Текст книги "Его искушение (СИ)"

Автор книги: Кристина Майер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 20 страниц)

Глава 23

Ирина

После ещё одного бокала вина Лена всё-таки уговаривает меня примерить униформу. Мне совсем не хочется, но я уступаю подруге. Далась она ей. Дорогущая, но все равно спецодежда. Какая разница, как она сидит, мне в ней полы мыть, а не в ресторан идти.

Фоном играет музыка из Ленкиного плейлиста. Сначала открываю коробку с обувью. Балетки – улет. Мягкая, словно попа младенца, кожа, подошва гнется в разные стороны. По обуви сразу видно, что она хорошего качества. Достав следующую упаковку, извлекаю из чехла брючный костюм с рубашкой.

– Ты уверена, что заказала мой размер? – кошусь на подругу, прикладывая к себе комплект.

– Твой, твой, – уверяет Ленка.

– Что-то я сомневаюсь. Ощущение, что они на ткани сэкономили…

– Надевай, – велит подруга. Переодеваюсь прямо тут, на кухне, чтобы не подниматься в спальню.

– Блин, Лена!.. – натянув на себя брюки, возмущенно смотрю на подругу.

– Ну, я же говорю, твой размер, – разводит руками, делает вид, что не замечает, как плотно они сидят на моей фигуре.

Я согласна, что размер мой. Нигде не давит, не жмет. Пробовала приседать, швы держатся, не трещат, не впиваются в кожу, но…

Но в этой одежде только совращать одиноких олигархов!

Тяжело вздохнув, свои мысли оставляю пока при себе, ведь Ленка продолжает настаивать, что сидят они на мне идеально:

– Надень рубаху, она удлиненная, прикроет половину бедер, будет смотреться вообще шикарно, – заверяет меня. – Мне бы твои проблемы, я бы тоже закусывала вино сыром, а не пучком зелени, – притворно вздохнув, отламывает кусочек пармезана и сует его в рот, выражая тем самым протест своей вечной диете.

– Не прибедняйся, у тебя отличная фигура, – совершенно искренне делаю ей комплимент, от которого подруга отмахивается.

– Ну вот! – взмахнув рукой, словно дирижер, обводит мой комплект довольным взглядом. – Как я и говорила.

– Ну вот что? Ты видишь это декольте? – указываю пальцами на глубокий вырез на груди. Крайняя пуговица находится в ложбинке. Крой верха приподнимает грудь, и два полушария выглядят так, будто их преподнесли на блюдечке.

– Посмотри в зеркало, там все прилично, – не уступает подруга, выставляя перед собой ладонь, требуя помолчать и послушать. – Твой взгляд падает на грудь, когда ты опускаешь голову, мне отсюда ничего не видно, – заверяет она.

– Это потому, что ты сидишь, – прикусываю язык, чтобы не брякнуть, насколько Кайсынов выше меня. Ему и голову опускать не надо, чтобы все-все рассмотреть. Представив эту картину, ощущаю, как по коже бегут мурашки, стекаются где-то в области живота.

К щекам притекает жар. Ругаю себя за фривольные мысли. Зачем ему заглядывать в мое декольте?

– Ткань дышащая, мягкая? Крой удобный? – допрашивает меня, но отвечает на все вопросы сама: – Это главное!

Топаю к зеркалу, что находится на двери шкафа в прихожей. Если смотреть со стороны, то действительно не так вульгарно, как я представляла. Оставляем?

Оставляем!

Может, Ленка и права, костюм и правда удобный, на теле почти не ощущается. А Кайсынов…

Как только наладим график, практически не будем пересекаться!

– Ну? – спрашивает подруга, когда я возвращаюсь на кухню.

– Оставляю, – сдаюсь под ее радостный возглас.

– Давай платье посмотрим, – загораются глаза Лены. Достаю из второго чехла платье, передник. Даже прикладывать к себе не надо, видно, что короткое. Выгнув брови молчаливо, но с претензией, смотрю на подругу.

– Надевай уже, – не тушуется Лена от моего взгляда. – Вау! – выдает она, рассматривая меня не совсем трезвым, чуть поплывшим взглядом. Только этим можно объяснить ее восторг. – С твоей фигурой что ни надень, все как на модели смотреться будет, – с восхищением и легким оттенком зависти. А я вот не уверена в «вау-эффекте», платье явно короткое. Я и без зеркала вижу, что оно на полторы ладони выше колена.

– Оно короткое, – озвучиваю свои опасения, оттягивая подол вниз, но ткань, несмотря на свою мягкость, не поддается.

– Идеально сидит, не придумывай, – упирается подруга. А я, чтобы не спорить, надеваю балетки и возвращаюсь к зеркалу.

– Как кукла из секс-шопа, – рассматривая себя, выдаю вслух. – Если каблуки надеть, то и на сцене возле шеста можно крутить задницей. Или на вызовы ездить в образе развратной горничной, – несет мою фантазию. Почти распитая на двоих бутылка вина только усугубляет сей процесс. – Лена, как я в этом буду работать?

– Ты равняешься на прежний стиль в одежде, но ты теперь не училка и можешь носить все что угодно, – изрекает Лена. – Платье всего лишь чуть выше колена, Ир. Смотрится классно.

– На ткани они, гады, экономят, а цены – как в ЦУМе, – продолжаю сокрушаться. Слова подруги не убедили меня. – Я в этом даже нагнуться не смогу, – демонстрирую, как быстро задирается подол, стоит только немного наклониться.

– Уборкой занимайся в костюме, а в платье готовь, – не теряется Ленка. У неё на все есть ответ. Ей нужно было в адвокаты идти. – Ир, ну что ты придираешься? – обижается Лена. – Обычное платье с нормальной длиной. Я тебе лучшее выбрала, между прочим.

– Ты бы так в офисе появилась? – спрашиваю, поджимая губы.

Я не хочу обижать подругу. Она действительно делает очень много для меня, но после произошедшего в семье я словно потеряла опору под ногами. Одна, на улице, без денег, без защиты, без работы. Подсознательно, наверное, жду удара, предательства.

– У нас ходят и в более коротких юбках, но длина выше колен, конечно же, не приветствуется, – складывая руки на груди, приваливается Лена плечом к стене.

– Во-о-о-о-от, – тяну я, но уже без наезда на подругу.

Возвращать она униформу не хочет, а значит, осталось смириться и носить. Можно ведь и без платья, брючного костюма вполне хватит. Правда, что я раскапризничалась?

– Так то офи-и-и-ис, – зеркалит подруга. – Ладно, пойдем ещё выпьем, – предлагает она, отлипая от стены.

– А это дом одинокого мужчины, решит ещё, что я его соблазнить хочу, – доходя до кухни, принимаюсь складывать в чехол униформу.

– С чего это вдруг Сергей решит, что ты его соблазнить хочешь? Вы с ним практически не пересекаетесь, – произносит она, пытливо глядя в мои глаза. И что мне ответить? Признаться, что я ему каждый день мозолю глаза?

– Ты права, – соглашаюсь, чтобы соскочить с зыбкой темы.

– Ты одна в доме, хоть в купальнике убирай.

– Ага! Ещё голой предложи. А если охрана увидит? Или Кайсынов неожиданно вернется? – Ленка берет со стола бутылку, смотрит на просвет.

– А почему нет? – спрашивает она, поднимая на меня насмешливый взгляд, подмигивает.

– Кому-то больше не стоит наливать, – отвечаю на шутку. Она ведь пошутила?

– Нечего наливать, – тяжко вздыхает, выбрасывая бутылку в мусорное ведро. В этот момент из динамика телефона льется новый трек, который последний месяц разрывает музыкальные чарты. Прибавив громкость, Лена начинает танцевать. Мои уставшие ноги против воли тоже пританцовывают, пока я снимаю с себя платье и передник. Остаюсь в белье и балетках. Тянусь за вешалкой и чехлом. По ногам ударяет холодный ветер. Кошусь на форточку, окна закрыты. Надевая на плечики платье, чувствую, как меняется атмосфера в кухне. Резко, непередаваемо, будто все нервные рецепторы разом перешли в оборону. Только кто собрался на нас нападать? В грудь ударяет тяжелой энергетикой. Вскинув взгляд к проему двери, роняю на пол вешалку с платьем…

Глава 24

Сергей

Ужин ещё горячий. На нервах съедаю все, что Ира оставила в контейнерах. Вкусно! Все, что она готовит, – нереально вкусно. Она и сама очень вкусная. Аромат ее тела сносит крышу. Ее мимика, плавные движения – все вкусно. Всю ее попробовать хочу. Дикое запретное желание, что каждый миг разрывает в ошметки мой контроль.

Злюсь, что не моя. Ревную к мужу! Пздц просто! Стаса чуть с работы не погнал за то, что свои «фаберже» решил подкатить к Ирине. Эмоции через край, как у пацана. Стоит подумать о ней, у меня стояк. Тут или забирать, наплевав на принципы, или ссылать ее в другой город, а лучше – страну. Хотя не уверен, что не сорвусь. Избавлю от мужа и сделаю своей. Эта мысль все прочнее укореняется в моей голове.

Будь там все в порядке, она бы не жила в моем доме! Таких девочек баловать надо, заботиться о них, а не позволять работать на чужого дядю, который голоден до нее.

Приняв душ, спускаюсь на кухню, завариваю чашку крепкого кофе. На столе тарелка со свежими эклерами. Ем, не ощущая вкуса. Мысли темным роем кружат вокруг Ирины. Хочу ее в свою постель! В свою жизнь! Хочу слышать ее стоны под собой…

Бл*дь!

Закурив сигарету, выхожу на террасу. Взгляд падает в сторону служебного домика и не отлипает от него, пока пальцы не обжигает догоревший до фильтра уголек. Растерев лицо ладонью, принимаю решение свалить на хрен из дома. Будто чувствуя мое состояние, в кармане штанов вибрирует телефон. Громкая трель разрывает вечернюю тишину.

– Привет, Лиля, – здороваюсь с женщиной, с которой периодически провожу совместные ночи, когда тело требует разрядки.

– Добрый вечер, Сергей! – томно тянет слоги. – Как смотришь на то, чтобы вместе поужинать? – спрашивает она, а между строк красными буквами – давно не трахались.

Лиля не единственная, с кем я могу снять напряжение, она в курсе и возражений не имеет. Шесть лет в разводе, растит одна двоих детей. Бывший муж напрочь отбил желание ещё раз вступать в брак или заводить серьёзные, обязывающие к чему-либо отношения.

– Поужинаем, – соглашаюсь, хотя наелся на два дня вперед. Утром в тренажерке провел на полчаса больше, чтобы медовые пирожные в бока не ушли. Вру себе. В тренажерке гасил стояк и мысли об Ирине. Всю ночь мне во снах приходила.

Договариваемся с Лилей встретиться через полтора часа в ресторане «Savva».

– Я заранее заказала столик, была уверена, что не откажешь, – посмеиваясь, честно заявляет. – А если бы отказался, поужинала бы одна, – убавив веселость, добавляет голосу ноты философской грусти, когда я никак не комментирую ее честность.

Переодевшись, спускаюсь в гараж и даже выезжаю во двор. Бросив взгляд на горящий в окнах служебного домика свет, выхожу из машины и иду за Леной. Все равно возвращаюсь в город, успею ее подбросить, чтобы на такси не ехала поздно ночью. Оправдывая желание увидеть Ирину, стучусь в дверь. Не открывают, у них там весело, музыка играет. Может, оставить девчонок? Стучусь ещё раз. Загляну убедиться, что у них всё номрально, и рвану в город. Вхожу в дом.

– Лена, – негромко окрикнув, иду в сторону кухни. Не откликаются, видимо, не слышат.

Хотел ее увидеть?

Смотри! Только взглядом не сожри!

Пздц красивая!

Сука! Обухом по голове. Вся кровь мигом вниз устремилась. Успеваю сунуть руки в карманы брюк до того, как девочки успеют заметить реакцию. Держусь на остатках силы воли. В голове пульсом бьется мысль выставить за дверь Ленку. Погасить ласками панику, что плещется в ярких напуганных глазах.

Что же ты делаешь, Иришка?! Нервы как канаты, а ты их рвешь, словно тонкую нить. Что-то лепечет, видимо, извиняется, а я ни хрена не слышу, в ушах кровь шумит.

– Лена, я в город выдвигаюсь, могу тебя подбросить до дома, – неестественно хрипит голос, когда я говорю.

В панике Иришка хватает тряпку, что упала на пол, и пытается прикрыться. Вместо того, чтобы извиниться и отвести глаза, пожираю взглядом каждый участок ее тела. Жру… жру… жру – и насытиться не могу! Мне мало смотреть, хочу трогать, ласкать, пробовать на вкус!

Рот слюной наполняется от вида ее острых розовых сосков, просвечивающих через тонкое кружево. Хочу катать их на своем языке!

– Спасибо, Сергей Аркадиевич, я согласна, – Лена выступает из-за спины подруги, прикрывает ее собой. Взглядом требую отойти, но Лена не смотрит, тянется к своему телефону, выключает динамик. – Я сейчас выйду, – намекает, что мне пора свалить, а я хочу отправить ее домой на такси и запереться с Ирой!

Сука! Не справлюсь! Не вытяну! Сорвусь… точно соврусь… Хоть в город перебирайся.

– Жду на улице, – бросаю резко, разворачиваюсь и ухожу. С корнями себя отдираю от пола, в который врос. В машине, поправив ширинку, которая давит на головку, развожу ноги и съезжаю по сиденью. Дверь в машине открыта, холода не чувствую! А он мне так нужен. Остудить воспаленный мозг! Дышу… дышу… Гоняю воздух через легкие, а перед глазами белые вспышки.

Достаю сигарету, закуриваю. За последние дни плотно подсел. Вернул не только сигареты, но и мат. Пока только мысленный…

Это капкан! Цепи, с которых не сорвусь! Поймала! Крепко посадила нутро на острые крючки. Не соскочу… да и не хочу.

Пох*й на благородство и принципы. Выжгла Иришка минутой назад все мои принципы! Ясно, как божий день, что не отпущу!..

Отбивая каблуками ритмичный стук, Лена спешит к машине. Падает на пассажирское сиденье. Ежится, передергивает от холода плечами. Закрыв дверь, включаю подогрев сидений.

– Сергей Аркадиевич…

– Давай на «ты», Лена, – моя помощница если и удивлена, то виду не подает.

– Сергей, ты на Ирину за что-то зол? – спрашивает, с опаской посматривая на меня. Она меня таким никогда не видела. Я и сам, наверное, себя таким помешанным никогда не знал. Напугал девчонок, но объясняться с Леной не буду.

– Нет.

В машине висит тишина до тех пор, пока мы не выезжаем на трассу.

– Рассказывай, – обращаюсь к помощнице.

Собираясь подвезти Лену, я сомневался, стоит ли лезть в брак Ирины. Я полностью в ней, а значит, войду и в ее жизнь. Теперь не отмотаешь назад. Тут без вариантов. Это решение долго принимал, боролся с собой. Сдался, а это значит, что выбора у Иришки нет…

– Что рассказывать? – разворачивается ко мне помощница. Уставившись непонимающим взглядом, теребит ручки сумки.

– Кто у неё муж? Почему ушла? Чем обидел? Как жила раньше? Все рассказывай, Лена… все, что знаешь…

– Зачем тебе? – отвлекает своим вопросом от дороги. Сузив глаза, подозрительно смотрит на меня.

– Вопросы задаю я, Лен. Ты отвечаешь. Максимально честно, – почти прошу, хотя может показаться, что требую и угрожаю…

– Муж изменил ей с какой-то молодой девчонкой… – выдыхает она, окатив меня винными парами. Ее легкое опьянение мне только на руку. Вряд ли на трезвую голову Лена стала бы откровенничать. – Заделал той бебика, хотя Иру несколько лет просил подождать с ребёнком, – продолжает она. – А ведь знал, гад, что ей срочно нужно рожать, чтобы не остаться бездетной. А теперь с ума сходит, вернуть пытается, развод отказывается давать. По его милости Иру с работы поперли. Урод!

Впитываю каждое слово. Выстраиваю в голове план действий. Мозг холоден, мысли собраны и структурированы.

«У тебя не будет шанса вымолить у неё прощение», – обращаюсь к мужу Ирины. Он ещё не в курсе, что окончательно ее потерял. Скоро узнает…

Глава 25

Сергей

– Мыслями ты где-то далеко, – нарезая на мелкие кусочки курицу в тарелке, тянет Лиля. – У тебя все в порядке, Сергей? – несмотря на недовольство, что транслируют ее глаза, в голосе полное участие. У женщин вообще легко выходит играть чувства. Весь их спектр и разнообразие.

– Все отлично, Лиля, – отвечаю на вопрос. Она знает, что я не буду рассказывать о своих делах, проблемах, удачах. Наш формат встреч не подразумевает откровенных бесед.

Отпивая из чашки кофе, жду, когда она закончит ужин. Продолжения вечера не будет, мои мысли остались на небольшой кухне. В своей голове я продолжаю пожирать образ Ирины в тонком белье. Давно перерос возраст, когда, трахая одну, представляешь на ее месте другую. Мое тело и мой мозг хотят одну-единственную женщину. Затащив Ирину в постель, трахать ее буду с открытыми глазами. Хочу видеть ЕЕ эмоции, хочу слышать ЕЕ голос и ЕЕ стоны! Не хочу замены, поэтому Лилю просто довезу до дома.

Можно отправить на такси, но не хочу быть несправедливым по отношению к женщине, которая потратила на меня свое время.

– У меня тоже все отлично, – не дождавшись от меня дежурного вопроса и хоть какого-то интереса к ее делам, Лиля принимается сама обо всем рассказывать: – В конце следующего месяца планирую открыть второй магазин. Спасибо тебе, кстати, за помещение, у меня каждую неделю кто-то просит его продать, очень удачная точка.

– Ты уже благодарила, – напоминаю ей.

– Думаю, дела теперь пойдут лучше, а то последний год продажи сильно просели. С этой непрекращающейся инфляцией покупателей стало меньше, – жалуется она. В ее бизнес я не вмешиваюсь, но уверенно могу сказать, что дело не в инфляции. – Так устала, – вздыхает она.

От глубокого дыхания поднимается и опускается пышная натуральная грудь, которую Лиля мечтает доверить опытным рукам хирурга. Останавливает лишь страх перед операцией.

– Думаю забрать дочку и слетать к океану, – выразительно смотрит на меня.

– Хорошая идея, – не заглатываю крючок, который Лиля закинула специально для меня. Отдыхать я предпочитаю в одиночестве, подальше от людей. Давно не возникало желания полететь в жаркую страну, чтобы потрахаться там на песке. Видимо, старею.

Хотя с Ириной с удовольствием летал бы отдыхать. Разведу ее и увезу куда-нибудь.

Хм, старею?! Стоило представить, что на песке я трахаю Ирину, как ширинка резко стала мала.

– Ты ничего не съел, – отодвигая от себя тарелку, Лиля косится на мой нетронутый стейк.

– Не голоден.

– Тогда зачем согласился на ужин? – понижает голос, добавляя ему томных нот. – Могли бы сразу поехать в отель.

– Я отвезу тебя домой, Лиля, – опуская со звоном на блюдце чашку с допитым кофе. Мне не доставляет удовольствия видеть в ее глазах обиду, но я всегда предельно честен с женщинами. До появления Ирины меня устраивал только ни к чему не обязывающий формат отношений.

– Мы больше не увидимся? – обхватывая ладонями горячую чашку с чаем, будто хочет об нее согреться.

– Для того, чтобы заняться сексом, нет.

– У тебя кто-то появился? – глаза увлажняются, но она быстро смаргивает слезы, когда вместо ответа получает чуть приподнятые в удивлении брови. – Извини. Это не мое дело.

До ее дома доезжаем в тишине. Я всю дорогу слышу, как работают шестеренки в ее голове, но если она что-то и хотела сказать или попросить, то не сделала этого.

– Пока. Спасибо за вечер, – выходя из машины, прощается Лиля и, не оглядываясь, идет к своему подъезду. Одну нить обрубил, отрежу и все остальные. В нашей с Иришкой семье не будет посторонних людей.

Разворачиваясь в сторону дома, набираю номер Дмитрия.

– Слушаю, – после второго гудка звучит в динамике голос моего начбеза.

– Дима, к завтрашнему утру мне нужна вся информация на Тулинова Стаса и его любовницу, – отдаю распоряжение.

– На мужа твоей домработницы у нас кое-что есть, на его любовницу соберем завтра, – отчитывается мне Дмитрий. В очередной раз убеждает, что не зря получает свою зарплату. Все мое окружение у него под плотным колпаком.

– Скинь инфу на почту, – прошу товарища и отбиваю звонок.

На загородной трассе вдавливаю педаль газа в пол, мечтаю скорее добраться до дома. Тянет стальным канатом каждую жилу к ней.

Лена сказала, моей Иришке срочно нужно рожать. Ещё один ребёнок? Так я дед уже, скоро второй мой оболтус меня сделает дважды дедом, а тут сам молодой отец…

Добравшись до поселка в рекордно короткие сроки, подъезжаю к особняку. Охрана спешно открывает ворота. Взгляд сразу же устремляется к служебному домику, в окнах которого горит свет.

Не спит…

Оставив машину во дворе, решительным шагом направляюсь к дому. Вхожу без стука. Прикрываю бесшумно дверь. Хорошо, что петли не скрипят. Не надеюсь застать Ирину в белье, понимаю, что давно спрятала свое красивое тело под одеждой. Я просто хочу увидеть живые эмоции, а не собранную и вежливую домработницу. Хочу хлебнуть как из рога изобилия ее тонкий страх, панику в глазах, увидеть смущение и почувствовать участившееся дыхание…

Хочу её поцеловать! Раскатать на языке ее вкус…

Глава 26

Сергей

Тихо приблизившись, останавливаюсь в проеме двери. На кухне тихо работает телевизор, фоном идет какой-то фильм. Иришка, полностью одетая, сосредоточенно помешивает что-то в кастрюле на плите. Ожидаемо, что в одежде, но я предпочел бы видеть ее обнаженной или в белье. Такая домашняя, уютная, что меня, помимо страсти, топит нежностью. Хочу с ней в горе и в радости…

Только сейчас понимаю, что устал от одиночества. Что хочу семью. Настоящую семью. Чтобы любимая женщина была только моей. Чтобы просыпалась и засыпала в моих объятиях. Хочу через тридцать лет целовать ее тонкие морщинки на лице и говорить, как сильно люблю…

Она меня не замечает, не чувствует пожирающего ее взгляда. Не догадывается, как сильно в этот момент меняется ее жизнь. Погрузилась глубоко в свои мысли, а я не спешу ее оттуда вытряхивать. Съедаю взглядом каждое движение. Не хочу пугать, но и, как предупредить ее о своем присутствии, не напугав, не имею понятия. Прислонившись плечом к косяку двери, терпеливо жду, когда сама заметит.

Я никуда не спешу. Тело охвачено желанием, а в голове штиль и спокойствие, будто наконец-то я пришел к той точке, к которой давно стремилась моя душа. Вот он – мой дом, и это не стены, не крыша и не окна, это женщина, которая олицетворяет счастье. Где она, там дом.

Выключив плиту, отставляет в сторону небольшую кастрюлю, я в это время стараюсь не дышать, чтобы не напугать ее, не дай бог обварится.

– Блин! – продолжая думать о чем-то своем, тихо ругается под нос. Даже в этом она прекрасна. Приложив запястье ко лбу, тяжело вздыхает.

Что тебя так расстроило, Иришка? То, что в белье тебя увидел? Привыкай, скоро совсем голой будешь возле меня ходить. Залюблю так, что перестанешь смущаться.

Вышиб я ее из равновесия, когда застал в одном белье. Тут мы квиты, красавица, ты тоже вынесла все мои барьеры взрывом более мощным, чем ядерный. Раскатала в труху весь контроль и принципы. Зациклила на себе все мое внимание и мысли. Дернула за жилы и посадила у своих ног дикого зверя.

– Не помешаю? – стукнув два раза по косяку двери, обозначаю свое присутствие и прохожу на кухню.

– Ой, – вздрагивает Иришка, испуганно оглядывается. Отступает на два шага, а я как танк пру на нее.

«Не нужно бояться, Ирин. Ну ты чего? Страх в твоих глазах обжигает сильнее, чем серная кислота, залившая нутро», – транслирую ей свои мысли, не видит, не считывает.

Тормознуть нужно, пугаю. Она и так после незапланированного стриптиза выглядит потерянной. На тесте отыгрывается, чтобы стабилизировать свое эмоциональное состояние. А я опять пришел, чтобы его расшатать.

– Я не слышала, как вы вошли, – недовольно хмурится, с трудом сдерживает крутящиеся на языке претензии.

Да, я врываюсь в твой дом без разрешения. Ты имеешь право высказать претензию и даже выставить меня за дверь, но ты же этого не сделаешь? Ты ведь тоже чувствуешь химию между нами?

Такая милая в своей затаенной обиде и сдерживаемой ярости. Я как порох возгораюсь от одного лишь злого блеска в ее глазах. Какие же вкусные эмоции. Как давно я кайфовал от проявлений женских эмоций? Их в моей жизни было много: безликих, неискренних, невкусных, неинтересных, наигранных, лживых… Никакого удовольствия. А с Ириной чувствую себя гурманом на королевском пиру. Каждая эмоция как глоток свежего воздуха.

– Я вошёл без стука, – честно признаюсь. Заслуженно ловлю очередную стрелу недовольства. – Мое желание увидеть тебя оказалось сильнее запертой двери, – голос проседает. Она читает между строк, нервничает.

– Я… вы… – облизывает от волнения губы. Не пытаясь специально привлечь к ним внимание, добивается того, что я прохожу очередное испытание на выдержку. – Я не думала, что вы можете войти… Мне стыдно… Хотя это вы виноваты, что так… – прикрывая ладонью лицо, собирается отвернуться.

Разрезав пространство, сокращаю между нами расстояние. Схватив за плечи, разворачиваю к себе.

– Я виноват. Но. Ни о чем. Не жалею! – чеканю каждое слово. Пусть слышит. Отняв от ее лица ладонь, поддеваю пальцами подбородок и заставляю смотреть на себя. – Если бы заранее знал, все равно бы вошел, – пугается моего напора и искренности. Уверен, и взгляда моего говорящего пугается. – В тот день, когда принял тебя на работу, знал, что не смогу отпустить, – обхватив ладонями лицо, поглаживаю большими пальцами нежную кожу щек, на которых местами остались следы муки.

– Я…. не могу… – мотает головой, вновь неосознанно облизывает губы. Видимо, мое близкое присутствие обезвоживает ее организм, я готов поделиться с ней слюной.

– Ты ведь и сама чувствуешь, что сводишь меня с ума, – выдаю с напором, притягивая ближе к себе. Мотает головой, отказывается соглашаться, а я продолжаю напирать: – Не можешь не чувствовать. Твое тело откликается, Ирина. Ты тоже меня хочешь, – прыгаю с утеса в бурную реку. Она может встать в позу, начать отбиваться и кричать, что я ошибаюсь, но она молчит.

Да!

Опустив руку, костяшками пальцев прохожусь по острой вершине соска. Её глаза распахиваются. Хватая жадно ртом воздух, цепляется за мои плечи, будто боится упасть. Я никогда не дам тебе упасть, всегда подставлю плечо. Со мной тебе нечего бояться.

– Не… надо… – умоляющий взгляд, в котором я тону, как в омуте. Затягивает все глубже и глубже. Я теряю ориентиры вокруг себя, полностью растворяясь в ней.

– Я не смогу тебя отпустить, – голос хрипит, будто я говорить разучился. В венах кипит кровь. Сжав через одежду сосок, ловлю ее вскрик. Заглаживая легкую боль, тут же обвожу его подушечкой большого пальца. Пальцы Ирины крепче впиваются в мои плечи, дыхание сбивается.

Ее открытая, честная реакция на ласку укладывает мой контроль на лопатки. Вроде поговорить шел, а мысли все стекли с трусы. Завоевывать собирался вроде, а потом в постель тащить, но приоритеты как-то резко поменялись местами.

– Нельзя… – закусывая нижнюю губу, выдыхает Ирина.

– Мы не сможем отмотать назад. Только вперед, красавица, – на очередном ее вздохе ловлю губы…