Текст книги "Дождь в наших сердцах (СИ)"

Автор книги: Кристи Грей

сообщить о нарушении

Текущая страница: 30 (всего у книги 31 страниц)

– Но ты всё равно победишь.

– Точно?

– Конечно, – уверенно киваю. – А ещё для победы я дам тебе мотивацию, хочешь?

– Что за мотивация? – ухмыльнувшись краем губ, Аарон сдвинул брови.

– Тебя будет ждать подарок.

– Какой же?

– Тебе он понравится.

Мне не стоило говорить более толстыми намёками, потому что по его взгляду и улыбке было ясно, что Аарон всё правильно понял. А когда я провела рукой по его напряжённому прессу под футболкой, явно флиртуя, – никаких сомнений не осталось.

Тогда его рука сжала мою попу, и я невольно простонала, но, чтобы это никто не услышал, Родригес задержал этот звук своими губами.

– Теперь-то я точно не проиграю, – он целует меня напоследок, а потом гонит обратно занимать место.

Волна жара бушевала внизу моего живота, и, когда я дошла до Элизы, она вообще перешла на всё тело. Подруга даже спросила, не стало ли мне внезапно плохо, потому что у меня очень покраснело лицо.

Кажется, я была очень возбуждена.

И мне хотелось его победы ещё сильнее.

Мне не хватало в жизни рисков и страсти. Похоти и разврата. Я понимаю, что мне всего семнадцать, но что плохого в желании хотеть своего партнёра так сильно, когда это осознанно, когда этот партнёр не просто мальчик-хлюпик, а настоящий мужчина, которым некоторые не становятся даже в тридцать, а то и в сорок лет.

Я хочу Аарона полностью, всецело и навсегда. Надолго. Хочу его всего. Хочу быть в его руках и изнывать от удовольствия. Хочу выгибать спину ему навстречу, когда Аарон толкается в меня и целует шею.

– Подруга, алло, приём?

– А? – все мои мысли и жар вместе с ними испаряются в один момент, когда Элиза прервала меня.

– Боже, Лаура, у тебя было такое лицо, будто ты в дешёвом порно…

– Чего?

– Ну, ты так закусила губу и так сексуально прикрыла глаза, будто вот-вот кончишь. Это на тебя так весна действует, да? Запахло весной?

– Да иди ты, дурочка, – я мотнула головой и закатила глаза. Жар прошёл, но от него остался след в виде моих влажных трусиков.

– Значит, я права! Аарон тебя не ублажает?

– Элиза, ещё одно слово, и я тебя кокну!

Рокот смеха подруги пронёсся по нескольким рядам, и некоторые даже обернулись на неё, но ничего не сказали.

Я ничего не смыслила в футболе и не понимала абсолютно ничего даже тогда, когда Аарон пытался мне что-то объяснить. Но несмотря на это, мне всё равно было интересно. Интересна каждая деталь, которую он рассказывал.

Всё, что интересно ему, интересно и мне.

Посмотрев на подругу, я заметила, как она активно махает рукой своему жеребцу, который махает ей в ответ прямо с поля, когда все взгляды на нём.

Аарон не машет, он прожигает меня взглядом, я отвечаю тем же. Этот флирт всего лишь взглядами разжигает огонь, потому что в голове, даже если он ничего не говорит, раздаётся его голос. И в моей голове он говорит разные грязные вещи:

«Не знаю, какой именно сюрприз ты мне приготовила, но я возьму его сполна», – отсвечивается в его голубых глазах, которые при свете прожекторов кажутся почему-то серыми.

«Я дам тебе всю себя. Где захочешь», – отвечаю ему я.

И Аарон, будто действительно прочитав именно эти слова, кивает мне, мол, я запомнил, и убегает к своей команде. Они становятся в круг, складывая руки на плечах друг друга. Думаю, так парни желают друг другу удачи.

Элиза в это время нервно хлопает себя по коленям, переживая больше, чем я даже, наверное.

Гул зрителей разрывает весь стадион, когда кто-то провозглашает матч начатым. Теперь я не отвожу взгляд от поля. Мои глаза разбегаются, но всё равно они стараются следить лишь за Аароном.

Время тянется мучительно долго, а я уже успела обзавестись сединой. Мы с Элизой держались за руку и без умолку шептались, обсуждая каждое действие наших парней. Когда болельщицы с задних рядов стали выкрикивать чьё-то имя, мы с подругой дружно кричали имена наших блондинов по очереди.

И на наши крики они всё-таки развернулись. Аарон подмигнул, а Элай рассмеялся и послал Элизе воздушный поцелуй.

Счёт был один-один. Первый гол забили наши. Чей первый гол – того будет и второй.

Вся сторона, на которой сидела наша школа, взорвалась и выпрыгнула из своих мест, когда решающий гол забила наша школа.

А я гордилась вдвойне.

Второй гол забил Аарон.

Гордость, счастье и радость за его успех взрывались внутри меня в безудержном темпе.

Я готова была прямо тут и сейчас перепрыгнуть ограждение и подбежать к Аарону, но старалась сдержать себя в руках, чтобы не выглядеть странной, хотя кому какая разница?

Издалека было заметно, как Аарон сияет от победы.

«Я заслужил свой приз?» – говорил его взгляд, когда парень повернулся в мою сторону и посмотрел в самые глаза, смотря на самом деле гораздо глубже.

Наверное, все разошлись только спустя минут тридцать. Девушки – вне зависимости от возраста – фотографировались и беседовали с Аароном. А я стояла у трибун и просто ждала момента, когда от него все отстанут.

Хотя, как странно, да? Я ведь его девушка, но почему-то жду своей очереди.

Когда, наконец-то, последняя девушка опустила руку с телефоном и отошла от него, я стала подходить. Но Аарон не дождался – ушёл, и я почувствовала тоску. Может, он просто не заметил меня…

Быстро достав из кармана телефон и зайдя в нашу с ним переписку, я тут же написала ему небольшое сообщение:

Я: Аарон, а ты где?

В сети он не появился. Ни через две минуты. Ни через пять. Моё радостное настроение постепенно начинало угасать. Но я принялась ждать его у школы.

Уже стемнело, и постепенно все парни стали выходить.

– Ты Аарона ждёшь? – задал весьма странный вопрос Элай, когда подошёл ко мне.

– А кого ещё я могу ждать?

– Он копошится чего-то, попросил, чтобы ты ему позвонила.

– Позвонила? – удивляюсь я, но рука мгновенно по приказу тянется в карман за телефоном.

– Ага. Сказал, что ждёт тебя там. Вы разминулись, походу.

Он ждал меня там.

Он не забыл и не просто проигнорировал меня.

Он хотел, чтобы я сама пришла и нашла его.

Улыбка снова появилась, и я попрощалась с кареглазым блондином, быстро поднимаясь по ступенькам ко входу.

В школе уже было достаточно тихо и темно, пустые коридоры едва освещались приглушённым светом.

Открыв массивную стеклянную дверь, я вошла в маленький коридорчик, который делил и раздевалки, и спортзал.

На телефон пришло сообщение. Я увидела его сразу, поскольку держала телефон в руках.

Аарон: Тепло.

Я вскинула бровь, но пошла дальше. Оказавшись у дверей, услышала ещё одно сообщение.

Аарон: Сейчас сгоришь.

– Аарон, ты такой болван, – хохоча говорю я, заходя в раздевалку, встречая его взгляд.

– Зато ты смеёшься от этого, – Аарон ждал меня у дверей, поэтому почти сразу подхватил меня на руки, отчего я непроизвольно вскрикнула.

– Ты очень хорошо играл, – зарываясь рукой в его мокрые волосы после душа, я глажу его и по сердцу разливается жар, спадающий в самый низ. Он течёт по венам, и мне становится душно.

– Ну, знаешь, – пальцы сжимаются на ткани моих джинс и уголок его губ ползёт к верху, – у меня была весомая мотивация. Мне очень не хотелось проигрывать.

– И ты готов получить приз? – мне неловко, но сдержать довольной улыбки не удаётся.

– Признаться честно, я удивлён, Лаура, – одна его ладонь перестраивается на мою спину, пока он несёт меня куда-то в центр раздевалки.

Я замечаю невысокую тумбу, стоящую у стены. Аарон несёт меня именно туда.

Мне было невыносимо жарко от ожидания. Я всё это время вспоминала какого это, когда он внутри меня. И от воспоминаний этих ощущений у меня пересыхает горло и кружится голова.

– Почему ты не дождался меня на поле? – вспомнив, спросила я.

– Я хотел помыться. Знаешь, после матча от меня не самый приятный запах.

Сейчас в душе такое приятное чувство лёгкости. Нет никаких забот, никаких проблем и поводов для беспокойств. Хочется улыбаться и смеяться каждую секунду. Хочется быть с ним каждую секунду.

Я хочу его касаться, говорить с ним и чувствовать его. Хочу целовать и слушать любые его речи.

– Ты так сладко пахнешь, – прошептал парень, зарывшись носом в мои распущенные волосы, которые он распустил пару секунд назад.

– О, это я просто голову помыла.

Громкий гортанный хохот проносится по маленькой раздевалке, в которой слишком сильное эхо.

– Ты можешь быть хоть когда-нибудь серьёзной, родная? – не зло, а совсем по-доброму бормочет Аарон, пока его кисти крадутся под мою толстовку.

– Я была очень серьёзна, когда говорила о сюрпризе.

Больше ждать не было сил. Не было возможности терпеть. Я стянула с его торса водолазку и бросила на скамью. Аарон повторил тот же самый манёвр с моей толстовкой.

– Ты без лифчика?

– Я знал, что ты победишь и решила не надевать.

– Твоя вера в меня придаёт мне слишком много уверенности. Не разбалуй меня.

Одна его ладонь бесцеремонно схватила мою грудь, а вторая расстегнула молнию на моих штанах.

Это было так абсурдно, так странно и смешно, – заниматься сексом в школьной раздевалке, когда школа закроется через минут двадцать.

Риск, что кто-то зайдёт, придавал не страха, а похоти. Безудержной, совершенно безумной похоти, срывающей нам голову.

За считанные секунды на нас двоих ничего не осталось. Я сидела абсолютно оголённая, а у Аарона остались только спущенные до колен джинсы.

– Лаура, ты уверена, что хочешь быстрый перепихон в раздевалке на тумбе?

– Перепихон – слишком грубо звучит. Будто я девочка на раз.

– Извини. Секс.

– Мне не нравится, когда ты много болтаешь в такие моменты.

Я сжимаю его предплечья, разгораясь сильнее оттого, насколько он напряжён. Интересно, что сейчас у него в голове? Насколько сильно он меня хочет?

– Пардон, мадам, буду немногословен.

Аарон пододвигается ближе, и я сжимаюсь от предвкушения. Наверное, мои колени свелись бы, если бы не были по обе стороны его бёдер.

Погладив ладонью внутреннюю часть моего бедра, Аарон медленно вошёл в меня, и я, не сдержав эмоций, всхлипнула и опустила голову на его крепко плечо.

От поглаживаний его рук мне хотелось расплакаться ещё сильнее.

Чёрт, это слишком хорошо… мне слишком хорошо.

Это нельзя сдержать, нельзя предотвратить. Мне просто хочется плакать.

Аарон ничего не спрашивает, потому что по реакции моего тела, которое так сильно ноет и тянется к нему навстречу, всё понимает.

С прошлого раза я не стала лучше его принимать. В промежности всё также саднит каждый раз, когда он толкается в меня – даже если эти толчки очень медленные.

Я прижимаюсь к нему целиком, чувствуя, как наши тела в буквальном смысле слипаются от испарин. Обвиваю его спину своими руками и даже вонзаю ногти в кожу, когда его движения становятся более рьяными.

Моя задница больно скользит по деревянной поверхности тумбы туда-сюда. Сердце выпрыгивает из груди. А слёзы в прямом смысле хлещут из глаз.

Мы настолько близко к друг другу, что при каждом входе, его торс трётся о мой клитор, отчего ощущения становятся ещё ярче.

Мы просто обнимаемся. Целуемся. До тех пор, пока наши тела не начинают дрожать. Когда я заметила, как Аарон засуетился, то отлипла от его плеча и посмотрела в голубые, затуманенные глаза.

– Помнишь, я говорила, что, когда у нас будет следующий раз, ты можешь кончить в меня? Я на таблетках.

И в его взгляде воцарилось спокойствие. Как и в моей душе каждый раз, когда он просто находится рядом.

Ритмичные движения заставляли меня прерывисто вздыхать и царапать его спину, не щадя ни капли.

И я не удержалась и вскрикнула, когда Родригес резко и до конца вонзился в меня и замер. Ещё раз. Ещё. И так до того момента, пока мы оба не обмякли и не сжали друг друга.

Справившись с отдышкой, Аарон отстранился от моего лба своим и провёл пальцем по щеке, убирая прилипшую к коже прядь.

– Почему ты плакала?

– Не смогла сдержать эмоций от удовольствия.

– Ладно, по такой причине можешь плакать, – кивнув, парень натянул на меня мою толстовку, не давая моему разгорячённому телу замёрзнуть.

– Кстати, а вам за выигрыш дали какой-то трофей или медаль?

– Нам – нет, а вот мне попался самый красивый и драгоценный трофей в виде такой прекрасной, сладкой девочки, которую я буду любить до конца своей жизни и даже после.

47 глава. Клятва

Моё любимое время года – лето, когда я, наконец-таки, могу одеваться так, как просит душа. Могу одевать платья и юбки, раздражая этим Аарона, конечно, потому что на мои, как он выражается, прекрасные ножки смотрит каждый прохожий, вне зависимости от возраста – хоть это десятилетний мальчик, хоть сорокалетний мужчина с ребёнком.

И мне нравится это. Нет, не то, что на меня все смотрят (хотя я этого не замечаю). А то, что Аарон меня ревнует. Раннее я думала, что на ревность способны только те, кто не уверен в себе, но парень объяснил это на своём языке:

– Я ревную не потому, что сомневаюсь в тебе или в себе – боже упаси. Я ревную потому, что какие-то мужики смотрят на мою богиню. Такой алмаз могу видеть только я. Другим глаза выколю.

Меня это, скорее, смешило, но я ничего не говорила.

Вообще, наши дни проходили достаточно весело последние месяцы. Из-за потепления мы, наконец, стали выходить на улицу едва ли не на постоянной основе. И, зачастую, инициативу на прогулку выдвигал именно Аарон, аргументируя это тем, что я скоро засохну в своей темнице, потому что совершенно не вижу солнца. Родригес водил меня всегда в разные места, а я говорила ему: «Давай прогуляемся только по парку, зачем куда-то заходить?» – потому что не хотела тратить его деньги, которые, я знаю, зарабатывает он с трудом. А впереди ещё и поступление. На все мои отказы он реагировал одинаково: махал рукой, мол, молчи или сдвигал брови так грозно, что тряслись коленки.

Кино, кафе и парки развлечений мелькали почти в каждом нашем дне. И Аарон стал моей постоянной моделью на фотографиях для моего инстаграма, который почти никто не смотрит, но мне это и не важно. Я делаю фотографии для себя и сохраняю на память.

На этой неделе Аарон был слишком тихим и спокойным, почти не заезжал ко мне и не писал. Единственный раз за эту неделю, когда мы поговорили чуть больше пяти минут, был вчера:

– Ложись спать, любимый, – ласково говорила я, закрывая крышку ноутбука, тоже готовясь ко сну. – Завтра для тебя важный день, не так ли?

Важным он был из-за того, что ему сдавать свой последний экзамен. Все остальные он сдал. Я радовалась каждому его успеху, как никогда не радовалась своему. Он не всё сдал на отлично, но отметка «хорошо» была тоже прекрасной.

– Не могу уснуть, не услышав тебя. Особенно, когда я не слышал тебя целую неделю.

– Вот ты слышишь, – тихонько смеялась я, залезая под одеяло. Услышать его голос тоже было важным для меня, чтобы уснуть. Это была моя личная колыбельная. – А хочешь я буду говорить, а ты засыпать?

– Хочу, – хрипловатым голосом отвечал он. Или просто уставшим.

– А что тебе рассказать? – внутри разрывалось сердце от прилива нежности.

– Да что угодно, родная. Лишь бы послушать тебя. Давай о том, чем ты сегодня занималась.

Устроившись поудобнее, я серьёзно вспоминала то, чем занималась на протяжении дня. Учитывая то, что мои развлечения – это поход от кухни к холодильнику и обратно в комнату – рассказывать особо нечего. Но мне хотелось.

– Я смотрела «Сумерки», представляешь?! Так смеялась!

– «Сумерки»? – перебил меня он.

– Так, ты засыпай вообще! Во-о-от… потом я… ам… так… что же я ещё делала? А! – мои пальцы вырисовывали на простыне что-то непонятное, пока я болтала обо всём на свете.

Я рассказывала Аарону всё в подробностях, ещё немного и дошло бы до того, что я уведомила бы его о том, сколько раз сходила в туалет! Я болтала и болтала без умолку, делилась даже событиями из дорамы, которой уже, наверное, проела ему столовой ложкой мозг.

И затихла только тогда, когда в трубке раздалось его сопение. Посмотрев на длительность звонка, я сделала вывод, что уснул Аарон за семь минут и тридцать одну секунду.

– Удачи тебе, мой мальчик, – прошептала в трубку прежде, чем скинуть звонок.

И с мыслями о нём я также уснула, думая о сегодняшнем дне.

В школе у нас уже было скучно и большинство даже не ходило, потому что на уроках мы, в целом, ничего не делали, кроме как общались или страдали чем-то неважным. Мне было скучно дома, поэтому я ходила, чтобы посмотреть сериал на телефоне хотя бы в другой обстановке – не лёжа на диване, а сидя за партой. А что?

Ну и, конечно, сегодня в школу я пошла ради него. Мы договорились встретиться за полчаса до начала его экзамена. И у нас было всего пятнадцать минут, потому что вход в аудиторию, где он будет проводиться, закроется как раз за пятнадцать минут до начала.

Мы рассчитали, что пятнадцати несчастных минут нам хватит, чтобы побыть наедине. Но, конечно, этого мало. Я сидела на скамье возле школы и встала лишь тогда, когда увидела выходящего Аарона.

Парень закрыл лицо ладонью, чтобы спрятаться от палящего солнца.

На его недовольном лице сразу появилась ухмылка, но недовольство никуда так и не пропало! Аарон медленно шагал ко мне, по пути рассматривая меня с ног до головы, заостряя внимание даже на том, надела ли я лифчик, не просвечиваются ли мои соски для чьих-то глаз.

– Ты как роза среди этого на…

– Аарон! – я ударила его по плечу, а он по-ребячески рассмеялся, срочно извиняясь передо мной:

– Извини, родная, извини. Просто стараюсь поднять нам настроение и себе настрой на этот ебучий экзамен.

– Думай о позитивном, шутник, – я провожу пальцами по линии его скулы и зачёсываю платиновые волосы назад.

– Тогда мне нужно будет думать только о тебе. Но в таком случае я экзамен завалю.

И вдруг я решила спросить о том, что долгое время не выходило из моей головы:

– Ты точно решил, что хочешь бросить поступление в Бостонский спортивный университет и остаться здесь?

Аарон томно вздохнул, будто обдумал этот вопрос сотню и миллион раз, но ответ ему даётся по-прежнему с трудом.

– Моя жизнь там, где ты, Лаура. Возможно, это неправильно, что я отказываюсь от такого и, возможно, через несколько лет я буду винить себя в этом. Но сейчас я осознанно и ответственно подошёл к этому вопросу. Я хочу быть здесь, в Бруклине, с тобой. Поступлю на юриста, как когда-то хотела мама. Это не хуже.

– Не хочу просто, чтобы ты отказывался от своей мечты длинной почти в двенадцать лет из-за меня. Не хочу чувствовать себя виноватой в том, что забрала у тебя мечту.

Аарон перехватывает мои руки и сжимает их, прижимая к своему сердцу.

– Чувствуешь? Так только тогда, когда ты рядом. Без тебя мои внутренние часы тикать не будут. Я не собираюсь тебя винить – ни сейчас, ни через десять лет, – потому что знаю, что это правильное решение, правильный выбор.

Быстро коснувшись своими губами моего носа, словно заканчивая этим жестом этот разговор, он отстранился. Осмотрел меня ещё раз и подняв мою руку вверх, заставляя покружиться перед ним, с восторгом произнёс:

– Ты у меня одна такая красавица. Вот серьёзно. Про тебя надо книги писать и фильмы снимать. А лучше мультики. Диснеевские.

– И кем бы я, по-твоему, была?

Он задумался.

– По волосам и личику похожа на Белоснежку.

– Значит, ты мой Гном, а не я Гномик? – усмехаюсь.

– Не говори глупостей. Ты Гномик. А вот по другим чертам, например, характером и поведением, напоминаешь Аврору или Рапунцель.

– Ну, если я Аврора, то ты мой принц? А если я Рапунцель, то ты мой хулиган Флин Райдер? О! Ты реально, скорее, на Флина похож! Ну, не считая цвета волос и моськи.

– Что-то имеешь против моей моськи?

– У Флина она милая. У тебя… более ожесточённая и сексуальная.

– Конечно, не будут же в детский мультфильм пихать такого сексуального мачо, как я.

Громкий хохот пронёсся по улице, но также быстро пропал, когда Аарон посмотрел на время и сказал, что ему пора спешить.

– Удачи тебе. Напиши, как закончишь, я буду ждать тебя в школе или здесь, на лавочке.

– Спасибо, – лёгкое касание наших губ было словно его благословением на удачу на экзамене.

Он сможет.

Несомненно.

♡⁠♡⁠♡⁠

Пекучее солнце вызывало головные боли, поэтому я не слишком долго сидела на лавке в переживаниях об Аароне. Я не сомневалась, что он сдаст, потому что готовился достаточно долго и хорошо – результаты по пробникам были отличными! Волнение было за самого Аарона. Я переживала, что он перенервничает и всё забудет. Хоть парень и не подавал виду волнения – смеялся и свободно разговаривал – я знала, что хотя бы на двадцать процентов в нём присутствует страх, даже если он сам старался это отрицать.

Каждую перемену я бегала на улицу, высматривала Аарона – они сдавали в другом корпусе. Постоянно проверяла телефон, чтобы узнать заходил ли он уже в сеть. Вот уже как три часа не появлялся онлайн.

И через ещё тридцать минут Аарон отправил мне сообщение:

Аарон: Родная, где ты?

Я спешно стала набирать ответ, ощущая быстрое биение сердца:

Я: На той самой лавочке.

Аарон: Подожди меня там, я бегу к тебе.

Выключив телефон, я положила его себе на колени экраном вниз и стала смотреть вдаль – где-то оттуда должен идти. На лавочку, наконец, упала тень и поднялся лёгкий, но приятный в такую жару ветер.

Высокое и большое тело Аарона по сравнению с остальными ненакачанными парнями было трудно не заметить, поэтому, как только он вышел из-за угла, я сразу встала с лавки, чтобы направиться ему навстречу.

Даже издалека на его лице была заметна лёгкая улыбка.

Значит, всё хорошо.

– Ну что? – вытянувшись во весь рост, чтобы смотреть ему в глаза, нетерпеливо поинтересовалась я.

– Вроде бы, сдал. Вопросы были не сложные.

Моя щека почти сразу впечаталась в его грудь, а руки взяли его торс в кольцо.

– Я тебя поздравляю!

– Что ж… теперь остался только выпускной и да здравствуй, взрослая жизнь.

– У тебя, ага, – печально вздохнула я. – А у меня ещё год…

– Да, но ты можешь прийти ко мне на выпускной. В качестве моей партнёрши. Если ты, конечно, хочешь, – Аарон вытянул мне ладонь, как принято галантным мужчинам.

– О, благодарю, сэр… Это не обсуждается, – вложив свою ладонь в его, я сделала поклон и чуть не упала.

Без этого бы я не была собой.

♡⁠♡⁠♡⁠

– Знаете, я думаю, что нам надо почаще так собираться, – я пропускаю мимо ушей слова Элая, потому что очень внимательно смотрю в экран телефона, фотографируя красивого пса, подошедшего к нам, которого Аарон тайно подкармливает своим пончиком.

Парням пришли результаты последнего экзамена – они оба сдали на хорошо. И, в честь такого события, мы решили сходить вместе «отпраздновать».

Ничего помпезного – обычная дружеская прогулка и посиделка снаружи кафе под навесом. Мы заказали мохито, увы, не алкогольный, и пончики. Сидели и болтали. Смеялись. Это было приятное времяпрепровождение с друзьями. Но я предполагала, что это не навсегда. Элай предпочёл поехать в другой штат на учёбу, чему Элиза безумно расстроилась. Настолько безумно, что плакала мне несколько часов в трубку. Отношения на расстоянии для неё – табу. И, несмотря на это, подруга всё равно согласна… потому что любит его сильно. И она уверена, что Элай не из тех, кто будет встречаться там где-то с какой-то тёлкой, пока его будет ждать Элиза.

– Слушай, – я обернулась только на голос Аарона – он всегда был маяком для меня. Парень наклонил голову и ухмыльнулся. – Может, ты будешь фотографом, а?

– Кстати! – поддерживающе кивнула девушка. – Фотки реально огонь, несмотря на то что ты делаешь их на телефон! Ты реально прикольно подбираешь ракурс, свет, даже позу, если фотографируешь человека.

– Думаю, у тебя талант к этому, – подытожил синеглазый.

– Не знаю… это просто хобби. Вряд ли на нём можно зарабатывать хорошие деньги.

– Боже, я тебя умоляю, – негодующе цокнула Элиза. – На этом такие бабки мутят!

– Думаете?

– У меня одна знакомая работала фотографом, ежемесячно зарабатывала пять с половиной тысяч долларов. Теперь вообще улетала в Италию. Так что, – Элай помедлил, отпивая мохито, – это нормальная работа.

– Ну… – протягиваю я, рассматривая снимок на телефоне. – Я подумаю.

Несколько минут висела приятная тишина: мы пили мохито, и я параллельно фотографировала друзей, стараясь запомнить этот момент надолго. Слушала пение птиц, сидящих на ветках дерева прямо над нами.

И, допив своё мохито, Элиза провозгласила:

– Давайте встречаться на этом же месте каждый год?

– Давайте, – ответила я, улыбаясь. Было бы неплохо.

– Договорились, – в один голос сказали блондины, и мы связали эту клятву мизинцами.

Мне страшно смотреть в завтрашний день, и я хочу наслаждаться только сегодняшним. Страшно подумать, что будет через год, сдам ли я экзамены и куда буду поступать я? Не разойдёмся ли мы с Аароном?

Но эта клятва на мизинцах… хотелось бы мне, чтобы она не была забыта через несколько лет…

Эпилог

Моя рука уже в сотый раз за последние пять минут дёргает до одурения неудобный галстук, стараясь то ослабить его, то затянуть потуже. Я стараюсь перестать суетиться, потому что, стоит Лауре увидеть это, она начнёт беспокоиться. А сегодня всё должно быть хорошо.

Я не пишу Лауре каждую минуту, чтобы узнать, как скоро она выйдет. Просто смиренно жду. Это ведь девушки, они всегда собираются по часу и ещё столько же смотрят в зеркало, чтобы точно понять нормально ли они выглядят, не нужно ли докрасить губы или нанести какую-то дрянь на лицо.

Экран телефона засветился – пришло сообщение от Лауры.

Лаура: Ты там ещё не сбежал? У меня ЧП.

Я: Что случилось? Помада в унитаз нырнула?

Лаура: Хуже! Мурзик… он… немного…

Я: Что?

Лаура: Он мне немного порвал платье.

Я: Как это – немного?

Лаура: Я сейчас выйду! Увидишь!

Томно вздохнув, я запрятал телефон в карман и стал ждать, пока моя принцесса в испорченном платье явится ко мне. Двери подъезда открылись через несколько минут, и я повернулся на стук каблуков.

От её женственности у меня переворачиваются все органы. Мурашки встают дыбом, а каждая мышца в теле становится натянутой. Лаура надела чёрное обтягивающее платье, которое так идеально-красиво выделяет её бёдра, что у меня нет сил оторвать от них взгляд.

– Только не смейся… – предупреждающе просит Лаура, едва сдерживая собственную улыбку.

– Не буду.

Лаура убирает руки с груди, и я замечаю тонкую, но длинную дырку прямо на груди, через которую просвечивается бежевый лифчик. Сжимаю губы и смотрю ей в глаза.

– Не страшно. Смотри, – забирая тёмные накрученные волосы со спины, перекидываю их на плечи, и они идеально спадают на грудь, прикрывая маленький казус.

– А если кто-то увидит…

– Просто не трогай волосы, – кладя руку на талию, я веду Лауру к машине. Не в силах сдержать хотя бы один комментарий, говорю, отчего девушка сразу хмурится: – А Мурзик не глупый, знает, что надо делать.

– Прекрати! – возмущаясь крикнула Лаура, сев на переднее сиденье.

Я погладил её по волосам, отчего она блаженно прикрыла глаза и расслабила возмущающееся лицо, после чего завёл машину.

Выпускной… это кажется таким важным и завершающим моментом подростковой жизни. Я думал, что мне будет всё равно ещё в сентябре. А потом встретил её – девушку, которая приносит в мою жизнь смысл. Без неё я просто существовал, теперь же – живу и наслаждаюсь каждым моментом, проведённым рядом с ней.

Она не просто центр моей Вселенной, как многие говорят.

Она и есть эта Вселенная.

♡⁠♡⁠♡⁠

В коридорах школы достаточно тихо, потому что вся суматоха в актовом зале – оттуда доносится громкая музыка и шум людей. Я придерживаю Лауру за талию, когда она медленно хромает к актовому залу.

Не выдерживая, я подхватываю её на руки, просовывая руки под коленями. Лаура охает и хватается за мою шею.

– Зачем ты?..

– Зачем ты обувала каблуки, если они тебе натирают ноги?

– Злишься, что я не умею ходить на каблуках и мы опаздываем?

– Нет, я не злюсь. До начала всё равно ещё десять минут. Я беспокоюсь о тебе.

Лаура вздыхает.

– Хотела быть красивой!

– Ты же в курсе, для меня ты всегда прекрасна. И на каблуках ты или в кроссовках, в платье или в шортах, – мне без разницы. Как ты собираешься проходить так ещё целый вечер?

– Только вечер? – удивляется она. – Я думала, вы там соберётесь пойти праздновать… ну, в клуб или в парк, встречать рассвет.

– Да, мои собираются, но я отказался.

– Чего?

– Мне нужна только твоя компания, Лаура. Мы вместе пойдём в парк или вместе поедем в другое место. Но вместе.

– Выпускной же у тебя, с твоим классом, а не со мной!

– Мне всё равно, – я не сильно подбрасываю её, чтобы взять поудобнее, и в этот момент целую в кончик носа.

Я поставил Лауру на ноги только тогда, когда открыл дверь в актовый зал и вошёл туда. Девушка спешно поправила платье и перекинула волосы наперёд. Потом к ней подбежала Элиза, и я потерял её на некоторое время.

За этот промежуток, что я находился без Гномика, я сфотографировался с одноклассниками – по просьбе классного руководителя. Потом они стояли и смеялись, а кто-то из девочек тёр края глаз, ловя пальцами слёзы. Я стоял вдалеке от всех, потому что не имел того самого «классного духа» и не желал стоять и вспоминать прекрасные школьные годы с одноклассниками.

Элай разделял со мной это желание, и вскоре мы уже вдвоём стояли у стенки.

Я не знал, куда мне деть свой взгляд и чем себя занять. Без Лауры поистине скучно. Наши девушки также делают фотографии, на задний фон которых ненароком попадаем мы. Они смеются и болтают о выпускном, который ждёт их в следующем году.

– Аарон!

Услышав знакомый писклявый голос, от которого у меня остановилось сердце, я тотчас повернул голову к входным дверям и замер, быстро захлопал глазами. Софи, наряжена в нежно-голубое платье, синие колготки и такого же цвета балетки, бежала ко мне галопом, на бегу поправляя маленькую диадему, спадающую с её головы.

Мне пришлось согнуться, чтобы подхватить её под мышки и взять на руки.

– Софи? Почему ты здесь?.. А где отец?

– Сказал, что подойдёт, когда докурит.

Не верилось, что он уступил своей гордости и обиде, и привёз мне сестру. Софи настолько довольна оттого, что увидела меня, что даже заплакала. Сестра даже помахала Элаю, который ей не особо и нравился.

Лаура смотрела на нас. Улыбалась. А потом подошла, чтобы поздороваться с Софи.

– Привет!

– О, Лаура!

Заразительный детский смех затих, когда в зал зашёл отец. Его лицо не было суровым, каким было в нашу с ним последнюю встречу. Сейчас он, кажется, старался сохранять спокойствие.

Он медленно шагал ко мне, нервно играясь с челюстью, двигая ею в разные стороны.

– Поздравляю с окончанием школы, сын, – отец протянул мне руку, и я, честно говоря, хотел проигнорировать этот жест, но Лаура толкнула меня в плечо, и мне пришлось протянуть руку в ответ.

После слов Лауры я часто задумывался об этой ситуации: как бы вёл себя я, если бы у меня умерла девушка, с которой у меня дети? Представить эту ситуацию с Лаурой… я бы, определённо вёл себя гораздо хуже, чем вёл себя отец. Я бы сошёл с ума, потеряв свою девочку.