Текст книги "Хегг. (не) Злодей для шестой сестры (СИ)"

Автор книги: Лолита Моро

сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 17 страниц)

61.1

Он распластался снизу и обнял. Я улеглась к нему спиной и невольно улыбнулась. Когда эту ванну доставили вместо старого ржавого ужаса, я здорово удивилась, зачем мол такая глубокая? Нырять в нее, что ли? А вот надо же, пригодилась. Только длинноногий Хег не помещался немного, коленки торчали над водой. Вдруг рядом с ногой мужчины всплыла змеиная голова. Потерлась кошачьи о кожу и уставилась на меня внимательно. Потом тем же маневром появилась вторая.

– Пошли вон! – сказала я.

Змеи беззвучно растворились в теплой душистой воде.

Хегг аккуратно расстегивал пуговицы на моем корсаже. Чуткие пальцы с плоскими короткими ногтями прижимали соски через батист нижней сорочки, запуская острые искры судорог в самый центр меня. Я ощутила широкие касания языка у основания шеи. Щекотно!

– Ласкают они тебя? – я сама удивилась своей бесцеремонной храбрости.

Мой парень изумился не меньше:

– Чево?

– Я спрашиваю: ласкают ли тебя в интимных местах белые змеи Судьбы. Эта же она прицепила их тебе на задницу. Ведь ты ее драгоценный баловень. В карты обыгрываешь всех подряд.

Хег сел и заглянул мне в лицо:

– Что за вопросы, Лиля? Для убежденной девственницы они, – тут он сделал короткую паузу, подыскивая слова, – не пристало так говорить.

– Значит, ласкают. Я так и думала. И с чегой-то ты взял, что я убежденная девственница?

Я освободилась от мокрого платья. Сидела в тоненькой нижней сорочке между ног мужчины. Его напряжение упиралось мне в копчик. Хегг отодвинулся.

– Если я правильно помню, Хегг, это ты боишься близости между нами. Удираешь постоянно, – заявила я.

Хегг за моей спиной помалкивал. Я обернулась.

Он скрестил руки в замок на груди. Глядел исподлобья прозрачными глазами. Пухлые светлые губы истончились в линию.

– Я не должен был приходить? Я тебе помешал? – заговорил он холодно, – хочу тебе напомнить, девочка, что ты моя собственность.

Он резко встал и снова спрятал себя в полотенце. Бросил, не оборачиваясь:

– Возьму, когда захочу. Не захочу, сдохнешь старой девой.

И ушел. Я пожала плечами: что это с ним? И замерла. Сейчас кровать мою увидит.

– Это что это такое, Лиля?!

61.2

Я быстрыми шагами направилась в комнату, накинула шаль по дороге. Из окон дуло немилосердно.

Хегг стоял возле кровати и тыкал в нее пальцем:

– Знаешь, девочка, мне кажется, что ты нарочно поселилась здесь, чтобы меня позлить, – говорил он, указуя перстом на узкую железную койку, покрытую белым тканным покрывалом, – ты шестая герцогиня, Лиля, но по-моему, в твоем замке горничные живут лучше!

Выглядел он с полотенцем на бедрах и в офицерских сапогах неплохо. Похудел он все-таки. Сухая мускулатура выступила рельефнее, четче. Татуировки цвели на коже мужчины всеми положенными цветами. Я заметила, как змеиная голова осторожно высунулась из-под ткани на бедрах. Заметила меня и тут же спряталась. Поневоле сделалось смешно.

– Ты словно из спальни своей розовой подружки примчался, Хёгг, а не из крайнего пограничного форта, – посмеялась я, – разве у тебя самого кровать лучше?

– Теперь лучше, – проворчал он.

Улегся в мою девичью постельку и ноги в сапогах на завитушки спинки положил. В мою шаль закутался.

– Дай мне прикурить. Сними мокрую рубашку и иди ко мне, – велел он.

Я в первую секунду хотела отправить его подальше. К драконихам, наместницам и барышням с розовыми волосами. Но послушать, как и почему он пришел ко мне свозь снег и дождь было всяко интереснее. И ведет себя мой парень сегодня на диво целомудренно. К чему бы это?

Хегг закурил, а я, стянув мокрое, нырнула к нему под локоть.

– Как ты умудряешься подглядывать за мной?

Хегг выпустил в потолок ровное дымное кольцо. Сегодня его сигара пахла вишней и имбирем.

– Я не нарочно. А ты почему примчался сегодня и даже без зонтика?

– Отвечай, Лиля, я первый спросил.

– А я еще раньше тебя спрашивала. Не скажешь, и я не скажу.

Я повозилась, укладываясь удобнее.

Ткань на его торсе сползла совсем низко. Я видела мужской пах, уже успевший с лета зарасти редкими светлыми волосами, полустершуюся старую татуировку. Естество давно очнулось. Приподнимало тряпку и покачивалось. Где змеи-подружки?

Хегг курил и глядел в потолок. Наконец недовольно произнес:

– Перестань вертеться и прижиматься. Соблазнить меня хочешь? Зачем? Раньше детского поцелуя у тебя нельзя было выпросить.

Я растерялась. Я к нему не прижималась. Не специально, точно. Просто шаль короткая. Все время то нога, то попа на сквозняке…

– Парня завела себе? А? что, ведьма-недавалка, не получается с ним? Ну. рассказывай.

Он вдруг положил меня сверху на себя и прижал мягкие губы к уху:

– Хочешь, чтобы я был первым? На всякий случай? Или хочешь выменять свой секрет на мой? Признавайся, продуманная моя. Я тебя знаю, Лиля, ничего ты просто так не делаешь!

И вдруг крепко приложил меня ладонью по заднице. Больно и обидно. Я хотела вскочить, но мужчина не дал. Держал меня левой рукой на своей груди тяжело. Не нашлось ничего лучшего, чем вцепиться зубами в гадкое запястье.

Хегг заорал и мгновенно оказался сверху:

– Кровь мне пустила, тварь?! Сейчас и я тебе пущу!

Мои ноги поехали в стороны под нажимом его бедер. Внутрь меня уперся толстый горячий дрын. Р-раз и надавил. Больно!

– Ты дурак и параноик, Хегг! Мне больно, прекрати! Врун, проклятый! Гад! Отстань!

Я уперлась кулаками в доску его груди. Ревела от злости. Да как он смеет так ужасно вести себя в важный момент моей жизни! насильник!

– Вот теперь я узнаю свою девочку, – ухмыльнулся мерзавец, – не реви, хватит. Ничего я не сделал. Даже не начинал.

Он убрал себя вбок, повернул мое лицо к себе и стал губами собирать слезы со щек. Левой рукой нежно гладил плечи, спину, опускаясь потихоньку ниже. С правого запястья у Хегга текла кровь, пачкала белые простыни.

61.3

– А расскажи-ка мне про отворот, – проговорил он.

– Сначала ты, – упрямо стояла я на своем.

Треугольноголовые белые змеи быстро-быстро остренькими язычками слизывали кровь с его руки. Хегг сел.

– Я понял, что действительно тебе нужен. Еле успел сапоги натянуть. Обратился и о-па, тут как тут.

– А как понял?

– Сердце подсказало. Я что-то чувствую.

– Что?

Я села рядом. Он пожал плечами:

– Хёгг знает. Но это сильное чувство. Втыкает в сердце так, что полгруди отнимается.

Он сжал грудную мышцу слева так, как это делают сердечники.

– Наверное, ты меня любишь, – пошутила я.

– Да, – легко согласился он без всякой улыбки, – я тебя люблю. Как думаешь, Лиля, если твой отворот снять, то ноги снова…

Тут Хегг замолчал. На красивом лице мужчины промелькнуло страдание. Похоже, что он даже вслух опасается предположить последствия. Мне стало на миг его жалко. Огромный, красивый и всесильный, а верит фиг знает во что. Я хмыкнула:

– Зачем снимать? Разве он тебе мешает?

Мой парень смотрел отрешенно куда-то в угол. Потом обнял меня за плечи. Снова вытянулся на покрывале и меня сверху уложил. Ноги в армейской обуви откровенно не помещались по длине.

– Нога не болит. Тошнота исчезла. Жрать хочу, как людоед. У меня даже рана затянулась, позавчера мечом зацепил. Это все ты. Ты это делаешь со мной, Лиля.

Он прижался губами к моему виску. Гладил снова по спине и попе. Задумался о чем-то, не разобрать.

– Стукнешь еще раз, загрызу, – серьезно предупредила я.

– Извини. Это я от злости. Ты подыскала себе парня?

Я выбралась из-под тяжелой руки и уставились на кавалера с интересом.

– Нет, – я призналась честно.

– Честно? – прозрачные глаза Хегга смотрели без малейшего намека на улыбку.

– Честно, – я дотянулась и прикоснулась губами к гладкой щеке.

– Ну смотри, Лилька! Узнаю, что обманула, не прощу, – снова без тени шутки проговорил Хегг, – поцелуй меня еще.

Наконец-то! наконец-то мы стали целоваться. Хегг так великолепно умеет это делать, особенно если в настроении… ничего лучше пожелать нельзя, невозможно.

Хегг

Я снова оказался сверху. Сознание плыло и норовило выпасть. Приворот-отворот меня долбит, не иначе. Себя забываю, буквально. Что бы я так западал на тощую глупую девчонку! Хватит.

– Хватит, Лилька.

Я рывком снял себя с девушки. Красный, как рак. Да и она не лучше. Отвернулся и удрал в сортир. В паху горит. В ушах тикает. Кровь шумит зверски, хочет взорваться. Дрожь бьет заветным, замученным желанием.

В дверь замолотили злые кулачки.

– Во-первых, я тебе не Лилька! Во-вторых, сейчас же вернись, мы не договорили! Хёгг! Не будь трусом!

Я распахнул дверь. Девчонка стояла в чем мама родила и дула на ладошки. Перестаралась.

– Почему ты бегаешь от меня? потому что я некрасивая? Тощая? – слезы в голосе звенят. Узкое личико скуксилось, – и я вовсе не глупая!

Я поднял барышню на руки, прижал к себе. Сладко! Держать и не отпускать никогда. Проговорил в пушистую макушку:

– Давай договоримся. Хочешь меня?

Лиля тут же отпихнула меня и сердито заглянула в лицо:

– А сам разве не хочешь?

– Чего хочу я, то дело мое. Я предлагаю «шесть-девять». Вкусно, безопасно и все довольны. Идет?

Моя взъерошенная собственность задумалась.

– Ладно, я начну первым, а ты подключайся, – улыбнулся я.

Сознание прояснилось и похоть не колотила отчаянно по ушам. Я уложил свою задумчивую красавицу на узкую кровать. Ну держись, моя милая, я столько терпел…

61.4

Лиллианна

Нет уж! Будет, по-моему! Нашел себе игрушку! Захочу-не-захочу! Да если бы я захотела!

– Что было бы?

Хегг оторвал от моего живота свои потрясающие губы. Смотрел в лицо и улыбался странно. Словно бы жалел и насмехался сразу.

– Не гляди так! – зашипела в светлые прозрачные глаза на загорелом лице.

– Как? – он повел языком влажную дорожку от пупка вниз.

– Не знаю! Мне не нравится. Как будто я несчастная уродская страшная, а ты бог и женский любимец жалеешь и снисходишь.

Я извернулась и высвободилась из его пальцев и губ. Спиной повернулась.

– Лиль, ты меня замучила, – он потерся носом о мое плечо, – я устал. Отсоси мне по бырику, и я на заставу улечу.

Я дар речи потеряла от такой наглости. Я замучила?! Отсоси!! Душно краска залила лицо. Убью гада и все! Я обернулась, тщетно ища слова пообиднее.

Хегг снова улыбался. Снова оказался сверху и накрыл своими губами мои. Я изо всей силы обхватила его руками и ногами. И ногтями впилась для верности.

– Больно ...

Мужчина вздохнул и сдался.

Хегг

Всеблагая! Я сдался. И оно того стоило. Девчонка плакала, смеялась, ругалась, облизывала и делала все, как я хотел. Кусалась, конечно, все плечи изгрызла. Любит пожёстче, но не признается. Ладно, успеется. Фейерверк мой премиальный накрыл меня в финале, хотя я совсем не надеялся и не ожидал. То ли собственность моя умеет творить и такие чудеса, то ли я слишком поверил в волшебство. Мы уснули разом, обессилев, как солдаты после дальнего перехода.

Я проснулся от звука. Кто-то очень быстро и вкусно ел что-то очень сочное.

Шестая герцогиня ела большой персик. Забралась с ногами в кресло и хлюпала, подставляя блюдце под сок, каплями стекающий по подбородку.

– Привет, – сказал я.

Она помахала мне рукой. Держала в пальцах что-то белое.

– Привет, обманщик! – весело прозвенел нежный голосок моей собственности. – Это мне?

И она снова помахала ладошкой. Это платок. Какая-то подстава?

Я кивнул на всякий случай и ушел в туалет. Все-таки безопасное место.

– Нет ты все-таки скажи. Это мне?

Моя подружка наплевала на личные границы и вперлась в санитарное пространство. Обняла за талию и прижалась щекой к левой лопатке.

– Тебе. Все тебе, – открестился я от всех возможных засад.

– Тогда развяжи.

Я получил по виду свой платок. В уголок было завязано кольцо. Я его сразу узнал. То самое, что я отказался купить своей красавице в Халифате, и мы поссорились в дым. Я, кстати, заметил его на мизинце Всеблагой буквально вчера. Вопросов той, понятное дело, задавать не стал. Как оно в моем платке оказалось?

Я с трудом, зубами и сломав ноготь, распутал кружевной уголок. Колечко выпало в ладонь. Обожгло, сверкнуло безупречной огранкой, ослепило и успокоилось.

– Помнишь его, Хегг? – прошептала моя девушка, завороженно не отрывая глаз от украшения.

– Помню. Оно тебе еще нравится?

– Да.

Лиллианна подняла на меня сияющие глаза.

– Бери.

Я протянул колечко на раскрытой ладони. Надеялся, что девчонка схватит его и сама натянет, куда захочет. Не тут-то было.

– Надень, – велела моя умница.

Я послушно надел на указательный палец правой руки и поцеловал барышню в висок. Золотой обод сел свободно. Великоват, потеряет запросто. И ладно. Хватит с меня обрядов. И так вляпался выше крыши.

– Что дальше? – спросил первым, пока она не начала глупых разговоров.

– Дальше? – задумчиво переспросила Лиля, разглядывала сияющий камень, отставив ладонь в сторону для обзора. – Я не знаю, что дальше.

– Тогда вели накрыть стол побольше до погуще. И пусть доставят новую кровать. Я останусь здесь, пожалуй, на выходные.

– А как же твоя драгоценная застава? – смеялась лукаво Шестая герцогиня.

– Подождет пару дней.

Я притянул девушку к себе, целовал и невольно прислушивался. Вряд ли Всеблагая Любовь наградила меня колечком для подарка возлюбленной. Но в эфире стояла утренняя тишина. Только где-то этажом ниже неумелая рука пыталась наиграть на фортепьяно Историю любви.

КОНЕЦ