Текст книги "Спасти Рождество (ЛП)"

Автор книги: Люси Скоур

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 23 страниц)

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

– Пап!

Ноа вздрогнул от крика дочери.

– Подожди секунду, Дейв, – сказал он, прикрывая трубку офисного телефона, когда в его кабинет ворвалась Сара со всей этой ошеломляющей энергией двенадцатилетнего ребенка. – Я говорю по телефону, Сар.

Она закатила свои темные глаза и плюхнулась в кресло для посетителей, ссутулившись так, что подбородок коснулся ее груди. На ней был желтый свитер, который она выпросила у матери, и крупное бирюзовое ожерелье.

– Давай оставим старую старшую школу в качестве плана «А» для убежища. Там уже есть свободное пространство, и нам не придется тратить время и силы на его расчистку. Свяжись с пожарной частью и узнай, сколько у них есть коек и одеял, и мы решим, где можно достать еще.

Он повесил трубку и полностью сосредоточился на дочери.

– Почему ты не в школе, юная леди?

– Паааап! Ураган? – Сара указала за окно третьего этажа, где уже лил дождь. – Нас отпустили пораньше, чтобы мы могли безопасно добраться до дома и помочь забить люки. – Она покачала своими розово-желтыми резиновыми сапогами и скрестила их в щиколотках.

– Задраить люки, – машинально поправил Ноа, перебирая городские дела, которые он мог позволить себе отложить, пока разбирался с тем, что, судя по всему, станет прямым ударом урагана второй категории⁷. А поскольку река Коннектикут протекала у них на заднем дворе, им грозило серьезное наводнение.

– Да все равно. Если ты дашь мне денег, я куплю что-нибудь в магазине.

Ноа поднялся, автоматически потянувшись за бумажником.

– Сможешь рассказать мне, как выглядят отделы с хлебом и водой? – Он уже разослал по городу информационные листовки о провизии и действиях в чрезвычайных ситуациях. Но Мерри, штат Коннектикут, традиционно был чрезмерно оптимистичен, когда дело касалось почти всего. Быть городским управляющим здесь было одновременно и постоянной радостью, и борьбой, в попытках заставить жителей принять не совсем позитивные последствия их выбора.

– Я напишу тебе, – сказала Сара, вскакивая на ноги и выхватывая деньги из его рук.

– Мне нужно закончить здесь с кое-какими делами. Встретимся дома через час?

Сара была слишком занята перепиской, чтобы ответить. Ноа закрыл экран ее телефона ладонью.

– Прошу прощения, дочь.

Драматично вздохнув, она убрала телефон обратно в рюкзак.

– Отдел с хлебом и водой. Быть дома через час. Я поняла, пап. Это ты всегда опаздываешь.

Она говорила правду. Казалось, его работа никогда не заканчивалась.

– Осторожно, ведро, – предупредил он, обходя стороной жестяную банку с изображением снеговика, которую один из жителей пожертвовал, чтобы подставить под протечки, что начали поражать потолок его обшарпанного офиса прошлой весной. Мэрия остро нуждалась в ремонте.

– Твоя мама готова к шторму? – спросил он, провожая дочь до двери, и проводя рукой по ее хвостику. – Она не против, что ты останешься со мной?

Она вырвала хвостик из его рук и пожала плечами.

– Наверное.

Он добавил это в длинный список протестов, которые уже пережил отец двенадцатилетнего ребенка.

– Она получила мою памятку?

Сара закатила глаза.

– Почему бы тебе самому не спросить у нее, пап? У тебя есть ее номер. Мне пора.

– Будь осторожна, – сказал он ей вслед.

– Я иду за пончиками, – крикнула Сара с лестницы.

Ноа провел рукой по вьющимся волосам и смотрел, как она скачет вниз по ступеням. Порой его сбивало с толку то, что хоть он и знал свою дочь все ее двенадцать лет, иногда ему казалось, что они совершенно незнакомы. Официально, он был одним из тех отцов, которые «не шарят». Сара прошла путь от его очаровательной принцессы, что каждый день сбегала по лестнице, чтобы поприветствовать его, до яростно независимого почти подростка, которого теперь, казалось, больше заботили журналы и реалити-шоу, чем становление всесторонне развитой личностью.

Иногда он все еще замечал в ней ту маленькую девочку, которая покорила его сердце примерно через две секунды после своего рождения. Но большая часть дня теперь проводилась в постоянной битве с домашними заданиями и родительских подталкиваниях к принятию правильных жизненных решений. Он любил ее больше всего на свете. Он сделал бы все возможное, чтобы защитить Сару от плохих решений и легкомысленных поступков. Даже если бы это означало, что она постоянно будет раздражаться на него.

Телефон на столе Ноа снова зазвонил, а через секунду эхом отозвался мобильный. Он вздохнул. У него оставалось менее двенадцати часов, чтобы убедиться, что каждый из жителей Мерри в безопасности, прежде чем ураган «Вероника» обрушится на побережье. Он потер усталые глаза под очками. Это будет длинная ночь.

–

Взгляд Сары блуждал по окнам гостиной, за которыми непрерывно лил дождь. Их окружал рев бури, и Ноа пожалел, что не переделал крышу, как планировал этим летом. Трехэтажное викторианское чудовище на холме было слишком большим для них двоих. Шесть спален, пять ванных комнат, остро нуждающихся в обновлении, и две чертовы официальные гостиные. Покупка была прихотью, несмотря на то что у Ноа никогда не было прихотей. Но в разгар вежливого развода они с Сарой однажды заметили табличку «продается». Она влюбилась в этот причудливый беспорядок так, как мог бы только шестилетний ребенок с богатым воображением.

Ноа винил в выборе недвижимости фазу «принцессы» Сары и собственное желание облегчить переход к двум отдельным семьям. Не то чтобы он был против дома. Его скрипучие, кривые двери, уютные уголки и кухня размером с футбольное поле обладали определенным шармом и характером, который невозможно было не любить.

Однако проекты, которые он обещал себе реализовать, отошли на второй план, уступив место воспитанию дочери и удержанию города под контролем.

Города, что теперь находился в осаде урагана, который, казалось, был одержим желанием утопить их.

– Казино выигрывает⁸, – сказал Ноа, возвращая внимание Сары к их игре.

Она уставилась на его карты, складывая их в уме.

– Читер! Ты пойман. Я выиграла!

Ноа ухмыльнулся и взъерошил ей волосы. В свое время он научил дочь играть в блэкджек, чтобы помочь ей отточить математические навыки, и она стала довольно умело обращаться с картами. Он надеялся, что однажды это не обернется против него, чтобы укусить его за задницу.

«Папа, я бросаю колледж, чтобы стать крупье на круизном лайнере».

– Так, как идут дела в школе? У тебя все еще проблемы с дробями?

Сара плюхнулась на спину и растянулась на ковре.

– Папа, можем мы, пожалуйста, хоть раз поговорить о нормальных вещах?

Ноа нахмурился.

– Школа нормальная. Разве нет?

Вздох разочарования Сары был достоин «Эмми»⁹.

– Папа, ты воспринимаешь каждый разговор, как некий шанс преподать жизненный урок. Разве ты не можешь, время от времени, побыть просто человеком?

– Я твой отец, – напомнил он ей. – Моя работа – убедиться, что…

– Да, да. Что я не разрушаю свое будущее, принимая плохие решения сейчас, – повторила она в ответ его собственные слова с более чем намеком на дерзость. – Я понимаю, но почему мы не можем поговорить и о других вещах?

– Каких, например?

– Например, как насчет этого гигантского урагана, который топит Мерри? Как мы собираемся помогать людям и исправлять это? Что будет с Рождественским фестивалем? Или почему ты уже целую вечность ни с кем не встречался?

– Боже, ребенок. Я думал, что мы поговорим о более приземленных вещах – любимых сырах или что-то в этом роде.

– Чеддер. Дальше, – невозмутимо бросила Сара с пола. На ней была нелепая пижама с изображением русалочьей чешуи, которую он подарил ей на Рождество в прошлом году. Меллоди, его бывшая жена, любезно прислала ему ссылку, намекнув, что их дочери она понравится.

Ноа прочистил горло.

Во многих отношениях Сара была еще маленькой девочкой. Он думал, что защищает ее, держа подальше от подготовки к шторму.

– Ну, будет наводнение. Это нам точно известно. Я беспокоюсь о том, насколько вода поднимется за ночь. На нижнюю часть города рядом с парком придется наибольший ущерб, и пожарная служба связалась там со всеми, чтобы убедиться, что они знают, что старая старшая школа будет открыта в качестве убежища.

Сара села и откинулась на пуфик.

– Ты волнуешься? – спросила она, оценивая его своими красивыми карими глазами.

Он колебался секунду.

– Ага. А ты?

Порыв ветра стучал в переднее окно.

– Ага.

– У нас все будет хорошо…

– Я переживаю не за нас. Может у нас и протекает крыша и все такое, но мы находимся на холме. Я переживаю за Эйприл. Она живет напротив парка. А что насчет миссис Прингл? Она совсем одна в инвалидном кресле. Помнишь, как сильно затопило ее подвал этой весной?

Ноа вздохнул. По дороге домой он заехал к миссис Прингл и целых десять минут умолял, чтобы она позволила ему отвезти ее в старшую школу. Он даже предлагал гостевую комнату в своем доме. В свои восемьдесят один год женщина была невероятно упрямой. Он позаботился о том, чтобы ее имя было в верхней строчке утреннего чек-листа проверки пожарной службы.

– Если люди попадут в беду, Сар, мы им поможем. Это лучшее, что есть в Мерри. Мы держимся вместе. У нас все будет хорошо, а это значит, что мы сможем помочь всем, кто в этом нуждается.

Она взвесила его слова и уставилась в пламя камина позади него.

– Ладно. Так почему ты ни с кем не встречаешься?

– А это откуда взялось?

– Ну, мама помолвлена с Рики.

Ноа закатил глаза. Он прекрасно знал, что его бывшая жена собирается снова выйти замуж. И, честно говоря, у него не было никаких претензий к ее выбору мужа – кроме того, что взрослый мужчина все еще носил имя «Рики». Он казался достаточно милым и, безусловно, хорошо относился к Меллоди и Саре. До тех пор, пока Сара внезапно не начнет называть Рики «папой», Ноа планировал поддерживать вежливые отношения с этим мужчиной.

– Как помолвка твоей мамы связана с этим?

Сара пожала плечами.

– Я подумала, может быть, ты все еще тоскуешь по ней или типа того.

– Ты думала, что мы снова сойдемся? – спросил он, чувствуя, как у него заболела голова при мысли о том, что его дочь может быть разочарована.

– Боже. Нет. Просто я думаю, что мама теперь счастлива. А ты – нет. Так почему бы тебе не найти кого-то, кто сделает тебя счастливым?

– Люди не делают других людей счастливыми, – отметил Ноа.

– Жизненный урок. – Сара обвиняюще ткнула в него указательным пальцем.

– Прости. – Ноа скрыл улыбку.

– Ты совсем не веселишься, пап. Я переживаю за тебя.

– Мне очень весело, – возразил он.

– Нет. Не весело. Ты работаешь, и ты читаешь мне лекции, и ты беспокоишься о всякой ерунде. Вообще. Ноль. Веселья. Мне интересно, может ли быть так, что ты просто не умеешь веселиться.

Ноа сделал единственное, что мог сделать отец, столкнувшись с таким обвинением. Запустил подушку дочери в лицо.

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

Кэт отправила электронное письмо и оттолкнулась от рабочего стола в своей квартире. Дождь, льющий стеной, полностью скрывал вид из окна четвертого этажа. Края урагана «Вероника» делали все возможное, чтобы напомнить Нью-Йорку, что никто не шутит с матерью-природой. Она не могла представить, как будет выглядеть прямое попадание.

Экран телевизора, закрепленного на стене, замерцал, привлекая ее внимание. Она взяла пульт и увеличила громкость.

«Ураган «Вероника» обрушился на Лонг-Айленд и продолжает двигаться к побережью Коннектикута».

Кэт прищурилась, глядя на экран и подошла ближе.

– Дерьмо, – пробормотала она. Прямо между Нью-Хейвеном и Нью-Лондоном, на пути этой тропической сучки, находился Мерри.

Она схватила телефон и пролистывала свои контакты, пока не нашла Кейти Хай.

– Кейти? – позвала Кэт, как только услышала женский голос.

– Кэт? Я не очень хорошо тебя слышу. Сигнал нестабильный.

– Вы в порядке, ребята? Я только что увидела в новостях, что вы попали под небольшой дождь.

Кейти натянуто рассмеялась.

– О, просто немного моросит. Не стоит беспокоиться.

Кэт услышала помехи, а затем голос Кейти стал четче.

– Извини. Мне пришлось подняться наверх. Я не хотела, чтобы Эйприл услышала, как я психую по телефону.

– О, Боже. Вы в порядке, ребята?

– Мы с Джаспером обсуждаем, стоит ли нам идти в убежище.

– Кейти, вы живете на уровне глаз с рекой, которая вот-вот начнет разливаться. Убирайтесь оттуда к черту.

– Я знаю, но я все время буду беспокоиться о доме.

– Ты сможешь восстановить дом, – напомнила ей Кэт.

– Да, но не так хорошо, как ты, – грустно рассмеялась Кейти. – Это место – наш дом, и таким его для нас сделала ты.

– Я приеду со своими инструментами и братом, если понадобится, – пообещала Кэт.

– Ты хороший человек, Кэт Кинг, – сказала ей Кейти.

– Ага, ну, давай просто убедимся, что ты останешься сухим человеком, находящимся в безопасности. Я позвоню вам, ребята, завтра и удостоверюсь, что вы не полные идиоты, которые решили остаться дома.

Ответ Кейти был прерван помехами, и связь оборвалась.

Кэт посмотрела на свой компьютер, на кучу работы, ожидавшую ее, а затем снова на экран телевизора. Семья Хаев была одной из ее любимых в шоу. Несколько лет назад в их машину врезался пьяный водитель. Врезался и сбежал. Из-за медицинских счетов и отсутствия работы, Хаи были в нескольких неделях от того, чтобы потерять свой дом. В дело вмешались «Короли строительства». Они не только отремонтировали дом, но и выплатили ипотеку, а городок сделал щедрое пожертвование, чтобы помочь семье оплатить оставшиеся медицинские счета. С тех пор Хаи снова встали на ноги, а Кэт поддерживала с семьей связь. Ей даже удавалось встречаться с ними раз в год или около того.

Сам городок Мерри был очарователен, словно с открытки. В черте города не было ни одного магазина складского типа. В центре располагались только семейные магазинчики, а дети, возвращаясь из школы домой, приветственно махали соседям. Известность к Мерри пришла благодаря его Рождественскому фестивалю. Весь город украшал свои залы до отказа и устраивал вечера позднего шоппинга. Каждый год они превращали парк в зимнюю страну чудес с тремя акрами¹⁰ рождественских огней, которые можно было осмотреть на арендованных у загородного клуба гольф-карах.

Там были киоски с горячим шоколадом и кулечками с попкорном, поделки ручной работы и целая деревня Санты. В канун Рождества город мог соперничать с Северным полюсом по праздничности. Если вы жили в пределах ста миль¹¹ от Мерри, вы отправлялись туда в канун Рождества. Это было частью рождественских традиций тысяч семей.

«Куда они отправятся в этом году?» – задалась вопросом Кэт.

Она снова взяла трубку и набрала номер.

– Хэй! – Радостное приветствие ее невестки было перекрыто восторженным или недовольным визгом Габби. Годовалый ребенок определенно унаследовал громкость семейства Кинг.

– Привет, Пейдж. Я только что разговаривала с Кейти Хай, – сказала Кэт, сразу переходя к делу.

– О! Как она? Как Эйприл? – спросила Пейдж. У невестки Кэт была жуткая память на семьи, которые они показывали во всех четырех сезонах «Королей строительства».

– Было трудно ее расслышать из-за надвигающегося на них урагана.

– О, нет! Я не следила за новостями. С ними все будет в порядке?

Кэт разочарованно вздохнула.

– Не знаю. Я имею в виду, что это прямое попадание.

– А их дом находится напротив парка, – сказала Пейдж, уловив суть.

– И реки.

– Если им что-то понадобится, ты знаешь, что можешь рассчитывать на нас с Гэнноном.

– Спасибо. Думаю, я просто хочу, чтобы кто-то еще беспокоился о них вместе со мной.

– Считай меня своим партнером по беспокойству, – заверила ее Пейдж. – Как продвигается операция «Учебные деньки»?

Кэт плюхнулась на мягкий диван и выключила телевизор.

– Я же не на громкой связи, да?

– Нет, не на громкой.

– Хорошо, потому что я так чертовски взволнована этим. Думаю, я только что нашла своего идеального управляющего объектами, и у меня есть несколько кандидатов на другой VIP-персонал. И я умираю от желания поговорить об этом. Но пока у меня нет места, что я могу рассказать?

– Что ты – удивительная женщина, которая собирается обучить других удивительных женщин ремеслу и ведению собственного бизнеса? – предложила Пейдж.

– Оу. Ты и сама довольно удивительна, Пейджи. Как поживает моя прекрасная племянница?

– Большая, вредная и красивая. Прямо как ее папа и тетя.

– Что следующее в твоем плотном графике работы режиссера? – Пейдж начала свою карьеру за камерой в реалити-шоу. Она доросла до режиссера и открыла собственную продюсерскую студию, которая снимала документальные фильмы. Ее первый документальный фильм о женщинах в телевизионной индустрии открыл глаза людям по всей стране на двойные стандарты и неравенство. Телеканал «Рено и Реалти», вероятно, опасаясь, что Пейдж нацелится именно на них, запустили программу по продвижению женщин за камерой и ввели в действие политику равной оплаты труда.

Пейдж рассказала Кэт о подробностях своего последнего проекта.

– Но слушай, когда эта история с училищем случится, мне было бы интересно это задокументировать.

– Правда? – Кэт закинула ноги на подлокотник дивана. – Типа один день из жизни?

– Я думаю о том, чтобы сопроводить первый набор до выпускного и далее.

– Ты, должно быть, очень веришь в меня.

– Говоря словами Гэннона Кинга: «Я была бы чертовой идиоткой, если бы не верила».

– Да, звучит похоже на него. Моя более уродливая старшая половина рядом? – Гэннон и Кэт были близнецами, родившимися с разницей в две минуты. Ни один из них не выглядел плохо, и их искренние братско-сестринские переживания завоевали сердца зрителей повсюду. Мир реалити-шоу все еще оплакивал тот факт, что Гэннон вернулся к управлению строительным бизнесом их деда.

– Он укладывает Габби, но захочет узнать о Хаях.

– Я позвоню ему завтра, как только узнаю, как у них дела.

– Хорошо. Если им что-то понадобится, дай нам знать. Я серьезно. У меня есть немного времени до конца года. И я уверена, что Гэннон будет жонглировать делами, лишь бы выкроить время.

– Договорились, сестренка. Спасибо.

Они закончили разговор, и Кэт слушала непрекращающийся дождь, глядя в потолок. Она жила в этом пространстве уже пять лет. Все в двухкомнатной квартире в Бруклине было именно так, как она хотела. Текстурированные стены цвета бирюзы в главной спальне. Восстановленная древесина лиственных пород. Кухня заняла у нее восемь недель собственноручного труда, чтобы стать совершенством. Все в квартире было просто идеально, вплоть до ванны на когтистых лапах, изготовленной на заказ.

Это ее нервировало.

Кэт никогда не считала себя той, кто мог бы остепениться. Конечно, Гэннон сделал это привлекательным со своей умной, красивой женой и их восхитительной малышкой в великолепном особняке в шести кварталах отсюда. Но это было не для Кэт. Мысль о том, чтобы каждый день входить в одну и ту же дверь к одному и тому же мужчине? Это вызывало у нее неприятные мурашки. Жизнь была слишком большой и яркой для этого. Может быть, позже. Возможно, когда ей исполнится сорок с небольшим, она изменит свое мнение. Но сейчас она любила свою жизнь такой, какая она есть. Путешествовать налегке и не думать о чьих-либо чувствах или мнении при принятии решений. Она ходила туда, куда хотела, когда хотела, спала с мужчинами без каких-либо обязательств и чувства вины, и обустраивала свое пространство в точном соответствии со своими вкусами.

Возможно, пришло время двигаться дальше и найти новый проект в сфере недвижимости, чтобы удовлетворить свою страсть к путешествиям?

Она подумала о Хаях и почувствовала укол вины. Она здесь мысленно жаловалась про себя на то, что слишком долго живет в одной и той же идеальной квартире, а ее друзьям грозит потеря дома. Не похоже, чтобы телеканал нагрянул во второй раз, чтобы помочь им…

Ноги Кэт со стуком опустились на пол, когда она приняла сидячее положение.

Возможно, они могли бы…

ГЛАВА ПЯТАЯ

– Святое. Дерьмо.

Это заявление Кэт пробормотала, сидя на заднем сиденье пикапа и натягивая пару вейдерсов¹² своего отца. Грязные, мутные потоки воды бились о кучу мешков с песком, которые какой-то предприимчивый сотрудник догадался установить на парковке продуктового магазина.

После своего озарения прошлой ночью она не спала. Слишком много всего нужно было спланировать. В полночь она заскочила в пустующий дом своих родителей и совершила набег на рыболовные снасти отца, одновременно уговаривая своего любимого менеджера по локациям отправиться с ней в утреннюю поездку. На рассвете они выехали из Бруклина на одном из пикапов «Королей строительства» и направились на север под дождем.

Поездка заняла на несколько часов больше обычного из-за перекрытых дорог и частых остановок Лорен на пописать. Ураган, который теперь ослаб до раздражающего тропического шторма, продвинулся дальше вглубь страны. Это означало, что прибрежные районы, вероятно, будут затоплены сильнее, поскольку реки и ручьи будут выталкивать излишки своей воды в океан.

Кэт припарковала пикап на полузатопленной парковке продуктового магазина, где выстроилась дюжина других гражданских автомобилей, буксирующих лодок и байдарок для перевозок. Они услышали по радио, что в Нью-Хейвене тоже было довольно много воды, и именно там была сосредоточена бóльшая часть помощи.

Мерри был предоставлен сам себе.

Река вышла из берегов и обосновалась в нижней части центра города. Но стойкое сообщество Новой Англии¹³ было готово спасти свою собственную задницу.

– Ты туда не пойдешь, – заявила Лорен, перекидывая волосы через плечо. Женщина была на седьмом месяце беременности и была не в состоянии физически остановить Кэт.

– Лорен, Лорен, Лорен, – прошептала Кэт. – Если я туда не пойду, как мы узнаем, насколько велик ущерб? Это наш шанс сделать здесь настоящий рождественский спецвыпуск. Нечто значимое. Телеканал должен знать, какой тяжелый случай у нас в руках, иначе они никогда не согласятся на это. И Мерри потеряет свой главный источник дохода.

– Нет, черт возьми. – Лорен покачала головой и скрестила руки на животе. – Если страховая компания узнает, что твоя прекрасная задница оказалась по пояс в паводковых водах, у тебя будут проблемы посерьезнее рождественских украшений.

Они наблюдали, как пикап подъехал к прицепу, который тащили два гидроцикла по мутной воде. Лорен покачала головой.

– Поверить не могу, что мы наблюдаем, как кто-то запускает гидроциклы от ShopRite.

Кэт заметила плоскодонную лодку, скользящую по тому, что еще вчера было улицей, и свистнула, чтобы привлечь внимание мужчины. Она помахала рукой, и он сменил направление.

– Из-за тебя меня уволят, и тогда этот малыш не сможет пойти в колледж! – захныкала Лорен.

– Тебя не уволят. Никто не узнает. Я просто собираюсь совершить небольшую прогулку на лодке, а ты задокументируешь любой ущерб, который сможешь, находясь в безопасности.

– Я пойду с тобой, – упрямо заявила Лорен.

– Мы с тобой обе знаем, что твоя жена – одна из самых страшных женщин на планете. Если бы она узнала, что я позволила твоей беременной заднице забраться в рыбацкую лодку и плавать по паводкам, она бы меня убила. Оставайся здесь!

Кэт зацепилась ногой за нос лодки и вскарабкалась на борт.

–

Стюарт был немногословным мужчиной средних лет. Он вел маленькую лодку по затопленным городским улицам с невозмутимой решимостью. «Для него это просто очередная поездка на рыбалку», – подумала Кэт. Он и не догадывался, кто она такая. По его мнению, она была какой-то сумасшедшей женщиной, которая явилась на наводнение с небольшим холодильником для сэндвичей, водой и термосом с кофе. Для него Кэт была просто еще одним волонтером, и она была бы счастлива, если бы так все и оставалось.

В своей бейсболке и нескольких слоях одежды Кэт сохраняла инкогнито.

Она засняла, как молодая мать, ее маленький сын и потрепанный кот спасаются на каноэ из затопленного дома. Кэт сделала десятки фотографий паводков и разрушений. Она уговорила Стю – Кэт понятия не имела, не против ли он, что она так его называет – провести их через парк в надежде подобраться поближе к дому Хаев. Сам парк был полностью затоплен. А елка… Елка, которую украшали и зажигали каждое Рождество в течение последних пятидесяти лет, теперь лежала на боку в ледяной, наполненной мусором воде.

Здесь не будет Рождественского фестиваля. Если только телеканал не подтвердит свои слова делами. Если правление не ухватится за этот самый эпический рождественский спецвыпуск за всю историю… что ж, этого не произойдет. Она об этом позаботится.

Помня о течении, Стю не стал заходить слишком далеко в парк. Вместо этого он направил лодку по Омела-авеню. Дом Хаев, симпатичное бунгало, которое Кэт лично помогла отремонтировать сверху донизу, находился на глубине трех футов¹⁴ воды. Отделка подвала наверняка полностью разрушена, а первый этаж будет нуждаться в новом гипсокартоне, новых полах и новой лепнине. Но, если не произойдет еще одно стихийное бедствие, дом снова станет пригодным для жизни.

Их там не было. Об этом говорила табличка на входной двери. И Кэт задалась вопросом, кто предусмотрительно попросил жителей оповестить, пустуют ли их дома, сэкономив время спасателям?

Она снимала фотографии, видео. Все что угодно, лишь бы убедить канал отправить ее обратно в этот крошечный городок.

Кэт спрятала телефон в дождевик и начала сканировать соседние окна на предмет движения. Зарываясь глубже в свой плащ, она вздрогнула. Она могла видеть клубы пара от собственного дыхания, серебристые облачка в холодном воздухе. Паводковые воды были еще более опасными из-за их арктических температур.

Она заметила движение впереди. Ей махали руками с крытого крыльца коттеджа на полпути вниз по кварталу. Кэт подала знак Стю, и они поплыли по улице. Семья из четырех человек, сжимая мешки для мусора и друг друга, вышли поприветствовать их.

Совершенно незнакомая женщина, передала Кэт свое самое драгоценное сокровище – свою маленькую дочь.

– Спасибо, – прошептала женщина сквозь стук зубов, когда муж подсаживал ее на борт. Кэт прикусила губу и быстро кивнула. Она вернула ребенка обратно матери и сняла мальчика с плеч отца.

– Привет, приятель. Готов покататься на лодке?

Он улыбнулся ей, слишком невинный, чтобы понять их обстоятельства.

– Мне нравятся лодки! – объявил он.

Кэт протянула руку отцу и помогла ему забраться на борт. Мужчина поднял сына и обнял жену, притянув ее к себе.

– Куда их везти? – поинтересовался Стю. Это было первое полное предложение, которое он ей сказал.

Дерьмо. Когда она успела стать боссом?

– Давай вернемся к продуктовому магазину. Там есть еда, машины. Так всем будет проще найти транспорт.

Стю хмыкнул и завел лодочный мотор.

Маленький мальчик хлопал в ладоши, облаченные в перчатки, пока они плыли по мутным водам разрушенной улицы.

–

Она потеряла счет тому, сколько людей они перевезли в безопасное место. Ее телефон разрядился несколько часов назад и был оставлен заряжаться в грузовике. Лорен, прирожденный координатор, организовала своего рода зону приема для людей на парковке продуктового магазина. Сам магазин открыл свои двери и жарил хот-доги и гамбургеры, раздавал бутилированную воду и спортивные напитки всем нуждающимся. Пожертвования в виде одеял и носков, корма для собак и кошек и других предметов первой необходимости сортировались и распределялись.

Как будто для того, чтобы насыпать соль на рану, хвостовая часть урагана замерла над Мерри. Ветер немного стих, но дождь продолжал лить непрерывно, промочив спасателей и их драгоценный груз до самых костей. Лютый холод заставлял Кэт задуматься, сможет ли она когда-нибудь снова почувствовать тепло.

Все они стали невосприимчивы к дождю. Теперь, когда худшее позади, а их город оказался под водой, небольшой дождь был наименьшей из их забот.

Мобильная связь отсутствовала, что лишь усиливало всеобщее разочарование. Обеспокоенные друзья и родственники жителей Мерри собирались группами у кромки паводковых вод. Лорен раздала им всем поручения, распределив обязанности.

Кэт убедилась, что у ее подруги есть сэндвич и стул, прежде чем снова отправиться в путь.

Она помахала всем рукой, когда они со Стю отчалили от парковки. Они объединились с двумя другими лодками и на трех крошечных судах почти очистили Омела-авеню и аллею Холли. Оставалось проверить еще два дома, прежде чем они смогли бы перейти на другую улицу.