Текст книги "Пламя и пепел. Обещанные (СИ)"

Автор книги: Леока Хабарова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 18 страниц)

Глава 34

Недавнее прошлое. Поля гейзеров

Сонное фиолетовое марево стелилось над тундрой. За поросшей ягелем сопкой галдел, гремел и сверкал факелами лагерь ургламов. Слышалась ругань. Протяжно ревели носороги. Чадили костры. Но здесь, у источников, было тихо. Тихо и темно. Горячий белый пар поднимался высоко в небо.

– Ты серьёзно? – Рейнар уселся на валун и уставился на Лави.

Бывшая принцесса разоблачалась без малейшего стеснения. Стянула мантию, расшнуровала нагрудник, сбросила тунику…

Смотреть, конечно, было интересно. Особенно теперь, когда на Лавьен не осталось ничего, кроме благословения Сумрака. Но…

– Давай, теперь ты, – велела она.

– Ну, знаешь!.. – заупрямился Рей, и Лави подошла. Улыбнулась.

– Боишься замёрзнуть? – она лукаво вскинула бровь. Глаза её в полумраке делались ярче и мерцали, как две свечи. – Или ждёшь, что я тебя раздену?

Рей хмыкнул. Играть так играть.

– Второе, – уверенно изрёк он и не прогадал.

Лавьен освободила его от плаща и куртки, помогла снять тунику, разула. Тонкие пальцы ловко справились с завязками на штанах, и Рей поднялся, дабы избавиться от последнего элемента одежды. Выпрямился во весь рост. Лави же осталась сидеть у его ног, и от этого расклада Рейнар ощутил острый прилив… вдохновения.

Незамеченным вдохновение не осталось.

– Ух, ты, как всё интересно… – хрипло прошептала Лавьен. В золотых глазах плясали бесенята.

– Удивлена? – в тон ей ответил Рей.

– Вообще-то, мы пришли окунуться в целебный источник, а не предаваться похоти.

– Одно другому не мешает. – Он потянулся к ней.

– Ты прав. – Лави легко увернулась и плюхнулась в воду.

Усмехнувшись, Рейнар последовал за ней.

Вода оказалась восхитительной. Грела, но не обжигала. Густой пар создавал завесу от всего мира, на дне светились зеленовато-жёлтые водоросли, в тёмном небе переливалось северное сияние.

– Иди ко мне. – Рей притянул Лавьен к себе.

Поцеловал долго, нежно, и развернул спиной. Прошёлся губами по шее, лизнул под волосами, чуть прикусил солоноватую кожу. Повторил. Когда Лави начала дрожать и тихонько постанывать, Рей дал волю рукам и приласкал груди, а потом прижал бывшую невесту так, чтобы она в полной мере ощутила всю силу его вдохновения…

Здесь, у источника, можно было не закусывать костяшки: стоны и вскрики тонули в шуме бурлящей воды.

– У-уф… – Рей развалился в источнике, как на кресле. Откинул голову. – Хорошо!

Лави прильнула к нему. Провела пальцами по груди. Нежно коснулась губами небольшого застарелого шрама.

Рей погладил её по волосам. Молчание длилось целую вечность, и было на редкость уютным и правильным, но Рей всё же нарушил его.

– Знаешь… – прошептал он. – Я часто думаю о нас… в детстве.

Лави не напряглась, не вздрогнула и даже не вздохнула. Продолжила вычерчивать пальцем невидимые круги на его груди.

– И что же ты думаешь?

– Что незаслуженно обижал тебя, – признался Рей. – Был груб. Жесток. Иной раз старался поддеть нарочно, выбесить.

– У тебя получалось.

– О, да, – хмыкнул Рей. – В этом я мастер. – Он чуть повернул голову. – Ты простишь меня, Лави?

Она улыбнулась. Мягко. Ласково.

– Простила давно, – сказала она, и Рей прижал её теснее. – Во всех есть свои тёмные начала. Зло и добро перемешаны, но надо уметь видеть свет, и тогда не заплутаешь.

– Мудрые слова.

– Так говорил Улсадру, мой учитель.

– Улсадру? – Рей нахмурился. – Я думал, твоим наставником был какой-нибудь древний ишидари. На худой конец – изгнанник-смешенец. Но уж точно не урглам!

– Улсадру самый мудрый урглам на всём белом свете! – Лави перестала выводить круги и обняла его крепче. – Это он нарёк меня Пепельной девой и научил управлять силой Сумрака.

– И где он сейчас?

Лавьен пожала плечами.

– Отправился в тундру – искать смысл сущего.

– С чего он взял, что сущее обретается именно в тундре?

– Не знаю, – вздохнула Лави. – Но Улсадру не стал бы мне врать. Там, в глубинах Унылых равнин, есть нечто важное. И он собирается это найти.

– Ну а ты?

– А что «я»?

– Ты нашла свои смыслы?

– Возможно, – Лавьен улыбнулась с хитринкой и поцеловала его. Сначала легонько, потом понастойчивей.

Тонкая ладошка скользнула под воду, и Рей понял, что в ближайшие пару часов от источников они точно не уйдут. А если и уйдут, то недалеко и ненадолго.

Настоящее. Глубины Унылых Равнин

– Р-ра!

Рейнар ударил с разворота. Йордранг защитилась огромной дубиной – он так и не понял, где она её взяла. Может, нашла по дороге?

– Я не отступлю! – прорычала шаманка.

– Тогда умрёшь. – Рей снова атаковал.

Два мощных выпада, удар, разворот – и шаманка открылась. Подставилась. Рей замахнулся – рассечь её надвое, но сгусток магии ударил в грудину, и его отшвырнуло к скале.

«Она впитала силу!» – сообразил Рей.

Йордранг – дочь ветра… Буран, едва не лишивший их жизни, стал для неё источником энергии. Но это ничего. И не с таким справлялись!

Рей мотнул загудевшей от встречи с гранитом головой, рванулся вперёд и обрушил на шаманку град ударов. Она прытко уворачивалась, но не успевала сплести заклинание. Пару раз, правда, крепко приложила Рейнара дубиной по хребту. Когда замахнулась в третий, Рей вертанулся и с силой толкнул её в бок. Йордранг потеряла равновесие, шатнулась и… сорвалась вниз.

Короткий вскрик, грохот камней – и стихло всё, кроме ветра: он скорбно завывал над скалами, трепал волосы и плащ.

Рей подошёл к краю и глянул вниз. Шаманка лежала ничком. Не шевелилась, не стонала, не пыталась отползти или подняться. Коса расплелась, и белое снежное крошево запорошило тёмные волосы. Кровь казалась чёрной.

– Не надо вставать у меня на пути. – Рей сунул меч в ножны. – Прощай, Йордранг.

Среди скал Рей отыскал неприметную тропку и, поскальзываясь на обледенелых камнях, заспешил вниз, в лощину. Блуждающая крепость тянула к себе магнитом, а сила, обитающая в ней, могла решить любые проблемы разом. Сразу и все.

Главное – добраться до источника быстрее Драксуса!

Прошлое. Инария. Королевский дворец. Комната для наказанных

Рейнар никогда особо не задумывался о любви. Размышления такого рода не к лицу мужчине. Даже, если мужчина не старше тринадцати вёсен.

Но иногда мрачные думы всё же одолевали. Особенно, когда приходилось дневать и ночевать в комнате наказаний, вот как сейчас.

Рей привалился спиной к стене и обхватил колени руками. Он смотрел на крупные снежные хлопья, что вальяжно сыпали с серых небес, а видел отца.

Элнар Справедливый был недоволен сыном. Опять.

Рейнар вздохнул. Повесил нос.

Он совсем не помнил мать, но отчаянно хотелось верить, что хоть она-то его любила. Нянька говорит, по-другому не бывает – матери всегда любят своих детей. Сыновей, дочерей… Даже, если они не шибко умны или красивы.

Рейнар не строил иллюзий – он нужен отцу. Нужен, как мощный политический инструмент. Наследник престола. Крепкий здоровьем, не урод, не полудурок. Отличная партия для выгодного союза… Но не более. Не более…

Если бы Рей хоть раз припоздал на церемонию встречи Ледийских гостей, его хватились бы сразу. Поднялся бы переполох, а потом прилетело так, что мама не горюй.

Зато, когда в обычные дни он не являлся к обеду, пропускал ученье или ночевал на конюшне, про него даже не вспоминали. Отец редко вызывал его к себе, а на охоту брал, только если компанию составляли важные гости. И всегда потом был недоволен. Всегда.

Рей иной раз вообще не понимал, чем именно расстроил короля, но явственно ощущал – в жизни отца он лишний. Прямо как пупок на спине.

От этого становилось гадко, и хотелось, чтобы чёрная дыра в душе хоть немножечко затянулась. Перестала болеть.

Возможно, брак решит эту проблему. Жёны обязаны любить и уважать своих мужей, ведь так?

Рейнар представил Серую и сморщился. Кто-кто, а уж она точно никогда его не полюбит. Так может, его полюбит народ, когда он сам станет королём? Но любит ли чернь королей взаправду или люди просто привыкли, что ими правит кто-то в короне? Загадка…

Рей вскинул голову и снова уставился на пляшущие за окном снежинки.

Становиться королём не хотелось. Не хотелось жениться на Серой и делать с ней то, что мужья делают с жёнами. Много чего не хотелось. Но в жизнь ворвалось слово «долг» и разом вытеснило всё остальное. Мечты, устремления, надежды – всё раскрошилось под многотонным прессом злополучного долга. Да так, что не собрать…

Рейнар подумал о друзьях. Он всегда считал, что дружба – навсегда-навсегда. Но Нико всё чаще хворал, Илрай постоянно на всё обижался и дулся потом неделями, а Танмар…

Танмар был не его круга. Это твердили все – и нянька, и воспитатели, и даже отец.

«Дружи с ним на заднем дворе, – наставлял венценосный родитель, – но не за его пределами».

Рей много читал об Ордене Алой зари и знал, туда принимают всех без исключения – знатных и простолюдинов, сыновей торговцев и даже бродяжек без роду и племени. Как-то он предложил парням отправиться туда и поступить на службу. Илрай отверг идею сразу, Нико сослался на слабое здоровье, а Танмар заявил, что не бросит отца, мать и целый выводок сестёр и братьев. В одиночку Рей бежать не решился и тонул теперь в пучине злополучного долга, хотя и не понимал, кому и когда задолжал.

Он лёг на пол и свернулся калачиком, подтянув колени к груди. Зажмурился. Стиснул зубы. Скрепил сердце.

Мужчине не к лицу слабость. Мужчине не к лицу слёзы. Мужчины не плачут. И уж тем более не страдают от одиночества и недостатка любви.

Никогда.

Снеговые хлопья медленно кружились. Зима кутала мир в белоснежный саван, а чёрная дыра в душе становилась всё больше и больше. Рана росла, саднила. Ныла. Не давала покоя. Казалось, ничто не способно унять эту боль.

Рейнар не выдержал. Вскочил и со всей дури жахнул кулаком в стену. Штукатурка посыпалась, костяшки сбились в кровь, но стало легче. Недолго думая, Рейнар ударил снова.

– Р-ра!

Глава 35

Настоящее. Глубины Угрюмых Равнин

«Ты не нужен отцу… – звучало в голове. – Он давным-давно забыл тебя. Ты не нужен братьям. Не нужен друзьям. Не нужен Ордену…»

«Я нужен Лави, – мысленно возражал Рей. – Она в опасности. Я должен её спасти!»

«Глупец! – возразил голос. – Ты никому ничего не должен. Никому, кроме себя самого. Ты рождён для власти. Так поди и возьми её!»

Метель разыгралась не на шутку, и Рей, сгорбившись в три погибели, брёл через снег туда, где оставила чёрные следы Блуждающая крепость. Он спотыкался, падал, поднимался, опираясь на меч, и продолжал идти. Лицо жгло от холода, покрасневшие пальцы почти не гнулись, ноги дрожали. Хотелось спать.

Мутный силуэт башен то и дело мелькал в белом мареве. Появлялся и исчезал, точно мираж в пустыне.

Кольцо седых холмов сомкнулось вокруг лощины. Гребни напоминали щедро сдобренный сахарной пудрой шоколадный бисквит. Целые горы бисквита…

Рейнар шёл, по колено проваливаясь в сугробы, а голос в голове становился всё громче, всё настойчивей. Один раз он сделался женским, сказал что-то ласковое, и Рей, вконец ошалевший от холода и усталости, безотчётно прохрипел:

– Мама?..

Но это была не мама. И даже не Лавьен. И вообще не женщина!

Из беснующихся завихрений пурги выступил урглам. Старый, сгорбленный. С тёмным морщинистым лицом, торчащими клыками и маленькими цепкими глазами под нависшим лбом. Он опирался на посох и ступал медленно, неуверенно.

– Ты?.. – изрёк урглам, вперившись в Рейнара колючим взглядом. – Ты одержим, дитя. Известно тебе это?

Рей устало вздохнул.

– Поди прочь, – отмахнулся он и продолжил путь, но урглам не отстал.

– Я вижу в тебе боль. – Он заковылял следом. – Застарелая рана открылась. Тьма почуяла слабость и сунула в брешь свои щупальца. Ты попался на крючок, принц.

Рей не сбавил шага и не обернулся.

– Я не принц, – бросил небрежно. – Отвяжись, старик.

– Тьма тянет тебя за собой и вот-вот проглотит!

– Даже если так, тебе какое дело?

– Если станешь Повелителем теней – мир погрузится в хаос.

– С чего бы?

«Я просто спасу Лавьен. Спасу Лавьен и уничтожу Драксуса!»

– Ты – наследник престола Инарии, Рейнар. Получив безграничную власть, ты начнёшь войну, которой не будет конца.

Рей всё же остановился. Обернулся.

– Кто ты? Откуда знаешь меня?

Урглам посмотрел внимательно.

– Я знаю тебя с самого рождения, – сказал он. – И знаю ту, что обещана тебе судьбой. Ты здесь, чтобы спасти её, верно?

Рейнар промолчал. Урглам шагнул ближе. Заглянул в глаза.

– Приняв силу тьмы, ты не спасёшь Бьёрг, но погубишь собственную душу. – Он выдержал паузу и добавил: – Во всех есть тёмные начала. Зло и добро перемешаны, но надо уметь видеть свет, и тогда не заплутаешь.

– Улсадру? – Рей вскинул брови.

– Теперь и ты меня узнал, дитя. – Урглам протянул руку. – Пойдём, я помогу тебе выбраться. Помогу справиться с мороком, что терзает твой разум.

Рейнар почти принял длань. Почти вложил ладонь в четырёхпалую лапу. Но в последний момент сдержался. Отдёрнул руку.

– Нет, – заявил твёрдо. – Никто меня не остановит. – Он кивком указал на горный хребет. – Там на камнях лежит шаманка. Она была мне другом, но встала на пути. И я убил её. Так будет и с тобой, если не отступишься. Уходи!

– Ты совершаешь ошибку, дитя.

– Ошибку? – Рейнар не выдержал и взвился. Голос дал петуха. – Моя женщина в беде! Чтобы спасти её, надо убить Драксуса. У него полчища кадавров и сотни чародеев отступников. Даже скелеты-лучники имеются. А у меня ни магии, ни армии. Ничего!

«Я один. Совсем один… И рассчитывать не на кого!»

– Король Инарии мог бы объединить людей, ишидари и ургламов. Против такой армии даже Драксусу не устоять.

Рей расхохотался. Аж слёзы на глазах выступили. Правда, тут же превратились в ледышки.

– Глупый смешной старик! Да мой отец скорее жабу проглотит, чем сядет за стол переговоров с темнокровыми!

Улсадру смотрел внимательно. Ни один мускул не дрогнул на морщинистом лице. Взгляд сделался мрачным. Тяжёлым.

– Твой отец мёртв, дитя, – холодно проговорил он, и вся весёлость с Рея разом сошла. – Его жена и дети в плену.

Рейнар покачнулся. Верить сказанному не хотелось. Всё это неправда. Неправда! Старик лжёт!

– Как?.. – хрипло выдавил он, уставившись в землю.

– Орден Алой зари. – Улсадру крепче стиснул корявый посох узловатыми пальцами. – Магистр требовал, чтобы король заключил союз с Драксусом. Элнар отказался, и алые убили его. Перебили охрану, захватили жену и детей. Магистр нарёк себя протектором, а тех, кто осмелился выступить против, сослал в лагеря смерти.

Рейнар прищурился.

– Откуда… Откуда тебе это известно?

Старый урглам вздохнул.

– Лига Шепчущих, – сказал он и сделался ещё мрачнее. Опустил глаза. – Много веков назад великая чародейка Ширайни Луум выступила за мир между людьми и нелюдью. Она покинула Бессолнечные земли, вышла замуж за наследника престола и обеспечила долгие годы спокойной жизни. Ширайни, кстати, была моей наставницей и родной прабабкой твоей наречённой – от Бьёрг это тщательно скрывали, не хотели, чтобы девочка тянулась к магии.

– И при чём здесь эта твоя Лига? – нетерпеливо брякнул Рей. Любят же старики развести словоблудие!

– Ширайни Луум создала Лигу Шепчущих, – продолжил Улсадру. – При каждом правителе, вожде или совете непременно состоял носитель чужих кровей, сведущий в магии, дипломатии и государственных вопросах. Шепчущие мягко направляли политику в нужное русло, поддерживали баланс и обеспечивали мир. Со временем Шепчущих стало больше, у нас появилась сеть осведомителей, но… После смерти Ширайни Луум всё рухнуло. Война пришла в наши земли. И остановить её некому.

– Но ты решил попытаться? – съехидничал Рей.

– Да, – не стал отрицать Улсадру. – Решил. Я знал, чего хочет Драксус, и отправился в тундру, чтобы…

– Уничтожить Блуждающую крепость?

– Именно так, ваше высочество… – старик вдруг осёкся, – точнее – величество.

– И, наверное, хочешь, чтобы я тебе помог?

– Буду признателен. Я уже стар, и рука не так крепка, как раньше…

Рей заглянул в маленькие цепкие глаза и скривил растрескавшиеся губы.

– А потом, видимо, усадишь меня на трон, вотрёшься в доверие и будешь… как там ты сказал? Мягко направлять политику в нужное русло. Так?

Улсадру засопел, раздувая огромные ноздри.

– Уходи, старик, – хрипло выцедил Рейнар. – Уходи, пока я не перерезал тебе глотку!

Урглам ничего не сказал. Смерил его долгим взглядом, развернулся и потопал в сторону гряды. Рейнар же продолжил путь к крепости.

Прошлое. Леда. Дворцовый парк

Жара стояла неимоверная, и Лави уселась прямо на бортик фонтана, опустив ноги в прохладную воду.

Книга попалась на редкость интересная – о приключениях, любви и чародействе. Да ещё и с картинками! Особенно нравились главы о сеферидах – крылатых воинах неземной красоты. Закованные в блестящие доспехи, они взлетали высоко-высоко в небеса и разили врагов силой праведного гнева.

Вот бы так же уметь!

– Бабуля! – окликнула Лави. – А ишидари умеют летать?

Ширайни Луум, собирающая травы в тени поодаль, отвлеклась от своего занятия и мягко улыбнулась.

– Нет, милая. Чтобы летать нужны крылья. – Отрастить их никому не под силу.

– Даже тебе? – Лавьен взобралась на бортик, выпрямилась и развела руки в стороны. Взмахнула разок-другой. Увы, не взлеталось.

– Даже мне.

– А что, если у меня получится?

Ширайни Луум рассмеялась.

– Я признаю тебя величайшей чародейкой всех времён!

Лави спрыгнула с бортика и принялась носиться среди цветущий клумб, отчаянно изображая боевого сеферида.

– Я полечу высоко-высоко, до самой луны! – верещала она, размахивая руками. – Буду разить врагов огнём! Буду сражаться! Убью всех злодеев! Фу-ух!

Она с разбегу врезалась в бабулю и крепко обняла. Ширайни прижала её к себе, ласково потрепала по спине.

– Обещай мне одно, милая, – сказала она, и Лави вскинулась. Встретилась глазами с фиалковым взглядом. Приготовилась слушать и внимать. – Если отрастишь крылья, не теряй головы.

Она щёлкнула её по носу, и Лави рассмеялась.

– Хорошо, не буду, – с готовностью пообещала она.

– Вот и славно! – Ширайни Луум разомкнула объятия. – А теперь пойдём. Пора готовиться к твоему отъезду в Инарию.

Лави сморщилась.

– У-у! Не хочу в Инарию! Там этот прыщавый принц! Он такой гадкий, бабуля! Такой противный!

Ширайни погладила её по волосам.

– Он вырастет в красивого мужчину, милая, вот увидишь. Все девушки королевства будут тебе завидовать.

– К чему мне их зависть? – вздохнув, изрекла Лави. – Лучше пусть забирают принца себе, а я отращу крылья и улечу!

– Далеко?

– В Бессолнечные земли – учиться магии, – серьёзно ответила Лави.

– Не самый плохой вариант, – кивнула бабуля. – Но пока крыльев нет, придётся работать над союзом с Инарией. Ваш брак станет залогом мира, послужит началом новой эры. Ты станешь могущественной королевой и сможешь прекратить войну людей с ишидари. Разве не здорово?

– Здорово… наверное… – без особой уверенности проговорила Лавьен. – Но для этого придётся целоваться с принцем.

– Увы, – развела руками Ширайни Луум. – Порой ради великой цели приходится идти на великие жертвы. Например, целоваться с принцами.

Лави насупилась.

– Ты так говоришь, будто сама целовалась с принцами!

Ширайни Луум загадочно улыбнулась.

– Всё возможно, моя девочка. – Она приобняла её за плечи. – А теперь пойдём. Отец наверняка заждался тебя.

Глава 36

Настоящее. Глубины Угрюмых Равнин. Блуждающая крепость

Он нагнал её, когда солнце пропало. Буран разбушевался так, что всё от неба до земли сделалось белым, и в мире не осталось ничего, кроме снега и ветра – вытяни руку, не разглядишь пальцы. Рейнар брёл вслепую, увяз в сугробе, насилу выбрался, не удержал равновесия и упал. Колбасой прокатился несколько ярдов и сразлёту врезался во что-то твёрдое и большое. Приподнялся. Зашарил по препятствию ладонями.

Камень. Холодный, твёрдый, шершавый и… ускользающий: громадина двигалась. Медленно, но всё же ползла.

– Врёшь, не уйдёшь! – прошипел Рей и принялся ощупью искать хоть какой-нибудь лаз, проход или хотя бы отдушину. Должно же быть хоть что-то! В противном случае, придётся карабкаться по выщерблинам до ближайшей бойницы.

Он споткнулся о ступеньку, взобрался на какой-то парапет, едва не сорвался и вжался в стену. Но стена подвела. Скрежетнув, съехала куда-то в бок, и Рей с криком провалился в недра магической цитадели.

* * *

Рей не знал, сколько пролежал, уткнувшись лицом в каменный пол. Может час, может два, а может – целую вечность или всего лишь пару мгновений. По крайней мере, он отогрелся: какой бы зловещей ни казалась Блуждающая крепость, внутри было тепло. Даже очень.

Рей сел. Обхватил руками гудящую голову, глухо выругался и проморгался. Нестерпимая боль долбила виски раскалённым молотом, но отвлекаться на неё сейчас Рейнар не имел права.

Насилу сладив с головокружением, он опёрся о стену и поднялся. Требовалось осмотреться, и Рей шагнул вперёд.

Вокруг царил зловещий, сумрачный, пугающий… но всё же уют. Крупную каменную кладку тут и там украшали гобелены с изображением древних богов. В углах горели свечи в высоченных диковинных канделябрах. Исполинские очаги дышали жаром. Длинные скамьи и заставленные разнообразными яствами столы, казалось, застыли в ожидании шумной ватаги весёлых, сытопьяных гостей. Высокие своды украшала замысловатая лепнина и необычайной красоты росписи – Рей разглядел заливные луга, пушистые облака и парящих в небесах прекрасных сеферидов. Где-то в темноте попискивали летучие мыши, свисала с балок густая, похожая на болотный мох паутина, толстый слой пыли покрывал балясины, перила и ступени. В гулких коридорах перешёптывались сквозняки, в нишах и альковах притаились тени.

Рей шёл по безмолвным пустынным залам. И чем дальше заходил, тем отчётливей понимал: это конец пути. Зачем искать чего-то ещё, если здесь, в этих стенах, сердцу спокойно и благостно. Там, за высокими окнами, безумный, безжалостный, полный интриг, подлости и предательства мир. Мир, где его никто не любит и не ждёт.

Но… как же Лави?

Ах, да… Серокожая полукровка, обещанная ему в невесты много лет назад. Они никогда особо не ладили. Но выдалась оказия, и он от души попользовал её пару-тройку раз. У мужчин такая потребность в природе – помогает разрядиться и спустить пар. Придавать этому значение, всё равно что задумываться о необходимости справлять нужду.

Но где Серая теперь?

Ах, не всё ли равно! Главное – он здесь. Там, где ему место.

Дубовые двери отворились сами собой, и Рей обнаружил чертог. Огромный и мрачный. Стоило ступить за порог, как сотни свечей в канделябрах вспыхнули разом. На высоком месте красовался самый настоящий трон. Обитый пурпурным бархатом, украшенный резьбой и позолотой, он манил, притягивал, звал.

И Рей откликнулся на зов. Шагнул ближе. Ещё ближе. Мысли в голове метались, точно мотыльки, обезумевшие от внезапно вспыхнувшего света. Загорались и гасли, подобно болотным огням. Голоса – чужие и далёкие – звучали во тьме, отражаясь эхом от сумрачных сводов.

– Прими свою судьбу, принц, – говорили они, а пурпурный трон становился всё больше и больше. Рос ввысь, раздавался вширь. Позолота сверкала ярче. Резные украшения ожили и наблюдали за каждым движением внимательными деревянными глазами. – Прими, и обретёшь власть, которая не снилась твоему отцу.

Прими свою судьбу…

Прими свою судьбу…

Прими судьбу… И все царства мира склонятся перед Повелителем Теней!

Нога сама ступила на первую ступень, но Рей вдруг замер. Зажмурился. Тряхнул головой.

«Тьма почуяла слабость и сунула в брешь свои щупальца. Ты попался на крючок, принц…»

Отчётливо представилась Лави. Он знал её всю жизнь, с самого детства. С тех пор, как ей едва сравнялось десять, а ему почти минуло одиннадцать. Он помнил, как она смеётся. Как мерцают в полумраке её глаза. Помнил вкус её губ и жар поцелуев. И страсть, с которой она отдавалась ему…

Что это, если не любовь?

– Нет… – хрипло вышептал Рейнар, глядя в пустоту. – Моя судьба Лави. Я… Я люблю её!

– Какое несчастье для вас обоих! – раздалось позади, и Рей порывисто обернулся.

В дверях стоял Костоправ. Стоял и улыбался жуткой, слишком широкой для человека улыбкой. Изгвазданный фартук его по обыкновению темнел от пятен крови. Рукава были закатаны до локтя. Тщедушное тело казалось жалким, но глаза… Глаза выдавали безжалостного кровожадного душегуба, способного сломить даже самого сильного воина.

– Признаюсь, было бы куда проще, если б ты сел на трон, – буднично изрёк Костоправ. – Из тебя вышел бы первоклассный сосуд. Идеальное орудие. Истинный король, чей разум поглощён тьмой, а воля полностью в моих руках. Ах, какую кашу мы могли бы заварить!

Он мечтательно закатил глаза.

– Но, право слово, ещё не поздно. Возможно, моя прекрасная сеферида заставит тебя передумать. Убедит стать мне другом. Верным. – Он шагнул вперёд. – Надёжным. – Ещё шаг. – Послушным. – И ещё. – Безропотным.

И без того широкая улыбка сделалась ещё шире, зубастее. Рейнар схватился за рукоять меча, а Костоправ, хохоча, утонул в ослепительной вспышке – пришлось заслонить глаза предплечьем, чтобы не лишиться зрения.

– Знакомься! – разнёсся под сводами скрипучий голос. – Прекраснейшая из моих бестий! Сеферида!

За время скитаний по тундре, Рей повидал много разных кадавров. Но такое…

Чудище сияло. Яркий свет заливал всё вокруг, слепил, до боли резал глаза. Шесть полупрозрачных крыльев – два больших и четыре поменьше – переливались холодными голубоватыми бликами. Острые шипы и блестящая чешуя покрывали гибкое стройное тело. Костяные наросты скрывали глаза. На животе, от груди до промежности, разверзлась зубастая пасть. Ноги срослись, образуя подобие щучьего хвоста.

Тварь взмыла в воздух, под самый потолок, и с воплем атаковала. Рейнар чудом успел увернуться от череды искрящихся сполохов и отлетел в сторону, когда монстрообразная сеферида сбила его с ног яростным криком. Она собрала новый сноп искр в когтистых ладонях, но Рей не дал себя убить. Отпрыгнул. Чародейский снаряд с грохотом врезался в стену, и по каменной кладке побежали трещины.

– Да что ты такое⁈ – выцедил Рей.

Он пытался подобраться поближе, ударить – но никак не мог достать тварину: слишком уж быстро она перемещалась!

Рей метнулся к про́клятому трону и укрылся за его спинкой как раз в тот момент, когда сеферида ударила «песней». Следом она резанула воздух крылом, но Рейнар оказался проворней: мощный рывок, и острая сталь от души прошлась по шипастой конечности.

Сеферида дёрнулась и взвыла, выгнувшись дугой. Зубастая пасть её судорожно хватала воздух, и Рей с размаху всадил в неё клинок. Зубы клацнули, и он чуть не остался без руки. Отскочил. Откатился в сторону, приподнялся на локтях и… увидел.

На чешуйчатой груди летающей бестии болталась подвеска. Незамысловатый пустяк: кожаный шнур, сломанный волчий клык…

На мгновение Рей позабыл, как дышать. Вгляделся в изуродованное лицо. Угадал черты.

– Лави?.. – слетело с языка, а с пальцев бестии сорвалась очередная порция молний.

Рейнар с трудом отразил атаки, однако в собственный выпад вложил лишь полсилы: он не мог её убить.

Он. Не мог. Её. Убить!

– Лави! – крикнул, что есть мочи. – Посмотри на меня! Это я! Рейнар!

Ответом стала сокрушительная «песнь», от которой из ушей и носа потекли струйки крови, но Рей не сдавался – пусть Лави не может его видеть из-за костяных наростов, но слышать-то должна!

– Лави! – кричал он, уворачиваясь от сполохов. – Вспомни меня! Вспомни ту нашу ночь в шатре! И другие ночи! Мы обещаны друг другу судьбой… Ты не можешь забыть!

Пылающий сгусток обжёг бок, острое крыло резануло плечо, и Рей упал. Выронил меч. Зубы хищной пасти клацнули у самого лица.

– Ты не можешь… забыть… – хрипло повторил он.

– Прикончи его! – звучно скомандовал Костоправ.

Бестия вскинула малые крылья, намереваясь пронзить Рейнара насквозь, но вдруг дёрнулась и заверещала.

Мерцающая, сотканная из тысяч переливающихся огней, сфера проглотила её, точно гигантский мыльный пузырь. Проглотила и заморозила, лишая возможности двигаться.

– Бей!

Рейнар не сразу узнал голос, но всё-таки узнал: у самого выхода стоял Улсадру. Вскинутый посох в его руках подрагивал. Оголовье сияло призрачным светом.

– Бей, долго мне её не удержать! Слишком сильна! – гаркнул он. – Бей! Иначе её не спасти! Бей же! Ну!

И Рей ударил.

* * *

Сеферида