Текст книги "Золотой след (ЛП)"

Автор книги: Кристен Эшли

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 43 страниц)

– Привет, мистер Лэйн, – сказал один из них тоном Джаспера прошлым вечером «ты мужчина».

– Джейми, – кивнул Лэйн и перевел взгляд на другого парня, – Митч.

– Привет, мистер Лейн.

Лэйн улыбнулся им и пошел по коридору на выход, думая, что его появление в школе прошло чертовски здорово.

* * *

Лэйн встретил Колта, и они поехали на «Субурбане» Лэйна.

Лейн оставил Блонди с Салли в участке, зная, что собака Джаса будет в восторге от этого, судя по ее возбуждению, что она попала в место, заполненное мужчинами, которые любили собак, а также множеством углов, куда она могла сунуть свой нос, чтобы познакомиться с множеством новых и необычных запахов.

– Все хорошо? – спросил Колт рядом на пассажирском сиденье.

– Работаю над этим, – ответил Лейн.

– Как Рокки? – еще спросил Колт.

– Над этим тоже работаю, – ответил Лэйн, и Колт усмехнулся.

– Не могу сказать, что пару недель назад я не пребывал в шоке от твоего заявления, – заметил Колт.

– Все пребывали в шоке, включая и меня, – заявил ему Лейн.

Колт немного помолчал, потом тихо спросил, явно обеспокоенным голосом:

– И как продвигается, нормально?

Алек Колтон был хорошим полицейским, хорошим человеком и хорошим другом. Они работали вместе много лет назад, он был таким тогда и сейчас. Колт знал Лейна еще до того, как Рокки ушла от него, и после. Он знал, что Рокки значила для Лейна, и знал, что их отношения возобновились.

Поэтому Лейн спокойно ответил:

– Наш путь полон шипов.

Еще на мгновение повисла тишина, а затем Колт ответил:

– Ты доберешься до роз, чувак, она невероятно мягкая и пахнет невероятно чертовски сладко.

Лейн вдруг осенило, что Колт и Феб жили в этом городке, пройдя свой путь горько-сладкой истории любви. Колт был на несколько лет старше Лейна, учился в средней школе вместе с Феб. Колт был лучшим другом брата Фебрари с детского сада, и знал его всю жизнь. Они казались такой крепкой, непоколебимой парой, перестав в старших классах, все в городе знали, что у них все по-настоящему. Но оказалось все не так. Лэйн понятия не имел, что произошло, но что-то не хорошее. Колт остался в Бурге, работал, Лейн знал, что потеря Феб, даже спустя годы, стала потерей, рана, которая не затягивалась. Как и Лейн, Феб сбежала, отсутствовала даже дольше, чем Лейн. Вернулась несколько лет назад, они снова стали встречаться, местный парень потерял рассудок, начав убивать во имя Феб. Колт вмешался, чтобы защитить ее, они стали вместе – крепко, непоколебимо, теперь были женаты, у них родился ребенок. Что бы ни разрывало их на части раньше, они нашли способ оставить это все позади, им это удалось.

Вспомнив об этом, Лейн мог бы сказать, что в этот момент воспоминания о всей этой истории было действительно чертовски приятным.

– Так что, как я понимаю, с Феб все хорошо, – заметил Лейн.

– Да, чувак, с Феб очень хорошо. – Слова Колта прозвучали веско, и Лэйн даже не попытался сдержать улыбку.

Лейн выехал из Бурга, кругом расстилались обширные поля, он сменил тему.

– Выкладывай.

Колт не колебался.

– Парня зовут Райкер. Он знает, что происходит.

– Информатор?

– Он не против поделиться информацией, когда может что-то из нее извлечь.

Лейн взглянул на Колта, потом снова на дорогу.

– Он из тех парней, которым я буду должен?

– В том-то и прелесть, Таннер. Райкер не является другом Карлито и никогда не был другом Стью. Думаю, он не будет считать, что ты ему должен, если поделиться с тобой информацией о Стью.

Лейн поймал себя на том, что снова улыбается.

Лейн узнал одну вещь от своего отца, человека, которого он никогда не видел, по крайней мере Лейн не видел его, когда стал достаточно взрослым, чтобы сформулировать хотя бы одну связную мысль, узнал он следующее – никогда не гадь там, где живешь, а также, где работаешь, с кем дружишь и т.д. Лейн вырос, наблюдая, как его мать боролась за крышу над головой, работая секретаршей, посещая вечерами курсы бухгалтеров, не имея времени и еще меньше денег, поэтому занятия занимали у нее целую вечность. Но она все же получила квалификацию и стала зарабатывать больше денег, но ей всегда приходилось работать. Лэйн был замкнутым ребенком, у нее не было другого выбора, кроме как операться по жизни на него, поэтому он научился заботиться о себе с ранненого возраста, и в ту минуту, когда мог зарабатывать, он делал все, что мог, чтобы зарабатывать. Его тетя, бабушка и дедушка делали все, что могли, но у них была своя жизнь. Она была его мамой, но Лэйн знал, что его мать была красавицей. Он также знал, что она была хорошей женщиной, была забавной, милой, ее семья обожала ее, и у нее были десятки друзей, всех из них она могла назвать близкими. Человек, потерявший все это, потерявший такую женщину и такую семью, нагадивший там, где жил, повернувшийся спиной к хорошей женщине и семье, никогда не оглядывающийся назад, позволил такому счастью ускользнуть сквозь собственные пальцы.

Лейн дважды облажался, и оба раза по-королевски. Первый раз он вышел из-под контроля, когда порвался презерватив, он был с Габби, теперь этот вопрос нельзя даже было назвать спорным, что он облажался, завалившийся с Габби в постель, несмотря на то, что он был пьяный или нет. Во второй раз, когда он бросил своих сыновей, и в прошлом году он провел много времени, пытаясь вспомнить, почему, черт возьми, он вообще это сделал.

Габби была стервой, развод сделал ее еще худшей стервой, Рокки же продолжала жить в этом городе. Лэйн чувствовал себя связанным, но не сыновьями, а историей с Рокки и Габби, которые окружали его. Отчего у него появилось желание выбраться из этого города, побродить по белому свету. Были вещи, которые он хотел сделать, хотел увидеть и хотел узнать, но также и то, что он не мог узнать, увидеть и сделать в маленьком городке. Он рассказывал Рокки все это дерьмо, когда они были вместе, и она поддерживала его, потому что разделяла его потребность побродить по свету, учиться, увидеть, что-то сделать. У них были планы, как только она закончит Батлер, они уедут. Они не знали, куда именно, но это должно было произойти.

Он нашел то, что искал в Сент-Луисе, Сан-Антонио, Рино, Финиксе и Лос-Анджелесе, но потерял больше то, что оставил дома, что действительно было важным в жизни, заплатив за это огромную цену. Тем не менее он приобрел больше друзей, чем врагов во время своих командировок, например, Дэвина Гловера, который бросил все и приехал к нему в город после одного телефонного звонка.

Джаррод Эстли и Стью Барански так и не научились не гадить там, где жили, где работали. Им было насрать на тех, кого они обманывали. Нельзя прожить такую жизнь и в конце концов не получить возмездие.

И судные дни, возмездие для Эстли и Стью было не за горами.

Лэйн и Колт добрались до еще более маленького городка рядом с Бургом, расположенного прямо на окраине Индиаполиса. Город славился гоночной трассой и вообще считался приличным местом, но во время гонок становился довольно суровым. В Бурге была горячая точка «Джей энд Джей», других питейных заведений в городе не было, потому что все новые разорялись из-за преданности горожан к «Джей энд Джей». «Джей энд Джей» было не единственным местом, где можно было выпить, были рестораны с барами, но «Джей энд Джей» было единственным местом, куда ходили люди, чтобы встретиться с друзьями, послушать музыку из музыкального автомата, поиграть в бильярд и напиться.

Этот же городок был не таким, как Бург. Здесь были тонны баров, большинство из которых были суровые из-за того, что собирались клиенты по рассовым признакам. Лэйн свернул к одному такому бару, куда указал ему Колт, припарковался.

Он выключил зажигание и повернулся к Кольту.

– Как мы поведем беседу?

Колт отрицательно покачал головой.

– С Райкером лучше не играть. Ты ему либо нравишься, либо нет. Если понравишься, он поделится информацией. Если нет, мы узнаем о его мнении через пару секунд, значит пойдем на ленч.

Лейн кивнул, они оба повернулись к дверям внедорожника.

День был пасмурный, временами шел дождь. Даже если бы было солнце, свет в баре был таким тусклым, открыто заявляя своим клиентам, что здесь можно оторваться. Можно было трахнуть фанатку гонок в углу, никто бы не заметил. Также можно продать наркотики или всадить нож в спину врага.

Колт подвел Лэйна к угловому столику, где сидел в одиночестве мужчина, прислонившись спиной к стене и поставив перед собой бутылку пива. На улице было холодно, но парень был одет в черную майку, натянутую на его громоздкий торс, джинсы и мотоциклетные ботинки, повесив пальто на спинку стула. Но он сидел, откинувшись на спинку стула, вытянув одну из своих длинных мускулистых ног прямо перед собой, поставив одну ногу на пятку, а другую согнув в колене. Он выглядел расслабленным, но Лейн заметил, что парень готов ко всему. Две его руки от запястья до плеч были все в татуировках, оба рукава майки задрались вверх к плечам и толстой шее. Он был лысым, уродливым, и было легко понять, что он не тот парень, с которым стоило бы связываться.

– Райкер, – поздоровался Колт и, не колеблясь, сел за стол Райкера.

– Этот парень полицейский? – спросил Райкер, не сводя глаз с Лейна.

Лейн сел, не сводя глаз с Райкера.

– Нет, – ответил Колт.

– От него пахнет копом, – прокомментировал Райкер и, хотя Колт был копом, парень прокомментировал так, что стало ясно – копы – не его любимые люди.

– Раньше был детективом, теперь он частный детектив, – ответил Колт.

Брови Райкера взлетели вверх, и он не сводил глаз с Лейн.

– Мудак? – Это должно было иметь два значения, и Лэйн стиснул зубы.

– Для цели этой встречи он – бывший муж Габриэль Лейн, – сказал Колт Райкеру.

Райкер перевел взгляд на Колта.

– Кто это, черт возьми?

– Женщина Стью Барански, – ответил Колт.

Райкер ухмыльнулся, он знал, кто она такая, но все же спросил:

– Эта сука?

– Райкер, – тихо предупредил его Колт.

– Тупая сука. – Райкер отказался слушать предупреждение Колта.

Лейн вступил в разговор.

– У нас с ней двое сыновей, один из них видел, как Барански передал Карлито конверт. Габби говорит, что у Стью проблемы. Ты что-нибудь об этом знаешь?

Глаза Райкера скользнули по Лейну на словах «двое сыновей», он помолчал, прежде чем ответить:

– Я знаю, что Карлито мудило.

– Это я тоже знаю, – ответил Лейн.

– И я знаю, что Барански – мудак, – продолжал Райкер.

– Ага, ты ничего нового мне не сказал, – сообщил ему Лейн. – Я здесь не для того, чтобы выяснять то, что я уже знаю, я приехал сюда для того, чтобы выяснить, что происходит, потому что я не большой поклонник, что мои сыновья увидели, как Барански выплачивает ростовщику.

Райкер усмехнулся.

– А он не выплачивал.

Лейну не понравилось, как это прозвучало.

– А что он делал тогда? – спросил Лейн.

– Он ничего не выплачивает, – ответил Райкер.

Лейн изучающе посмотрел на Райкера, потом перевел взгляд на Колта.

– Райкер, у тебя есть что-то, что может помочь Лейну, – подсказал Колт, и Райкер перевел взгляд с Колта на Лейна.

Он долго изучал Лейна, прежде чем спросил:

– Который из сыновей?

– Еще раз, – произнес в ответ Лейн.

– Который из парней?

Лейн почувствовал, как напряглись мышцы на шее.

– Не уверен, что это имеет отношение к делу.

Райкер не отпускал взгляда.

– Который? Тот, кто подпрыгнул и забил мяч, а потом получил от придурка тренера, который должен держать свои яйца в тисках, или тот, который блокирует других, когда эта жирная сука, толкнул его?

Господи, этот гребаный парень был фанатом «Бульдогов».

– Джаспер, – Лэйн понял, что в этот момент может говорить с уверенностью. – Мой старший сын. Тот, кто блокирует.

– У него быстрые ноги, но в двух последних играх его не выпускают на поле, – заметил Райкер. – Ты что-то предпринимаешь по поводу этого?

– Все, что я смог, сделал, – ответил Лейн.

– И что же? – продолжал Райкер.

– Школьный совет расследует мою жалобу, – ответил Лэйн, Райкер запрокинул голову и разразился смехом, который Лэйну не очень понравился, но он придержал язык.

Когда Райкер закончил хохотать, опустил подбородок и посмотрел на Лейна.

– Дай мне слово, парень, и я, может быть, найду в себе силы убедить тренера позволить обоим твоим сыновьям выйти на поле и сыграть в мяч. Ты мне не будешь должен, я сделаю это бесплатно.

Господи.

– Мне нравятся методы, как я решил этот вопрос, – заявил ему Лейн.

– «Скауты» не получат полной картины, твой старший мальчик – старший, этот ублюдок его испортит.

– Мне все равно нравится, как я решил этот вопрос, – повторил Лейн, и на этот раз гораздо тверже.

Райкер некоторое время изучал его, потом пожал плечами.

Лэйн решил вернуться к вопросу, ради которого они и приехали.

– Сколько Барански должен Карлито?

– Ничего, – тут же ответил Райкер, и брови Лейна сошлись на переносице.

– Ничего?! – переспросил он.

– Не-а, был когда-то, когда этот мудак играл на бегах собак, но теперь уже нет.

Лейн почувствовал на себе взгляд Колта и повернулся, встретившись с ним взглядом.

Потом Колт посмотрел на Райкера.

– Не хочешь нам пролить свет?

Лейн тоже посмотрел на Райкера, и тот наклонился вперед, положив татуированную руку на стол.

– Он так глубоко увяз с Карлито, что не может выбраться, – поделился Райкер. – Итак, вместо того, чтобы Карлито вымещал свое зло на Барански обычным способом, он заставил Барански работать на себя. Баранскому понравилась эта работа, и теперь он работает на полставки.

Потом он откинулся на спинку стула и замолчал, но Лейн понял, о чем парень говорил, и знал, почему Габби попросила его взять мальчиков к себе на несколько недель, хотя, возможно, и не знал, почему. Карлито, несомненно, был частым гостем, и, даже если Габби была не в курсе, она видела его пару раз и не хотела, чтобы их сыновья видели его тоже. И, наконец, Лейн боролся с желанием выследить Стью Барански и выбить из него мозги.

Он выиграл борьбу с самим собой, выдохнул, пытаясь найти подтверждения своим догадкам.

– Стью типа «громила» Карлито?

Райкер кивнул.

– Один из них, да.

Вот оно. Подтверждение.

Чертово дерьмо.

– Ты издеваешься надо мной, – прошептал Лейн, но он знал, что Райкер не шутил.

Райкер тоже подтвердил это и ухмыльнулся.

– Нет.

Лейн повернул голову к Колту.

– Этот засранец живет с моими ребятами.

Лейн обращался к Колту, но Райкер ответил:

– Да, – и взгляд Лейна вернулся к нему.

– Я выполнил свое домашнее задание, Райкер, Барански не платит по счетам, как и моя бывшая.

Райкер снова пожал плечами.

– А зачем ему это? У него есть сладкий трах. Она толстая, посмотреть не на что, но она кормит его. Платит по счетам, – он снова ухмыльнулся, – может, и не платит, но старается. У него хорошее прикрытие – все респектабельно, мать-одиночка, двое мальчиков. – Он наклонил голову к Колту. – Значит, даже копы не в курсе его досуга. Он свободно делает свою работу и дает ему возможность, которой у него не было раньше, использовать свои деньги и свою добычу для Карлито, чтобы жить своей жизнью, как он хочет, и содержать еще и другую свою телку. Прикинь, он связался с твоей бывшей, потому что никто другой не стал бы сосать его член, но множество женщин будет сосать его член, если у него будут деньги.

– У него кто-то есть? – спросил Колт.

– Ага, – ответил Райкер.

– Ты знаешь, кто? – настаивал Колт.

– Не знаю, как ее зовут, но знаю, что она не толстая сука, у нее нет детей, и ездит она на потрясной тачке, которую купил ей Барански, а также дает ему трахнуть себя в задницу, потому что все знают, что это единственный способ, который предпочитает Барански.

Лэйн проглотил слюну от этого заявления, совсем не нуждаясь в такой подробной информации об отношениях Габби с ее гребаным парнем.

Райкер ухмыльнулся ему, а потом снова наклонился вперед, и его ухмылка исчезла.

– Я дам тебе дополнительный бонус, потому что твои сыновья умеют управляться с мячом, – заявил он. – Барански не будет плакать утром в свои кукурузные хлопья, когда твоя бывшая его выгонит. Но он вытрясет ее начисто, прежде чем уйти. Она роет яму, чтобы удержать его в своей постели, а он не собирается оставаться в ее постели, черт возьми, он бросит ее в эту яму. Ты хочешь, чтобы он убрался из ее постели, тебе даже не придется напрягаться, слегка надавить, и он уйдет, но это не значит, что он не оставит ее трахнутой в задницу, и я имею в виду это не только фигурально. Если ты хочешь, чтобы он ушел, тебе потребуется около двух чертовых секунд, чтобы это случилось. Но, если ты хочешь, чтобы он вернул деньги, вот тут начнется веселье, поскольку я чувствую себя сегодня щедрым на поступки, могу помочь тебе и с этим.

– Как? – выдавил Лейн.

– Мне необходимо знать, чем занимается Карлито, могу сказать, что он послал Барански за кое-кем. Ты придурок, готов поспорить, что у тебя имеются камеры, и, если ты пустишь одну в дело, готов поспорить, что ты можешь стать невидимкой. Ты заснимешь, как он навалиться на кое-кого, у него есть особый талант к таким делам, он главный бугай у Карлито, и ты поймаешь его за этим занятием, все будет выглядеть некрасиво, поскольку он не брезглив до вида крови. Ты можешь использовать эту пленку, чтобы вышибить его из дома твоей бывшей тостой сучки. У тебя будет улика против него, которую ты сунешь ему под нос, и сделаешь еще что-нибудь в этом духе, вытащив свою бывшую из ямы, он оставит ее. – Он откинулся на спинку стула и хлопнул в ладоши. – Проблемы будут решены. – Он широко улыбнулся, и эта улыбка сделала его еще уродливее. – У тебя есть мозги, чтобы все это провернуть, ты можешь трахать свою задницу сколько хочешь, пытаясь вышибить его по-другому, но после того, что я тебе сказал, он вернет деньги, твоя бывшая будет в порядке, а ты все равно отдашь пленку копам. Барански будет уже вне игры, единственный, кто будет скучать по нему – это Карлито и его отморозки, готов поспорить, что ни один из них не долго будет скучать по нему, найдя ему замену.

Лейн улыбнулся парню.

– Я дам тебе свой номер телефона.

11.

Темный и дикий

Было без десяти шесть, когда Лейн свернул на свою улицу и увидел «Мерседес» Рокки, припаркованный не на подъездной дорожке, а у обочины за белым «Олдсмобилем Катласс Кале» 1987 года выпуска, машиной Дэва.

Она приехала по раньше.

Лейн опаздывал.

И опаздывал, потому что совершил ошибку, позвонив своей клиентке, убежденной, что ее муж изменяет ей и собирается бросить, пытаясь ее убедить, что ее муж хранит ей верность. Предполагалось, что разговор займет не больше десяти минут. Все вылилось в сорок пять минут, во время разговора она уволила его, заявив, что наймет кого-то другого, кто хорошо выполнит эту работу. Лейн не огорчился, потому что она пообещала появиться завтра, чтобы заплатить наличными.

Он почувствовал легкую дрожь, пробежавшую по ее телу,

Трипп и Джаспер оба посмотрели на него, затем Трипп исчез, а Джаспер включил штуковину, которая благодаря электричеству высасывала всякое дерьмо из щелей полов из плитки или дерева.

Пока его ребята занимались уборкой, Дэв привлек внимание Рокки, они начали болтать, пока Лейн убирал бутылки и открывал красное вино. Он наполнил стакан, налил себе пива и вернулся к ней, поставив стакан на островке, где она теперь убиралась, гигантская миска салата была уже готова.

Когда она перевела взгляд на стакан, затем подняла глаза на него, он пробормотал:

– Извини, сладкая, у нас в доме нет модных бокалов.

– Ничего страшного в Италии пьют так, – ответила она, протянув руку, взяв маленький стакан, повернулась к Дэву. – Я, конечно, никогда не была в Италии, но так пьют в итальянских фильмах, всегда думала, что это круто. – Она подняла свой стакан и потянулась к Дэву, закончив: – Добро пожаловать в Бург, Дэвин.

Он чокнулся своей бутылкой пива о ее стакан, сделал большой глоток, проглотил, заявив:

– Красивые девушки могут называть меня Дэв.

Она улыбнулась ему.

– Хорошо, Дэв.

– Если у тебя будет завтра время, можешь устроить мне экскурсию по Бургу, – предложил Дэв, словно он еще не изучил окрестности.

– Я бы с удовольствием, но мне надо работать, – ответила Рокки. – Но я скажу, что стоит встать пораньше, сходить в пекарню Хиллигосса и купить пончики. Я никогда не была ни в Италии, ни где-либо еще, но готова поставить деньги на пончики от Хиллигосса, способные затмить все.

– Я тоже не был в Италии, но был много где, и Рок не лжет, – добавил Лейн.

– Тогда я тебя угощу завтра, мой мальчик, – ответил ему Дэв.

– Туалет готов! – крикнул Трип, завернув за угол и побежав к подсобке, одновременно жонглируя охапкой чистящих средств для ванной.

Лейн посмотрел на Джаса, тот тоже закончил убирать пол, наматывал шнур. Он повернулся к задней стойке, увидел сумочку Рокки, стоящую возле кофеварки, подошел к ней, порылся, пока не нашел ключи.

Затем повернулся к Джасперу и услышал, как Рокки начала:

– Что ты…?

– Джас, – позвал он, перекрывая ее голос, голова Джаспера поднялась, и Лейн бросил сыну ключи, Джаспер поймал их одной рукой. – Ты вытаскиваешь свой «Чарджер» и ставишь «Мерс» Рокки в гараж.

– Лейн... – начала Рокки.

Лейн перевел взгляд на нее.

– Возьми ключи Дэва, поставь «Кале» на подъездную дорожку перед «Мерсом».

– Но... – снова начала Рокки.

– Ты привезешь Киру и припаркуешься за «Субурбаном». Закрой дверь гаража после того, как поставишь туда «Мерс», – закончил Лейн.

– Хорошо, пап, – произнес Джаспер, отнес подметальную машину в подсобку и исчез, а Трипп появился.

– Лэйн, ты не можешь... – начала Рокки, и Лэйн посмотрел на нее.

– Мое ТСЖ не очень любит машины, припаркованные на улице на ночь.

Она снова начала на этот раз шепотом.

– Заканчивай…

– ТСЖ? – вмешался Дэв с отвращением в голосе. – Таннер Лейн, мой парень, за которым я с гордостью наблюдал, как он уворачивался от пуль, чтобы войти в дом с врагами, чтобы спасти заложника, сняв двоих только с наполовину заполненной обоймой в пистолете, выбежав без единой царапины, вытащив спасенного заложника, живет в доме, которым командует ассоциация домовладельцев?

Лейн услышал, как Рокки втянула в себя воздух, одновременно услышав крик Триппа:

– Ты спасал заложника, папа?

– Черт возьми, он сделал это, парень, – прорычал Дэвин Триппу, затем его взгляд упал на Лейна. – Собака, ТСЖ и оседлая жизнь – три вещи, которые я не думал, что когда-нибудь увижу рядом с тобой.

– Все меняется, Дев, – ответил Лейн, остро осознавая, что Рокки почему-то смотрит на него, и смотрела она на него совсем не так, как Трипп.

– Звучит круто! – крикнул Трипп. – Дэвин, кто были эти враги, где это все происходило и когда?

Лейн посмотрел на Рокки, пока Трипп сыпал вопросами, и в тот момент, как только он на нее посмотрел, она опустила глаза, повернулась так, чтобы он видел только ее профиль, и подняла руку, сделав глоток вина. Но она не могла скрыть, как побледнело ее лицо, а рука задрожала.

– Это было не так опасно, как описывает Дэв, – солгал Лейн Триппу, пытаясь успокоить явно потрясенную Рокки.

Хотя было опасно. Чрезвычайно рискованно и отчаянно, дерьмовый маневр с его стороны, который он совершил. Его могли убить, как и заложника. Проблема была в том, что заложником оказался восьмилетний темноволосый мальчик, он напоминал ему по фотографии Джаспера. Его похитили и удерживали в заложниках в течение трех недель, и Дэва наняли, чтобы он руководил освобождением парня, потому что федералы провалили эту операцию, а это значит, что две части тела мальчика доставили его родителям – палец руки и палец ноги. Дэв взял Лейна с собой в качестве подмоги на всякий случай. Это было отчасти чудо, что Лейна не изрешетили пулями, отчасти отличное прикрытие, которое осуществлял Дэвин. Чего Дэв не сказал сейчас, так того, что он не смотрел тогда с гордостью на Лейна. А врезал Лейну примерно через две секунды после того, как Дэв снял последнего «врага», и они вытащили мальчика.

– Мы должны подождать, пока Джас не вернется, чтобы он тоже послушал эту историю, – предложил Трипп, и Лейн оторвал взгляд от Рокки, которая в этот момент повернулась к нему спиной и посмотрел на своего сына, подойдя к Рокки, снова прижавшись к ее спине и поставив ладони на край прилавка.

– Джаспер должен готовить, а ты должен выпить шипучку и снять напряжение после уборки. Нам с Рокки нужно поговорить с тобой кое о чем важном, – сказал Лейн.

Глаза Триппа стали одновременно яркими и настороженными, когда он перевел взгляд с отца на Рокки, спросив:

– Правда?

– Правда, – ответил Лейн.

Трипп кивнул, взял шипучку и сел, Дэвин, казалось, небрежно потягивал пиво, но Лейн почувствовал, как он насторожился от серьезного тона Лейна. Все это время Рокки стояла перед ним молча.

Вернулся Джаспер, Лэйн не отодвинулся от Рокки, даже когда повернул голову к Джасу.

– Ты можешь припарковать «Кале» перед тем, как поедешь за Кирой, я хочу, чтобы ты услышал то, что собираюсь сейчас сказать, хотя тебе нужно поставить запекание макарон на конвеер. Приготовь это дерьмо, когда она уже будет здесь, ей придется пропустить комендантский час, Кэл сойдет от этого с ума, а мне придется проверить свой пистолет.

Джаспер ухмыльнулся, войдя в комнату, спросил:

– Что я должен услышать? – затем положил ключи от машины Рокки на стойку рядом с ее рукой.

Когда он это сделал, Рокки тихо сказала:

– Спасибо, Джаспер, – Джаспер улыбнулся ей.

Лейн все еще прижимался телом к ее спине, как его сын прижимал ключи ладонью, сказав Джасу:

– Просто послушай, – затем он повернулся к Триппу.

– У меня состоялся разговор с одним другом полицейским, чуть позже Рокки тоже поделилась со мной своими опасениями по поводу разговоров, которые ведутся в школе. У нее появилось плохое предчувствие, у меня появилось плохое предчувствия, Трипп, мне нужно, чтобы ты помог нам с этим делом. – Глаза Триппа были прикованы к нему, он без колебаний кивнул.

– По поводу чего плохое предчувствие? – спросил Джаспер у них за спиной.

– Речь идет о Молодежной группе в Христианской церкви, – ответил Лейн, он тут же заметил, что Трипп кивнул с еще большим энтузиазмом.

– О, да, я знаю, – сказал Трипп, и Лейн почувствовал, как тело Рокки напряглось, потому что он тоже напрягся.

– Я тоже, – добавил Джаспер.

– Что знаешь? – спросил Лейн.

– Городская секта, – заметил Джаспер. – Чертовски жуткая.

– Совершенно жуткая, – согласился Трипп. – Как в той истории с крысоловом, только он пропустил мышей и пошел прямиком к детям.

Рокки задвигалась в его объятиях, сделав шаг назад, повернувшись к Лейну, вывернув шею и посмотрев на него.

Лэйн посмотрел на нее сверху вниз и увидел, что она еще больше побледнела, беспокойство, которое он видел ранее, заполнило ее глаза.

Он убрал ладонь с прилавка и прижал Рокки к себе, обхватив обеими руками, одной – за грудь, другой – за ребра, и ободряюще сжал, оставив руки на ней.

Затем он посмотрел на Триппа.

– Нам нужно, чтобы ты вступил в эту Молодежную группу.

Трипп нахмурил брови и склонил голову набок.

– Вступил?

– Под прикрытием, парень, мне нужно, чтобы ты поработал над этим делом для нас с Рокки.

Брови Триппа медленно разошлись, лицо стало пустым, затем он широко улыбнулся и подпрыгнул на стуле.

– О да! – крикнул он. – Я могу это сделать.

– Трипп, – тихо произнес Лейн. – Ты должен будешь сохранять спокойствие. Это не миссия авантюриста. Здесь потребуется действовать тонко.

Трипп кивнул, и его голос стал тише, когда он повторил:

– Я смогу это сделать.

Джаспер подошел к островку, заявив:

– Я тоже смогу, и Кира сможет со мной.

Лейн посмотрел на Джаспера.

– По поводу тебя я бы еще согласился, Джас, но Кира, абсолютно нет.

– Почему нет? – спросил Джаспер. – Она готова на все, и она девушка, этот парень из Молодежной группы, любит девушек.

При этих словах Рокки подняла руку, ее пальцы так крепко сжали предплечье Лейна, что ему стало почти больно.

– Нет, Джас, по поводу Киры, – ответил Лейн.

– Она чудная, но умная, – ответил Джаспер, защищая свою девушку.

Лэйн честно произнес:

– Если хочешь, чтобы ей ничего не угрожало, держи ее подальше от этого парня. Ты меня понял?

Джаспер уставился на него, кровь отхлынула от его лица, мускул дернулся на щеке, и он кивнул.

Лейн посмотрел на Триппа.

– Ты хорошо меня понял, Трипп?

– Он плохой парень, – прошептал Трипп, возбуждение от предстоящего дела исчезло из его взгляда, глаза были широко раскрыты.

– Не знаю, но я научился прислушиваться к своему чутью, и в этом случае мое чутье говорит, что все, что там происходит, нехорошо. Я не знаю, чем он там занимается, но интуиция подсказывает мне, что ему нравится то, чем он там занимается, и он уж точно не захочет, чтобы кто-то пытался его остановиться ни полицейские, ни тем более школьники. Это значит, что ты должен войти к ним в группу, но вести себя по-умному. Если почувствуешь, что что-то не так или тебе что-то угрожает, или еще что, убирайся оттуда сию минуту к чертовой матери. Если тебе вполне нормально, угрозы не ощущаешь, то слушаешь, смотришь, у тебя будут только две миссии для начала. Первая, ты заводишь дружбу с девушкой, Рокки скажет с кем именно, ты подружишься, а потом просто начнешь ее расспрашивать и ведешь себя при этом с умом. Типа, ты хочешь побольше узнать о Молодежной группе, хочешь принять участие, хочешь стать частью этого процесса, хочешь стать ее другом, узнаешь все, что можно, чем они занимаются, где они встречаются, потом поймешь, куда они тебя пригласят, и главное, куда они тебя не пригласят. И второе задание, ты должен мне принести какой-нибудь предмет, к которому он прикасался. Банку шипучки, ручку, мне плевать что конкретно. Постарайся особо его не залапать своими отпечатками пальцев, а я дам тебе пакетик, чтобы ты положил этот предмет в него. Я хочу проверить его отпечатки пальцев. Нам нужно узнать кто этот парень и против кого мы выступаем. Если его отпечатки есть в базе, все развернется быстро. Если нет, нам придется найти другой способ на чем его можно подловить. Думаешь, что сможешь это сделать?

Трипп кивнул.

– Хорошо, – сказал Лейн, а затем он еще раз сжал Рокки, наклонил голову и прошептал ей на ухо: – Кого ты выбрала для Триппа, детка?

Она кивнула, Лэйн поднял голову, когда она сказала:

– Жизель Спикмон, Сабрина Тилли или Дарси Кассини.

– Жизель Спикмон, – тут же заявил Джаспер.

– Почему? – вдруг гаркнул Дэвин отчего, заставил Джаспера, Триппа и Рокки подпрыгнуть.

– Потому что она горячая штучка, – ответил Джаспер.

– Она отметается, – огрызнулся Дэвин. – Следующая.

– Она горячая и застенчивая. Чертовски застенчивая, прямо до оскомины. Она тоже только перешла в старший класс средней школы, как и Трипп, – продолжал Джаспер, не сводя глаз с Девина. – Сабрина хорошая, и с ней все в порядке внешне, но она младше, Трипп вне ее лиги, если бы она даже не была в порядке внешне, как я уже сказал, это будет выглядеть странно, так что, на самом деле, она вне его лиги. Дарси тоже хороша, но она учиться на класс старше Триппа, и она огромная, как лодка. Выглядело бы забавно, если бы он подружился с кем-нибудь из этих двоих. Подружиться с ними, у него как таковых причин не было бы. Этот парень-хищник, как ты думаешь, он поверит в игру Триппа, если он вдруг сблизиться с одной из этих двух цыпочек. Все знают, кто такой Трипп, и все знают, чем занимается папа. – Джаспер перевел взгляд на старика. – Никто не усомнится в том, почему Трипп подружиться с Жизель. Она горячая штучка, а девчонки считают Триппа симпатичным. Триппу придется попотеть, потому что она застенчивая, но если кто-то и сможет заставить Жизель заговорить, то это был бы только Трипп, а Трипп смог бы играть так, как будто он пришел туда только для того, чтобы заставить Жизель обратить на него внимание. Именно так я бы и поступил. И он будет крут. Он будет за всем следить и все смотреть, никто его не заподозрит, и он достанет вам то, что нужно.