Текст книги "Вечные Пески. Том 11 (СИ)"

Автор книги: Лео Сухов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 17 страниц)

Там, где раньше хватало на троих песчаных воинов, сейчас я мог создать в лучшем случае двух. И хоть я и вливал в шёпот всё, что мог собрать, хоть шептал так быстро, как никогда раньше, но «нашёптышей» становилось меньше с каждой чашей. Я потерял половину. Половину всех, кого создал за долгую ночь.

И это было слишком много. Следующую ночь я рассчитывал встретить с большим количеством защитников. У меня осталось лишь восемнадцать тысяч воинов. А нужно было тысяч сорок. Только тогда я мог получать нужное количество жизненной силы из убитых демонов, чтобы всю ночь увеличивать количество «нашёптышей».

Как всегда, натиск выдохся с первыми лучами солнца. Едва на востоке начало сереть, демоны стали разбегаться. А я всё шептал, собирая остатки жизненной силы и превращая её в новых бойцов.

Люди Эрегихона начали сниматься с лагеря, едва достаточно посветлело. Они уходили по тракту на юг, как я и просил регоя. Бесконечные телеги обоза, триосмии вымотанных воинов. Мои люди дожидались, пока не закончится этот исход. И лишь тогда стали собирать лагерь.

Я провожал их красными от недосыпа глазами. Жизненная сила вокруг холмов закончилась. Пока её было много, я смог поднять ещё несколько тысяч воинов. И теперь ждал, когда последние из моих людей уйдут.

Мне оставили шесть переханов, запасы пищи, воды и корма для скотины. И один маленький шатёр, чтобы было, где спрятаться от полуденного зноя. Перед уходом ко мне подошла Меоли, порывисто обняла и сразу отступила.

– Не смей умирать… – прошептала она, заглядывая снизу вверх мне в глаза. – Я буду ждать тебя на том берегу. Буду ждать, сколько бы ни прошло.

– Я не умру… – повторил я уже в который раз, глядя в её темноволосую макушку, когда Меоли опустила голову.

Правда, и сам до конца не был в этом уверен. С другой стороны, если и было в этом мире существо, способное остановить орду, то разве что я. Просто надо было закрыть глаза и шагнуть за грань возможного. Взять и совершить что-то настолько невероятное, что это деяние должно было остаться в веках.

Всего-то…

Когда последние повозки скрылись за поворотом, я Саший и Ферт остались втроём. Тысячи и тысячи песчаных воинов замерли плотным кольцом вокруг холма. Они ждали приказа. Пока они так стояли, то забирали у меня лишь крохи сил. Правда, этих сил во мне оставалось совсем немного.

Я сел на землю, вытянул ноги. Саший подошёл, протянул флягу с водой. Я сделал глоток, затем ещё один. Вода была тёплой, и горло немного отпустило.

– Ты как? – тихо спросил молодой шептун.

– Жить буду, – ответил я хрипло. – Надо поесть и выспаться. Иначе сил не хватит.

Ферт принёс еду: лепёшки, вяленое мясо, немного сыра. Мы ели молча, сидя на земле. Солнце начинало жарить, воздух становился горячим. Пыль, которую буря нанесла за ночь, лежала вокруг тонким оранжевым слоем.

– Иди поспи… – сказал Ферт, обеспокоенно на меня поглядывая. – Саший будет тебя лечить, пока ты спишь. Так последствия перенапряжения быстрее пройдут.

Я хотел возразить, что не перенапрягся, но… Дикий Шёпот едва слышался на краю сознания. А значит, прав был Ферт, а не я.

– Ты почувствовал? Как будто мне снова что-то мешало? – спросил я пожилого шептуна. – Под утро.

– Да, я услышал и голос в Диком Шёпоте, и воздействие почувствовал… – кивнул Ферт, и его взгляд наполнился глубокой задумчивостью. – И я тебе так скажу, Ишер: это не орда.

– Не орда? – уточнил я.

– Да… Это был шептун, Ишер. Другой шептун-человек, – подтвердил Ферт.

– Но кому понадобилось демонам помогать? – ужаснулся Саший.

– Тому, кто сделал всё, чтобы орда появилась, – ответил я. – Тёмному шептуну.

– Да что ему люди-то сделали, чтобы всех нас изводить? – всплеснул рукавами парень.

– Что-то наверняка сделали, – ответил я. – Хотя… Есть такие люди, у которых в их бедах всегда виноваты другие. В общем, не удивляйся.

– Иди спать, Ишер! – повторил Ферт. – И так языком еле ворочаешь. Дай уже Сашию тебя чуть-чуть подлечить.

И я не стал спорить. Встал, добрёл до шатра, выбрал одну из лежанок и, улёгшись, закрыл глаза. Однако долгожданный сон, как назло, не шёл. Именно сейчас моя память решила удружить… Перед внутренним взглядом, одна за другой, мелькали картинки из прошлого.

Разорённое селение, трупы моих близких и родных… Последовавшие за этим дни мучений, тренировок, розысков убийц… И реки пролитой крови. Кровь была повсюду. Кровь, что я проливал сам, и кровь, что пролил мой топор. А ещё были реки крови, что лились только потому, что я не умер.

И даже когда мне удалось уснуть, во сне тоже всё было в крови. К счастью, я этот сон так и не запомнил.

Глава 261

Я проснулся от шума на краю сознания. Мерное гудение Дикого Шёпота вернулось. Я открыл глаза и прислушался к ощущениям. Первое, что почувствовал – отсутствие боли. Горло не саднило, в висках не стучало, и даже руки, недавно дрожавшие, лежали спокойно. Я чувствовал себя здоровым и почти готовым к новым свершениям.

И всё-таки решил полежать ещё немного, слушая, как за стенами шатра шумит ветер, как подрагивает кожа и ткань стенок. В шатре было сумрачно, но сквозь щели в ткани пробивались тонкие полосы света. Саший спал на лежанке у входа, свернувшись калачиком и укрывшись плащом. Ферт лежал ближе ко мне, на боку, подложив под голову свою сумку.

Я сел осторожно, чтобы не разбудить. Потянувшись, размял шею, затем встал и вышел наружу. Тёплый воздух ударил в лицо, заставив прикрыть глаза и улыбнуться. Странно было улыбаться в такой ситуации, в которой я находился, но мне почему-то было весело. В голове крутились вопросы, на которые я, наверно, никогда бы не смог получить ответ:

«Интересно, когда орда встретится со своим отражением, она удивится?»

«А орда и Дикий Шёпот вообще могут удивляться?»

И тому подобная глупость, которая, тем не менее, не мешала мне осмотреться.

Солнце стояло низко, но не на западе, а, скорее, на юго-западе. Время близилось к вечеру. Я проспал практически весь день. Немудрено: ночь была долгой, а напрягался я очень сильно. Однако теперь ощущал себя на удивление сносно. Саший поработал на славу, пока я спал. Надо будет его отблагодарить.

Я обошёл холм. Песчаные воины стояли на местах. Ни один не рассыпался. Сейчас они тонким ручейком тянули мои силы, но держать такую ораву «нашёптышей» я мог почти бесконечно. Прислушавшись к ощущениям, я создал ещё полторы сотни воинов. Оставил лишь небольшой запас силы, чтобы уже сделанные не начали рассыпаться.

И снова внимательно огляделся.

Местность была ровной, как стол. Насколько хватало взгляда, тянулись поля, давно заброшенные, поросшие сухой травой. Кое-где виднелись пятна зелени – там, где сохранилась влага.

Единственной возвышенностью на много сиханов окрест была наша гряда холмов. Невысокая, но достаточно заметная, чтобы можно было держать оборону. Отсюда неплохо просматривалась вся округа. Да и виды были красивые, что ни говори.

Вернувшись к шатру, я развёл костёр. Дров было мало. Сухие ветки, которые я собрал тут же, на склоне. Ну и запасы кизяка, оставленные моими людьми. Огонь занялся быстро, но горел плохо, давая больше дыма, чем тепла. Я поставил на угли маленький котелок, налил воды из фляги, бросил горсть крупы и кусок вяленого мяса. Пока варилось, сидел на корточках, помешивая палочкой и наблюдая, как солнце опускается всё ниже. Воздух постепенно остывал, вскоре с запада потянуло ветром. Сначала слабым, затем – всё сильнее. К вечеру он явно планировал стать колючим и холодным. А пока что дарил прохладу после дневного жара.

Запах еды разбудил Ферта. Пожилой шептун, кряхтя и потягиваясь, выбрался из шатра.

– Пахнет неплохо, – сказал он, усаживаясь рядом.

– Садись, – я наложил ему в миску, не обделил и себя. – Саший ещё спит?

– Спит, – Ферт взял миску и подул на варево. – Он лёг ближе к вечеру. Всё это время тебя лечил. Ты был совсем плох, Ишер. Я боялся, не выкарабкаешься.

– Выкарабкался же, – я пожал плечами. – Чего переживать-то?

– Зачем переживать? – Ферт вздёрнул бровь. – Как ты себя чувствуешь?

– Да вроде бы отлично… – отозвался я, но на всякий случай окинул себя взглядом.

Ничего странного в зоне видимости. Разве что кисти рук сероваты под вечным загаром.

– Ты похож на глуха, Ишер. У тебя тёмные круги под глазами, ты бледен, а в глазах красные звёздочки лопнувших сосудов. Ты, правда, думаешь, что всё нормально? – Ферт посмотрел на меня, но почти сразу отвёл взгляд и покачал головой.

– Если так, то, наверно, всё и в самом деле не очень хорошо, – согласился я. – Однако чувствую я себя превосходно.

Дальше мы ели молча. Варево было пресным, но горячим, а это в нашей ситуации главное. Я смотрел, как ветер гонит пыль по равнине, как колышутся редкие кусты. Вчера, когда мы пришли сюда с войском, мне было не до того, чтобы разглядывать окрестности. Мешали дела, мешала пыль, окружавшая мой вихрь. А сегодня помех, чтобы насладиться зрелищем, не было.

Горизонт на востоке начал темнеть, солнце клонилось к горизонту. Проснулся Саший, получил полную миску еды и начал уплетать за обе щеки. Глядя на него, я примерно мог понять, как выгляжу сам. Парень, возвращая меня в строй, и сам, видно, перенапрягся. А нам ещё надо было здесь продержаться. И его помощь, я уже чуял, потребуется и сегодня, и завтра, и послезавтра.

Солнце село. Небо на западе ещё горело, но с востока наползала тьма. Ветер усилился, зашумел в траве и засвистел в ушах.

Я поднялся, вытер руки о штаны:

– Так, слушайте оба очень внимательно. Сегодня ночью придут демоны. Хотя это далеко не новость, конечно… Я буду держать кольцо вокруг холма и создавать новых воинов. Вы двое останетесь здесь, на вершине. Рядом со мной и переханами. В бой не лезьте. Берегите силы. Если понадобится, я скажу.

Саший и Ферт кивнули.

– Если будут ахалги, а они, скорее всего будут, – продолжил я, – на вас защита. Защищать надо не только нас, но и песчаных воинов. Эти мелкие иухи стаей способны даже «нашёптышей» загрызть.

Я повернулся к равнине. Ветер ударил в лицо, принося запах пыли и травы. Сев на землю, я скрестил ноги и приготовился.

Ночь наступила быстро. Только что небо на западе горело багровым, и вот уже тьма заливает равнину. Когда темнота укутала равнину, я коснулся амулета ночного зрения на шее и привычно ощутил лёгкое покалывание в висках. Мир дрогнул и стал многообразием оттенков серого. Ферт и Саший сделали то же самое: я услышал, как они оба коротко выдохнули.

Перед нами, насколько хватало взгляда, по тракту и вдоль него двигалась орда. Сплошной поток, растянувшийся на сиханы. Я видел песчаных людей, гухулов, дауров – их было так много, что они казались одной гигантской змеёй, ползущей по равнине. В небе, чуть выше линии горизонта, висели тучи ахалгов. Они летели низко, готовые атаковать любую цель. Однако нас, похоже, ещё не увидели.

– Ферт, – позвал я, не оборачиваясь. – Ты прикроешь моих воинов с неба. Когда ахалги нападут, постарайся сбить их как можно больше. Однако не перенапрягайся. Саший, ты прикроешь нас троих. Понятно?

– Понятно, – отозвался Ферт.

– Сделаю, – тихо сказал Саший.

Я закрыл глаза и потянулся к остаткам накопленной силы. Её было мало, я ведь снова потратился на песчаных воинов. Однако кое-что успело набраться. Я собрал всё, что было, и создал ещё полсотни «нашёптышей». Поднявшись из пыли у подножия холма, они тоже встали в строй. Больше сделать не получилось бы. Остальное я должен был сохранить, чтобы удерживать уже созданных.

Я приказал им выдвинуться вперёд, расширяя кольцо. А несколько групп выставил по пути от холма к тракту. Они должны были привести врага к нам. И как только песчаные воины двинулись вниз по склону, орда немедленно среагировала на них. Демоны начали менять направление, ахалги в тёмном небе зарыскали туда-сюда.

Мои воины шли молча. Две орды сходились друг с другом. Десять шагов, девять, восемь, шесть, два… Я видел, как мои «нашёптыши» врезаются в первые ряды орды, как рубят гухулов и песчаных людей. Как начинается жестокая сеча. Я сразу же потянул жизненную силу, чувствуя, как прибывают силы. На мгновение показалось, что мы сдержим орду и даже начнём теснить.

Но ахалги ударили сверху. Они спикировали на песчаных воинов, цепляясь за них когтями, разрывая песчаную плоть. Ферт рядом со мной тут же зашептал. Над «нашёптышами» развернулся большой песчаный купол. Ахалги, пытавшиеся пробиться, разбивались об него, но их место сразу же занимали новые. Некоторые твари прорывались, однако не так много, чтобы всерьёз навредить «нашёптышам».

А вот часть летающих демонов устремилась напрямик к нашему холму. Саший поднял щит над нами троими и переханами, которых мы привязали рядом с собой. Я почувствовал, как воздух вокруг холма стал плотнее, будто все мы оказались в невидимой скорлупе. Ахалги, пытавшиеся добраться до нас, тыкались в эту преграду, бились об неё, но, не достигнув результата, отступали. Саший держался, хотя я видел, как ему тяжело: пот катился по его лицу, руки дрожали.

А внизу кипел бой. Мои песчаные воины схлестнулись с ордой. Я видел, как они рубят гухулов, как убивают песчаных людей. И как дуары в тяжёлой броне ломают их строй, но «нашёптыши» держатся, пусть и мало-помалу сдают позиции. Орда давила. Демонов было слишком много. Мои воины гибли, но я собирал жизненную силу с убитых и создавал новых. Сотню за сотней. Они поднимались на склоне холма, бежали вниз, вставали в строй и шли в бой. Кольцо вокруг холма становилось плотнее.

Тем не менее, вскоре демоны начали теснить «нашёптышей» вверх по склону. Я видел, как первые ряды моих воинов отступают, как они рассыпаются под ударами щёлкающих клешнями качургов, появившихся в толпе. «Нашёптыши» уже гибли быстрее, чем я успевал создавать новых. Но я не останавливался. Шептал, собирал силу, создавал – и снова по кругу. Моих воинов становилось всё больше. И они вновь окружали холм плотным кольцом, не давая орде прорваться.

Продвижение демонов замедлилось. Они ещё лезли, ещё давили, но теперь не настолько уверенно. Битва вошла в равновесие: никто никого не теснил. Мы стояли, как две стены, и между нами кипела смерть.

– Ферт, – позвал я. – Можешь ударить «волной холодного света»? Но бережливо. Нам ещё до утра держаться.

Ферт не ответил, но я почувствовал, как он собирает силу. А вскоре услышал его хриплое бормотание. Через мгновение внизу прокатилась «волна холодного света». Одна с одной стороны холма, вторая – с другой.

Волны катили по рядам демонов, сбивая с них броню, ослабляя, заставляя замедляться. Ахалги прямо на лету превращались в чёрный песок. Мои песчаные воины воспользовались этим и начали теснить орду. Я видел, как гухулы падают, как рассыпаются песчаные люди, как отступают дуары. А я пользовался шансом: создавал новых и новых «нашёптанных» бойцов.

– Хватит, – сказал Ферту, заметив, что тот увлёкся. – Спасибо. Побереги силы.

Он послушался, прекратил шептать. Его усилий хватило, чтобы мои воины отбросили демонов на несколько драгоценных шагов. Равновесие качнулось в нашу пользу.

К концу ночи, когда тьма стала гуще, на поле появились новые фигуры. Бурусы. Великанов было трое, и они шли медленно, возвышаясь над толпой, как движущиеся холмы. За ними вновь потянулись качурги: их клешни взрывали землю, разбрасывая моих воинов в стороны. А следом – ровные коробочки дуаров, между которыми мелькали исаи – тощие твари с саблями вместо рук. Орда выставила на поле организованное подкрепление.

Мои песчаные воины начали гибнуть быстрее. Бурусы сминали их целыми отрядами, качурги рвали на части, исаи рубили. Я создавал новых, но их становилось всё меньше. Кольцо прогибалось.

– Ферт! – крикнул я. – Помоги! Бей по крупным! По бурусам!

Ферт не заставил себя ждать. «Волна холодного света» ударила по ближайшему бурусу, и тот замедлился, споткнулся, из многочисленных прорех посыпался чёрный песок. Качурги ярились, но отступали. Мои воины воспряли и снова начали давить.

Ночь, между тем, вступила в последнюю треть. Над равниной неслись необычные звуки. Скрежет когтей, хруст песка, звуки ударов, топот ног. При этом не было ни вскрика, ни рёва – выглядело жутковато. Я по-прежнему сидел на вершине холма, скрестив ноги, и шептал. Горло уже саднило от извлекаемых звуков. Я чувствовал, как сила течёт сквозь меня, как песок у подножия холма оживает и поднимается, образуя смутно похожие на людей фигуры.

И, тем не менее, кольцо песчаных воинов сжималось. Демоны давили со всех сторон. Гухулы лезли по телам своих же убитых, песчаные люди перетекали через моих «нашёптышей», как вода через плотину. Качурги пробивали бреши в строю. Исаи наскакивали, рубили стремительно и так же стремительно отходили, избегая ударов.

Мои воины гибли. Я чувствовал это каждой частицей. Их песчаные тела рассыпались, и я терял часть своей силы. Однако тут же собирал её снова – из убитых демонов, из чёрного песка, который устилал поле, ставшее полем боя. Я создавал новых кривобоких защитников, десятками, сотнями. Они рождались из земли, вставали в строй и сразу шли в последний бой.

Первый бурус добрался до склона. Он шёл напролом, сминая моих воинов, как сухую траву. Я видел, как он заносит огромный кулак, чтобы обрушить его на строй, и понимал, что если он ударит, кольцо защитников развалится. Однако Ферт успел накрыть его «волной холодного света». Гигант замер, пошатнулся. Его кулак размером с сарай застыл в воздухе. А затем великан покачнулся, и его тело, ставшее от света хрупким, рассыпалось. Гора песка рухнула на демонов, погребая под собой десятки тварей.

Второй бурус прорвался с другой стороны. Саший вскинул руки и зашептал. Воздух вокруг буруса закрутился, и в этом вихре заплясали тысячи ледяных игл. Они впивались в песчаную плоть, рвали её и резали, не зная жалости. Бурус заметался, дёрнулся и начал оседать. Его нога подломилась, и он рухнул на склон, подминая под себя качургов. Ледяные иглы продолжали терзать его, пока он не рассыпался горой песка.

Третий бурус остановился: завяз в плотном строю мою «нашёптышей». Я видел, как он стоит на месте, будто над чем-то впервые в жизни раздумывая. А на самом деле, ему просто не давали двинуть ногой. Мои песчаные воины облепили великана со всех сторон, как насекомые. Одни карабкались по его бокам, вгрызаясь оружием в плоть, а другие усердно подрубали ноги, будто дровосеки – ствол гигантского древа. Бурус попытался сбросить их, раскидать в стороны, но «нашёптышей» было слишком много. Не прошло и двух чаш, как великан рухнул, а вскоре тоже рассыпался песком.

И не он один. Гибли под «волнами холодного света» исаи. Умирали под ударами дуары. И в какой-то момент ряды демонов дрогнули. Мои воины теснили их, шаг за шагом, отвоёвывая подножие холма. Ферт бил волнами холодного света. Каждая волна прокатывалась по полю, и в ряды ослабленных врагов сразу врубали «нашёптыши». Саший метал ледяные вихри, которые рвали демонических тварей на части. Я шептал, и песчаные воины вставали снова и снова.

А потом наступил последний натиск. Демоны ударили всей массой, стремясь прорвать кольцо и добраться до нас. Мои воины вновь стали гибнуть быстрее, чем я их создавал. Кольцо обороны опять начало сжиматься, словно ошейник на горле раба. Но мы держались, пусть и из последних сил. И пусть ряды моих «нашёптышей» редели, однако небо на востоке уже серело.

Сначала это была едва заметная полоса, затем она стала шире, светлее. Первые лучи солнца вырвались из-за горизонта. Враги начали разбегаться в поиске укрытий.

Демоны, что были ближе всех к «нашёптышам», продолжали отчаянный бой. Застигнутые светом на открытой равнине, они быстро погибли один за другим.

Бой закончился. Но я по-прежнему сидел на вершине холма. Надо было сделать ещё одно дело. Я собирал остатки жизненной силы, которая пока витала в воздухе – от убитых демонов, от павших воинов – и создал новых песчаных воинов.

Ферт, отдышавшись, сел и начал нашёптывать песок, превращая его в Порошок Солнца. Саший прошёл по полю, поджигая трупы, оставшиеся от гухулов. Огонь занимался быстро, и вскоре над равниной поднялись десятки дымных столбов.

Я смотрел на это, и во мне не было ни радости, ни гордости. Только усталость. Мы выжили. Простояли ночь. Значит, проживём ещё один день. А впереди ждала следующая ночь, и я знал, что она вряд ли будет такой же. Вероятно, в разы сложнее. Орда всё ещё подтягивалась с востока.

Мой долг был остановить её здесь. У безымянной гряды холмов.

Мы все устали. А выбора не было.

Обещание надо выполнять. До тех пор, пока это будет в моих силах.