Текст книги "Военная книга"
Автор книги: Л. Савельев
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 22 страниц)
ДОНЕСЕНИЕ РАЗВЕДЧИКА РЯБИНИНА
Смысл донесения должен быть скрыт от неприятеля, непонятен ему. Но тому, кому адресовано донесение, его смысл должен быть, конечно, вполне понятен.
Это значит: донесение надо писать ясно и точно...
«Доношу вам, что австрийские войска вчера слезли с вагона и направились на место Голубово, так что на Голубове стоит артиллерия германская и уланы и австрийские войска. На север там же неприятельская артиллерия, кавалерия и пехота. Прошу дать знать нашей дивизии и полку, в котором я существую, Имеретинский 157 пех… полк 1 рота разведчик Даниил Рябинин».
Это донесение 19 августа 1914 года привез в штаб русской 27-й пехотной дивизии какой-то кавалерист. Он получил донесение от пехотинца, производившего разведку на реке Роминте.
В это время наша 27-я пехотная дивизия располагалась на отдых после длинного перехода.
Ничто не говорило об опасности, о близости крупных неприятельских сил, – ничто, кроме этой записки.
Но что можно было почерпнуть из донесения разведчика Даниила Рябинина?
Действие происходило в Восточной Пруссии, во время наступления русской армии в начале мировой войны 1914–1918 годов. Местечка Голубово, как ни искали его, на карте не нашли. Только после боя догадались, что Рябинин перепутал название: то, что он называл «место Голубово», было на самом деле немецкий город Гумбинен.
Австрийских войск тоже не могло оказаться в это время в Восточной Пруссии, – значит, было перепутано и это сведение. Где именно и много ли неприятельских сил расположено в районе этого «Голубова», какая там артиллерия, легкая или тяжелая, – из донесения узнать было нельзя. А то, что там вообще были неприятельские войска, это известно было и без рябининского донесения. И выходит, что донесение не принесло никакой пользы, – в штабе 27-й дивизии прочли его да и пришили к делу.
А на самом деле происходило вот что.
Против русской 27-й пехотной дивизии противник скрытно сосредоточил около города Гумбинена огромные силы, готовясь нанести нашей дивизии внезапный удар. Немецкие войска втрое превосходили по численности русскую дивизию да еще имели тяжелую артиллерию, которой у 27-й дивизии не было вовсе.
Храбрый и искусный разведчик Рябинин сумел во-время пробраться в тыл к неприятелю и все это высмотреть; он понимал, как важно поскорее известить своих о замыслах врага. Он написал донесение, уговорил случайно встреченного кавалериста поскорее доставить это донесение в штаб дивизии.
Но вся его героическая работа пропала даром: он не сумел правильно составить донесение, сообщить толково о том, что он видел.
Если бы Рябинин с храбростью и искусством соединял еще и грамотность и владел бы военным языком, донесение его выглядело бы, наверное, так:
«Вчера 18.8.14 на станциях западнее Гумбинена выгрузились большие силы противника, которые сосредоточились в районе Гумбинена и севернее 8—10 км: шесть-восемь полков пехоты, не менее двух пол ков конницы, значительное количество артиллерии, в том числе тяжелой».
Какую огромную пользу принесло бы такое донесение! 27-я дивизия приготовилась бы заранее к встрече неприятеля, превосходящего ее силами, вырыла бы окопы, подготовила огонь своей артиллерии.
Правда, эта дивизия дралась 20 августа – в день боя у Гумбинена – героически: она разбила шесть немецких полков, захватила более тысячи пленных, много неприятельских орудий, винтовок, пулеметов.
Она победила неприятеля. Но при этом она и сама понесла большие потери – 970 человек убитыми и ранеными.
А если б донесение Рябинина было составлено точнее и толковее, если б можно было понять его важный смысл, – дивизия успела бы хорошо подготовиться к встрече врага, тогда потери были бы раза в три-четыре меньше.
Донесение сохранило бы шестьсот-семьсот человеческих жизней!
ВОЕННЫЕ СХЕМЫ
Представьте себе, что вы посланы вместе с отрядом бойцов в разведку. Вы идете к железнодорожной станции, которая называется, скажем, Кувырино. Не доходя до нее, вы замечаете рощу, а в роще обнаруживаете противника. Вы решаете окружить его и уничтожить.
Обо всем этом надо сейчас же сообщить нашему командованию.
Но тут встает неожиданное затруднение. Если начать описывать подробно, в какой именно части рощи укрылся противник, как расположил он свои силы, какими путями пройдут наши разведчики, – так придется написать целое сочинение, на это уйдет слишком много времени-
А если не сообщить обо всем этом, то донесение потеряет всю свою ценность, с ним случится то же, что случилось с донесением Рябинина.
Как же быть?
То, что трудно описать, бывает часто легко зарисовать. Попробуйте, например, описать расположение комнат в вашей квартире, их размеры, где проходит коридор, где находятся двери, окна, печи. Описывать это и долго и трудно. А если вы нарисуете план квартиры или схему, это займет мало времени и будет каждому понятно с первого взгляда.
Схема военного донесения.
Так же поступите вы и в этом случае: вы нарисуете схему и приложите ее к донесению.
Расположение своих войск всегда чертят на схеме красным карандашом, а неприятельские войска – синим карандашом. Окопы, проволочные заграждения, фугасы и другие инженерные сооружения чертят черным карандашом.
На схеме видны еще четыре значка:
треугольник △, скобочка с черточкой у, полукруг, перечеркнутый черточкой, и коротенькая стрелка |. Что они значат?
Это поймет тот, кто знает таблицу военных значков. Ее стоит изучить каждому. Тот, кто ее запомнил, без труда сумеет нарисовать и прочитать любую военную схему.
Вот таблица, в которую включены самые употребительные значки:
Теперь вы знаете азбуку военных схем и донесений. Попробуйте разобрать, что нарисовано на этой схеме.
Здесь описан целый небольшой бой.
Вы видите, какое длинное потребовалось описание, чтобы изложить то, что несколькими штрихами изображено на схеме. Словами и писать дольше, и наглядности нет. Схема же рассказывает просто и наглядно все, что случилось.
ВОЕННАЯ СОБАКА
Бывают такие случаи: надо непременно доставить срочное донесение. А бой такой жаркий, что человеку с донесением никак не дойти: его на пути подстрелит враг. В этих случаях выручает собака: она служит прекрасным посыльным.
Для военной службы годится, однако, не всякая собака. Умнее других и легче научаются всему, чего от них требуют, овчарки. Учат их в особых питомниках год или даже два года. И начинают учить очень рано:, когда щенку всего несколько месяцев.
Военные собаки бывают разных специальностей: сторожа, санитары, связисты.
Сторожевая собака становится на пост вместе с часовым. Слух и чутье у нее лучше, чем у человека. Поэтому собака для часового – незаменимый помощник: она не пропустит нарушителя границы, врага, злоумышленника.
Собаке-санитару привешивают на спину мешочки с бинтами. Собака бегает по полю, отыскивает раненых. Остановившись около раненого, она ждет, пока он возьмет от нее бинты. После этого она бежит к санитару и ведет его туда, где лежит раненый.
Эти собаки находят раненых, которые лежат в самых неприметных местах, где-нибудь в кустах или в овраге, и уже не в силах подать голоса. Если бы не собака, пожалуй, и не найти такого раненого, так и погиб бы он одиноко в глухом месте, не дождавшись помощи!
Военная собака – помощник бойца.
Собака-связист носит маленький кошелек на ошейнике. В него кладут донесение.
Бегает собака очень быстро. Расстояние в пять километров самый лучший бегун, чемпион бега, пробежит – в одних трусиках – за четырнадцать минут. Бойцу в полном снаряжении понадобится на это минут тридцать пять – сорок. А собака пробежит это расстояние меньше чем за десять минут.
Человек не умеет бегать ползком. Ползать он может только медленно, а для того, чтобы бежать, ему надо подняться во весь рост. Собака же ползет очень быстро. Да если она и не ползет, а бежит, все равно заметить ее среди кустов и кочек трудно: она низкая, легко укроется от глаз неприятеля.
Поэтому собака и может доставить донесение тогда, когда человеку это никак бы не удалось.
ПОЧТОВЫЙ ГОЛУБЬ
Лет двадцать назад в Японии произошло очень сильное землетрясение. Многие дома обвалились, начались страшные пожары. Почти все радиостанции были разрушены, телефонные и телеграфные провода порвались, на дорогах появились широкие трещины, поезда не шли.
Надо было как можно скорее узнать, что делается в стране, какие города пострадали больше, какие меньше, куда посылать помощь.
Но как это узнать? Ни почта, ни телеграф, ни телефон, ни радио не действуют!
Тогда стали посылать известия с почтовыми голубями. Маленькие летающие почтальоны доставляли написанные на папиросной бумаге письма из одного города в другой...
Война похожа на землетрясение. Во время боя тоже разрушаются радиостанции, рвутся провода, дороги становятся непроходимыми. Поэтому и на войне часто пользуются голубиной почтой.
Иногда ничего другого и не сделаешь. Из крепости, например, окруженной со всех сторон неприятелем, не то что человеку, а даже собаке не выбраться: ее сейчас же перехватит неприятель. А голубь – птица небольшая, незаметная. Подстрелить его в воздухе нелегко. И мчится он очень быстро: с быстротой поезда.
Вот как отправляют «голубеграмму»: к ножке голубя прикреплена! тоненькая трубочка, в нее вкладывают записку. Потом голубя выпускают. И он летит прямо к себе домой, в свою голубятню.
Когда он прилетит домой, «голубеграмму» вынимают из трубочки и прочитывают ее.
Почтовый голубь.
ГОЛУБЬ-ПАРАШЮТИСТ
Кто бы мог предположить это: голубь, спускающийся на парашюте! А между тем это не выдумка: во время мировой войны голубям, действительно, приходилось иногда спускаться на парашюте...
С самого начала мировой войны 1914–1918 годов Бельгия была захвачена германскими войсками. Германское командование устроило тут военные склады, перевозило по бельгийским железным дорогам свои войска, использовало Бельгию как самое удобное место для подготовки Наступления на Францию.
Конечно, французскому командованию было очень важно проникнуть в тайны врага, узнать, что делается в Бельгии. Для этого нужно было послать французских лазутчиков в Бельгию. Но никакой шпион или лазутчик не мог туда пробраться.
Фронт, полоса смерти, отрезал Бельгию от Франции. А вдоль бельгийско-голландской границы выстроили немцы бесконечный забор из колючей проволоки. Часовые с заряженными ружьями дежурили тут. Да еще, на всякий случай, по проволоке пущен был смертельный электрический ток в пять тысяч вольт. Ни пешком, ни на автомобиле нельзя было проникнуть в Бельгию. Тогда французы стали думать: человек не может пробраться в Бельгию, но зато туда может перелететь птица. Нельзя ли использовать голубя как лазутчика?
Ведь почтовый голубь, куда бы его ни отвезли, найдет дорогу домой и прямым путем вернется в свою голубятню.
Но как отвезти незаметно голубей в Бельгию? Решили привязывать ящики с голубями к маленьким воздушным шарам; шары понесет попутным ветром из Франции в Бельгию. А как сделать, чтобы шар не носился без конца в небе, пока голубь в ящике не умрет с голоду? Приделали к шару часовой механизм, который через несколько часов перерезал веревку, связывающую ящик с шаром.
Но тут встали новые препятствия. Как сделать, чтобы голубь не разбился при падении ящика на землю? Чтобы он не вырвался на свободу раньше времени? Чтобы его не съела кошка или собака? И, главное, как сделать, чтобы голубь выполнил свою роль лазутчика и вернулся. со сведениями домой?
Вместо того чтобы объяснять все это, мы расскажем то, что случилось на самом деле.
Восьмого августа 1916 года Клери Ламбо, маленькая девочка-бельгийка из Восточной Фландрии, работала с самого утра в огороде. Она сидела на корточках перед грядкой и выпалывала сорную траву. Клери была очень грустна: как раз сегодня исполнилось два года, как отец ее погиб в сражении. Больше у нее никого не осталось, кроме брата. Но брат в самом начале войны ушел во Францию, и вот уже два года как от него нет известий. Наверное, его уже нет в живых.
«Скоро ли кончится война?» думала девочка. Слезы застилали ей глаза, и она уже плохо видела, что она вырывает, сорную траву или овощи.
Но вот девочка подняла голову и видит: над землей плывет по ветру маленький воздушный шар. К нему что-то привешено, но что – не разглядеть. Только не корзина с воздухоплавателем. Шар такой крохотный, ему не поднять человека. Вдруг то, что привешено к шару, отрывается и летит темным пятнышком вниз. Оно не успевает достичь земли, как над ним развертывается зонтик. Падение сразу замедляется, и пятнышко с зонтиком плывет теперь по синеве неба медленно вниз, точно большой распустившийся цветок.
Клери Ламбо не выдерживает. Она вскакивает и бежит туда, где упало пятнышко. Она бежит изо всех сил, прямо по грядам; косичка ее болтается по ветру. Она добегает и видит: на земле лежит ящичек, набитый конским волосом. За решеткой ящика, – наверное, чтобы кошки не съели, – сидит, точно преступник в тюрьме, сам небесный путешественник. Испуганно смотрит он на девочку своими красными глазами и воркует. На ящике надпись: «Прошу открыть!»
Голубь спускается на парашюте.
Клери открывает ящичек, находит в нем спички, чистую бумагу, карандаш и записку. «Сожгите сейчас же парашют, накормите и напоите голубя», так начинается записка. Потом идет перечень вопросов. А в конце крупными буквами: «Если вы хотите, чтобы война кончилась скорей и германская армия ушла с бельгийской земли, ответьте на все вопросы, – подписываться не надо, – вложите бумагу в трубочку на ноге голубя и отпустите его».
Девочка еще слишком мала, чтобы понять, как в действительности надо кончить войну. Она верит тому, что сказано' bi записке. Осторожно осматривается она кругом. Потом подносит зажженную спичку к парашюту. Он вспыхивает, через секунду от него остается только горстка пепла. Клери несет голубя на груди домой, наливает воды в блюдце, насыпает на пол хлебных крошек, крупы. А сама садится за стол, слюнит карандаш и отвечает аккуратно на все вопросы. Это всё вопросы о германских войсках: какой полк стоит в их деревне, в какую сторону отправляют напруженные снарядами поезда, и еще много других вопросов.
Пока она пишет, голубь прохаживается по комнате, хлопает крыльями, чистит клюв. На ноге у него тоненькое колечко с надписью «118-14-А».
Через два часа Клери Ламбо открывает окошко и выпускает голубя. Он взвивается и пропадает в синем небе. Он летит быстро, километр в минуту. Он летит все время прямо, не сбиваясь с пути, точно в голове у него спрятан маленький компас.
Голубь не знает, что внизу у людей идет война. Не понимает, что значат дымки, разрывающиеся в воздухе, и раскаты, похожие на гром. Он летит все время прямо – домой. И все время свистит при полете от напора воздуха спрятанный у голубя в хвосте свисток. Голубь так привык к этому свисту, что не замечает его. Он не догадывается, что этот свист спасает его от дрессированных соколов, которых завела германская армия специально для истребления почтовых голубей.
Голубь не знает, что в любую минуту случайная пуля или осколок снаряда может прервать его жизнь...
Голубь «118-14-А» прилетел домой 8 августа 1916 года к вечеру. Входя в свое гнездо, он раздвинул качающиеся прутья, и от этого раздался звонок.
– Посмотрим, какие новости, – сказал француз-голубевод своему товарищу и подошел к клетке. Через минуту он вернулся огорченный.
– Послушай, Ламбо, – сказал голубевод своему товарищу, – 118-14-А придется вычеркнуть из списка: глаз голубя выбит, вся голова в запекшейся крови. А записка цела. Смотри, вот она. Писал, наверное, ребенок. Буквы кривые, много ошибок.
Молодой солдат прочел записку и задумался.
– Из Восточной Фландрии. У меня там осталась сестричка, – сказал он. – Сейчас ей должно быть уже двенадцать лет. Только вряд ли она жива...
Голубь «118-14-А» лежал наутро в своем гнезде на боку, вытянув ноги, без дыхания.
ФРОНТ, ФЛАНГ, ТЫЛ
Вы начали читать эту книгу и уже встретили такие слова, смысл которых не вполне ясен. Эти слова: фронт, фланг, тыл. Вот что они значат.
Та сторона, куда обращены бойцы лицом, – это фронт. А та, к которой они повернуты спиной, – тыл. По правую руку находится правый фланг, по левую – левый.
Бойцам, конечно, удобнее всего действовать в сторону фронта. Отражать удар во фланг не так удобно, приходится стрелять друг через друга, можно (нечаянно попасть в своих.
Еще хуже, если неприятель сумеет выйти в тыл: оттуда, с тыла, везут в армию продовольствие, патроны, снаряды. Неприятель перережет пути, по которым везут все это; в армии начнется голод, нехватка снарядов и патронов.
Поэтому-то и стараются обычно обойти противника, напасть на него с фланга или с тыла.
А еще лучше – напасть сразу с обоих флангов и с тыла; то есть окружить противника со всех сторон. Тогда ему придется совсем туго: помощи он не может получить ниоткуда, кроме как с воздуха, от своих самолетов, – отбиваться приходится зараз на все стороны, только поспевай.
для того чтобы занять выгодное положение и как можно сильнее стеснить противника, войскам приходится передвигаться с боем. Такое боевое передвижение называется маневром.
Чаще всего стараются выполнить такой маневр: обойти, охватить противника с фланга, выйти ему в тыл.
Именно этот маневр сумела совершить Красная армия в 1939 году, когда ей пришлось сражаться с врагами, напавшими на нашу родину.
Для того чтобы избежать обхода и охвата, обороняющаяся армия старается стать так, чтобы ее фланги упирались в непроходимую местность: в болота или в море, или в высокие горы.
В таких случаях приходится нападать спереди, – атаковать с фронта, – чтобы сначала прорваться сквозь расположение противника, а после этого все-таки выйти ему в тыл. Это называется – прорыв.
Прорываться почти всегда бывает трудно, и этот маневр требует долгой подготовки.
В истории Красной армии были, однако, и такие случаи, когда-противник упирал свои фланги в море, так что казалось – обойти его никак нельзя, можно только прорываться. А Красная армия все-таки находила способ, как обойти противника.
Так был взят, например, Перекоп.
ПЕРЕХОД ЧЕРЕЗ СИВАШ
В 1920 году в Крыму заперлась белая армия барона Врангеля. Своими укреплениями белые перегородили узкий перешеек, соединяющий Крым с остальной страной. За этими укреплениями они чувствовали себя в безопасности. Через перешеек – считали они – Красной армии теперь не прорваться. А другого удобного пути в Крым нет: и справа и слева вода – Черное море и залив Сиваш.
30 октября Врангель сам осмотрел укрепления. «Отныне, – сказал он после осмотра, – Крым для врага неприступен!»
А ровно через неделю командовавший нашими войсками товарищ Фрунзе отдал приказ:
Взять Крым!
И красноармейцы двинулись на штурм. Но двинулись они не той дорогой, на которой ждали их белые. Они пошли таким путем, какой не обозначен ни на одной карте.
Осень в Крыму стояла тогда холодная и на редкость сухая. К тому же много дней подряд дул ветер, отгонявший воду Сиваша к востоку. Сиваш стал мелеть. Там, где, судя по карте, простиралось море, сейчас тянулось узкой полосой обнажившееся дно.
Фрунзе решил провести свои войска по морскому дну в тыл неприятельским укреплениям. В ночь на 8 сентября, когда стемнело, наши войска спустились с берега и двинулись по дну.
В темноте и тишине шли бойцы. Ни одного громкого слова. Ни разу не чиркнула во мраке спичка. Ведь если бы враг заметил их в пути, никто бы из красноармейцев не уцелел: на голом, гладком дне не укрыться от пуль, не окопаться.
Только осторожный шорох тысяч ног, только всплески жидкой грязи! Точно армия теней переправлялась на тот берег, пересекала широкую котловину, по которой еще недавно катил свои волны Сиваш.
А оттуда, с берега, где засели враги, то и дело протягивались лучи прожекторов, разрезали над головой мрак и быстро убегали дальше. Иногда высоко в беззвездное небо взлетала ракета, повисала на миг огненным грибом и, медленно осыпаясь, погасая на лету, падала вниз. Ночь то освещалась бледным, тревожным светом, то вновь становилась совсем черной.
Люди шли и шли. Уже передние отряды красных достигли тога берега, а задние еще только приближались к середине Сиваша, не прошли еще и половины пути.
Море догоняло бойцов.
И вдруг красноармейцы, которые шагали еще по дну, заметили слева, среди густого мрака, какую-то светлую полосу; она как будто росла, приближалась и становилась все шире.
Это шла вода: ветер изменил направление и гнал теперь воду назад, наперерез отрядам. Бесшумно и безостановочно море заливало дно.
Море догоняло бойцов. Уже ноги их хлюпали в воде, уже орудия стали увязать в грязи. То и дело люди и лошади проваливались в глубокие, незаметные под водой ямы. Ступит в нее всадник и сразу пропадет вместе с конем, уже не вынырнуть ему из топи.
С каждой минутой вода все прибывала.
Что было делать? Повернуть назад, бежать от воды?
Но ведь там впереди, в темноте, передовые красные отряды вступили на крымский берег, начали неравный бой. Путь назад для них отрезан. Нельзя покинуть их в такой опасный момент. Надо им помочь. И, значит, надо итти вперед!
Бойцы двинулись дальше. Они только отклонились немного от прежнего пути и пошли неизведанными местами, где как будто было мельче.
Быстро шли красноармейцы: за ними по пятам гналась вода!
По счастью, они нашли верное направление. И когда последний красноармеец выбрался из камышей на тот берег, позади за ним расстилалась уже ровная и широкая гладь моря.
Так 15-я и 52-я дивизии перешли Сиваш и ударили в тыл белым.
В это же самое время наша 51-я дивизия пошла штурмовать укрепления белых с суши, в лоб.
Белые не выдержали неожиданного двойного удара – и с фронта и с тыла. Они дрогнули. Красная армия ворвалась в Крым и разгромила белых.
