Текст книги "Утопающий во лжи 17 (СИ)"

Автор книги: Лев Жуковский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 18 страниц)

Всё это не отвечало на вопросы. Оно плодило только новые. Попытка зажать паразита малыми силами в автоматическом режиме поначалу успехом не увенчалась. Он уходил слишком быстро. Слишком чисто. Словно заранее чувствовал, где сеть начнёт стягиваться. Но мне удалось выявить точки его интереса, а затем через сенсорную сеть собрать подробные параметры этой странной группы существ.

Охота стала полноценной. И тогда оружие в руках этого гоблина привлекло особое внимание. Странный гоблин Журек, F ранг, 24 уровень, держал оружие, стоимость которого была сопоставима с целым ульем. Возможно, даже с несколькими. И это только в эквиваленте очков Системы, не меньше пятидесяти миллионов. Может быть, больше, если учитывать редкость происхождения, скрытые свойства и возможность расширять потенциал носителя.

Редкое оружие мерзких преатов пособников света. Само по себе уникальное. И к тому же образец, встречающийся столь редко, что даже мои базы соответствия выдали неуверенные линии. Оружие, способное расширять возможности могучих титанов. Оружие, которое не должно находиться в руках жалкого гоблина F-ранга.

Это вызывало интерес. И множество вопросов. Законные подозрения множились. Гоблин 24 уровня не мог обладать подобными сокровищами. Не мог действовать так эффективно без внешней помощи.

А значит, под маской гоблина либо скрывалось иное существо, либо за его спиной стоял кто-то, достаточно могущественный, чтобы позволить себе подобную насмешку. В любом случае паразит переставал быть просто паразитом. Он становился нитью. А нить всегда следует тянуть осторожно, потому что на другом конце может оказаться не добыча, а твой заклятый враг.

Однако, попытка перехватить его у врат в закрытый мир Тесэр едва не превратилась в ещё большую катастрофу. Катастрофу, способную ослабить мои позиции сильнее, чем провал в мире Асшор.

Удалённое ментальное воздействие не удалось. В отсутствие физического тела это оказалось избыточно энергозатратным действием. Да и сама цель сопротивлялась странно. Не так, как должен сопротивляться гоблин. Не так, как сопротивляется призрак.

При этом каждый миг разговора порождал новые переменные. Один только показатель отсутствия вибраций страха наводил на одну из самых неприятных и затратных линий будущего развития событий.

Он не боялся. Или скрывал страх так искусно, что это само по себе становилось угрозой. Я разыграл силовой вариант. Раскрыл фигуру моего титана, через которого транслировал силу. И всё обернулось катастрофой. Паразит преобразился. Нет, это слово слишком мягкое. Перед моим титаном возникло чудовище.

Не то, что стояло там мгновением раньше. Не жалкое создание F ранга. Оболочка сорвалась, и из-под неё проступила такая тяжесть, что сенсорные контуры Орсша начали захлёбываться противоречиями.

– Где твое предвидение путей будущего Сионшо? – раздражённо произнесло преобразившееся чудовище ментальной вибрацией, со скоростью потока времени, которую мой титан Орсша не успевал обработать. – Я же намекал тебе, или ты настолько ослаб после нападения малыша Асхока?

Мой титан ещё только обрабатывал эти слова, а я уже усиливал связывающий нас канал. Энергия пошла плотнее, укрепляя защитные покровы вокруг Орсша. Одновременно десятки моих разумов принялись разбирать сказанное. Вероятности. Угрозы. Отсылки. Манера речи. Упоминание Асхока. Оскорбительно лёгкий тон в адрес существа, победить которого удалось лишь благодаря артефакту Антероса.

Параллельно я анализировал параметры нового тела. Собирал энергетические данные. Сопоставлял с базами соответствия. Пытался обойти ограничения искривления полей эфира и раскрыть имя чудовища не прямым путём, а через цепочку признаков: предыдущие действия, энергетические всплески в этом секторе за последние полгода, следы, считанные с его тела, результаты Высшей идентификации, ложность каждого параметра, маскировочные слои, совпадения с известными сущностями.

Всё давало слишком много вариантов. И слишком мало утешения. Надменные же слова в сторону Асхока порождали новый каскад вероятностей. Одна из них становилась всё опаснее: перед моим титаном мог стоять Лорд Зарема.

Это предположение было неприятным. Но и оно не объясняло всего. Чудовище превосходило моего носителя. Это стало ясно ещё до первого удара. В его руке появилось проклятое копьё, от которого исходил первородный холод. Тогда как описание гордо оповещало о возможности открытия Врат Вестилала.

И вот это уже грозило не просто потерей ценного титана. Под угрозой оказывался мой большой алтарь. И что возможно еще хуже, древние врата в мир Тесэр.

За их целостность я получал достойную оплату от Совета старших. Оплату, которая являлась существенным подспорьем моего бюджета. Потеря врат ударила бы не только по текущим ресурсам, но и по положению в Совете. Слишком многие в мире Дарелия любят задавать вопросы лишь тогда, когда чужие расходы перестают быть удобными.

– Всего мгновение разделило до и после, ведь успей я покинуть этот жалкий подземный мир, и ты не понес бы убытков, сейчас же дерзость и необходимость моего появления в реальном слое пространства будет стоить тебе очень дорого! – медленно, словно даруя снисхождение, произносило чудовище, обладающее телом демонического Бога. И в этот момент оно указывало копьём на моего титана Орсша.

Неторопливо. Словно перстом. Словно не угрожало, а уже распределяло судьбы.

– Что ты готов отдать за сохранность своего алтаря? Или мне лучше дать согласие на твое приглашение?

Этот взгляд. Недовольство. Всё напоминало поведение настоящего Бога. Мне были видны отблески сотен всплесков его сознаний. Не хаотичных. Не рваных. Не следствие безумия или накопленных душ. Скорее многослойная работа разума, где каждая мысль проверяет соседнюю, а каждое слово является не выражением, а инструментом давления.

Но это был не Бог. И это было как ни странно еще хуже. Бог понятен в своей природе. Его власть строится на алтарях, домене, пастве, источнике, имени и закреплённом праве. А передо мной стояло нечто другое. Существо, приблизившееся к божественной форме не тем путём, который следовало ожидать.

Благо линию пути в мой домен я сокрыл намного раньше, стоило только появиться этим странным вибрациям энергии вокруг него. И всё же, отсчитывая вероятности, почему чудовище не приняло моё приглашение, я приходил к выводу: его вес был слишком велик, чтобы переместиться по этой нити пространства. Переход оказался бы слишком накладным. Или опасным. Или недостаточно гарантированным.

Не отказ из осторожности. Ограничение. Но даже ограниченное в своей власти чудовище оставалось чудовищем. Мой носитель всё ещё обрабатывал данные и ментальные вибрации, произнесённые противником. Только готовился дать ответ. Он попросту не поспевал. Орсша был могуч, дорог, древен в меру своей линии крови и наследственности, но он не был создан для борьбы с таким существом на таких скоростях.

– Но учти, своими необдуманными действиями ты нарушил многие планы и по всей видимости я попросту заберу Орсша себе, как напоминание о твоей ошибке, – с надменной усмешкой произнесло чудовище.

Орсш дёрнулся. Не будучи под моим полным контролем, он почти проявил собственный страх. Или ярость. Или инстинкт титана, которому другое существо посмело говорить о нём как о будущей добыче. Но всё это было тщетно.

Энергетические всплески, исходящие от чудовища, говорили не о божественной энергии. Не настолько чистой. Не привычной. И всё же достаточно плотной, и опасной, чтобы признать: эта тварь, возможно богомерзкий преат, достигла третьего божественного предела. Даже без проклятого божественного копья это уже было большой проблемой.

С копьём, угрозой системного уровня.

Я выбрал линию пути сохранения, баланса. Не гордости. Не мести. Не сиюминутной расплаты. Шанса избежать чудовищных расходов, ведь это было эффективнее всего.

– Моей клятвы о сохранении тайны о вашем исходе из мира Асшор будет достаточно, Лорд Зарема? – наконец вымолвил мой титан Орсш мои слова.

Я произнёс имя не потому, что был уверен. А потому, что цена ошибки в другом направлении выглядела выше. Если это Лорд Зарема, признание его тайны даст возможность сделки. Если нет, существо само покажет, насколько ему выгодна эта маска.

Ответ пришёл мгновенно. Слишком быстро. С ментальной вибрацией, в которой чувствовалась странная насмешка.

– Рискнешь взять на себя бремя великой тайны? Учти, цена ошибки будет вдесятеро выше, ведь об этом будешь знать только ты, и если Антерос прознает об этом, мой гнев будет неодолим.

Решимость со стороны Лорда Зарема была тягостной. Он порождал непредвиденные вероятности будущего, которые не удавалось просчитать в достаточной мере. Слишком много скрытых линий. Слишком много возможных ловушек. Слишком много пересечений с миром Асшор, Антеросом, миром Тесэр, Советом старших и тем странным существом, которое только что заставило меня говорить через титана так, будто я торгуюсь за право сохранить собственную жизнь.

И всё же ввязываться в бой здесь и сейчас было неэффективно. Неизвестно зачем. Всего лишь из-за ничтожных пары миллионов особей моего улья. Да, они были моими детьми. Да, паразит испортил внешнее кольцо, но лишь частично, и в малом количестве кластеров. Да, он забрал тела, ресурсы, данные, нарушил естественный ход мира и осмелился уйти через мои врата.

Но цена настоящего столкновения могла оказаться несопоставимо выше. Одна ошибка тянула за собой другую, и вся череда неудач начинала складываться в узор, где каждое моё резкое движение лишь туже затягивало невидимую сеть.

Иногда Бог сохраняет величие не действием, а отказом от него. Особенно когда перед ним стоит существо, которое слишком хочет заставить его сделать первый шаг.

Глава 7

Малая ложь. Старик Ирчин

Торг оказался сложным. Даже я бы сказал опасным. Из тех, где сражение так и не случилось, но смерть все равно стояла слишком близко, терпеливо, недвижно, с раскрытой пастью, готовая поглотить твою душу без остатка. Одно неверное слово, слишком уверенная ложь, и древний титан, служивший живым алтарём Сионшо, мог сорваться с места. А следом пришёл бы уже не разговор, а столкновение, после которого от врат в мир Тесэр остались бы лишь раскалённые обломки, если от них вообще хоть что-то осталось бы, да и от моего текущего плана тоже.

Мой развитый интеллект позволял многое. Слишком многое. Он расчленял происходящее на сотни вероятностей, выстраивал ветви возможного будущего, взвешивал каждое слово, каждую ментальную вибрацию, каждый оттенок чужой воли. Он позволял думать не только о Сионшо, глядящим на меня через своего титана, но и о структуре власти Богов вообще. О положении Антероса. О том, почему лорд Асхок исчез, а его владения были отданы под разграбление.

Картина выглядела достаточно понятной. Но я не был чересчур самонадеян, считая что мои выводы истинно верны. Ошибиться мог и я. Мог не знать какой-то древней клятвы, скрытого договора, личной вражды, проклятого пророчества, или хитроумной многоходовки, где все видимые игроки лишь двигаются по линиям, вырезанным задолго до моего появления, как это бывало уже однажды со мной. И всё же один факт был слишком выразителен: все хоть сколько-нибудь серьёзные фигуры из мира Асшор оказались эвакуированы. И это говорило мне о многом.

Это подсказывало мне многое об истинном отношении старого Бога Антероса к более молодому Сионшо. Так не поступают с союзником, которому честно предоставляют добычу. Так поступают с тем, кого не считают равным себе.

Именно на этом я и строил часть своей наглости. Ведь представляться Лордом Афетом прежнего желания у меня уже не было. Слишком известен. Слишком опасен. Слишком много следов, историй, страхов, старых ран и, вероятно, живых врагов. Настоящий Бог вроде Сионшо должен был знать о Лорде Афете достаточно, чтобы моя ложь раскрылась в первый же миг, стоило ему сопоставить несколько деталей. Прикасаться к такому имени без крайней необходимости, особенно перед существом столь могучим я посчитал избыточно опасным деянием.

А вот о Лорде Зарема информации было куда меньше. Именно там имелся простор для манёвра. Конечно, и эта позиция была уязвима. Я видел целый ряд слабых мест. Манера речи. История исхода из мира Асшор. Неизвестные договоры. Отсутствие точных сведений о силе. Но именно неопределённость становилась моей главной силой.

В итоге я положился на главное свое преимущество. На уязвимость титана инсектоидов замершего предо мной.

Не физическую, разумеется. Древний инсектоид Орсш был чудовищем, к которому простой смертный не сумел бы приблизиться даже в своих самых оптимистичных снах. Но по сравнению со мной он был слаб именно в параметре Интеллекта. Я фактически не двигался. Даже не говорил в обычном смысле. Мои слова шли ментальными вибрациями, потому что физически произнести их с необходимой скоростью было бы для меня невозможно.

К тому же если бы началось сражение, мне пришлось бы разрушить врата в Тесэр. А этого я желал избежать. Очень желал.

Да, в мире Ссшорс имелось ещё несколько направлений, ведущих в иные миры. Но их потенциал был значительно ниже. Менее привлекателен. Мир Тесэр, несмотря на все свои ограничения, несмотря на мёртвую природу и возможные проблемы с пространственными перемещениями, оставался важной частью моих планов. И терять доступ к нему из-за вспышки чужой гордости было бы отвратительно до скрипа в зубах.

При этом я ни на миг не обманывал себя. Моего могущества не хватило бы не то, что победить древнего титана инсектоидов, даже противостоять ему сколько-нибудь приличное время было бы трудно. Да, я мог ударить. Мог удивить. Мог сорвать часть его защит. Мог, возможно, нанести рану, о которой он запомнил бы надолго. Но выстоять? Сломать? Подчинить?

Нет. Не с текущими силами. Не здесь. Не в мире Ссшорс, где сам Сионшо мог подпитывать своего носителя через алтарь почти бесконечно. Не жалким навыком Яростного тумана зова стихий пытаться навредить такой твари. Я смотрел на неё и до сих пор не мог ощутить энергетически. Это было особенно неприятно. Не потому, что я привык всё видеть, хотя привык, а потому что сама пустота на месте чудовища становилась особым видом угрозы и показателя силы. Орсша был здесь, и одновременно словно не существовал.

И это, как я понимал, была далеко не самая сильная его сторона. Передо мной стоял достойный представитель мира Ссшорс. Тварь, которая разорвала бы тех ахортов из мира Дей Тар Акан не глядя. Вместе с их пустотной станцией, с их техникой, с их высокомерием, с их жалкой уверенностью, будто пси технологии и слияние разумов способны защитить от древнего голода подземного мира.

Единственное, чем я действительно мог отбиться, способность Врат Вестиала. Но в этом случае врата в мир Тесэр едва ли уцелели бы. Даже несмотря на их высокую феноменальную прочность. Это был не слабый удар Малым пламенем инферно, который можно пережить, если у артефакта достаточно древняя основа и достаточные по силе контуры защиты. Открытие Врат Вестиала, совсем иное явление. Более грубое. Оно не просто ломает. Оно впускает туда, часть чуждого закона мироздания, и последствия такого вмешательства исправлять будет сложно даже тем, кто привык измерять расходы миллионами ОС.

Мне казалось, древний инсектоид тоже это понимал, как и его хозяин. И, возможно, опасался. Хотя это были лишь предположения. От Орсша не исходило никаких эманаций страха, злости, раздражения или иных проявлений ауры. Ничего. Ни единого дрожащего отголоска, которые я мог бы ощутить ни своими навыками, не благодаря высокому уровню Восприятия. Он словно был не существом, а тенью решения Сионшо.

При этом, чем больше я экстраполировал силу титанов инсектоидов, тем яснее понимал, насколько могучим был лорд Асхок. Он ведь действительно считал, что способен одолеть Бога A-ранга в его домене.

И теперь это уже не выглядело безумной бравадой существа, потерявшего связь с реальностью, как мне показалось изначально в домене Сионшо. Титаны могли быть страшнее, чем я прежде думал. Особенно если за их спиной стояли тысячелетия развития, древние особенности, собственные источники силы и чудовищная воля. Антерос был коварен, спору нет. Такими кадрами не разбрасываются. Их не уничтожают.

Может, Асхок и не зря поносил Лорда Афета. Будучи и сам носителем огромной силы, он мог знать о великих фигурах куда больше, чем хотел показывать.

И в целом ситуация получалась интересной. Раз боги страшатся титанов, которые даже не достигли B ранга. Не потому, что каждый такой титан способен ворваться в домен и разрушить его, или того хуже захватить. Нет, всё выглядело сложнее. Титаны представляют опасность в реальном слое пространства. Не обязательно в прямом бою, а как угроза эффективности. Как фактор, способный разрушать дорогостоящие структуры, ломать врата, уничтожать алтари в храмах, вынуждать Богов тратить силы там, где они не хотели бы тратить ничего.

Именно это слово витало во всём поведении Сионшо. Эффективность. Он не произнёс его вслух, но оно сквозило в каждом решении. В нежелании рисковать титаном Орсша. В стремлении торговаться. В нежелании немедленно испепелить часть собственного мира, хотя, если бы речь шла о его существовании, он наверняка сделал бы это без колебаний. И тот же владыка Иор на фоне Сионшо выглядел куда живее и можно сказать безрассуднее. Он жаждал битвы, при этом он по-прежнему чего-то страшился, но эффективность у него не стояла на первом месте.

Противостоять же титанам могут эффективно, выгодно для самих Богов, только такие же воители. У кого их больше, тот, как Бог и сильнее. Простое, почти грубое описание правила. Но в нём чувствовалась истина.

Рисковать своими жизнями, точнее, энергией, воплощаясь в реальном слое пространства, ни один разумный Бог не станет без крайней нужды. Это подтачивает силу и могущество. Делает уязвимым перед теми, кто ждёт удобного момента. Подобное могут позволить себе разве что демонические Боги, живущие в стремлении, в пути жажды и её вечного насыщения, где само движение важнее сохранности накопленного. И судя по тем малым знаниям что я получил вместе с даже мертвым доменом, и тем фактом что накопление энергий в его сердце может быть чуть ли не бесконечным, все эти мысли мне казались совершенно верными.

С другой стороны, способность Врат Вестиала не была уникальной. И именно поэтому она была опасна. Если последствия какого-то явления невероятно дорого исправлять, оно становится оружием даже тогда, когда применяется редко. Теперь, обладая собственным доменом, я прекрасно понимал цену таких повреждений. Внутри домена любой закон, любое изменение материи стоит ОС или душ. А в реальном слое пространства изменения обходятся ещё дороже.

Но я не заблуждался. И уж точно не считал Богов слабыми. Подобных наивных мыслей в моей голове не возникло ни в одном из сознаний даже на краткий миг. Если бы появилась реальная угроза жизни Сионшо, он испепелил бы часть своего мира вместе со мной. Заставив исчезнуть пространство диаметром хоть в тысячу вёрст. Разнёс бы пещеры, ульи, все что там находилось бы.

И не постоял бы за ценой. Пусть это и стоило бы миллиард очков Системы. Но именно их уязвимость, высшее проявление алчности, та самая эффективность, не давала действовать скоропалительно. Она буквально принуждала искать компромиссы. Вычислять цену. Сравнивать потери. Отступать там, где отступление дешевле гордости. И главное, я это понимал.

Ведь удар нужно наносить с максимальной уверенностью в успехе. Иначе, как гласила древняя поговорка гоблинов, не стоит и замахиваться.

Так что я ждал. Дождался, когда Сионшо сам совершит ход. Выскажет предположение. Назовёт меня тем, кем ему было выгоднее или страшнее меня считать. И уже от этого начал выстраивать позицию. По сути, я сыграл на страхе неизвестности и недавнем нападении на домен Сионшо. Он был ранен. Ослаблен. Озлоблен. Его расчёты всё ещё были осторожны после вторжения Асхока. Особенно осторожны там, где цена ошибки может оказаться неприлично высокой.

При этом себя я не обманывал. Весь фарс держался на тонкой нити. Каждое мгновение я ожидал атаки, понимая, что Бог может пробиться через искажения потоков эфира вокруг меня и понять ошибочность моей позиции. Может увидеть не Лорда Зарема. Может распознать мою истинную личину и то, что я на деле тот самый старик Ирчин.

Но условия были выдвинуты. И начался торг. Не только о сохранении секрета. Древний Лорд Зарема, точнее, тот образ, который я накинул на себя, требовал более существенного возмещения ущерба. Ведь по факту никаких клятв не существовало между Богами и титанами. Слишком велика была разница могущества между мной настоящим и Сионшо, если бы он узнал истину. Но намерение нанести достаточный уровень ущерба целому миру и возможность воплотить это намерение в жизнь прекрасно уравновешивали заключённое на словах соглашение. Ведь он мог остановить открытие врат Вестиала, однако это стоило бы слишком дорого, во всех возможных вариантах и это понимал, и он, и я.

Свою же доброту я оценил высоко. Очень высоко. И не без оснований. Я действительно мог серьёзно навредить древнему титану. Если Сионшо не перенёс Орсша в иное пространство, значит, либо считал, что не успеет этого сделать, либо понимал, что подобное окажется слишком дорого и неэффективно. В обоих случаях мой аргумент оставался весомым.

А атаковать я мог по праву. За проявленную наглость. За приглашение в ультимативной форме в чужой домен. За сам тон разговора в подобной форме, если уж на то пошло.

За это действительно требовалось взыскать плату. Я знал это не только из сведений, полученных от злого духа Белиостра, но и из памяти павшего демонического Бога Вариш’Дааш. Древние существа могут сколько угодно притворяться выше ритуалов вежливости, но цена оскорбления для них реальна.

Когда же через две минуты реального времени за моей спиной врата в мир Тесэр разверзлись, а титан инсектоидов Орсш так и не сдвинулся с места, я понял: в этой малой лжи верх одержал именно я.

Впрочем, изначально я запросил более чем реальную и при этом достойную виру для древнего и могучего Лорда. Ведь по факту Лорд Зарема могла быть сильнее лорда Асхока. Возможно, именно поэтому Антерос не сумел выгнать её из родного мира. Возможно, это противостояние длится уже не одну тысячу лет. Возможно, оба давно плетут такие сети, что рядом с ними мои собственные хитрости выглядят совсем ничтожной паутиной.

Впрочем, всё это оставалось предположениями. На деле всё могло оказаться совсем иначе. И всё же что-то мне совершенно не хотелось встречаться лично ни с Лордом Афетом, ни с Лордом Заремой. Ведь от понимания их силы становилось не по себе.

Особенно если вспомнить, насколько вольготно я вёл себя в перевёрнутой цитадели нурглов. Теперь это воспоминание казалось не проявлением храбрости и расчёта, а дерзостью существа, которое ещё не до конца поняло, насколько хрупок был лед под его ногами и как много костей таких же наглецов было под ним.

Опять же тот факт, что Сионшо считал Лорда Зарема мужчиной, тоже стал одним из факторов моей дерзости и превалирующей позиции в переговорах.

Ведь если Бог не уверен даже в этом, значит, его знание о Зареме неполно. Именно наглость позволяла запросить виру большую по цене, чем стоили поглощённые души во время моей жатвы инсектоидов, той самой жатвы, избыточность которой и заставила Сионшо меня искать.

Нейтральная сфера мутатора стихиальной магической заводи.

Тип: Артефакт Системы

Ранг В-

Описание:

Нейтральная основа для внешнего магического стихиального источника. Сила и яркость зависят от способов взращивания нейтральной сферы мутатора стихиальной заводи.

Внимание! Пробуждение и взращивание может потребовать значительных объемов чистой стихиальной эссенции.

Внимание! Пробуждение требует нейтрального энергетического фона или его отсутствия.

Иллюстрация. Один из немногих достойных даров за мою ложь.

Уникальный артефакт. Пусть и не стоящий, если говорить честно, совсем уж запредельно. Это было не сердце Бога с уже активированным источником, вырабатывающим, к примеру, ману. Не осколок первичного алтаря. Всего лишь заготовка. Нейтральная основа. Росток, который ещё нужно пробудить, насытить, вырастить и не испортить собственной жадностью.

Но от этого довольный оскал на моём лице не становился менее приятным. Как минимум для меня. Возможно, на аукционе в мире Дарелия что-то подобное стоило бы миллионов пятьдесят. Может, даже сотню миллионов очков Системы в эквиваленте, если нашлись бы достаточно заинтересованные покупатели и если торг проходил бы в правильном кругу. Но дело было не только в цене.

Ведь опыт подобных встреч у меня уже был. Теневая проекция лорда Асхока в душе Оцева в мире Дей Тар Акан многому меня научила. Именно сделав выводы из той встречи, я теперь мог позволить себе вести себя надменно. Боги, древние титаны, сгинувший Асхок, все они, пользуясь марионетками, сталкивались с рядом непреодолимых ограничений. Ведь низкие параметры проекции или даже титана в случае с Сионшо, не давали им реализовать весь свой потенциал, будучи ограниченными возможностями физического носителя. Да, временно их можно было усилить, но для преодоления божественных пределов потребовалось бы слишком много энергии и что главное, мгновенно такой процесс произойти не мог.

Да, Орсш был куда сильнее жалкой пародии на аватара в душе Оцева. Победить его в полном смысле этого слова я бы не смог. Но Сионшо явно ещё не восстановился после встречи с лордом Асхоком. А сила Лорда Заремы, по всей видимости, была куда выше, чем я мог себе представить. Именно эта тень чужой силы и прикрывала меня.

Конечно, это были лишь предположения. Но из ситуации, где выходом являлись либо прямая конфронтация, либо жёсткий блеф, мне по сути не оставили выбора.

К тому же выбор трофея был не случаен. Здесь удача даже рядом не проходила. Потому что я имел представление, как устроен мир Ссшорс. По крайней мере его система безопасности. Сигнальная сеть и общее сканирование магических колебаний. Реакция на это жуков и движение титанов. Насыщенность магических жил. Всё это естественным образом подталкивало к выводам. Ведь для лучшей интенсивности насыщения магического поля мира Ссшорс его необходимо было искусственно усилить. Как и количество магических жил было избыточным. Особенно для мира, где местные обитатели, инсектоиды, почти не используют эту энергию напрямую.

А значит, Сионшо, если верить древним легендам, будучи создателем именно такого облика мира, подземного, должен был иметь подобные артефакты. Или хотя бы доступ к ним. Ведь напрямую влиять на реальный слой пространства для него было определённо дорого, учитывая, что ему никто по-настоящему не молится, и приток божественной энергии идёт довольно скудный.

Да, я мог ошибаться. Возможно, у него были иные методы, как у тех же демонических Богов. Возможно, высокий магический фон достался миру до него. Возможно, Сионшо лишь использовал уже существующую структуру. Но когда я потребовал именно источник маны, он был доставлен слишком быстро. Слишком уверенно.

При чем подобный артефакт, давал мне огромные возможности. Появление постоянного источника маны в моём домене, один из столпов его возрождения. Изолированный, пустой кусок камня не может стать настоящим доменом, если не насыщен энергетически. Дома, реакторы, теплицы, всё это важно. Но без внутреннего дыхания энергии домен остаётся мёртвым убежищем, дорогой крепостью, закрытой могилой с хорошим отоплением.

Теперь же мне оставалось лишь мудро вырастить этот росток и не ошибиться. Второй такой артефакт в ближайшем будущем я вряд ли смогу достать. Потому как возвращаться в Ссшорс не стоит не то, что в ближайшие годы, в ближайшие десятилетия. Ведь время для бессмертных Богов идёт иначе. Пусть Сионшо не забудет, но сам улей успеет успокоиться.

Так что покидал я гостеприимный мир Ссшорс в тягостных мыслях. И, разумеется, в шестом и седьмом сознаниях жалел, что не потребовал большего.

Можно было запросить ещё накопители. Редкие железы, мутагены. Системные карты. Сведения. Генетический материал титанов. Доступ к древним каталогам. Компенсацию в ОС. Клятву невмешательства. Малый алтарь. Права прохода. Да мало ли что ещё можно вытрясти из существа, которое не хочет сражаться прямо сейчас. Но эти безрассудные мысли лишь промелькнули в третьем сознании.

С другой стороны, именно этот дар, этот артефакт был наиболее безопасен для меня лично. И наиболее полезен. Карта навыка могла быть помечена или даже иметь закладку, пусть даже более искусную чем мне доводилось видеть.

А вот нейтральную сферу можно было очистить, очистить самим светом. Запитав источник истинным светом, я заставлю саму его природу выжечь любые инородные включения или закладки, если Сионшо задумал разместить их внутри. Они попросту не выдержат яростного напора стихии. И от того мой выбор казался мне максимально оптимальным.

Глава 8

Долгожданный рассвет. Мия

События вдруг понеслись так быстро, словно на том самом Рогатике Кари, что я перестала успевать понимать, где заканчивается один страх и начинается другой. Ещё недавно мне казалось, что самым страшным в жизни был побег из родного мира.

Тогда мы шли через бесконечные сугробы, и снег вокруг был не мягким белым покрывалом из детских сказок, а мёртвой, слепящей пустыней, под которой прятались проклятые жуки. Мы много раз едва не погибали.

Там, в белом мраке, я впервые по-настоящему поняла, как звучит отчаяние. Оно шуршит снегом по лицу и говорит, что сил больше нет, что впереди ничего нет, что проще лечь, закрыть глаза и позволить холоду сделать своё дело.

И каждый раз в последний миг нас спасал он. Наш драгоценный господин Ирчин. Тогда я ещё не понимала, кем он был на самом деле. Для меня он оставался господином, страшным и великим, но всё же тем, кто шёл рядом с нами, кто видел наши слабости и разделял вместе с нами все тяготы пути. Кто вытаскивал нас с тонкого льда, кто не позволял ужасающим тварям забрать тех, кто уже сам почти перестал за себя держаться.

Потом был мир жуков. Тягостный. Гнилой. Лишённый даже светила. Мир Ссшорс, где небо заменяли каменные своды, а вместо ветра по тёмным пещерам ходил бесконечный шорох лап. Там было трудно понять, когда день сменяется ночью, точнее вообще не понятно, а ведь я очень сильно повысила свои характеристики.

Да и был ли там день вообще? Ведь свет ламп казался чужим. Он цеплялся за влажные стены, за хитиновые наросты жуков, за острые камни, но не мог прогнать тьму полностью.