напрашивалась версия о том, что братьев русского крыла Ордена сейчас резали не хуже овец на заклании, потрошив из них их астральных братьев. И этот вариант нравился мне куда меньше, чем основной, где виноват был наш местный Орден. Тут хотя бы было понятно, что делать: грохнуть этих двух тварей – и дело с концом. Но если это не их рук дело, то тогда возникал соответствующий вопрос: а чьих тогда?

– Отправь ищеек из числа тех, кто жаждет получить себе астрального брата. Пусть проверят места жительства не явившихся. Должно быть хотя бы какое-то объяснение. Не разразилась же внезапно некая эпидемия, о которой мы ни сном ни духом, – отдавал приказание глава. – И никого из братьев за пределы храма не отпускать ни под каким предлогом до моего особого распоряжения!

Настоятель коротко кивнул и тут же удалился выполнять приказы.

Я мысленно поблагодарил главу Ордена за содействие, как бы дико это не звучало.

Если потрошить орденских в городе не будут, значит, в конце концов, явятся за ними сюда либо не явятся вовсе. Заставив паучка соскользнуть с балахона настоятеля храма и запрятаться в самый тёмный угол кабинета главы Ордена, я поднялся на Горе в небо. Если это не дело рук Ордена, то необходимо было отыскать границы гекатомбы до того, как она наберёт силу и полыхнёт. Я не хотел бы на своей шкуре ощутить цель, ради которой она была создана.

В воздухе я неожиданно услышал треск и скрип и даже оглянулся по сторонам, не понимая, что же такое я слышу, пока в поле моего зрения не оказалась тройка костяных виверн со всадниками. Кажется, Керимовы отправили своих на подмогу прочёсывать столицу. Внизу под магическим взором виднелась зеленовато-болотная дымка, тянущаяся со стороны городского кладбища и накрывающая постепенно столицу.

Пришлось скинуть с себя отвод глаз и вынырнуть из темноты недалеко от Керимовых. Сейчас, пожалуй, они были единственными, кто мог действительно мне помочь. Одновременно с моим появлением ударил в небо огонь на одной из кремлёвских башен, а вслед за ним раздался сигнал сирены, возвещающий о временном введении чрезвычайного положения на территории столицы. Из всех громкоговорителей было объявлено о внеплановых учениях Министерства обороны. На повторе транслировалась просьба всем жителям столицы не покидать дома и забаррикадироваться внутри. Мелодичный женский голос сообщал, что от строгого выполнения рекомендаций зависели жизнь и здоровье каждого подданного империи.

Значит, всё-таки принц решился на введение войск в столицу. Вслед за регулярным повторением сигнала сирены над столицей взвился ввысь защитный купол, судя по всему, перекрывающий выход и вход на территорию столицы, что тоже было немаловажным. Подобная предосторожность предусмотрительно перекрывала возможность выхода всем диверсантам, устроившим жертвоприношение в столице.

Приблизившись к костяным вивернам, благодаря ночному зрению я отметил, что знаю одного из наездников. Это был один из сыновей главы рода Керимовых, Мурад. Если не ошибаюсь, он в своё время пришёл на помощь бабушке во время нападения на нас с Эльзой в Химерово. Тогда толком познакомиться мы не успели в связи с моим магическим истощением, зато сейчас появилась такая возможность.

– Не скажу, что вечер добрый, князь, – поздоровался со мной Керимов, тоже узнав меня в темноте. – Но скажу, что рад встретиться с вами в небе. Благодарю за предоставление химеры для доставки отца в резиденцию и за возможность оперативно защитить родной дом. Отдельно отмечу вашу позицию по защите всего остального населения столицы. Как-то не ожидалось столь рациональных и активных действий от юноши вашего возраста.

– Как я уже не единожды говорил, возраст – это недостаток, который со временем проходит. Тяжёлые времена требуют быстрых и ответственных решений.

– Вы правы, князь, – склонил голову Керимов. – Будем делить патрулирование по секторам? – сразу же уточнил он.

– Вы знаете, я бы хотел обратиться к вам за помощью.

Нужно было видеть удивлённый взгляд Мурада. Видимо, он не привык к тому, чтобы кто-то искренне обращался за помощью, с учётом спесивости и раздутого самомнения большинства местных дворян.

– И чем же я могу вам помочь?

– Дело в том, что чауш рода Эраго прибыл ко мне сегодня на званый ужин, столкнувшись накануне непосредственно с той самой угрозой внутри столицы, которую мы попытаемся купировать. И он считает, что все происшествия складываются в единую гекатомбу. Мне ли вам объяснять, что такое гекатомба…

– Нет, не стоит, я в своё время хорошо изучил сей предмет не только в теории, но и на практикуме. Лучше б с таким сталкиваться пореже, – неуютно повёл плечами Керимов. – И чем же я могу вам помочь?

– Как вы знаете, основной элемент гекатомбы – это смерть, по сути, жертвоприношение, и вы со своим даром лучше всех сейчас видите полыхающую цепочку множественных смертей в столице.

– Юрий Викторович, вы представляете количество смертей, еженощно происходящее в столице? Я боюсь, что вычленить те смерти, которые нам нужны, будет очень и очень сложно, – с сомнением возразил Мурад.

– Ну, почему же сложно? – пришлось мне возразить. – Дело в том, что смерть обычно всё-таки явление единичное, если мы не имеем дело с эпидемией. В нашем же случае вы будете видеть вспышки смертей гроздьями, если не виноградными, то по два-три-пять человек разом; они должны быть теоретически ярче. Дело в том, и я прошу вас, попытайтесь отыскать некую закономерность. Если вы чувствуете эманации смерти, в том числе и недавней, попытайтесь сопоставить смерти в единый рисунок той самой гекатомбы.

– Но для чего? – всё ещё не понимал Мурад моей идеи.

– Для того, чтобы попытаться разрушить её до того момента, как она наберёт силу.

– То есть слухи о владении вами резонансом не врут? – в лоб спросил меня маг смерти, пристально вглядываясь мне в лицо в поисках ответа.

– Вне зависимости от слухов, долг каждого дворянина и подданного империи – при возможности вмешаться и не допустить гибели невинных жертв.

Я не опровергал и не подтверждал слухи, бродившие по столице. Мало ли, какие артефакты есть у Мурада. Еще покажут, что я лгу. Слава лжеца мне была не нужна.

Но Керимов понял меня правильно, он лишь улыбнулся криво одной половиной лица и кивнул:

– Ну что ж, тогда, пожалуй, нам стоит подняться несколько повыше, для того чтобы попытаться рассмотреть то, что вы желаете увидеть.

Мы поднимались всё выше и выше. Меня же неустанно преследовало чувство, что мы опаздываем, как будто бы мы на шаг позади какого-то невидимого кукловода. Поднявшись на высоту метров пятьсот, а может быть и больше, Керимов раскинул руки, закрыл глаза и принялся шевелить пальцами, словно распутывая нити пряжи. Я же буквально видел, как от его пальцев расходились во все стороны зелёные паутинки… Цвет этот был не таков, как цвет магии Эльзы, мне даже не объяснить, просто не таков на уровне ощущений и интерпретации. По паутинкам расползались клубы света во все стороны, накрывая столицу под нами зеленовато-салатовой дымкой. И под этой дымкой, меняющей цвет в сторону насыщенно-изумрудного, всё сильнее проявлялись искорки, словно маленькие камешки начинали отблёскивать на теле столицы. Яркость освещения как будто бы уменьшилась, а искорки смертей стали проявляться ярче.

Сколько продлилась сенсорика Керимова, я бы даже не сказал, ведь все это время я до рези в глазах всматривался вниз, постепенно вычленяя конструкт гекатомбы. А имела она в данном случае конструкт спирали, словно у моллюска рапана: более широкий круг опоясывал рабочие кварталы столицы, следующий, постепенно сужаясь, огибал торговые и мещанские кварталы, третий виток окольцевал дворянские усадьбы, а пиком спирали стал императорский дворец. И сейчас я видел, как одна за одной зажигаются гроздья смертей в этой спирали, как будто бы она вот-вот должна была полыхнуть.

Не дожидаясь окончания работы Керимова, я ухнул вместе с Гором камнем вниз, пытаясь пересечь и перерезать ту нить, которая как раз-таки и соединяла пик гекатомбы, находящейся под Кремлём, со следующим витком, расходящимся на дворянский квартал. Я знал это место: там был мост через реку Великую. Это место было самым удобным для усекновения пуповины гекатомбы и попытки отрезать дворец от всего остального жертвенного конструкта, нарушив выверенную спиральную структуру.

Приближаясь к воде, я видел пульсирующую под ней болотного цвета тетиву энергии, натянутую, словно струна, и готовую вот-вот лопнуть. Я отправлял пустотные серпы один за одним, но не мог перерезать энергетическую нить. Глубина реки в этом месте была больше пяти метров. Толща воды рассеивала мои магические потуги, потому я набрал полную грудь воздуха и погрузился внутрь реки вместе с Гором. Рука трансформировалась в когтистую лапу, на когтях которой сияла голодная Пустота. Когти прошли сквозь энергетическую нить конструкта, и на мгновение я возликовал, чтобы в следующий миг увидеть, что гекатомба не была разрушена. Она наполнилась энергией и взорвалась.

Глава 2

В себя я пришёл от дикого визга. Голова раскалывалась, да и, собственно, раскалывалось всё. Тела как такового я не чувствовал. Как будто его испарило к чёртовой матери энергией, полыхнувшей из гекатомбы. Едва продрав глаза, я решил, что видимо успел где-то удариться головой, ибо объяснить следующее я просто был не в силах. Я лежал посреди моста, ведущего к дворцовому комплексу Кремля, а меня от стаи тварей, чем-то похожих на бронированных волков, только с красными глазами, клыками размером с мою ладонь и в холке размером с лошадь, защищали три розовые фигуры. Причём две из них были кислотно-розовые, ещё и демонические, а третья явно была Гором, который старательно ловил всех желающих пробраться ко мне в прыжке и ударами лап отправлял в реку. Даже глаза пришлось продрать от такой сюрреалистичной картины.

– О! Начальство проснулось, – радостно возвестил о моём приходе в себя Гор.

– Так пусть присоединяется к веселью, – отозвался Кродхан, – здесь на всех хватит.

Я с трудом собрался с мыслями и проверил собственный резерв. Тот едва ли не впервые за всё время был полон, причём полон магии непонятного цвета. Куда же Пустота только девалась, спрашивается? Ну да, боги с ним, нужные конструкты я знаю, а уж какой силой их наполнять сейчас уже без разницы.

– Поберегитесь! – крикнул я демонам, и те резко припали на одно колено.

Я же выпустил из себя вихрь пустотных серпов, которые со свистом рассекали сухожилия на лапах у волков-переростков. Те взвыли, но атаковать не перестали, лишь замедлились. Воздух наполнился кровью, даже дышать стало сложнее.

– Не вставать! – отдал я приказ и выпустил следующий вихрь, но на сей раз пустотных игл. Этими конструктами я целил по глазам, ведь шипованные наросты поглощали и рассеивали большинство ударной мощи серпов, сработав лишь на лапах.

Теперь крови было меньше, иглы протыкали глаза и, местами достигая мозга. Дорога на подходе к мосту была усеяна трупами.

Отсутствие новых противников дало возможность небольшой передышки:

– Что я пропустил?

Демоны вместе с Гором принялись наперебой меня осведомлять:

– Гекатомба полыхнула, ты потерял сознание. Я вытащил тебя из воды на мост, чтобы ты не нахлебался. Из переулков валом попёрли волки-переростки. Пришлось держать оборону с крылогривами посреди моста, ибо подниматься с бессознательным телом в воздух я не решился. Вдруг ещё свалишься, лови тебя потом в полёте. Какое-то время мы продержались, но, когда нас оттеснили почти вплотную к тебе, вырвались наружу из заточения эти два розовых чуда-без-перьев, – коротко и по делу отчитался Гор. – С ними уже повеселей стало.

– Кто бы говорил, на себя посмотри, ящерица розовая, – огрызнулся Кродхан.

Похоже, моим подселенцам магии рассвета досталось с лихвой. Надеюсь, их цвет со временем изменится. Не всю же жизнь им щеголять развесело-розовой расцветкой.

Хотя, что уж говорить, на мне шкура горга и та отливала под уличными фонарями розоватым оттенком. Увидят – засмеют.

– Где остальные химеры? – задал я вопрос. Вокруг было столько крови и тел, что я не мог разобрать, были ли среди них наши.

– В небо отправил, когда демоны появились, чтоб зазря не убились, – ответил Гор. – По итогу, ты примерно четверть часа был в отключке, а мы прикрывали тебя со всех сторон.

– Что с остальным городом?

– А бес его знает. Уж извини, разведку в небе координировать было некогда, тебя прикрывать надо было.

– Тогда отставить разговоры! В седло и в воздух. Нужно проверить, как держится Кремль и остальные районы.

Кродхан и Маляван тут же истаяли, вернувшись обратно в свои артефакторные носители, я же взобрался на Гора, и мы взметнулись в воздух.

– У тебя как с запасом энергии? Всего хватает? – обратился я к Гору, а то мало ли как он потратился, пока меня защищал.

– Да я в жизни не был так запитан, как сейчас! У меня разве что из задницы молнии не стреляют, а скорость, манёвренность и грузоподъёмность на зависть всем! Я же как громоотвод. Из тебя магия фонит, как будто ты каких-то батареек неизвестных наглотался. Так что летать можем хоть всю ночь, и то, мне кажется, даже части от твоего резерва не вылетаем.

Мы взметнулись в небо, и я магическим взглядом окинул столицу. К моему сожалению, от нормальной видимости не осталось и следа. Столица уже горела во многих местах. Улицы затянуло дымом, в воздухе гарь ещё не особо чувствовалась, но внизу… Больше всего столица сейчас напоминала поле боя.

Первым делом я обернулся в сторону Кремля. Но дворцовый комплекс и вовсе не подавал признаков ведения боя. Защитное поле переливалось всеми цветами радуги. Под ним не угадывалось всполохом каких-либо конструктов.

«Неужто щиты дворца и такое выдержали? – закралась у меня сдержанно оптимистичная мысль. – Или мне по случайности удалось выжрать в себя часть гекатомбы, как я и планировал? А отдача такая, потому что нарушил конструкт?»

В любом случае сам факт того, что в Кремле всё было спокойно, позволил мне переключить сейчас всё внимание на остальную столицу.

Как и предполагалось, район дворянских усадеб держался, практически не понеся потерь. Сейчас он напоминал барную стойку, поверхность которой полностью покрывали перевёрнутые бокалы, рюмки и стаканы. А всё потому, что каждая из усадеб в ответ на призыв Кремля укрылась под родовыми щитами самых разных форм.

Волки-переростки, атаковавшие нас на мосту, пытались пробиться к аристократам, но получали жёсткий отпор, причём не только щитами. Родовые гвардии успешно оттесняли неизвестных тварей от своих усадеб, испепеляя, уничтожая и выдавливая шаг за шагом со своей территории.

Совсем другая ситуация была в рабочих и торговых кварталах. У них, кроме как сидения взаперти, особой защиты не было. Поэтому я направил Гора туда. И вовремя. На связь со мной вышли остальные химеры, успевшие разлететься по столице. Одна из них транслировала, как стая летающих существ набросилась на пару всадников в небе. Это было совсем рядом, на границе торгового и дворянского кварталов и, я рванул туда.

Вблизи картина оказалась ещё более неприятной. Стая летающих крыс практически облепила всадников и их питомцев, своим весом прибивая их к земле, и устроила себе трапезу. Под чёрным визгливым копошащимся ковром ещё вспыхивали редкие всполохи магических конструктов, но настолько слабых, что общей ситуации они не меняли.

Припомнились тренировки с кицунэ, где я имитировал за счёт иллюзий различные конструкты стихийных магий. Ничего более подходящего на ум не пришло против такого полчища мелких противников. Пришлось ударить порывом ветра, буквально содрав с трёх всадников летучих крыс, а после запустить вдогонку огненный смерч, который поджарил кровожадную стаю. Всадники ошалело озирались и, увидев меня, тут же рванули в мою сторону, правда, несущие их орлы были тоже изрядно потрёпаны.

Через несколько минут мы встретились в небе, и я понял, что вижу кого-то из Волошиных. Причём узнал я их скорее по орлам. Всадники были настолько изгрызены крысами, что на них живого места буквально не было.

– Спасибо, князь, – прохрипел один из них, и по голосу я узнал провожатого, доставлявшего меня в своё время к Волошиным для решения щекотливого вопроса.

– Какого черта вы в небе делаете, если у вас из сил только призыв орлов, а жезлы напрочь разрядились?

– Так связные мы, – криво улыбнулся Волошин. – Координировали перемещения воинских соединений в разных концах столицы. А нас в небе перехватили.

– Понятно. Успели передать информацию?

– Успели. Уже обратно летели, когда на нас эти напали из ниоткуда.

– Летите ко мне, там сестра вас подлечит, – дал я короткую наводку Волошиным. – Да и орлы у вас уже того и гляди скоро рухнут на землю. Отвоевались.

Те лишь благодарно кивнули и полетели в сторону дворянского квартала.

Я почему-то думал, что это Керимовых атаковали в небе. Но нет, ошибся. Куда же тогда делись маги смерти? К своим вернулись?

Ответ обнаружился практически под нами. Пока я просматривал глазами химер разные районы города в поисках нуждающихся в помощи, как те же Волошины, Гор заметил:

– Ты только глянь, что внизу творится! Я думал, они и как птицы из портала летят, а они как крысы из-под земли лезут! Глянь, какие термитники под нами! Ударь огнём!

Я уже хотел было послушаться совета Гора, когда заметил, что «термитники» имели совершенно разную природу. Магический взор показал, что один, боле крупный, размером с двух-трёхэтажный дом был тем самым порталом, через который лезли твари и расползались по городу, а вот второй… Тот был значительно меньше. И твари лезли на него, а не из него. Под грудами копошащихся тел с трудом удалось рассмотреть бледно-салатовую дымку, наподобие той, которой Керимов сканировал столицу в поисках гекатомбы. Вот и отыскались маги смерти. Уж не знаю, куда подевались их костяные виверны, раз им пришлось сражаться на земле.

По большему «термитнику» я без раздумий ударил огнём, чтобы хоть на время уменьшить поток тварей. По магам так не ударишь. Запустив в них воздушной волной, я тоже не достиг успеха. Нет, Керимовых я откопал, но только по пояс. Потому что те увязли в пирамиде трупов летающих крыс, часть из которых была окончательно упокоена, а часть – не очень.

Мурад даже не понял, откуда пришла помощь, лишь схватил за руки стоящих с ним спина к спине двух других магов и выдал кольцо салатового сияния, из-за которого часть трупов в пирамиде закопошилась и взмыла в воздух, атакуя своих бывших собратьев.

«Вот, значит, как магия смерти работает», – мелькнула у меня мысль, глядя на зомбированных защитников Керимовых.

Те ещё держались, но один за одним падали на землю, раздираемые на части другими летающими крысами. А Керимовы похоже выдохлись окончательно, ибо просто стояли смотрели, как умирают их зомби-крыски.

Крылогривов отправлять за магами смерти я не решился, мало ли ещё шандарахнут с перепугу из последних резервов, а мне моих химер жаль. Потому создал иллюзорных каменных горгулий и отправил за Керимовыми. Как существа условно живые, магии смерти они не боялись. По сути, это был временно оживший камень, поэтому магия смерти им была глубоко до лампочки. И я оказался прав. Маги даже не разобрались, кто к ним прилетел, на последнем издыхании ударив вверх волной смерти. Только горгульям она была нипочём. Вцепившись в обессиливших магов, они выдернули их из кучи тел и резко взмыли в воздух, пока остальные твари не опомнились. Керимовы трепыхались, пытаясь вырваться, но стоило горгульям полететь в мою сторону, я крикнул что было мочи:

– Не дёргайтесь, свои!

Один из тройки, как и ожидалось, был Мурад Керимов. Разглядев меня на Горе с розоватыми крыльями, он только с облегчением выдохнул. Крылогривы прямо в воздухе приняли новых всадников и сгруппировались поближе ко мне, чтобы мы смогли разговаривать.

– Какого демона здесь вообще происходит, Мурад? – непроизвольно перешёл я на ты.

– Ты не представляешь, как я рад тебя видеть, князь, – с каким-то обречённым облегчением произнёс маг смерти, поддержав мой отход от этикета. Не до того было. – Я уж думал, всё, резерв почти на нуле. Мы держались, сколько могли, оттягивая на себя этих тварей, но откуда они только берутся, я не представляю. Мы по пояс стояли в трупах, и хоть бы хны, одних разрываем – берутся новые.

– Уж у кого-кого, а у вас, я думал, проблемы с восстановлением резерва не будет, – хмыкнул я. – Тут эманаций смерти вокруг хоть залейся.

– Так-то оно так, но чем более потрёпанный образец, тем тяжелее его контролировать и удерживать в подчинении. Мы на первую партию угрохали треть резерва, у каждого больше сотни тварей было в подчинении. Думали, сейчас быстро зачистим квартал. Остальное тратили на поднятие и контроль новых умертвий. Но только они погибали быстрее, чем мы успевали поднимать новых и вводить в бой. Казалось бы, должен был работать бесконечный круг, но по итогу тратили гораздо больше, чем успевали восстанавливать из мёртвых.

– А костяные виверны-то ваши где? С воздуха же удобней, наверное, было бы, – предположил я, уводя химер на круг над большим «термитником». Уж больно не нравились мне внутренние бурления там. Да и вокруг мелкого «термитника», устроенного, Керимовыми, крысы заволновались, почуяв, что добыча ускользнула.

– Рассыпались от недостатка магии, – пояснил Мурад. – Позже, как резерв восстановится, они соберутся, как конструктор, и вернутся на зов всадников.

«Удобно, – мысленно признал я, – почти как Гор у меня. Тоже нужно постараться, чтобы уничтожить».

Тем временем оба «термитника» пришли в себя и отреагировали на нас в воздухе, ринувшись в атаку единым фронтом. Уши заложило от яростного писка и хлопков кожистых крыльев. Стая тварей жаждала насладиться поздним ужином, главным блюдом на котором были мы.

Уже по отработанной схеме, я запустил сначала волну ветра, удерживая крыс на расстоянии, а следом отправил вдогонку волну огня, сжигая летающих тварей. Завоняло палёной шерстью, визг боли обрывался на отчаянно высоких нотах, когда обгоревшие тушки посыпались на мостовую.

Судя по очумевшему взглядам Мурада и его родни, они совершенно не понимали, что происходит. Я же, кажется, раскрыл собственные способности несколько сильнее чем собирался. Пришлось выкручиваться на ходу.

– Спокойно, господа Керимовы, а то у вас такой взгляд, будто у меня случайно вторая голова выросла. А это не голова, это всего лишь боевой скипетр, – я продемонстрировал артефакт, доставшийся мне от бабушки. – У вас вон тоже такой на боку болтается, только вы отчего-то им воспользоваться не решили. Или разрядился он у вас?

Взгляд у Керимова был такой, будто он был маленьким ребёнком, которому дали в руки самое желанное лакомство, позволили насладиться его вкусом, а после отобрали и уничтожили тут же на его глазах. Кажется, Мурат уже уверовал в чудо, мой же вариант ответа несколько приземлил его на грешную землю. А дальше я услышал тихую ругань. Сильные маги настолько привыкли полагаться на собственный арсенал, что порой просто упускали из виду самые простые варианты защиты.

А бабушка в своё время пояснила мне одну простую вещь вместе с передачей во владение собственного жезла:

– Понимаешь, Юра, – говорила она, – ведь, по сути, я сильна именно созданными мною тварями. Моя сила в их послушности и готовности служить. Но, как бы я не кичилась заслуженным статусом архимага, один на один против любого из магов я ничего не сделаю без набора защитных артефактов, коими я утыкана, словно новогодняя ёлка, и без боевого скипетра, который я, чуть ли не единственная из архимагов, использую по назначению. Поверь мне, меня влёгкую смог бы раскатать даже самый банальный маг уровня магистра. Поэтому никогда не пренебрегай тем, что есть под рукой. Ты должен уметь вести бой самыми различными средствами: с артефактами и без них, с боевым скипетром и без оного, на собственном резерве и на заёмном. И лишь тогда ты повысишь собственные шансы на выживаемость.