Текст книги "Пламя и пепел. Обещанные (СИ)"

Автор книги: Леока Хабарова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 18 страниц)

Глава 28

Прошлое. Леда. Королевская библиотека

– Ещё одна? – страдальчески протянула Лави, когда бабуля водрузила перед ней очередной фолиант.

– Ты должна усердно учиться, милая, -сказала Ширайни Луум.

Лави подняла тяжёлый том.

– Зелья, эликсиры, снадобья и противоядия, – прочла на обложке, украшенной золотым тиснением. Вскинулась и уставилась на бабулю. – Зачем мне это? Я же не травница.

– Не травница, – согласилась Ширайни Луум. – Но разбираться обязана. Когда-нибудь эти знания могут спасти тебе жизнь.

– Опять читать… – обречённо вздохнула Лави.

– Тебя это расстраивает?

– Вообще нет, но…

– «Но»? – от фиалковых глаз Ширайни разбегались морщинки.

Она не сердилась. Она никогда не сердилась. По крайней мере, на Лави – точно. Поэтому говорить с ней откровенно было не так страшно, как с отцом.

– Мы слишком много читаем, и слишком мало колдуем, – призналась Лавьен.

Ширайни удивленно вскинула брови и… рассмеялась.

– Ну, надо же! Ты прямо как он!

Теперь пришёл черед Лави смотреть вопросительно

– Как кто?

– Много лет назад я взяла ученика, от которого все отказались, – поведала бабуля. – Он часто ворчал, что практика в боевой магии куда важнее теории.

– И что с ним стало? – заинтересовалась Лави. – Он умер?

– Нет, милая, он не умер, – улыбнулась Ширайни. – Он принял силу Сумрака. Теперь он – один из Неспящих. Ты ведь помнишь, кто они?

– Мудрецы Подземья! – бойко отчеканила Лавьен. – Принимают все решения сообща.

– Верно.

– А этот твой ученик… за кого он сражается?

– Он отказался от сражений, Лави, – Ширайни вздохнула. – Как когда-то отказалась я.

– Но… почему?

– Ох, милая… – фиалковый взгляд бабули потемнел. – Мы – маги. И сражаемся не потому, что хочется, а потому – что у нас нет другого выбора. Но когда выбор есть, мы вправе его сделать. В этом суть нашей свободы. Поняла?

– Наверное… – без особой уверенности пробормотала Лави.

– Ничего. – Ширайни ласково похлопала её по плечу. – Когда-нибудь поймёшь по-настоящему. А теперь прочти мне во-он тот абзац.

Лави кивнула и взялась за книгу.

– Эссенция Пустоты, – прочла она. – Изготавливается из дроблёных сколов душ на основе кристаллов хаоса. Полностью блокирует источник магических сил. Побочные эффекты: помутнение рассудка, судороги, резкое снижение мыслительных способностей, умственная отсталость. Применять с осторожностью. Последствия необратимы… – Лави округлила глаза. – Ого! Страшная штука!

– Очень страшная. – Ширайни посмотрела серьёзным взглядом. – Никогда не пей её, Лави. Даже, если предложит самый дорогой человек. Даже, если будут уговаривать. Даже, если будут убивать. Никогда не пей её. Ты запомнишь, милая?

– Запомню, бабуля.

Ширайни погладила её по волосам.

– Твоя мать родилась пустой… – проговорила она. – Совершенно пустой. Даже странно… Я уж решила, кровь ишидари выветрилась в её поколении. А потом появилась ты. Мне хватило одного взгляда, чтобы понять – Сумрак благословил тебя своей мощью. Но здесь и крылась главная опасность: мракобесы-советники убеждали короля опоить тебя гадостью, пока ты слишком мала, чтобы воспротивиться.

– Но он не стал. Ведь он любит меня! – выпалила Лави.

– И это тоже, – не стала спорить Ширайни Луум. – Нам с твоей матерью стоило немалых усилий убедить всех, что ты так же пуста, как она. Поэтому… не дай отцу догадаться, насколько силён твой источник. Скрывай свои чары, милая. Иначе быть беде.

Настоящее. Один из лагерей Драксуса в глубинах Угрюмых Равнин

– Клетей не хватает, – донеслось до слуха, и Лави поняла, что жива. И, похоже, даже в сознании.

Наверное, пришла в себя от нестерпимой вони, не иначе. Все лагеря смерти пахнут одинаково. И вовсе не фиалками. И вовсе не пахнут. Смердят.

– Ничего, – откликнулся скрипучий голос. – Тех, кто мутировал, выпускайте и сажайте на цепь – для нас они не опасны, а мертвяков и особо упорных тащите мне: посмотрим, что получится, если сшить одних с другими, хе-хе.

Заскрипели тяжёлые колеса, лязгнули отпираемые замки, скрежетнули железные двери.

Лави решила притворяться бесчувственной до тех пор, пока это возможно. Её стащили с телеги и зашвырнули в клетку, на прогорклую изгаженную солому.

– Ой, а кто тут у нас? – в скрипучем голосе мелькнул неподдельный интерес. – Ишидари? Среди ургламов? Как интересно! Не та ли это красавица, что доставила нам столько хлопот за Синей грядой?

– Нет, не та, – ответил кто-то с завидной уверенностью. – Та была сильна – истинная дочь Сумрака! – а эта – подделка, пустышка. Мы проверили ауру дважды: никаких проблесков чародейства.

– Вот как? – «скрипучий» незнакомец приблизился.

Лави чувствовала его дыхание и запах – от него несло кровью, гнилью и варёными костями. Хрустнув суставами, он присел на корточки, ухватил её за волосы на макушке и грубо дёрнул вверх, поднимая голову. Лавьен глухо застонала.

– Удивительно… – пробормотал «скрипун». – Я мог бы поклясться, что это она… – Он вздохнул. – Ах, как жаль! Какое чудесное создание из неё бы вышло! Полукадавр-полунекролит, прекрасная бестия, наделённая чудовищной силой… Эх!.. – Он вышел из клети. – Заприте её. Если в ближайшие дни не издохнет, определим в дело. Ишидари не нужна магия, чтобы воровать младенцев, а нам нечем кормить свежерожденных.

Замки щёлкнули, и Лави осталась недвижно лежать ничком.

Что-что, а скрывать чары она умела, как никто.

Спасибо тебе, Ширайни Луум…

Настоящее. Северный перевал

– Рр-ра! – Привстав на стременах, Рей вихрем мчался по горной дороге. Взмыленный конь хрипел, выбиваясь из сил. Из-под копыт летели камни и ошмётки мёрзлой земли, подковы высекали искры. – Р-ра!

Рейнар понукал скакуна, что есть мочи – хлестал по бокам, бил пятками, – да без толку. Медленно. Слишком медленно!

Ургламы успели уйти далеко. А с ними – Лави.

Надо нагнать их как можно скорее. Нагнать. Предупредить. Остановить!

Рейнар летел по узкой горной тропе, мысленно проклиная Адриана вкупе с магистром. Как можно не замечать очевидного? Ургламы попадут в лапы Драксуса, и он обратит их в кадавров. Всех до одного. Могучее войско Будгры снова поднимется, но сражаться будет уже за Драксуса, а не против него.

Глупцы!

Хотя… Возможно, это не глупость вовсе, а предательство? Именно предательство. Продуманное, хладнокровное, до крайности циничное. Но зачем это Ордену? Или…

Зачем это магистру?

Ошалевший от бешеной скачки конь вдруг споткнулся и кубарем полетел по обледенелому склону. Мир перевернулся – раз, другой, третий, – а удар о промёрзшую землю вышиб из лёгких весь дух. Коняга тяжело рухнул и захрипел, конвульсивно дёргая в агонии переломанными ногами. Рейнара отбросило в сторону, и он стремительно покатился вниз, сдирая кожу об острые гранитные выступы. Падение остановил валун, в который повезло впечататься. В ушах стоял гул, перед глазами мелькали чёрные точки, и Рей замер на несколько долгих мгновений, силясь отдышаться и хотя бы немного прийти в себя.

Рассиживаться долго он не имел права – с каждым часом ургламы уходили всё дальше, а беда подбиралась всё ближе. Поэтому пришлось стиснуть зубы и встать. Сначала на четвереньки, потом – с великим трудом – на ноги. Больно! Левую руку Рей знатно вывихнул, а бок разодрал до мяса, но в целом отделался лёгким испугом – повезло, что не придавило лошадью!

Пошатываясь и матюкаясь, Рейнар еле-еле доковылял до коня. Бедолага ещё дышал. Рвано, хрипло, мучительно. Изломанные кости выглядели пугающе, глаза помутнели, но смотрели с надеждой.

Помоги!

Рей вытащил из голенища нож.

– Прости, дружище.

Он ударил коротко. Точно. Коняга дёрнулся и затих, а Рей вознёс молитву Эльсу – пусть примет убиенного в райские кущи, где луга зелены, а сочная трава блестит под солнцем круглый год.

Рей сорвал с седла меч в ножнах, позаимствованный у неудачливого дозорного, которому расквасил нос во время побега, и побрёл по перевалу.

Пешком будет дольше. Много дольше.

Погода испортилась резко, как бывает только в горах. Небо затянуло свинцовой пеленой, в воздухе закружились крупные снежинки. Ветер крепчал, пробирал до костей, мороз щипал за нос и щёки.

Рей старался держать строевой шаг, как во время марш-бросков, но усталость брала своё: подъём казался всё круче, краденый меч делался тяжелее. Однако Рей упорно двигался вперёд. Остановился, только когда услышал стон.

Тихий, еле различимый, полный отчаяния и чуть хрипловатый. Поначалу Рей принял его за вой ветра, но напряг слух и понял, что ошибся – стонала вовсе не занимающаяся вьюга. Стонала женщина.

Внутри всё разом оборвалось и заледенело.

– Лави! – сипло выпалил Рей и бросился на звук, продираясь через колючие заросли можжевельника. Промёрзлые глыбы скользили под сапогами, каменное крошево сыпалось. Один неверный шаг – и привет, пропасть. – Держись, я уже близко!

Рей вынырнул на небольшую прогалину и замер.

В яме-ловушке, утыканной кольями, билась вовсе не Лавьен…

Глава 29

Настоящее. Северный перевал

Со дна глубокой – в три человеческих роста – ямы взирала ургламка. Самая настоящая. Огромная, крепко сбитая, мускулистая, с клыками, которым позавидовал бы сам Будгра, и толстенной тёмной косой.

Смотрела грозно. С ненавистью и затаённым страхом.

– Чего-тебе? – злобно рыкнула на всеобщем. – Прийти добивать? Давай. Пробовать! – Она с хрустом сжала внушительных размеров кулак. – Спускаться, и я рвать тебя на части!

Рей молча выслушал угрозы. Одного взгляда хватило, чтобы понять – положение у разлюбезной «красавицы» далеко не завидное. Страшно даже представить, сколько несчастная просидела в яме. К тому же – раненая: на лодыжке сжал острые зубы медвежий капкан. Патрульные Алого Ордена использовали такие на случай проникновения лазутчиков. Одно время Рей даже сам их устанавливал.

– Я не враг, – произнёс он как можно спокойнее и поднял руки, демонстрируя отсутствие оружия. – И знаю, как снять эту штуковину.

Ургламка сморщила низкий лоб, скользнула взглядом и заметила ошейник.

– Ты есть раб? – спросила с сомнением.

Рейнар мог бы объясниться, но на это ушла бы неделя, поэтому просто сказал:

– Да. Я раб. Не причиню вреда и помогу выбраться.

Красавица явно заколебалась.

– Ты врать? – спросила бесхитростно.

– Нет, – ответил Рей. – Если спущусь, нападёшь? Будешь драться?

Ургламка рыкнула и мотнула головой. Посторонилась.

Рей ловко спрыгнул вниз.

– Дай-ка взглянуть. – Он наклонился оценить ущерб, и незнакомка шарахнулась.

– Не трогать!

Рей мысленно выругался и выпалил на ургламском:

– Буду трогать! Надо снимать каштан или нога быть мёртвый!

Незнакомка нахмурилась.

– Ты знаешь наш язык?

– Немного, – признался Рейнар и, преодолев невнятное сопротивление, осмотрел-таки лодыжку. Ткани воспалились. Действовать требовалось быстро и решительно. – Смочь теплеть?

– Терпеть?

– Да.

– Я смочь терпеть, – незнакомка снова перешла на всеобщий. – Легче терпеть много боль, чем слушать ты говорить ургламский.

Рейнар не оценил шутки и сосредоточился на капкане. Он точно знал, где расположен секретный механизм, позволяющий разомкнуть зубья.

– Сядь, – велел он, и серо-зелёная великанша села. – Дай ногу.

Повозиться пришлось изрядно: железо заиндевело, защёлки намертво вмёрзли в пазы. Рейнар промучился почти час, и уже хотел прибегнуть к старому-доброму приёму, соорудив рычаг из ножен, но механизм наконец поддался: зубья разомкнулись с тихим щелчком. Ургламка вытащила из пасти капкана распухшую израненную конечность.

– Ты хорошо терпеть боль, – похвалил Рейнар. – Быстро надо вылезать. Скоро буран. Давай, ступать сюда. – Он подставил сложенные чашей ладони.

Уговаривать долго не пришлось. Ургламка опёрлась на его плечо, шагнула на подставленную «ступень» и рывком подалась вверх. Ухватилась за край, с рычанием подтянулась и выбралась.

А Рейнар остался в яме. Один. Среди кольев. Он уже успел обругать себя последними словами, когда сверху выпросталась могучая четырёхпалая лапа.

– Вылезать, человечек! – пробасила незнакомка. А когда Рей ухватил руку, попросту вытащила его.

Они сидели бок о бок у самого края. Человек в рабском ошейнике и ургламка с прокушенной стальными зубьями ногой. Сидели и молчали.

Первым заговорил Рейнар.

– Как тебя звать? – спросил он.

Великанша смерила его долгим взглядом, но всё-таки ответила:

– Йордранг.

– И что это значит?

– Дочь ветра, – пояснила она. – А ты?

– А я Рейнар.

– Ээйна-а?

– Почти. Р-р-р-рейнар, – повторил Рейнар, выразительно прорычав нужные буквы.

Йордранг нахмурилась.

– Ну и имена у вас, людей! – возмутилась на ургламском. – Язык сломаешь.

Прошлое. Алая застава. Лагерь новобранцев

Наставник – сухой и длинный, как жердь, старикан, чьи ратные подвиги давно остались в прошлом, – ходил между рядами замученных тренировками рекрутов.

– Ургламы и ишидари, – говорил он, – извечные враги людей. Кто знает, чем они похожи?

Рей вскинул руку, но Айтон его опередил, выпалив:

– У них один тёмный предок.

– Всё верно, – кивнул наставник и продолжил: – Много веков назад, когда миром властвовали дикие боги, один из них, чьё имя ныне под запретом, породил омерзительных тварей. Их племена облюбовали континент задолго до появления здесь первого человека, но очень скоро начали враждовать и воевать друг с другом. Кровь лилась рекой, и не было конца кошмару. Одни племена ушли под землю и приняли силу Сумрака. Другие же остались на поверхности, сохраняя верность диким богам. Но и те и другие являются созданиями порочными, опасными и богопротивными. К тому же, в любой момент они могут объединить силы и нанести людям сокрушительный удар. Поэтому запоминаем главное: если встретишь урглама или ишидари – убей. Не жалей. Ни самца, ни самку, ни детёныша. Даже, если они безоружны или беспомощны. Даже, если молят о пощаде. Убей. Ведь убить тёмного – всё равно, что раздавить клопа: воздух станет чище. Это понятно?

Рекруты дружно кивнули – все, как один.

– Вот и славно, улыбнулся наставник. – А теперь возьмите перья и в подробностях распишите основные вехи борьбы людей с царствами нелюдей. И не забывайте об аккуратности и каллиграфии: вы – будущие командоры, не срамите себя кляксами. Кстати… за каждую – дополнительный час дежурства в трапезной.

Рей вздохнул, обмакнул перо в чернила и принялся тщательно выводить букву за буквой.

Настоящее. Один из лагерей Драксуса в глубинах Угрюмых Равнин

Лави могла обходиться без еды очень долго: такова уж природа ишидари. Магия для них – хлеб насущный. Заменяет и еду, и воду. Поэтому Лавьен тихонечко тянула силу из густых фиолетовых сумерек, что расплескались над тундрой на долгие месяцы.

Лагерь Драксуса был точь-в-точь таким, как шесть предыдущих, которые ей довелось разорить. Из точно такого полгода назад она вытащила истерзанного, впавшего в беспамятство Рейнара.

Бесконечные шеренги клетей, огромные костры, котлы с варевом, снующие туда-сюда нерколиты, воющие кадавры, заляпанные кишками и кровью разделочные столы…

Ничего нового. Хотя…

Невзрачный тип со скрипучим голосом. Сутулый, плешивый с бесцветными глазами на морщинистом лице. Раньше она его определённо не видела. Теперь же наверняка знала, что он из себя представляет.

Мясник. Безумный садист. Он творил такое, что кровь стыла в жилах.

Ломал кости, уродовал плоть, потрошил, отрубал конечности или наоборот пришивал лишние. А потом оживлял то, что получилось, при помощи варева Драксуса.

Хорошо, что ургламы – во главе с Будгрой – до сих пор не пришли в себя и не видели всего этого ужаса!

Лавьен не сомневалась – именно этот негодяй изувечил Рейнара. И, вне всякого сомнения, изувечит её, если прознает о силе. В любом случае, Мясник оказался далеко не глуп и крайне подозрителен – велел заковать Лавьен в рунный ошейник, сдерживающий магию. Он явно чуял подвох и оставался начеку, а это – опасно. Ширайни говорила – усыпить бдительность врага, всё равно что одолеть его. Поэтому Лави старалась быть как можно незаметней. Не кричала, не плакала, не молила о пощаде или глотке воды, не кидалась на прутья решётки, не выла по ночам, как побитая собака… Сидела себе в углу и наблюдала. Ждала. А когда становилось невмоготу, вспоминала Рейнара.

«От имени всей Инарии приветствую тебя, наследница гордой Леды!» – торжественное приветствие, улыбка и грациозный поклон. Твёрдая рука. Синие глаза.Горячие поцелуи…

Интересно, где он сейчас? Что поделывает? Наверное, обедает в трапезной с другими братьями ордена. Пьёт эль или готовится ко сну. А может – парится в бане…

В любом случае, о судьбе отряда Рей ничего не знает. А если и узнает, то очень и очень нескоро. Возможно, это к лучшему: Рейнар не смог бы её спасти – в одиночку здесь никак не управиться.

Поэтому…

– Я всегда буду тебя помнить, Рей… – Лави стиснула в кулаке подаренную подвеску – сломанный клык пещерного волка. – Помнить и любить. Всегда-всегда. До самой смерти.

В том, что смерть не за горами, сомневаться не приходилось. Переживать стоило лишь за посмертие…

* * *

Йордранг. Дочь ветра

                                                                       

Глава 30

Настоящее. Северный перевал

– Ужин.

Кайран со свёрнутой шеей шмякнулся на камни прямо перед носом. Довольная собой Йордгранг упёрла руки в крепкие бока.

– Эйна голодный. Йордранг охотиться. Эйна есть.

– Спасибо. – Рей потянулся за ножом. – Сейчас освежую, а ты распали костёр.

– Зачем? – Йордранг нахмурила низкий зелёный лоб.

– Жареный кайран вкусней сырого. – Рей вспорол убиенной животине брюхо и вычистил потроха. – Тебе понравится, вот увидишь.

Йордранг деланно закатила глаза.

– Нежные человечьи кишочки не переваривать сырое мясо? – фыркнула она, но костром всё же занялась.

Нога её, покалеченная зубьями капкана, быстро заживала: Рей отыскал травы, о которых говаривал Гар Зулум, растолок, обработал кашицей раны и наложил повязку, как сумел. Вышло криво, но действенно.

Когда костёр запылал, Йордранг грузно опустилась рядом. Она ничего не говорила. Рей тоже молчал: когда свежуешь кайрана – не до болтовни. Он взрезал спину на загривке, содрал шкуру, чутка обмыл и, насадив на палку, разместил над огнём. Жир капнул на угли и зашипел.

Йордранг повела носом.

– Пахнуть вкусно, – признала она. – Твоя госпожа быть тобой довольна.

Рей хмыкнул.

– С чего взяла?

– Ты уметь лечить, – Йордранг сперва кивнула на кособоко замотанную ногу, а следом на подрумянившуюся тушку. – Уметь жарить. Женщины любить таких.

– Верно говоришь, – Рей перевернул кайрана другой стороной. Жаль, нет ни соли, ни перца!

– Тогда зачем ты сбежать?

Рейнар украдкой посмотрел на клыкастую спутницу и перевёл взгляд на костёр. Уставился на рыжие сполохи.

– Я не сбежать, – ответил на ургламском. – Моя госпожа попадать беда. Я искать. – Он понурил голову. – Но нет следы. Совсем…

Ургламка приобняла его за плечи здоровенной ручищей.

– Йордранг понимать, – протянула, тяжело вздохнув. – Йордранг сбежать свой племя за тот, с кем биться весной. Община прийти плохой весть, но Йордранг не верить. – Он ударила себя кулаком в грудь. – Йордранг спасать!

Рей уставился на ургламку. Так вот, в чём дело! Она ждала весны, чтобы сразиться с избранником, но узнала, что тот попал в беду и бросилась на выручку.

Он усмехнулся. Да, уж! Влюблённая женщина есть влюблённая женщина. Даже, если она не совсем человек. Точнее – совсем не человек.

– Будем искать вместе, – сказал Рейнар.

– Будем, – кивнула Йордранг. – А пока… Дать мне мой мясо, Эйна, или я сожрать тебя!

Усмехнувшись, Рей снял кайрана с огня, и Йордранг, обжигая пальцы, с хрустом разломила тушу пополам. Протянула кусок ему.

– Спасибо, – поблагодарил Рейнар и принялся жевать.

Мясо было жилистым, но сочным. Утолить голод сгодится. Главное – восстановить силы для битвы. В том, что придётся драться, Рей не сомневался, но…

Он украдкой покосился на азартно обгладывающую кости ургламку.

По крайней мере, теперь он будет драться не один.

Двое – это ещё не армия. Но уже отряд.

Прошлое. Инария. Задний двор королевского замка

– Трое не отряд, а посмешище! – заявил Илрай и насупился.

Рей переглянулся с Танмаром. Юный конюх пожал плечами. Вылазку они задумали знатную – проникнуть в кладовые и стащить вишнёвый джем, нугу, засахаренные сливы, ореховый щербет и, если повезёт, бочонок гречишного мёда. А то взрослые слишком много себе возомнили! Заперли вкусности под замок и не велели трогать до зимних празднеств. Жалко им, что ли?

Но для вылазки требовался отряд. А Илрай упёрся, как баран. Трое ему, видите ли, не отряд!

Рей, разумеется, планировал позвать Нико, но сын первого отцовского советника свалился с лошади, сломал ногу и валялся теперь, что твоё бревно.

– Втроём управимся, – уверенно заявил Рей. – Один на карауле, двое в…

– Нет! – перебил Илрай. – Ты говорил, будет отряд! А раз сказал – делай! Ты будущий король! Держи слово! Ищи четвёртого или уйду!

– Вопит, как баба, – украдкой шепнул Танмар.

Рейнар был полностью согласен с конюхом. Но без Илрая провернуть затею не представлялось возможным: пухлый наследник торговой династии самолично вызвался стоять на стрёме и отвлекать всех, кто надумает сунуть в кладовые нос. Заболтать Илрай мог любого.

– Значит, тебе нужен четвёртый? – набычился Рей.

– Да!

– И найти его должен я?

– Да!

– И найду!

– И найди!

– И найду! – Рей распалился так, что щёки горели. – Только потом не вякай, что всё не так!

Илрай бросил что-то обидное в спину, но Рей не услышал – заторопился в парк, к беседке, что пряталась за ивами на берегу лягушачьего пруда.

Серая ожидаемо сидела за книгой. И как ей не надоедает читать? Все её книжки – сплошь скукота, а некоторые даже без картинок!

– Ты! – Рейнар влетел в беседку и встал перед Серой, уперев руки в бока. – Ты пойдёшь со мной.

Серая закрыла фолиант и отложила в сторону. Уставилась змеиными глазищами.

Она молчала так долго, что Рей заговорил первым:

– Мы идём грабить кладовую. Для вылазки нужен отряд. Нам не хватает четвёртого.

Серая криво улыбнулась.

– Оставь эту затею. – Она снова взялась за книгу. – Вас поймают, и тебе опять влетит. Дай розгачу хоть денёк передохнуть. У него, небось, уже рука устала тебя лупить.

Рей скрежетнул зубами. Вот жаба вредная! Он решил зайти с другого боку.

– Струсила! – выпалил он. – Трусиха! Вот ты кто!

– Ничего я не трусиха, – небрежно бросила Серая и перелистнула страницу. – Мне от вашей кладовой проку нет. Зачем мне её грабить?

– Там есть сливы, – выложил Рейнар главный козырь.

Серая заинтересовалась мгновенно.

– В сахаре?

– В сахаре, – кивнул Рей. – Целая куча. Если поможешь – они все твои.

Серая прищурила янтарные глаза.

– А не обманешь?

– Моё тебе слово. – Рей протянул руку. Серая ухватила его ладонь и поднялась. – Пойдём. Расскажу тебе план.

* * *

– Совсем спятил⁈ – прошипел Илрай, выпучив глаза. – Мало, что девчонка, ещё и темнокровая! Я с такими не вожусь!

Серая стояла в сторонке, послушно ждала и, вроде бы, ничего не слышала.

– Ты больше всех ныл, что нужен четвёртый, – сердито рыкнул Рей. – Я нашёл четвёртого, а ты опять недоволен?

– Очнись, Рейнар, она смешенка!

– Для вылазки сгодится и смешенка.

– Ну уж нет! – упёрся Илрай. – Выбирай – я или она.

– Не буду я выбирать! – Рей кипел так, что сердце в груди заходилось. – Пойдём вчетвером. У нас отряд!

– Нет!

– Да!

– Ах, так? – Илрай стал красным, как варёный рак. – Тогда ты мне больше не друг. Понял? И не король! Я ухожу!

– Ну и иди!

– Ну и уйду! – И он ушёл.

Рей продышался, тихонько ругнувшись, и бросил взгляд на Танмара.

– Пойдём втроём, – сказал он конюху, но тот покачал головой.

– Прости, Рей. С серой я в отряд не встану: ишидари убили моего деда. Знаю, ты обязан на ней жениться, но я не обязан с ней дружить. Не обижайся.

И он ушёл тоже.

Рейнар посмотрел ему в спину, с яростью пнул стену и уселся на перевёрнутую бочку. Уронил голову на руки.

Да что за дела! Как он станет паладином, если даже отряд для вылазки собрать не в состоянии?

Серая подошла ближе.

– Не надо было тебе меня звать. – Всё-таки слышала разговор, жаба ушастая!

– Не надо было, – согласился Рейнар. Головы он так и не поднял. – Уходи.

– Ты же хотел забраться в кладовую, нет?

– Без отряда ничего не выйдет.

– У тебя есть отряд.

Рей вскинул голову и поглядел сердито. Что за глупые шутки?

– Двое – это не отряд.

Серая фыркнула.

– Двое – это не армия, – сказала так, будто разбирается. – Но вполне себе отряд. Хочешь проверим? Или струсил?

– Ничего я не струсил! – выпалил Рей. Не хватало ещё, чтобы девчонка обвиняла в трусости!

Серая улыбнулась.

– Тогда пойдём. Расскажу тебе план.

* * *

Рейнар никогда не доверял чарам. Считал, это сказки. Но сейчас, когда Серая наложила заклятье отвода глаз, понял, что ошибался: трое взрослых – пекарь, мясник и дородная прачка – прошли мимо, даже не взглянув в их сторону.

– Ты… как это делаешь?

– Неважно! – Серая скользнула к окну в сушильню. Оно было замуровано, но слева оставалась небольшая щель: кирпич раскрошился от времени. – Я пролезу здесь, а ты ступай к створам подпола. Открою их изнутри и впущу тебя.

– Ты не сможешь! – шикнул Рей. – Там не видно не зги.

Серая выгнула бровь.

– Я – ишидари. Темнота для меня – всё равно что родная мать, – сказала и втиснулась в дыру.

Рей подтолкнул её, чтобы ловчей пролезла, и отправился к створам.

Спустя четверть часа они вместе с Серой объедались сластями, сидя на холодном земляном полу, а над головами кружили чародейские светляки.

– Вот видишь, всё получилось. – Серая закинула в рот очередную сливу. – Из нас вышел отличный отряд.

Рей покосился на остроухую.

– Это ничего не меняет, – сказал он. – Мы не друзья с тобой. Когда я с парнями, держись подальше и под руку не лезь, иначе огребёшь. Поняла?

Серая равнодушно пожала плечами.

– Как будет угодно прыщавому высочеству, – изрекла она и пихнула его локтем. – Дай ещё сливу.