Текст книги "Семья напрокат (СИ)"

Автор книги: Лесана Мун

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 17 страниц)

Глава 31

Домой мы вернулись поздно. Кучер помог выгрузить ветки, я попросила отнести их прямо в мою спальню, чем вызвала у слуг немой шок. Но что поделать – завтра с утра нужно браться за венки, а таскать их из какого-нибудь подсобного помещения мне было лень.

Северин проводил нас до комнат.

– Спокойной ночи, леди Иветта, – сказал он, сопроводив слова теплым взглядом когда-то холодных глаз.

– Спокойной, – ответила я, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

Герцог задержался на секунду, словно хотел что-то добавить помимо сказанного, но потом развернулся и ушел к себе. А я смотрела ему вслед, как влюбленная дурочка.

Алиса уже засыпала на ходу. Я быстро стянула с нее одежду, умыла, заплела косичку и уложила в кровать. Девочка обняла своего зайца Арнольда и отключилась через секунду.

Сама я приняла душ – быстрый, почти холодный, чтобы хоть как-то остудить бушующие в крови гормоны. Надела ночную рубашку и рухнула в постель.

Завтра предстоял непростой день. Урок этикета с леди Бланш. А вечером – прием у герцогини Розанны. Серпентарий благородных леди, где я – главная закуска. Весело, в общем.

Я закрыла глаза, но сон не шел. А что само лучшее, если не можешь заснуть? Правильно – надо найти себе занятие, максимально разгружающее мозги, но нагружающее другие части тела. Это я сделала, принявшись за венки.

Заснуть удалось только в третьем часу, но зато на столе гордо возвышался десяток новеньких поделок. И в сон я погрузилась с удовлетворенной улыбкой молодого предпринимателя.

Разбудила меня Зулана. Мягко, осторожно, но настойчиво.

– Госпожа, – шептала она. – Госпожа, пора вставать.

Я открыла один глаз.

– Который час? – поинтересовалась лениво.

– Половина девятого. Завтрак через пятнадцать минут, а в девять прибудет мадам Бланш.

Я застонала и накрыла голову подушкой.

– Отмените урок. Скажите, что я умерла.

– Не могу, госпожа. Это будет неучтиво.

– А если я по-настоящему умру? Это будет достаточно учтиво? Или нужны еще какие-то реверансы?

Зулана хихикнула.

– Вставайте, пожалуйста. Я уже приготовила ванну.

Пришлось вылезать из постели. Окунулась в горячую воду, полежала, приходя в себя. Зулана тем временем выбирала платье на день.

– Это подойдет? – спросила она, показывая изумрудное платье.

– Отлично. Главное – удобное. Мне сегодня танцевать. Мадам Бланш будет учить меня, как не наступать партнеру на ноги и при этом выглядеть грациозно.

Горничная задумчиво посмотрела на меня.

– Удачи вам, госпожа.

Я усмехнулась. Кажется, моя язвительность заразна.

Завтрак прошел быстро. Алиса проснулась в отличном настроении и щебетала без умолку о вчерашнем дне. По словах Баховена герцог уехал еще до завтрака по каким-то своим делам.

Я почувствовала легкое разочарование. Хотелось увидеть его за завтраком, обменяться парой язвительных реплик, увидеть эти золотые искорки в глазах. Ладно. Значит, увидимся только вечером.

Ровно в девять в гостиную вошла мадам Бланш. Прямая, как струна, в безупречном платье цвета морской волны.

– Доброе утро, леди Иветта, – поздоровалась она. – Готовы к уроку?

– Готова, – соврала я бодро.

– Прекрасно. Сегодня мы изучим искусство комплимента, умение отказывать, не обижая, и, наоборот, осаждать наглецов, не создавая скандал.

Я приосанилась. О! Вот это мне нравится! Осаждать наглецов – мое любимое занятие. Мадам Бланш начала объяснять.

– Комплимент должен быть искренним, но не слишком личным. Обратите внимание, это важно. В высшем свете панибратства не прощают. Вы хвалите платье дамы, но не ее фигуру. Прическу, но не волосы. Тонкая грань, понимаете?

– Вполне, – кивнула я.

– Попробуем. Сделайте мне комплимент.

Я оглядела учительницу.

– Ваше платье великолепно, мадам Бланш. Этот оттенок морской волны необычайно вам идет, подчеркивая цвет глаз.

Она кивнула с одобрением.

– Хорошо. А теперь представьте – дама в ужасном платье. Как сделать комплимент, не соврав?

Я задумалась.

– Какое смелое цветовое решение! Не каждая решится на подобное. Но вам оно идеально подходит.

Мадам Бланш слегка улыбнулась.

– Замечательно! Вы быстро учитесь. Теперь перейдем к отказам.

Она объяснила, как можно вежливо отказать человеку, не обидев его. Сослаться на занятость, на плохое самочувствие, на другие обязательства.

– А если человек настаивает? – спросила я.

– Воспитанный человек так делать не станет, но если все же, просто допустим, вам придется иметь дело с тем, кто о хороших манерах читал только в книгах, то вы повторяете отказ, но тверже. И улыбаетесь. Улыбка смягчает любой отказ.

Мы потренировались. Я отказывала воображаемой графине в чае, воображаемому барону в танце, воображаемой маркизе в визите.

– Отлично, – похвалила мадам Бланш. – У вас природный талант к дипломатии.

Я посмеялась, но никак не стала комментировать. Этот мир на меня плохо влияет. Вообще-то, я и дипломатия – не совместимы.

– Теперь перейдем к осаживанию наглецов. Тут главное – не грубить, но дать понять, что вы не намерены терпеть хамство.

Преподавательница хороших манер выпрямилась, приняв надменную позу.

– Представьте – барон Хартвелл подходит к вам и говорит: "Леди Иветта, какая неожиданность! Я слышал, вы из провинции. Как вам удается не теряться в высшем свете?" Что ответите?

Я прищурилась. Ага. Барон намекает, что я деревенщина.

– Действительно, барон, я из провинции. Но даже там нас учили вежливости – качеству, которое, к сожалению, встречается не в каждом столичном доме.

Мадам Бланш одобрительно кивнула.

– Превосходно! Укол точный, но завуалированный. Следующая ситуация. Виконт Раймонд – известный бабник – начинает откровенно флиртовать при всех. Говорит что-то вроде: "Леди Иветта, с такой красотой вам не место рядом с таким скучным и холодным лордом, как герцог. Вам нужен мужчина, который горит рядом с вами."

Я скривилась. Мерзавец.

– Виконт, вы правы – мне действительно нужен мужчина. А не мальчик, который путает комплименты с пошлостью. И потушите уже свой огонь, тут и без него душно.

На этот раз мадам Бланш рассмеялась.

– Последний пример. Маркиза Беатрис – старая карга, простите за выражение, – делает вам замечание: "Леди Иветта, я слышала, вы торгуете венками? Как... предприимчиво. В мое время благородные дамы не занимались торговлей." То есть намекает, что вы опозорили титул.

Я задумалась. Это посложнее. Тут нужно защитить и свой бизнес, и свое достоинство. И оправдываться, что я не торгую… ну не вариант.

– Маркиза, как чудесно, что вы интересуетесь моими увлечениями! Да, я распространяю венки. Это почти искусство, знаете ли. Но вы правы – в ваше время дамы ничем не занимались. Просто сидели и ждали, пока их мужья не разорят поместье в карты. К счастью, времена меняются. Теперь мы, женщины, можем не только украшать гостиные, но и приумножать семейное благосостояние. Прогресс, знаете ли.

Мадам Бланш зааплодировала.

– Браво! Вы не только защитились, но и щелкнули по носу саму маркизу. У нее, кстати, муж действительно проигрался в карты два года тому. С тех пор они живут на грани нищеты, но делают вид, что все прекрасно. Вы прирожденный боец, леди Иветта, – заметила моя учительница этикета с улыбкой. – Но помните – в высшем свете нельзя рубить сплеча. Только тонкие уколы, понимаете?

– Понимаю. Иголка, а не топор.

– Именно! И еще – всегда улыбайтесь, когда наносите удар. Улыбка сбивает с толку противника. Они не понимают – это комплимент или оскорбление? А пока думает – вы уже победили.

Я кивнула, запоминая.

– Что ж, – мадам Бланш довольно потерла руки. – С первой частью мы справились блестяще. У вас острый язык и быстрый ум. Это редкое сочетание.

– Спасибо. Сказываются годы тренировок.

– Это заметно. Что ж, теперь переходим ко второй части обучения.

Она хлопнула в ладоши и заиграла приятная мелодия.

– Танцы!

И мое хорошее настроение тут же испарилось.

Глава 32

Мадам Бланш велела освободить центр гостиной. Слуги быстро отодвинули стол и стулья. Преподавательница встала в позицию.

– Я буду вести. Вы – следовать. Начнем с самого простого – фигурного вальса.

Она взяла меня за руку, положила другую мне на талию. Я попыталась повторить.

– Нет-нет-нет! – воскликнула она. – Рука выше! Спина прямее! Подбородок вверх!

Я исправилась. Мы начали двигаться.

Раз-два-три, раз-два-три.

Я сбилась с ритма уже на третьем шаге.

– Леди Иветта, расслабьтесь немного, с такой застывшей фигурой невыразимо тяжело танцевать.

– Простите!

Мы начали снова. Я старалась. Честно старалась. Но ноги путались, руки не слушались, голова отказывалась запоминать все эти повороты, наклоны, касания.

– Нет! Вы поворачиваете не туда!

– Извините!

– И не наступайте мне на ноги!

– Я стараюсь!

Через час таких мучений мадам Бланш остановилась, тяжело дыша.

– Вам нужен партнер-мужчина, – выдохнула она. – С женщиной учиться сложнее. Может, попросить герцога?

– Нет! – слишком быстро ответила я. – То есть... он занят. Очень занят.

На самом деле я просто не хотела опозориться перед Северином. Представить, как я топчу ему ноги и путаюсь в па – нет уж, увольте.

В этот момент дверь распахнулась. В гостиную вломился Гур.

– Оу, сколько тут ледей! Слышал, у вас танцы! Может, и мне попробовать?

Мадам Бланш оглядела великана с головы до ног. Он был в чистой рубашке (спасибо Зулане), но все равно выглядел как медведь, которого пытались нарядить в человеческую одежду.

– Вы умеете танцевать? – недоверчиво спросила учительница.

– Ха! Я морской волк! Мы в каждом порту танцевали! Правда, немного по-другому, но суть та же – двигаешь ногами и не падаешь!

Я прыснула. Мадам Бланш поджала губы, но кивнула.

– Хорошо. Попробуем. Как говрится… за неимением ничего лучшего…

Гур встал напротив меня. Взял за руку – так, что я чуть не охнула. Его ладонь была огромной, мозолистой, тяжелой.

– Ну, давай, цыпа! Покажем им, на что способны!

Мы начали двигаться. Вначале все было неплохо. Первые два-три па у нас получились, и я даже подумала, что зря опасалась танцевать с великаном. Но потом началось.

– Ух ты! А можно так покрутиться? – и он закружил меня.

– Гур! Не надо!

– А можно вот так поднять? – он подбросил меня едва ли не к потолку.

– Гур! Опусти!

– А если я...

– Стоп! – взвыла мадам Бланш. – Это не танец! Это цирк какой-то!

Но Гур ее уже не слушал. Он увидел учительницу и словно заново родился. Его глаза расширились. Рыжая борода и усы закрутились в пружины, а уж глаза-а-а. Они просто засияли.

– О! А давайте я с вами попробую! – он подошел к мадам Бланш. – Вы такая... стройная! И изящная! Как лань! Нет, как газель! Нет, как пава! Это птица такая. С жоп… с заду, как курица, но спереди – редкой красоты экземпляр.

Преподавательница покраснела. Я не совсем поняла, это она от полного отсутствия хороших манер у Гура, или от его цветистых комплементов?

– Я... это неуместно...

– Да ладно! Один танец! – Гур взял ее за руку своими лапищами.

И они закружились. Гур пыхтел, топал, периодически сбивался, но смотрел на мадам Бланш с таким восторгом, что она, вопреки всему, начала улыбаться.

Я стояла в сторонке и наблюдала. И едва могла сдержать смех. Вспомнилось детство. И как моя бабушка вот такие танцы называла «Полька-дристуха». А когда я спросила почему дристуха, бабуля показала мне «танцы» и пробежку до туалета человека, которому очень приспичило.

Вот и Гур сейчас напоминал этого страждущего. Ноги согнул в коленях, чтобы сильно не нависать над невысокой мадам Бланш. И мелко-мелко перебирал стопами, чтобы невзначай не отдавить пальцы партнерше. Мне пришлось закусить кулак и тихонько в него ржать, пока эти двое на пАру тряслись «до туалета».

И тут я заметила кое-что интересное. В дверях стояла Зулана. Она смотрела на Гура. Не отрываясь. С таким выражением лица, что мне даже стало не по себе. Девочка влюблена? В рыжего великана? Серьезно?! По идее, она должна бояться даже его шепота, но нет… Вполне очевидно, что млеет, как глупышка. А Гур? Гур вообще не замечал горничную. Все его внимание было приковано к зрелой, статной мадам Бланш.

Я вздохнула. Вечная история. Один любит, другой не видит. Третий любит того, кто не видит первого. Круговорот безответных чувств в природе.

– Гур, – позвала я. – Может, хватит?

– Да ладно тебе цыпа, не мешай моему личному счастью. Мы же только начали!

– Гур!

– Ну еще чуть-чуть!

Мадам Бланш наконец вырвалась из его медвежьих объятий, и сама остановила танцевальную вакханалию.

– Достаточно! – выдохнула она. – Мне нужно продолжить урок с леди Иветтой!

Гур расстроился.

– Ну ладно. Эх, жаль. А вы так хорошо танцуете, леди!

– Спасибо, – сухо ответила учительница, но щеки у нее все еще горели.

Я решила вмешаться.

– Гур, а не сходишь ли ты прогуляться с Алисой? А то она заскучала одна.

– О! Хорошая идея! Пойду поищу наше золотце!

Он направился к двери, но на пороге обернулся.

– Леди Бланш, а можно я к вам в гости загляну? На чай, например?

Учительница застыла. Открыла рот. Закрыла. Потом, к моему удивлению, кивнула.

– Завтра. После обеда.

Лицо Гура расплылось в улыбке.

– Вот это да! Отлично! Я принесу вам цветы! И… селедку! Что за ухаживания без селедки!

Он умчался, оставив нас в тишине. Чай с селедкой? Это будет интересное сочетание.

Леди Бланш смотрела в пустоту, слегка растерянная, видимо тоже задумалась, куда девать селедку. Потом встрепенулась.

– Что ж. Продолжим урок.

Но танцы уже не шли. Я путалась, сбивалась, наступала ей на ноги. В конце концов мадам Бланш махнула рукой.

– Все, на сегодня хватит. Вы уже слишком устали. Продолжим в следующий раз. Удачи вам сегодня на приеме у герцогини.

Она собрала свои вещи и ушла, все еще слегка раскрасневшаяся после танца с Гуром. А я осталась стоять в гостиной, глядя на Зулану, которая убирала мебель на место. Девушка двигалась механически, лицо грустное.

Похоже, она действительно влюбилась в Гура. Надо будет это обмозговать на досуге. А пока…

Обед прошел быстро. Я ела на ходу – времени до вечернего приема оставалось все меньше, а мне еще нужно было привести себя в порядок.

Зулана взялась за дело с энтузиазмом. Сначала ванна – с ароматными маслами и солями. Потом массаж – легкий, расслабляющий. Потом волосы.

– Как будем укладывать? – спросила горничная.

– Учитывая, что у платья очень открыта спина, мне будет комфортнее, если ты оставишь волосы распущенными, но сверху что-то заплетешь, на свое усмотрение.

Зулана засмеялась и принялась за работу. Она крутила мои волосы, закалывала, украшала шпильками с жемчугом. Результатом я осталась довольна на все сто.

– Идеально, – выдохнула я, глядя в зеркало.

Потом пришло время платья. Того самого, молочного, кружевного, которое герцог заказал специально для приема. Зулана осторожно сняла его с вешалки. Я затаила дыхание.

Платье было произведением искусства. Молочного цвета, с тончайшим кружевом по лифу и рукавам. Юбка – пышная, многослойная, с вышивкой жемчугом. Основная фишка – глубокий вырез на спине. Не вульгарный, но оо-о-очень привлекающий внимание.

Я надела его. Зулана застегнула крючки сзади, расправила юбку.

– Вы прекрасны, госпожа.

Я посмотрела на себя в зеркало. И сама удивилась эффекту. Платье сидело идеально. Подчеркивало фигуру, делало кожу еще более фарфоровой, а волосы – золотистыми.

– Ну что ж, – сказала. – Пора на прогулку в серпентарий.

Зулана проводила меня до двери.

– Удачи, госпожа! Покажите им всем!

Я улыбнулась и вышла в коридор.

Спускалась по лестнице медленно, придерживая юбку. Туфли на каблуках цокали по ступеням. Сердце колотилось. Внизу, у подножия лестницы, стоял герцог.

В черном фраке, безупречно сшитом, и молочного цвета рубашке. Наши костюмы – это пара. Чтобы всем стало ясно даже без слов. Темные волосы герцог зачесал назад, лицо серьезное и отрешенное, как обычно.

Он поднял голову. Увидел меня. И застыл. Просто замер, глядя на меня. Брови чуть приподнялись. Видимо, это, в случае с герцогом, означает крайнюю степень удивления.

Я продолжала спускаться. Шаг за шагом. Не отрывая взгляда от него.

Он не шевелился. Просто смотрел. Так, будто видел меня впервые. Я дошла до последней ступеньки. Остановилась.

Мы стояли, глядя друг на друга. Молчание затягивалось, напряжение становилось почти осязаемым. Казалось, одна искра – и произойдет взрыв.

Глава 33

– Вы сегодня особенно ослепительны, леди Иветта, – произнес герцог.

В его голосе было столько тепла, столько искренности, что у меня перехватило дыхание. Это было не просто комплиментом. Это было... признанием. Почти.

– Спасибо, – только и смогла из себя выдавить. – Вы тоже… кхм… хорошо выглядите.

Он протянул руку. Медленно. Словно боялся, что я исчезну, если он сделает резкое движение.

– Позволите?

Я положила свою ладонь в его. Его пальцы сомкнулись вокруг моих – крепко, надежно. Тепло его руки обожгло даже через перчатку. Он не отпускал моей руки. Просто стоял, глядя на меня, и в его глазах плясали те самые золотые огни.

– Мы опоздаем, – тихо сказала я, хотя сама не хотела двигаться. Хотела стоять вот так, под его взглядом, чувствуя тепло его руки в своей.

– Не страшно, – ответил он, и в голосе послышались новые нотки. Что-то вроде восхищения. – Мне нужна еще минута.

– Для чего? – прошептала я.

– Чтобы запомнить, – его взгляд снова скользнул по моему лицу, задержался на губах. – Вас. Вот такой.

У меня перехватило дыхание. Что-то в его словах, в его взгляде заставило сердце биться быстрее. Это было больше, чем просто восхищение платьем или причёской. Это было... очень личным.

Он поднес мою руку к губам. На секунду замер. Потом медленно, не сводя с меня глаз, поцеловал мои пальцы через тонкую ткань ажурной перчатки.

Прикосновение его губ, даже через ткань, обожгло. Я почувствовала этот поцелуй всем телом – волна жара прокатилась от пальцев вниз, к животу, ещё ниже.

– Готовы к бою? – спросил он тихо, все еще держа мою руку у своих губ.

– Всегда, – ответила я, стараясь, чтобы голос звучал ровно. Не получилось. Вышло хрипло. Словно где-то ворона каркнула.

Герцог это птичье пение никак не прокомментировал. Медленно опустил мою руку, но не отпустил. Развернулся, укладывая мою ладонь на сгиб своего локтя.

– Тогда пойдёмте, – сказал он. – Покажем им, на что способна новая герцогиня Вэлтор.

Мы направились к выходу, где нас ждала карета. Его рука накрыла мою, лежащую на его локте. Крепко. Собственнически. Словно он боялся, что я сбегу.

Или не хотел отпускать.

Кто и когда укутал мою фигуру меховым палантином – понятия не имею. Обратила на него внимание, уже когда села в карету. Ехали мы в полном молчании, но это была не тягостная тишина, а какая-то... предвкушающая.

Карета остановилась перед особняком герцогини Розанны Блекмур. Я выглянула в окно и ахнула. Здание было огромным – три этажа белого камня, украшенного колоннами и лепниной. Окна сияли тёплым светом, на крыльце стояли слуги в ливреях, а от входа к улице был проложен красный ковер.

– Впечатляет, – выдохнула.

– Это ещё что, – Северин помог мне выйти из кареты. – Внутри еще интереснее.

Герцог не преувеличил. Холл встретил нас сиянием хрустальных люстр, мраморным полом, по которому мои каблучки зацокали особенно звонко, и огромной лестницей, ведущей на второй этаж. Повсюду были люди – дамы в роскошных платьях, кавалеры во фраках, слуги с подносами.

И все – абсолютно ВСЕ – обернулись, когда мы вошли.

Я почувствовала на себе десятки взглядов. Оценивающих. Любопытных. Завистливых. Осуждающих. Словно меня раздели взглядом, препарировали и составили мнение за три секунды.

Хотелось сжаться. Спрятаться за спину герцога. Но я вспомнила слова мадам Бланш: "Осанка – это все". Выпрямила спину. Подняла подбородок. Положила руку на локоть герцога и улыбнулась так, будто этот особняк уже завтра станет моим.

– Северин! – раздался уже знакомый голос.

Навстречу нам вышла герцогиня Розанна. В платье цвета бордо, с жемчугами на шее и в волосах. Величественная, как королева. Мы перекинулись парой приветственных реплик, и нам было предложено пройти дальше, чтобы пообщаться с остальными гостями. Такая себе перспектива, если спросить мое мнение.

Мы вошли в бальный зал, и я снова чуть не ахнула. Огромное помещение, залитое светом сотен светильников. Паркетный пол, отполированный до зеркального блеска. Стены, украшенные картинами и золочёной лепниной. И люди. Много людей. Человек сто, не меньше.

Все они, как по команде, повернулись к нам. Снова взгляды. Ясное дело – оценивающие. Ощущение, что я какой-то заморский деликатес, который каждому хочется откусить. Я крепче вцепилась в руку герцога.

– Не бойтесь, – тихо сказал он, накрыв мою ладонь своей. – Я рядом.

– Я не боюсь, – соврала. – Просто не ожидала, что будет столько людей.

– Привыкайте. Это ещё небольшой приём. На балу во дворце бывает в три-четыре раза больше.

К нам начали подходить. Сначала один лорд, потом дама, потом ещё, и ещё. Кланялись, здоровались, поздравляли с браком. Но эти липкие от любопытства взгляды... хотелось срочно найти ближайший туалет и умыться, а лучше – принять душ.

– Леди Иветта, как вы очаровательны! – фальшивая улыбка в довесок к комплементу.

– Герцог, вы счастливчик! – неприкрытая лесть.

– Такая красивая пара, это так чудесно!

Я улыбалась, кивала, благодарила. Северин не отходил от меня ни на шаг. Его рука на моей талии, крепкая, надёжная. Словно якорь, который не дает меня унести в глубокие воды светского океана, где уже поджидали зубастые акулы с фальшивыми улыбками и настоящими бриллиантами.

Музыка стихла. Герцогиня поднялась на небольшое возвышение.

– Дорогие друзья! – объявила она. – Благодарю, что откликнулись на моё приглашение. Сегодня мы собрались по особому поводу. Все вы знаете, что под моим патронатом числится несколько городских приютов для сирот. И сегодня у нас будет вечер сбора средств, так что готовьтесь к очень интересному аукциону. Уверена, вы все будете в восторге. И конечно же, я хочу, чтобы вы все поприветствовали и поздравили молодожёнов и моих хороших друзей, которые присутствуют здесь – герцога Северина Вэлтора и его прекрасную супругу, леди Иветту!

Раздались аплодисменты. Вежливые, для виду. Я улыбалась, чувствуя, как горят щёки.

– А теперь – первый танец! – герцогиня махнула рукой музыкантам.

Заиграл вальс. Северин повернулся ко мне.

– Позволите? – протянул он руку.

– С удовольствием, – положила свою ладонь в его.

Мы вышли в центр зала. Все расступились, образуя круг. Боже, они что, будут смотреть?! Конечно будут! Это же первый публичный танец новобрачных!

Северин развернул меня к себе лицом. Его левая рука легла чуть выше моей талии. Правой он по-прежнему держал мою ладонь. Я положила свободную руку ему на плечо, чувствуя под тонкой тканью фрака твёрдые мышцы.

Он притянул меня ближе. И его пальцы на моей талии скользнули чуть выше, туда, где заканчивалось кружево и начиналась голая кожа спины. Я дёрнулась от неожиданности. Его прикосновение обожгло. Буквально. Словно искра пробежала по коже.

– Простите, – прошептал он, но руку не убрал. Большой палец слегка, едва заметно провёл по позвоночнику. Вверх. Вниз. Совсем чуть-чуть.

У меня перехватило дыхание.

– Не смотрите на них, – его голос стал ниже, тише. – Смотрите на меня.

Я подняла глаза. Встретилась с его взглядом. Льдисто-голубым, но сейчас... сейчас там плясали золотые огоньки. Яркие. Горячие.

– Я не умею танцевать, – призналась я шёпотом, чувствуя, как горят щёки. – Мадам Бланш в отчаянии.

– Я знаю, – его губы чуть дрогнули. – Просто следуйте за мной.

И мы закружились.

Раз-два-три, раз-два-три.

Он вёл уверенно, крепко. Когда я сбивалась, он мягко направлял. Когда путалась в ногах – придерживал. Мы кружились по залу, и постепенно я перестала думать о шагах, о людях вокруг, о том, что могу опозориться.

Смотрела только на него. На его лицо, такое сосредоточенное. На глаза, в которых плясали золотые искорки.

– Вы прекрасно танцуете, – сказал он тихо.

– Вы лжёте, – фыркнула я. – Я наступила вам на ноги уже три раза.

– Всего три? Мне показалось, больше.

Музыка стихла. Мы остановились. Зал взорвался аплодисментами – на этот раз более искренними. Северин медленно, словно нехотя, отступил. Но его пальцы напоследок скользнули по моей спине – от лопаток до талии. Медленно. Обжигающе. Я еле сдержала дрожь.

Он поклонился. Я присела в реверансе, чувствуя, как дрожат колени.

– Вы справились, – прошептал он, отводя меня к краю зала. – Отлично справились.

– Только благодаря вам.

– Нет. Благодаря себе, – он задержал взгляд на моём лице. – Вам все по плечу, леди Иветта.

У меня перехватило дыхание. Но ответить я не успела, потому что к нам подошёл какой-то лорд.

– Герцог, позволите пригласить вашу супругу на танец?

Северин напрягся. Едва заметно, но я почувствовала.

– Разумеется, – ответил он ровно. Потом наклонился ко мне и прошептал: – Помните: три танца – только со мной. По одному – с другими. Если кто-то настаивает на повторном – отказывайте. Не стесняйтесь звать меня, если будут проблемы.

– Справлюсь сама, – заверила я. – Мы с мадам Бланш полдня тренировались осаживать наглецов.

Герцог хмыкнул.

– Не сомневаюсь. Но помните: вы не можете отказать без уважительной причины. Это будет грубым нарушением этикета.

Я кивнула, мысленно уже лихорадочно придумывая "уважительные причины".