Текст книги "Семья напрокат (СИ)"

Автор книги: Лесана Мун

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 17 страниц)

Глава 27

Я поспешила к Алисе, чтобы помочь ей подготовиться к прогулке. Открыла дверь в детскую и замерла. Девочка сидела на полу в окружении коробок, точь-в-точь как я полчаса назад.

– Вета! – воскликнула Алиса, увидев меня. – Смотри, что мне прислал герцог!

Она показала крошечную шубку. Белую. Из такого же мягкого меха, как моя черная. С капюшоном, украшенным маленькими помпонами.

– Какая красота, – присела рядом, погладив мех.

– А еще вот! – Алиса вытащила из коробки сапожки. Красные, с белым мехом и серебряными застежками. – И варежки! И шарф! И шапочка!

Действительно, герцог не поскупился. Белая вязаная шапочка с помпоном, красные варежки, шарф в тон сапожкам.

– Надевай быстрее, – поторопила я малышку. – Нас уже, наверное, ждут.

Помогла Алисе облачиться в новую одежду. Девочка вертелась перед зеркалом, не в силах оторвать взгляд от своего отражения.

– Я как принцесса! – восхищенно выдохнула она.

– Ты и есть принцесса, – улыбнулась я, поправляя ей шапочку.

В дверь постучали. Вошла Зулана.

– Госпожа, герцог ждет вас на первом этаже. Приказал приготовить карету.

– Уже идем! – откликнулась я.

Взяла Алису за руку, и мы направились к лестнице. Спускались медленно – я в новых сапожках на каблуке, стараясь не грохнуться с лестницы и не опозориться перед герцогом еще до выхода из дома, Алиса, которой не терпелось побежать быстрее, но я ее придерживала.

Внизу, у подножия лестницы, стоял Северин. В своем обычном черном пальто и черных перчатках. Он как раз поправлял шарф, когда мы начали наш опасный спуск. Увидев нас, он поднял голову. И застыл.

Я тоже остановилась, встретившись с ним взглядом. В его глазах мелькнуло что-то... заинтересованное? Оценивающее? Одобрительное? Взгляд скользнул по черной шубе, задержался на лице, обрамленном мехом шапки, вернулся к глазам. Почему-то почувствовала себя неловко, поэтому попыталась это скрыть под напускной бравадой:

– Что скажете, Ваша Светлость? – уперлась рукой в бок и чуть выставила вперед ножку в новом сапоге. – Подхожу под стандарты герцогини? Или нужно еще подкорректировать образ?

Герцог кашлянул. И отвел взгляд.

– К счастью нет, не подходите.

– К счастью? – мы спустились, и я выжидательно посмотрела на лорда.

– Вчера вы мне показали, как веселится. Сегодня – моя очередь, если вы не возражаете, – ушел от ответа герцог.

– Не возражаем, правда, Алиса? Мы никогда не возражаем хорошенько повеселиться.

– Точно! – захихикала падчерица, не сводя сияющих глаз с мужской фигуры.

На крыльце нас ждала карета, запряженная двойкой черных лошадей. Герцог помог нам усесться. Внутри было мягко и тепло, я заметила в узорах на двери и потолке мелкие черные камни, в голове промелькнула мысль, что именно поэтому в карете так уютно. Это что-то вроде артефактов-обогревателей.

Алиса тут же прильнула к окну, разглядывая улицы. Я села напротив Северина, стараясь не смотреть на него. Но чувствовала его взгляд. Постоянно.

– Куда мы едем? – спросила Алиса, не отрываясь от окна.

– В Зимний парк, – ответил герцог. – Там сегодня большой праздник. Фейерверки, музыка, угощения. Думаю, тебе понравится.

– Фейерверки! – девочка подпрыгнула на месте. – Я еще никогда не видела фейерверки!

Герцог сверкнул глазами:

– Тогда сегодня увидишь.

– Я снова хочу вас поблагодарить, – сказала в резко наступившей тишине.

– За что? – совершенно искренне удивился герцог.

– Ну как же? За наши обновки.

– Пустяки, – отмахнулся лорд, сделав вид, что его что-то заинтересовало в окне.

– Не пустяки. Вы наверняка потратили много времени, чтобы это все заказать. К тому же, все вещи просто идеально сидят, ума не приложу, как вы так четко попали в размер.

– Мне помогали, – ответил, даже не повернувшись в мою сторону.

И снова повисла тишина. Ему помогали. Ясно. Наверняка женщина. Мужчины в этом ничего не смыслят. Интересно, кто она? Молодая? Красивая? Если герцог ей доверил такое деликатное дело, то… видимо, у них хорошие отношения. Насколько хорошие? Очень хорошие…

Наверное, подобная отчаянная работа извилин отразилась на моем лице, потому что герцог соизволил повернуться и дополнить свой ответ:

– На улице зима. С завтрашнего дня обещают похолодание. А на вас с Алисой тоненькие пальтишки и куцые шапки. Не хватало еще, чтобы вы заболели.

– Ну да… наша болезнь испортит вам все планы, – брякнула, почему-то чувствуя злость на эту ледяную каменюку, сидящую напротив меня.

– Именно так, – кивнул и снова повернулся к окну.

Да уж… не так я себе представляла нашу прогулку.

Глава 28

Мы ехали недолго, минут десять. Город за окном становился все ярче, все праздничнее. Гирлянды, огни, смех, музыка – все сливалось в один волшебный хоровод.

Наконец карета остановилась. Мы вышли. И даже я, повидавшая в прошлой жизни немало, ахнула.

Зимний парк был... да это просто декорации к какому-то фэнтезийному новогоднему фильму! Деревья, украшенные тысячами огоньков. Ледяные скульптуры, подсвеченные изнутри магическим светом. Музыканты на каждом углу. Торговцы, зазывающие отведать жареных каштанов, горячего сидра, имбирных пряников.

В центре парка возвышалась огромная елка, вся в игрушках и лентах. Вокруг нее кружились пары в танце.

– Ничего себе, – выдохнула я. – Не ожидала такого размаха.

– А чего вы ждали? Мрачных песнопений и шествий с факелами? – спросил герцог.

Не поняла… Вообще-то, главная язва города – я. Не надо зариться на мои лавры!

– Я смотрю, вы хорошо знакомы с данной темой. Часто участвуете?

Герцог покосился на меня.

– Вы сегодня язвительны более обычного, леди Иветта.

– Спасибо. Я стараюсь.

Северин взял Алису за одну руку, мне протянул другую.

– Пойдемте. Тут есть что посмотреть. И я хочу успеть все до того, как вы своими язвительными репликами распугаете народ.

Я рассмеялась и взяла его под руку. Мы пошли по парку. Алиса тащила нас от одного развлечения к другому. Вот торговец воздушными змеями – бумажными драконами, которые парили над головами, переливаясь всеми цветами радуги.

– Магия? – спросила я у герцога.

– Элементарная левитация, – кивнул он. – Детская забава.

Дальше был фокусник, превращающий снежки в цветы. Кукольный театр с драконами и принцессами.

– Смотрите! – Алиса указала на загон, где стояли какие-то странные существа.

Они были похожи на больших птиц – с длинными шеями, мощными крыльями и оперением, переливающимся всеми оттенками синего и серебристого. Но размером... размером они были с небольшую лошадь. На спине каждого существа было широкое седло, явно рассчитанное на двоих, а то и троих седоков.

– Грифоны? – предположила я.

– Аэрионы, – поправил Северин. – Ездовые птицы. На них можно покататься над парком. Хотите попробовать?

– Да! – завопила Алиса.

– Нет! – одновременно с ней закричала и я.

– Вета, ну пожалу-у-у-уйста-а-а-а, – падчерица сделала жалобные глазки и молитвенно сложила ладошки перед грудью. Кого-то она мне напомнила…

– А это безопасно? – уточнила я, глядя на птицу, которая была явно крупнее, чем казалось издалека.

– Абсолютно, – заверил герцог с легкой усмешкой. – Или вы боитесь высоты, леди Иветта?

– Я? Боюсь? – фыркнула я. – Ни капли. Просто... уточняю детали. Мне же с ребенком придется… кхм… лететь.

Ложь. Я до ужаса боялась. Но признаваться в этом перед айсбергом? Ни за что! Герцог подвел нас к загону. Служитель помог Алисе взобраться в седло одного из аэрионов. Я залезла следом, устроившись сзади и крепко обняв девочку. Руки тряслись, но я старалась этого не показывать.

– Держитесь крепче, – предупредил служитель, пристегивая какие-то ремни и надевая на нас что-то вроде обручей, для защиты от ледяного воздуха.

Ремни – это хорошо. Значит, падать мы не будем. Наверное.

Птица под нами шевельнулась, расправляя крылья. Огромные, мощные крылья. Боже, мы правда сейчас полетим! У меня заледенели руки и кровь в жилах.

– Вета, – Алиса обернулась ко мне, глаза горели. – Ты готова?

– Всегда готова, – соврала я, стиснув зубы.

Аэрион взмахнул крыльями раз, другой – и мы оторвались от земли.

– А-а-а-а! – заорали мы с Алисой хором, но с разной тональностью. Она – с восторгом, я – в полном ужасе.

Земля стремительно удалялась. Ветер бил в лицо, рвал волосы из-под шапки, невзирая на обруч. Я вцепилась в Алису так, что, наверное, оставила синяки.

– Вета! Вета, смотри! – девочка вопила, размахивая руками. – Мы летим! Мы правда летим!

Я с трудом разлепила глаза, которые зажмурила при взлете. И ахнула.

Город подо мной превращался в россыпь огоньков. Парк – в темное пятно, усыпанное яркими точками фонарей. Люди внизу – крошечные фигурки. А вокруг... вокруг было небо. Огромное, темное, со звездами.

– Боже мой, – выдохнула я. – Это же... это невероятно!

– Да! – Алиса хохотала, запрокинув голову. – Мы как птицы! Смотри, вон наша карета! А вон елка! Такая маленькая! А герцог, как муравей!

Аэрион плавно облетел парк, набирая высоту. Я все еще держала Алису мертвой хваткой, но уже не от страха, а чтобы она не вывалилась от восторга.

Ветер свистел в ушах, снежинки залетали в лицо, и я вдруг засмеялась. Громко, от души. Потому что это было... безумно! Восхитительно! Я летела! На магической птице! Над сказочным городом!

В прошлой жизни я максимум на самолете летала. И то в тесном кресле, глядя в иллюминатор. А тут... тут я была частью неба!

Глава 29

– Ве-е-е-та! – Алиса повернулась ко мне, лицо раскрасневшееся от восторга и ветра. – Это самый лучший день в моей жизни!

– И в моей! – крикнула я в ответ.

Аэрион сделал круг и начал снижаться. Плавно, аккуратно. Земля приближалась. Через минуту мы уже стояли на твердой почве. Я слезла с птицы на подкашивающихся ногах. Адреналин все еще бурлил в крови. Сердце колотилось как бешеное. Руки тряслись – но уже не от страха, а от переизбытка эмоций.

Герцог подошел, протянул руку, помогая мне спуститься.

– Ну как? – в его глазах плясали смешинки. – Все еще не боитесь высоты?

– Ой, да хватит вам, – выдохнула я, но улыбалась во весь рот. – Это было… ох... у меня нет слов!

Алиса спрыгнула следом и тут же повисла на моей руке.

– Еще! Еще раз! Можно еще?

– Нет, – твердо сказала я. – Одного раза достаточно. У меня сердце еще не успокоилось.

– Но это было так здорово! – ныла падчерица.

– Было, – согласилась я. – Поэтому давай сохраним это как особенный момент. А то если будем летать каждый день, это перестанет быть волшебным.

Алиса задумалась, потом кивнула.

– Ладно. Но когда-нибудь еще полетим?

– Обязательно, – пообещала я.

Герцог смотрел на нас с какой-то необычной для него мягкостью.

– Вы обе были... оглушающе прекрасны, – произнес он.

– Мы орали как резаные, – фыркнула я. – Весь парк нас слышал.

– Именно поэтому и оглушающе прекрасны, – усмехнулся он, выделив голосом «оглушающе». – Думаю, вам обеим сейчас не повредит что-то вкусное, как думаете?

– Да! – закричали мы с Алисой и весело рассмеялись, когда на нас оглянулось несколько прохожих.

И у нас снова было какао, а к нему имбирные пряники. И напиток опять был очень вкусным, но до того, что готовил герцог, снова не дотягивал. По моей убедительной просьбе мы уселись на качели, герцог долго сопротивлялся, но потом уступил. Хоть и ворчал, что мы как маленькие. Пили горячий напиток и потихоньку раскачивались. Алиса между нами заерзала.

– Там волшебные шары. Можно я посмотрю ближе?

Я кивнула, проследив за ребенком глазами, пока она бежала к шарам, и вздохнула.

– Удивительно, – сказала сама себе, но Северин меня услышал.

– Что?

– Мы уже пьем которое по счету какао, казалось бы – один напиток, но вкус почему-то всегда разный.

– Так ведь и рецепты у всех разные, – сказал герцог так, словно ничего удивительного в этом нет.

– Да какой там рецепт? Молоко, какао, сахар? Они ведь общие для всех.

– Почему? Сахар можно заменить на мед. Кроме того, сахар бывает ванильный, ореховый, жженный. Потому и вкус у какао будет отличаться. А еще… – герцог внезапно умолк, словно задумавшись.

– Что? – спросила почти шепотом.

– Да так… – лицо Северина смягчилось, сгладилась морщинка на переносице. – Вспомнил, как мне бабушка это все рассказывала.

– Судя по вашим рассказам, она была чудесным человеком.

Герцог поднял на меня глаза. В них уже не поблескивали, а просто сияли золотые огоньки, как солнечные зайчики в реке.

– Из всех прилагательных вы выбрали самое идеальное слово – чудесная. Именно такой она и была. Создавала чудеса и дарила их всем, кого любила. Я больше не встречал людей, подобных ей. И думал, что не встречу.

Наши взгляды были прикованы друг к другу. Его глаза сияли и манили своим светом. И мне ужасно, просто до одури захотелось, чтобы этот свет из них не уходил. Северин чуть наклонился ко мне. Из его рта вырвалось облачко пара. Я на секунду представила, каково это – поцеловать его своими горячими от напитка губами? Ощутить поцелуй на вкус, как это какао и пряники.

Наверное, герцог подумал что-то такое же хмельное, потому что его взгляд утратил золото и залился непроглядной тьмой, заставив меня в ответ тоже чуть наклониться к нему.

– Смотрите, какой у меня шар! – между нами влезла Алиса, радостно ерзая попкой на сиденье и тыкая разноцветную сферу то мне в лицо, то герцогу.

Я откашлялась, отворачиваясь. Северин тоже отстранился, его лицо снова стало непроницаемым.

Момент был упущен.

Алиса устроилась между нами поудобнее, обнимая свой шар и щебеча о том, как она выбирала самый-самый красивый из всех.

А я смотрела в звездное небо и думала – а оно мне надо? Влипать в отношения с человеком, с которым через девять дней придется расстаться?

Глава 30

– Есть хочу! – объявила Алиса внезапно. – Очень-очень хочу!

– И я, – поддержала ее. – Причем дико.

У меня в животе урчало так, что даже Северин услышал и усмехнулся.

– Пойдемте, – сказал он. – Знаю отличное место.

Он повел нас к краю парка, туда, где между деревьев виднелись огни костров. По мере приближения запах становился все сильнее, все соблазнительнее.

Жареное мясо. Дымок от углей. Пряности – корица, гвоздика, что-то еще острое, незнакомое. Свежий хлеб. Карамелизированный лук. Печеные яблоки.

– Ох, – выдохнула я, чуть не пуская слюни. – Как вкусно пахнет!

Возле костров располагались жаровни. Толстые, закопченные, дымящиеся. На решетках шипело мясо, из казанов доносилось бульканье супов и рагу. Торговцы зазывали, предлагая попробовать то одно, то другое.

– Вот это я понимаю – праздник! – восхитилась я.

Герцог подвел нас к одной из жаровен. Пожилой мужчина в фартуке, весь в копоти и с красным от жара лицом, радостно заулыбался, увидев герцога.

– Ваша Светлость! Какая честь! Что желаете?

– Всего понемногу, – ответил Северин. – И для ребенка тоже.

Продавец засуетился. Через пару минут нам вручили деревянные тарелки, от которых шел пар. Мясо – сочное, с хрустящей корочкой, политое каким-то пряным соусом. Овощи – запеченные до мягкости, сладкие. Хлеб – еще теплый, с хрустящей корочкой. И какие-то лепешки, начиненные сыром и зеленью.

Герцог купил еще чашки с горячим напитком. Я поднесла емкость к носу, вдохнула. Яблоки, корица, мед, и еще что-то... пряное, согревающее.

– Это что?

– Зимний медовый эль, – пояснил герцог. – Традиционный напиток для праздника. Понятное дело, у Алисы просто компот с сухофруктами и апельсинами.

Я засмеялась на обиженную моську падчерицы и отхлебнула из чашки. Тепло разлилось по всему телу. Напиток был сладковатый, с легкой горчинкой пряностей, и так согревал изнутри, что даже мороз перестал чувствоваться.

– М-м-м, – протянула я. – Вкусно!

Мы устроились на широкой скамье у костра. Рядом сидели другие люди – кто-то с детьми, кто-то парами, кто-то шумными компаниями. Все ели, пили, смеялись. Костер трещал, искры взлетали в темное небо, где уже проступали звезды.

Я откусила мясо. И чуть не застонала от удовольствия. Мамочки, как же вкусно! Сочное, нежное, с легким дымком от углей. Пряности раскрывались на языке – что-то острое, что-то сладковатое.

Алиса уплетала за обе щеки, перепачкав все лицо соусом. Я вытерла ей щеку салфеткой, она недовольно отмахнулась и продолжила есть.

Герцог ел медленно, но с явным удовольствием. Я украдкой наблюдала за ним. В свете костра его лицо казалось мягче, моложе. Теперь у меня бы язык не повернулся назвать его айсбергом.

– Как же вкусно, – выдохнула я, откусывая хлеб. – Просто до невозможности.

– Лучше, чем дома? – поинтересовался герцог, отпивая из своей чашки.

Я задумалась, жуя.

– Не поймите меня неправильно. Ваш повар – выше всяких похвал. Но здесь… все это… – наконец ответила. – Дома все изысканно, правильно, красиво. А тут... душевно. Как будто не герцог с герцогиней сидят, а просто... люди. Обычные люди, которые радуются празднику.

Герцог посмотрел на меня странно. Долго. Пристально.

– Вы это серьезно?

– А что не так? – не поняла я, откусывая лепешку. Сыр потек по пальцам, я слизнула его.

– Ничего. Просто... странные речи для герцогини.

– Какой герцогини? – фыркнула я. – Я же фиктивная. На время.

Что-то мелькнуло в его глазах. Что-то быстрое, непонятное.

– Да, – тихо сказал он. – На время.

Мы доели в молчании. Вокруг гудел праздник – смех, музыка, треск костров. Где-то запели песню, веселую, задорную. Несколько пар пустились в пляс прямо на снегу. Алиса задремала, прислонившись ко мне боком. Щека у нее была теплая, дыхание ровное. Я обняла ее, прижала покрепче.

Северин смотрел в огонь, задумчивый. Пламя отражалось в его глазах. Я же, почти против воли не могла отвести взгляд от его лица.

– О чем думаете? – зачем-то спросила я тихо, чтобы не разбудить Алису.

Он помолчал. Я думала, что не скажет. Потом ответил, не отрывая взгляда от костра:

– О том, что это был хороший вечер.

– Был, – согласилась я.

– Один из лучших за последние... – он замолчал, качнул головой. – За долгое время.

Я хотела спросить – почему? Что случилось в его жизни, что обычная прогулка в парк стала для него событием? Но не спросила. Потому что он повернулся ко мне, и в его взгляде было столько... тоски? Благодарности? Чего-то еще, чего я не могла распознать. И я поняла, что сейчас не место и не время. Потом…

– Спасибо, – сказал он.

– За что?

– За то, что согласились. На прогулку. На... все это.

Я пожала плечами, стараясь сохранить легкий тон:

– Не за что. Мне тоже понравилось. Особенно та часть, где я орала на всю округу, летая на гигантской птице.

Губы герцога чуть дрогнули всего лишь в намеке на улыбку, но!! Улыбка! Да! Почти!

– Да, это было... незабываемо, – сказал он.

– Ой, – я дотронулась рукой в перчатке до его плеча, – у вас что-то здесь… прилипло, – показала пальцем на губы.

– Что? Я не мог испачкаться, – с полной уверенностью ответил герцог, но коснулся рукой собственного рта.

А потом он увидел мои смеющиеся глаза. Нахмурился, но я-то видела золотистые искорки в его зрачках и знала, что он не сердится.

– И что же у меня «прилипло»? – спросил, а его губы опять дрогнули, только уголками.

– Почти улыбка, – ответила я и рассмеялась.

– Как это – почти улыбка? Так не бывает. Улыбка или есть, или ее нет.

– Это у всех остальных людей так. А у вас – почти улыбка. Это, так сказать, переходной этап. Из вечной мерзлоты к весенней оттепели.

Глаза герцога уже вовсю смеялись, но губы нет, они еще держали оборону.

– Вы на редкость находчивая леди, вы знаете?

– Знаю. Мне палец в рот не клади, – активно закивала я.

И умолкла. Потому что внезапно вспомнила свадебный ритуал и как куснула герцога за палец. Северин, судя по всему, тоже вспомнил этот момент, потому что воздух между нами внезапно нагрелся. Мои щеки опалило жаром, а глаза сами собой опустились на губы герцога. Уже ни разу не айсберг сделал едва заметное движение в мою сторону и… потревожил Алису.

– Что? Идем играть дальше? – тут же выпучила глаза малышка и подскочила, ожидая новых впечатлений.

Мы снова отодвинулись. Поймала себя на том, что чувствую раздражение в отношении Алисы. И устыдилась. Глупость какая.

– Думаю, нам пора домой, – сказал герцог. И я согласилась. Алиса немного поныла, но скорее для виду, было видно, что она устала и тоже с удовольствием отдохнет.

Мы двигались к карете неспешно, огибая гуляющих людей, минуя торговцев. Дошли до кареты. Уселись. Алиса крепко держала свой светящийся шар.

– Куда ехать? – спросил кучер, явно желающий поскорее отправиться домой.

И тут я всех удивила.

– К елочному рынку, – скомандовала бодро.

Северин сел напротив, скрестив руки на груди.

– И зачем нам туда? – спросил.

– Затем, что теперь моя очередь вас развлекать.

Мы ехали минут десять. Рынок уже закрывался – торговцы сворачивали лотки, гасили фонари. Наша карета, явно дорогая и роскошная, смотрелась тут так же уместно, как бриллиантовая тиара на базарной торговке.

Карета остановилась.

– Подождите здесь, – сказала я. – Я мигом.

– Я с вами, – отрезал Северин, уже открывая дверцу.

– Но Алиса...

– Кучер присмотрит.

Мы вышли. Я огляделась, принюхиваясь. Пахло хвоей, смолой, мокрым снегом. Где-то тут должна быть...

– Вон! – показала я.

За рынком, у покосившегося забора, высилась огромная куча еловых веток. Выброшенных, примятых, местами уже присыпанных снегом. Для кого-то – мусор. Для меня – золотая жила.

Я припустила к куче, подняла подол платья и начала перебирать ветки, выбирая самые пышные, самые зеленые.

– Леди Иветта, – раздался голос за спиной. – Что вы делаете?

Обернулась. Северин стоял в нескольких шагах, глядя на меня с нескрываемым недоумением. Он, в своем безупречно черном пальто, на фоне мусорной кучи выглядел так, будто случайно телепортировался не в то место.

– Собираю ветки. Разве не видно? – ответила я, как будто это было самым обычным делом на свете. – Для венков. Украшения такие. В гостиной у нас висят.

– Да, но... – он оглянулся на кучу, потом снова посмотрел на меня. Помолчал. Потом медленно произнес: – У вас странные развлечения, леди Иветта.

Я расхохоталась. Громко, заразительно.

– Это не развлечение! Это доходное дело! Смотрите, какие ветки! Пушистые, зеленые, пахнут потрясающе! Их выбросили как мусор, а я дам им вторую жизнь. И заработаю на этом много золотых монет.

Северин покачал головой.

– Зачем вам несколько золотых монет, если после развода со мной вы получите целое состояние?

– Затем, что это будет состояние Алисы. Ее наследство. И потом, если деньги не работают, а только траться, они очень скоро исчезают. Гораздо быстрее, чем можно подумать.

– Вы удивительно практичны и разумны, как для такой молодой девушки, – герцог подошел ближе, нагнулся и поднял несколько веток. – Эти подойдут?

Я уставилась на него, забыв закрыть рот.

– Вы... вы мне помогаете?

– А что я должен делать? – он отряхивал ветки от снега. – Стоять и смотреть, как моя жена копается в мусоре? Это плохо отразится на моей репутации. Скажут, что женился на какой-то эксцентричной особе, вас заклюют на завтрашнем же мероприятии у герцогини. А увидев нас тут вдвоем, просто решат, что мы оба спятили. Пожалеют и забудут.

– Очень… продуманно, – сказала я в ответ, и вернулась к своему занятию.

Мы работали молча минут пять. Я – азартно, перебирая каждую ветку. Герцог – методично, отбирая только лучшие. В какой-то момент наши руки столкнулись, потянувшись за одной и той же особенно пышной веткой.

– Эта моя, – сказала я.

– Я первый увидел, – парировал он.

– Но я первая дотронулась!

Мы смотрели друг на друга, не отпуская ветку. Потом я улыбнулась.

– Берите, – сказал Северин. – Раз вам так важно. От сердца отрываю.

– Спасибо, – я прижала ветку к груди, как трофей.

Когда набрали столько, сколько могли унести, вернулись к карете. Кучер смотрел на нас с таким лицом, что мне составило труда догадаться, кто завтра же утром разнесет свежие сплетни.

– Погрузите, пожалуйста, – попросила я, протягивая ему охапку веток.

Кучер открывал и закрывал рот, но слов не находил. Молча взял ветки и уложил их в специальный ящик позади кареты. Северин передал свою охапку. Пото еще одну.

Мы забрались внутрь, отряхивая снег и хвою с одежды. От нас обоих пахло елкой и смолой. Алиса опять задремала, сладко посапывая.

Северин смотрел на меня с какой-то странной смесью восхищения, недоумения и... нежности?

– Что? – спросила я, вытаскивая елочную иголку из рукава.

– Ничего, – он покачал головой. – Просто... за последние дни вы уговорили меня кататься на качелях, лепить снеговика, собирать ветки из мусорной кучи возле елочного рынка... Что дальше? Будем петь праздничные песни на площади?

Я фыркнула.

– Не дразните судьбу. Могу и это устроить.

– Не сомневаюсь, – он откинулся на спинку сиденья, и на его губах играла улыбка. – С вами не соскучишься, леди Иветта.

– А вы думали, вам достанется тихая, скромная жена, которая будет весь день вышивать и вздыхать? Плохо вы навели справки, значит.

– Честно? Наоборот, мне нужна была девушка неробкого десятка, для того, чтобы… – он посмотрел в окно. – Я просто искал решение. А нашел... – он замолчал.

– Что? Проблему? – усмехнулась.

Он повернулся ко мне.

– Нет. Нашел нечто совершенно неожиданное.

И в его взгляде было столько тепла, что у меня перехватило дыхание. Если так будет и дальше продолжаться, я ведь не сдержусь! Не каменная! Возьму и совершенно не случайно опять заблужусь в спальню к герцогу.