Текст книги "Малыш для наемников (ЛП)"
Автор книги: Криста Вулф
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 15 страниц)
Пять
КУИНН
У вас когда-нибудь бывали такие моменты, когда время просто останавливается? Когда происходит нечто настолько безумное и абсурдное, что мозг отказывается сразу же это воспринимать?
Именно это сейчас происходило со мной: я стояла посреди пешеходного перехода на одной из самых оживленных улиц бостонского Норт-Энда и пялилась сквозь огромное витринное окно какого-то исторического ресторана, где—
БИИИИИИП!
Автомобильный гудок раздался в тот самый момент, когда загорелся зеленый свет, и ровно в ту же секунду я показала водителю средний палец – в таком большом городе, как Бостон, многое может произойти даже за одну-единственную—
– Дамочка, ДВИГАЙ!
Нахмурившись, я убрала палец и отступила обратно на тротуар, а затем взглянула еще раз, чтобы убедиться, что зрение меня не обманывает, и оно не обманывало.
Трое здоровенных мужчин сидели за столиком в заведении, похожем на небольшой ресторан или спортбар; они улыбались и смеялись вместе...
Но это ненадолго. Просто, блядь, невероятно.
Я решительно зашагала к ним, внимательно их разглядывая: не прошло и двух недель с тех пор, как за мной до самого дома увязался пугающего вида бородатый великан, который следил за каждым моим шагом на протяжении нескольких кварталов. На улице было темно, улицы были нехарактерно пусты, и я «спаслась» лишь тем, что подбежала к двум не менее крутым на вид парням, случайно оказавшимся по разные стороны тротуара. Вместе они прогнали преследователя – вернее, он просто растворился в ночи, – а потом эти двое повели меня пить кофе, чтобы успокоить мои расшатанные нервы.
И вот теперь двое из этих мужчин сидели в ресторане лицом к окну, а третьим – тем, что сидел ко мне спиной, – был тот самый страшный бородач, которого они тогда «отпугнули».
Ублюдки.
В этом просто не было никакого смысла: не было ни мошенничества, ни подставы, ни какой-то долгоиграющей аферы. Один парень – песчаный блондин огромного роста, до боли похожий на Капитана Америку, – дал мне свой номер телефона и велел написать, если мне что-нибудь понадобится, и когда я написала ему, что мне нужны ужин и кино, он сводил меня на пару очень горячих свиданий. Но оба раза он вежливо пожимал мне руку и уходил; оба раза он разворачивался на своих пятках пятнадцатого или шестнадцатого размера, вместо того чтобы унести меня наверх и жестко овладеть мной, как я того фантазировала.
Второй, Эван, в те же выходные сводил меня на ужин, за которым последовали мороженое, держание за ручку и неспешная романтическая прогулка по парку.
А потом... ничего. Ни звонков, ни смс, ни даже поцелуя на ночь, словно во время этого свидания я сделала что-то катастрофически неправильное, ведь он не только не перезвонил мне, но даже Джошуа – тот самый блондинистый гигант – отказался отвечать, когда я написала ему, чтобы узнать, в чем дело.
Когда тебя динамит горячий парень, подававший все возможные признаки симпатии, это, безусловно, отстойно, а когда тебя динамоят сразу двое – отстойно вдвойне; но видеть сейчас, как все трое этих мужчин едят, смеются и радостно опрокидывают кружки с пивом, словно троица старых приятелей?
Этого было достаточно, чтобы мне захотелось разнести в щепки эту историческую деревянную дверцу ресторана.
Вместо этого я незаметно скользнула внутрь теплого, уютного и абсолютно потрясающе пахнущего помещения, и, достигнув пика своей ярости, притащила пустой стул, с грохотом придвинув его к их столику.
– Привет, мальчики.
Как ни странно, я даже не могла понять, удивились ли они.
– Значит, вы все-таки друзья, – заявила я, ткнув большим пальцем в сторону двоих парней, с которыми ходила на свидания. – Несмотря на тот вечер на улице, когда вы уверяли, что незнакомы.
Джошуа хмыкнул, возвращая внимание к своему напитку, но Эван встретился со мной взглядом и отказался отводить глаза, так что на одно тревожное мгновение моя концентрация нарушилась – эти великолепные сине-зеленые глаза, в которых я утопала, манили, как зов сирены.
– А этот парень... – я кивнула в сторону черноголового и бородатого монстра. – В какой момент вы приказали ему преследовать меня?
Все трое хранили молчание. Никто не ответил.
– Спасение меня от того, кто, очевидно, является вашим другом, было частью плана «заставить меня пойти с вами на свидание»? – презрительно усмехнулась я. – Или это было...
– Нет.
Джошуа выплюнул это слово уверенно, почти вызывающе, но этот односложный ответ разозлил меня еще больше.
– Тогда зачем вообще было приглашать меня? – потребовала я. – Вы двое водили меня на то, что, совершенно очевидно, было свиданиями: там были романтика, флирт, нарастающее напряжение и просто уйма химии...
На середине моей фразы мужчины свирепо переглянулись – точнее, бородатый гигант бросил на своих двоих друзей очень недобрый взгляд; я чувствовала, как его дыхание становится тяжелее, а один огромный, как окорок, кулак сжался так, что побелели костяшки.
– Вы зовете меня на свидания, провожаете домой, но отказываетесь подниматься... – в отчаянии вздохнула я. – И вот я внезапно застреваю во френдзоне, нервно дрожа, словно старшеклассница на своем первом большом балу.
Теперь они лишь обменивались взглядами друг с другом, и ни один из мужчин даже не смотрел на меня.
Боже мой, я была в бешенстве!
– Послушайте, – кипятилась я, – я не знаю, кто из вас во мне заинтересован – если вообще кто-то заинтересован – и в чем, черт возьми, ваша проблема; может, вы троица гиперконкурентных качков, которым в кайф встречаться с одной и той же девушкой, а может, у вас какое-то дурацкое пари в стиле дешевых ромкомов на тему того, кто сможет запутать меня сильнее всего.
Я сделала долгий, разгоряченный вдох и выпустила воздух сквозь стиснутые зубы.
– Но ведь теперь все это уже не имеет никакого значения, верно? – насмешливо бросила я. – Потому что знаете что, мудаки? Я беременна.
Конечно, я бы рассказала им об этом со временем – возможно, когда наши отношения стали бы более горячими и менее платоническими, или, возможно, когда...
– Мы знаем.
Эван пододвинул ко мне напиток, и это было не их пиво, а высокий стакан ледяной воды – единственный на всем столе.
– Мы и есть те, от кого ты беременна.
Шесть
КУИНН
Слово «ошеломленная» всегда таилось где-то на задворках моего словарного запаса, и хотя я знала его значение, до этого самого момента я никогда не ощущала его на себе в полной мере.
– Вы? – каким-то чудом выдохнула я. – Вы и есть клиенты?
Эван скрестил татуированные предплечья и оперся ими о стол, из-за чего я на секунду отвлеклась, завороженная тем, как под разрисованной кожей перекатываются и играют все его мышцы.
– Да.
Мой взгляд заметался от одного мужчины к другому. Эван сидел, барабаня по столу своими не менее татуированными пальцами, все восемь из которых были унизаны массивными серебряными кольцами. Сексуальные светлые волосы Джошуа падали ему на один глаз, но его открытый взгляд был с тревогой устремлен на меня. А еще там был третий мужчина...
Святые угодники.
Кем бы он ни был, этот третий парень оказался просто колоссальным; его коротко остриженные волосы были иссиня-черными, а густая борода ложилась плотным ковром на квадратную, мужественную челюсть. Он выглядел абсолютно пугающим, опасным и смертоносным – за исключением глаз под двумя темными бровями, которые оказались потрясающего, кристально-синего цвета.
– Ну хорошо, – я нервно сглотнула. – И кто из вас...
– Вот в том-то и дело, – перебил меня Джошуа, и, до боли знакомым жестом откинув волосы назад, добавил: – На самом деле, мы и сами не знаем.
Его ответ, при всей своей простоте, доходил до моего мозга несколько долгих секунд, потому что в нем просто не было никакого смысла.
– В смысле, кто отец? – переспросила я, решив, что они меня не так поняли, и моя рука бессознательно легла на низ живота.
– Мы все, – уверенно заявил Эван. – У ребенка будет три отца. И ты смотришь прямо на них.
До этого я была сбита с толку, но теперь я окончательно растерялась.
– Если ты спрашиваешь, кто из нас выступил донором для твоей яйцеклетки, то это мы все трое, – сказал Джошуа. – Я понимаю, что звучит странно...
– «Странно» – это слабо сказано, – встряла я.
– Знаю, – признал он. – Но мы трое друзей, которые пытаются достичь одной цели. Трое мужчин, желающих вместе воспитывать одного и того же ребенка. Это правда, мы могли бы выбрать кого-то одного, но вместо этого мы все... внесли свой вклад, – он прочистил горло. – Твои яйцеклетки были оплодотворены нами всеми одновременно, а эмбрионы для имплантации отбирались по качеству, поэтому мы понятия не имеем, кто станет биологическим отцом.
– Значит, вы все... живете вместе.
Джошуа невинно кивнул, а вот губы Эвана изогнулись в ухмылке.
– Она не спрашивает, живем ли мы вместе, – пояснил он другу, не сводя с меня глаз. – Она спрашивает, вместе ли мы как пара.
Брови Джошуа поползли вверх. – О.
– И ответ – и да, и нет, – плавно добавил Эван. – Да, мы живем вместе. Всегда жили и всегда будем, – он опрокинул свою кружку, допив пиво до самой пены, и со стуком опустил массивный бокал обратно на стол. – Но, отвечая на твой второй вопрос: нет. Боюсь, что мы все стопроцентные натуралы.
Двое мужчин, сидевших ближе ко мне, заерзали, но огромный здоровяк напротив остался сидеть неподвижно. Теперь, когда я знала, кто он такой, он пугал меня чуть меньше, и я смогла разглядеть, что под всей этой бородой он был сурово-привлекательным. Но в нем крылось и кое-что еще – какая-то почти первобытная аура, словно он был частью дикой природы и в его жилах текла волчья кровь.
– Но разве ребенок не будет похож на кого-то из вас? – спросила я, указав на молчаливого гиганта. – Эти синие глаза ни с чем не спутаешь, – затем я кивнула на Джошуа и Эвана. – Или эти светлые волосы, или этот выдающийся римский профиль.
Эван пожал плечами. – Со временем, возможно. Но сейчас все на равных: есть вероятность, что биологически это может быть ребенок любого из нас, но он всегда будет нашим сыном или нашей дочерью, – его взгляд оторвался от моего лица и на мгновение опустился к моему животу. – Ребенок с тремя отцами, тремя защитниками, тремя...
– И без матери, – брякнула я не подумав.
Все трое переглянулись; за какую бы ниточку я сейчас ни дернула, было очевидно, что они уже обсуждали это раньше.
– Извините, – пошла я на попятную. – Я не это имела в виду, я просто...
– Нет, не извиняйся, – наконец произнес Эван. – Возможно, когда-нибудь мать появится. Если мы когда-нибудь найдем ту самую женщину.
Женщину...
Это слово застряло у меня в голове: казалось, он намеренно употребил единственное число.
Женщину, а не женщин. Так он сказал.
Мой желудок ухнул вниз, как на американских горках.
– Послушай, мы делаем это по весьма специфическим причинам, – вмешался Джошуа. – Наша нынешняя работа... – его голос затих под резкими взглядами обоих друзей. – Ну, скажем так, она мешает нам заводить традиционные отношения.
Я усмехнулась и наконец-то взяла в руки стакан с водой. – Я убедилась в этом на собственном опыте, когда вы двое засунули меня во френдзону.
Парни по обе стороны от меня наконец-то смутились; я явно двигалась в правильном направлении.
– Послушай, Куинн, мы не хотели...
– Идти со мной на свидание? – перебила я его. – Вытаскивать меня куда-то несколько раз с абсолютно нулевым намерением довести дело до конца?
Они яростно замотали головами; оба открыли рты, чтобы возразить, но я оказалась быстрее.
– В таком случае, возможно, тебе не стоило так горячо целовать меня на прощание.
Я склонила голову в сторону Эвана, который внезапно стал белым как мел, а остальные метнули в него сердитые взгляды.
Интересно, подумала я про себя.
– Куинн, я никогда...
– Кстати, к чему вообще весь этот цирк? – потребовала я ответа. – Я имею в виду, я ведь уже вынашиваю вашего ребенка, я подписала все бумаги и делаю все, о чем вы просили в своих письмах.
С этими словами я достала все еще нераспечатанный конверт, который только что получила от узистки, шлепнула его на стол и оттолкнула от себя.
– Кстати, больше мне такие не нужны, – заявила я. – Точно так же, как не нужны очередные «свидания». И раз уж мы проясняем ситуацию, мне в особенности не нужно, чтобы за мной следили.
Мои последние слова сопровождались ледяным, пронизывающим взглядом через весь стол; бородатый гигант стойко выдерживал его секунду или две, прежде чем, наконец, хмыкнуть.
– Я за тобой не следил.
– О, – сардонически рассмеялась я. – Он разговаривает! Отлично. Мне не терпится услышать, каким будет твое оправдание того...
– Я следил за человеком, который следил за тобой.
Семь
КУИНН
Я вперилась взглядом в это жесткое бородатое лицо, недоверчиво прищурившись: мне хотелось злиться, хотелось обвинить его в пиздеже! Но что-то внутри подсказывало мне, что это не ложь, и интуиция твердила, что он говорит правду.
– Я не видела, чтобы за мной следил кто-то еще.
– Именно, – прогудел здоровяк, а выражение его лица осталось совершенно неизменным. – Но я видел.
Ледяная дрожь дюйм за дюймом поползла вверх по моему позвоночнику, прогоняя прочь все оставшиеся сомнения.
– И зачем кому-то за мной следить?
Парни снова переглянулись, и на этот раз они выглядели еще более напряженными, чем раньше.
– Отвечайте! – потребовала я. – Я в опасности? Я что-то сделала? Кому-то перешла дорогу, или...
– Нет, нет, – быстро заверил меня Эван. – Ничего подобного.
Он потянулся через стол и накрыл мою руку своей; когда-то я бы с горячим энтузиазмом приняла этот жест, но сейчас он лишь еще больше сбивал меня с толку.
– Кто вы такие? – спросила я, адресуя этот вопрос им всем.
Они молчали, но у меня снова возникло чувство, что между ними тремя прямо сейчас происходит какой-то внутренний диалог, для которого совершенно не требуются слова.
– Вы ведь военные, да?
Это казалось очевидным, и дело было не только в их габаритах; это читалось в их дисциплинированной выправке и в той братской близости, что царила между ними.
– Бывшие военные, – наконец признался Эван. – Но да.
– И вы присматриваете за мной, – сделала я вывод. – Ходите за мной по пятам. И не только потому, что я вынашиваю вашего ребенка. Вы ведь поэтому и «ходили со мной на свидания», верно?
Джошуа внезапно приобрел виноватый вид. – Мы хотели узнать тебя лично, да.
– Оставаясь при этом анонимными, – продолжила я.
– Разве ты можешь нас винить? – спросил Эван. – Ты собираешься стать биологической матерью нашего ребенка, и кто знает, куда потом заведут нас пути? Вполне логично, что мы хотели узнать о тебе как можно больше.
– Еще бы, – огрызнулась я. – А вам не приходило в голову просто спросить?
Взгляд Джошуа опустился еще ниже, и вместо того, чтобы ответить, он позволил мне продолжить.
– Вы могли бы сказать мне, – не унималась я. – Да, иногда я веду себя как стерва, но в целом я вполне адекватная. И по крайней мере, тогда я бы не думала, что иду на самое настоящее свидание. Знаете ли, у меня не так много времени на все это, ведь очень скоро я стану размером с дом.
– На самое настоящее свидание, – повторил Эван.
– Да, – защищаясь, сказала я. – Такое, которое заканчивается поцелуем на ночь. Или, может быть, чем-то еще более приятным.
С этими словами я подмигнула гиганту, сидевшему напротив меня, – если не по какой-то другой причине, то хотя бы ради того, чтобы сбить их всех с толку.
– Послушайте, – рассудительно начала я. – Я вынашиваю вашего ребенка. Это чисто деловой вопрос, не спорю. Но моя личная жизнь принадлежит только мне. И если я пытаюсь встретить кого-то особенного до того, как моя беременность станет заметной, или даже если я просто хочу немного развлечься, – я скромно пожала плечами, – то это точно не то, во что кому-то из вас стоит вмешиваться.
Джошуа и Эван обменялись одинаково понимающими взглядами и оба кивнули.
– Ты права. Нам очень жаль.
Бородатый мужчина, однако, не сказал ни слова; он взял кувшин с пеной из центра стола, наполнил свою пивную кружку и осушил ее несколькими мощными глотками.
– Вы имеете полное право спрашивать меня о чем угодно, – подытожила я. – Я не против: мой любимый фильм, мой любимый цвет, на какой стороне кровати я сплю – все, что вы хотите знать. Но просто спрашивайте прямо, – повторила я с кривой усмешкой. – Звоните мне, когда захотите. И больше никаких конвертов. По рукам?
– По рукам.
Мне вдруг нестерпимо захотелось выпить, хотя я не хотела алкоголя уже несколько недель; может, хороший бокал вина, или, что еще лучше, одну из этих огромных кружек ледяного пива.
– А теперь давайте перейдем ко второй части, – я проницательно посмотрела на них. – С чего вы взяли, что кто-то за мной следит? Потому что если это так, мне действительно нужно об этом знать.
Их молчание затянулось, действуя мне на нервы, и спустя несколько секунд я уже была сыта этим по горло.
– Ничего? – бросила я им вызов. – Все еще?
Мой стул издал отвратительный скрежет по полу, когда я встала. Я злилась. Мне было больно и обидно. Я была вымотана после вчерашней двойной смены, и вдобавок ко всему, я все еще умирала с голоду.
– Знаете что? – крикнула я, поднимаясь на ноги. – Забудьте об этом. Забудьте обо всем.
Эван сидел, разглядывая меня с удвоенным интересом, а его роскошные руки все еще были бесяче скрещены на столе. Но Джошуа не выдержал.
– Куинн...
– Нет, – оборвала я его. – Не надо мне тут «Куинкать». Если вы считаете, что мне недостаточно важно знать, что, черт возьми, происходит, то, думаю, вся эта затея с самого начала была полным дерьмом.
– Дело не в том...
– Блядь, есть шанс один к трем, что я ношу ребенка этого парня, – горько рассмеялась я, кивнув в сторону бородатого гиганта. – А я до сих пор даже не знаю его име...
– Меня зовут Коул.
Голос с другого конца стола оказался низким и хриплым, точно таким же, как и в первый раз, когда он заговорил. Именно таким голосом, какого от него и ожидаешь.
– Коул Йервуд.
Мужчина оттолкнулся от стола и поднялся; он был настоящей скалой. И все же, несмотря на свои гигантские габариты, он двигался с такой поразительной плавностью и точностью, что это повергало в шок – словно наблюдаешь за профессиональным спортсменом в его стихии.
– Прошу прощения, если я напугал тебя, – искренне сказал он, – или если мы перешли границы дозволенного. Мы вовсе этого не хотели.
– Да, – осторожно ответила я, – ну... я этого тоже не хотела.
За столом повисла очередная пауза, на этот раз еще более неловкая.
– Ты имеешь право знать, что происходит, – продолжил Коул, обращаясь теперь к своим товарищам по оружию в той же степени, что и ко мне. – И мы расскажем тебе. Мы расскажем тебе все.
Окинув взглядом помещение слева направо с привычной легкостью, он подался вперед и вложил что-то мне в руку.
– Но не здесь, – пробормотал он, прочистив горло. – И не сейчас.
Восемь
КУИНН
– Черт подери, у нас закончился палтус!
Лицо Трея было красным, но, с другой стороны, оно почти всегда было красным; впрочем, для такого раннего вечера оно не должно было отдавать фиолетовым.
– КУИНН! – он трижды быстро щелкнул пальцами в мою сторону. – Иди сюда!
Я отставила сковородку с соусом карбонара, который как раз уваривала, и решительно зашагала к нему. Пусть мой босс и был не в духе, но и у меня не было ни малейшего настроения терпеть его заскоки. Обычно в таких ситуациях я сразу давала ему отпор, причем иногда даже жестче, чем он мне. Самым сложным было постоянно придумывать достаточно хлесткие оскорбления, а самым лучшим было то, что в глубине души я знала: именно за это он меня и уважает.
– На какой стадии аневризмы мозга ты находилась, когда делала заказ рыбнику? – потребовал он.
Я встала перед ним нос к носу. Сделать это было несложно, потому что, хотя Трей и был наделен взрывным итальянским темпераментом, способным дать фору любому шеф-повару, с которым я когда-либо работала, с ростом ему явно не повезло.
– Это не моя вина, – огрызнулась я в ответ. – Твой рыбник, вероятно, нас обвесил.
– Думаешь?
– Ну, у него всего один здоровый глаз, так что...
– У Сэла глаукома, – прорычал Трей. – Не придирайся к нему. Мужик получил осколочное во Вьетнаме, и ему за восемьдесят.
– Тем более ему не стоит взвешивать порции рыбы.
Все это, конечно же, было враньем: я намеренно сократила заказ палтуса, потому что хотела ввести в меню другие, более экзотические виды рыбы. Палтус был до одури скучным, а я готовила такой тартар из тунца с кунжутом, что за него можно было умереть; не говоря уже о том, что под настроение я могла творить абсолютно блядскую магию с морским чертом.
– Если у нас когда-нибудь снова закончится палтус, мы покончим с тобой, – закончил Трей свою нотацию. – Усекла?
– Да, босс.
– Вот и славно.
– Я дорожу каждым мгновением, которое мы не проводим вместе.
Он замер на полпути, пытаясь осмыслить сказанное. Как только до него дошло, его мозг переключился на другую передачу, и он щелкнул пальцами, вспомнив что-то еще.
– О, и еще кое-что, прежде чем ты вернешься к сжиганию этого соуса.
– Удиви меня, – съязвила я. – Скажи что-нибудь умно...
– Сегодня днем тут вынюхивал какой-то парень, искал тебя, – сказал Трей. – И я говорю «вынюхивал», потому что он был похож на крысу, и от него исходила такая же жуткая аура.
Я как вкопанная остановилась. Вся остаточная злость и сарказм мгновенно улетучились.
– Очень крупный парень? – спросила я.
– Крупный? Нет.
– Под крупным я имею в виду еще и высокого, – поспешно добавила я. – Может, татуировки? Серебряные кольца?
Трей покачал головой.
– Или, может, у него были светлые волосы, или...
– Послушай, я не заметил никаких татуировок или колец, – ответил Трей, все больше раздражаясь. Его лицо исказилось в гримасе. – В чем дело, мисс Логан? Очередная любовная драма? Бывший парень преследует тебя на работе, или типа того? Потому что, клянусь, мне по горло хватило всей этой тупой херни с Карой и ее...
– Нет, нет, – перебила я его. – Никакого бывшего парня. Ничего подобного.
Мой босс сверлил меня долгим взглядом, пытаясь определить, вру я или нет. Судя по всему, проверку я прошла.
– У парня были темные волосы, и он еле говорил по-английски, – продолжил он. – А когда говорил, это был ломаный английский.
Я не смогла скрыть своего замешательства. – О.
– Он пришел сюда, спрашивал, когда ты работаешь, какие смены берешь. Во сколько приходишь и когда можешь уйти. Все в таком духе.
У меня в горле пересохло, и я непроизвольно напряглась.
– И что ты ему ответил?
– Я послал его на хуй, естественно, – проворчал Трей. – Никто из тех, кто действительно тебя знает, не заявляется сюда ни с того ни с сего с такими вопросами.
– Э—это верно, – согласилась я. – Хорошо.
– Но этот ублюдок был настойчивым, и я побоялся, что он вернется, чтобы снова действовать мне на нервы, – продолжил он. – Поэтому я сказал ему, что ты здесь работала, но я вышвырнул твою жалкую задницу несколько недель назад.
Облегчение накатило мгновенно. – Так даже лучше.
– И я так и сделаю, – он ткнул в меня грязным пальцем. – Если ты не будешь следить за тем, чтобы в холодильнике был палтус, – его лицо стало еще более сварливым, если это вообще было возможно, и он всплеснул руками. – Как, блядь, у тебя вообще может закончиться палтус? Все любят палтуса.
– Ага, – согласилась я. – Видимо, так.
Я еще не говорила боссу о том, что беременна, но в конце концов мне придется это сделать; я не знала, станет ли он ко мне добрее или будет ездить на мне еще жестче. Честно говоря, оба варианта были отстойными. Терпеть дополнительное дерьмо поверх обычного дерьма – и при этом весь день стоять на опухших ногах – казалось совершенно новым уровнем ада. И все же последнее, чего я хотела, – это особого отношения, тем более от кого-то вроде Трея.
В конце концов он умчался орать на парня, ответственного за заготовку салатов, оставив меня наедине с моими мыслями. Кто-то искал меня. Кто-то, кого я явно не знала.
Но кто?
Незнакомец, который не говорит по-английски.
Незнакомец, который приходил сюда.
Громоподобный голос Трея все еще отскакивал от кафельных стен зоны заготовок, когда я достала телефон; секундой позже я вытащила и развернула бумажку, которая последние пару недель пролежала в моем чехле.
Адрес оказался не местным: на самом деле это было больше чем в часе езды к северу от города. Даже если бы я сегодня ушла с работы вовремя, я добралась бы туда почти к полуночи.
Но я была шеф-поваром, и полночь значила для меня очень мало.
И я была готова поспорить, что для них она значила еще меньше.
