Текст книги "Его искушение (СИ)"
Автор книги: Кристина Майер
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 20 страниц)
Глава 10
Ирина
– Я не вызывала полицию, но моя обязанность была остановить этот беспредел, – ядовитой гадюкой шипит Светлана Борисова. – Ломасова проводите в медпункт и быстро расходитесь по аудиториям, – значительно громче продолжает свою речь ректор. – Представление окончено, быстро расходимся, – студенты не спешат, поэтому она повторно поторапливает. Богдан предпринимает попытку ко мне подойти, но его останавливает жесткое: – Ломасов, вы чего-то не поняли?
– Я хотел поговорить….
– А я хочу, чтобы вы немедленно отправились в медпункт! – не дослушав, резко перебивает Светлана Борисовна студента. – Или я прямо сейчас звоню вашей матери и ставлю ее в известность о вашем отчислении.
– За что? – возмущается он.
– За драку, Ломасов. Уставом института они запрещены.
Бросив на нее раздраженный взгляд, парень уходит, а я понимаю, что все это время не дышала и сейчас почувствовала облегчение.
– Поднимитесь в мой кабинет, Ирина Алексеевна, – закрыв сигналкой автомобиль, направляется к центральному входу только после того, как студенты расходятся. – Позор. Какой позор, – бурчит под нос, пока поднимается по лестнице. Она идет впереди, но прекрасно слышит мои шаги. Нет сомнений, что ее реплики предназначены для моих ушей.
Не зря ее студенты Грымзой называют за глаза.
Не жду ничего хорошего от разговора тет-а-тет. После того, как Борис Львович покинул пост ректора по состоянию здоровья, а его дочь заняла этот пост, всем молодым преподавательницам приходилось несладко. Она и так постоянно ко мне придиралась, а тут появился повод наказать. Выкатит штраф?
С моими финансовыми проблемами только этого не хватало…
– Пишите заявление об увольнении, – в приказном тоне выдает она, как только я вслед за ней переступаю порог кабинета. Ловлю испуганный вздох секретаря, которая осталась в приемной и все слышала. Я знала, что ничего хорошего меня не ждет, но не думала, что она решила поступить настолько радикально.
– Я не буду…
– У нас коммерческий институт, – грубо перебивает Светлана Борисовна. – Мы ещё долго не отмоемся от той рекламы, которую вы нам устроили, – кривит пренебрежительно губы, надевая на нос узкие очки, которые, к слову, ей совсем не идут. – Не напишете заявление по собственному желанию, уволю по статье… – принимается угрожать. – Ещё и заявление в полицию напишу, где укажу, что из-за вас и вашего невменяемого мужа пострадал наш студент.
«Богдан первым его ударил», – вертится на языке, но я прикусываю кончик до боли, чтобы ничего не сказать. Могла бы попытаться себя защитить, но нет смысла. Мне будет стыдно смотреть в глаза студентам после устроенной Стасом сцены. Он облил меня такой грязью, что вовек не отмыться. Сам при этом чище не стал!
– С матерью Ломасова вопрос решу, если ты уйдешь без шума, – выдвигает условие. И чем это я ей так мешаю?
– А если не уйду? – просто интересно, что она скажет.
– Сообщу ей, кто избил ее сына, – ведет плечами, сдерживая торжество в глазах.
– Я напишу заявление, – соглашаюсь не потому, что она мне угрожала, а потому, что Стас своими прилюдными обвинениями не оставил мне выбора.
Через несколько минут кладу на стол заявление, написанное ровным, четким почерком, разворачиваюсь и, не прощаясь, покидаю кабинет ректора.
Плакать не осталось сил, или я просто до сих пор пребываю в шоковом состоянии, и мой мозг включил режим защиты, откат ударит по мне позже.
Чувствую ли я сожаление? Конечно! Я столько сил вложила, чтобы добиться признания, уважения коллег и студентов, которые меня любили. Я гордилась своей репутацией, от которой не осталось и мокрого места. Обидно, что не смогу поделиться знаниями, которые у меня есть.
«Теперь я ещё и без работы осталась… – крутится постоянно в голове, пока я спускаюсь на первый этаж. – И как жить дальше? Искать не только жилье, но и работу…»
Не хочу идти в кондитерский цех – зарплаты маленькие, весь день на ногах, у печей. Да и готовят в этих цехах для массового потребителя, качество продуктов низкое, нарушаются маркировка, температурные режимы при изготовлении десертов, весовка, в результате на выходе получается товар низкого качества.
Ещё и командует тобой тот, кто в этом деле разбирается меньше тебя. Когда тебе двадцать, можно сжать зубы и работать, закрывая на все глаза, но, когда за твоими плечами не только «вышка», но и несколько мастер-классов от известных кондитеров, которые стоили баснословных денег, а ещё годы преподавания и огромный опыт в кондитерском деле, хочется к себе уважения.
Через стеклянные двери вижу ожидающего у ворот Богдана. Я не хочу с ним встречаться и разговаривать. Я благодарна Богдану. Наверное, стоит сказать ему это в лицо, ещё извиниться за поведение мужа, но… Он будет ждать объяснений, а я не хочу оправдываться! Не хочу видеть в его глазах жалость и надежду!
Покидаю институт через кондитерский цех, прошу Аглаю выпустить меня. Извиняюсь перед ней и студентами, что отвлекла от занятия.
– У тебя все в порядке? – интересуется она, видимо, заметив написанное на лице расстройство.
– Потом расскажу, – заставив себя улыбнуться, покидаю родной институт….
На остановке сажусь в первый подъехавший автобус, даже номер не запоминаю. Хочется уехать далеко-далеко, спрятаться ото всех, но я выхожу на следующей остановке. От себя не убежишь…
Бреду в сторону первого попавшегося на пути кафе. Бармен сообщает, что кухня ещё не работает, но он может сделать мне кофе или чай. Прошу чашку кофе и занимаю столик в дальнем углу у окна.
Звоню Лене, потому что больше не с кем обсудить мрак, что накрыл мою жизнь. Я знаю, что ее босс в командировке, поэтому смело набираю номер.
– У тебя что-то случилось? – спрашивает Лена настороженно, будто видит меня.
– Говорить можешь? – интересуюсь, прежде чем делиться последней новостью.
– Если только быстро, Ир. Мне срочно нужно отправить документы Кайсынову.
– Я уволилась с работы, – если быстро, то пожалуйста.
– Та-ак… – тянет она подозрительно.
– Лен, не хочу тебя отвлекать, вечером поговорим, – быстро тараторю в трубку. Официант в это время ставит передо мной чашку кофе. – Времени у меня свободного теперь много, займусь поиском работы, – невесело звучит, и слезы на глазах проступают.
– Не торопись искать, у меня есть одно место на примете…
Глава 11
Сергей
После того, как я остался без домработницы, утро в собственном доме всегда «праздник». Выбросив сырое полотенце, которое забыл развесить перед командировкой и теперь оно воняло на весь спортзал, поднялся на кухню приготовить завтрак…
Вычистил холодильник от просроченных продуктов и вымыл полки. Осмотрев пустой, но чистый холодильник, пробурчал под нос ругательства и пошел собираться на работу. Домашние завтраки и ужины скоро будут являться мне в ностальгических снах!
Вчера после тяжелого перелета, несмотря на позднее время и усталость, я заехал к Алевтине Яковлевне. Ее вчера выписали из больницы. Медики сделали все, что могли, чтобы поставить ее на ноги, а при ее диагнозе это уже победа. Алевтина Яковлевна, опираясь на трость, самостоятельно передвигается. Работать она уже вряд ли когда-нибудь сможет, а вот при должной реабилитации будет сама себя обслуживать, пока за ней ухаживает дочь, которая вчера накормила меня вкусным домашним ужином. Отказываться не стал, ресторанная еда порядком поднадоела. Возникло желание пригласить ее дочь в помощницы. Идея хорошая, но невыполнимая: за Алевтиной Яковлевной нужен уход.
– Лена, доброе утро. Кофе мне сделай, – прошу помощницу, как только она появляется на рабочем месте.
– Вот ваш кофе, Сергей Аркадиевич, – спустя несколько минут Лена появляется в кабинете с чашкой ароматного напитка.
«К нему бы ещё пирожные, которыми она угощала меня в прошлый раз…» – всплывает и тут же гаснет в голове.
– Нашла домработницу? – интересуюсь у неё, забирая чашку.
– Сергей Аркадиевич, я как раз хотела с вами об этом поговорить, – вроде четко произносит Лена, но в ее голосе нет привычной уверенности, что заставляет меня насторожиться.
– В чем дело? – подняв взгляд на Лену, интересуюсь я. Обычно моя помощница не мнется.
– Первая соискательница должна была подойти к девяти утра, но она позвонила буквально пять минут назад и, не уточняя причину, отменила встречу, – вроде четко выговаривает каждую букву, голос не дрожит, а вот чувствую, что есть в этом какой-то подвох.
– И? Больше никого нет? Это ведь простое поручение, Лена! – злюсь я.
– Есть! – тяжело вздохнув, выдает она. Так… Всё-таки чуйка не подвела. – Но я бы хотела попросить вас о небольшом одолжении, – сжимая перед собой пальцы, делает неуверенный шаг к столу.
– Слушаю, – поторапливаю, косясь на остывающий кофе.
– Моя подруга…
– Лена, давай без лишней лирики и замираний дыхания, тебе это не идет, – раздражаюсь, потому что никогда не замечал в ней неуверенности.
– Моей подруге срочно нужна работа, – выдает на одном дыхании, будто боялась, что передумает меня просить. – Я хотела бы попросить вас…
– Ты дружишь с женщиной вдвое старше тебя? – догадываясь, куда она клонит, уточняю я, хотя прекрасно помню, что с подругой они ровесницы. Лена не раз упоминала, что пирожные, которыми она меня периодически угощает, готовит ее бывшая одноклассница и близкая подруга.
– Нет, мы ровесницы, – вздыхает она, понимая, к чему клоню. – У Ирины произошли серьёзные перемены в жизни, она осталась без жилья и работы… – продолжает помощница, а я все жду, когда Лена поймет, что я не благотворительная организация, чтобы брать на работу неподходящую кандидатуру. Я четко обозначил запрос. Молодая девчонка мне в доме не нужна! – Сергей Аркадиевич, я не попросила бы, но Ирине очень нужна помощь. Она очень хорошая и ответственная девушка. Вы не пожалеете, если дадите ей шанс, – игнорируя мой тяжелый взгляд и недовольство, которое наверняка проступает на лице, продолжает Лена. Смелая сегодня до безобразия.
Не хочу задумываться о том, что какой-то девушке нужна помощь, но Лена своей настойчивостью начинает меня продавливать.
– Закажи мне на дом клининг и проследи за уборкой, – злюсь на себя за проявление слабости. Обычно такие порывы всегда заканчиваются каким-то пздцом! – Заполни мой холодильник продуктами и на сегодня можешь быть свободна, – отдаю распоряжения, которые не имеют никакого отношения к занимаемой ею должности.
– Сергей Аркадиевич, вы поможете моей подруге? – не сдается Лена.
Вот настырная! Ее настойчивость раздражает, но не до такой степени, чтобы я сорвался и попросил покинуть кабинет. Взяв в руки остывшую чашку кофе, делаю глоток. Обжигаю рецепторы горьким вкусом. Тянусь в карман за пачкой сигарет, но вспоминаю, что утром в очередной раз завязал с курением. В этот раз, видимо, и дня не продержусь, если, наступая на горло своим принципам, поддаюсь умоляющему взгляду. Лена впервые о чем-то меня попросила….
– Пусть придет на собеседование, – разрешаю я, но пока не знаю, как поступлю. Из каждого правила могут быть исключения, хотя я обычно не допускаю их.
– Спасибо!
Поблагодарив, Лена возвращается к рабочему месту.
– Сергей Аркадиевич, подготовила список продуктов, – спустя двадцать минут в моем кабинете появляется Лена со списком. Как всегда, серьёзно подошла к поручению, которое я дал. – Отметьте, пожалуйста, какие продукты исключить из списка или, может, ещё что-нибудь добавить? – кладя передо мной исписанный лист. Взгляд падает на первые строчки. Тут только сыров несколько видов.
Зачем мне одному так много всего?
– Список пока оставлю у вас, – продолжает Лена. – Обзвонила проверенные клининговые компания, на сегодня свободных бригад нет, – отчитывается она, а я продолжаю скользить взглядом по ее списку. Мясо: индейка, курица, свинина, говядина, баранина, крольчатина. Напротив последнего пункта стоит знак вопроса. Видимо, с крольчатиной Елена определиться не смогла, предложила это сделать мне. Беру ручку со стола и вычеркиваю пункт из списка. Лена даже бровью не ведет, продолжает четко рапортовать: – Первая свободная дата на завтрашнее утро, – продолжает свой отчет Лена. – Подтвердить заявку или продолжать поиски клининговой конторы, которая сегодня возьмется за уборку? – спрашивает она, а я думаю, что был недостаточно внимателен к Алевтине Яковлевне. Неужели она самостоятельно делала такой большой закуп продуктов?
– Пусть будет на завтра, – соглашаюсь я. Потерплю ещё один день…
Как только за Леной закрывается дверь, откладываю ее список на край стола и переключаюсь на работу. Периодически тянусь к пачке сигарет, вспоминаю, что завязал с курением, и работаю дальше.
– Сергей Аркадиевич, к вам Ирина на собеседование, – ближе к обеду передает по селектору Лена.
– Пригласи…
Короткий стук в дверь. Отрываюсь от ноутбука. Кинув короткий взгляд на хрупкую девушку, которая вошла в кабинет, сразу узнаю ее.
Она…
В моем офисе…
В руках нервно сжимает папку, смотрит большими глазами, в которых калейдоскоп эмоций: притягательных, вкусных, но таких опасных для нее. Меня она не помнит, это даже хорошо, а я вот, наоборот, не могу забыть тонкие пальцы на своей груди и приоткрытые в возмущении пухлые губы…
Глава 12
Сергей
В горле пересыхает от жажды. От жажды испить эту девочку. Я словно хищник, почуявший жертву. Каждый нерв натянут в тонкую струну. Эта встреча для нас обоих может закончиться плохо. Я бы даже сказал, фатально, если я стану забывать, что она замужем. А я стану забывать…
Я не имею на нее никаких прав, но меня уже сейчас бесит факт, что она замужем. Женщины в отношениях для меня всегда были табу, я никогда не рассматривал их в качестве партнерш для секса. Не припомню, чтобы они вызывали хоть небольшое желание поступиться своими принципами. И вот впервые мне хочется плюнуть на все. Я могу кардинально изменить ее жизнь. Как бы сильно она ни любила мужа, я не сомневаюсь, что сделаю ее своей.
«Ирина» – несмотря на то, что не хочу ничего о ней знать, перекатываю на языке ее имя. Ира… Ирина… Иришка… – мягко ложится на язык ее имя.
«Она замужем!» – обрываю жестко себя. Я не стану влезать в чужую семью. Мой интерес с этой девушке – только моя зона ответственности. В моем возрасте сводящая с ума страсть – роскошь, которую я не могу себе позволить.
– Извините, Ирина, но вы мне не подходите, – лучше сразу все оборвать, чтобы не поддаваться искушению. А мои чувства – чистой воды искушение. Острое, манящее.… – Даже анкету смотреть не буду, пусть там хоть тысяча рекомендаций и отличных отзывов, – говорю с ней резко, даже где-то грубо.
– Можно узнать почему? – удивленно распахивает свои колдовские глаза. Совсем не вовремя ползут в голову картинки, как эти глаза затуманиваются во время оргазма. Хочу быть свидетелем ее страсти, хочу наблюдать ее оргазм…
«Твою...» – ругаюсь про себя. Она задала вопрос, а я выпал из диалога. На вопрос я в любом случае не собирался отвечать. Вряд ли она захочет услышать откровенный ответ, поэтому пусть лучше бежит отсюда и не оглядывается.
– Ладно, неважно, – скрывая грусть, отвечает Ирина, даже силится улыбнуться, но быстро гасит попытку. – Анкета, кстати, пустая, – признается она, крутя в руках папку. Ещё и честная. – У меня нет опыта работы, – ведет плечами, а я подвисаю на каждом ее движении и жесте.
– Тогда тем более нам не о чем разговаривать, – резко отрезаю, взглядом указывая на дверь. Моя грубость и холодность задевают ее, я вижу, как гаснут искры в красивых глазах.
– Всего доброго, – обдает меня холодом своего голоса, не зная, что к холоду я невосприимчив. Вскинув голову, словно королева, распрямляет плечи и, не оглядываясь, быстро покидает мой кабинет, словно желает сбежать и больше никогда меня не видеть. На секунду мне показалось, что в ее глазах блеснули слезы. Обидел? Скорее всего, так и есть. Давлю в себе желание ее догнать и извиниться. Мне нечего ей предложить, а любая уступка с моей стороны грозит ее семейному счастью.
– Сергей Аркадиевич, можно? – не дав мне пережевать свои эмоции, в кабинет врывается Елена.
– Ты уже вошла, – бью рекорды по грубости. Елена, привыкшая к моему жесткому и резкому тону, даже не обращает внимания на мое плохое настроение, проходит к столу и останавливается напротив. Губы поджаты, взгляд горит, хотя она и пытается сдерживать эмоции. Я вижу, как сложно ей дается спокойствие, но профессионал в Лене берет верх, она почти успокаивается и ровным тоном произносит:
– Вы обещали помочь моей подруге, но даже не стали ее слушать, – бросает обоснованную претензию. Я привык отвечать за свои слова, но не в этот раз.
– Я не отказываюсь ей помочь, Лена, – перехожу на деловой тон, в то время как мои инстинкты встают на дыбы. Мне необходимо выяснить, что случилось у Ирины. И почему ее муж не может ей помочь? – Обрисуй, в чем проблема, я попытаюсь решить, – давлю на нее взглядом, чтобы не вздумала отказаться отвечать.
– Ира осталась на улице и потеряла работу, – после тяжелого вздоха всё-таки отвечает помощница. Сухо и без подробностей, а мне как никогда хочется услышать детали. Как она оказалась на улице? Где ее гребаный муж? В голове с десяток версий, но я хочу знать единственно верную.
– Я могу снять ей жилье и помочь с работой, – предлагаю, не задумываясь.
– Думаете, я не могла бы снять ей квартиру, пока она ищет работу? – выгибает бровь Лена. – Ей нужно сменить обстановку, сменить род деятельности. Она эмоционально раздавлена.
– И кто ее раздавил? – вылетает вопрос прежде, чем успеваю тормознуть свой порыв.
– Сергей Аркадиевич, поймите меня правильно, я не хочу обсуждать личную жизнь своей подруги. Без ее позволения я не могу ничего вам рассказать, – отказывается отвечать Лена. А у меня от напряжения начинает тянуть затылок.
Что могло произойти с Ириной? Не отпускает мысль, что это как-то связано с ее мужем.
– Я тебя услышал, – даю понять, что личных вопросов больше не будет. Но остаться в стороне уже не получится. Я хочу помочь Ирине, правда, пока не знаю как. – Если я предложу ей полететь в другой город, она согласится? Сотрудников на производстве всегда не хватает, – внимательно слежу за реакцией Лены, но ещё до того, как слышу ответ, догадываюсь, каким он будет.
– Я не хочу, чтобы она осталась одна в незнакомом городе, – тут же отказывается Елена. – Здесь я могу ее поддержать, а там кто будет с ней рядом? Кто будет вытаскивать ее из депрессии?
«Муж!» – взрывается в голове, но вслух я этого не произношу.
– Не знал, что ты психотерапевт, – беззлобно.
– Подруги – лучшие психотерапевты, чтобы вы знали, Сергей Аркадиевич.
– Не буду спорить, – сдаюсь сразу. Только разговоров о женской дружбе мне не хватало. – Лучше расскажи, чем работа в моем доме может помочь твоей подруге? – спрашиваю ее.
– Снимается вопрос с жильем и с работой, я всегда буду рядом, если понадоблюсь, – перечисляет Елена. – У неё будет хороший начальник, и это не комплимент или желание подлизаться, – выдает моя помощница.
– Скажи своей подруге, что она может завтра выйти на работу, – остаться в стороне уже не получится, но, чтобы избежать ещё одной проблемы в лице меня, озвучиваю условия: – В доме для прислуги может выбрать любую комнату и заселиться. Уборкой и готовкой пусть занимается, когда меня нет дома. Контейнеры с готовой едой подписывает и ставит в холодильник, я сам разогрею и поем.
– Я правильно понимаю, чем меньше вы будете пересекаться, тем лучше? – сразу схватывая суть, уточняет Лена.
– Совершенно верно, – подтверждаю я. Пока я не разберусь со всеми ее проблемами, ей лучше держаться от меня как можно дальше…
Глава 13
Ирина
Собираясь на собеседование, я постоянно прокручивала в голове рекомендации, которые мне дала Лена. Раньше я вряд ли согласилась бы пользоваться протекцией подруги для получения работы, но ситуация, в которой я оказалась, не оставила мне выбора.
Лена сумела убедить, что работа на ее босса – отличный шанс изменить свою жизнь. Помимо отличной зарплаты, я решу проблему с жильем, не нужно будет тратиться на транспортные расходы, продукты и коммуналку. Скопив небольшой капитал за пару лет, смогу снять жилье и устроиться преподавать в какой-нибудь кулинарный техникум, если мне так важно передавать знания молодому поколению. А может, даже решу открыть курсы для начинающих кондитеров или проводить мастер-классы для опытных поваров.
Вдохновлять подруга умела. Обрисовала такие радужные перспективы, что я, не особо задумываясь, согласилась на ее предложение. Для собеседования выбрала строгий стиль, с этим проблем не было, большая часть моего гардероба – строгая классика.
Я плохо представляла, что за размах у компании, в которой работала моя подруга. Поднявшись на нужный этаж, поразилась настолько, что у меня отпала челюсть. Нужно было внимательнее слушать подругу, когда она делилась подробностями своей работы. Хотя никакие рассказы не способны передать масштаб того, что предстало моему взору. Если до этого момента я не нервничала, то теперь меня ощутимо так потряхивало.
– Молодец, что пришла чуть раньше, – встретив меня, подруга всучила мне анкету и попросила ее заполнить, сама куда-то убежала.
Заполнить анкету я не успела. Вписав инициалы, подвисла на следующем вопросе, в котором меня просили указать предыдущее место работы и записать данные хозяев дома вплоть до номера телефона.
– Лена, я не знаю, как мне ответить…
– Ира, некогда, – оборвав мой незаданный вопрос. Бросив взгляд на часы, она пронеслась мимо, даже не остановилась. Постучала в дверь, за которой все это время стояла идеальная тишина, и до меня донесся низкий мужской голос:
– Пригласи, – короткий приказ, от которого по телу прокатился озноб. Стоило в тот момент развернуться и уйти, не стоило ждать ничего хорошего от обладателя сильного, давящего голоса. Но я пошла…
Можно ли провалить собеседование при условии предварительной договоренности, что тебя возьмут на работу? Можно! Я бы рассмеялась, если бы не было так грустно и тяжело. Меня ни на секунду не отпускала мысль о том, в каком положении я отказалась.
«Это просто формальность», – уверяла меня Лена.
Просто формальность…
Да он меня даже слушать не стал! Сидел весь такой важный, холеный, богатый, высокомерный…
Смотрел на меня, как на никчемную букашку, которая пришла просить у него милостыню! Такие милостыню не подают! Они прогибают под себя этот мир, и мир платит им дань!
Стараясь достойно покинуть кабинет, я все равно бежала. Бежала от ощущения прожигающего спину взгляда, от тяжелой ауры, которая давила на мое сознание.
– Он мне отказал, – как можно более ровным тоном произнесла я. Лене здесь работать, я не хочу, чтобы из-за меня у неё были проблемы с начальством.
– Как отказал? – отвлекаясь от клавиатуры, по которой быстро стучала, подняла на меня взгляд. – Подожди меня минутку, – кивнув на кресло, она поднялась и пошла к кабинету Кайсынова.
– Лена, не нужно, – намного тише, потому что она уже схватилась за ручку двери. – Он мне не понравился, я все равно не соглашусь на него работать, – шептала я, но Лена меня не стала слушать.
– Сядь и подожди меня, – воинственно настроенная подруга отдала мне приказ и вошла в кабинет гендиректора. Ждать я не стала. Написав в отрывном блокноте: «Я не буду на него работать. Спасибо за помощь, подруга», – пририсовала сердечко в конце. Оставив блокнот прямо на клавиатуре, а незаполненную анкету на краю стола, я покинула офис крупной компании, от которой полчаса назад была в восторге, а сейчас не замечала всей этой роскоши. Спустившись вниз, беспрепятственно покинула здание.
Я как раз находилась в центре города, тут полно крутых ресторанов и кафе, если мне повезет, может, в каком-нибудь из них мне предложат место повара-кондитера? Сейчас я готова была согласиться даже на тяжелую работу, лишь бы выползти из той ямы, в которую меня сбросил муж.
Мне срочно нужно найти работу и жилье! Срочно! Но работать на безжалостного сухаря, который одним взглядом способен препарировать, я не стану в любом случае! Поражаюсь, как его Лена терпит. Неудивительно, что он так долго не может найти себе помощницу по хозяйству: кто выдержит хозяина с такой энергетикой? Он даже в расслабленном состоянии способен расщепить на атомы окружающее пространство и людей в нем.
Далеко уйти мне не дала Лена. Я как раз остановилась напротив небольшого ресторана, стояла и изучала вывеску, мысленно подбадривая себя зайти и узнать насчет работы, как позвонила подруга.
– Ты куда пропала? – начинает сразу с претензий. – Ира, я просила подождать меня. У меня отчет за прошлый квартал не подбит, а я тебя по этажу бегаю ищу.
– Лена, я ушла из офиса, – на мое признание подруга тяжело вздыхает в трубку. – Спасибо за помощь….
– Ира, выслушай и не перебивай! У Сергея Аркадиевича жесткий характер, но он хороший и справедливый руководитель… – начинает расхваливать начальника, а у меня дыбом все волоски на теле поднимаются. У меня сложилось совсем другое представление о Кайсынове, и менять я его не настроена. – Да, он отказал тебе...
– Он меня даже слушать не стал, – вырывается из меня. – Сразу указал на дверь, – вспоминая унижение, которое пережила, прикрываю глаза. Я провалила собеседование на должность уборщицы – ощутимый удар по моему самолюбию.
– Ира, отключай гордость! Неважно, почему Кайсынов тебе отказал, главное, что он передумал, – сообщает Лена, а я ничего, кроме раздражения, не чувствую. Все мои светлые эмоции остались в том кабинете. – Ира, это отличный шанс, если не согласишься, будешь дурой, – как всегда, не церемонится Лена.
– Значит…
– Значит, ты сейчас получаешь от меня список продуктов, – не дав согласиться с тем, что я дура, перебивает меня подруга. – Делаешь заказ или закупаешь все сама. Я заканчиваю подбивать отчет, мы едем, забираем твои вещи и отвозим в особняк Кайсынова. Раскладываем продукты в холодильник и устраиваем тебя на новом месте. Если ты не согласна, остаешься жить у меня, пока не разрешишь все свои проблемы, – ставит условия Ленка. Мои проблемы в течение двух-трех суток не решить, а стеснять своим присутствием семью подруги мне совсем не хочется. Я и так чувствую себя неуютно в чужом доме.
– Лена… – тяну я, но уже знаю, что соглашусь. Ленка права, не время включать гордость. Я осталась на улице, без работы, а впереди меня ждет суд…
Через три с половиной часа я сидела в машине подруги. На заднем сиденье мы сложили продукты, которые я лично отбирала, сверяясь со списком, а в багажнике находились мои вещи…
