Текст книги "Его искушение (СИ)"
Автор книги: Кристина Майер
сообщить о нарушении
Текущая страница: 16 (всего у книги 20 страниц)
Глава 55
Сергей
Приземлившись в Домодедово, первым делом открываю отчет, который Дмитрий ежедневно скидывает на почту последние две недели, что я провел в командировке. Убедившись, что с Ириной и ребёнком все в порядке, еду домой.
Новости хорошие, и вроде не о чем переживать, но на душе неспокойно. Я ждал, что Ирина позвонит или хотя бы напишет после моих откровений, но она решила не прерывать молчанку. Моя исповедь ничего не изменила между нами.
Я чувствую, что должен быть рядом с ней, поддерживать и помогать, но Ирина отгородилась от меня. Закрылась на тысячи замков, к которым у меня нет ключей.
В дороге пытаюсь расслабиться, отключить голову от тяжелых мыслей. Закрыв глаза, откидываюсь на спинку сиденья. Не хватает только стакана виски….
Звонок на мобильный вынуждает открыть глаза и посмотреть, кому я понадобился.
– Слушаю, – принимаю вызов с незнакомого номера. Таких звонков в день бывает с десяток, я не всех заинтересованных в общении со мной вношу в «контакты».
– Добрый вечер, брат! – скрипучий, прокуренный голос на том конце провода рассеивает остатки дремоты и усиливает работу мозга. – Не признал, Кай? – обращается по прозвищу, которое я получил в тюрьме.
– Признал, Горыныч. Признал, – подаю сигнал водителю, чтобы убрал звук радио. Не спешу продолжать разговор. Мысленно просчитываю варианты, что ему могло понадобиться.
– Я откинулся на прошлой неделе, встретиться с тобой хотел, перетереть кое-что надо, – напрягаюсь, услышав о встрече. С ворами в законе я дел не имею. После того, как я вышел на свободу, все, что требовалось от меня, я сделал. Никому должным не остался, поэтому этот разговор меня так раздражает.
– Можем обсудить по телефону, – добавляю голосу привычной жесткости.
– Не телефонный разговор, Кай, – Горыныч так же добавляет голосу резкости. Он пытается давить, а значит, в заведомо проигрышной ситуации. – Да и напрягаться тебе не придется, я подъеду к твоему дому раньше, чем ты. От аэропорта путь неблизкий, – а это уже звучит как предупреждение. Таким людям нет дела до чужих границ и человеческой усталости.
Такой расклад мне ни хрена не нравится. Что ему понадобилось от меня?
– Хорошо, встретимся, поговорим, – отбиваю звонок, не дав ему ещё что-нибудь вставить.
Звоню своему начбезу, но сбрасываю вызов на втором гудке. Кто-то в моей компании сливает информацию. Я могу быть уверенным в Дмитрии? У каждого человека есть слабое место, на которое можно надавить. Но не каждый прогнется. Дмитрия можно сломать, но в моем окружении есть люди, которые не прогнутся, если им угрожать или их шантажировать. Решаю сегодня никого не беспокоить. Когда начбез перезванивает, заверяю, что ошибочно набрал его номер.
Как и обещал Горыныч, когда я подъезжаю, он уже ждет у ворот. Моя охрана наверняка растеряна, о гостях я не предупреждал. А тут три тонированных джипа с вооруженными до зубов головорезами.
– Сергей Аркадиевич, – подходит к машине Игнат, старший смены, ведет себя достойно, будто ничего странного не происходит, – пропускать? – кивает в сторону «гостей».
Достаю телефон, звоню на номер, с которого разговаривал с Горынычем.
– Ты вроде в гости зайти собирался, – начинаю раньше, чем он успевает ответить. – Или будем у ворот разговаривать?
– Так приглашай, – ухмыляющийся голос скрипит в динамике.
– Я приглашаю, пересаживайся ко мне в тачку, – предлагаю я.
– А моих ребят не приглашаешь? – с насмешкой.
– А твоих ребят я в гости не звал, – холодно обрубаю веселье. – Как, впрочем, и тебя. Но если напросился, проявляй уважение, – сбрасываю звонок и приказываю Игнату открыть ворота.
В это время задняя дверь одного из джипов открывается, Горыныч выбирается наружу, отмахивается от охраны и идет в мою сторону. Прошу водителя задержаться.
– А ты не изменился, Кай! – я, может, и не изменился, а вот он сильно сдал.
– Трогай, – скомандовав водителю, пожимаю руку, которую мне протягивает вор в законе. – Проходи. Пить что будешь? – спрашиваю Горыныча, включая в коридоре свет. Сбросив верхнюю одежду, прохожу на кухню.
– Водка есть? – интересуется, заглядывая через плечо в открытый бар.
Выставив на стол бутылку, заглядываю в почти пустой холодильник. Нахожу запечатанную банку оливок и сыр в упаковке с нормальным сроком годности.
– Извини, гостей не ждал, – добавляю к скудной закуске две рюмки.
– Бабу тебе завести надо, Кай, – следит внимательно за моей реакцией своими белесыми от возраста глазами.
– Зачем она мне? – наигранно равнодушно веду плечами, разливая по рюмкам водку. – Мне и без бабы в доме прекрасно живется.
– Ночью лучше бабы никто не согреет, – смеётся, выпивая первую рюмку без тоста и не чокаясь. – Она и уберет, и приготовит…
– Ты сватать меня приехал? Зря стараешься, – обрываю напрягающий разговор. – Ты хотел что-то обсудить, – перевожу тему. Если кто-то слил информацию об Ирине, я не представляю, что сделаю с ним.
– Да, Кай, хотел, – постукивает пустой рюмкой по столу. Я доливаю в нее водку и жду, что ещё Горыныч скажет. – Ты в жизни хорошо устроился, а про старых друзей забыл, непорядок, – ожидаемый поворот в разговоре, почти не удивляет.
– О каких друзьях речь? Если о тех, кто разрывал мой бизнес, пока я сидел, так я им ничего не должен. Они получили то, что заслужили.
– Куравлев считает иначе, – опрокинув в себя рюмку, произносит Горыныч. – Он передал мне свою долю, которую ты отобрал у него, когда вышел на свободу, – заявляет Горыныч. – И ты мне ее отдашь.
– Горыныч, тебе придется съездить к Куравлеву в тюрьму и уточнить, о какой доле речь, потому что я ему ничего не должен. А следовательно, и тебе. Когда я вышел из тюрьмы, я вернул свое – то, что Куравлев у меня украл.
– Кай, Куравлев мертв, выяснять не у кого. Да мне это и не надо, расклад он дал четкий, мои люди ищут документы…
– Твои люди ничего не найдут, – обрываю его.
Мотнув головой, он сам наполняет свою рюмку водкой. Выпивает. Поставив локти на край стола, руки складывает в замок, ухмыляясь, смотрит на меня.
– Кай, заплати и живи спокойно…
Глава 56
Ирина
Перебирая продукты в холодильнике, никак не могу определиться, чем бы мне поужинать. Аппетита совсем нет, но нужно заставить себя поесть. Теперь я должна думать о ребёнке.
О нашем с Сергеем ребёнке…
Но он не проявляет к нам никакого интереса. После того вечера Сергей ни разу не позвонил и не заехал в гости. А я ждала.
Ждала…
Варилась в собственных сомнениях… и ждала. С каждым днем он нужен мне все больше. Тоска в сердце достигла таких размеров, что порой сложно дышать. Своим откровенным рассказом Сергей заставил многое переосмыслить. Я верю, что он искренне раскаивается в содеянном. Все так неоднозначно…
Язык не поворачивается даже мысленно назвать его убийцей, хотя он виновен в гибели двух человек. До сих пор не верится, что люди ради денег способны пасть так низко. Не верится, что есть женщины, способные на умышленное убийство. Мне стыдно, что я так скоро осудила Сергея. Мой бывший муж знал о моих страхах и умело на них надавил. Зная Стаса, как я могла так легко поверить в его компромат на Кайсынова?
Так ничего и не решив, закрываю холодильник. Может, позже захочется перекусить. Забравшись с ногами на диван, включаю телевизор. Я его не смотрю, но фоном идущие новости отвлекают от одиночества, хотя последнее время одиночество мой постоянный спутник.
Положив руку на живот, как делаю каждый вечер, прислушиваюсь к своим ощущениям. Мамочка должна быть спокойной и счастливой, а у меня постоянно слезы на глазах. Через два дня я записана на первый скрининг. Предвкушаю, как услышу сердцебиение своего малыша. Вроде испытываю радостное волнение, но и тревога не отступает. Молюсь, чтобы все было хорошо. Подсознательно переношу проблемы подруги на свою беременность, ругаю себя за это, но, наверное, не успокоюсь, пока не услышу заключение врача.
Как же все сложно…
И рядом нет человека, который так нужен мне…
Накрывшись пледом, листаю видеоролики в интернете. Некоторые из них заставляют улыбнуться, другие вызывают неконтролируемый поток слез. Засыпаю на диване, так и не дойдя до спальни.
Будит меня звонок мобильного телефона. Сердце от тревоги начинает сумасшедше стучать, руки дрожат. Так поздно ночью с хорошими новостями не звонят.
«Сергей» – высвечивается на экране. Руки дрожат, когда я принимаю вызов.
– Да, – голос от волнения просел, я даже не уверена, что Сергей меня услышал.
– Привет! – в отличие от моего голоса, голос Сергея звучит твердо и собранно, будто он ещё не ложился спать. – Ирина, извини, что так поздно, но мне нужно срочно тебя увидеть.
Сердце пропускает удар. Мне самой не хватило смелости позвонить ему. Я просто не знала, что должна сказать Сергею, чтобы он простил мне предательство. Сказать, что я сожалею? Разве обычных слов будет достаточно, чтобы Сергей мог забыть о моем бегстве? Ничего не зная, я вынесла ему приговор. Стала судьей, не имея на это никакого права! Послушать бывшего мужа и сбежать от самого лучшего мужчины на свете было предательством. Он просил о доверии, а я…
– Срочно? – переспрашиваю зачем-то. – Что-то случилось?
– Я могу подняться? – не ответив на мой вопрос, Сергей задает свой.
– Да, поднимайся, – отбросив плед, шарю ногами по полу в поисках тапочек.
Сергей не сбрасывает вызов, я слышу, как он взбегает по лестнице. Иду открывать дверь после короткого звонка.
Как же я соскучилась! Все мое нутро тянется к Кайсынову, когда он переступает порог моей квартиры. Так просто сделать шаг и прижаться к его горячему телу, но, сжав руки в кулаки, я заставляю себя стоять у стены. В его глазах нет привычной страсти, теплоты, нежности и любви. Сергей холоден и недоступен. Я боюсь, мне не удастся растопить лед в его сердце.
– Ирина, прошу тебя, не пугайся, – неправильно растолковав мое скованное поведение, просит Сергей. – Я пройду? – спрашивает он, снимая обувь.
– Да, конечно, проходи. Что-то случилось? – спрашиваю, когда мы располагаемся на кухне. От вежливо предложенного чая Сергей отказывается.
– У меня небольшие проблемы в бизнесе, – поймав мой взгляд, негромко произносит он. – Есть люди, которые хотят получить часть моей компании. Они могут попытаться надавить на меня, – складывается ощущение, что он подбирает слова, прежде чем произнести следующее предложение. – Мне нужно, чтобы ты и наш ребёнок были в безопасности.
– А ты? – сердце от страха за него готово само остановиться.
– Я справлюсь, но мне нужно знать, что моя семья в безопасности, – заявляет Сергей.
На глаза набегают слезы, закрываю лицо ладонями, чтобы не разреветься. Он считает нас с малышом частью своей семьи. Я готова каждый день доказывать ему свою любовь, лишь бы эти слова оказались правдой.
– Ирина, прошу тебя, не расстраивайся, – потянувшись через стол, убирает мои ладони от лица и подушечками больших пальцев стирает слезы со щек.
Как же я соскучилась по его ласкам… по его рукам…
– Ирина, тебе нельзя волноваться. Я не прошу тебя переехать ко мне, ты поживешь у моих друзей, пока все не закончится, – неправильно истолковав мои слезы, Сергей пытается меня утешить.
– Я не готова переехать к незнакомым мне людям, – заявляю я. Слезы на глазах высыхают, как только я понимаю, что Сергей не хочет меня видеть в своем доме.
– У моих друзей ты будешь в большей безопасности, чем где бы то ни было. Ирина, в моем окружении кто-то сливает информацию. Я не могу доверять своей охране, пока не найду крысу, – отпускает мои руки и отстраняется. Сразу становится холодно и одиноко.
– Но я там никого не знаю, – несмотря на серьёзные доводы, я не спешу соглашаться.
– У моих друзей прекрасные жены, ты не будешь одна…
– Мне нужно ходить к врачу, я не могу пропускать работу, – не дослушав аргументы Сергея, выдвигаю новые контраргументы.
– На работе тебе дадут отпуск, – спокойным голосом вещает Кайсынов. Он может решить любую проблему. – У моих друзей собственная клиника с лучшими врачами, которые будут круглосуточно к твоим услугам. Есть ещё возражения?
– Я не знаю… – растерянно мотаю головой. – А ты где будешь? – с надеждой в голосе.
– Рядом. Если ты позволишь, я всегда буду рядом….
Глава 57
Ирина
– Всех мужчин отправили по делам, теперь можно спокойно выпить кофе… или чай, – возвращаясь на кухню, мечтательно произносит Леля. Конечно, все это не по-настоящему. Она просто обожает своих мужчин. За те пять дней, что я нахожусь в их доме, ни разу не замечала, чтобы она устала от своих «мальчиков».
Чай – это для меня. При последнем посещении врача кофе мне запретили из-за давления, повышенного на десять единиц. Для меня отказ от кофе незначительная потеря, я готова воздерживаться от всего, что может навредить малышу.
Не останавливаясь возле стола, Леля проходит к плите. Пытается спрятать от моего взгляда припухшие, покрасневшие губы. Такими они становятся каждое утро после того, как она выходит проводить мужа.
Когда смотрю на Ардановых, моя тоска по Сергею ширится и множится. С белой завистью наблюдаю за Ольгой и Ибрагимом. Каждая женщина мечтает о такой любви. Столько лет в браке, четверо взрослых сыновей, а любви и страсти больше, чем у молодых пар. Как людям удается сохранить такие прекрасные отношения и пронести любовь через совместно прожитые годы? Возможно, это дано свыше. Мне и Сергею не повезло в браке, нам был дан второй шанс, которым мы воспользовалось неумело. Могло же быть все по-другому…
– Ты почему не ешь? Невкусная каша? Я могу приготовить что-нибудь другое, – подходя к столу с чашкой чая, Леля замечает почти нетронутую тарелку. Ставит передо мной чашку чая, для себя оставляет чашечку кофе.
– Не нужно ничего готовить, каша отличная, – мотнув головой, ложкой набираю из тарелки кашу и кладу в рот. – Правда вкусно, просто нет аппетита, – успокаиваю Лелю, пока она не кинулась ещё что-нибудь готовить.
– Ира, так не пойдет, ты вчера вечером почти ничего не съела, – садясь за стол, строго произносит она.
– Я не была голодна, ты меня на убой кормишь, – улыбаясь, произношу я.
– Ладно, в обед не отвертишься, – по-доброму угрожает мне.
В доме Ардановых я нахожусь пятый день, а Сергея я видела лишь однажды. Три дня назад он приехал в клинику, чтобы поприсутствовать на УЗИ, услышать, как бьется сердце нашего малыша.
Когда Сергей помогал мне стереть гель с пока ещё плоского живота, я с жадностью ловила любую мимику на его лице. Для него все это не ново, он проходил обследования с первой женой, а я от переизбытка чувств не могла унять слезы радости. Мой ребёнок, самый долгожданный и желанный. Я уже сейчас безумно его люблю.
Заметив, что я тихо плачу, Кайсынов обнял меня за плечи. Успокаивающе поглаживая по спине, слушал, что говорит доктор. В тот момент мне так хотелось верить, что мы семья, что у нас есть второй шанс на счастье.
Клиника Ардановых как закрытое царство. Обслуживание не сравнить с государственной поликлиникой, где вечно очереди, шум, неточные результаты анализов, которые нужно пересдать, порой грубый и нервный медперсонал. Здесь пациент может расслабиться, о нем заботятся, не пугают зря и все доходчиво разъясняют. Я понимаю, что такое отношение стоит денег, и немалых, не носи я ребёнка Сергея, вряд ли оказалась бы здесь.
Сергей….
Мы распрощались на парковке клиники. Он помог мне сесть на заднее сиденье полностью тонированного автомобиля и проводил взглядом, когда мы с водителем и охраной выезжали за ворота клиники.
Этих нескольких минут мне было катастрофически мало. Без него у меня отключались жизненно важные органы…
– Доедай, и гулять, – голос Лели врывается в мои мысли. Она ставит на стол мои витамины и стакан воды.
Кроме прогулок заняться мне особо нечем. Врач рекомендовала гулять не меньше трех часов в день, и я гуляю. Территория ардановской усадьбы просто огромная. Несмотря на холодное время года и часто выпадающие осадки, все дорожки расчищены, даже те, что уходят вглубь красивого, созданного дизайнерами сада. Я люблю там бывать. Хотя в это время года он, наверное, не так прекрасен, как весной, летом и даже ранней осенью.
– Как ты смотришь на то, чтобы устроить вечером СПА-процедуры? – спрашивает Леля.
– Я не уверена, что меня выпустят из-под домашнего ареста, – шучу я. Сыновья Сергея вместе с женами уехали «на отдых». Пока все не разрешится, они не вернутся. Летать мне врач не советовал, поэтому для меня нашли самый безопасный и комфортный для проживания дом. Здесь я познакомилась с отличными девушками, которые стали мне подругами.
– Устроим прямо здесь, никуда не придется выезжать, – не задумываясь, произносит Леля.
Она могла бы съездить в салон сама, сделать все процедуры, расслабиться и провести день в свое удовольствие, а вместо этого заботится о моем комфорте и настроении. Мне безумно неудобно, но я обещаю, что обязательно отплачу добром на их заботу.
– Пригласим мастеров, сделаем себе ноготочки, прически, массаж лица… – уговаривая меня, Леля перечисляет доступные на дому процедуры. Для будущей мамы важно быть в хорошем настроении, но все эти процедуры я, не задумываясь, променяла бы на вечер с Сергеем. – Позовем Марину, Леру и Раду? – спрашивает Леля.
С Шаховой и Лютаевой я познакомилась на следующий день после того, как меня поселили в доме Ибрагима и Лели. Они приехали обсудить какой-то благотворительный проект с Мариной, пока мужчины общались в кабинете за закрытыми дверями, мы пили чай на кухне и общались на разные темы. Бывают люди, с которыми ты чувствуешь себя комфортно, словно вы знакомы сто лет. Не нужно присматриваться, настораживаться. Вам вместе легко и просто. Мои новые подруги из этой категории.
– Я добавляю в твою жизнь дополнительную суету, – помогая Леле убрать со стола, вздыхаю я.
– Посиделки с подругами – это релаксация, а не суета, – философски замечает Арданова. – К тому времени, как мужчины вернутся с работы, мы будем красивыми и отдохнувшими. Пусть готовят свой шашлык и любуются на нас, – щебечет Леля, не замечая моего удивления.
– У вас сегодня будут гости? Может, мне лучше остаться в комнате? – предлагаю я. Мне и так неуютно, что я живу в чужом доме, у людей, с которыми познакомилась несколько дней назад. Неважно, что они относятся ко мне как к родной, мне все равно неудобно.
– Будут все, кого ты знаешь, – отмахивается Леля, не замечая моего смущения. – Ахмед, Владимир, Марат, Егор… Сергей…
Дальше я уже не слушаю, мое сердце сбивается с ритма, шум крови в голове заглушает все звуки.
Он приедет!..
Глава 58
Сергей
– Батя, я собираюсь вернуться и быть рядом, – заявил мне с утра сегодня старший сын.
Если он сорвется с «отдыха», Макар может его поддержать. Договорились ведь обо всем, не сидится ему спокойно на берегу теплого океана рядом с красавицей женой?
Мои сыновья давно выросли, теперь они готовы бросаться на мою защиту. С одной стороны, меня распирает гордость, с другой стороны, я всё ещё молодой крепкий мужик, который сам способен нагнуть своих врагов. Ресурсов для этого более чем предостаточно.
– Ты останешься рядом со своей женой, Демьян! – припечатываю жестким тоном. – Раяне нельзя волноваться, вот и береги ее. Как ты объяснишь ей свой поступок? У меня тут все под контролем. Потерпите пару недель и сможете вернуться, – сообщаю сыну последние новости. Мы расставляем капканы, и очень скоро в них попадутся все крысы.
Мы почти добрались до людей, которые стоят за Горынычем. Как я и предполагал, он всего лишь пешка в опасной игре. Расходный материал, которым не жалко пожертвовать при любом раскладе. Бросив Горыныча на растерзание, они понимали, что шансов получить кусок от моего бизнеса у них примерно ноль целых ноль десятых процента. Но рискнули. Рискнули подставным вором в законе, который, покинув зону, поверил, что всё ещё имеет какой-то вес на свободе.
Пешки нам были неинтересны, хотя оставлять их на свободе никто не собирался. Все, кто принимал участие в этом деле, будут нести разного рода ответственность. Судя по спискам, которые имелись у нас на данный момент, новобранцев-смертников у Ардановых наберется на целый батальон. Там только профессиональной охраны больше ста человек. Всем, кроме заказчиков, кто пожелает отказаться от службы в рядах частной военной компании, мы предоставим шконки в промозглых тюрьмах Севера. Некоторым из них шконки достанутся в пожизненное пользование…
Рабочий день тянется бесконечно. Я отменил все встречи на вечер. Ардановы пригласили к себе в гости, я не хотел опаздывать даже на минуту. Меня тянуло с такой силой к Ирине и нашему ребёнку, что я чувствовал боль на физическом уровне. Ощущение, что меня нашпиговали заточенными крюками и тянули в сторону от любимой женщины, а я сопротивлялся и рвался к ней. Рвался душой и разумом, тело заставлял оставаться на месте. Не уверен, что ей нужно мое физическое присутствие рядом. Подбираться придется очень медленно. Действовать осторожно, чтобы не спугнуть пугливую лань.
Приручить…
Научить доверять…
Влюбить…
Сжав в кулаке ручку, переламываю ее к херам. Без нее я дышу в полсилы, я не чувствую вкуса, не замечаю ярких красок вокруг. Меня словно в вакуум погрузили, где сыро… серо… холодно… но главное – одиноко!
Закрыв глаза, пытаюсь медленно дышать, чтобы унять боль между ребер. Сколько понадобится времени, чтобы побороть ее предубеждения? Как доказать, что перед ней не жестокий убийца, а мужчина, который будет беречь каждый волосок на ее голове?..
– Дарья, принесите мне кофе, – нажав на селектор, отдаю распоряжение секретарю. Пока Лена лежит на сохранении, на должность моей помощницы мой отдел кадров предоставил девушку из бухгалтерии. У неё единственной был опыт работы секретарем в крупной компании. Лена незаменима, я с нетерпением жду, когда она вернется к работе, но к Дарье потихоньку начал привыкать.
Звонок от Ибрагима застает меня в тот момент, когда я делаю первый глоток вполне приличного кофе. Сердце начинает частить. Вдруг что-то с Ириной? Хватаю телефон в руки, веду по экрану, подсознательно отмечая, что уже шестой час вечера.
– Слушаю, Ибрагим, – принимая звонок, отставляю чашку на край стола.
– Сергей, у меня есть предложение, – расслабляюсь, услышав привычный спокойный голос. – Девчонки устроили себе на дому салон красоты, Леля умоляет не приезжать раньше восьми вечера, – в его голосе появляются вибрирующие нежностью ноты, когда речь заходит о жене. – Как ты смотришь на то, чтобы засидеться допоздна и остаться в моем доме с ночевкой? – предложение Ибрагима находит живой отклик в моей душе.
От их участка до моего дома минут двадцать езды, оставаться вроде нет смысла, но Ибрагим предоставляет мне прекрасную возможность побыть с Ириной.
Неужели я настолько читаем? Я был уверен, что отлично прячу истинные чувства. Невыносимо сложно находиться вдали, не знать, как она себя чувствует, о чем переживает.
– Что ответишь? – спрашивает Ибрагим.
– Если мы собираемся пить, придется воспользоваться твоим гостеприимством, – придаю нашему разговору легкий тон. Где-то глубоко внутри при этом благодарю за проницательность.
– Подъезжай к восьми, – напоминает он. Прежде чем отбить звонок, добавляет: – Мне Леля короткое видео скинула, я тебе переслал, посмотри.
Мазнув пальцем по экрану, открываю видео. На нем Лютаева, Шахова, обе Ардановы и моя Ирина дефилируют по гостиной, словно по подиуму, в красивых платьях. Шутят и смеются.
Ирине идет быть счастливой. Хочу, чтобы она всегда улыбалась…
– Теперь ты надеваешь…. – голос Лели обрывается, а вместе с ним и запись. Я так и не понял, к кому она обращалась.
Пересматриваю несколько раз короткое видео, зависаю на образе Ирины в платье винного цвета. Платье с открытыми плечами подчеркивает ее хрупкость. Ее фигура ещё не изменилась, лишь грудь стала заметно больше.
Закончив рабочий день в начале седьмого, отпускаю Дарью и спускаюсь на закрытую парковку. Эхо моих шагов отражается от бетонных стен пустынной парковки. По спине бежит холод, он колючими иголками разрывает нервные волокна позвоночника, предупреждая об опасности.
Не дойдя несколько метров до автомобиля, останавливаюсь. Медленно обернувшись, осматриваю широкие колонны и редкие оставленные машины. Территория охраняемая, но, видимо, недостаточно надежно, раз мои враги сумели сюда проникнуть.
Мы ожидали, что может произойти нападение. До сегодняшнего дня я был собран и предусмотрителен. Отвлекся, расслабился, теперь придется заплатить. Потеряв бдительность, подставился под удар…
