Текст книги "Фиктивная невеста дракона, или Ходячий кошмар свекрови-тирана (СИ)"

Автор книги: Ксения Винтер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 15 страниц)

Не факт, конечно, что слова Малвэйн касаются и её сыновей, а не только меня, но немного понагнетать обстановку лишним точно не будет.

– Что-то матушка совсем разошлась, – заметил Стефан, соизволивший выйти из моей комнаты и показать себя людям.

Выглядел он всё ещё помятым и всклокоченным, да и одет был в пижаму, так что ни у кого не могло возникнуть сомнений, что он именно ночевал у меня, а не просто рано проснулся и заглянул проведать.

Бернард смерил брата крайне неприязненным взглядом.

– Лично я не для того брал отпуск, чтобы вставать с первыми петухами, – заявил он. – Так что не знаю, как вы двое, а я собираюсь вернуться в свою постель и доспать ещё хотя бы пару часов.

– Отличная мысль, – одобрительно кивнула я. – Пожалуй, я тоже так поступлю.

– Матушка будет в ярости, – заметил Стефан.

– Что ты предпочтёшь: иметь дело со злой матерью или с невыспавшейся мной? – поинтересовалась я, наградив Стефана весьма красноречивым взглядом.

– Я бы не хотел остаться без завтрака, – попытался зайти он с другой стороны.

Я на это лишь пренебрежительно фыркнула.

– Не боись, голодным не оставлю, – заверила я его и бесцеремонно втолкнула обратно в комнату.

– А меня накормите? – с усмешкой поинтересовался Бернард.

– Если будете себя хорошо вести.

– Обещаю быть самым хорошим мальчиком на свете и приносить тапочки по первому вашему требованию! – бодро заявил Бернард, на что я лишь рассмеялась.

– Вот только дурно воспитанной псины мне ещё и не хватает, – весело фыркнула я. – Но если в нашем с леди Малвэйн противостоянии вы займёте мою сторону, обещаю не дать вам пасть голодной смертью.

– С удовольствием поддержу любое ваше начинание, – с улыбкой заверил меня Бернард. – Особенно в деле доведения матушки до белого каления.

– Вот и отлично, – кивнула я. – В таком случае, увидимся в десять часов на кухне.

После чего вернулась в комнату, удовлетворённо подумав:

«Посмотрим, леди Малвэйн, как вы запоёте, когда ваше собственное оружие обернётся против вас».

Мне бы очень хотелось увидеть лицом мадам, когда на завтрак к ней никто не спустится. Уверена, это будет незабываемое зрелище.

Главное в войне – найти правильных союзников

Я догадывалась, что леди Малвэйн так просто не сдастся, поэтому не стала торопиться укладываться обратно спать. Напротив, я умылась, переоделась и причесалась, чтобы в случае чего встретить врага во всеоружии.

Так что я совершенно не удивилась, когда в половине восьмого в комнате, расположенной над моей спальней, внезапно начали передвигать какую-то мебель, громко скрепя ножками по паркету.

«И не жалко ведь ей, – мысленно посетовала я. – Потом пол придётся менять…»

Воистину, леди Малвэйн оказалась крайне целеустремлённой женщиной.

В пору было даже ей восхититься.

«Ладно, сделаем вид, что меня проняло, – решила я сменить тактику. – Посмотрим, как она отпразднует свою победу».

Когда я вышла из спальни в гостиную, то обнаружила, что Стефан тоже не спал: он неподвижно сидел на диване, подогнув ноги под себя, и с каким-то непонятным отчаяньем смотрел на дверь, ведущую в коридор.

– Ты ведь понимаешь, что я тебя здесь в заложниках не держу? – поинтересовалась я, несколько удивлённая подобной пантомимой. – Ты ведь не мой раб, в самом-то деле, и даже не настоящий жених, чтобы опасаться обидеть меня неосторожным словом или действием. Так что ты волен поступать так, как считаешь нужным.

– А ты после этого будешь считать меня бесхребетным тюфяком? – с горечью уточнил Стефан.

– Я уже тебя им считаю, – заверила я его. – И что с того? Главное, что Агату в тебе всё устраивает. А на моё мнение тебе должно быть плевать с высокой колокольни.

Стефан недоверчиво посмотрел на меня.

– Но ты ведь сказала, что если я не буду поддерживать тебя в борьбе с матушкой, ты превратишь мою жизнь в кошмар.

Я лишь укоризненно покачала головой и смерила Стефана уничижительным взглядом.

– Заняться мне больше нечем, кроме как тратить свою жизнь на то, чтобы испортить твою, – пренебрежительно фыркнула я. – Так что можешь не трястись и бежать к своей драгоценной мамочке, раз тебе так хочется. А я продолжу выполнять свою работу, ради которой ты меня сюда и притащил.

Стефан благодарно кивнул мне и поспешно выскочил за дверь.

Я же обречённо вздохнула: похоже, Бернард оказался совершенно прав в своих предсказаниях, и вскоре мой “жених” вернётся под юбку к своей матери.

Жалобный скрип перетаскиваемой мебели всё ещё продолжался, так что первым делом я поднялась на этаж выше, чтобы даровать вольную бедолагам, которым пришлось исполнять приказ своей госпожи.

Бедолагами оказался давешний дворецкий и пара лакеев в малиновых ливреях – все трое в данный момент были заняты тем, что мучительно медленно, буквально обливаясь потом, перетаскивали огромный рояль из одного угла комнаты в другой.

– Доброе утро, господа, – бодро поприветствовала я прислугу. – Можете прекращать эту пытку: я прямо сейчас явлюсь под светлы очи леди Малвэйн и принесу ей свои извинения за то, что ослушалась её завуалированного приказа и не явилась вовремя на завтрак.

– Боюсь, барышня, мы не можем прекратить, – тяжело дыша, с сожалением ответил дворецкий. – Приказ хозяйки должен быть исполнен точь-в-точь, иначе нас ждёт наказание.

– И каков именно был её приказ? – уточнила я.

– Переставить книжный шкаф к окну, рояль переместить к стене возле двери, а диван передвинуть в центр комнаты, – ответил он.

Я окинула взглядом обстановку и поняла, что леди Малвэйн заставила своих слуг поменять местами всю мебель, а они пока едва сумели дотащить шкаф до предназначенного ему места, а теперь пытаются то же самое проделать с роялем.

– Что ж, учитывая, что именно я, пусть и совершенно невольно, стала причиной столь издевательского приказа, полагаю, будет справедливо, если я помогу вам его исполнить.

Я вскинула руки вверх и взмахнула ими, точно дирижёр, управляющий оркестром. И тут же вся мебель оторвалась от пола на пару сантиметров и, паря в воздухе, медленно поплыла в нужную сторону, подчиняясь моей воле.

Лакеи не смогли удержать восхищённых вздохов, а во взгляде дворецкого отразилась смесь восторга и уважения.

– Впредь, если леди Малвэйн станет давать кому-либо из прислуги чрезмерно тяжёлые задания, сразу идите ко мне, – распорядилась я, за пять минут выполнив работу, на которую у этих троих наверняка ушёл бы минимум час, а то и не один. – Однако я бы предпочла, чтобы о моих талантах ваша хозяйка до поры до времени не узнала.

Лакеи обменялись настороженными взглядами.

Я понимаю, что в некоторой степени подбиваю их на своеобразную измену. Но раз уж от Стефана особой пользы в борьбе с Малвэйн нет, мне нужно искать союзников в другом месте. Так почему бы не среди прислуги?

Если Малвэйн такая, как её описала Агата (а я склонна доверять оценке подруги), слуги должны иметь на неё зуб.

Осталось только немножко подтолкнуть их к верному решению.

– Леди Малвэйн не всегда будет вашей хозяйкой, – как бы между прочим заметила я и многозначительно покрутила обручальное колечко, с которым Агате пришлось расстаться на время моего актёрского дебюта. – Стефан женится, и власть в доме вполне может смениться.

В глазах дворецкого вспыхнуло понимание, и он отвесил мне глубокий поклон со словами:

– Мы с радостью во всём будем помогать невесте лорда Стефана.

«Вот и чудненько, – подумала я, мысленно удовлетворённо потирая руками. – С такими помощниками я много дел смогу наделать. Но сначала надо провести разведку боем и выявить слабые места противника. А значит, сегодня придётся прикинуться хорошей девочкой. А вот завтра… – я усмехнулась. – Завтра я устрою леди Малвэйн весёлую жизнь».

Сбор информации

Леди Малвэйн обнаружилась в малой гостиной на втором этаже: она сидела на низеньком диванчике и с невозмутимым видом пила кофе из крохотной фарфоровой чашечки, а на круглом столике сбоку от неё стояла тарелка с круассанами.

– Миледи, – обратилась я к Малвэйн, старательно изображая раскаяние. – Я пришла извиниться перед вами и за вчерашний ужин, и за то, что не явилась вовремя на завтрак.

Мать Стефана смерила меня колючим взглядом.

– Не представляю, что мой сын в тебе нашёл, – неприязненно проговорила она. – Но раз уж он тебя привёл в наш дом, ты должна вести себя, как подобает его невесте, а не словно неотёсанная торговка с рынка.

«Торговки с рынка ведут себя поприличней некоторых, – раздражённо подумала я. – И точно не оскорбляют всех подряд».

– Вы совершенно правы, леди Малвэйн, – откликнулась я, не позволив и тени недовольства отразиться на лице. – Я только надеюсь, вы будете столь великодушно, что обучите меня правильному поведению?

В светло-карих глазах женщины вспыхнуло торжество.

– Разумеется, – надменно ответила она. – Об ином не может быть и речи. Я не позволю тебе своим поведением позорить нашу семью. – Она на мгновение задумалась. – Сегодня после обеда состоится первое занятие. – Она огляделась по сторонам. – Да, думаю, эта комната нам вполне подойдёт. А пока можешь идти.

И сделала выметающийся жест, будто отгоняла назойливую муху.

«Какая всё-таки противная мадам, – подумала я. – Мне даже жаль Стефана с Бернардом. Уверена, с сыновьями она ведёт себя ничуть не лучше, а возможно даже и хуже. Не зря же Стефан её так боится».

Поскольку прямо сейчас заниматься моей дрессировкой леди не пожелала, я решила устроить себе небольшую экскурсию по дому. И начала с кухни.

В конце концов, я же обещала Бернарду со Стефаном вкусный завтрак…

Кухня в поместье была большая и просторная, и здесь трудилась целых девять человек: улыбчивая бабушка-кухарка, три её дородных помощницы средних лет, пара посудомоек, два подростка-овощечиста и молоденькая девушка-уборщица, следившая за порядком и шустро убирающая всё просыпавшееся/пролившееся.

Вся честная компания (кроме бабушки-кухарки по имени Сиф, приехавшей с леди Малвэйн из её отчего дома, когда та только стала графиней Годард) были выходцами из ближайшей деревушки и отличались жизнерадостным нравом. А ещё, как и все деревенские, были крайне любопытны.

Так что моё появление на кухне не встретило никакого недовольства, а сама я тут же была засыпана многочисленными вопросами, на которые я старалась отвечать не очень многословно (чтобы не запутаться в собственном вранье), а заодно аккуратно задавала встречные вопросы.

– Вы, госпожа Габриэлла, на хозяйку нашу не обижайтесь, – попросила меня Сиф. – Характер у неё, конечно, не сахар, но она ведь не со зла это всё говорит и делает.

– Как же не со зла! – пренебрежительно бросила одна из её помощниц по имени Аглая. – Всех горничных постоянно до слёз доводит, властью своей упивается. Вечно ей всё неладно! То ваза на два миллиметра в сторону сдвинута, то шторы неровно висят, то ковёр перекосился. А уж как она к сыновьям своим всегда цеплялась! – Аглая укоризненно покачала головой. – Когда покойный граф ещё жив был, от миледи только и слышно было в сторону мальчиков: “не сутулься”, “сиди ровно”, “переоденься, не позорь меня” и всё в том же духе. Покойный граф когда предложил пойти в военную академию, господин Бернард аж вприпрыжку туда побежал, только бы от матери быть подальше. А вот Стефану здоровье не позволило, так он и остался при маменьке.

«Чего-то подобного следовало ожидать», – подумала я, внимательно прислушиваясь к словам кухарки.

– Даже удивительно, что господину Стефану при таком воспитании хватает смелости раз за разом в дом невесту приводить, – заметила посудомойщица Мэрит.

– Точно-точно! – поддержала её Аглая. – Знает ведь прекрасно, что леди Малвэйн невесту не одобрит, и всё равно раз за разом приводит в дом. Ой! – тут она спохватилась и испуганно посмотрела на меня. – Вы только не подумайте, Стефан он мальчик хороший и совсем не ветренный.

– Я понимаю, – заверила я её с мягкой улыбкой. – Не переживайте, я знаю, что далеко не первая невеста, которую Стефан привёл в дом.

«И далеко не последняя».

Похоже, таскать в дом неподходящих девиц – единственный способ Стефана протестовать против тирании матери.

Способ, надо признать, сомнительный. Но уже сам факт того, что Стефан это делает, говорит о том, что он не совсем пропащий и, при должной помощи, ещё сможет отлипнуть от маминой юбки и стать нормальным мужчиной.

«Похоже, работать тут придётся не только с леди Малвэйн, но и с её сыном, – обречённо подумала я. – Но чего только не сделаешь ради лучшей подруги».

Но сначала…

– Вы не будете возражать, если я время от времени буду использовать кухню в своих целях? – вежливо поинтересовалась я у кухарок. – Обещаю вам не мешать и оставлять после себя идеальный порядок!

– А вы ещё и готовить умеете? – удивилась Сиф.

– Конечно умею. Я ведь из простой семьи, у меня армии прислуги никогда не было.

Во взгляде присутствующих вспыхнуло уважение.

– Разумеется, госпожа Габриэлла, вы можете использовать кухню, когда захотите, – заверила меня Сиф.

– Можете звать меня просто Габи и на ты, – разрешила я и со смехом добавила. – Ну, какая из меня госпожа, право слово!

– Пока, возможно, и никакая, – раздался от двери насмешливый голос Бернарда. – Но как только станете супругой Стефана, то получите титул леди.

– И всё равно останусь просто Габи, – возразила я, удивившись, как это не заметила, что у моей беседы с кухонными работниками появился свидетель. – Вам таки не удалось снова заснуть?

– Моя мать бывает весьма настырной в достижении поставленной цели, – недовольно скривившись, признал Бернард. – А сегодня она, очевидно, поставила перед собой цель поднять всех на ноги в несусветную рань.

– Ну, раз уж вы всё равно не спите и явно хотите завтракать, помогайте! – бодро проговорила я и протянула Бернарду нож.

– Помогать? – растерянно переспросил Бернард, глядя на нож так, словно впервые в жизни его увидел.

– Разумеется. Уж порезать сосиски и помидоры для омлета вы точно в состоянии. А я пока поджарю хлеб для тостов.

Аглая хотела было что-то сказать – наверняка о том, что им за то и платят, чтобы они кормили господ, – однако мудрая Сиф лишь покачала головой и, сняв передник, протянула его мне.

– Продукты в кладовке, – сообщила мне она. – Понадобится помощь – зовите.

И чуть ли не силком вытолкнула всех коллег на улицу.

«На диво понятливая в этом доме прислуга, – оценила я. – С такими приятно иметь дело».

– А почему это помогаю готовить только я? – поинтересовался Бернард чуть обиженно. – Стефан разве завтракать не будет?

– Хорошая мысль, – кивнула я. – Сейчас мы пошлём кого-нибудь за вашим братом, пусть тоже мучается.

Братья

– Я не понимаю, я-то здесь зачем? – едва переступив порог кухни, начал бухтеть Стефан. – Если ты не хочешь сама готовить завтрак, попроси бабушку Сиф, она точно не откажется. И даже запрет матушки её не испугает.

– Юнгам право голоса не давали, – осадила я его. И вручила в руки нож и разделочную доску. – Садись и принеси пользу обществу: почисти, пожалуйста, одну луковицу и мелко её нарежь.

– Поздравляю, брат, ты сменил одного тирана на другого, – подколол его Бернард.

– Тебя спросить забыл!

– Конечно, забыл. А если бы спросил, я бы ответил, что тебе нужна девушка попроще.

– Так, господа, чур без поножовщины, – встряла я в медленно разгорающуюся ссору. – А то мне потом после вас ещё кухню от крови отмывать придётся.

– Никакой поножовщины, – заверил меня Бернард. – А то матушка такой вой поднимет, что её драгоценного мальчика обидели.

– Хватит меня называть мальчиком! – обиженно надулся Стефан. – Я уже давно не ребёнок.

– А я думал ребёнок, раз до сих пор цепляешься за мамину юбку и исполняешь любой её каприз.

– Говорит бесчувственный солдафон, который только и может, что отдавать приказы, но понятия не имеет о нормальных человеческих чувствах.

– Лучше уж быть бесчувственным солдафоном, чем размазнёй и нюней!

Стефан зло зарычал. А затем схватил из миски одно из яиц, которое я собиралась использовать для омлета, и швырнул его в голову Бернарда. Бернард, надо отдать ему должное, увернулся, а яйцо врезалось в стену, разбилось, оставив на стене мокрое пятно, и медленно стекло на пол.

Бернард в долгу не остался и швырнул в Стефана куском помидора – что примечательно, попал прямо в лоб.

После чего Стефан издал боевой клич индейцев апачи, и начал швыряться в Бернарда всем, что попадётся под руку (кроме колюще-режущих предметов, которые оба брата сразу же предусмотрительно отодвинули в сторону, явно не желая друг другу серьёзно навредить).

«Детский сад какой-то», – подумала я, отойдя в сторону, чтобы не стать случайной жертвой битвы едой.

Когда я звала братьев помочь мне с готовкой, мне как-то даже в голову не могло прийти, что два здоровых лба, которым уже перевалило за тридцать, могут вести себя столь незрело.

«А с другой стороны, почему бы и нет? В детстве, судя по рассказам прислуги, им явно было не до игр. Вот и навёрстывают упущенное».

Сражение длилось достаточно долго, но в конечном итоге бойцы выдохлись и, все перемазанные с ног до головы, с листьями салата и петрушкой, торчащими из волос, вернулись обратно за стол.

– Да уж, господа, – укоризненно покачала я головой, обведя глазами то, что осталось от кухни. – Полегчало хоть?

– Немного, – тяжело дыша, словно пробежал спринтерскую дистанцию, смущённо ответил Стефан.

– Не самый плохой способ выпустить пар, – признал Бернард с подозрительно довольной улыбкой.

– Я рада, – кивнула я. – А теперь вы возьмёте в руки вёдра и тряпки и наведёте здесь порядок, пока я вернусь к тому, ради чего мы сюда пришли – приготовлению завтрака.

– Я прикажу… – начал было Стефан, но мне хватило лишь одного сурового взгляда в его сторону, чтобы он осёкся и замолчал.

– Никаких слуг! – отрезала я. – Сами насвинячили – сами и прибирайтесь, нечего на других ответственность спихивать. Не то оставлю голодными, и будете ждать обед.

– Что, белоручка, слабо? – шутливо подмигнув Стефану, спросил Бернард. – Мы в своё время в академии регулярно драили полы. И даже туалеты чистили.

Стефан брезгливо скривился.

– Какая гадость.

– Это жизнь, – Бернард добродушно хлопнул его по плечу, после чего подтолкнул к выходу, бросив мне через плечо: – Сейчас мы ограбим кладовку и принесём всё необходимое.

– Если уйдёте с концами, я соберу весь мусор в тазик и вывалю вам в спальню, – пригрозила я.

Бернард в ответ лишь весело рассмеялся, после чего буквально насильно уволок брата прочь с кухни.

И тут как раз приоткрылась дверь, ведущая с кухни на улицу, впуская в комнату Сиф.

Старушка обвела взглядом погром и укоризненно покачала головой.

– Года идут, а что-то остаётся неизменным, – посетовала она.

– Бернард со Стефаном и раньше устраивали что-то подобное? – удивилась я.

– Каждый раз, когда оставались наедине без надзора родителей, – кивнула та. – На кухню я их не пускала. Но вот собственные комнаты, коридоры, гостиную и сад они громили регулярно. – Она вздохнула. – Я-то надеялась, что они это переросли.

– Не переживайте, мы наведём здесь порядок, – пообещала я кухарке.

– Да причём здесь это, – отмахнулась старушка. – Беспорядок убрать не проблема. А что делать с братьями, между которыми мира нет?

Это, и правда, проблема. Судя по всему, у этих двоих и так поднакопилось друг к другу претензий, ещё и я теперь стала этаким камнем преткновения…

«И зачем я только во всё это ввязалась», – с тоской подумала я, вслух же сказала, чтобы успокоить сердобольную старушку:

– Не расстраивайтесь, я постараюсь им помочь.

Правда, как это сделать, я понятия не имею. Но непременно выясню.

Не всё же мне леди Малвэйн до нервного тика доводить – надо и что-то хорошее сделать.

Флирт

Я была приятно удивлена, когда Бернард со Стефаном вернулись на кухню спустя буквально пять минут, и у каждого в руках было ведро с водой и тряпка, а под мышкой зажаты чистящие средства и щётки.

– Братья Годард прибыли для несения дежурства по кухне! – тоном бравого солдата доложил Бернард. – Разрешите приступить к работе?

Я не смогла сдержать улыбку.

– Приступайте.

Пока эта парочка вполне мирно устраняла последствия своей детской выходки, я успела сделать три порции омлета и пожарить стопку блинов.

Надо отдать Бернарду должное: к физическому труду он явно был приучен, пол мыл качественно и быстро, причём не только на видных местах, но и, опустившись на колени, залез под каждый шкаф и стол, выгребая из-под них остатки разбросанной еды, в то время как Стефан, постоянно брезгливо морщась, со скоростью улитки отмыл лишь один стол и стену.

«Похоже, учёба в военной академии не такая уж и плохая штука в плане воспитания», – подумала я, расставляя тарелки на отмытом столе.

– А вы большие молодцы, господа, – не поскупилась я на похвалу. – Теперь верните инвентарь на место и помойте руки, и можно садиться за стол.

– Прямо так?!! – возмутился Стефан, намекая на то, что занимался уборкой в перепачканной рубашке, да и голова у него всё ещё была грязной после встречи с парочкой яиц.

– Не выступай, принцесса, – одёрнул его Бернард. – Иди чисти пёрышки, а я сделаю всё остальное.

Стефан послал брату обиженный взгляд, но спорить не стал и первым вышел за дверь.

– Я мигом, – игриво подмигнув мне, сказал Бернард. И спокойненько взял в одну руку сразу два десятилитровых ведра, а второй отлевитировал перед собой щётки и чистящее средство.

«Силён…» – с уважением подумала я, проводив его взглядом.

И взмахом руки накинула на тарелки с омлетом и блинами чары сохранности, чтобы завтрак (ну, или очень ранний обед, тут с какой стороны посмотреть) не остыл.

Первым, буквально спустя пару минут, на кухню вернулся Бернард… без рубашки, в одних только штанах.

Я судорожно сглотнула, ощущая, как во рту мгновенно пересохло при виде плоского живота с самыми настоящими кубиками пресса и рельефной груди.

«Да это не мужчина, а просто гора мышц!»

– Надеюсь, вас не оскорбляет мой вид? – насмешливо поинтересовался Бернард, от внимания которого не укрылась моя реакция.

– Нисколько, – заверила я его, постаравшись придать себе независимый вид. – Чай или кофе?

– Давайте чай. Чёрный, без сахара.

Я повернулась к нему спиной, собираясь наполнить чайник водой, и тут же меня за талию обхватили крепкие руки, и я ощутила, как к моей спине прижалось чужое пышущее жаром тело.

– Стефан такими мускулами точно похвастаться не может, – опалил моё ухо жарким шёпотом Бернард. – Хотите потрогать?

Вместо ответа я резко ткнула локтем назад, точно попав Бернарду по рёбрам и вырвав у него болезненно вздох.

– Держите руки при себе, лорд Годард, – сухо проговорила я. – А то в следующий раз рискуете приобрести в организме парочку несанкционированных отверстий.

– Какая вы злая, – весело фыркнул Бернард и опустился к столу. – Только я не лорд Годард, а граф Годард. Я ведь старший сын, так что и титул после смерти отца отошёл ко мне.

– Граф Годард, – покорно исправилась я, мысленно удивившись, что, имея столь высокий титул, Бернард продолжает работать в полиции.

– Вы, Габриэлла, можете называть меня по имени, – заметил Бернард. – Мы ведь почти родственники.

– Вот когда ими станем, тогда и буду, – отбила я. А затем ядовито добавила: – А вы ко всем потенциальным родственникам столь нагло пристаёте?

– Только если это красивые женщины.

И ведь даже не скрывает! Вот это я понимаю первостатейный кобель.

– И вас даже не волнует, что я невеста вашего брата?

– Невеста не жена, – пожал плечами Бернард. – Да и кроме того, – он широко улыбнулся. – Разве я делаю что-то предосудительное? Всего лишь оказываю знаки внимания понравившейся даме. Принимать их или нет – дело ваше.

– Ваши знаки внимания слишком напоминают домогательства.

– А как по мне я просто весьма однозначно выражаю свои желания, – парировал Бернард. – А вот вы слишком остро реагируете на банальный флирт.

– За такой флирт я обычно бью нахалов металлическим подносом по голове.

– Чем только добавляете себе проблем. Иногда, знаете, достаточно просто сказать “нет”.

– Вам я сказала “нет”, – напомнила я. – Или у вас проблемы со слухом? Так я с радостью повторю, – я твёрдо посмотрела в глаза Бернарду. – Вы мне неинтересны, граф. Ни в качестве развлечения на одну ночь, ни как постоянный любовник.

Бернард вновь сделал шаг в мою сторону, сокращая дистанцию между нами. А я ощутила, как по спине у меня пробежали мурашки от того, сколько сдерживаемого желания было в его глазах.

– А если я предложу вам то же, что и мой брат?

Он подошёл вплотную ко мне, заставив меня отступить, пока я не вжалась спиной в столешницу. Бернард же поставил руки по обе стороны от меня и угрожающе навис надо мной, вызвав у меня невольную дрожь.

– Скажете мне “да”, если я сделаю вас графиней?

Маленький секрет

– Да проще вас отравить, чтобы титул перешёл к Стефану, – рассмеялась я и толкнула Бернарда в плечо, отстраняя от себя. – Зачем мне муж, который бегает за каждой юбкой? – я пренебрежительно фыркнула. – Чтобы всю жизнь закрывать глаза на бесконечные измены? Нет уж, увольте, такое не для меня. У меня ещё есть самоуважение.

Бернард, как ни странно, не стал продолжать давить и отступил, я же как ни в чём не бывало вернулась к приготовлению чая.

– Я неплохо разбираюсь во всех существующих ядах, так что отравить меня будет потенциально проблематично, – заметил Бернард, усаживаясь за стол.

– Ну, тогда можно кирпич на голову уронить, – предложила я другой вариант. – Да мало ли существует способов, чтобы избавиться от человека!

Бернард весело фыркнул.

– Всё равно ваши шансы избавиться от меня и сделать графом Стефана ничтожно малы, – продолжил он гнуть своё.

– В таком случае, мне очень повезло, что я не гонюсь за титулом, – заверила я его. – А вы, к слову, действуете слишком топорно, господин дознаватель. От человека вашей профессии можно было ожидать более тонкой игры.

– Простите? – Бернард весьма правдоподобно изобразил удивление.

– Это ведь была проверка, не так ли? Вся эта показная маскулинность, откровенные приставания и сомнительные предложения. Вы пытаетесь таким нехитрым способом удостовериться, что я не брошу Стефана ради первого встречного с длинной родословной и золотом в кармане?

– Я не настолько благороден, – рассмеялся Бернард.

Он сделал замысловатый пас руками, и на столе рядом с ним появилась чистая рубашка насыщенного синего цвета, которую он и надел, прикрывая своё роскошное тело.

– Вы, правда, мне нравитесь, Габриэлла, – выразительно посмотрев мне в глаза, заявил Бернард. – И только тот факт, что вы являетесь невестой Стефана, останавливает меня от более активных действий по вашему завоеванию.

– Боюсь, эту крепость вам штурмом не взять, – фыркнула я.

– Ничего страшного, – заверил меня Бернард. – Я с удовольствие посижу в долгой осаде, благо, провизии у меня в достатке.

Он потянулся к тарелке с блинчикам и резко замер, так и не взяв ни один блин.

– Они всё ещё тёплые, – заметил он с каким-то непонятным напряжением в голосе.

– Я ведь их совсем недавно пожарила, разумеется, они ещё не успели остыть.

Я предпочла прикинуться дурочкой и сделать вид, что ничего такого необычного не произошло, хотя уже успела пожалеть о том, что не оставила всё, как есть, а несвоевременно проявила заботу.

Дома я постоянно накладываю чары сохранности на свежеприготовленную еду, чтобы, когда Морган придёт из школы, ему всё досталось “с пылу с жару”.

Вот и сейчас я действовала по привычной схеме, совершенно забыв, что не стоит афишировать свои способности, тем более перед Бернардом, которому по долгу службы положено быть крайне любопытным и дотошным. А значит, он не успокоится, пока не докопается до правды.

А этот секрет я бы предпочла унести с собой в могилу.

Бернард пристально посмотрел на меня. А затем взял в руки вилку, подхватил небольшой кусок омлета и отправил его к себе в рот.

– Омлет тоже только что пожарился? – вперив в меня немигающий взгляд, спросил он.

Я судорожно сглотнула, понимая, что вот так слёту не могу придумать правдоподобное оправдание.

А впрочем, лучшая защита, это нападение...

– Если вас не устраивает моя готовка, не ешьте! – постаравшись изобразить праведное негодование, заявила я. – Видимо, я переоценила свои скромные возможности по части кулинарии и недооценила ваш взыскательный вкус. Что ж, в таком случае, пусть в следующий раз вас кормит повар.

Погасив огонь под закипевшим чайником, я поспешила ретироваться с кухни. Но не смогла этого сделать.

Бернард, стремительно вскочивший из-за стола, ухватил меня за руку и дёрнул к себе, не позволив уйти.

– Вы владеете магией, – ровным голосом проговорил он.

И это не было вопросом, он был уверен в собственных выводах.

– С чего бы? – притворно удивилась я. – Ведь магия – удел аристократов. Откуда ей взяться у простой официантки?

Бернард нахмурился, а я мысленно порадовалась, что не существует способа определить, что человек владеет магией, пока он сам в этом не признается (или не будет пойман на горячем).

– Или, быть может, вы всех рыжих женщин записываете в ведьмы? – озвучила я смехотворное предположение, надеясь немного разрядить обстановку и отвести внимание Бернарда от собственного промаха.

– Точно, ведьма вы и есть, – моментально расслабившись, с улыбкой согласился он. – Дерзкая, с острым языком и колдовским взглядом. – Бернард поднёс мою ладонь к своим губам и запечатлел на костяшках пальцев нежный поцелуй. – Возможно, поэтому я потерял покой? Вы просто меня приворожили.

– Любопытная теория, – хмыкнула я, осторожно высвобождая свою руку из чужих пальцев. – Интересно, а на вашей маме сработает? Глядишь, она меня ещё полюбит и доченькой называть начнёт.

– Это вряд ли, – усмехнулся Бернард, возвращаясь за стол.

Я облегчённо вздохнула: похоже, буря миновала.

Но впредь мне нужно быть предельно осторожной. Ладно, если о моих способностях узнает Стефан – это полбеды. А вот если про них пронюхает Бернард или сама леди Малвэйн, беды точно не миновать.

Признание

Стефан явился к столу уже сильно припозднившись: его брат уже заканчивал завтракать, на все лады расхваливая мои кулинарные таланты.

– Моему брату досталось самое настоящее сокровище, – задорно сверкая глазами, заметил Бернард. – А вот вам, Габриэлла, можно только посочувствовать.

– Почему это? – тут же возмутился Стефан.

– Вместо мужчины ей в мужья достанется избалованная принцесса, – с широкой улыбкой пояснил Бернард. – Потому что только изнеженные девицы благородных фамилий столь трепетно относятся к своей внешности.

Ну, его сложно осуждать за подобные слова.

Стефан явился к нам в идеально отутюженной и накрахмаленной рубашке со сверкающими бриллиантовыми запонками на манжетах, а также с можно уложенными волосами, ещё и благоухая сладковатым одеколоном.

В то время как его брат всё ещё не соизволил убрать петрушку из волос и сидел за столом в штанах, перепачканных кое-где мукой и маслом.