Текст книги "Вечные Пески. Том 11 (СИ)"

Автор книги: Лео Сухов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 17 страниц)

Глава 267

Совещание проводили рано утром, как я и обещал. И пусть никто из собравшихся не был этим доволен, но я надеялся убедить всех, что так надо. А для этого сразу начал с сути:

– Времени у нас мало. В ближайшее время Эрегихон пришлёт посыльного. Я, Меоли и Ситранис должны будем с ним встретиться. Возможно, он проведёт совещание в ставке. Возможно, поговорит с глазу на глаз. Но после этого ни я, ни Меоли, ни Ситранис уже не сможем покинуть лагерь.

– Внезапно… – заметил регой, переводя недоумённый взгляд с меня на Меоли и обратно. – А чего мы тут все не знаем?

– Меня не спрашивай. Я сама ничего не понимаю! – удивлённо пожала плечами девушка. – Ишер? О чём ты?

– Я не могу сказать, – не стал я юлить. – Это мои догадки и домыслы. Если я озвучу их вам, и они повлияют на ваше поведение, будет нехорошо… Совсем нехорошо будет, если честно. Давайте вы в этот раз на слово мне поверите. Тем более… Возможности, как сейчас, пообщаться уже очень скоро может не быть.

– Тогда что ты хотел обсудить? – тревожно нахмурив седые брови, спросил Тадар. – Если не свои предположения?

– Есть у нас два дела… – перешёл я к главному. – И ещё раз напомню, что ни я, ни Ситранис, ни Меоли… Ни ты, Тадар, ни Ферт, ни один из шептунов, если уж на то пошло, выполнить их не смогут.

– Да хватит тебе тянуть! Что сделать-то нужно? – беспокойно спросил Истор.

– Скорее всего, после общения с Эрегихоном мы все выдвинемся в столицу, – проговорил я, косясь на Меоли и проверяя её реакцию. – А после столицы… Мы все наняты Меолеаной. И, вероятно, после столицы будем помогать ей в её задании. А это задание уведёт нас прочь от Междуречья, в новые земли.

Реакция Меоли мне не понравилась. Девушка побледнела, взгляд забегал по сторонам. В больших тёмных глазах появился страх.

– Да, ты говорил, что придётся переселяться! – кивнул Тадар. – Но орда…

– Орда – больше не проблема, – ответил я, мрачно покачав головой. – Если орда пойдёт за нами, мы с ней разберёмся. Но если всё сделаем правильно… Тогда орда останется здесь, а мы уйдём. И именно второй вариант событий мне нужен…

– Это не должно было случиться так скоро! – выдохнула Меоли и жалобно посмотрела на меня. – Это ведь были очень далёкие планы…

– Ты знаешь, чем всё закончится? – спросил я прямо.

– Да, Эрегихон… – начала девушка, но я её быстро прервал:

– Не надо! Ничего не говори. Просто сейчас у твоего дяди, можно сказать, последний шанс.

– Я не понимаю… Как ты догадался? – дрогнувшим голосом спросила Меоли. – Об этом ведь знают единицы…

– А-а-а-а… Значит, ты тоже что-то знаешь? – обрадовался Ситранис, повернувшись к ней.

– Об этом знают очень и очень многие, – я попытался придумать, как всё объяснить Меоли, да ещё и так, чтобы остальные ничего не поняли. – Это не кто-то из знающих проболтался, Меоли. Это ход событий подсказывает. На это едва ли не прямо указывают действия твоего дяди. Да, у меня нет доказательств, да и ни у кого нет. Однако к тому, что случится, многие готовились загодя. Понимаешь?

– А дядя знает об этом? – обеспокоенно спросила Меоли. – Ну… О том, что все уже знают?

– Думаю, догадывается, – ответил я. – Поэтому и будет действовать быстро. Очень быстро. Сейчас всё сошлось для него удачно. Подготовиться никто не успеет. Это и было дело, в котором ты должна была ему помочь?

– Одно из двух возможных… – Меоли на пару мгновений опустила взгляд, залившись краской стыда. – Второе было… Оно было мелким. На случай, если основное провалится, или с ним придётся тянуть. Как думаешь… Я должна его предупредить?

– В этом случае, вероятно, нам придётся очень туго, – сказал я, посмотрев ей в глаза. – А знание кем-то планов Эрегихона вряд ли повлияет на сами планы и их выполнение. Просто сейчас я хочу сделать всё, чтобы мы могли уйти из Междуречья быстро и как можно безопаснее. Веришь?

– Верю… Хотя это, в любом случае, очень неожиданно, – призналась Меоли. – И то, что ты знаешь… И то, что это случится очень скоро… Я так надеялась…

– Надеялась не участвовать? – я покивал головой. – Боюсь, когда Эрегихон согласился на мой найм, это уже было предопределено. Просто тебя в известность не поставили.

– Наверно, так и есть… – грустно кивнула девушка. – И что ты хочешь предпринять?

– У нас есть две задачи, на которые нужно отправить два отряда, – повторил я мысль, озвученную ещё в начале. – Один отряд идёт сворачивать лагерь в Нагорье. Второй будет искать для нас корабли.

– Корабли сейчас никуда не поплывут, – тихо заметила Меоли. – Если ты прав… Корабли флота и торговцев наотрез откажутся от найма.

– Поэтому мы будем искать корабли, которые от найма не откажутся, – кивнул я. – Нам нужен Бруш.

– Бруш? – переспросил Ситранис.

– Тот капитан из Святилища? – догадался Ферт.

– Да, он, – кивнул я. – Он и его корабли. И его связи на Озере Тысячи Ключей. Он сможет переправить нас всех. И он сможет затем помогать с переправкой товаров в обе стороны. Думаю, Бруш не откажется от возможности иметь постоянный заработок. Однако для начала этого свободного, как ветер, парня ещё найти надо.

– Я мог бы поискать! – тут же вызвался на помощь Ситранис.

– Боюсь, тебе придётся с нами в столицу ехать, – покачал я головой. – Если тебя отослать, это в ставке Эрегихона заметят сразу.

– Отправь Деноса! – предложил Истор. – Он мужик пробивной, бывалый. Соберём ему таких же людей с полсотни, и они быстро найдут людей Бруша. Те ведь наверняка заходят в порты на севере Междуречья.

– Хорошо, – кивнул я. – Принимается.

– Осталось решить, кого в Нагорье отправить! – заметил, хлопнув себе по коленям, Тадар.

– Я об этом думал. И весь прошлый вечер, и сегодня всё утро. Думаю, это должны быть Истор и либо Севий, либо Гелай, – заметил я.

Тадар покивал разом за обоих соплеменников. Тем более, сами они здесь не присутствовали. А вот Истор, в отличие от кочевника, хотел было воспротивиться.

– Я отряду нужен! – заметил он с таким видом, будто его в ссылку отправляют.

– Нужен, не спорю, – невозмутимо согласился я. – И мне было бы спокойнее оставить тебя с нами. Однако… Тебя, Истор, очень уважают как в отряде, так и в поселении. Твои слова добавят веса переданным от моего лица приказам. Можешь назвать кого-то, кому доверяют так же, как тебе и мне?

Истор замолчал, раздумывая над моими словами. А затем покачал головой:

– Нет…

– Вот потому и надо тебя отправлять, Истор, – подытожил я. – Тебе, кстати, надо будет поддерживать связь с Деносом. Правда, пока я даже не представляю, как именно.

– Нужно место сбора! – вставила словечко Меоли. – Сейчас…. Красный Берег! Вот!

– Почему там? – спросил я, вспомнив город с красными домами, красными мостовыми, красными крышами и красными скалами вдоль берега. – Не самое приятное место.

– Да, все семьи так считают, – кивнула Меоли. – И там очень мало представительств семей. Зато есть представительство нашей семьи. Его возглавляет моя троюродная тётя. Я напишу ей письмо, и она поможет как Деносу, так и Истору.

– Не хочется зависеть от твоей семьи в этом вопросе, – заметил я, поморщившись. – Мы и так повязаны слишком уж плотно.

– Тётя Сириана терпеть не может моих дядьёв! – снова покраснев, призналась Меоли. – Сразу всех! Она и моего отца-то на дух не переносит… Какая-то старая, как мир, история.

– А с тобой у неё хорошие отношения? – уточнил я.

– Со мной и с мамой – да, – кивнула девушка. – Я туда все наши закупки направляла, к слову… Тётя знает, что я собралась покинуть Междуречье. Подробностей не знает, но само решение поддерживает. Она, кстати, очень хотела с тобой пообщаться. Жаль, не получилось тогда…

– Познакомимся ещё, – усмехнулся я. – Хорошо, тогда пиши два письма. Для Деноса и Истора. Надо придумать, как ваши отряды пойдут…

– С моим отрядом всё очевидно! – тут же предложил Истор. – Если нанять судно в порту, спустимся по течению, а дальше Царским Каналом….

– Истор, про суда в порту можешь забыть, – прервал я его мечтания. – Считай, этот путь намертво закрыт. Просто смирись. Вам придётся идти сушей.

– Эхм… Это сложнее. Могут запереть в карантине, – поморщился молодой человек.

– Я напишу письмо, что вы выполняете поручение моей семьи! – с энтузиазмом предложил Ситранис. – Совсем от внимания властей оно не убережёт, но если попадёте в карантин – выпустят быстрее. Главное, в города и крупные поселения не заходить. Двигайтесь дикарём, останавливайтесь только у тракта в отдельном лагере.

– Тогда придётся на оба отряда почти всю провизию выгрести… – засомневался Истор.

– А нас, кстати, в войске поставили на довольствие? – уточнил я.

– Нет, не поставили. Ждали тебя почему-то, – заметил молодой человек. – Не спрашивай, сам не понимаю, почему…

Я понимал, почему. Без моего участия отряд наёмников тут был никому не нужен. И кормить его не имело никакого смысла. Мелочно, подло, потому что решение принял Эрегихон. Но пусть его Отец Песков судит после смерти. Я вернулся, а значит, надо было срочно выбить провиант на весь отряд.

– С провиантом разберусь. Оставьте нам провизии на день, остальное забирайте, – решил я. – Отправить вас – сейчас первоочередная задача.

– А мы точно не можем разделиться потом? Ну так, чтобы попозже? – с надеждой спросил Ситранис.

– Нет. Мы с вами, скорее всего, поедем водой в столицу, – пояснил я. – И там постоянно будем на виду. После того, как втроём пообщаемся с Эрегихоном, с нас глаз не спустят.

– Дядя не даст никому покинуть лагерь… – покивала моим мыслям Меоли. – Может пойти даже на уничтожение отправленных отрядов. Если Ишер прав, дядя сделает всё, чтобы о начале его действий не узнали раньше времени.

– Да что он такого задумал⁈ – Ситранис прищурился, но ответа не получил и лишь головой покачал. – Ладно, молчите, если хотите, неблагодарные… Это всё?

– Почти, – кивнул я. – Надо предупредить людей, чтобы никто не покидал лагерь, когда мы отдадим такой приказ. Ради своего же блага чтобы не покидали.

– Сделаем, – с готовностью предложил Истор. – Я передам.

– Ты собирай отряды! – отрезал я. – Твоя задача – покинуть лагерь так, чтобы вас не попытались по дороге перебить. Остальным займёмся мы, те, кто здесь остался.

– Понял, – не стал спорить Истор.

– Всё, тогда действуем, – закончил я совещание. – Истор собирает отряды. Я, Ситранис и Тадар… Ну, для начала передаём нужный приказ рядовым воинам.

И всего полгонга спустя лагерь наполнился суетой. Истор, Денос и Севий собирали людей для своих задач, одновременно выгребая провизию. А я и оставшиеся командиры в то же время готовили основной отряд к скорому походу.

Заодно я отправил Одори на организацию новых тренировок. Если раньше он натаскивал бойцов на борьбу с демонами, то теперь я шепнул ему, чтобы переключил на противников-людей. Так, исключительно на всякий случай… Чтобы готовы были и вражескую пехоту, и всадников на юглах встречать в строю.

Да, времени на тренировки выдалось немного, однако и его имелся шанс использовать с умом. Раньше начать перевыучку я всё равно не мог. Любой бы догадался, кто теперь становится целью. А кто догадался бы, тот мог бы сделать выводы. И поделиться ими с другими.

К слову, Истору всё-таки повезло нанять суда, которые шли вверх по течению Глубокой. Несколько гребных барж возвращались с юга порожняком и согласились добросить моих людей до Дукадуана. И это была отличная новость. Оттуда совсем недалеко до Красного Берега. А до Нагорья можно было добраться в обход Ас-Арахаманы, используя торговый тракт.

Три сотни человек отбыли уже после полудня. Лишь каким-то чудом они разминулись с посланниками из ставки, которые пришли звать Меоли, меня и Ситраниса на встречу с Эрегихоном.

И мало того, что посланники больше напоминали вооружённое сопровождение, так ещё и вокруг нашего лагеря стали собираться отряды с оружием. Они, конечно, старались не выдать того, что следят за моими бойцами, но вот беда… Когда рядом прогуливается несколько сотен вооружённых рыл, это отчего-то сильно бросается в глаза.

Само собой, я немедленно отдал приказ привести лагерь в боевую готовность. И, само собой, вылучил для этого момент, когда меня не могли слышать посланники. А затем отправился собираться сам и морально готовить спутников.

– Прости, что в самом начале не сказала про его планы… – тихо шепнула Меоли, выходя из своего шатра. – Надеялась, что, может, ещё и не придётся…

– Плевать, – отмахнулся я. – Всё идёт так, как должно идти. А сейчас делай вид, будто ничего не происходит. Мы просто идём общаться с твоим дядей. И не бойся. Страх почувствуют.

– Хорошо…

Я, Меоли и Ситранис выехали из лагеря. И сразу же оказались в коробочке людей Эрегихона. Надо сказать, это не понравилось не только мне, но и Ситранису.

– Надеюсь, нас не под стражу взяли? – спросил он громко, но ему никто не ответил.

Со стороны выглядело именно так: его, меня и Меоли взяли под стражу, а теперь ведут на разбирательство. Мало того, что по дороге быстрым шагом шла сотня пехотинцев, сопровождая всего троих человек, так ещё и всадники на юглах мелькали неподалёку. И что-то я сомневался в том, что нас просто очень тщательно берегут. Более того… Я подозревал, что сейчас, когда дело висит на волоске, Эрегихон легко отдаст приказ на убийство своей племянницы.

В ставке было людно и не слишком спокойно. Чересчур много тысячников, которых в норме туда приглашали не настолько уж часто. Да и чересчур много было разлитой в воздухе тревоги. А вот аристократов, наоборот, вокруг мелькало меньше, чем обычно. Видимо, потому что все они уже собрались в зале для совещаний. Правда, не все могли при этом иметь право голоса…

Например, седой Гаравантис, напортачивший с южной частью орды, точно не мог. Его голову я первой узнал, когда увидел, что разложено у Эрегихона на длинном столе. Меоли выдохнула и молча спряталась мне за спину. А Ситранис оказался покрепче: лишь на миг сбился с шага, вскинув брови.

В этот же момент воины позади попытались втолкнуть нас внутрь. Хорошо, что я к этому был готов. Может, я и согласился помогать Эрегихону, но унижаться и, тем более, помогать под давлением… Нет, это совсем не моё. Во-первых, может, дядя Меоли этого и не понимал, но такая помощь будет лишь во вред. Я должен был помогать добровольно и без принуждения. А во-вторых…

Да достало меня всё, если честно. Ну что за глупость толкать в спину человека, который орду несколько ночей едва ли не в гордом одиночестве сдерживал⁈ В итоге, сопровождавшие нас воины получили по рукам от выросших из земли у порога «нашёптышей». Убивать я им запретил, однако работать кулаками не мешал.

Под возмущённое шипение и крики боли сзади я вошёл внутрь зала совещаний. Разве что кивнул Меоли, чтобы не отставала. Ситранис тоже сделал шаг вперёд, позволив дверям позади начать закрываться. Я лишь в последний момент оглянулся на дверной проём, где воины Эрегихона, ругаясь на чём свет стоит, пытались разобраться с моими «нашёптышами», пока те им вполне деловито рожи чистили.

– Что, сами на топоры упали? – спросил я громко, кивнув на разложенные на столе головы с застывшими взглядами. – Или пьяная драка?

Эрегихон, стоявший в окружении сторонников, сначала нахмурился. Затем увидел в щель закрывающихся дверей, что происходит с его воинами. А затем чему-то с довольным видом усмехнулся.

– Несчастный случай, – пояснил он, кивнув мне вместо приветствия. – Несколько несчастных случаев.

– Прискорбно, – кивнул я. – Однако такое бывает.

– Твои эти… Призванные моих воинов там не убьют? – всё-таки соизволил уточнить командующий.

– Только поколотят. Убивать я запретил, – усмехнулся я ответ, встретив его тяжёлый взгляд своим таким же. – Что мы пропустили? И почему вдруг командиров войска накрыло общим невезением?

– Ты всё ещё готов мне помочь? – вместо ответа уточнил Эрегихон, сверля меня чёрными глазами.

– Я слов на ветер не бросаю, – я покачал головой. – Сказал, что последую за тобой, значит, последую.

– Что ж… Тогда отзови своих призванных чудовищ и садись, – Эрегихон кивнул на стул, после чего взглянул на своих командиров, Меоли, Ситраниса и предложил. – Садитесь и вы… Я пока не могу сказать всего. Все нужные подробности вы узнаете на месте. Но так уж получилось, что нам придётся срочно добраться до Ас-Арахаманы. А дальше там кое-что очень важное сделать. Ты по-прежнему согласен, Ишер? Возможно, тебе не понравится то, чего я хочу…

– Мне в этой жизни много чего не нравится, – честно признался я. – И это не повод отказываться от своих клятв. Но знай, что я действую в интересах твоей племянницы.

– Да, я помню… – Эрегихон хитро покосился на меня. – Я выдам согласие на «аристократическое разделение» сразу, едва достигну одной важной цели. Ты и сама знаешь, какой именно, племянница…

И вперил в девушку тяжёлый взгляд.

– Да, – кивнула Меоли, не дрогнув и даже не побледнев.

Кажется, жаждущий царства дядя хотел рассорить меня со своей племянницей. До чего же милые у них в старшей семье отношения… Прямо умиление от такой взаимопомощи разбирает.

Глава 268

Эрегихон стоял на пирсе. Рядом замерли его командиры. Корабли подходили и швартовались, игнорируя выкрики сотрудников порта. С бортов спрыгивали воины объединённого войска Междуречья, тут же выстраиваясь в отряды и двигаясь прочь от Царского канала.

Однако самое интересное происходило, естественно, рядом с Эрегихоном. Будущий царь в данный момент ругался на чём свет стоит. И ругался он с пятью представителями Совета Семей, которые, несмотря на вечернее время, кинулись в порт встречать прибывшее войско…

…Понятное дело, не для того, чтобы воздать почести победителям. Они пытались запретить высадку, что, в общем и целом, было логичным решением. Кому нужны тридцать тысяч воинов, едва-едва вернувшихся из похода, в сердце столицы Края Людей?

План Эрегихона затрещал по швам прямо в порту. Однако дядя Меоли не планировал сдаваться. Жаль, детали его плана я узнал лишь сегодня утром, после нескольких дней речного путешествия. Когда менять что-либо было, прямо скажем, поздно. Иначе бы я обязательно попытался, потому как услышанное граничило с безумием. Впрочем, в некоторых случаях такое безумие внезапно приводит к победе. Благо примеры в историях обеих миров были. Правда, не всегда удачные.

Итак, на чём строился план? А строился он на том, что Эрегихон собирался войти в столицу во главе победоносного воинства поздно вечером, разместить людей в порту и обещать Совету Семей, что утром войско пройдёт торжественным маршем по одному из лучей Ас-Арахаманы.

И всё бы ничего, но даже я знал, что такое в столице практиковалось в последний раз во время Четвёртого Царства. Оно как раз и закончилось таким парадом. Вместе с царём и всей его семьёй закончилось. С тех пор оружие в городе носила только царская и городская стража, ну и личные дружинники семей. Всяким наёмникам, охранникам и торговым стражам, если они не сопровождали аристократа, оружие требовалось ленточкой обвязать и не трогать.

А войска при входе в столицу оружие немедленно сдавали в арсенал. Такое вот правило. И оно неукоснительно выполнялось многие столетия. В моей прошлой жизни, в седой древности, тоже была подобная история с одним краем. Даже крылатое выражение имелось по этому поводу.

Но почему-то Эрегихон был уверен, что ради него сделают исключение. Не заставят войско сдавать оружие в арсенал, дадут переночевать в порту, а потом разрешат устроить торжественный марш по лучу. Не знаю, на чём основывалась его уверенность, однако гордый аристократ просчитался.

Конечно, Эрегихон вовсе не собирался ждать парада и утра. Он планировал начинать переворот ещё ночью. Все нужные люди были предупреждены, все союзные семьи готовы. И, кажется, противники тоже успели подготовиться. Вот и принялись ставить палки в колёса ещё в порту.

По плану Эрегихона, воины объединённого войска не должны были видеть его разногласий с Советом Семей. А теперь они все воочию наблюдали грязную ссору на пирсе. И, похоже, выкрутиться «надежде человечества» было не суждено. В общем, положение оказалось для него невыигрышным.

Войско, правда, пока ещё бодро высаживалось на берег. Так что внешне казалось, что всё по-прежнему идёт по плану. Дальше, кстати, Эрегихон должен был вести войска на постой, ну а там толкнуть речь. Царь наш – дескать, давно не царь, а Краю Людей в тяжёлые времена очень нужна единая и сильная власть. Ну а дальше войско во главе с самим Эрегихоном пошло бы громить царский дворец, а дружины Аравантис и их союзников – политических оппонентов.

Мне же предлагалась отдельная задача. Разгромить особняк новой семьи Кадарра, поддерживавшей Совет Семей. Они вот уже второе столетие отвечали за тайную деятельность Совета и разведку. Причём как внутреннюю, так и внешнюю.

Ну и да, по словам Эрегихона, решение об уничтожении моей деревни принимали они.

Врал он, конечно… Врал нагло и беззастенчиво. То ли воспринимал меня эдаким простачком, то ли думал, что не так уж я сильно хочу отомстить. Но я хотел отомстить, и я не был простачком. И хотя я был уверен, что семья Кадарра и в самом деле замешана в этой истории, но и до остальных причастных собирался дотянуться. В чём мне семья Кадарра и должна была помочь. Поэтому я покивал и сделал вид, что поверил.

А вот план… План мне не понравился изначально, и теперь я воочию наблюдал, как он трещит по швам. Эрегихон на пирсе распалялся всё больше. Недалёк был тот момент, когда он, не выдержав, начнёт решать вопросы по-регойски. То есть силой оружия и кулаков.

Как к этому отнесётся войско? Вероятно, многим воинам подобное не понравится. И если они за Эрегихоном и пойдут, то вскоре готовы будут ударить ему в спину. Хотя бы потому, что платит объединённому войску Междуречья как раз Совет Семей. К слову, именно когда я об этом подумал, кто-то из командиров пришёл, видимо, к сходной мысли. И решил воспользоваться тем же предлогом.

– Что значит, не готовы платить жалование⁈ – раздался над гаванью ор одного из командиров, верно служивших Эрегихону. – Да вы что о себе возомнили⁈

– Ну хоть у кого-то голова работает… – буркнул я.

– Ты о крике про жалование? – спросила Меоли.

– Ну да. Если глаза меня не обманывают, твой дядя и так собирался зарубить представителей Совета Семей. А так у него хоть приличный «как-бы-повод» будет, – мрачно скривился я.

Тем временем, на пирсе происходило смертоубийство. Эрегихон всё-таки дал волю гневу, выхватил меч и двумя ударами отправил на Светлую Дорогу пару аристократов, преградивших ему путь. Третий аристократ успел крикнуть что-то триосмии стражников за своей спиной, выхватил оружие и вступил в бой.

Что удивительно, стражники, конечно, подобрались, но в стычку не полезли. Впрочем, это решение я как раз одобрил. За спиной Эрегихона стояла ещё дюжина командиров, которые были ещё и царскими регоями. И этим ничего не стоило нашинковать всю триосмию.

А волнение в порту всё нарастало. Воины, услышавшие крик командиров, новостям не обрадовались. В объединённом войске Междуречья платили хорошо. И выплату за несколько десидолей службы ждали все до единого.

Конечно, воинам, как им казалось, оставшимся без денег, захотелось отомстить. А поскольку представителей Совета Семей уже зарубили, многие решили мстить несчастному порту Ас-Арахаманы. Как будто он во время морового поветрия слабо пострадал…

Несколько отрядов, успевших дойти до складов, уже ломились в ворота, игнорируя окрики сотника. Да и другие триосмии явно решили, что оплату за службу надо брать в свои руки.

Откровенно говоря, даже я не ожидал, что попытка очернить Совет Семей даст толчок грабежу и погромам. Хотя, признаюсь честно, и сам раздумывал, как бы перетянуть верность войска, когда Совет успел спохватиться. И тоже, грешным делом, думал про жалование.

А вот погромы и грабёж… Это было неожиданно. Всё новые отряды, покидая корабли, устремлялись вслед за товарищами грабить портовые склады. И это точно не было на руку Эрегихону.

– Нам что, тоже со всеми склады грабить? – кисло уточнил Ситранис, глядя на творящееся в порту. – Или держимся первоначального плана?

– Тяните с выходом на берег, сколько можете, – приказал я. – Пока войсковые командиры порядок не наведут, наши пусть остаются на корабле.

– Может, помочь дяде? – неуверенно предложила Меоли.

– Нет, сам пусть разбирается, – отрезал я чуть резче, чем хотел. – Если мы сойдём, придётся либо порядок помогать наводить, либо идти убивать Кадарра впереди всех. А я ни того, ни другого не желаю. Ещё потом оправдывайся за то, что начал переворот…

Злость внутри клокотала и требовала выхода, но я держал себя в руках. Понимал ведь, что Меоли подсознательно болеет за «своих». Вот только я Эрегихона «своим» не считал. Своими мне были люди из отряда. Своей отчасти я мог считать Меоли. А вот считать своими аристократов Междуречья я не собирался.

Не собирался рисковать людьми, чтобы навести порядок в войске. И не собирался идти первым в ночной бой против аристократии. Иначе спустя годы, вспоминая, кто стал зачинщиком, все будут указывать на меня.

На берегу, тем временем, нарастали темпы грабежа. Двери ближайших складов оказались распахнуты, оттуда тащили мешки и ящики. Появились и первые трупы обычных жителей, попавших под горячую руку. Но…

Уже сбились в отряды и местные жители, грабившие склады наравне с военными. Более того, с берега то и дело долетали лозунги: пришло, мол, время расплаты. В общем, ночь непослушания наращивала обороты, захватывая всё больше территорий.

И пока Эрегихон что-то яростно втолковывал командованию стражи, прибежавшему на шум, в порту лишь нарастал накал страстей. Запертые на пирсе командиры войска никак повлиять на происходящее не могли. Сначала надо было выбраться с этого самого пирса.

– Ферт! – позвал я шептуна, который стоял на палубе неподалёку, а когда он подошёл, тихо зашептал на ухо: – Скажи Алане и Сашию пускать несильный ветер против нашего курса. Пусть незаметно замедлят корабль…

– Уверен? Тут вообще-то корабельный шептун есть… – с сомнением заметил Ферт.

– Он сейчас не шепчет, устал слишком, – отозвался я. – Если не услышит шёпот, то и не вмешается. А если вмешается, тогда наши пусть сразу прекращают. Только пусть из кают не выходят. Никто не должен видеть, что мы гоним ветер.

– Хорошо… – кивнув, Ферт двинулся в сторону кормовой надстройки.

Палуба мало-помалу заполнялась моими людьми. Равно как и палубы соседних кораблей. Отряд готовился к скорой высадке. Правда, пирсов в гавани уже не хватало, и высадка проходила от одного корабля к другому. А нам ещё надо было переханов как-то провести…

– Сейчас вернусь, – предупредил я и двинулся на другой борт, где стояли Тадар и Гелай.

Собственно, переханы были ещё одним предлогом задержать высадку. Но устроить настоящее представление с участием скотины могли только кочевники, которые своих животных дрессировали не в пример лучше жителей других краёв.

Над портом поднялись первые зарева пожарищ. Масляные лампы и факела на складах – это всегда зона риска, если начинаются беспорядки. В порту, к слову, хватало следов предыдущих возгораний. Многие постройки были отмечены застарелой копотью. А местами и вовсе стояли чёрные остовы давно сгоревших складов.

Хорошо ещё, Эрегион и командиры наконец-то вырвались с пирса. И теперь пытались вернуть власть над обычными воинами. Правда, выходило так себе. Там, где раньше можно было обойтись одним приказом, теперь приходилось стараться втрое. И не всем командирам хватало красноречия, да и авторитета.

Войско, превратившееся в толпу, опьянело. И от крови, и от безнаказанности, а кое-где и от спиртного на складах. А банды местных, присоединившихся к грабежу, лишь раззадоривали пыл озверевших воинов. Одна поспешная фраза, брошенная человеком Эрегихона, привела к тому, что теперь надо было спасать столицу. Дело обстояло плохо. Столбы дыма уже поднимались так далеко от порта, что никакие воины туда добраться не успели бы.

– Тадар, устройте представление, когда начнётся высадка. Пусть твои люди идут впереди, а их переханы отказываться спускаться по сходням! – шепнул я кочевнику.

– Понял, сделаем, – кивнул тот. – Зачем это?

– Нужно задержать высадку. Как можно дольше, – пояснил я. – Всё пошло не по плану Эрегихона. Если высадимся, может очень плохо обернуться.

– Да оно и так уже не очень… – неодобрительно заметил Гелай, стоявший рядом. – Это вообще что, Ишер? Что они творят, а?

Странно было слышать такое от кочевника. Однако Севий, Гелай и Тадар действительно отличались от большинства, оставшегося позади, на землях ханств.

– Главное, чтобы мы к этому не присоединялись, – отрезал я. – А что они творят и зачем, ты поймёшь. Ну или я объясню.

Эрегихон посвятил в свои планы только меня, Ситраниса и Меоли. И запретил рассказывать остальным моим людям. Пока что я честно соблюдал обещание, хотя с каждой чашей это становилось всё тяжелее.

Вернувшись к Меоли и Ситранису, я возобновил наблюдение за происходящим. А там, на берегу, уже творилось такое, что не объяснить никакими неосторожными словами. Ас-Арахамана, похоже, решила, пользуясь случаем, стихийно восстать. Причём неясно было, против кого, чего или же за что. Просто восстала. И просто устраивала погром.

Хаос стремительно ширился. Захвачен им был теперь не только портовый район, но и прилегающие кварталы. И я, к сожалению, догадывался, почему так. А вот Меоли и Ситранис – нет.

– Они будто ополоумели, Ишер… Может, это какой-то злой шёпот? – растерянно проговорила девушка, со страхом глядя на берег.

– Нет, это не шёпот, – вздохнул я, глядя на происходящее.

– А что тогда? – хмуро спросил Ситранис, у которого на виске нервно билась синяя венка. – Там же, погляди, обычные люди в банды сбиваются…

– А ты вспомни, – попытался я объяснить. – Война, беженцы, мор, рост цен на продукты. Люди за последнее время настрадались. Простой народ и без того на грани был. Это как в кучу сухой древесины горящий уголёк кинуть. Через чашу всё заполыхает. Здесь, похоже, так и произошло.

Один неосторожный крик. Пара-тройка обозлённых триосмий. И безумие начало охватывать всех вокруг. Случись оно на два-три гонга позже, и грабёж захватил бы лишь портовый район, да и то не целиком. Тридцать тысяч воинов – это, конечно, много. Однако им бы с лихвой и портовых складов хватило.

К сожалению, высадка происходила вечером. Солнце только зашло. Харчевни были забиты горожанами, решившими отдохнуть после трудового дня за кружкой горячительного. Уставшие люди подводили неутешительные итоги дня. Кого-то выкинули с работы, кто-то похоронил родственников, кто-то был вышвырнут на улицу за неуплату….

Прошедший год выдался очень тяжёлым. Люди были готовы вспыхнуть, как сухая древесина, по любому поводу. И повод пришёл из порта столицы. Пришёл с дымом пожарищ и криками умирающих. Принёс запах крови и грабежа. И кто-то бросился спасаться, чтобы не убили. А кто-то – сходу наживаться и грабить.