Текст книги "Дождь в наших сердцах (СИ)"
Автор книги: Кристи Грей
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 31 страниц)
Я оттягивала выход из квартиры, как можно дольше, хотя от этого легче мне не становилось. Я знала, что чем дольше я жду, тем темнее и страшнее становится. Такое ощущение, будто я сейчас выйду с подъезда, и на меня напрыгнет какой-то монстр, о котором я когда-то читала в какой-то детской книге. Монстры оживают с приходом темноты. Однако в моём случае монстр – это не выдуманное существо, а Юджин. Самый настоящий монстр – в прямом и переносном смыслах.
Я накинула на себя куртку и запихнула в оба кармана пакеты, чтобы не брать их на кассе. Перед выходом Лили вручила мне список продуктов, которые я должна была купить. Как только я вышла с подъезда, мне захотелось зайти обратно, но я понимала, что Лили вряд ли поймёт почему я вернулась, потребует правды. А я не могу её рассказать. Слишком стыдно.
Прислушиваясь ко всем звукам, я шагала как можно быстрее, чтобы за десять минут всё успеть, и побыстрее вернуться в тёплую кровать, которая спасет от всех существующих монстров. Ветер гудел, придавая мраку ещё большей атмосферы, от которой становилось всё страшнее.
Лишь зайдя в магазин, я как-то облегченно выдохнула, потому что здесь достаточно много людей и здесь светло. При свете монстры исчезают. Я скупилась быстро, как и хотела. Однако идти быстро назад так же, как планировала, – не получилось. Пакеты были тяжёлыми, и мои плечи, как оказалось, были не готовы к таким тяжестям, отчего я замедлялась. Этот список был рассчитан на меня и Лили, но всё это я несу сама.
Всё, о чём я думаю сейчас, – это как бы не встретить Юджина. Я не смогу от него убежать в этот раз. На улице слишком мало людей. Я буквально в клетке. Хочется верить, что с возрастом к Юджину добавилось хоть чуть-чуть ума. Хотелось верить, что он не собирается делать что-то подобное, что сделал тогда с маленьким ребёнком.
Моё дыхание всё быстрее становится затрудненным из-за тяжёлых пакетов. Хочется сесть куда-то, но страх никак не покинет меня. Когда я уже полностью устала, я всё же таки наплевала на всё и села на первую попавшуюся лавку, и стала вертеть руками в разные стороны, чтобы понизить в них напряжение.
Повернув голову влево, я увидела фигуру высокого парня, которая направлялась конкретно ко мне! Он шёл не по прямой тропинке, а свернул. Клянусь, я уже была готова подорваться и рвануть, но, присмотревшись к тому самому высокому парню, я увидела его лицо. Аарон. Издевательство.
– Лаура? Что ты делаешь здесь в такое позднее время?
Моя злость к этому человеку не угасала ни на грамм и разговаривать с ним не хотелось. Но молчать, когда он подошел, я не могла… Не могла заставить себя не отвечать ему. Не знаю, что правило мной, но я словно нуждалась в разговоре с ним.
– Сижу.
– Я не идиот, вижу.
– Серьёзно? – издеваюсь над ним я, отчего он раздражённо вздохнул.
– Я ведь чётко задал вопрос, что ты делаешь здесь в такое позднее время?
– А тебе вообще какая разница?
– Просто. – Волнение хотело скрыться с его лица, но я его заметила! Заметила! Он что, правда волнуется? С чего бы?
– Аарон, я всё ещё зла на тебя, и разговаривать не хочу, так что можешь идти туда, куда шёл, – зачем-то добавляю я, чтобы он не забывал.
– Но ты всё же разговариваешь со мной сейчас, – довольно улыбается блондин.
– Ты бы не отстал.
– И всё же.
Аарон сделал шаг вперёд, и я подумала, что он собирается уйти, поняв мои слова. Но, нет, он приблизился к лавке и сел на неё. Теперь его плечо касается моего. Я ловлю себя на странной, иррациональной мысли: мне нравится находиться с ним. Вот так просто сидеть рядом и молчать, и от этого уже становится легче. Ненависти, возможно, я к нему уже и не испытываю, но злость и обида точно останутся со мной. Казалось бы, ещё недавно я говорила, что ненавижу его, а уже сейчас думаю о том, что мне приятно просто сидеть рядом с ним. Иронично.
– Чего уселся?
– Ноги устали, – признаётся он. Я вдруг гляжу на его лицо, детально рассматривая. И замечаю, насколько оно вымученное, уставшее.
– Отчего?
– Я работаю. Каждый день. Вот сейчас возвращаюсь с работы как раз таки.
– Работаешь? Ты же ещё школьник.
– Мне есть восемнадцать, всё легально.
– Но до конца обучения в школе, ты не считаешься совершеннолетним.
Аарон вздёрнул бровь и, склонив голову, посмотрел на меня.
– Какая ты умная, – усмехнулся парень. – Там, где я работаю, это неважно. И вообще подростки могут работать с четырнадцати. Так что успокойся, всё нормально.
Он говорил так, будто думал, что я переживаю о его нелегальной работе. Вот ещё!
– Я и не волнуюсь, с чего бы? Просто так… интересуюсь.
В кармане куртки завибрировал телефон, и я резко опомнилась – мне нужно домой, а я тут рассиживаю с ним! Вынув смартфон, я взглянула на экран. Один пропущенный от Лили. Я быстро перезваниваю. В то же время поворачиваюсь к Аарону и прикладываю указательный палец к своим губам, веля ему не издавать ни звука.
– Алло, – первая говорю я.
– Милая, я уложила бабушку в постель, она отдыхает. Поэтому я вышла к тебе, – мои глаза округлились, так же продолжая смотреть на блондина. – Где ты?
– Не надо, Лили! Я уже почти у дома, не нужно было выходить! Я справлюсь сама!
– Ну как это? Там тяжёлые сумки, Гномик.
– Ладно. Я в парке, около магазина, на лавке.
– Сейчас подойду, – и я сбрасываю звонок.
– Аарон, не хочу показаться грубой, но прямым текстом говорю: тебе нужно свалить сейчас же! – спохватываясь, встаю с лавки и быстро начинаю трясти руками от паники. А затем беру пакеты.
– Что, боишься, что тебя увидят с таким красивым мальчиком? – он, шутя, подмигивает мне.
Хотелось, конечно, ответить: «Где ты здесь красивого мальчика увидел?», но промолчала. Я молча направилась домой, оставляя его вопрос без ответа и его самого на лавке. Думала, что он там и останется, но он, мать его, словно назло, увязался за мной.
– Давай я помогу, – Аарон вырвал из моих рук два пакета и направился вперёд, оставляя меня позади.
– Нет-нет, отдай! Я правда не хочу, чтобы Лили заметила меня с тобой! Ну пожалуйста! – кричала я ему в спину. – Эй, ты слышишь меня?! Ну остановись же, Аарон!
Поздно. Всё. В голове у меня уже высвечивается текст «Game over», когда я замечаю спереди тётю. Аарон остановился, когда остановилась Лили и я. Повисло неловкое молчание между нами тремя. Я неловко смотрела на тётю, а вот Аарон улыбался! Такое ощущение, будто он специально всё сделал! А Лили растерянно пялилась то на меня, то на Аарона, что-то обдумывая. А потом… её лицо резко повеселело. Она улыбнулась блондину.
– Гномик, а кто это?
Ну зашибись! Она ещё и гномиком меня перед ним назвала! Взглянув на Аарона, я заметила, как он тихо посмеивается. Почувствовав на себе мой взгляд, он резко повернулся ко мне и, смотря на меня, начал улыбаться ещё шире!
– Это… хулиган какой-то, мои сумки украл и не отдаёт, представляешь?!
Аарон всё-таки не сдержался и заржал. Тётя подхватила его смех. Они смеются надо мной?
– Я Аарон, – представился он, – её знакомый со школы. Решил помочь донести сумки, надеюсь, вы не возражаете?
Какой вежливый, вы посмотрите на него!
– Какой хороший мальчик, Лаура! Конечно, спасибо тебе, Аарон.
Я закатила глаза, и мы все втроём направились в сторону нашего двора. Я шла позади, а они общались. Странно, конечно, что я чувствую себя третьей лишней в компании моей тёти и этого дурака?
Лили о чём-то расспрашивала его, а он любезно отвечал и улыбался ей. Меня удивляло всё это. Я что, в другой Вселенной?
Я не заметила, как быстро мы дошли до нашего подъезда.
– Спасибо ещё раз, Аарон. Заходи к нам как-то в гости, хорошо? Ты хороший парень. Я рада, что моя Лаура дружит с таким парнем, как ты, – кивнула тётя, забрав у него пакеты. Мои щёки покрылись краской. Ну зачем надо было это говорить?! – Поговорите ещё, если хотите, – и она зашла в подъезд.
– Значит, Гномик? – издевательски улыбался Аарон, как только дверь захлопнулась.
– Не смей меня так называть! Забудь, понял?
– Я хороший парень, слышала? – стебёт меня Аарон, и я краснею ещё больше, хотя казалось, что уже некуда!
– Я же говорила, чтобы ты свалил! Зачем ты выхватил сумки? Блин, тётя теперь, наверное, напридумывает себе всякого…
– Я ей понравился и помог вам донести сумки. Что в этом плохого? – посерьёзнел вмиг он. Я обидела его? И почему меня волнует это?
– Ничего, ладно. Я пойду, – я хотела побыстрее уйти, потому что в его присутствии мои щёки начинали гореть – скоро стану помидором.
– Постой, – окликнул Аарон. – Я хотел кое-что спросить, вспомнил лишь сейчас.
– Что?
– В конце сентября… ну, в тот день, когда мы встретились с тобой, помнишь? – он, кажется, не хотел говорить место, где мы встретились.
– Помню.
– Когда ты ещё сказала, что ненавидишь меня, – вновь уточнил он, отчего я почему-то почувствовала стыд. – Тогда я возвращался к парковке и заметил тебя с каким-то типом.
Юджин. Сердце начало стучать быстрее.
– У вас там, кажется, была какая-то перепалка. Ты вырывалась или мне так показалось… Короче, – он коснулся рукой своих волос и откинул их назад, – просто хотел узнать, всё ли у тебя в порядке?
– Э-э-э… – Неуверенно протянула я. – Да, всё ок.
– Просто, Лаура… даже если ты ненавидишь меня, если у тебя какие-то проблемы с ним, не знаю, кто это, парень твой или какой-то случайный тип, ты можешь обратиться ко мне за помощью, – Аарон нервно облизнул губу.
– Спасибо, – край моих губ дёрнулся. – И за предложенную помощь, и за пакеты.
– Не за что. Теперь я пойду, становится прохладно.
– Ага, – кивнула я, открывая массивную дверь. – Пока.
– Пока, – он махнул мне и, развернувшись, стал отдаляться.
Я поднималась по ступенькам на свой этаж, неосознанно улыбаясь после разговора с ним. В голове был как будто туман, который закрыл собой все другие мысли. В голове крутился лишь Аарон, его слова, его улыбка. Жесть. Что с тобой происходит, Лаура? Ты противоречишь сама себе!
Зайдя в квартиру, я знала, что тётя захочет меня порасспрашивать об Аароне. И, дабы не разговаривать с ней о нём, я побежала первым делом в свою комнату. Когда я поднималась на свой этаж, я опять почувствовала вибрацию телефона – мне кто-то писал. Поэтому, зайдя в свою комнату, я первым делом села на кровать и разблокировала телефон.
Я свайпнула пальцем вниз по верхней части экрана, чтобы узнать, кто мне писал. И когда я прочитала «Юджин Грей», меня накрыло. Я затаила дыхание. Пыталась понять, как у него получилось мне написать, если я его блокировала? А потом дошло – он просто сменил номер. У меня не было никакого желания читать его сообщения – уж тем более отвечать!
Но палец дёрнулся, и я нажала на сообщение, тем самым прочитав его. Оказалось, что он прислал не сообщение. Вернее, сообщение, но не в текстовом виде, а в голосовом! Так не хотелось слушать, но и одновременно хотелось узнать, что ему нужно?
– Привет, Лара, – палец всё же снова тыкнул, и голосовое воспроизвелось. – Как у тебя дела? Надеюсь, всё в порядке. Знаешь… эм… я особо не думал, что говорить, когда стал записывать это голосовое, просто почему-то захотелось это сделать и всё. Я понимаю, что, должно быть, ты меня боишься, остерегаешься, хочешь забыть – как делала бы любая дама на твоём месте. Но я хочу попросить тебя дать мне второй шанс. Лара, я клянусь, что изменился. И я всё ещё люблю тебя, малышка. Я вернулся в Бруклин ради тебя. Я снова хочу быть с тобой.
Его голосовое, длинной в тридцать три секунды, я прослушивала с задержанным дыханием. Я не хотела верить ни единому его слову. Отключив телефон, кинула его на тумбочку, поставила на зарядку и, откинувшись на кровать, сложила руки на груди. Не хочу отвечать ему, не хочу иметь с ним ничего общего.
Вот так быстро мысли об Аароне заменил Юджин. Страх всегда прокрадывается в голову, когда там какие-то хорошие мысли. И страх всегда побеждает меня. И даже этот раз не стал исключением.
13 глава. Я рада, что ты оказался рядом
Я начала сомневаться в том, что когда-то у меня всё наладится. Как только я думаю о том, что всё хорошо – появляется новая проблема, ещё более масштабного размера. Это происходит из раза в раз, каждый год, на протяжении всех моих семнадцати лет. Будто я проклята. И всегда моё сердце трещит по швам в прямом смысле, и я боюсь, что скоро оно полностью разорвётся, и я сорвусь с обрыва в ту самую пропасть, из которой на сей раз я уже не выберусь – там и останусь на всю оставшуюся жизнь.
Моя жизнь – это сплошное колесо неудач, которое вертится и вертится, и всё никак не остановится…
С сообщения Юджина прошла неделя. Я так и не смогла ответить ему на его голосовое сообщение. Не могла осмелиться сделать это. Было странно, что Юджин это просто так и оставил. Я знала, что парень точно что-то задумал. Я чувствовала, что он обдумывает что-то новое, – не было ни малейших сомнений.
Сегодня, в пятницу, у нас зачастую достаточно мало уроков, по сравнению с остальными днями. Элиза весь день смотрела на меня грустным взглядом. Она считывала все мои эмоции, словно эмпат, и знала, что мне с каждым днём становится всё хуже и хуже. Я рассказала ей про то, что мне снова написал Юджин на прошлой неделе, и подруга посоветовала его заблокировать, не отвечать на сообщение, потому что неизвестно, что ему нужно от меня. Вряд ли он хочет извиниться за тот поступок. И вряд ли этот человек на самом деле изменился. Такие люди не меняются – им это просто-напросто не дано.
Весь сегодняшний день в школе, я хотела увидеть Аарона по непонятной мне причине. Просто хотелось увидеть его лицо, его глаза и улыбку. Но блондина сегодня не было в школе, потому что обычно на переменах я замечаю его с другом, а сегодня Элай был сам. Осмелиться и подойти к нему я, разумеется, не смогла, поэтому просто билась в своих догадках. Мне не хотелось думать о том, что у него что-то случилось, и я искренне надеялась, что с ним всё в порядке.
Смотря под ноги, я ступаю по плиткам в школьном холе и слышу, как сзади кричит Элиза с просьбой остановиться.
– Лаура, давай сходим сегодня куда-то? – чуть запыхавшись спрашивает она, подбежав ко мне.
– Куда? – неуверенно спрашиваю я, пытаясь найти в себе энтузиазм.
– Куда-нибудь. Я не могу смотреть на тебя в таком состоянии… Я хочу помочь поднять тебе настроение.
Поднять мне настроение? А хочу ли этого я?..
В последние дни бабушке совсем нездоровится. Лили берёт меньше смен, чтобы оставаться с ней как можно дольше, пока меня нет дома. И моё настроение и состояние ухудшаются из-за того, что я вижу дорогого мне человека в таком сложном положении. Все эти дни я отказываюсь от еды, что влияет на мой организм ещё больше – у меня всё чаще начинает темнеть в глазах, ощущается сильная слабость, и я с трудом нахожу в себе силы ходить в школу.
– Лаура? – зовёт меня Элиза снова, когда не слышит от меня никакого ответа. Я встряхиваю головой, выходя из своих мыслей, и поворачиваюсь к ней.
– Не знаю, Элиза… мне не хочется.
– Блин, – расстроено вздохнула подруга. – Тебе надо расслабиться, Лаура…
– Я не могу. Бабушка… – я сжимаю ремешок рюкзака. – Ей плохо в последнее время, и я не хочу веселиться, честно говоря.
– Ой, – виновато произносит девушка. – Я же не знала, что всё так плохо. Извини.
– Не за что тут извиняться. Просто как-нибудь потом, ладно?
– Конечно, – кивает она. – Тебя подвезти?
Кивая, я согласилась на её предложение, потому что не было сил идти пешком домой. Я написала Лили сообщение, что буду дома через минут пятнадцать и что она может собираться на работу.
Бабушкино состояние знатно выбило нас из колеи. Лили не может полноценно работать из-за того, что не может оставлять её дома одну, и из-за этого денег становится, естественно, всё меньше. Я не могу полноценно учиться, потому что слишком переживаю, а возвращаясь домой, я снова и снова нервничаю, ведь остаюсь с бабушкой наедине. Я так боюсь, что ей станет хуже. Боюсь, что не смогу оказать ей нужную помощь, и потом всю жизнь буду винить себя в этом.
Поблагодарив отца Элизы за то, что он меня подвёз, я попрощалась с подругой и вышла из их машины. По пути к подъезду решила почему-то включить телефон и зайти в чат с Юджином – в последние дни я часто так делаю, потому что не могу выкинуть из головы тот факт, что он затих. Нет никакого удивления или злости на то, что я ничего не ответила. Он просто проигнорировал это, и я не могла поверить в это. Каждый раз прокручивая всё в своей голове, я сжимала руки в кулаки, впиваясь короткими ногтями в свою кожу, молясь, чтобы всё закончилось.
Я захожу на чат с ним и вижу, что парень в сети. Поэтому сразу выключаю телефон, чтобы не дай бог он не написал мне.
– Лили, я дома, – оповещаю я, захлопывая за собой дверь квартиры.
– Привет, малышка, как твои дела?
Я лишь взглянула на неё тяжёлым взглядом, который давал ответ на её вопрос. Тётя расстроилась.
– Как бабушка? – спросила я, прервав её открытые губы, с которых уже хотели сорваться какие-то слова.
– Не понимаю, – пожимая плечами, опускает голову. – Говорит, что лучше, но я-то вижу и чувствую, что это не так. Не хочет расстраивать нас.
От этого сердце разрывалось и ныло интенсивнее. Осознание, что ей становится с каждым днем всё хуже и хуже, ломает меня изнутри, стискивая все мои органы и выворачивая их наружу. Я так хотела, чтобы она легла в больницу, но, к сожалению, у нас нет такой возможности. Лили работает и так чуть ли не на двойной ставке, чтобы нам хватало денег на минимальные потребности. Лекарства для бабушки мы покупаем с её пенсии. Больше денег нет. Чтобы ложиться в больницу нужны дополнительные средства, которых у нас нет.
– Я зайду к ней?
– Лучше не сейчас, Гномик, она только недавно уснула. Иди отдохни.
– А ты разве не собираешься на работу? – вскинула бровь я.
– Сегодня нет. Попросила подменить меня. Я устала, честно говоря, решила взять выходной, да и лучше посижу с бабушкой, – Элиза обняла меня за плечи и неожиданно выдвинула предложение: – Милая, сходи прогуляйся с кем-то… нечего дома сидеть страдать. Я понимаю, что тебе тяжело – мне тоже, но жизнь не останавливается. Нельзя сидеть и вгонять себя в депрессию.
– Думаешь?
– Конечно. Позвони тому парню, может, он свободен? – Лили улыбнулась и сложила руки на груди, наклоняя голову на бок и смиряя меня своим фирменным взглядом.
От упоминания об Аароне у меня вспыхнули щёки от смущения и даже перекрыло дыхание. Интересно, как он?
Мысли о нём меня жутко напрягали, и я старалась переключиться на что-то другое. Не хотела признаваться самой себе, что мне нравится думать об этом тупоголовом.
Закрывшись в своей комнате, я ещё несколько минут была в смятении и старалась унять гулко бьющееся сердце, стук которого отдавался даже в ушах. А затем вспомнила про предложение Элизы и написала ей. Я узнала, не поменялись ли у неё планы и не перехотела ли она прогуляться со мной. Ответ пришёл сразу, и он был коротким: «Собирайся! Встретимся в парке у твоего дома через полчаса». После сообщения она ещё прислала стикер котика, который показывал своими лапками сердце.
Сообщив тёте, что я всё же выйду ненадолго с подругой, сразу же стала собираться. Я много не крашусь, марафеты наводить не особо люблю, поэтому на сборы у меня уходит не больше десяти, может быть, пятнадцати минут.
Элиза, как всегда, выглядела эффектно – тем более по сравнению со мной. Её русые волосы элегантно рассыпались по плечам. Мои же, собранные в хвост, сзади ходили ходуном, словно подметающий веник. Я – с грязной головой и не самым презентабельным видом, и она – выглядящая, как богиня. Стало как-то неловко. Чувствую себя той самой «страшненькой подружкой».
– Куда мы пойдем? – спрашивает Элиза у меня, когда мы уже ступали по серым, потрескавшимся плитам в парке.
– Вообще я думала, что мы ненадолго… Прогуляться часик и всё, а ты выглядишь так, будто мы идём на показ мод, – хмыкнула я, засмеявшись.
– Каждый выход в люди должен быть красивым!
– Ага, а я выгляжу, как бомж с помойки.
– Перестань, – запротестовала она, толкая меня в бок. – Ты красивая. Так что, куда мы держим путь? Может, в кафе зайдём? Там тепло, пообедаем.
– Я не брала с собой деньги, Элиза. Говорю же: я думала, мы просто прогуляемся.
– Я могу заплатить за тебя, брось! Сегодня ветрено и прохладно, можем простудиться, если будем гулять на улице.
– Нет, – отказываюсь я, чувствуя себя ущербной. – Не нужно за меня платить. Я могу зайти с тобой в кафе, если хочешь, но есть не буду.
– Ладно. Тогда будем просто гулять.
И мы, придя к мирному решению, принялись расхаживать по парку. Больше получаса мы ходили туда-сюда по одному несчастному парку, обсуждая всё, что только могли. Как-то в нашем разговоре всплыла Кимберли. Нам обеим казалось странным то, что она прекратила меня донимать. Теперь рыжая даже не смотрит в мою сторону. С чего бы Ким так резко изменила свои планы?
Затем тема нашего разговора плавно перетекла к парням. Сначала мы говорили про Элая, и Элиза отводила взгляд, который, я уверена, был смущённым. А позже речь зашла об Аароне! И тогда смущалась уже я! Кстати, она ещё не знает про тот случай, когда Аарон помог мне донести пакеты до дома.
– Элиза, – начала я, вспомнив то, что сегодня целый день не давало мне покоя.
– А?
– Если речь зашла об Аароне… ты не знаешь, почему его сегодня не было в школе?
– А что? – широко улыбнувшись, подруга прищурила глаза.
– Я просто спрашиваю! Мы ведь заговорили о нём…
– Я толком так и не поняла. Элай вкратце мне что-то сказал… У него там типа какие-то проблемы с сестрой… вот его и не было.
Внутри что-то кольнуло от беспокойства. Почему я так реагирую на то, что у него проблемы? Разве меня должно это беспокоить?! На самом деле, Лаура, что с тобой творится…
Устало прикрыв глаза, теряясь в себе, я не понимала, что это за новые, неправильные чувства, проснувшиеся к никому иному, как Аарону Родригесу. Элиза убрала с лица улыбку и глянула на меня другим взглядом – проницательным.
– Он тебе нравится?
– Нет, – безэмоционально покачала головой я, не зная, вру я сейчас или нет. – Что-то неопределённое чувствую. Знаешь, иногда он меня раздражает, иногда смешит, а иногда беспокоит.
– Уверена, чуть позже ты разберешься в своих чувствах к этому парню, – весело подмигнула подруга, и я тотчас спросила у неё:
– Ну, а тебе?
– Что – мне?
– Нравится твой блондинчик?
– Нравится, – опечаленно отвечает она.
– И почему так тяжело вздыхаешь? Это же круто. Нет?
– Дело в том, что он запал на другую.
– В смысле? – озадачено спросила я. – С чего ты так решила?
– Он сам мне сказал об этом. Недавно. Я как-то невзначай спросила что-то – уже, честно говоря, не помню, что именно, – и он назвал мне её имя. Ну, и, как ты поняла, это имя не моё.
– Мне жаль… – искренне говорила я, склонив голову.
Я не знаю, что такое любовь, но представляю, как тяжело, когда она невзаимная. Наверное, когда ты осознаешь, что тот человек, которого ты любишь, любит не тебя, разрывается сердце. И «разрывается сердце» – это не просто образное выражение, а буквальное состояние души. Когда ты начинаешь плакать днями и ночами, чувствуя, как перекрывается дыхание от слёз. Когда ты начинаешь стоять по полчаса у зеркала, рассматривать себя, пытаясь найти в своём теле минусы, из-за которых он не любит тебя. Это когда буквально разрывается душа на части и через какое-то время тебя уже просто не существует. Той влюблённой, весёлой девушки уже нет. И после невзаимной любви ты в принципе начинаешь опасаться «любви», потому что теперь постоянно будешь думать, что ты недостойна её и что ни у кого в этом мире нет к тебе чувств, что никто в этом мире не сможет полюбить тебя по-настоящему, как это демонстрируют в Диснеевских мультфильмах, сериалах от Нетфликс и разных фильмах. Ты начинаешь понимать, что любви в этом мире не существует…
– Да ладно, – махнула рукой Элиза. – Никакой трагедии в этом нет… – она кусает губу, явно сомневаясь в своих же словах. – Да, неприятно, обидно и больно, но жизнь продолжается и зацикливаться на одном каком-то парне я не собираюсь. Таких, как он, много.
Она старается создать щит, который не даст ей сломаться, но сама-то понимает, что собственные слова – ложь. Таких, как он, больше не существует. Он – единственный на этой планете. Есть другие парни, конечно, похожие на него внешностью или характером, но его точной копии нет. И это расстраивает подругу.
– Правильно. Не зацикливайся на нём. Не впадай в депрессию, ведь кто-то из нас должен быть в здравом рассудке, – посмеиваюсь я, и она тоже улыбается.
– Как твоя бабушка? – меняет тему Элиза, и мы шагаем дальше.
Мы гуляли долго, ездили даже в разные другие районы, и совершенно сбились со счёта времени – в её компании оно летело с невероятной скоростью. Элиза невероятно комфортный человек, которого я долго искала после того, как Эрика уехала. Я думала, что больше не смогу найти себе подругу. Но я ошиблась.
Когда на улице уже включились фонари и воздух стал ещё прохладнее, я достала с кармана телефон и ахнула. Было без пятнадцати семь. Тогда мы бежали так быстро к автобусной остановке, чтобы я успела к семи домой, что наш организм не выдерживал такого бега! Сразу видно – не спортивные мы обе. Минуты три нам потребовалось, чтобы восстановить дыхание после такого забега. И всё равно, как бы мы не старались бежать, – опоздали. Автобус вот-вот отъехал, а следующий только через десять минут. Понимая, что я домой явлюсь позже семи – пишу тёте, чтобы та была в курсе и не переживала. Ответ пришёл через минуту. Она просто кинула мне стикер с подмигивающим смайликом и вышла из сети.
Уже выйдя в нашем районе, мы попрощались с Элизой, так как нам надо было в разные стороны. И вот я снова иду по темноте одна. Из-за того, что на улице было много людей мне не было страшно, поэтому я не переживала, а просто спокойно возвращалась домой.
У меня было такое хорошее настроение и осадок после прогулки с Элизой, что в голову не лезли плохие мысли, что сильно радовало меня. Я и не хотела думать о чём-то другом.
Но, когда я подняла глаза с асфальта, впереди увидела парня, который шёл в мою сторону. Свет фонаря падал на мужское лицо, и я увидела его. Юджин. Мои ноги вросли в землю, и я остановилась. Просто замерла, окаменела. Не могла пошевелиться. Он всё быстрее приближался ко мне, а я просто стояла и ждала этого. Мне всё равно некуда было деться… Он бы в любом случае нагнал меня, если бы я развернулась и шла обратно.
– Лара, – кивнул он в знак приветствия, а я не могла заставить себя сделать так же. Я лишь молча смотрела на него. – Провести до дома? – Юджин улыбнулся, а мне хотелось расплакаться от наступающей паники.
– Нет. Я сама, – удалось вытянуть из себя хоть какие-то слова.
– Как же это? На улице, вот, смотри, какая темень. Не могу оставить тебя одну.
– Что тебе нужно?
– Провести тебя. Давай. Идем, – настоятельно попросил он, касаясь моей руки, которая держалась за карман куртки. – Поговорим заодно.
– Мне не о чем с тобой разговаривать, – сквозь стиснутые зубы, огрызнулась я, а он только улыбнулся. Ему не доставило труда схватить меня за руку покрепче и заставить идти за ним.
– А мне вот есть.
Секунд тридцать тишины, которая была сопровождена моим тяжёлым дыханием и нашими шагами, и он снова заговорил:
– Я не люблю, когда меня игнорируют, Лара, – говорит он, намекая на голосовое сообщение, оставшееся без ответа.
– А я не люблю, когда меня преследуют.
– Боже упаси, я и не собирался, – хохотнул Юджин, глядя на меня. В его глазах читалась ложь, что было очевидно.
– Зачем ты следишь за мной, Юджин? Зачем достаешь меня? Зачем ты снова клеишься ко мне?! – я повысила тон, и парень тотчас обернулся, испугавшись, что кто-то может услышать это. Люди находились лишь вдали, вблизи не было никого.
– Потише, – Юджин сжал мою ладонь настолько сильно, что у меня согнулись колени. – Ты, похоже, невнимательно прослушала моё голосовое, в котором я точно дал понять, зачем я снова здесь. Мне нужна ты, малышка.
– Не называй меня так, – с отвращением прошу я. – Я не верю тебе, Юджин! Ты не можешь измениться! Я не верю, что ты какой-то другой, а не тот, который сотворил со мной ту мерзость!
– Ошибки молодости бывают у всех, разве нет? Все мы ошибаемся, Лара.
– Нет, блядь, – мне удалось вырвать свою руку из его хватки, – это не ошибка! Ты был трезв, и ты целиком и полностью осознавал все свои действия, Юджин! Ты просто поигрался со мной, использовал меня!
– Не кричи, – его руки схватили меня за плечи, и я смотрела лишь в его глаза.
– Перестань за мной следить, перестань меня преследовать и писать мне, пожалуйста! Юджин, я боюсь тебя! – вырвалось из меня со сдавленным криком.
– Не нужно меня бояться, я не обижу тебя.
– Ты уже обидел меня. Сотню раз.
– Лара, прекрати. Я же сказал, что изменился. Ради тебя я вернулся сюда.
– Не ради меня. Ради своих мерзких желаний и каких-то планов, признайся!
– Идём, – Юджин увидел сзади меня человека и снова взял меня за руку, ведя к дому. Я упиралась ногами в асфальт, и старательно вырывала руку.
– Нет! Я не хочу с тобой никуда идти, отпусти!
– Лара, хватит вести себя, как чокнутая!
– Отпусти меня! – верещала я, правда сходя с ума. Страх и слёзы накрыли меня, туманя мой разум. Я мало что осознавала. Мало что могла сообразить. Я кричала и плакала, желая телепортироваться в свою квартиру. Я была так запутана и запугана. Просто хотела, чтобы время остановилось…
– Она ведь попросила отпустить её. Что в этих словах тебе было непонятно? – сквозь свои громкие всхлипы и напористый голос Юджина, я расслышала знакомый голос, который раздался откуда-то позади меня.
Моя голова резко мотнулась назад, и меня тотчас кинуло в жар. Сзади меня стоял Аарон. И это он сказал! Я не могла поверить, что он снова рядом. Он будто мой ангел хранитель – чувствует, когда мне нужна помощь и приходит, чтобы оказать её.
Пока блондин смирял взглядом Юджина, я тайком рассматривала его. Он был одет в лёгкую чёрную куртку, обычные чёрные джинсы и чёрные кеды. И его лицо было хуже обычного: под глазами образовались мешки, и взгляд снова был дико уставшим – на этот раз ещё сильнее, чем в прошлый. Я вижу, что он мучается. Аарон не спал сутки, как мне кажется.
– Ты кто, приятель?
– Тот, кто не любит такое отношение к девушкам, – плечи Аарона вмиг напряглись, и он шагнул вперед, упираясь грудью мне в плечо.
– Иди куда шёл, приятель, – Юджин наигранно улыбается и поднимает руку к верху, должно быть, чтобы прихлопнуть по плечу блондина, но Аарон ловит его руку и сжимает так сильно, что на его собственных руках выступили слишком яркие вены.
– Отпусти девочку, и это ты иди, – шепча, говорит Аарон сдерживающимся тоном.
– Слушай, незнакомец, чего ты лезешь? Мы пара, гуляем, у нас всё здорово.
