Текст книги "Вечные Пески. Том 11 (СИ)"

Автор книги: Лео Сухов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 17 страниц)

Наконец, границы вихря достигли лагеря, к которому я стремился. Не добрались мы до них всего четыре сотни скачков. Там, сбившись в плотный круговой строю, несколько тысяч человек с удивлением оглядывались, не понимая, что за чудо их спасло. Перед ними лежали растерзанные товарищей, чёрный песок и останки гухулов. А уцелевшие демоны спешно отходили прочь, спасаясь от солнечного света.

Я скосил взгляд назад. В полутора сиханах, за спинами моего отряда, границы вихря достигли предыдущего лагеря. И бой стал стихать и там. Люди удивлённо озирались, не понимая, что вдруг произошло. А вихрь, между тем, рос, ширился, обретал невиданный размах… И даже мои ко всему привычные люди вздрагивали от холода.

– Надо уйти от центра! – догадался крикнуть я. – Отъезжаем! Ведите моего перехана!

Сам я управлять переханом не мог. Все силы, всё внимание уходили в созданный мной шёпот. Пришлось бросить даже поддержание своей защиты. Я был занят только одним, вернее, двумя делами. Собирал жизненные силы и всё сильнее раскручивал вихрь.

Наш отряд, застывший в самом центре нисходящей воронки, быстро двинулся прочь. А границы пылевой бури, между тем, расходились дальше и дальше. И вот уже вдали показались другие лагеря объединённого войска Междуречья.

Где-то полтора десятка крупных скоплений вдоль торгового тракта. Буря накрыла местность утром, когда воины лишь собирались выступить. В итоге, каждый лагерь вынужден был отбиваться своими силами. И те, кто первыми попал под удар, естественно, пострадали сильнее.

Но всё же я успел. Пусть в самом дальнем лагере и выжило с пару сотен воинов, но их жизни не накормили орду, а сами они теперь могли отойти к основным силам. И пусть я дал войскам лишь временную передышку, пока не наступит ночь, но это была пусть маленькая, зато победа.

Глава 259

Вихрь я продолжал раскручивать, сколько мог. Собирал жизненную силу, бросал её в вихрь, и так раз за разом. Бесконечный цикл. Я собирался его повторять до тех пор, пока жизненная сила не кончится. Вот только когда отступила пыль, а вместе с ней и демоны, приток жизненной силы стал сокращаться. Нет смертей – нет энергии.

Тем не менее, жизненной силы пока хватало. А когда я закончу разгонять вихрь, он и сам какое-то время будет кружиться по инерции, так что моя помощь не понадобится. Однако в данный момент шёпот отнимал все мои силы и внимание.

От одного из лагерей, видневшихся впереди, отделился отряд всадников на юглах. Ящерицы шли широким шагом, поднимая пыль и неся к нам своих тяжеловооружённых наездников-регоев. С такого расстояния я не мог видеть, кто их возглавляет, но был прямо-таки уверен, что Эрегихон.

Подъехав, он осадил югла и оглядел наши первые ряды. Его взгляд скользнул по измождённым бойцам, по запылённым доспехам, по переханам, которые едва держались на ногах, по песчаным воинам, которые ещё стояли на флангах, ожидая приказа. А затем он явно стал искать меня и Меоли, в чём ему мои бойцы и помогли. Девушка, правда, была в самом центре строя – там, где было безопаснее всего. Я отдельно распорядился об этом ещё до начала битвы.

– Ишер, – произнёс Эрегихон, подъехав ближе. – Ты как здесь оказался?

Я не ответил. Не мог. Я шептал, а мой шёпот продолжал раскручивать вихрь. И я знал, что если отвлекусь, то заново почувствовать свой же заговор уже не смогу. Слишком большим вырос вихрь, и слишком далеко находились от меня его границы. Поэтому я лишь кивнул, решив, что Эрегихон и так поймёт.

Однако тот нахмурился. Он явно ждал ответа, но я молчал. Тогда к нему подъехали Меоли, Ситранис и Ферт. Девушка спешилась и заговорила первой.

– Дядя, – начала она. – Мы пришли с севера. Пытались прорваться к тебе, но не смогли, увязли в толпе демонов. Ишер разогнал бурю, чтобы прорваться к тебе.

Эрегихон перевёл взгляд на неё.

– С севера? – переспросил он. – Вы были у Кесархаша?

– Мы не дошли до него, – ответила Меоли. – Но нас отправили туда, чтобы сдержать северную часть орды. Мы выполнили задачу.

– Давай подробнее, – поморщился Эрегихон. – Что произошло?

Меоли пустилась описывать наши путешествия, начиная от переправы. Рассказала, как мы двигались на север вместе с отрядом объединённого войска Междуречья. Описала, как «союзники» попали в засаду, и как мы объединились с теми, кто выжил.

– К этому времени орда уже вышла из Кесархаша и двигалась на юг. Мы постарались её опередить. Заняли и держали крепость пограничной стражи почти десидолю. Мы отбивались от демонов каждую ночь. Потом пришли высшие. Один из них возглавил штурм, и мы решили отходить на юг в соответствии с твоим приказом…

– Высшие? – Эрегихон подался вперёд. – Ты уверена?

– Я их не видела, – качнула головой Меоли. – Но их видели Ситранис и Ишер. Я видела только одного. Того, кто управлял ордой в последнем штурме. Стены были повреждены. Мы не могли больше держаться и ушли на юг.

– Сколько вас было? – спросил Эрегихон.

– Тринадцать тысяч, – ответила Меоли. – Мы уходили по восточным землям Приречья, через Ордан, затем прошли через Житное.

– Через Житное? – Эрегихон нахмурился сильнее. – Значит, вы были там?

– Были, – подтвердила Меоли. – Город в осаде. Мы пришли ночью, узнав об этом. С боем прорвались к южным воротам, помогли всадникам на юглах уйти за стены. Но потом…

– Прорвались с боем? – уточнил Эрегихон, а несколько всадников за его спиной принялись ухмыляться. – Через демонов, штурмующих город?

– Так же, как мы прорвались через орду здесь, – заметила Меоли. – Мы прорывались от крайнего лагеря. Дошли вон туда…

Девушка указала на место, где демоны оставили наш отряд и отступили. Впрочем, это даже необязательно было уточнять. Наш путь можно было проследить по трупам и завалам из чёрного песка. К сожалению, часть убитых были моими людьми. Пусть и небольшая часть, но я уже насчитал несколько десятков.

Меоли замолчала, подбирая слова.

– Что там в Житном? Откуда там конница регоев? – спросил Эрегихон.

– Гаравантис пришёл с юга, а с ним и южная часть орды, – ответила девушка. – Мы…

– Гаравантис пришёл раньше вас? – уточнил Эрегихон, изогнув бровь.

– Да, на пару дней, – кивнула девушка.

– Старый иух… Сколько у него было людей? – регой сплюнул на землю, выражая отношение к командующему южным отрядом.

– У него оставалось полторы тысячи регоев на юглах. И пара тысяч пехоты. Точнее, если честно, я не запомнила, – призналась Меоли.

– Вот же бесполезный старик, – буркнул кто-то из сопровождающих Эрегихона.

– Рот закрыли! – гаркнул тот и снова повернулся к племяннице. – Ладно, что дальше?

– Потом было совещание, – продолжила Меоли. – Гаравантис и Теренитис решили остаться. Гаравантис хотел удерживать демонов у города. А Теренитис выполнял твой приказ…. Мы предлагали уйти, соединиться с тобой, но они отказались. Мы ушли.

– Ты оставила их? – голос Эрегихона стал жёстче.

– Мы не могли их заставить, – вступил в беседу Ситранис. – Они не хотели слушать. Ишер предупредил их, что город не удержать. Даже с нашей помощью.

– И ещё Теренитис просил передать тебе послание, – добавила Меоли.

– Послание? – Эрегихон посмотрел на Меоли.

– Да, – кивнула она. – Он просил, чтобы ты вернулся как можно быстрее. К Житному подходит южная часть орды. У них мало людей, они не выстоят.

Эрегихон молчал. Я видел, как он переваривает услышанное. Его спутники, регои на юглах, переглядывались, но не вмешивались. Наконец, он снова посмотрел на меня.

– Значит, это он разогнал бурю? – спросил Эрегихон, и в голосе звучало недоверие.

– Да, – ответил Ферт, выступая вперёд. – Это воевода. Когда мы прорывались через орду, нас почти зажали. Очень уж плотная толпа… Ишер отогнал пыль. Буря отступила, и мы вышли.

Регои за спиной Эрегихона переглянулись. Кто-то усмехнулся. Кто-то покачал головой.

– Ладно, предположим, вы ещё могли прорываться через демонов… Но ты хочешь сказать, что один человек смог разогнать песчаную бурю? – спросил один из них, молодой, с презрительной улыбкой. – Это какие-то глупые сказки.

– Это Ишер, – твёрдо ответил Ферт.

– Да он шептуном, говорят, стал недавно, всего год-два назад! – возмутился ещё один спутник Эрегихона.

– И почти сразу делал то, чего даже я, опытный старик, не умею, – кивнул Ферт. – И сейчас именно Ишер продолжает разгонять бурю. И любой шептун, подъехав к нему, это подтвердит.

– Надо позвать шептунов… – начал было кто-то из свиты Эрегихона.

Но командующий поднял руку, и все замолчали.

– Хватит, – произнёс Эрегихон. – Я не за этим сюда приехал.

Он снова посмотрел на меня и спросил:

– Сколько ты продержишь бурю? Мне нужно знать, сколько у нас времени…

Я чувствовал, что если перестану шептать, то потеряю заговор. Поэтому молча показал четыре пальца и указал на рот.

– Что? Четыре пальца и рот? – уточнил Эрегихон.

Я попробовал изобразить гонг. Затем снова показал на рот и четыре пальца.

– Кто-нибудь понимает, что он пытается донести? – уточнил регой, взглянув на моих спутников.

– Мне кажется, Ишер говорит, что четыре гонга, пока шепчет, – заметил Ферт. – А как перестанешь шептать, всё?

Я покачал головой и показал два пальца.

– И ещё два гонга само просуществует? – уточнил шептун, и я кивнул ему.

– Значит, у нас шесть гонгов, – кивнул Эрегихон. – Далеко уйти не успеем…

– Мы вообще уйти не успеем, – заметил один из регоев. – Демоны уже нас обошли…

Я помахал рукой, затем покрутил пальцем, указывая на границу чистого воздуха. А потом показал на себя и провёл ладонью вверх, будто держал на ладони плошку или чашу, из стороны в сторону.

– Ты можешь передвинуть пятно? – с сомнением уточнил Эрегихон, хотя в этот раз моё объяснение, кажется, было очень прозрачным.

Я кивнул в ответ.

– Надо сжечь мертвецов! – напомнил один из регоев.

– Просто снимите с них оружие с доспехами и киньте в обоз… – с мрачным лицом отмахнулся Эрегихон. – Если будем сейчас жечь, больше не успеем ничего. И поживее найдите место, где можно будет отбиваться!..

Мы выступили через три гонга. Это была половина времени, отведённого мной союзникам. Я ещё шептал, но выходило хрипловато. Да и Дикий Шёпот я уже почти не слышал. Перенапрягся.

Я прекрасно понимал, что всё бесполезно. Мы не успевали уйти от орды, мы не успевали найти укрытие. Мы не успевали построить оборону. И, тем не менее, надеялся, что хотя бы часть войска получится спасти.

Новый лагерь начали разбивать ещё через гонг. Когда добрались до гряды холмов. Их вершины и стали местом, где мы обосновались. Само собой, у нас не было ни еды, ни толковых укреплений.

Конечно, что-то люди из объединённого войска попытались сделать. Однако вначале в будущем лагере царил полный хаос. А когда командиры вернули контроль над людьми, времени у нас практически не осталось.

Орда преследовала по пятам. Да и буря ещё не закончилась. Да, пелена пыли больше не была такой густой, как в начале дня, но даже такой хватило бы, чтобы скрыть над нами солнце и ослабить его лучи.

Я уже перестал шептать и просто сидел на земле, посреди той части лагеря, которую занял мой отряд. И, надо сказать, в этот раз нас не поставили на передовую. То ли это связано было с Меоли, которая являлась всё-таки родственницей командующего, то ли не посчитали надёжной силой.

Собственно, в этот момент Эрегихон нашёл меня и сел рядом.

– Знаешь, Ишер, я вот даже не знаю… Радоваться мне, что ты пришёл, или печалиться, – заметил он. – Вроде как ты всех от гарантированной смерти спас… Но теперь я себя чувствую каким-то ущербным. Вроде как я ошибся, а ты – герой.

– Я ведь официально тебе служу, – хрипло заметил я. – Мои успехи – это твои успехи. И к основным силам мы пришли по твоему приказу. Пользуйся, не обляпайся…

– Стараюсь, – хмыкнув, кивнул Эрегихон.

Мы замолчали. Регой думал о чём-то своём. А я был не в силах долго говорить. Да и не в настроении. Впрочем, как всегда. А тут ещё и в горле пересохло после нескольких гонгов шёпота. И даже вода не помогла, которой я выпил пару фляг, когда мы уже встали лагерем. Всё равно никак не удавалось избавиться от хрипоты.

– Орда умнеет, – заметил Эрегихон, вновь нарушив молчание. – Подняла пылевую бурю, ударила в этот момент… Мы ведь от самой Глубокой шли, и ни одного демона не было. Ударили сегодня под покровом пыли. Утром, а не ночью… Как этих тварей уничтожать-то теперь⁈

Регой от избытка чувств хлопнул ладонью по земле.

– Собери войско ещё больше, – безучастно посоветовал я. – Набери побольше шептунов. Бей демонов, пока не закончатся. Люди всегда так делали.

– А кем их бить Ишер? Междуречье терзает мор. Люди голодают, – Эрегихон поморщился. – Да и с войском побольше… Ты как себе это представляешь? Думаешь, вот эту толпу в несколько десятков тысяч человек легко организовать? Я привлёк всех опытных командиров. Даже тех, кого лично терпеть не могу. И всё равно в войске беспорядок. Сто тысяч – наш предел. Нет опыта, не командиров…

– При царях же как-то собирали, – пожал плечами я.

– Да, при царях собирали… Но и в те времена не сразу, – вздохнул Эрегихон. – А мы всё просрали… Нужно строить систему заново. Только где на это взять золото, припасы, людей?

– Не с тем советуешься. Я всего лишь наёмник, регой, – хрипло заметил я. – Мне и десять тысяч водить тяжело.

– Да, всего лишь наёмник… – вздохнул Эрегихон.

Мы снова замолчали, глядя, как остатки объединённого войска готовятся к обороне. Люди метались по лагерю, командиры орали на подчинённых, и только в моём отряде царил относительный порядок. Впрочем, мы, отходя, и своих мертвецов собрали и сожгли, а не только избавили от брони и оружия.

Я понимал Эрегихона. Понять-то его тревоги было несложно. А вот помочь… Я, может быть, и мог. Однако не хотел. Знал, что не получу ни ногтя благодарности за помощь. Да и боги с ней, с благодарностью. В конце концов, я просто должен убивать демонов. Как минимум, по Законам Песка и Воды. Как максимум, по острому желанию уничтожить это зло. Мерзкое и противоестественное.

Но я не хотел это делать в одиночестве.

Да, я Защитник. Пусть так и будет. Но разве я мог что-то сделать один? Почему у меня за спиной миллионы жителей Междуречья жили так, будто не было никакого нашествия четырёх орд? А мои полтора десятка тысяч бойцов, потерявшие всё, лишившиеся домов и близких, прошедшие тысячи сиханов, должны были одни сражаться?

Стотысячная армия, пересёкшая Глубокую, буквально растворялась на просторах Приречья и Пригорья. Таяла на глазах. И я вот не был уверен, что при этом орда не получала сил больше, чем теряла. И теперь я должен был прийти и всё поправить, да ещё попутно прославляя Эрегихона? Нет уж, увольте…

Моё терпение отчётливо давало трещину. Не я собирался стать царём, не я строил из себя великого полководца. Вот пусть те, кто собираются, сами о проблемах и беспокоятся. А я не собирался помогать больше, чем уже помогал.

– Мы будем отходить к реке, – проговорил Эрегихон. – Скажи, Ишер, а ты сможешь удержать орду хотя бы несколько дней?

Я удивлённо вскинул бровь, посмотрев на регоя. Однако тот, похоже, всерьёз считал, что не требует ничего невозможного. Спросил так буднично, будто просил разлить вино по кружкам. Хотелось язвительно ему ответить, но я просто посмотрел на будущего царя, как на идиота, и сдержался.

– Орда идёт туда, где больше жизненной силы, – проговорил я. – Даже если я попытаюсь сдерживать демонов, они всё равно потянутся за основными силами войска. Вы просто не уйдёте на своих двоих достаточно далеко, чтобы демоны перестали на вас отвлекаться.

– А как уходили вы?.. А-а-а… Переханы! – Эрегихон кивнул.

– И даже не проси их отдать! – буркнул я.

– Нет, до такой подлости я не додумался бы… – регой усмехнулся. – Как вы уйдёте, если у вас переханов забрать? В этом случае я просто обреку твой отряд на смерть.

– Что, мой отряд пожалел? – удивился я.

– Племянницу пожалел, – честно ответил регой.

– Её можно и с собой забрать, – заметил я.

– Она не пойдёт, – усмехнулся Эрегихон, посмотрел на моё удивлённое лицо и покачал головой. – Ты, значит, так и не понял… Ладно, поймёшь. В общем, знай, что Меоли тебя и твоих людей не оставит. Ей легче вместе с вами умереть, чем без вас вернуться.

Я пожал плечами.

– Мы будем уходить на юг, в Житное, и дальше, – проговорил Эрегихон. – Не знаю, у скольких людей получится вернуться. Не знаю, сколько войск сохраню. Но мне нужно, чтобы выжило как можно больше бойцов, Ишер. Придумай что-нибудь, чтобы у нас всё получилось.

– Я, по-твоему, какое-то всемогущее боежство? – хмуро спросил я.

– Когда ты разогнал пыль, знаешь… – Эрегихон пристально посмотрел на меня. – … Я так и подумал сначала. Вдруг ты уже не человек?

– Ха-ха… – мрачно отозвался я, а потом скривился. – Что-то твои подчинённые не разделили радости. И даже ничего понять не смогли.

– А они и не поймут… Не жди от них понимания, – ответил Эрегихон. – Чтобы понять, что ты сегодня сделал, надо осознавать пределы человеческих сил. А они слишком глупы для этого, Защитник.

– И ты туда же, – вздохнул я.

– Я раньше не верил и в половину тех историй, что про тебя рассказывали, – заметил регой. – А сейчас начинаю подозревать, что зря не верил… И знаешь, что, воевода?

– Что? – уточнил я, по-прежнему хмурясь.

– Я очень жалею, что ты отбился от Чёрного Братства, – глянув мне в глаза, сказал Эрегихон. – Ты слишком опасен, Ишер.

– Для кого я опасен, Эрегихон? – уточнил я, ответив ему таким же прямым взглядом.

– Для меня… Для моей семьи… Для всех семей… Для того порядка, что есть в наших землях… Ты для всех опасен, Ишер, – Эрегихон отвёл взгляд и усмехнулся. – Ты угроза для любого, кто добился власти. И радуйся тому, что мои подчинённые слишком глупы, чтобы всерьёз относиться к тебе.

– Спасибо, успокоил, – кивнул я.

– Эх, если бы некоторые семьи знали, кем вырастет единственный выживший мальчишкав селении изгнанников… – Эрегихон усмехнулся, но фразу заканчивать не стал, многозначительно покивав. – Сразу скажу: наша семья не преследовала твоих родных, Ишер. Нам предлагали, но мы отказались. Не видели смысла. И как знать, если бы твоё поселение не вырезали, может, и ты бы не появился тогда. Да не сверкай на меня глазами… Я же сказал, мы тут ни при чём!

– А кто «при чём», регой? – спросил я, сдерживая рвущуюся наружу злость.

– Я скажу тебе, кто… – Эрегихон внимательно посмотрел на меня. – За твою помощь, я дам тебе возможность поквитаться. Лично…

Мы замолчали, прожигая друг друга взглядами. А потом регой начал подниматься, но всё же бросил напоследок:

– Мне нужно, чтобы обратно вернулась хотя бы треть моих людей, наёмник. И я знаю, что ты можешь это устроить. Что тебе для этого нужно? Скажи мне, и я постараюсь дать. И мне уже неважно, вернутся ли те, кто тебе помогает. Главное, вернись сам и верни мою племянницу. Она погибнуть не должна. И тогда я отдам тебе в руки тех, кто погубил твоих родных и друзей. Слово.

– Я услышал тебя, регой, – буркнул я ему в спину и отвернулся.

Глава 260

Тому, у кого не перехватывало горло от боли потери, кто не выл на развалинах дома над телами родных, предложение Эрегихона, может, и показалось бы мелким, незначительным. Всё же столько времени прошло с той далёкой поры.

Но не мне. Хитрый иух знал, чем зацепить.

Я помнил своих родителей. Я помнил своих братьев и сестёр. Я помнил друзей и соседей. Я помнил первую любовь и её навсегда застывший взгляд. Их смерть от рук бандитов определила то, кем я в результате стал. Эрегихон был прав, уничтожение моей деревни привело к появлению Защитника.

И да, я не считал, что смерть всех этих людей надо оставить в прошлом. Потому что нельзя забывать такие вещи. Те, на чьих руках невинная кровь, должны поплатиться.

И да, я понимал: этот хитрый регой заодно устранит моими руками политических соперников. Однако это меня вполне устраивало. Я хотел закрыть историю, что вела меня по жизни пятнадцать лет. Перелистнуть эту страницу и двинуться дальше. Но пока я не покарал тех, кто стоял за массовой резнёй в деревне, следующий шаг сделать не получалось. Ноги, будто по кругу, приводили и приводили меня обратно. К событиям пятнадцатилетней давности.

Предложи Эрегихон что-то другое, я палец о палец не ударил бы. Однако хитрый иух из старшей семьи всё-таки нашёл, чем меня заинтересовать.

Я собрал командиров на краю лагеря, у потухшего костра. Время близилось к вечеру, но солнце ещё не село. В его косых лучах было видно, что устали и осунулись даже мои командиры. А бой должен был начаться довольно скоро. Задолго до наступления ночи. Буря готовилась вернуться, преодолев мой шёпот. Её стены уже приближались к лагерю. Ну а вместе с пылью к нам снова подступали демоны.

Я не стал ходить вокруг да около. Не стал что-то объяснять. Просто уведомил о своём решении.

– Я остаюсь, – сказал я. – С двумя переханами и припасами на несколько дней. Вы уходите с Эрегихоном.

В воздухе повисла тишина. Стало слышно, как потрескивают угли в соседнем костре.

– Нет… – первой отозвалась Меоли. – Ты не останешься, Ишер! Мы тебя не оставим!

– Это не обсуждается, – отрезал я.

– Ишер, – Ситранис поднял голову, и в его глазах читалось не возмущение, а усталая обречённость. – Ты сейчас понимаешь, что говоришь? Один? Против орды?

– Не один. Со мной будет мой шёпот, – я успокаивающе улыбнулся.

Успокоить, видимо, не вышло.

– Этого мало! – Тадар, тряхнув седой бородой, вскочил со своего места. – Воевода, мы прошли с тобой через всё! Через демонов, через истинных демонов, через подлость людей! Через пески, через озёра и через великие реки! И ты, в благодарность за нашу верность, решил теперь умереть? Бросить нас в Междуречье? Без своей руки, без своего шёпота, без своих связей? Будто слепых щенков аусси без кормящей мамки?

– Я не собираюсь умирать, – я старался говорить ровно, хотя горло саднило после долгого шёпота. – Я просто отправляю вас вперёд. Потому что не хочу терять. Я обязательно справлюсь. И догоню вас.

– А себя потерять не боишься? – тихо спросила Меоли, сверкнув на меня глазами.

– А себя одного я уж как-нибудь сохраню, – я улыбнулся.

– Что тебе сказал мой дядя? – звенящим от ярости голосом спросила девушка. – Что он тебе наговорил, Ишер?

– Он мне кое-что обещал, – честно ответил я. – Кое-что, что заставило меня помочь ещё раз.

– Как? – она встала, и в её голосе прорезались отчаянье с обидой пополам. – Как ты собираешься выжить, если останешься один в чистом поле? Демоны обойдут тебя, а ты и не заметишь, как они сомкнут кольцо!..

– Они не обойдут, – я покачал головой. – Я буду создавать песчаных воинов. Много. Столько, сколько нужно. Они встанут стеной и будут убивать демонов.

– Ты уже на пределе, Ишер! – вступил в спор Ферт, и я отчётливо увидел, как у пожилого шептуна задрожали губы. – Я видел, как ты шептал! Ты хрипишь, ты едва держишься!.. Ты не сможешь создавать воинов с нужной скоростью!..

– Смогу, – я посмотрел ему в глаза, пытаясь успокоить. – Я не буду больше тратить силы на бурю. Буду только создавать воинов. Столько, сколько потребуется.

– Ишер, – Ситранис подошёл ближе, положил руку мне на плечо. – Я тебя знаю. Ты всегда лез в самое пекло. Но это не пекло, это… Это конец. Ты не выстоишь, брат!.. А тебе нельзя умирать! Понимаешь?

Под конец его голос почти сорвался на крик, но друг сумел себя сдержать.

– Выстою, – уверенно ответил я.

– Зачем всё это нужно? – спросил Истор, и его голос тоже дрогнул.

– Затем. Если я не останусь, орда пойдёт за вами, – я обвёл их всех взглядом. – Вы, может, и успеете уйти. А вот объединённое войско поляжет на этом берегу полностью. Это нарушит слишком многие планы. А мне это не нужно.

– И толку от планов, если ты умрёшь⁈ – выкрикнула Меоли и отвернулась, в её глазах блеснула влага.

– Не умру, – я поймал её ускользающий взгляд и улыбнулся. – Я не умру.

– Я остаюсь с тобой! – пожевав губу, твёрдо изрёк Ферт. – И не спорь! Я уже, считай, старик, и мне терять нечего. А тебе нужно прикрытие. Вдруг понадобится шёпотом помочь?

– Алане бы тоже стоило остаться… – несмотря на явную внутреннюю борьбу, предложил Ситранис. – Она вас обоих хоть подлечить может…

– Нет, – я покачал головой. – Ферт, ладно, остаётся. Алану даже не просите. Её умения нужны отряду. Для лечения можно оставить Сашия. Но исключительно если сам захочет. Он сможет подлатать, если что. А Алана нужна вам. У вас раненые, больные. Она справится лучше.

– Я всё равно против… – Ситранис глянул так, будто хочет от души врезать. – Но раз уж ты, строптивый гнур, упёрся…

Он всё-таки выдохнул и отпустил моё плечо.

– Хорошо, так и быть… Но знай, брат: если ты умрёшь, я тебя найду. Даже на Светлой Дороге. И набью морду. Потому что… Ну это же подло вот так уходить!..

– Договорились, – я искренне усмехнулся и похлопал его по спине. – Спасибо, брат. А теперь идите. Собирайте людей. Утром вы уходите. Встречаемая уже на той стороне Глубокой. А мне надо ещё поговорить с Эрегихоном.

Они не двинулись с места. Меоли смотрела на меня, и в её глазах блестели слёзы. Она хотела что-то сказать, но покачала головой и вновь отвернулась.

Я пошёл к ставке Эрегихона. Он стоял у шатра, глядя на холмы, где готовились к скорому бою войска. Завидев меня, Эрегихон обернулся.

– Я остаюсь, – сказал я. – Выполню твою просьбу. С одним условием.

– Говори, – кивнул регой, покосившись на меня со смесью любопытства и недоверия.

– Войско должно идти строго по тракту до Глубокой. Не сворачивать, не разбегаться. Тогда я буду знать, где вы, и смогу прикрыть.

– Хорошо, – Эрегихон, пару мгновений подумав, кивнул. – Будет сделано.

– И ещё. Предупреди своих бойцов, что я буду создавать песчаных воинов. Пусть не трогают их. Не убивают. Они на нашей стороне.

– Это я тоже устрою, – Эрегихон помолчал. – Ты уверен, что справишься?

– Я не могу обещать, что удержу здесь всю орду, – честно ответил я. – Но большую часть демонов смогу придержать. Может, день, может, два… Может, и все три. Как только появятся сильные враги, станет сложнее. Но я дам вам возможность переправиться через реку. Правда, идти, сам понимаешь, придётся много и быстро.

Эрегихон посмотрел на меня долгим взглядом, затем кивнул.

– Удачи, воевода, – расщедрился он.

– И тебе, регой, – не поскупился я в ответ.

Буря стихала медленно, будто нехотя. Пыль, ещё недавно висевшая плотной стеной, теперь клубилась рваными лоскутами. Сквозь эти прорехи проглядывало вечернее небо – багровое, тяжёлое. И всё же буря нахлынула раньше темноты. А вместе с бурей пришли демоны. Едва свет солнца потускнел, враги атаковали ряды объединённого войска.

В воздух взвились нашёптанные стрелы. А с ними и светящиеся шарики, выпущенные маленькими походными баллистами. Эти снаряды не могли разогнать пыль, но хоть немного подсвечивали обстановку.

Эрегихон построил войска кругом, заняв позицию на холмах. Атаковали нас со всех сторон, практически одновременно. До меня, сидящего за рядами бойцов, донеслись крики, звуки ударов, отрывистые команды и звон оружия.

Я сидел на земле, скрестив ноги, и шептал. Горло горело, будто я наглотался песка, в висках стучало, но взять передышку нельзя было. Мне требовалось очень много «нашёптышей». Чтобы выдержать не только эту ночь, но и пару последующих.

Мои воины, корявые, кривобокие, поднимались из земли один за другим. Их становилось больше и больше. Неровные шеренги сбивались в сотни, разворачивались и уходили к границам лагеря, где образовывали кольцо. Медленно, шаг за шагом, нашёптанные воины вытесняли людей из передних рядов вглубь, за свои спины.

Демоны рьяно рвались сквозь их ряды к живой плоти и крови. Люди выглядели для них куда более привлекательной целью. Но, столкнувшись с «нашёптышами», твари вынуждены были для начала сражаться с ними.

Жизненная сила, собранная с убитых, текла в меня рекой. Я вкладывал её в воинов, не считая. Чтобы победить орду, мне предстояло самому стать ордой. Я, будто живой насос, перекачивал энергию из одного состояния в другое. И тем же самым занимался мой враг.

Между тем, призванная ордой буря стихала. На смену ей опускалась ночная темнота. А бесконечный бой и не думал затихать. Скорее, наоборот. Я знал, что с темнотой обязательно придёт новая волна. И не ошибся.

Едва небо почернело, на лагерь обрушились полчища ахалгов. Шелест крыльев заполнил пространство, на пару мгновений выместив даже звуки боя. Я поднял голову и увидев, как с чёрного неба, из-за редких облаков, сыплются крылатые тени. Они падали на лагерь, на шатры, на людей.

И я ничем не мог помочь ни своим, ни союзникам из Междуречья. Нельзя было отвлекаться от наземных демонов. Орда продолжала наступать. Чтобы песчаные воины держали её на подступах, я должен был шептать быстрее и быстрее. От летающих демонов войскам предстояло отбиваться самостоятельно.

И они отбивались. Я слышал крики и звон стали. Видел, как мечутся факелы, и как в свете этих факелов падают люди. Бойцы рубили летунов мечами и топорами, стреляли из луков, закрывались щитами. А я не мог им помочь. Я шептал, и песчаные воины, всё прибывая, окружали лагерь плотным кольцом. Орда давила нещадно, и если бы я отвлёкся, она бы порвала строй, как лоскут старой ткани.

Полночи длилась эта беспощадная бойня. Ахалги атаковали без остановки. Казалось, этим тварям ни конца, ни края не будет. Люди отбивались, теряли товарищей, но не сдавались. Навстречу врагу поднимались защиты шептунов и летели стрелы. Люди прикрывали друг друга, рубили, топтали и рвали врагов руками. А вокруг лагеря мои «нашёптыши» удерживали демонов ценой собственных нашёптанных жизней.

Тише стало лишь во вторую половину ночи. Ахалги, наконец, закончились. Людей внутри лагеря оставили в покое. Многие даже, пользуясь передышкой, решили вздремнуть. Им всем предстоял долгий изнурительный марш.

А вот наземные демоны натиск не сбавляли. Прорваться они по-прежнему не могли. Но я чувствовал, что твари копят силы для решающего удара.

Благо, кольцо «нашёптышей» вокруг лагеря стало достаточно плотным. Я создал их, кажется, несколько десятков тысяч, и они стояли стеной, не давая орде прорваться. Правда, я сам больше не сидел на земле. Я лежал: для того, чтобы сидеть, сил не осталось. Но я шептал, шептал… И снова шептал. Почти беззвучно, одними губами. Я смотрел в чёрное небо, ощущал, как сила течёт через меня, и как мои воины поднимаются.

Если раньше я задавался вопросом, являюсь ли ещё человеком, то сейчас знал ответ. Нет, человеком я уже не был. Не может быть целым войском один человек. И, кажется, это начали подозревать и люди вокруг. Во всяком случае, моим бойцам пришлось дважды отваживать тех, кто хотел приблизиться.

Последний натиск начался перед рассветом. Орда ударила со всех сторон одновременно. Демоны лезли на песчаных воинов, рвали их, давили массой. Я видел, как тают мои «нашёптыши», как кольцо вокруг лагеря истончается. А ещё мне снова мешали собирать жизненную силу.