Текст книги "Падение (ЛП)"
Автор книги: Клэр Мерле
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 17 страниц)
Ана почувствовала укол страха. Слова девушки прозвучали так, будто она сделала что-то безрассудное и глупое. Она бросила все ради парня, которого едва знала. В отличие от Рейчел, которая встречалась и расставалась с Коулом в течение десяти лет. «Время ничего не значит», – прошептала она себе. Ана прожила с отцом всю свою жизнь, но так его и не узнала.
– Жизнь в Общине для меня не так уж важна, – сказала она, защищаясь. – Мне не за что там держаться.
Она легла и натянула одеяло с головой.
– Ана? – произнесла Лайла.
– Я спать, – из-под одеяла ее голос прозвучал приглушенно. – Я не спала около трех недель. Ты не против?
Она подождала. Спустя минуту Ана услышала тихий вздох и ощутила едкий дым от потухших свечей. Потом шорох, вызвавший предположение, что Лайла тоже ложится.
– Ана, я знала, что ты придешь, – произнесла Лайла.
Ана не ответила, но, прислушиваясь, лежала тихо. Текли минуты. Когда дыхание Лайлы стало глубоким, девушка откинула одеяло и уставилась в темноту, борясь со сном. Неправда, что она ничего не оставила. Ана оставила Джаспера. Пока рядом витали недоверие и полуправда, между ними лежала огромная пропасть, но она заботилась о Джаспере. Она беспокоилась о нем..
***
Пульс. Пульсирующая вибрация в груди. Но идущая снаружи. Не изнутри. Волны энергии настолько мощные, что проходят сквозь ее кости.
Бумажный дождь падает вниз, словно конфетти. Фантики размером с руку цепляются за нее. Это все, что она видит. Улица наполняется. Рекой мусора. Поднимается к ее ногам. Ее затягивает в течение. Она сопротивляется.
Но пульс вползает в ее мысли. Блокируя связи. Замораживая кусочки мозга, отвечающие за управление конечностями. Она перестает бороться с бумажной рекой и сосредотачивает внимание на сопротивлении вибрации. Выталкивая ее из своего сознания.
Река подхватывает ее. Тащит сквозь серую улицу. Она уже доходит ей до талии. Становясь все глубже. Внутренности скручивает паника. Она больше не контролирует свое тело. Она тонет. Закрывает глаза, в голове крутятся картинки. Круг. Снег. Кролик. Потеря контроля.
Потом все стихает. Она стоит перед садовой дорожкой двухквартирного дома, на расстоянии вытянутой руки от девушки пяти футов ростом. У девушки расплывается лицо, будто его еще не нарисовали. Но на месте глаз красуются большие, глубокие черные пятна.
– Мы искали тебя, – произносит девушка. Внезапно Ана видит других. Материализовавшихся из ничего. Десятки бесформенных, невыразительных лиц, окруживших ее. Те же черные глаза и взгляд, пронзающий тело и пытающийся вырвать душу.
***
Ана с шумом втянула воздух, словно только что вынырнула из воды. Ее глаза широко раскрылись. Еще один кошмар. Она поежилась, хотя из окна дул мягкий летний ветерок.
На матрасе возле себя она расслышала глубокое дыхание спящей Лайлы. «Сколько она проспала? Где Коул?»
Она тихо перевернулась и обмерла. В стальном блеске луны у распростертого тела Лайлы высилась тень. Шестидюймовым лезвием фигура провела у горла Лайлы.
– Плохие сны? – спросил голос с легким ирландским акцентом. Ана поняла, что акцент не из ее подсознания и это вовсе не сон.
Смотритель Домбрант уже добрался до нее.
5
Деревянная звезда
Ана сидела и, молча, тормошила одеяло. Смотритель Домбрант служил у ее отца «правой рукой». В то утро, когда похитили Джаспера, он находился у них дома. Когда Ана пряталась на лодке Коула, он рыскал рядом в ее поисках. После ее возвращения из Трех мельниц и до свадьбы с Джаспером он был ее личным стражем и привратником.
Кроме того отец по-видимому прикрепил к ее купальнику «жучок».
– Слушай внимательно, – сказал Cмотритель. – Я никому не хочу причинять зла. Но все зависит от тебя, – во сне Лайла пошевелилась и что-то пробормотала. – Будет лучше, если она не проснется.
Дыхание Аны стало коротким и прерывистым, глаза неотрывно смотрели на нож, блестящим острым концом касающийся горла Лайлы.
– Что тебе нужно? – хрипло проговорила она, уповая на то, что Лайла глубоко спит.
– Диск, который ты взяла у отца.
– И?
– И все.
Ее взгляд переместился с ножа на лицо Домбранта. Когда глаза привыкли к темноте, округлые, размытые очертания Cмотрителя стали отчетливее.
– А я?
Смотритель покачал головой. Она внимательно всмотрелась в него. Невозможно было определить, говорил ли он правду. Но скорее всего в данный момент для ее отца запись имела большее значение, чем она сама.
– У меня нет диска, – сказала она.
Взгляд Домбранта стал жестче.
– Я должна была отдать его, – быстро добавила она. – Здесь запрещены электронные устройства. Все хранится в здании контроля за входящими и выходящими, – она запнулась.
Домбрант захочет, чтобы она проводила его туда. Через пустошь. В темноте. Но если, с одной стороны, было бы лучше вывести смотрителя из поселения, чтобы Лайла и никто другой не пострадал, то, с другой, пока они будут находиться в центре пустоши, Коул не будет знать, где она.
– Местным не понравится, что ты пришел из-за стены без Разрешения, – произнесла она.
– Должен тебя предупредить, – голос у Домбранта был низким и хриплым. – У меня нож и электрошокер. Что-нибудь выкинешь и что-то случится не с тобой, а с каким-нибудь несчастным зевакой, возможно, с одним из твоих друзей. Ясно? – в висках Аны застучал пульс. Она кивнула.
Сейчас Лайла слегка посапывала и Ане было просто необходимо убрать нож от горла подруги.
– Я отведу тебя туда, – прошептала она. – Я помню дорогу.
– Веди.
Ана откинула тонкое покрывало, натянула брюки Клеменс на одолженные для сна шорты и позаимствовала у Лайлы толстовку с капюшоном. Она скользнула в свою обувь и встала. Домбрант ждал ее возле двери. В воздухе послышалось электрическое жужжание. Он включил электрошокер. Ей уже доводилось видеть, как психпатруль использует подобные металлические жезлы, чтобы утихомиривать в Городе людей. От электрического тока человек падал и дергался в припадке. С электрошокером шутки были плохи.
Они медленно проследовали мимо закрытых бамбуковых дверей, из-за которых раздавалось размеренное дыхание тринадцатилетних девушек. Достигнув входной двери, Домбрант знаками приказал ей подождать. Пока он проверял улицу, в душе она молилась, чтобы Коул не появился. Домбрант – вооруженный и готовый ко всему – мог застать его врасплох.
Смотритель вернулся, без предупреждения скрутил ей руки и, пригрозив ножом, вытолкнул наружу. Они двинулись по темному проходу. Ана едва видела перед собой на расстоянии вытянутой руки в то время, как Домбрант, словно кошка, ориентировался в ночи.
Он уверенно провел ее до конца деревни. После чего они продолжили путь в гору по направлению к северной стене. Она занервничала, испугавшись, что это всего лишь уловка, чтобы вернуть ее отцу. Что если в лесу их дожидались сподручные отца, готового снова запихнуть ее в Общину?
– Нам нужно вниз, – прошипела она.
– Мы сделаем круг.
Она кивнула. Был он честен или нет, у нее все равно не оставалось выбора.
Они оставили позади мощеные дорожки лонгхаусов и вошли в лес, где Домбрант ослабил свою хватку. Между деревьями под мягким светом луны проступила устремляющаяся вверх тропа. Из карты Ана знала, что из поселения ведут всего три дороги и только одна из них, замеченная ею во время вечерней прогулки с Коулом, расходилась у сарая.
Домбрант остановился, чтобы настроить интерфейс. Проекционный блок размером со спичечную коробку был заключен в простой серебряный корпус, висящий на цепочке на его шее. Внизу с булавочную головку проступал свет, говоривший о том, что устройство работает, но призма ничего не излучала. Он нажал на контактную линзу и на радужной оболочке его глаза высветилась крошечная сетка.
Внезапно он зажал ей рот рукой:
– Не двигайся, – пробормотал он.
Скосив глаза, Ана напряглась, пытаясь рассмотреть, что же привлекло его внимание. На дорожке выплясывал луч фонарика. Послышались шаги и чье-то мурлыканье под нос. Она узнала мелодию – одну из сочинений Коула – «Ясновидение». Рука Домбранта прижалась сильнее. Если бы сейчас она укусила его, если бы она двинула его локтем и вскрикнула, Коул бы все это услышал. Но у Смотрителя в преимуществе имелись нож и электрошокер.
Колеблясь с принятием решения, она наблюдала, как всего в нескольких метрах от них проплывает двухметровая тень и исчезает вдали. Через пару минут Коул обнаружит, что ее кровать пуста. Он поймет, что что-то случилось, поднимет тревогу и отправится на ее поиски.
Домбрант медленно убрал руку от ее рта.
– Правильное решение, – сказал он. Когда он отошел, в его руке Ана заметила серебристый отблеск лезвия, зажатый наизготове, – Это инфракрасный датчик тепла, – сказал он, показывая пальцем на левый глаз, – если вдруг тебе интересно. Я вижу любого с расстояния двухсот метров и с легкостью узнаю, где ты находишься, если попытаешься сбежать.
– Замечательно.
Он обхватил ее руку таким образом, что ей пришлось двигаться в такт с ним, чтобы уменьшить боль.
– Где это здание?
***
Коул торопливо пересек площадь и побежал по проходу в сторону лонгхауса Лайлы. Уже пару часов как стемнело. Ана наверняка плюнула на него и заснула. А может он просто не хотел ее тревожить. Он мог просто стоять и наблюдать за ней… если бы Рейчел не донесла на него.
В первый раз, когда он уже собрался покинуть свой пост, Рейчел заметила его. Поэтому ему пришлось вернуться на участок у стены и ждать, пока она не отдалится настолько, что не сможет увидеть, как он спускается по холму в поселение.
Дверь в комнату Лайлы была открыта. Коул заглянул внутрь. Его сестра, закутавшись в одеяло, лежала лицом к стене. Узкий матрас у кровати был пуст.
«Спокойно».
Он огляделся в поисках следов борьбы. Все было на месте. И Лайла продолжала безмятежно спать. Может Ана вышла в уборную.
Коул обошел вокруг дома и уличных туалетов. Прочесав близлежащие окрестности, он замер, весь обратившись в слух. Сквозь заросли проскользнуло животное. На ветру зашелестели листья и вновь стало тихо. За стеной лонгхауса кто-то кашлянул.
Аны нигде не было видно.
Он побежал.
Тобиас, начальник охраны, обретался в одной из хижин на краю поселка. Он построил его самостоятельно, подальше от семейных лачуг, дугой огибающих нижнюю часть деревни. В одном из окон, приоткрытую ставню которого подпирал старый ботинок, мелькал свет. Через глинобитные стены были слышны тихие голоса.
Затаив дыхание, Коул постучал. Голоса стихли. Дверь открылась и в проеме показалась голова Тобиаса.
– Коул, – произнес он, – поздновато для визита.
Из-за невозмутимой реакции начальника в голове забили тревожные звоночки. Тобиас всегда знал, кто из его охранников и когда был на посту. Он должен был рвать и метать, узнав, что Коул покинул свой пост. Особенно после того, как днем проиграл на голосовании.
Коул отступил, пытаясь собрать воедино разбегающиеся мысли. «Был ли начальник способен самостоятельно выдворить Ану из Просвещения?»
– Что тебе нужно? – спросил Тобиас.
– У вас гости?
– Нет, я просто читал.
– Я слышал голоса. Вы читали вслух?
Глаза Тобиаса сверкнули.
– Тебе не кажется, что для одного дня ты уже принес достаточно проблем?
– Где Ана? – прорычал Коул.
Выражение Тобиаса практически не изменилось. Он отлично владел своим лицом. Одна из черт, которая помогла ему стать хорошим начальником. Его ничего не трогало.
Коул распахнул дверь ногой. Тобиас не сопротивлялся.
В мерцании свечей за деревянным столом сидели его заместители – Эд и Сандра, выглядевшие виноватыми.
Глаза Коула метнулись к начальнику.
– Не поздновато для собрания?
Тобиас выдержал его взгляд. Но Коул уже не мог идти на попятную. Когда на кону была Ана. Просто не мог.
– Эд, – наконец произнес Тобиас, все еще глядя Коулу в глаза. – Разбуди Блейза, Дейва и Фила. Пусть они захватят с собой оружие и встретят нас на восточной дороге. Сандра, ты, разбуди четырех мальцов – самых быстрых бегунов. Пусть они предупредят всех на стене. У нас незваные гости.
Коул почувствовал, как тело покрывается пленкой холодного пота.
– Вторую группу отправьте наверх к северной стене, – сказал он, пытаясь говорить твердо.
Тобиас покачал головой.
– Нет, ты ведь только что пришел оттуда, и ничего не слышал и не видел. Если же твою девушку действительно похитили, а не просто ей вдруг вздумалось где-нибудь побродить, кто бы это ни был, ему нужна запись Министра. Они используют ее, чтобы найти диск. Я с группой отправлюсь к зданию регистрации.
В дверях Эд с Сандрой протиснулись мимо Коула и скрылись в ночи.
– Тебе ведь безразлично, если Ана с диском исчезнут, – упрекнул его Коул.
– Не могу с этим поспорить, – сказал Тобиас. – Но, так как теперь она член Просвещения, она находится под моей защитой. И я помогу ей. Пойдешь ты с нами или нет, тебе решать.
***
Выполненный Домбрантом и Аной широкий круг вокруг поселения секты занял у них определенное время, но не так много, как ей бы того хотелось. Смотритель безжалостно подталкивал ее, отказываясь ослаблять хватку и в густых зарослях, и в полной темноте, где луна не могла пробиться сквозь плотные сплетения листьев и ветвей. Он превосходно ориентировался на местности. Им потребовалось всего десять минут, чтобы добраться до холмистой тропинки с видом на пруды. Еще чуть-чуть и за последним водоемом покажется здание регистрации.
Ана наклонилась вперед и уперлась руками в бедра, хватая ртом воздух.
На мгновение Домбрант сосредоточился на инфракрасном излучении своей линзы, затем щелкнул электрошокером.
– Сейчас мы на открытой местности, – сказал он, – и если я увижу, что ты замешкалась, я, не колеблясь, использую вот это. Понятно?
Она поморщилась, глядя на него из-под спутанных прядей волос.
– Ана, ежедневно плавая у Джаспера, ты пять раз с легкостью могла бы преодолеть это расстояние.
Ее постигло разочарование. Ведь ей следовало знать, что она не сможет одурачить Смотрителя. Скорее всего, отец снабдил его отчетом о ее общем психологическом состоянии, а также анализом о сильных и слабых сторонах ее физического развития. Она выпрямилась.
– Хорошо, – произнес Домбрант.
Они пробежали мимо трех прудов, в лунном свете расходящихся бликами, напоминающими серебристые отпечатки чьих-то лап. У развилки земля стала ровнее.
Домбрант нырнул в тень, утянув ее за собой.
– Теперь куда?
Отказываясь отвечать, она сложила руки на груди. Спустя несколько секунд она услышала мягкое жужжание его оружия.
– Если ты пустишь в меня разряд, я закричу и прибежит охрана, – произнесла она.
– Ты ведь знакома с этой штукой? Она стоит на уровне «два», – чтобы доказать это, он развернул к ней жезл, но в такой темноте она едва ли могла что-нибудь разглядеть.
– Если я услышу, как ты глубоко вдыхаешь, ты забьешься в конвульсиях прежде, чем сможешь открыть свой рот. Ясно?
Она кивнула.
– Да?
– Да.
Он просунул руку ей под плечо, удерживая электрошокер в нескольких дюймах от ее сердца.
– Я же сказала, что поняла.
– Просто маленькое напоминание. Так, куда идти?
Она указала на убегающую влево тропинку, с одной стороны которой росли деревья, а с другой – пролегало поле. Где-то за этим лесом высилась стена. Здание же, пока к нему не пойдешь слишком близко, оставалось невидимым.
– Ты уверена? – сказал он.
Она кивнула.
– Здание выходит на юго-восточную стену. Если двинемся вдоль нее, мы его не пропустим.
Он испытующе посмотрел на нее, а затем толкнул в сторону левой тропинки, поспешно углубляясь в лесок. Они неуклюже двигались из-за того, что его рука обвивала ее шею, пока за деревьями не показалась десятифутовая стена. Он отпустил ее. Ночью в лесу стена смотрелась внушительно. Заводские бетонные кирпичи в два этажа высотой создавали ощущение, будто ты находишься в тюрьме, а не в лесу.
Притаившись в тени у здания регистрации, Домбрант провел несколько минут, наблюдая через инфракрасное излучение контактной линзы. Ана разглядела маленький компьютерный чип, поблескивающий у него в глазу, в разных частях радужки мигал свет, то усиливаясь, то затухая. Заметил ли он кого-нибудь из охраны? Коул уже должен был поднять тревогу. Он будет искать ее.
Дверь здания была закрыта на металлический засов. Домбрант провел рукой над интерфейсом и отключил линзу. Подсветка в его глазах исчезла, и он кивнул ей, давая понять, чтобы она открыла дверь. Она вошла первой, электрошокер Смотрителя все еще работал. У нее стали сдавать нервы. Если охранники не найдут их, прежде чем Смотритель получит диск, отпустит ли он ее? А если он вернет диск отцу, все ради чего она рисковала, будет впустую.
Домбрант закрыл дверь и переключил интерфейс на внешнее освещение.
– Показывай!
Она направилась к столу, где недавно мальчик записывал ее данные и забрал цепочку со звездой Джаспера.
– Он положил его в коробку, а коробку положил туда, – сказала она, указывая на дверь в стороне от той, которая, как она предполагала, вела на одну из улиц Города.
Домбрант исследовал дверь.
– Так, – сказала она, надеясь оттянуть время на несколько драгоценных секунд, – как вы так быстро меня нашли? Все дело в купальнике? Отец прикрепил ко всей моей одежде «жучки»?
Он отступил назад и загромыхал замком. Тот крепился к двумя металлическим петлям. Концом рукоятки ножа он стал стучать по одной из них. Она начала сгибаться, поддавшись после третьего удара.
– Пошли, – скомандовал он, ударом открыв дверь. Все еще угрожая электрошокером, он заставил ее войти в узкую кладовую.
В янтарном свечении его интерфейса показались три ряда стеллажей, два из которых стояли у противоположных стен, а третий располагался в центре, разделяя пространство на две комнаты. Полки нагромождали десятки деревянных ящиков.
Домбрант выругался себе под нос. Он опустил электрошокер, вытащил случайную коробку и начал рыться в содержимом – интерфейс и связка ключей.
– Диск находится в открытом виде или в чем – то лежит? – задал он вопрос.
Смотритель не знал, что диск находится в деревянной звезде Джаспера. Что было ее единственным преимуществом.
– Тебе никогда не найти его вовремя, – сказала она.
– До чего?
– До того, как за тобой придут.
– Мечтать не вредно. Никто не знает, что я здесь. Даже раненная обезьяна-ревун прошла бы мимо этих подростков-охранников незамеченной.
– Но они знают.
Домбрант перестал обшаривать ящики и уставился на нее.
– Я не буду задавать вопрос три раза. Диск в открытом виде или в чем-то?
– Тот человек, которого мы видели, спускающимся вниз по тропинке на выходе из лагеря, и есть Коул. Он придет за мной.
Домбрант проворно метнулся к ней. Инстинктивно она попятилась. Ей в спину ткнулись деревянные доски.
– И зачем бы ему это делать?
– Потому что он знает, что на диске и понимает, что отец может послать за мной людей, – она улыбнулась с наигранной веселостью. – И вот вы здесь. Один из вас.
Он улыбнулся в ответ с насмешкой и презрением.
– Сейчас тебе не следует обо мне волноваться. Я стою, по крайней мере, десяти смотрителей и всего ничтожного количества охранников Просвещения.
– Возможно тебе следует снова надеть инфракрасный датчик тепла. Просто, чтобы проверить, не окружены ли мы.
Домбрант хмыкнул и по-видимому расслабился.
– Ох, как же ты похожа на своего отца. Как бы меньше всего тебе этого ни хотелось.
Внутренне Ана скорчилась от этого замечания. Домбрант усмехнулся, заметив ее попытки сохранить нейтральное выражение лица.
– Докажи, что отпустишь меня, – произнесла она, – а потом я скажу в чем лежит диск.
– Ты когда-нибудь видела что бывает, если выставить эту штуку на уровень «один«? – он повернул выключатель на максимум. Звук стал напоминать громкое жужжание мухи, бьющейся о стекло. – Ты потеряешь сознание. У каждого человека это происходит по-разному. Через пять-десять минут. Потом полное затмение. Представь, какую боль ты при этом испытаешь.
Ана отпрянула от жезла, сильнее некуда вжавшись в полки.
– Если я вырублюсь, тебе ни за что его не найти.
Глаза Смотрителя сверкнули. Внезапно он вжал ее в стеллаж, обвив руку вокруг шеи и перекрыв трахею. Она ударилась головой о доски. Продолжая сжимать горло, он достаточно близко поднес к ее щеке электрошокер, чтобы она почувствовала его вибрацию.
– До полного отключения мозг человека может выдержать от двадцати до тридцати слабых ударов током. Я мог бы переключить оружие на цифру «четыре», и мы могли бы это испробовать. Не подвернулось шанса проверить информацию.
Ана задыхалась и тряслась.
– В чем диск?
– В кулоне в виде деревянной звезды, – прохрипела она.
6
Выход
Домбрант крепче сжал гудящий электрошокер.
– Быстрее, – поторопил он, в то время как Ана высыпала содержимое еще одной коробки и начала рыться в нем в поисках кулона. Смотритель стоял между нею и дверью кладовой, не оставляя шансов на побег. Единственным положительным моментом в этой ситуации было то, что он стоял к двери спиной. Если бы кто-то тихо подкрался сзади, он бы этого не заметил.
– Оставь ее, – приказал Домбрант. Ана перестала перебирать электронные устройства и предметы личного обихода и перешла к следующей коробке. Смотритель обошел ее, взял коробку и перевернул ее вверх дном. Интерфейсы, бумажники, диски и старенький мобильный телефон рассыпались по полке. Он схватил чей-то бумажник.
– Какой беспорядок, – произнес он. – Шевелись.
Она перебирала вещи, краем глаза следя за тем, как он подсчитывает наличность кожаного бумажника.
– Хорошие же у тебя друзья, – сказал он. Через мгновение он сунул деньги обратно и бросил бумажник в кучу. – Ты не задавалась вопросом, почему «последователи» не носят с собой деньги? Почему у них такая строгая система, не позволяющая входить или выходить из секты без специального разрешения? Почему лидеры не разрешают пользоваться интерфейсами, тем самым разрывая их связь с внешним миром?
Ана сглотнула. Хорошие вопросы. Вопросы, на которые она еще не нашла окончательного ответа. Она посмотрела на него.
– Этот парень, Коул, с самого начала манипулировал тобою.
Она кивнула.
– И ты хочешь мне с этим помочь?
– Нет, мне все равно.
Она продолжила свои поиски в тишине. Смотритель снова синхронизировал интерфейс с контактной линзой левого глаза, отчего свет в комнате потускнел настолько, что она почти ничего не могла разглядеть.
– У тебя три минуты на то, чтобы отыскать диск, – сказал он, включив фонарик на батарейках и сунув ей в руку. – Сюда направляются семеро. Бьюсь об заклад, один из них твой парень. Если мне придется драться со всеми сразу, не уверен, что они останутся в живых.
Кровь схлынула с лица Аны. Неужели он сможет нейтрализовать всех?
– Ты… ты же обычный смотритель, – заикаясь, произнесла она.
– Это просто прикрытие. Ты же знаешь. В глубине души ты догадываешься кто я такой.
– Спецагент?
– Две минуты, Ана, – сказал он, поворачиваясь к двери. Она зажала фонарик между зубами и принялась вытряхивать коробки. Ей не хотелось, чтобы кто-нибудь из-за нее пострадал. Никаких смертей. Смотритель мог и блефовать, но какая – то часть ее склонялась к тому, что он не лжет. Он не смог бы в одиночку войти в Просвещение, если бы не был одним из лучших, хорошо подготовленных, военных офицеров.
– Поторопись! – выкрикнул он из другой комнаты.
Вокруг нее образовывались все новые и новые кучи хлама, в то время как она отбрасывала в сторону ненужные предметы, вытягивала с полок случайные коробки и переворачивала их вверх дном. Она перебирала разбросанные электронные устройства, ее руки скользили по кучам в поисках кулона в виде вырезанной из дерева звезды. «Есть!»
– Он у меня! – она схватила кулон и, оставив позади себя десятки перевернутых коробок, выбежала в основную комнату здания регистрации к Смотрителю. – Он у меня! – повторила она. Она поднесла к Смотрителю ладонь с зажатой в ней подвеской.
Домбрант схватил ее за руку. Одним ловким движением его пальцы вонзились ей в горло, а нож уткнулся в шею.
– Я возьму это, – произнес он. Пальцами он обхватил цепочку, и она выпустила ее. – Они уже здесь, – в его голосе сквозило удовлетворение, словно это доставило ему радость. Она напряглась, пытаясь хоть что-то расслышать. «Где здесь? За дверью? На крыше?»
Домбрант убрал лезвие с ее лица. Кончиком ножа он надавил ей на горло таким образом, что ей необходимо было двигаться, чтобы не порезаться. Управляя ею легкими движениями запястья, он направил их по кирпичному коридору к выходу из секты.
Она зашаркала вперед, светя перед собой фонариком и пытаясь разглядеть дорогу. В каждую клеточку ее тела вонзались иголки. Он просто прикрывался ею.
Десятифутовый коридор утыкался в кирпичную стену, в которой чернело грубое овальное отверстие.
– Верни фонарь, – произнес он. Она передала его обратно. Давление ножа на горле ослабло, свет погас. Впереди дыру окутывала лишь кромешная тьма. Единственным ориентиром Ане служила лишь крошечная люминесцентная схема в глазу Домбранта.
– Давай-ка посмотрим, насколько ты хороша.
Ей снова послышалось веселье в его голосе. Он был слишком самонадеян. Она влезла в отверстие, стремглав перебралась через него и спустилась вниз. Ее ноги коснулись мягкой земли. Она оглянулась. Следом за ней в брешь в стене карабкался Смотритель. У нее было тридцать секунд форы. «Давай-ка посмотрим, насколько ты хороша». Он дал ей возможность сбежать? Она замешкалась, и Домбрант спрыгнул позади и поспешно обвил ее шею рукой с зажатым в ней ножом.
На цыпочках Ана двинулась вперед, раздвигая в стороны ветви лозы, загораживающих выход. Они нырнули в зазор меж высоких кустов и через несколько мгновений очутились в Городе на задворках чьего-то заросшего сада. В двух домах вниз по дороге светился слабый огонек. Бурьян, кусты и разбросанные детские игрушки в лунном свете отбрасывали искривленные тени.
Слева от себя она заметила какое-то движение.
– Подойдешь ближе, и я перережу ей глотку, – предупредил Домбрант, толкая Ану вправо.
– Мы не хотим, чтобы кто-нибудь пострадал, – призвал голос, похожий на Тобиаса.
– Я не хочу делать ей больно, – ответил Домбрант. – Я лишь хотел забрать то, что принадлежит ее отцу. Разойдитесь, и я оставлю ее на углу Уэст-хилл, в двух минутах ходьбы отсюда. Разойдитесь.
С минуту никто не отвечал. Ана почувствовала, как в запястьях тяжело пульсирует кровь. В лицо ударил порыв ветра, и деревья зашептались, шевеля листьями.
Хватка Домбранта на горле ослабла. Он собрался двигаться дальше.
– Какие гарантии, что ты не вернешься? – снова произнес Тобиас.
– Я пришел один. За диском. Это все, что мне нужно.
– Тогда отпусти Ану.
«Коул!» Инстинктивно ей захотелось повернуть голову в сторону его голоса, но такое резкое движение могло привести к порезу. Давление в груди увеличилось. Она больше боялась за безопасность Коула, чем за свою собственную. Хотя отец и мог приказать Домбранту не трогать ее, он наверняка был бы рад, если бы с Коулом что-нибудь произошло.
Пытаясь успокоиться, она опустила взгляд. Ее глаза замерли на электрошокере Домбранта, выключенном и свисающем с петли на поясе.
– Я же сказал, что оставлю ее на углу Уэст-хилл, – сказал Смотритель.
И снова пауза, дольше, чем прежде. Домбрант начал подталкивать ее вперед. Не было никакого смысла притворяться, будто можно сопротивляться лезвию на горле. Они уже пересекли половину лужайки, как кто-то выкрикнул:
– Нет!
Голова Домбранта резко повернулась. Ана не могла пошевелиться, но поняла, что происходит. Тобиас выкрикнул это Коулу, а не Смотрителю. Она скосила взгляд, насколько это вообще было возможно. Краем глаза она заметила стоящего в полный рост Коула, преграждающего им путь и сжимающего в руке стальную палку, напоминающую трезубец.
– Ты не заберешь Ану.
– Не будь дураком, – сказал Домбрант, – или ей будет больно.
– Если тебе всего лишь нужен диск, отпусти ее.
– Хочешь сказать, потом ты позволишь мне уйти?
– Нас только двое, – произнес Коул. – У тебя нож. Ты хорошо обучен, иначе не прошел бы так далеко. Сейчас на твоей стороне все преимущества. Но, – его голос угрожающе понизился, – если ты выведешь ее отсюда на улицы Города, за вами последуют уже семеро. А потом к ним присоединятся еще люди.
Домбрант не дрогнул. Он схватил Ану за плечо и, убрав нож с горла, отшвырнул ее в сторону. Падая, Ана вскинула руку и ухватилась за электрошокер. Он проскользнул сквозь петлю на ремне и ударился о землю. В то же время трезубец Коула рассек воздух. Домбрант увернулся, затем атаковал сам, порезав Коулу руку. Коул сдавленно вскрикнул. Пока Ана пробиралась по влажной траве к электрошокеру, Тобиас набросился на Смотрителя сзади. Домбрант поднырнул под него, резко развернулся и с силой нанес Тобиасу удар локтем в спину. Начальник безопасности упал на колени.
Встав на ноги, Коул поднял свою палку и замахнулся. Домбрант уже был начеку. Удар оказался слабым. Мгновенно придя в себя, Смотритель прыгнул вперед. Ана поползла к нему, выставив электрошокер на первый уровень. Ботинок Домбранта попал по правой коленной чашечке Коула, нога парня подогнулась, и она тут же воткнула электрошокер Смотрителю в бедро. Домбрант повернулся, но было слишком поздно. Она уже жала на кнопку.
***
Ана присела рядом со Смотрителем. Ее руки дрожали, пока она пыталась нащупать пульс. Электрошокер не убивал людей, но Домбрант упал и так быстро потерял сознание, что это сильно потрясло ее.
Она отыскала ритмичные удары на горле. Успокоившись, она вытерла потные ладони о свои брюки и подняла нож Смотрителя. Звезда Джаспера лежала рядом с ним.
Она подцепила кулон и спрятала его в кармане толстовки, а затем подбежала к Коулу. Он катался по земле, держась за разбитое колено.
– В здании регистрации есть аптечка? – спросила она.
– Вот, – выдохнул Тобиас, задыхающийся после удара в спину. Он вынул свисток, висящий на шее. Она взяла его и передала мужчине нож Смотрителя. Она больше не желала его видеть. После минут, проведенных с ним у горла, ей хотелось, чтобы он оказался от нее как можно дальше.
Свисток прозвучал настолько пронзительно, что охранники услышали бы его и за полмили. Она вернула его Тобиасу, а затем дотронулась до руки Коула, желая ему помочь, но не зная чем. Ее пальцы стали липкими. Она подняла их на свет и увидела, что они окрасились в темный цвет.
– Коул, ты истекаешь кровью, – простонала она. – Мне нужно посмотреть, – она начала приподнимать его свитер.
– Оставь, все хорошо. Это колено убьет меня.
Из-за стены донесся ответный свист.
– Мы здесь, – обратился Тобиас в темноту.
Послышался шорох, после чего четыре мужские фигуры и одна женская промчались сквозь лозу и кусты вереска, скрывавшие дыру в стене Просвещения, с трезубцами наизготове. Только у одного из них, самого худого, был нож. Когда он подошел ближе, Ана узнала в нем Блейза – Охотника.
Взглянув на происходящее, его лицо осветила улыбка.
