Текст книги "Его искушение (СИ)"
Автор книги: Кристина Майер
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 20 страниц)
Глава 14
Ирина
Я видела много богатых домов… на картинках, а вживую – впервые. Несмотря на красоту и шикарный дизайнерский ремонт, я остаюсь равнодушна. Не чувствую восторга ни от чего увиденного. Возможно, для восприятия прекрасного нужны другие эмоции, а не те, что я переживаю по отношению к хозяину дома. Нужно выдохнуть.
Лена правильно говорит: я не в том положении, чтобы включать гордость. Об меня ноги вытер самый близкий и родной человек. Тот, которому я верила и доверяла. Которого любила…
Кайсынов всего лишь работодатель, он не должен мне нравиться, не должен думать о моих чувствах, переживать о моих потребностях.
– Заселяешься в любую комнату, которая тебе понравится, – оставляя на пороге мои вещи, произносит Лена. Домик для прислуги больше похож на элитное жилье в каком-нибудь частном поселке. Большие панорамные окна на первом этаже сочетаются стилем с главным особняком. – В этом доме кроме тебя больше никто жить не будет. У охраны отдельная будка, – добавляет подруга, пока я осматриваюсь. Будка у охраны – небольшой домик, где, я уверена, есть все необходимое. – Вещи разберешь потом. Пойдем, осмотрим фронт твоей работы, – улыбается Лена, махнув в сторону главного здания. – Я не все здесь знаю. Если честно, была только на первом этаже, и то не во всех комнатах, – признается подруга.
Мне неуютно от того, что приходится осматривать дом без хозяина. Я стараюсь запомнить расположение комнат, машинально отмечаю пыль на всех поверхностях в доме, разбросанные полотенца…
– Это кабинет Сергея, сюда лучше без его разрешения не входить, – остановившись у закрытой двери, просвещает подруга, выразительно смотрит на меня.
– Хорошо, поняла.
Мы обнаруживаем спортзал, бассейн, библиотеку, несколько гостевых комнат, о которых Лена не знала.
– Работы, конечно, много, – поднимаясь на второй этаж, вздыхает подруга. – Но тебе не придется весь этот дом чистить одной, – удивляет меня своим замечанием. Насколько я поняла, уборка и готовка на мне.
– Есть приходящая прислуга? – уточняю я.
– Нет. Два раза в месяц ты заказываешь клининг. Они делают генеральную уборку, моют окна, натирают лестницы, чистят кафель, стирают шторы, ну и все остальное. Твоя задача поддерживать порядок в доме, готовить Кайсынову завтраки и ужины, отвозить его костюмы в химчистку и забирать их оттуда. Следить, чтобы у него всегда была чистая одежда… – задумывается она. – Вроде ничего не забыла.
– А если в доме гости? – уточняю я, заглядывая в первую спальню следом за Леной.
– Уточнишь у него, я не знаю, – мотает несколько раз головой. – И да, кстати, чуть не забыла, старайся не попадаться ему на глаза, – спотыкаюсь, услышав от подруги непонятное мне условие.
– Что значит не попадаться ему на глаза? – переспрашиваю ее, пытаясь обогнать. Лена припустила так, будто хочет от меня убежать. – Как я ему завтраки буду готовить? Услышав шаги, должна прятаться под стол? – начинаю злиться. Внутри растет протест, я только что его потушила, проглотила горькую пилюлю собеседования. Осадок в душе ещё не осел, а его вновь подняли со дна. – Ты серьёзно предлагаешь мне остаться?! – не получается сдержать эмоции.
– Ира, не накручивай себя, – отмахивается от меня подруга. – Ничего необычного Сергей не потребовал, во многих домах просят прислугу быть незаметной. Поверь, ты не единственная, – уверенным голосом остужает мой пыл. – Утром у Сергея тренировка. Пока он в спортзале, сервируешь стол и уходишь к себе. Как только он уезжает в офис, занимаешься уборкой. Ужин оставляешь в холодильнике, он сам себе погреет, если вернется голодным, – звучит более-менее приемлемо. Все кажется не таким ужасным, как представлялось, но все равно подобное условие кажется дикостью. У богатых свои причуды. – Это, видимо, спальня Сергея, – открыв дверь и первой войдя в спальню, произносит Лена. Я заглядываю, но переступать порог не решаюсь. Внутри будто стоит барьер, а подруга между тем продолжает: – Тут не помешает, конечно, уборка, и постельное белье пора сменить, но все это оставим на завтра. Сегодня отдыхай, устраивайся на новом месте. Завтра вместе с бригадой профессиональных уборщиц наведете в доме чистоту. А я поехала на работу, – попрощавшись, Лена убегает, оставляя меня одну в особняке.
На кухне с десяток пакетов продуктов, которые нужно разложить по шкафам и холодильникам, которых здесь целых три. Один огромный стоит на кухне, а два находятся в примыкающей кладовой. Здесь установлены специальные полки для хранения овощей. Любая хозяйка мечтала бы о такой кухне. Здесь вообще все создано для большой семьи, но живет Кайсынов почему-то один. Впрочем, неудивительно – с таким-то характером…
Закончив разбирать продукты, я поднялась на второй этаж. Несмотря на то, что мой рабочий график начинается с завтрашнего дня, я не могла спокойно уйти к себе. У меня зудели пальцы навести порядок в спальне хозяина дома.
Отыскав шкаф с бельем, перестелила постель. Убрала пыль с поверхностей, пропылесосила. Проветрила комнату. Спустила в прачечную постельное белье и костюмы, которые нужно увезти в химчистку. Не скажу, что результатом осталась довольна, не мешало бы в примыкающей уборной и душевой навести порядок, но этим займусь завтра, а пока оставила на полках чистые полотенца, чтобы Кайсынову было что разбрасывать по дому.
Вернувшись в дом прислуги, выбрала для себя самую светлую комнату, с окнами, выходящими в сад. Занесла и разобрала вещи. Приняла душ и сменила одежду на более удобную. Я привыкла заниматься уборкой в лосинах и топе, но сейчас поверх топа надела футболку. Наверняка мне выдадут униформу для работы в особняке, но здесь я могу ходить в том, в чем мне удобно.
Спустившись на кухню, собиралась приготовить для себя ранний ужин, но кухня оказалась девственно-пустой. Кроме посуды и слоя пыли в шкафах и холодильнике я больше ничего не нашла.
«Заказать доставку?» – почти сразу отметаю эту мысль. В особняке полно продуктов. Одному человеку их точно не съесть, а значит, ужин я сегодня готовлю в основном доме для нас двоих.
«Должна успеть до возвращения хозяина дома», – думаю я, посмотрев на время.
Поварскими талантами я не наделена так, как кондитерскими, но способна приготовить вполне приличный ужин. Если верить Стасу, то готовлю я вкусно. Хотя всему, что говорил мой муж, верить, наверное, не стоит.
Включив негромко музыку на телефоне, я принимаюсь чистить овощи и нарезать мясо. В отдельной посуде – как-то само собой получается – замешиваю тесто для медовых пирожных. Всему виной выработанные годами привычки. Я всегда старалась баловать Стаса десертами. Тяжело вздохнув, собираюсь выбросить тесто, но рука не поднимается избавиться от качественного продукта. Раскатываю тесто, засовываю противень в духовку. Заваривая крем, посматриваю на часы. Время поджимает, я начинаю нервничать. Ужин готов, осталось доделать пирожные. Нервно притопывая ногой, жду, когда остынет последний корж. Понимая, что катастрофически опаздываю, а Кайсынов может вернуться в любую минуту, решаю убрать все заготовки в холодильник, а завтра доделать…
– Добрый вечер, – бархатный низкий голос бьет в спину. Подпрыгнув на месте, чуть не роняю на пол чашку с кремом. Медленно оборачиваюсь, Кайсынов стоит, прислонившись плечом к дверной коробке, и внимательно смотрит на меня.
Интересно, как давно он там стоит?..
Глава 15
Ирина
– Добрый вечер, – мямлю в ответ, словно вчерашняя школьница. Это так на меня не похоже. Я могу держать внимание целой аудитории студентов, а рядом с этим мужчиной теряюсь.
Его взгляд абсолютно нечитаем, на лице покер-фейс. Как мне понять, о чем он думает?
Уволит меня сразу или помилует?
– Лена предупредила, что я к своим обязанностям приступаю с завтрашнего дня, но… – нервно переступаю с ноги на ногу, вытирая тыльной стороной ладони испарину на лбу. Вспотела, спеша быстрее закончить, а тут ещё разволновалась.
Как же сложно сознаваться, что решила воспользоваться его продуктами, чтобы приготовить ужин для нас двоих. Мне кажется, что его бровь едва заметно дернулась вверх. Ждет, что я продолжу оправдываться? Мог и помочь. Сказал бы что-нибудь.
– Я воспользовалась кухней, чтобы приготовить ужин. Я не знаю, могу ли…
– Ирина, я не собираюсь морить вас голодом, – всё-таки приходит на помощь. Успокаивает мою совесть, а то я себя воровкой начала чувствовать. – Правильно сделали, что приготовили для нас ужин, – отлепившись от косяка двери, произносит он. – Накрывайте на стол, я приму душ и спущусь, – оповещает меня, разворачивается и уходит.
Проводив Кайсынова взглядом, тру напряженный лоб. Так, нужно накрыть на стол и покинуть кухню, пока он не спустился. Убираю заготовки для пирожных в кладовую, складываю все в большой холодильник. Убираю за собой, тщательно протираю все поверхности. Сервирую стол. Раскладываю блюда с приготовленным ужином. Втягиваю аромат тушеных овощей и мяса. Живот позорно урчит, во рту скапливается слюна. Последние дни я почти ничего не ела, сегодня и обед пропустила, а тут готова наброситься на еду.
Убедившись, что приборы лежат ровно, а на тарелках красиво, пусть и непрофессионально сервирована еда, я, прихватив свой небольшой контейнер с ужином, спешу исчезнуть. Не стоит испытывать терпение хозяина дома. Мне ясно было сказано: не попадаться ему на глаза.
Посуду уберу рано утром. Надеюсь, навыков Кайсынова хватит, чтобы убрать остатки ужина в холодильник. А у меня на вечер грандиозные планы: съем свой ужин, найду какой-нибудь слезливый турецкий сериал и буду смотреть, пока не усну. Сто лет не смотрела сериалы. Все свободное время старалась уделять мужу, а когда его не было дома, готовила, убирала, стирала. Делала все, чтобы Стас рвался домой, где всегда чисто и уютно, а на кухне горячая свежая еда. Столько лет отдавать всю себя мужчине, чтобы в конечном счете остаться на улице. И чего я достигла? Теперь вот официально устроенная повариха и уборщица. Если раньше все делала бесплатно, теперь мне за это будут прилично платить.
Выйдя в коридор, бросаю взгляд на барельеф во всю стену. Хотела сегодня внимательно рассмотреть все детали картины, но завозилась и забыла. Завтра уже буду рассматривать, но сначала нужно будет протереть пыль. Некстати вспомнила, что домиком прислуги давно не пользовались, поэтому планы по просмотру сериала придется перенести.
Уйти по-тихому не получается. Я так спешила, но Сергей Аркадиевич оказался быстрее. Он успел принять душ и переодеться. Рубашку сменил на футболку, а строгие брюки – на домашние штаны. К «домашнему» Кайсынову нужно привыкнуть. Есть в его образе что-то интимное, и, на удивление, меня это смущает. Присутствует ощущение, что таким его мало кто видит. Отметив его спортивную фигуру, неосознанно сравниваю Кайсынова со Стасом. Мой муж не любил заниматься спортом, свободное время он тратил на пассивный отдых. Мне незачем их сравнивать, один – мой работодатель, второй, надеюсь, скоро станет бывшим мужем.
– Уходите? – бросая взгляд на зажатый в моих пальцах контейнер, интересуется Кайсынов, останавливаясь в метре от меня.
Взгляд зацепляется за влажный воротник футболки. Он так спешил поесть, что недостаточно хорошо просушил волосы. Ну и правильно, что спешил, не нужно будет подогревать ужин.
– Да, уже ухожу, – произношу я. Заметив, что его взгляд задерживается на моих бедрах, неосознанно одергиваю край футболки. – Стол я накрыла, ужин подогрела, – со стороны могло бы показаться, что я отчитываюсь, а на деле желаю поскорее избавиться от его компании. Сложно находиться с ним в одном поле, он просто размазывает по полу своей энергетикой. Такое ощущение, что его цепкий взгляд поникает прямо в голову и считывает все мысли. Теперь и у меня возникло желание не попадаться ему на глаза. – Хорошего вечера, Сергей Аркадиевич, – вежливо попрощавшись, обхожу его и двигаюсь в сторону входной двери.
– И вам хорошего вечера, Ирина, – бьет в спину бархатным низким голосом. Уверена, от его тембра у дам мурашки расползаются по коже.
Не оборачиваюсь, но зачем-то киваю. Мысленно ругаю себя за нервозность и неуместные жесты. Со стороны, наверное, выгляжу идиоткой.
Покинув особняк, втягиваю носом запах осенних листьев, хвои и влажной прохлады, которая сковывает мое тело. Днем было заметно теплее, поэтому я вышла из дома в одной футболке, а сейчас мигом продрогла.
Мой ужин успевает полностью остыть, пока я протираю на кухне все поверхности. Потом добираюсь до полов. Меня раздражают отпечатки следов по всему дому. С уборкой заканчиваю ближе к одиннадцати вечера. Спина разламывается, руки и ноги гудят. Греть ужин лень, ем прямо из контейнера.
Я так устала, что сил не осталось думать о муже. Нет сил плакать и грустить. Думать о том, привел он свою любовницу в нашу квартиру или встречается с ней на прежнем адресе. Стас жмот и вряд ли станет каждый раз снимать номер в гостинице. Отмахнувшись от ненужных мыслей, поднимаюсь на второй этаж.
Сил хватает только на душ. Стою под горячими струями, пока глаза не начинают слипаться. Закутавшись в теплый халат, иду к постели. Собираюсь забраться под одеяло, но вспоминаю, что оставила открытой дверь на балкон. Комната достаточно проветрилась, если не закрыть ее, к утру замерзну и заболею. Внимание привлекает тихое мяуканье. Выхожу на балкон, осматриваюсь, но кошки не вижу. Жду, что звук повторится, но если кошка и была, то сбежала.
Собираюсь вернуться в комнату, бросив взгляд на особняк, берусь за ручку двери и замираю. Балкон моей спальни находится прямо напротив балкона, на котором сейчас курит Кайсынов. Между нами не меньше двадцати метров. Несмотря на то, что двор отлично освещен, в это время суток я не могу рассмотреть, куда устремлен взгляд хозяина дома, но с убежденностью могу сказать, что его взгляд нацелен на меня….
А ещё он без футболки. Я в махровом халате ежусь от холода, а он спокойно стоит и курит. Он человек или демон? Если демон, то могу предположить, что ему не дает замерзнуть внутреннее пламя. И пламя это темное, как сама ночь…
Глава 16
Ирина
Сбежав в комнату, закрываю дверь, плотно задергиваю шторы, словно это поможет мне скинуть с себя взгляд Кайсынова. Ночь взбудоражила мое воображение, никакой он не демон, обычный мужчина с железным стержнем и волевым характером.
В моем прежнем окружении не было таких мужчин, вот и потряхивает, видится то, чего нет. После предательства Стаса нервы сдают, тут такой властный работодатель, что я теряюсь, рядом с ним чувствую себя мелкой песчинкой. Отступать нельзя. Мне нужно время, чтобы привыкнуть к Кайсынову.
Погасив свет в спальне, наблюдаю за причудливыми тенями на стенах, которые создают уличные фонари и высокие деревья. Ложась в постель, тяну с тумбочки телефон. Спать вроде хочется, но есть ещё немного сил посидеть в интернете, полистать ленту с видеороликами.
Вместо убаюкивающих кулинарных роликов, которые чаще всего попадаются мне в ленте, я вхожу в чат с мужем, где он оставил для меня больше двадцати сообщений. Некоторые из них настолько длинные, что приходится по несколько раз нажимать «далее». Прося прощение, Стас не устает напоминать в каждом абзаце о своей любви ко мне. Он напоминает мне о «наших» моментах. Подробно описывает детали.
«…Ты стояла в белом платье, я а смотрел на тебя, и у меня слезы наворачивались на глаза, так прекрасна ты была. Я тогда поклялся, что буду любить тебя вечно…»
Так любил, что нашел себе молодую любовницу и заделал ей ребёнка.
Стас, ты серьёзно?! Серьёзно веришь, что твое предательство можно простить? Все забыть и жить как прежде?
Я устаю читать оправдания, дифирамбы нашей бывшей любви, пролистываю сообщения вниз.
«Ирочка, прости! Прости, родная! Мне кроме тебя никто не нужен. Если хочешь, я даже видеться с этим ребёнком не стану. Только вернись…»
Теперь ты собрался предать своего нерожденного ребёнка?
Как же плохо я знаю своего мужа! Не уверена, что хочу, чтобы он продолжал открываться. Развод! Как можно скорее! Мне жалко ребёнка, но я не стану лезть в его отношения с любовницей и убеждать, что ребёнку нужен отец. Они взрослые люди, разберутся сами.
Жалею, что полезла в телефон. Только сон прогнала. Собираюсь отключить экран, как на телефон приходит очередное сообщение.
«Наконец-то ты в сети! Где была весь вечер, Ирина?» – я так явно вижу претензию в его взгляде и слышу недовольство в голосе, что щеки от возмущения окатывает кипятком.
«Не твое дело, Стас, где…» – начинаю печатать ответ, но, не дописав, стираю, гашу экран, отключаю звук на телефоне и кладу его на тумбочку экраном вниз.
Стас наверняка видел, что я печатала, будет ждать ответ, заглядывать в телефон и злиться, что я молчу. К утру наверняка настрочит ещё двадцать сообщений, которые я, скорее всего, пролистну и не стану читать.
Это не месть, я не вижу в ней смысла. Просто нам больше не о чем говорить. Для себя я все решила окончательно – развод!
Усталость всё-таки берет свое, и я быстро засыпаю. Во сне ко мне приходит огромный черный зверь. От страха я резко сажусь в кровати, распахиваю глаза. Убедившись, что нахожусь в безопасности, стараюсь выровнять дыхание и успокоить бешеное сердцебиение. Давно мне не снились кошмары. Пытаюсь вспомнить свой сон, но он ускользает словно сквозь пальцы. Кого я видела?
Волк, медведь или пантера?..
Не помню.
А вот глаза…
Нет! Глупости! Этот сон – всего лишь всплеск бессознательных страхов и переживаний.
Тянусь за телефоном, чтобы посмотреть время. Из-за плотных штор не могу понять, рассвело уже или нет. На экране семнадцать пропущенных звонков и более тридцати сообщений, которые мне некогда читать. На часах без пятнадцати шесть. Пора вставать. Нужно успеть приготовить завтрак Кайсынову. Удивительно, прежде я рано вставала, чтобы накормить любимого мужчину. Старалась, чтобы он вкусно поел, чтобы меню всегда было разнообразным. У Ленки шесть раз в неделю по утрам яичница, а Кирилл ее все так же любит и не ходит налево. А ещё говорят, что путь к сердцу мужчины лежит через желудок.
Врут!
Приняв душ и почистив зубы, заплетаю волосы в тугой колосок. Так они меньше растреплются. День сегодня будет долгим и тяжелым.
Вчера я не уточнила у Кайсынова, где мне взять униформу, поэтому для работы выбираю прямые удобные брюки на широкой резинке и серо-голубой джемпер с рукавом три четверти. Накинув на плечи куртку, бегу в сторону особняка. На улице моросит мелкий дождь, холодный ветер кусает открытые участки кожи, охрана у ворот громко смеётся. Остановившись на минутку, пытаюсь понять, что там происходит. Ничего необычного или интересного не вижу, зато они замечают, что я на них смотрю. Смех обрывается, а я, отвернувшись, продолжаю свой путь.
Ворвавшись в пустой молчаливый особняк, останавливаюсь на пороге и прислушиваюсь к шуму в доме. В который раз удивляюсь, как Кайсынову одному здесь не одиноко? С ума можно сойти от этой тишины.
Двигаясь в сторону кухни, слышу звуки музыки, которые доносятся словно из-под земли. Что-то тяжелое – барабаны, басы, клавиши.... вроде даже скрипка…
Иду на звук, но тут же себя одергиваю, вспоминая об условиях, на которых меня приняли на работу. Моя задача быть незаметной, словно тень.
На кухне первым делом завариваю себе чашку кофе. Насчет завтрака Кайсынова никаких распоряжений не было. Конечно, без конкретных пожеланий и предпочтений сложно ориентироваться, но я планирую завтрак на свой вкус. Отмахиваюсь от идеи приготовить кашу, судя по продуктам, которые я закупала по списку, Кайсынов не любитель каш.
Выпив кофе, приступаю к готовке. Первым делом пеку панкейки. К ним предлагаю в соусницах мед, джем, орехи. Ставлю на стол ягоды. Если бы я могла забрать из квартиры свою вафельницу, приготовила бы вафли.
Раздумывая над тем, в каком виде подать яйца, останавливаюсь на яичнице с беконом, даже если она приелась холостяку, который какое-то время находился без повара. Делаю брускетты с красной рыбой и тонкими ломтиками свежего огурца. Мою мелкие помидоры и зелень, ставлю отдельно на стол. Добавляю к сервировке тосты, тонко нарезанный сыр и буженину. Не захочет яичницу, тут есть чем позавтракать.
Любуясь результатами своих трудов, только сейчас замечаю, что музыка не играет.
Как давно в доме стоит тишина?!
В панике бегу к кофемашине, готовлю для Кайсынова крепкий черный кофе. Мне почему-то кажется, что пьет он только его. Когда несу полную чашку к столу, слышу приближающиеся шаги, выстукивающие набойками четкий ритм.
Чтобы не попасться ему на глаза, ставлю чашку и, прошмыгнув на цыпочках до кладовой с холодильниками, тихо захлопываю за собой дверь. Притаившись в темной комнате, даже не дышу…
